РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
16 февраля 2026 года город Сатка
Саткинский городской суд Челябинской области в составе:
Председательствующего Сорокина Е. Е.,
При секретаре Горшковой М. А.,
С участием прокурора Половинкиной О.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда с использованием видео-конференц связи с ФКУ ИК-1 <адрес> гражданское дело по иску Михайлова И.О. к Кондрашину М.В. о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
Михайлов И.О. обратился в суд с исковым заявлением к Кондрашину М.В. о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1500000 рублей, материального ущерба в сумме 37750 рублей, расходы на подготовку искового заявления в сумме 5000 рублей.
В обоснование иска указывает, что ДД.ММ.ГГГГ Кондрашин М.В., будучи в состоянии алкогольного опьянения, в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, умышленно причинил ФИО тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть потерпевшей. Приговором Саткинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ Кондрашин М.В. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на семь лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Михайлов И.О. является сыном ФИО, и был признан потерпевшим по данному уголовному делу. В связи со смертью матери он понес также и материальные затраты на её похороны в размере 37750 рублей.
Из-за смерти матери он на длительный срок оказался в состоянии социального и психологического неблагополучия, испытал стресс, ухудшение самочувствия, нарушение сна, аппетита.
Истец Михайлов И.О. в судебное заседание не явился. О дне, времени и месте слушания дела надлежаще извещен.
Представитель истца Михайлова И.О. – Михайлов О.Г., действующий по доверенности, в судебном заседании на исковых требованиях Михайлова И.О. настаивал.
Ответчик Кондрашин М.В. в судебном заседании исковые требования признал в полном объёме.
Опросив стороны, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, заслушав мнение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению.
В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, данным в абз. 3 п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В п. 25 Постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
В соответствии с разъяснениями, данными в п. 26 Постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Согласно разъяснениям п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
Приговором Саткинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на семь лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима.
Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, указанный Приговор Саткинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ обязательно в части, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Установлено, что в период времени с 17 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 10 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ, Кондрашин М.В., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, на фоне личных неприязненных отношений друг к другу, вследствие чрезмерного употребления спиртного, умышленно нанес множественные удары по различным частям тела ФИО, причинив последней тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть потерпевшей.
Согласно заключению судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО наступила от полученной тупой травмы грудной клетки, включающей в себя следующие повреждения: кровоподтек и ссадину в околососковой области левой молочной железы, кровоподтек на правой боковой поверхности грудной клетки в проекции 4-10 ребер, переломы 7-11 ребер справа по подмышечной линии, с повреждением пристеночной плевры и контактным повреждением нижней доли правого легкого, переломы 4-5 ребер слева по среднеключичной линии, с повреждением пристеночной плевры и контактным повреждением верхней доли левого легкого, кровоизлияние в мягкие ткани области 6-11 ребер слева по окологрудинной линии, переломы 7-11 ребер слева по окологрудинной линии по их хрящевой части без повреждения пристеночной плевры, кровоизлияние в левый купол диафрагмы, осложнившейся развитием двухстороннего травматического гемопневмоторакса, травматического шока, отёка лёгких, бронхоспазмом, эмфиземой легких, неравномерным кровенаполнением внутренних органов с острыми расстройствами гемодинамики внутренних органов. Таким образом, между тупой травмой грудной клетки, развившимися осложнениями и смертью потерпевшей усматривается причинная связь. Тупая травма грудной клетки, повлекшая смерть потерпевшей, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Тупая травма грудной клетки образовалась прижизненно, в пределах первых 2-6 часов до наступления смерти, о чем свидетельствует степень выраженности реактивных изменений, в зоне кровоизлияний выявленная при судебно-гистологическом исследовании. Принимая во внимание локализацию и характер повреждений входящих в комплекс тупой травмы грудной клетки можно предположить, что данная травма могла образоваться от не менее 3-х травматических воздействий (ударов) тупыми твердыми предметами (предметом): одно ударное воздействие, на правую боковую поверхность грудной клетки, где обнаружены кровоподтек в проекции 4-10 ребер, переломы 7-11 ребер справа по подмышечной линии, с повреждением пристеночной плевры и контактным повреждением нижней доли правого легкого; одно ударное воздействие, на переднюю поверхность грудной клетки слева, где обнаружены кровоподтек и ссадина в околососковой области левой молочной железы, переломы 4-5 ребер слева по среднеключичной линии, с повреждением пристеночной плевры и контактным повреждением верхней доли левого легкого; одно ударное воздействие, на переднюю поверхность грудной клетки слева, где обнаружены кровоизлияние в мягкие ткани области 6-11 ребер слева по окологрудинной линии, переломы 7-11 ребер слева по окологрудинной линии по их хрящевой части без повреждения пристеночной плевры. Частные (индивидуальные) признаки следообразующей части травмирующего предмета (предметов) в повреждениях не отобразились, поэтому судить о конструкционных особенностях следообразующей части и как следствие о конструкционных особенностях самого предмета не представляется возможным. Так же при исследовании трупа была обнаружена закрытая черепно-мозговая травма, включающая в себя следующие повреждения: раны (2) мягких тканей правой ушной раковины, кровоизлияние в мягкие ткани головы справа, субдуральную гематому правой височной области с распространением на область средней черепной ямки справа. Указанная травма образовалась прижизненно, в пределах первых 2-6 часов до наступления смерти, о чем свидетельствует степень выраженности реактивных изменений, в зоне кровоизлияний выявленная при судебно-гистологическом исследовании. Обычно подобные повреждения у живых лиц влекут вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья. Принимая во внимание морфологию, характер и локализацию повреждений, входящих в комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, можно предположить, что данная травма могла образоваться от не менее одного воздействия тупым твердым предметом, на правую височную область головы ФИО, где обнаружены раны (2) мягких тканей правой ушной раковины, кровоизлияние в мягкие ткани головы справа, субдуральная гематома правой височной области с распространением на область средней черепной ямки справа. Частные (индивидуальные) признаки следообразующей части травмирующего предмета в повреждениях (входящих в комплекс черепно-мозговой травмы) не отобразились, поэтому судить о конструкционных особенностях следообразующей части и как следствие о конструкционных особенностях самого предмета не представляется возможным. Обнаруженная при исследовании трупа рана мягких тканей области правой брови образовалась прижизненно, возможно в один срок с тупой травмой грудной клетки и закрытой черепно-мозговой травмой, о чем свидетельствует её морфологическая картина, от однократного воздействия тупого твердого предмета. Подобные повреждения у живых лиц влекут лёгкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья. Частные (индивидуальные) признаки следообразующей части травмирующего предмета в повреждении не отобразились, поэтому судить о конструкционных особенностях следообразующей части и как следствие о конструкционных особенностях самого предмета не представляется возможным. Кроме того при исследовании трупа были обнаружены следующие повреждения: массивные кровоизлияния в мягкие ткани головы слева и справа; кровоподтеки (4) и ссадины (23) лица; участок осаднения левой щечно-скуловой области; кровоподтеки (6) передней и боковых поверхностей грудной клетки; кровоподтек области проекции правой подвздошной кости; кровоподтек и ссадины (2) области проекции левой подвздошной кости; кровоподтеки (4) и ссадины (1) правой верхней конечности; кровоподтеки (11) левой верхней конечности; кровоподтеки (20) и ссадины (11) правой нижней конечности; кровоподтеки (15) и ссадина левой нижней конечности. Указанные повреждения образовались прижизненно, в пределах первых 2-6 часов до наступления смерти, о чем свидетельствует их морфологическая картина и степень выраженности реактивных изменений, в зоне кровоизлияний выявленная при судебно-гистологическом исследовании, от не менее 102 воздействий тупыми твердыми предметами (предметом). Обычно подобные повреждения у живых лиц не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью. Частные (индивидуальные) признаки следообразующей части травмирующего предмета (предметов) в повреждениях не отобразились, поэтому судить о конструкционных особенностях следообразующей части и как следствие о конструкционных особенностях самого предмета не представляется возможным. Учитывая степень выраженности реактивных изменений в зонах кровоизлияний и повреждений входящих в комплекс тупой травмы грудной клетки и закрытой черепно-мозговой травмы, выявленную при судебно-гистологическом исследовании, эксперт полагает, что вышеуказанные травмы могли быть причинены ФИО в один короткий промежуток времени между собой, а также, о том, что с момента причинения потерпевшей данных травм, до наступления её смерти прошло около 2-6 часов. Учитывая тяжесть и локализацию повреждений возможность совершения активных целенаправленных действий (передвигаться, кричать и т.д.) в этот период времени не исключается, но они могли иметь ограниченный характер в относительно непродолжительный промежуток времени. Более точный промежуток времени определить не представляется возможным, так как это является индивидуальной особенностью каждого человека. При визуальном исследовании краев и стенок ран мягких тканей области правой брови и правой ушной раковины трупа каких-либо мелких частиц, волокон или веществ не обнаружено. При судебно-химическом исследовании в крови и моче от трупа обнаружен этиловый спирт, в крови в концентрации 1,9 промилле, в моче – 3,2 промилле, что при жизни могло соответствовать алкогольному опьянению средней степени. Степень выраженности трупных изменений позволяет предположить, что смерть ФИО наступила в пределах первых 24-36 часов до момента начала их исследования в секционном зале ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 20 минут.
Оснований сомневаться в том, что имеющиеся у ФИО травмы получены в результате нанесения травм Кондрашиным М.В., имевших место, что в период времени с 17 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 10 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ, у суда не имеется, учитывая, что данные повреждения и заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ исследовано при рассмотрении уголовного дела в отношении Кондрашина М.В. и положены в основу Приговора Саткинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего законную силу, и, следовательно, имеющего преюдициальное значение.
Как следует из показаний представителя истца Михайлова И.О. – Михайлова О.Г., данных в судебном заседании, истец очень переживал гибель матери, с которой у него были близкие и доверительные отношения, хотя он и не проживал с ней. Для него было большим ударом то, что он увидел на месте происшествия. Он стал раздражительным, нервным, замкнутым. Говорит, что чувствует пустоту в связи с гибелью матери. Он до настоящего времени ощущает общее ухудшение самочувствия, нарушение сна.
Свидетель ФИО2 в судебном заседании пояснила, что истец Михайлов И.О. очень тяжело переживал смерть матери. Он стал раздражительным, нервным, замкнутым. Говорит, что чувствует пустоту в связи с гибелью матери.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Таким образом, с учетом степени и характера, перенесенных потерпевшим – истцом Михайловым И.О., физических и нравственных страданий в связи с утратой самого близкого человека - матери, что повлиявшие на его нормальный образ жизни, приведшее к общему ухудшению самочувствия, руководствуясь принципом разумности и справедливости, а также, учитывая полное признание ответчиком иска, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика Кондрашина М.В. в пользу истца Михайлова И.О. в сумме 1500000 рублей.
Взысканию с ответчика Кондрашина М.В. подлежат расходы истца Михайлова И.О. на похороны ФИО в сумме 37750 рублей, подтвержденные товарным чеком № от ДД.ММ.ГГГГ, квитанцией №), а также подтвержденные расходы истца Михайлова И.О. по оплате юридических услуг в сумме 5000 (пять тысяч) рублей за составление искового заявления (квитанция серия № от ДД.ММ.ГГГГ), против чего не возражал ответчик, и что, по мнению суда, находится в разумных пределах, руководствуясь принципами разумности и справедливости.
Согласно ч.1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, в бюджет Саткинского муниципального округа с ответчика Кондрашина М.В. подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 7000 рублей (при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащих оценке, при цене иска: до 100000 рублей - 4000 рублей + 3000 рублей - по требованиям неимущественного характера о взыскании компенсации морального вреда).
Суд учитывает полное признание ответчиком Кондрашиным М.В. иска. Признание сделано добровольно, соответствует требованиям законодательства, не нарушает прав третьих лиц.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194, 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск Михайлова И.О. (паспорт №) к Кондрашину М.В. (паспорт №) о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить в полном объеме.
Взыскать с Кондрашина М.В. в пользу Михайлова И.О. в возмещение материального ущерба 37750 (тридцать семь тысяч семьсот пятьдесят) рублей, компенсацию морального вреда в размере 1500000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 5000 (пять тысяч) рублей.
Взыскать с Кондрашина М.В. в бюджет Саткинского муниципального округа Челябинской области государственную пошлину в сумме 7000 (семь тысяч) рублей.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы через Саткинский городской суд.
Председательствующий: (подпись) Е.Е. Сорокин
Мотивированное решение изготовлено 18 февраля 2026 года.
Верно:
Судья Е.Е. Сорокин
Секретарь: М.А. Горшкова