РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 июня 2026 г. г.Екатеринбург
Академический районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего Максимовой Д.С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Телевным Д.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Шестаковой Ольги Михайловны к обществу с ограниченной ответственностью «Озон банк» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, возложении обязанности, установил:
Шестакова О.М. обратилась в суд с вышеуказанным иском к обществу с ограниченной ответственностью «ОЗОН Банк» (далее – ООО «ОЗОН Банк, Банк), в котором просила признать увольнение с должности банковский представитель с 24.12.2025 незаконным, восстановить истца на работе, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб., обязать ответчика провести специальную оценку условий труда на рабочем месте истца по должности мобильный представитель.
В обоснование требований истец указал, что находился с ООО «ОЗОН Банк» в трудовых отношениях, с 01 февраля 2025 г. переведена на должность банковского представителя. В рамках трудовой деятельности ответчик начал изменять условия договора в одностороннем порядке, фактически лишил истца возможности осуществлять трудовую деятельность, ввиду чего истец была вынуждена написать заявление об увольнении по собственному желанию, была уволена 24 декабря 2025 г. 11 января 2026 г. истцом и иными работниками написано коллективное заявление на увольнение, в котором истец указала, что заявление было написано вынуждено, в связи с нарушениями трудовых прав, просила выплатить соответствующие компенсации. В ходе выполнения трудовой функции у них с работодателем было достигнуто соглашение об использовании своего оборудования - телефона, личного номера телефона и личного транспортного средства, за что со стороны ООО «ОЗОН Банк» выплачивалась компенсация в размере 1 000 руб. В последующем работодатель стал требовать от истца установку специального приложения (программы) на его личный телефон, через которую ООО «ОЗОН Банк» могло прослушивать телефоны работников. Установка такого приложения требовала «современных» телефонов, которые работодатель требовал приобрести за свой счет, отказываясь выдавать телефоны. В конце 2025 г. ООО «ОЗОН Банк» направило работникам электронные сообщения об увеличении зоны обслуживания (территории обслуживания) без компенсации ГСМ. Также работодателем изменен размер тарифов за проделанную работу, от которой зависел размер премии, что привело к уменьшению заработной платы, однако об изменении трудового договора работодатель истца не уведомил. Также ООО «ОЗОН Банк» уклоняется от проведения специальной оценки условий труда на рабочем месте истца, ссылаясь на то, что работа носит дистанционный характер, тогда как выполняемая работа является разъездной. Как указано выше, в связи с наличием таких нарушений трудовых прав 11 января 2026 г. работниками, в том числе истцом, подано коллективное заявление на увольнение с 12 января 2026 года, на которое от ООО «ОЗОН Банк» поступил ответ о необходимости индивидуальной подачи работниками таких заявлений. 13 января 2026 г. Шестаковой О.М. подано заявление на увольнение индивидуально, на которое ответчик ответил отказом. В связи с массовым нарушением трудовых прав истец полагает необходимым взыскать в ее пользу с ответчика компенсацию морального вреда.
В судебном заседании истец Шестакова О.М. поддержала исковые требования частично. Указала, что не поддерживает исковые требования в части восстановления на работе, продолжать работу в ООО «ОЗОН Банк» не намерена, трудоустроена в иной организации, при этом письменный отказ от указанных требований не представила, о прекращении производства в данной части не просила.
В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика ООО «ОЗОН Банк» просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, ссылаясь на отсутствие трудовых отношений между истцом и ответчиком на дату подачи коллективного заявления на увольнение. Трудовой договор с истцом прекращен 24 декабря 2025 г. на основании заявления истца об увольнении, поданного 23 декабря 2025 г. Каких-либо нарушений в деятельности работодателя ООО «ОЗОН Банк», на которые ссылается истец, не имеется.
Представители ответчика ООО «ОЗОН Банк», третьих лиц Прокуратуры Свердловской области, Государственной инспекции труда в Свердловской области, Центральной межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела почтовой связью, электронной почтой о причинах неявки суду не сообщили, ходатайств об отложении судебного заседания не направили.
В связи с чем, на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признал возможным рассмотреть гражданское дело при имеющейся явке.
Заслушав истца, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, 13 июля 2023 г. между истцом и ООО «ОЗОН Банк» заключен трудовой договор № 1836, в соответствии с которым работник принят на должность банковский представитель. Трудовой договор является срочным и действует с 23 июня 2023 года, дата окончания работ 22 декабря 2023 года. Работник выполняет трудовую функцию вне места нахождения работодателя (дистанционно) по адресу территории Российской Федерации: город Екатеринбург.
Согласно дополнительному соглашению от 13 июня 2023 года к данному трудовому договору трудовой договор дополнен пунктом 1.5.1 об установлении работнику разъездного характера работы в пределах Свердловской области. Указано также на выплату надбавки за разъездной характер работы в размере 10 000 руб., доплат за использование личного мобильного телефона в размере 500 руб. в месяц.
В соответствии с дополнительным соглашением от 06 декабря 2023 г. трудовой договор заключен на неопределенный срок.
23 декабря 2025 г. истцом написано заявление об увольнении по собственному желанию 24 декабря 2025 г., в котором в частности содержится указание на добровольность принятого решения. В качестве причин для увольнения истцом отмечены – заработная плата, транспортная удаленность, содержание работы/задачи, отсутствие карьерного роста.
В соответствии с приказом о прекращении трудового договора от 23 декабря 2024 г. между истцом и ответчиком прекращено действие трудового договора от 13 июня 2023 г. № 1836 24 декабря 2025 г.
11 января 2026 г. работниками ООО «ОЗОН Банк», в том числе истцом, подано коллективное заявление (претензия), с заявлением на увольнение (или заключение соглашение о прекращении трудовых отношений), с заявлением о приостановлении трудовой деятельности. В указанном заявлении 17 работников просят расторгнуть с ними трудовые отношения с 12 января 2026 года в соответствии с положениями статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с наличием противоправных действий со стороны работодателя.
Впоследствии истцом повторно подано заявление об увольнении в порядке части 3 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации с 12 января 2025 г. в связи с наличием нарушений трудовых прав истца со стороны работодателя, выразившихся в одностороннем изменении условий трудового договора, совершении действий, направленных на ухудшение условий труда, необеспечении безопасных условий труда.
На данное заявление работодателем направлен ответ о невозможности расторжения трудового договора с 12 января 2025 г. ввиду истечения срока год назад.
В дальнейшем истцом подано заявление о восстановлении на работе, увольнении в порядке части 3 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации с 21 января 2026 г. с приведением аналогичных доводов о нарушении ее прав, изложенных в ранее направленном заявлении.
Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
Согласно части 3 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника.
Из содержания данной нормы следует, что она выступает дополнительной гарантией социальной защищенности работников при расторжении трудового договора по собственному желанию.
Истец ссылается на нарушения работодателем его трудовых прав, выразившихся в одностороннем изменении условий трудового договора, совершении действий, направленных на ухудшение условий труда, необеспечении безопасных условий труда, в связи с непроведением специальной оценки условий труда на рабочем месте.
Вместе с тем, таких нарушений со стороны ООО «ОЗОН Банк» суд не усматривает.
Трудовым договором, с учетом дополнительных соглашений, работнику установлен фиксированный должностной оклад. Премии и надбавки стимулирующего характера определены как стимулирующие выплаты, которые могут начисляться на условиях и в порядке, предусмотренных локальными нормативными актами работодателя (пункт 5.2 Трудового договора).
Положением о ежемесячном премировании (пункт 1.1) прямо предусмотрено, что премирование работников является правом, а не обязанностью организации, премия не является составной частью заработной платы, а начисляется и выплачивается как дополнительное поощрение за труд, направлено на усиление материальной заинтересованности работников в улучшении производственных показателей работы Банка.
Кроме того, в соответствии с Положением об оплате труда, решение о выплате премии, порядке ее расчета и размера оформляется приказом Председателя Правления и/или согласно протоколу заседания Совета директоров Банка; размер премии определяется по окончании периода премирования по результатам работы работников и утверждается приказом Председателя Правления и/или протоколом заседания Совета директоров Общества на основании оценки руководителя работника, а также оценки Правлением Банка / Советом директоров труда каждого работника и его личного вклада в выполнение Банком поставленных задач и договорных обязательств, достижения Банком устойчивого финансового положения и роста прибыли от финансово-хозяйственной деятельности, при этом изменения в локальные нормативные акты, регулирующие премирование, в том числе в части формулы расчета премии, ключевых показателей эффективности, целевого размера премии, веса показателей и плановых значений показателей, допускаются до начала отчетного периода (пункты 2.7, 2.7.1.2-2.7.1.5, 6.1.3).
Следовательно, изменение коэффициентов премирования не являлось односторонним изменением условий трудового договора, а представляло собой изменение порядка расчета стимулирующей выплаты в рамках локального нормативного регулирования, что соответствует положениям статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации.
Каких-либо изменений в трудовой договор с Шестаковой О.М. в части оплаты труда работодателем ООО «ОЗОН Банк» не вносилось.
Доводы истца о его понуждении работодателем ООО «ОЗОН Банк» к обязательной установке приложения на личный телефон и к приобретению нового оборудования какими-либо объективными, достоверными доказательствами не подтверждены. Представленная запись разговора с иным работником к таковым не относится.
Довод о нарушении работодателем требований охраны труда также не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.
Разрешая требование истца о возложении на ответчика обязанности провести специальную оценку условий труда на рабочем месте истца, суд приходит к следующему.
В силу части 3 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» специальная оценка условий труда проводится в отношении рабочих мест работников, с которыми заключены трудовые договоры, за исключением работников, выполняющих трудовую функцию дистанционно, а также надомников и работников, вступивших в трудовые отношения с работодателем - физическим лицом, не являющимся индивидуальным предпринимателем.
Таким образом, поскольку, в соответствии с пунктом 1.7 Дополнительного соглашения от 28 августа 2025 г., истец в соответствии с трудовым договором (пункт 1.7) осуществлял трудовую функцию дистанционно (т. 1, л.д. 109), обязанность по проведению специальной оценки условий труда в отношении его рабочего места у ответчика отсутствует, в связи с чем требование о возложении на ответчика обязанности провести специальную оценку условий труда на рабочем месте истца также удовлетворению не подлежит. Более того, трудовой договор между истцом и ответчиком расторгнут.
На основании вышеизложенного суд приходит к выводу и об отказе в удовлетворении требований о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, считая необходимым отметить, что действия истца, не поддержавшего требования о восстановлении на работе, направлены на получение денежной компенсации, ввиду чего после увольнения истца 24 декабря 2025 г. ей и было подписано коллективное заявление на увольнение с требованием выплаты компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., при этом факт понуждения истца к увольнению в декабре 2025 г., оказания какого-либо давления на работника судом не установлен.
Поскольку в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела нарушений прав истца со стороны ответчика не установлено, оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда не имеется.
Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований искового заявления в полном объеме.
Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковые требования Шестаковой Ольги Михайловны к обществу с ограниченной ответственностью «Озон банк» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, возложении обязанности оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Академический районный суд г.Екатеринбурга.
Судья Д.С. Максимова