РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
п.г.т. Тугулым 20 февраля2026года
Талицкий районный суд Свердловской области в составе:
председательствующего судьи Крицкой Н.А., при секретаре Сауковой Н.Ю., с участием представителя истца Сарычевой Е.Н. - Сиротина И. А., представителя третьего лица с самостоятельными требованиями Борисова А.В. – Пичугиной С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-55/2026 по иску Сарачевой ФИО29 к администрации Тугулымского муниципального округа, Борисову ФИО30 о признании права собственности на жилой дом в порядке приобретательной давности, по заявлению третьего лица с самостоятельными требованиями Борисова ФИО31 к администрации Тугулымского муниципального округа, Сарачевой ФИО32 о признании права собственности на жилой дом в порядке наследования,
УСТАНОВИЛ:
Сарачева Е.Н., в лице представителя Сиротина И.А., обратилась в суд с иском к администрации Тугулымского муниципального округа о признании права собственности на жилой дом и земельный участок в порядке приобретательной давности, на основании следующего.
30.06.2005 между ФИО9 и истцом была произведена сделка о покупке недвижимого имущества: жилого дома, общей площадью № кв.м., кадастровый №; земельного участка общей площадью № кв.м.. Недвижимое имущество находится по адресу: <адрес>. Истец передала продавцу денежные средства в сумме 8000 рублей за недвижимое имущество, продавец передал ей документы на дом. После, ФИО9 освободил дом, и его забрали к себе родственники, связь с ним была потеряна. С момента покупки истец открыто и добросовестно владеет недвижимым имуществом, производит необходимые ремонты. Претензий от родственников ФИО7, который юридически является собственником, от иных лиц, относительно владения недвижимым имуществом, истцу не поступало.
В ходе рассмотрения дела, истец Сарачева Е.Н., в лице представителя Сиротина И.А., действующего на основании доверенности, уточнила исковые требования, исключив требование о признании права собственности на земельный участок, уточненные требования судом приняты, дело рассматривается с учетом уточнений.
Борисов ФИО33 обратился в суд, с заявлением о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями, по следующим основаниям.
Недвижимое имущество, а именно жилой дом, находящийся по адресу: <адрес>, принадлежит на праве собственности ФИО7, то есть отцу ФИО2, право собственности которого возникло на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ №, который был зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается техническим паспортом на индивидуальный жилой дом (инвентарный №, паспорт составлен ДД.ММ.ГГГГ). Заявитель Борисов А.В. после смерти отца фактически принял наследство, так как совершил действия, свидетельствующие о его фактическом принятии. На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12,129, 1110, 1153 ГК РФ, ст.546 ГК РСФСР, просит признать за ним право собственности в порядке наследования на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес>. Требования предъявлены к администрации Тугулымского муниципального округа.
Определением суда от 09.12.2025 Борисов А.В. привлечен к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями.
В ходе рассмотрения дела, третье лицо с самостоятельными требованиями Борисов А.В., в лице представителя Пичугиной С.А., действующей на основании доверенности, уточнил исковые требования, по уточненным требованиям просит признать за ФИО2 в порядке наследования после смерти ФИО7 и ФИО8, право собственности на жилой дом по адресу: <адрес>.
Уточненные требования судом приняты, дело рассматривается с учетом уточнений.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле по иску Сарачевой ФИО34 к администрации Тугулымского муниципального округа о признании права собственности на жилой дом в порядке приобретательной давности, в качестве соответчика привлечен Борисов ФИО35 по заявлению третьего лица с самостоятельными требованиями Борисова ФИО36 к администрации Тугулымского муниципального округа о признании права собственности на жилой дом в порядке наследования, в качестве соответчика привлечена Сарачева ФИО37.
Истец Сарачева Е.Н. в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.
Представитель Сарачевой Е.Н. – Сиротин И.А., действующий на основании доверенности <адрес>1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.7) в судебном заседании требования доверителя, с учетом уточнений поддержал, просил их удовлетворить, с заявленными требованиями третьего лица с самостоятельными требованиями Борисова А.В. не согласен, представил суду письменные пояснения, где представитель указывает, что Борисов А.В. действует недобросовестно, поскольку наследодатель умер более 30 лет назад, истец Сарачева Е.Н. длительное время открыто владеет спорным имуществом, за все это время Борисов А.В. о своих правах на данное имущество не заявлял, наследственные права не оформил, в месте нахождения объекта не появлялся, расходов, по его содержанию не нес. Обращает внимание на то, что переход права собственности к ФИО9, а затем к Сарачевой Е.Н. были бы невозможны, если бы было фактическое принятие наследства со стороны Борисова А.В.. При этом Борисов А.В. не отрицает факт того, что Сарачева Е.Н. несла бремя содержания спорного имущества на протяжении 20 лет (осуществляла ремонт дома, не допускала его повреждение и гибели, оплачивала электроэнергию, межевание), и Борисов А.В. этому не препятствовал. В течение всего времени открытого владения Сарачевой Е.Н. спорным имуществом, Борисов А.В. не оспаривал ее права, не заявлял требований в суд, не направлял Сарачевой письма, претензии, никаким иным образом не заявлял своих прав на объект. Также представителем заявлено о пропуске исковой давности, в связи с тем, что с момента открытия наследства прошло более 30 лет и более 20 лет с момента начала открытого владения Сарачевой спорным имуществом.
В дополнительных письменных пояснениях представитель указывает, что в 2001 г. между ФИО4 (доверенное лицо ФИО2) и ФИО6 (покупатель) была произведена сделка купли-продажи спорного жилого дома. ФИО4 является родной сестрой супруги ФИО2. Денежные средства в сумме 6000 рублей за жилой дом были переданы ФИО6 согласно расписки ФИО4 в присутствии свидетелей ФИО17 и ФИО18, которые в настоящее время умерли.Со слов ФИО5 (супруга ФИО6), спорный жилой дом приобретался для постоянного проживания отца – ФИО9. При передаче денежных средств ФИО5 не присутствовала, но от супруга ФИО6 ей известно, что деньги переданы, отец вселяется в дом на постоянное место жительства как собственник, а не арендатор, о чем свидетельствует запись в домой книге от ДД.ММ.ГГГГ и квитанция Сбербанка АБ № от ДД.ММ.ГГГГ – взнос за прописку. Кроме того, ФИО9 оформил на свое имя чековую книжку об оплате электроэнергии. Указанное свидетельствует о том, что ФИО9 владеет жилым домом открыто как добросовестный приобретатель. ФИО9 вселился в жилой дом, оплачивал электроэнергию, нес бремя по содержанию жилого дома, надворных построек и земельного участка, открыто владел им, затем передал право владения ФИО3, которая передала ФИО9 8000 рублей за спорный дом в присутствии свидетелей – ФИО10 и ФИО11. ФИО3 принимает владение домом ДД.ММ.ГГГГ. В связи с изложенным, руководствуясь ч.3 ст.234 ГК РФ, представитель просит присоединить ко времени владения спорным жилым домом ФИО3, время, в течение которого спорным жилым домом владел ФИО9. В удовлетворении требований ФИО2 просит отказать.
Третье лицо, заявившее самостоятельные требования относительно предмета спора Борисов А.В. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Представитель Борисова А.В. - Пичугина С.А., действующая на основании доверенности <адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.75-76), в судебном заседании заявленные требования доверителя с учетом уточнений поддержала, просила их удовлетворить, исковые требования Сарачевой Е.Н. просила оставить без удовлетворения. Пояснила, что ее доверитель фактически принял наследство в соответствии со ст. 546 ГК РСФСР, тем самым стал наследником спорного жилого дома. Отец ее доверителя – ФИО7 являлся собственником спорного жилого дома. После его смерти ДД.ММ.ГГГГ открылось наследство в виде указанного выше дома, наследниками являлись супруга – ФИО8 и сын ФИО2. Дом был фактически принят наследниками, поскольку ФИО8 продолжила проживать в доме, а ФИО2 ухаживал за домом и за своей матерью, производил необходимый текущий ремонт дома. ФИО8 умерла ДД.ММ.ГГГГ, после ее смерти единственным наследником был сын – ФИО2. ФИО9 был вселен в дом ДД.ММ.ГГГГ с разрешения ФИО2, что свидетельствует о надлежащем принятии наследства ФИО2, который передал дом в пользование в целях его сохранности. На каких условиях был вселен ФИО27, представителю не известно, документально это не оформлялось. ФИО26 не давал разрешение ФИО27 распоряжаться домом. ФИО26 проживал в <адрес>, периодически приезжал в <адрес>. Кто проживал в доме после 2005 г., не известно, возможно ФИО3. Нес ли ее доверитель какие-либо платежи за жилой дом, представителю не известно. ФИО3 последние семь лет в доме не проживает. Кроме того, представитель отметила, что ФИО3 не может быть заявлено о пропуске срока исковой давности, поскольку заявление ФИО2 не является встречным иском, ответчиком по его иску является администрация Тугулымского муниципального округа, ФИО3 не может оспаривать право собственности ФИО2. Факт того, что ФИО3 проживала в спорном жилом доме и несла расходы, не порождает у нее право собственности на данный дом.
Представитель ответчика администрации Тугулымскогомуниципального округа Свердловской области, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования – Ертарская поселковая управа администрации Тугулымского муниципального округа, нотариус нотариального округа п.г.т. Тугулым и Тугулымского района Бердникова А.Ю. в судебное заседание не явились, о времени и месте извещены надлежащим образом и в срок, причина не явки суду не известна.
В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие истца, третьего лица с самостоятельными требованиями и третьих лиц без самостоятельных требований.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Заслушав доводы представителей, изучив письменные доказательства, допросив свидетелей, суд пришел к следующему выводу.
Относительно исковых требований истца Сарачевой Е.Н., суд отмечает следующее.
В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.
Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Кроме того, в силу пункта 3 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных названным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.
Так, пунктом 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - постановление N 10/22 от 29 апреля 2010 г.), при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:
давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;
давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;
давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации);
владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).
Из указанных выше положений закона и разъяснений пленума следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.
При этом в пункте 16 постановления № 10/22 от 29 апреля 2010 г. также разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.
Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.
Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).
Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.
С учетом вышеизложенного приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь, которое не подменяет собой иные предусмотренные в пункте 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации основания возникновения права собственности.
Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.
Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.
Согласно представленной истцом расписки от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 получил от Сарачевой ФИО38 за продажу дома, земельного участка и дворовых построек, расположенных по адресу: <адрес>, деньги в сумме 8000 рублей, в присутствии свидетелей: ФИО10, ФИО11 (л.д.14).
Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости, на ДД.ММ.ГГГГ имеются следующие сведения об основных характеристиках объекта недвижимости: кадастровый №, местоположение: <адрес>, площадь № кв.м., назначение: жилое, год завершения строительства 1957, кадастровая стоимость 240041,12 руб. (л.д.41-42).
Согласно данным учетной регистрации документов о правах и учетно-технической документации об объектах государственного технического учета и технической инвентаризации, предоставленным Тугулымским БТИ, зарегистрированы следующие сведения о принадлежности объекта недвижимости (жилой дом), расположенного по адресу: <адрес>: дата регистрации сведений: ДД.ММ.ГГГГ, правообладатель: ФИО7, вид права: единоличная собственность, правоустанавливающий документ: договор купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.79).
Из технического паспорта (копии) на индивидуальный жилой дом, находящегося в <адрес>, усматривается, что правообладателем является ФИО7, имеется земельный участок площадью № кв.м., в том числе застроенная площадь № кв.м., под двором №.м., под огоро<адрес> кв.м.. Жилой дом состоит из кухни и комнаты, общая площадь № кв.м., год постройки <адрес>, имеются дворовые постройки (л.д.8-13).
Из домовой книги для прописки граждан, проживающих в <адрес> пос/сов усматривается, ФИО7 и ФИО8 сняты с регистрационного учета ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ (в графе цель приезда и на какой срок указано: на постоянное место жительства), снят с регистрационного учета ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно справке, выданной Ертарской территориальной администрацией ДД.ММ.ГГГГ, нумерация дома по адресу: <адрес>, сменена с № на № (л.д.15).
Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, в ООО «ЛЭНД» принят от Сарачевой ФИО40, аванс за межевание земельного участка <адрес>, 3000 рублей (л.д.16).
Из квитанций и платежных документов (копий) усматривается, что по адресу: <адрес>, открыт лицевой счет №, потребитель Сарачева ФИО39, оплаты производились за потребленную электроэнергию в период с июля 2010 г. по ноябрь 2018 г. (л.д.19-40).
Согласно абонентской книжке по расчетам за электроэнергию, она заведена абонентом ФИО9, адрес абонента Ширшева,49, №. Принимались оплаты за электроэнергию с марта 2004 по июнь 2005.
Обращаясь с иском, истец Сарачева Е.Н. указала, что спорным жилым домом она владеет с ДД.ММ.ГГГГ, открыто и добросовестно, приобрела его у ФИО9, что подтверждается распиской. За все время владения, претензий от родственников ФИО7 и ФИО9, ей не поступало.
Суд пришел к убеждению, что данные обстоятельства нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.
Суд установил, что Сарачева Е.Н. с июля 2005 года, то есть более 20 лет открыто и добросовестно владеет объектом недвижимости – спорным жилым домом, как своим собственным – она производит необходимые ремонты, обрабатывает огород, ограждает дом от проникновения третьих лиц. Данные обстоятельства подтверждаются указанными выше письменными доказательствами (платежными документа по оплате за потребленную электроэнергию, документом по лплате за межевание), а также показаниями свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО22, ПомарцеваВ.Ф., которые показали, что именно ФИО3 с лета 2005 года до настоящего времени владеет спорным жилым домом, который она купила у ФИО9. Оснований, не доверять показаниям указанных свидетелей, у суда не имеется.
На основании изложенного, суд пришел к выводу, что исковые требования Сарачевой Е.Н. о признании права собственности на жилой дом в порядке приобретательной давности, подлежат удовлетворению.
При этом срок владения Сарачевой Е.Н. необходимо исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с даты, когда ФИО9 продал жилой дом Сарачевой Е.Н. по расписке.
Суд не усматривает оснований для присоединения срока владения спорным жилым домом ФИО9 к времени владения указанным жилым домом Сарачевой Е.Н., как того просил представитель истца, на основании следующего.
Так, в силу п. 3 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.
В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 разъяснено, что не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Вместе с тем, при совершении сделки между ФИО9 и Сарачевой Е.Н. ни универсального, ни сингулярного правопреемства не произошло, в связи с чем, правовых оснований для присоединения срока, в течение которого объектом недвижимости владел ФИО9 к сроку владения данным объектом Сарачевой Е.Н., не имеется.
Относительно требований третьего лица с самостоятельными требованиями Борисова А.В. к администрации Тугулымского муниципального округа, Сарачевой Е.Н. о признании права собственности на жилой дом в порядке наследования после смерти родителей – ФИО7, ФИО8, суд отмечает следующее.
В соответствии с положениями статьи 546 Гражданского кодекса РСФСР, действовавшей на момент открытия наследства, для приобретения наследства наследник должен его принять. Не допускается принятие наследства под условием или с оговорками. Признается, что наследник принял наследство, когда он фактически вступил во владение наследственным имуществом или когда он подал нотариальному органу по месту открытия наследства заявление о принятии наследства. Указанные в настоящей статье действия должны быть совершены в течение шести месяцев со дня открытия наследства.
По смыслу приведенной правовой нормы под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.
В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания).
В целях подтверждения фактического принятия наследства наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.
Аналогичные правовые позиции изложены в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", из которых следует, что под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ. В целях подтверждения фактического принятия наследства (пункт 2 статьи 1153 ГК РФ) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.
Судом установлено, что ФИО7 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией свидетельства о смерти I-АИ №, ФИО8 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией свидетельства о смерти I-АИ № (л.д.74, 121).
ФИО2 является сыном ФИО7 и ФИО8, что подтверждается копией свидетельства о рождении ЮН № (л.д.73).
Из ответа на судебный запрос, данный нотариусом нотариальной палаты <адрес> нотариального округа п.г.т. Тугулым и <адрес> ФИО19 следует, что наследственное дело к имуществу ФИО7 не заводилось (л.д.98).
Обращаясь с требованием признать право собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес>, в порядке наследования, Борисов А.В. указал, что после смерти отца он фактически принял наследство в виде указанного дома, а именно совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии, принял меры по его сохранению.
В ходе рассмотрения дела представитель Борисова А.В. – Пичугина С.А. указывала, что после смерти отца, наследство было принято ФИО8 (супруга наследодателя), ФИО2 (сын наследодателя). Дом был фактически принят наследниками, поскольку ФИО8 продолжила проживать в доме, а ФИО2 ухаживал за домом и за своей матерью, производил необходимый текущий ремонт дома. ФИО8 умерла ДД.ММ.ГГГГ, после ее смерти единственным наследником был сын – ФИО2, который вселил в дом ФИО9, что свидетельствует о надлежащем принятии наследства ФИО2, который передал дом в пользование в целях его сохранности.
Принятие наследства - это действия, выражающие волю наследника на вступление в наследство, в данном случае необходимо совершение наследником осознанных и самостоятельных действий, которыми он принимает права и обязанности наследодателя.
С учетом вышеназванных положений закона и разъяснений по его применению, юридически значимым обстоятельством для установления факта принятия истцом наследства является совершение наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства в течение шести месяцев со дня открытия наследства. Непременным условием признания фактического принятия наследства является совершение действий именно с целью принятия наследства, то есть ради приобретения этого имущества.
Суд пришел к выводу о том, что Борисовым А.В., в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,не представлено относимых, допустимых, достоверных доказательств, подтверждающих, что после смерти отца, а затем матери, в установленный законом срок, он совершил действия, направленные на фактическое принятие наследства, в которых проявилось бы его отношение к спорному имуществу как к собственному.
Так, представитель Пичугина С.А. утверждает, что фактическое принятие наследства ее доверителем подтверждают показания свидетелей Андреевой и Крапивиной, а также факт вселения ее доверителем в спорный жилой дом ФИО9
Из показаний свидетелей ФИО41 следует, что после смерти отца, ФИО2 приезжал в дом, помогал матери, ухаживал за домом, когда в доме стал проживать ФИО27, ей не известно, но он был зарегистрирован в 2001 г.. Свидетель ФИО42 показала, что ФИО2 как при жизни, так и после смерти родителей приезжал в дом, помогал матери после смерти отца, осуществлял ремонты в доме, ФИО27 стал проживать в доме примерно через 3 года после смерти матери.
Вместе с тем факт того, что Борисов А.В. приезжал в дом родителей, помогал матери, производил ремонты в доме, не свидетельствуют о возникновении наследственных правоотношений, о совершении наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства после смерти отца, а затем после смерти матери, поскольку суду не представлено доказательств, что данные действия были совершены именно в целях фактического принятия наследства. Более того, свидетели не могут назвать даты, когда Борисов А.В. приезжал в жилой дом.
Судом отклоняются доводы третьего лица с самостоятельными требованиями в части того, что ФИО9 был вселен в спорный жилой дом для временного проживания, и что дом ему был сдан в аренду. Указанное опровергается показаниями свидетеля ФИО43 который приходится племянником ФИО9 и который показал, что ФИО9 дом купил, он приехал в <адрес> для постоянного проживания, после развода с супругой, привез свои вещи, технику. Факт того, что дом был куплен ФИО27, также подтвердили свидетели ФИО28. Кроме того, факт регистрации ФИО9 на постоянное место жительства в спорном жилом доме, отражен в домовой книге, где указана цель регистрации – постоянное место жительства. Открытие абонентской книжкойна имя ФИО9 также свидетельствует о том, что его намерение было постоянно проживать в спорном жилом доме.
При этом суд отмечает, что в ходе рассмотрения дела свое подтверждение нашел факт того, что ФИО9 стал проживать в спорном жилом доме в августе 2001 г., то есть спустя более чем четыре года после смерти матери Борисова А.В., тогда как действия по принятию наследства должны быть совершены наследником в шестимесячный срок после открытия наследства.
В силу разъяснений, содержащихся в п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9, наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).
Однако Борисов А.В., считающий себя наследником отца, а затем матери, фактически принявшим в установленный срок наследство, в состав которого вошел объект недвижимого имущества, очевидно требующий постоянного несения расходов на его содержание, поддержание в надлежащем состоянии, на протяжении длительного периода времени, не осуществлял свои права и обязанности как собственника названного имущества, то есть с очевидностью отказался от реализации своих правомочий, что подтверждается тем, что спорным жилым домом с 2005 г. по настоящее время владеет Сарачева Е.Н., при этом со слов представителя Пичугиной С.А., обстоятельства вселения Сарачевой и факт ее владения спорным имуществом, Борисову А.В. не известны.
Таким образом, обстоятельства, установленные по делу, свидетельствуют, что Борисов А.В. не относился к наследственному имуществу, являющемуся предметом спора, как к своему собственному, как на то указано в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9, не принимал меры к его надлежащему содержанию и сохранению, не совершил иных действий, которые характеризовались бы как действия по принятию наследства. Факт принятия им наследства не подтверждается ни действиями, ни какими-либо документами. Сами по себе утверждения Борисова А.В. и его представителя Пичугиной С.А. об участии в содержании жилого дома, не свидетельствуют о возникновении наследственных правоотношений, поскольку не содержат признаков принятия заявителем на себя имущественных прав и обязанностей умерших родителей в установленный законом срок.
С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что требования третьего лица с самостоятельными требованиями, удовлетворению не подлежат.
Представителем истца заявлено о пропуске исковой давности, рассматривая данное заявление, суд отмечает следующее.
В силупункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В силу статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (п.1).
Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму" (п.2).
В абзаце 2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных п. 1 ст. 181 и абз. 2 п. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, является день нарушения права.
Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.
На исковые требования об установлении факта принятия наследства, признании права собственности на наследуемое имущество, признании недействительным свидетельства о праве на наследство, истребовании имущества из чужого незаконного владения распространяется общий срок исковой давности в три года, предусмотренный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Третьим лицом с самостоятельными требованиями заявлено требование о признании права собственности на спорный жилой дом в порядке наследования, то есть требование, на которое распространяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Борисов А.В. также указывает, что совершил действия по фактическому принятию наследства, то есть фактически принял наследство.В связи с чем, Борисов А.В. имел возможность обратиться с вышеуказанными требованиями в исковом порядке или в порядке особого производства не позднее 27.11.2000 г..
Однако, с настоящим иском Борисов А.В. обратился только 17.11.2025 г., то есть с пропуском срока исковой давности со дня предполагаемого им фактического принятия наследства, что является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении исковых требований.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Сарачевой ФИО44 к администрации Тугулымского муниципального округа, Борисову ФИО45 о признании права собственности на жилой дом в порядке приобретательной давности - удовлетворить.
Признать за Сарачевой ФИО46, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) право собственности в порядке приобретательной давности на жилой дом, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес>.
Решение суда является основанием для внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним соответствующих записей.
Заявленные требования третьего лица с самостоятельными требованиями Борисова ФИО47 к администрации Тугулымского муниципального округа о признании в порядке наследования после смерти ФИО7 и ФИО8 права собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес> – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Талицкий районный суд Свердловской области.
Судья Н.А. Крицкая