РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
25 февраля 2026 года город Кировград
Кировградский городской суд Свердловской области в составе председательствующего Охотиной С.А., при секретаре судебного заседания Миллер В.Е., с участием представителя истца ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по <адрес>, а также представителя ГУФСИН России по <адрес> и ФСИН России О.Е.В., действующей на основании доверенностей, ответчика К.И.А. и третьего лица Ч.А.В. (посредством организации видеоконференц-связи);
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального казенного учреждения Исправительная колония № ГУФСИН России по <адрес> к К.И.А. о взыскании материального ущерба,
УСТАНОВИЛ:
Истец - ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по <адрес> в лице представителя по доверенности обратился в суд с иском к К.И.А. о взыскании денежных средств, а именно, просит взыскать с ответчика материальный ущерб в виде затрат, понесенных в связи с пресечением побега и розыском, в размере 87 865 рублей 88 копеек.
В обоснование иска указано, что К.И.А. был осужден ДД.ММ.ГГГГ приговором Центрального окружного военного суда <адрес> по <данные изъяты> УК РФ к <данные изъяты>. Ориентировочный конец срока: ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> на основании постановления Верх-Исетского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> совершил побег из-под стражи ФКУ СИЗО-1. Во время проведения утренней проверки наличия подозреваемых, обвиняемых и осужденных на посту № корпусного отделения № СИЗО-1 выявлен факт отсутствия в камере № осужденного К.И.А.. Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>. <данные изъяты> осужденный Ч.А.В. <данные изъяты> №, <данные изъяты> №, выпустив оттуда осужденного К.И.А., вместе с которым выдвинулся в сторону прогулочных дворов; в <данные изъяты>. открыв с помощью <данные изъяты> осужденные поднялись на № этаж <данные изъяты> №, где расположены прогулочные дворы, после чего <данные изъяты>. Далее, <данные изъяты> <адрес>, проследовав по которой перебрались на крышу здания <адрес>, спустившись с которой ориентировочно в <данные изъяты>. совершили побег. Данный факт зарегистрирован в КРСП за № от ДД.ММ.ГГГГ. Для проведения розыска был проведен сбор личного состава ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по <адрес>, с изданием приказа о привлечении сотрудников к исполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни. При проведении розыскных мероприятий использовался служебный транспорт, находящийся в ведении ФКУ ИК-6 и соответственно понесены затраты, связанные с пресечением побега ответчика, в виде расходов при эксплуатации служебного автотранспорта на горюче-смазочные материалы во время розыска. Задействована одна единица автотранспорта учреждения - автомобиль <данные изъяты> с г.н.№. Пробег автомобиля за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составил 2766 километров, израсходовано 366,65 литров бензина АИ-92; средняя стоимость 1 литра бензина за период ДД.ММ.ГГГГ составляет 57,25 рублей. В связи с чем, стоимость израсходованного бензина для осуществления розыска ответчика составила: 13 896,01 рублей. В качестве денежной компенсации за привлечение сотрудников к исполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни, сотрудникам, привлеченным к службе в связи с розыскными мероприятиями, выплачено: с учетом надбавки 10% за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 102 445 рублей 09 копеек (указанная сумма разделена на 2, учитывая осуществление в данный период также розыска Ч.А.В.); с учетом надбавки 10% за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 21 947 рублей 32 копейки. Итого в качестве денежной компенсации за привлечение сотрудников к исполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни, сотрудникам, привлеченным к службе в связи с розыском осужденного К.И.А., выплачено: 73 169 рублей 87 копеек. Кроме того, в ходе проведения розыскных мероприятий отрабатывались адреса возможного местонахождения осужденного, патрулирования мест его возможного появления. Согласно авансовым отчетам сотрудников на командировочные расходы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ всего потрачено 1 600 рублей. Итого командировочные расходы, выплаченные сотрудникам, исходя из расчета на осужденного К.И.А.: 1 600/2 = 800 рублей. ДД.ММ.ГГГГ при проведении розыскных мероприятий осужденный К.И.А. был обнаружен и задержан; в настоящее время содержится в СИЗО-1. ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя СУ УМВД России по <адрес> в отношении осужденного К.И.А. возбуждено уголовное дело по <данные изъяты> УК РФ. ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по <адрес> является юридическим лицом, участником бюджетного процесса - получателем бюджетных средств, лицевой счет которого открыт в органах федерального казначейства. Главным распорядителем бюджетных средств, выделенных уголовно исполнительной системе РФ, является ФСИН России. Средства, затраченные на пресечения побега осужденного, являются федеральной собственностью, и соответственно подлежат возмещению истцу в установленном законодательством порядке лицом, винновым в причинении ущерба. Учитывая изложенное, факт привлечения сотрудников колонии к осуществлению розыскных мероприятий в установленном порядке, а также учитывая приведенные в иске нормы права, истец обратился в суд с иском о взыскании с ответчика материального ущерба в заявленном в иске размере.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, – ГУ МВД России по <адрес>, Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по <адрес>, а также ГУФСИН России по <адрес> и ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>. Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле с учетом существа спора, привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика – Ч.А.В. и на стороне истца ФСИН России.
Представитель истца ФКУ ИК-6, а также третьих лиц ГУФСИН России по <адрес> и ФСИН России Осинкина Е.В. в судебном заседании заявленные требования поддержала по указанным в иске основаниям, в том числе с учетом дополнительно представленных подробных расчетов заявленных ко взысканию сумм ущерба, и просила требования удовлетворить в полном объеме. Также дополнительно указав, что несмотря на тот факт, что приговор в отношении ответчика в законную силу не вступил, имеются основания для возложения на К.И.А. гражданско-правовой ответственности за причинение ущерба в заявленном в иске размере по общим основаниям, в том числе учитывая положения ст. 1064 ГК РФ и ст. 41 Закона о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Розыск К.И.А. и Ч.А.В., совершивших побег из СИЗО-1 в ДД.ММ.ГГГГ, а также и комплекс мер для розыска осужденных, был установлен и осуществлялся в строгом соответствии Приказом Министерства юстиции РФ от ДД.ММ.ГГГГ №; сотрудники ИК-6 и автотранспорт были задействованы в розыске на основании соответствующих распоряжений и приказов ГУФСИН России по <адрес> и соответственно начальника Учреждения, сотрудники дополнительно привлекались к осуществлению розыска вне основной работы и первоначально утвержденных графиков, с учетом определенного радиуса и направления выставляемых постов, района местности. Расчет затраченных материальных средств на оплату труда работников, привлеченных к розыску сверх нормальной продолжительности рабочего времени, а также в ночное время, выходные и нерабочие дни, затрат на командировочные расходы и на горюче-смазочные материалы при использовании служебного транспорта, произведен учреждением исходя из первичных документов, фактически понесенных затрат, и подробно отражен в иске и дополнительно представленных расчетах.
Ответчик К.И.А. в судебном заседании заявленные требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать, в том числе поддержав представленные в дело письменные возражения. Факт побега из СИЗО-1 ответчиком не оспаривается, как не оспаривается время, обстоятельства задержания. Ответчиком указано, что ст. 102 УИК РФ в данном случае применению не подлежит, поскольку он не относился на момент побега к осужденным лицам, т.к. приговор, в связи с которым содержался под стражей в СИЗО-1, в законную силу не вступил; до вступления приговора в законную силу лицо не является осужденным и на него не распространяется режим отбывания наказания. Полагает, что до момента вынесения приговора по уголовному делу по <данные изъяты> УК РФ вина ответчика в побеге не доказана и соответственно не имеется оснований для разрешения вопроса о вине в рамках настоящего гражданского дела, в частности без учета и обстоятельств побега. Сторона ответчика полагает, что какого-либо ущерба истцу причинено не было, поскольку прямая обязанность органов исполнения наказания - содержать обвиняемых под стражей и соответственно денежные средства выделяются для исполнения данной обязанности, осуществления пресечения побега и расходы на пресечения побега выделяются из бюджета ФСИН; сторона ответчика пролагает необоснованным привлечение такого количества сотрудников различных исправительных учреждений <адрес>, в том числе расположенных в отдалении от места совершения побега, что безосновательно увеличивало расходы и не являлось необходимым, учитывая задействованные в поисках и иные органы. Использование транспортных средств учреждений, также расположенных на значительном удалении от Екатеринбурга и места поисков, учитывая необходимость его проезда и до назначенного места, полагает необоснованным и явно излишним, повлекшим необоснованное увеличение расходов. Также ответчик просил учесть и его затруднительное материальное положение, поскольку дохода не имеет, возможности получить доход также не имеется в связи с содержанием под стражей; имущества и денежных средств, за счет которых возможно возмещение ущерба, не имеет. Кроме того, при вынесении решения учитываются доводы письменных возражений представителя ответчика Н.Н.В. от ДД.ММ.ГГГГ, которые в целом согласуются с позицией ответчика; при этом представитель ответчика извещена о рассмотрении дела, ходатайств об отложении и дополнений не представила, в связи с чем, было определено о рассмотрении дела в ее отсутствие.
Третье лицо Ч.А.В. в судебном заседании поддержал доводы ответчика, возражая против заявленных требований; а также пояснил, что факт побега с К.И.А. из СИЗО-1 не оспаривает, при этом период побега был разный, учитывая различное время задержания каждого из них после побега.
Иные третьи лица, привлеченные к участию в деле - ГУ МВД России по Свердловской области, Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Свердловской области, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом, о чем в деле имеются отчеты, отзывов и ходатайств в адрес суда не представлено. Прокурором, извещенным о рассмотрении дела, явка сотрудников не обеспечена, указано об отсутствии указанных в законе обязательных оснований для привлечения и участия в рассмотрении данного спора (о чем в деле имеется телефонограмма).
Суд, с учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, надлежащее извещение лиц участвующих в деле, принимая во внимание, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, определил рассмотреть дело при данной явке в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.
Огласив исковое заявление, возражения стороны ответчика, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и проанализировав представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.
В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или иными такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
Статьей 41 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" установлено, что подозреваемые и обвиняемые несут материальную ответственность за причиненный государству во время содержания под стражей материальный ущерб: причиненный в ходе трудовой деятельности, - в размерах, предусмотренных законодательством о труде; причиненный иными действиями, - в размерах, предусмотренных гражданским законодательством.
Размер материального ущерба, причиненного государству подозреваемым или обвиняемым, определяется постановлением начальника места содержания под стражей.
Постановление объявляется подозреваемому или обвиняемому под расписку и может быть обжаловано вышестоящему должностному лицу, прокурору или в суд.
В случае отказа от добровольного возмещения материального ущерба он взыскивается в судебном порядке в соответствии с законом.
Статьей 102 Уголовно-исполнительного кодекса РФ также предусмотрено, что в случае причинения во время отбывания наказания материального ущерба государству или физическим лицам и юридическим лицам осужденные к лишению свободы несут материальную ответственность за ущерб, причиненный иными действиями осужденных, - в размерах, предусмотренных гражданским законодательством. Осужденный должен возмещать ущерб, причиненный исправительному учреждению, дополнительные затраты, связанные с пересечением его побега, а также лечением в случае умышленного причинения вреда своему здоровью.
Учреждения, исполняющие наказания, являются юридическими лицами. Территориальные органы уголовно-исполнительной системы создаются на территориях субъектов; и осуществляют руководство подведомственными им учреждениями. Финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы, прав, социальных гарантий сотрудников является расходным обязательством РФ (статьи 6, 7, 9 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы РФ»).
Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).
Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом установлено из представленных материалов, в том числе справки по личному делу ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, что К.И.А. с ДД.ММ.ГГГГ был задержан в порядке ст. <данные изъяты> УПК РФ; ДД.ММ.ГГГГ постановлением суда избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. С ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время содержится в СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, числится за <данные изъяты>. Приговором <данные изъяты> <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ К.И.А. осужден по <данные изъяты> УК РФ (в ред. Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №501-ФЗ) к <данные изъяты>. Этим же приговором осужден Ч.А.В. по <данные изъяты> УК РФ (в ред. Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №501-ФЗ) к <данные изъяты>; который также содержится в СИЗО-1. Сведений о вступлении приговора в законную силу на момент подачи иска, в частности на момент совершения побега не имелось.
Также установлено и не оспаривается ответчиком К.И.А. и третьим лицом Ч.А.В., что ДД.ММ.ГГГГ К.И.А. и Ч.А.В. совершили побег из под стражи, а именно, из СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>. При этом из материалов служебной проверки (заключений о результатах служебных проверок от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) установлено, что: ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> при проведении утренней количественной проверки на посту № корпусного отделения № ФКУ СИЗО-1, сотрудниками учреждения установлено отсутствие осужденных Ч.А.В. в камере 660 и К.И.А. в камере 661. В результате просмотра видеоархива за ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в <данные изъяты> Ч.А.В. вышел из камеры №, в <данные изъяты> открыл камерную дверь № с помощью отмычки, где содержался К.И.А.; впоследствии при просмотре видеозаписей установлены действия Ч.А.В. и К.И.А., позволившие им осуществить побег из СИЗО-1, в частности установлено, что линия охраны была пересечена указанными лицами в <данные изъяты>; дальнейшее движение при помощи видеонаблюдения отследить не удалось. В <данные изъяты> объявлен сбор личного состава ГУФСИН и организованы оперативно-розыскные мероприятия.
Впоследствии, в результате розыскных мероприятий, проводившихся сотрудниками ГУФСИН России по Свердловской области совместно с иными органами (ФСБ, МВД), местонахождение ответчика и третьего лица было установлено, а именно, К.И.А. задержан ДД.ММ.ГГГГ, а Ч.А.В. ДД.ММ.ГГГГ; с указанной даты данные лица водворены в СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, где содержатся по настоящее время.
Вопреки доводам стороны ответчика, судом учитывается, что следственные изоляторы входят в уголовно-исполнительную систему (ст. 8 ФЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»); и в данном конкретном случае ФКУ СИЗО-1, как и ФКУ ИК-6, фактически входят в структуру ГУФСИН России по Свердловской области (соответствующий территориальный орган ФСИН).
При этом как указано выше, в связи с побегом из учреждения ФСИН области, ГУФСИН России по СО были организованы оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установление местонахождение Ч.А.В. и К.И.А., их задержание. Так, вопреки доводам ответчика о необоснованности участия сотрудников ИК-6 в проводимых розыскных мероприятиях, суду представлены документы, подтверждающие как основания привлечения к данным мероприятиям, так и определенный объем мероприятий, поручаемых сотрудникам конкретного учреждения – ФКУ ИК-6 в установленном порядке. В частности, ДД.ММ.ГГГГ ГУФСИН России по Свердловской области вынесен Приказ № «О переходе подразделений ГУФСИН России по СО на усиленный вариант несения службы» в целях организации содействия в розыске и задержании особо опасных преступников, совершивших побег из СИЗО-1, которым в том числе начальникам учреждений ГУФСИН: организовать круглосуточное дежурство руководящего состава и оперативных групп; а также Приказ № «О проведении специальной операции», в соответствии с которым: силами розыскных постов перекрыть вероятные направления движения (с указанием количества постов и вероятных маршрутов движения), розыскным нарядам приступить к выполнению задач в соответствии с планом действий при чрезвычайных обстоятельствах; сформированы группы боевого порядка и посты, в частности <данные изъяты> сотрудники ИК-6 в количестве по <данные изъяты> человека на каждом посту; а также определены задачи боевого порядка с привлечением транспортных средств (служебных, а также и личных) и места дислокации групп. Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ вносились изменения в Приказ №, привлекались к участию дополнительно сотрудники учреждений. Также суду представлены решения оперативного штаба на ведение розыска бежавших преступников за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (включительно) с указанием ежедневных мероприятий по розыску и запланированных мероприятий на следующий день, выставленных постов с указанием сотрудников конкретных учреждений, привлеченных к розыску.
На основании указанных приказов и распоряжений, в частности и руководителя Учреждения (начальника ИК-6), сотрудники ИК-6 также несли службу в усиленном варианте, в частности принимая участие в оперативно-розыскных мероприятиях, что подтверждено помимо вышеприведенных Приказов, также представленными табелями и графиками несения службы, утвержденными начальником Учреждения, командировочными удостоверениями, путевыми листами и изданными впоследствии Приказами начальника ИК-6 В.М.М. за номерами №, № и № о привлечении к работе конкретных сотрудников в период с ДД.ММ.ГГГГ.
Таким образом судом, вопреки доводам стороны ответчика установлено, что участие сотрудников ИК-6 было обусловлено принятыми решениями уполномоченных лиц (территориальным органом ФСИН), с учетом установленного комплекса мер для розыска сбежавших лиц, перевода сотрудников учреждений ГУФСИН России по Свердловской области на усиленный вариант несения службы, привлечения сотрудников ИК-6 непосредственно к оперативно-розыскным мероприятиям в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При этом как следует из представленной суду информации и документов, мероприятия по розыску определялись и осуществлялись принимая во внимание Приказ Министерства юстиции РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Инструкции по подготовке уголовно-исполнительной системы к действиям при чрезвычайных обстоятельствах». Учитывая обстоятельства побега, временной период до обнаружения факта побега, значительную территорию области и возможных направлений движения, а также представленные справки-характеристики в отношении сбежавших лиц и сведения о преступлении, его тяжести в соответствии с приговором, на основании которого указанные лица были осуждены и находились в СИЗО-1 (несмотря на то, что таковой не вступил в законную силу), суд приходит к выводу, что оснований полагать по доводам ответчика о необоснованности привлечения сотрудников ИК-6 (одного из учреждений ГУФСИН России по СО) к розыску ввиду отдаленности нахождения от места побега, фактически не имеется. Оснований полагать, что сбежавшие лица, в частности ответчик, будут находиться на территории <адрес> и не предпримут попыток скрыться в иных направлениях, не имелось, а меры розыска приняты с учетом конкретных обстоятельств, необходимости осуществления контроля большей территории в целях пресечения попыток скрыться, установить местонахождение сбежавших лиц.
Учитывая вышеприведенное, судом отклоняются доводы стороны ответчика, в том числе в лице представителя, о том, что оснований для взыскания с ответчика К.И.А. ущерба (убытков), причиненных в результате побега, не имеется со ссылкой на ст. 102 УИК РФ, поскольку несмотря на то, что приговор суда в отношении ответчика не вступил в законную силу на момент побега, ответчик К.И.А. фактически совершил действия (самовольное оставление СИЗО-1, побег), которые привели к привлечению сотрудников ФКУ ИК-6 к оперативно-розыскным мероприятиям наряду с иными сотрудниками Учреждений ГУФСИН России по Свердловской области, что не противоречит подлежащим применению положениям закона и вышеприведенным нормативным актам. Соответственно, что привело к причинению материального ущерба; в связи с чем, имеется причинная связь между действиями ответчика и причиненным ущербом истцу в виде материальных затрат именно в виде понесенных затрат на совершение сотрудниками истца действий по розыску ответчика.
Таким образом, учитывая положения ст. 41 ФЗ РФ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и ст.1064 ГК РФ у ответчика возникла обязанность возместить ущерб, причиненный фактически неправомерными действиями, поскольку побег из мест содержания под стражей сам по себе свидетельствует о несоответствии таких действий требованиям закона; и вопреки доводам ответчика осуществление оперативно-розыскной деятельности в случае чрезвычайных обстоятельств (в частности в случае побега заключенных и перехода на усиленный вариант несения службы в связи с данным фактом) не относится к повседневной деятельности сотрудников учреждения истца, что и вызывает необходимость дополнительного привлечения сотрудников к работе сверх нормальной продолжительности рабочего времени (установленного для них графика), направление в командировку для выполнения установленных оперштабом и Приказами территориального органа задач, а также дополнительного времени использования служебного транспорта именно для целей розыска.
Так, фактически ответчик К.И.А., которому избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, приговором назначено наказание в виде лишения свободы, был в соответствии с законом ограничен в своих правах, в частности в праве передвижения, принудительно изолирован от общества; однако допустил самовольное оставление СИЗО-1, поскольку доказательств иного при рассмотрении дела не представлено.
Приказом Министерства юстиции РФ № от ДД.ММ.ГГГГ утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. В частности такими правилами предусмотрено, что при осуществлении подозреваемыми и обвиняемыми своих прав не должны нарушаться порядок и условия содержания под стражей (п.7). В п. 9 указано, что подозреваемые и обвиняемые обязаны: соблюдать порядок и условия содержания под стражей, установленный Федеральным законом N 103-ФЗ и настоящими Правилами; не препятствовать работникам СИЗО, а также иным лицам, обеспечивающим порядок содержания под стражей, в выполнении ими служебных обязанностей. Согласно п. 11 подозреваемым и обвиняемым запрещается: без разрешения администрации покидать камеры и другие помещения режимных корпусов; приближаться без сопровождения сотрудников УИС к ограждениям запретных зон, пересекать их, нарушать границу территории СИЗО либо линию охраны объектов СИЗО, нарушать (повреждать) целостность конструкции ограждений запретных зон.
Согласно ст. 15 ФЗ РФ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий, в том числе изоляцию подозреваемых и обвиняемых. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей. Статьей 36 названного закона предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, не препятствовать сотрудникам мест содержания под стражей, в выполнении ими служебных обязанностей.
В связи с чем, безусловных оснований, вопреки доводам стороны ответчика, о приостановлении производства по делу до разрешения уголовного дела о привлечении к ответственности по факту побега, не имелось (что отражено и в отдельно вынесенном определении), поскольку отсутствие приговора в данном случае не свидетельствует об отсутствии установленных законом оснований для наступления гражданско-правовой ответственности в связи с самим фактом самовольного оставления СИЗО (без установленных законом оснований) и понесенных в связи с этим затрат учреждениями ГУФСИН России по СО для розыска. В нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлено доказательств отсутствия его вины в причинении ущерба истцу; в частности ст. 49 указанного выше закона № 103-ФЗ также предусмотрены основания освобождения из под стражи, наличие которых на момент совершения побега со стороны ответчика не доказано при рассмотрении дела.
Несоблюдение в полном объеме требований ст. 41 ФЗ РФ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» о необходимости объявления постановления об ущербе, не соблюдение установленного возмещения ущерба, не является безусловным основанием для отказа в иске, поскольку как следует из фактических обстоятельств дела, ответчик не признает требования о возмещении ущерба, не оспаривая факт самовольного оставления места содержания под стражей (побег), что не препятствует разрешению фактически возникшего между сторонами спора в гражданском порядке с учетом положений гражданского законодательства, о чем прямо указано и в приведенной норме.
Вопреки доводам стороны ответчика и третьего лица, со стороны истца представлены достоверные и относимые доказательства размера ущерба, причиненного в связи с пресечением побега указанных лиц, которые в своей совокупности подтверждают размер заявленной ко взысканию суммы – с К.И.А. в размере 87 865 рублей 88 копеек.
В целях произведения оперативно-розыскных мероприятий, распоряжениями начальника ФКУ ИК-6 (впоследствии оформленными приказами), с учетом Приказов ГУФСИН России по <адрес>, к работе сверх установленной нормальной продолжительности рабочего времени, а также в ночное время, в выходные и не рабочие дни были привлечены <данные изъяты> сотрудника, учитывая установленный порядок работы каждого из привлеченных сотрудников. Истцом представлены сведения в отношении каждого привлеченного сотрудника согласно приказам, расчетные документы, свидетельствующие о начислениях за выполнение работы в соответствии с Приказами, а также произведенных доплатах за сверхурочную работу. Также в розыскных целях использовалось служебное транспортное средство <данные изъяты> с г.н. №, что следует из представленных путевых листов и сведениях о водителях в них указанных, которые являясь сотрудниками Учреждения и привлекались к выполнению розыскных мероприятий; в путевых листах указано и направление движения, учитывая и сведения о принимаемых мерах и постах в ежедневных решениях оперативного штаба. Данные обстоятельства подтверждаются совокупностью всех представленных доказательств и фактически не опровергнуты при рассмотрении дела.
При этом судом учитывается, что за период совместного розыска ответчика К.И.А. и третьего лица Ч.А.В. (задержанного раньше - ДД.ММ.ГГГГ) истцом понесены расходы в следующих размерах с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ:
- размер компенсации сотрудникам, привлеченным к службе, составил за указанный период 102 445 рублей 09 копеек (с учетом надбавки 10 процентов);
- горюче-смазочные материалы (бензин АИ-92) при эксплуатации служебного автомобиля в размере 14 189 рублей 41 копейка (из расчета: 247,85 л. – затраченный бензин с учетом пробега*57,25 руб. – средняя стоимость бензина, которая приведена в расчете истца, принимая во внимание, что суд исходит из заявленных требований и не имеет оснований для выхода за пределы требований, учитывая наличие в представленных чеках стоимости 1 литра бензина выше указанной в расчете);
- кроме того, в ходе проведения розыскных мероприятий отрабатывались адреса возможного местонахождения сбежавших лиц, патрулирование мест из возможного появления; в связи с чем, понесены расходы на выплату командировочных расходов сотрудникам Учреждения за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1600 рублей.
Указанные выше расходы понесены истцом в связи с осуществлением розыска двоих сбежавших из СИЗО-1 лиц (К.И.А. и Ч.А.В.), при этом судом учитываются обстоятельства совершения побега, указанные в заключении служебной проверки (в т.ч. исходя из просмотра видеозаписей). В связи с чем, суд полагает, что за указанный выше период ответчик и третье лицо фактически являются лицами совместно причинившими вред (ст. 1080 ГК РФ), поскольку не возможно в безусловном порядке определить размер ущерба (затрат), причиненного каждым из указанных лиц, в том числе принимая во внимание, что осуществлялся поиск обоих лиц совместно.
При этом с учетом заявленных требований, а также применительно к положениям ч.2 ст.1080 ГК РФ и п.2 ст. 1081 ГК РФ, и в данном конкретном деле учитывая факт вынесения ранее решения Нижнесергинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ответчика Ч.А.В., суд приходит к выводу о возможности определения ответственности ответчика К.И.А. в размере ? доли от суммы понесенных расходов в связи с розыском за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
В связи с чем, за указанный период размер ущерба составит 59 117 рублей 26 копеек, из расчета: 7094,71 (1/2 от 14189,41) + 51 222,55 (1/2 от 102445,09) + 800 (1/2 от 1600). В данном случае факт вынесения решения суда в отношении Ч.А.В. не является препятствием для разрешения настоящего спора, поскольку преюдициального значения безусловно не имеет (К.И.А. к участию в деле не привлекался, а также учитывая и заявление требований истцом фактически в равных долях).
За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда осуществлялся только розыск К.И.А., истцом понесены следующие расходы:
- размер компенсации сотрудникам, привлеченным к службе, составил за указанный период 21 947 рублей 32 копейки (с учетом надбавки 10 процентов);
- горюче-смазочные материалы (бензин АИ-92) при эксплуатации служебного автомобиля в размере 6801 рубль 30 копеек (из расчета: 118,8 л.*57,25 руб.).
Таким образом, размер ущерба за заявленный в иске период, с учетом существа требований истца, подлежащий определению в отношении ответчика К.И.А. составит в общем размере 87 865 рублей 88 копеек (59117,26+21947,32+6801,30).
Безусловных оснований не согласиться с представленными расчетами у суда не имеется, поскольку расчеты произведены математически верно, являются проверяемыми и соответствуют Приказам о привлечении сотрудников ИК к выполнению розыскных мероприятий, первичным документам – табелям учета рабочего времени (как первичному, так и корректирующему ввиду привлечения сотрудников к дополнительной работе в связи с розыском), графикам сменности, в том числе расчетным листкам конкретных сотрудников, подтверждающим выплату компенсации в связи с исполнением обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время и выходные и нерабочие праздничные дни за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; правилам внутреннего служебного и трудового распорядка, регламента работы сотрудников ИК-6 (Приказ №). Все табеля, расчеты задолженности подписаны руководителем Учреждения. Расчет издержек на командировочные расходы также верный, основан на командировочных удостоверениях, с указанием срока и цели командировки, а также авансовых отчетах и сведений об их оплате конкретным сотрудникам Учреждения, привлеченным к розыску. В части расчетов горюче-смазочных материалов в связи с использованием служебного транспорта судом учитывается, что данные расчеты подробны, математически верные и содержат ежедневные расчеты топлива, основаны на первичных документах – путевых листах легкого автомобиля, задействованного в розыске и содержащими ежедневный пробег, указание на место направления, и на представленных кассовых чеках по оплате топлива за указанный в иске период, с учетом остатка топлива на начало каждой поездки, отраженного в путевых листах и подробно приведенного в расчете.
Каких-либо объективных возражений ответчика непосредственно против расчетов ущерба и заявленных ко взысканию сумм не указано, при этом стороне ответчика вручены документы, подтверждающие расчет задолженности.
Принимая во внимание расчет истца судом учитываются разъяснения в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" о том, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
Принимая во внимание вышеуказанное и в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что размер ущерба (фактически убытков) определен истцом достаточно полно и верно в размере 87 865 рублей 88 копеек.
Вместе с тем, учитывая доводы ответчика и представленные заключения по итогам служебной проверки, вопреки доводам стороны истца, наличие или отсутствие вины каждой из сторон в соблюдении требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела, в том числе в части разрешения вопроса о наличии (либо отсутствии) оснований для применения положений ст. 1083 ГК РФ.
Суд именно в рамках гражданского дела должен установить характер и степень вины участников произошедшего события при рассмотрении дела о возмещении ущерба.
Так, в соответствии с ч.2 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда, размер возмещения должен быть уменьшен.
При этом под грубой неосторожностью понимают явное пренебрежение лица к очевидным мерам предосторожности. Так, согласно постановлению Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» (п.17) – вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характер деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояние и др.).
В данном случае судом учитываются результаты служебной проверки по факту побега, проведенной ГУФСИН России по Свердловской области в отношении сотрудников СИЗО-1 на основании Приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, по результатам которой установлена степень вины <данные изъяты> сотрудников, часть из которых привлечена к ответственности (дисциплинарные взыскания), в том числе с тремя сотрудниками расторгнут контракт в связи с нарушением условий контракта. Судом принимается во внимание, что проверкой установлены факты различных нарушений сотрудниками СИЗО-1 Инструкций, положений закона о содержании лиц под стражей и сделаны выводы о том, что в результате ряда нарушений (подробно приведены в заключении) стал возможен факт совершения побега К.И.А. и Ч.А.В.. Данные обстоятельства установлены непосредственно служебной проверкой, в настоящем судебном заседании не оспорены.
Одной из основных причин любого происшествия следует считать действия того из участников события, которые находятся в противоречии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", а также, удовлетворяют условиям необходимости и достаточности для создания опасной ситуации. В связи с чем, суд, проанализировав произошедшее событие, полагает установленным нарушение сотрудниками Инструкций, Правил и закона о содержании лиц под стражей, обеспечения их изоляции от общества, что подлежит учету, как грубая неосторожность. Кроме того, при определении степени вины судом принимаются во внимание, как весь комплекс нарушений, допущенных сотрудниками СИЗО-1, так и обстоятельства временного периода выявления самовольного оставления лицами (побега) следственного изолятора, что также, по мнению суда, привело к необходимости расширения территории поиска, большего объема розыскных мероприятий. С учетом изложенного, оценив в совокупности представленные по делу доказательства, исследовав материалы проверки, устанавливая степень вины каждого в произошедшем событии, руководствуясь положениями ст.15, 393, 401, 404, 1064, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии вины в произошедшем событии не только ответчика, но и частично в размере 10% потерпевшего (учреждения уголовно-исполнительной системы Свердловской области, в частности третьего лица – сотрудников СИЗО-1).
Доводы стороны истца о том, что вины сотрудников ИК-6 в побеге ответчика не имеется и оснований для уменьшения размера ущерба не имеется, суд во внимание принять не может, поскольку сотрудники истца были привлечены к розыску как сотрудники одного из учреждений ГУФСИН России по Свердловской области и на основании приказа ГУФСИН России по СО именно в связи с побегом лиц из СИЗО-1, также входящим в структуру учреждений ГУФСИН России по Свердловской области; в связи с чем, действия ответчика и находятся в причинной связи с ущербом, причиненным учреждениям ФСИН, в т.ч. истцу.
При этом, как указано выше, следует из приведенных положений закона и фактических обстоятельств данного дела, вопреки доводам ответчика, судом учитывается, что если бы ответчик не совершил бы побег, то ФКУ ИК-6, сотрудники которой были привлечены к розыскным мероприятиям в установленном порядке, не понесла бы затраты на компенсацию работы сотрудников сверх установленной нормальной продолжительности рабочего времени, в нерабочие праздничные и выходные дни, а также затраты на командировку и эксплуатацию служебного транспорта именно в указанных целях.
Безусловных оснований для применения положений ч.3 ст. 1083 ГК РФ по доводам ответчика судом не установлено, поскольку из обстоятельств дела с очевидностью следует самовольное (без установленных законом оснований) умышленное оставление ответчиком места содержание под стражей. Кроме того, отсутствие заработка в настоящее время в связи с нахождением в СИЗО не свидетельствует о невозможности последующего трудоустройства в местах лишения свободы в установленном порядке и принятие мер к возмещению ущерба.
Таким образом, с ответчика ко взысканию в пользу истца в качестве возмещения материального ущерба (убытков) судом определяется сумма в размере 79 079 рублей 29 копеек (87865,88*90%, т.е. за вычетом 10% вины потерпевшего). В остальной части иска отказать.
Согласно положений части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
На этом основании и в соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с учетом удовлетворенных требований с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4 000 рублей за требования имущественного характера.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Федерального казенного учреждения исправительная колония № ГУФСИН России по Свердловской области к К.И.А. о возмещении материального ущерба - удовлетворить частично.
Взыскать с К.И.А. (ИНН №) в пользу Федерального казенного учреждения исправительная колония № ГУФСИН России по Свердловской области (ИНН №) в счет возмещения материального ущерба денежную сумму в размере 79 079 рублей 29 копеек.
В остальной части иска - отказать.
Взыскать с К.И.А. (ИНН №) в доход бюджета государственную пошлину в размере 4 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.
Судья - С.А. Охотина
Текст решения в окончательной форме изготовлен 11.03.2026 (с учетом исключения выходных и праздничных дней).
Судья - С.А. Охотина