РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
02 марта 2026 года г. Пласт
Пластский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Баймуратова Л.Н, при секретаре Петровой О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО14 ФИО1, ФИО5 к публичному акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда, установил:
ФИО4, ФИО8К., ФИО5 обратились в суд с иском к публичному акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее по тексту - ПАО «ЮГК») о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью их супруга и отца ФИО2 в размере по 2 000 000 руб., в пользу каждого.
В обоснование требований указано, что ФИО2 был трудоустроен в ПАО «ЮГК». ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай, в результате которого ФИО2 погиб. По результатам расследования случай был признан несчастным случаем на производстве, грубой неосторожности в действиях ФИО2 комиссией не установлено. В связи с гибелью близкого родственника ФИО2 истцы испытывают нравственные страдания.
Истцы ФИО4, ФИО8К., ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом, представили заявления о рассмотрении дела в свое отсутствие, на удовлетворении исковых требований настаивали.
Представитель истцов – ФИО13, действующий на основании нотариальной доверенности, в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в иске, и заявленные исковые требования, настаивал на их удовлетворении.
Представитель ответчика ПАО «ЮГК» при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, письменных возражений не представил.
Третье лицо ФИО3 при надлежащем извещении в судебное заседание не явился.
В соответствии с положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.
Заслушав заключение прокурора, о необходимости частичного удовлетворения исковых требований, исследовав и оценив представленные письменные доказательства, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом требований, и их частичном удовлетворении в связи со следующим.
В силу п. 1 и п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) владелец источника повышенной опасности обязан возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Как следует из п. 3 ст. 8 Федерального закона №125-ФЗ от 24.07.1998 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Как следует из материалов дела ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был трудоустроен в ПАО «ЮГК» в должности подземного машиниста электровоза, Шахта «Центральная», по трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, согласно дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ переведен горнорабочим (подземным), согласно дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ переведен подземным машинистом электровоза. Договор и соглашения подписаны сторонами.
Согласно установленным обстоятельствам ДД.ММ.ГГГГ на квершлаге № ПК 18 горизонта 662 метра участка «Восточный» шахты «Центральная» АО «ЮГК» в результате нарушения подземным машинистом электровоза ФИО3 требований промышленной безопасности опасных производственных объектов при осуществлении транспортировки породно-погрузочной машины, произошел наезд на подземного машиниста электровоза ФИО2. В результате наезда и защемления ФИО2 были получены множественные травмы тела, от которых ФИО2 скончался на месте происшествия.
По факту смертельного травмирования ФИО2 возбуждено уголовное дело.
Расследованием установлено, что причинами несчастного случая послужили нарушения подземным машинистом электровоза ФИО3 своих обязанностей по соблюдению правил охраны труда и правил безопасности при ведении работ по транспортировке ППН-1С.
Так, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 14 час. 00 мин. по 14 час. 40 мин. на квершлаге № ПК 18 горизонта 662 метра участка «Восточный» шахты «Центральная» АО «ЮГК» на территории <адрес> при трогании электровоза Л10 № с места не подав звуковой сигнал о начале движения, поставив оборудование, а именно ППН-1С в голове, а не в хвосте состава, что не позволяло ФИО3 осуществлять обзор пути безопасного движения, а также увидеть подземного машиниста электровоза ФИО2 в опасной зоне по ходу движения, не убедившись в нахождении потерпевшего ФИО2 в безопасном месте, стал осуществлять транспортировку ППН-1С из электровозного депо к блоку № и при подъезде к вентиляционным воротам пикет № по неосторожности совершил наезд на подземного машиниста электровоза ФИО2, проводившего проверку рельсовых путей на том же участке на наличие препятствий на пути следования электровоза, в результате чего произошло защемление левых нижней и верхней конечностей потерпевшего ФИО2 между ковшом ППН-1с и неподвижными предметами.
После чего, услышав крик потерпевшего, ФИО3, не убедившись в безопасности своего маневра, начал движение назад на вышеуказанном электровозе, в результате чего ковш ППН-1С опустился на ФИО2, продолжая причинять сдавлением, растяжением и разрывом левых верхней и нижней конечностей указанным ковшом, телесные повреждения потерпевшему в виде сочетанной травмы.
Нарушения правил безопасности при ведении работ по доставлению оборудования, а именно ППН-1С к блоку №, допущенные машинистом электровоза ФИО3 состоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде получения ФИО2 сочетанной травмы и смерти потерпевшего.
Машинист электровоза ФИО3, нарушил правила безопасности при ведении работ, а именно, п.1.2 пп «б» п.1.3, п.1.5, п.2.1, п.2.2, п.2.3, п.3.1, п.3.2, п.3.4, п. 3.5, п.3.7, п.3.11, п.п. «б» п.3.16, п.3.18, п.6.1, п.6.4 рабочей инструкции по охране труда № «Подземный машинист электровоза шахты «Восточная» АО «ЮГК», п.1.2, п.1.3, инструкции по транспортировке ППН-1С АО «ЮГК» по доставлению оборудования, а именно ППН-1С к блоку №, управляя электровозом К10 № не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своего деяния в виде причинения смерти машинисту электровоза ФИО2, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, чем допустил преступную небрежность.
Комиссией по расследованию с участием представителей Уральского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, Государственной инспекции труда <адрес>, Социального фонда России по <адрес> установлены сопутствующие причины несчастного случая, выразившиеся: в эксплуатации технического устройства с нарушением требований безопасной эксплуатации в нарушение требований п.1.12 Рабочей инструкции по охране труда № безопасности и охране труда для рабочих подземных специальностей (общая) шахты «Восточная» АО «ЮГК», п.п. 1.5, 3.1, 3.4, 3.5, 3.7, 3.11 рабочей инструкции по охране труда № «Подземный машинист электровоза шахты «Восточная» АО «ЮГК», а также в неудовлетворительной организации производства работ, выразившейся в необеспечении производственного контроля за ходом выполнения работ, в части организации работ транспортировки к месту ремонта ППН-1С без разрешения на транспортировку и проведения проверки готовности ППН-1С к транспортировке с учетом установки фиксатора ковша не заводского исполнения, в нарушениях организации освещенности рабочего места, в нарушение требований ст.9,11 ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» от ДД.ММ.ГГГГ № 116-ФЗ, п.п. 10, 16, 71, 80, 318 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правил безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от ДД.ММ.ГГГГ №, ст. 214 ТК РФ, п.2.2, 2.4, 3.2 Должностной инструкции начальника шахты «Восточная» АО «ЮГК», п.2.2, 2.5, 2.7 Должностной инструкции главного электромеханика шахты «Восточная» АО «ЮГК», п.2.2, 3.9, 3.12 Должностной инструкции начальника подземного участка шахты «Восточная» АО «ЮГК», п. 3.3, 3.5, 3.6, 3.12 Должностной инструкции горного мастера подземного участка шахты «Восточная» АО «ЮГК».
Лицами, допустившим нарушение требований охраны труда, согласно акта, указаны начальник участка шахты «Восточная» шахты «Центральная» ФИО9, главный электромеханик участка шахты «Восточная» шахты «Центральная» ФИО10, начальник подземного участка шахты «Восточная» шахты «Центральная» ФИО11, горный мастер шахты «Восточная» шахты «Центральная» ФИО12, машинист электровоза ФИО3.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО2 наступила от сочетанной травмы в результате комбинированной травмирующей нагрузки, сочетающей ударно-компрессионное воздействие массивными объектами. Смерть ФИО2 наступила в течение первого часа после образования сочетанной травмы. Шансов спастись у него не было.
Согласно акта судебно-медицинского исследования № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» смерть ФИО2 наступила от кровопотери в результате сочетанной травмы, обширных рваных ран промежности в левой паховой области, продолжающихся раневым каналом в забрюшинных мягких тканях слева вдоль крыла левой подвздошной кости, расслоения мягких тканей крестцовой и левой пояснично-ягодичной областей, разрывов левых бедренных сосудов и нерва, отрыва левого яичника, фрагментарного перелома верхней ветви и тела левой лобковой кости с разрывом симфиза, перелома ветви левой седалищной кости, разрыва левого подвздошно-крестцового сочленения с переходом на крыло левой подвздошной кости, обширных рваных ран левого предплечья и локтя, открытого перелома мыщелка левой плечевой кости, оскольчатых переломов костей, образующих левый локтевой сустав с вывихом суставных поверхностей, закрытого перелома 1-5 левых плюсневых костей, медиальной клиновидной кости левой предплюсны, разрыва кожи левой пяточной области, ссадин левой подреберной, ссадин левой поясничной области.
Компрессионная асфиксия-вид механической асфиксии, возникает вследствие прекращения газообмена в легких при сдавливании туловища, шеи между тяжелыми массивными объектами.
Сочетанная травма у ФИО2 образовалась практически одновременно, от действия тупых твердых объектов, обладающих высокой удельной энергией соударения и (или) массой, по механизмам удара, сдавления, растяжения, разрыва. Переломы в области левого локтевого сустава могли возникнуть в результате комбинированной травмирующей нагрузки, сочетающей ударно-компрессионное воздействие на область локтя, а также избыточную нагрузку изгиба на верхнюю треть предплечья. Повреждения промежности и левой паховой области имеют следы на коже, указывающие в совокупности на высоко-интенсивное травмирующее внешнее усилие растягивающего, разрывающего и проникающего характера. Переломы костей левой стопы 91-5 плюсневых и медиальной клиновидной) образовались по ударно-сдавливающему механизму в виде нагружения массивного объекта на тыл стопы с одновременным разрывом кожи пяточной области. Ссадины туловища возникли по механизму трения, в поясничной области со смещением мягких тканей спины относительно костных образований (крестца, позвоночного столба).
Раны промежности и левой паховой, проникающие глубоко забрюшинно, в направлении спереди назад и снизу вверх, причинены объектом (объектами) с ограниченной поверхностью контакта шириной около 5-10 см., что соответствует ширине кожных ран и ширине окружающего кровоподтека.
Проникающее действие травмирующего объекта сопровождалось переломами костей левой половины таза, разрывами бедренных сосудов и нерва, отрывом левого яичника. Разрывы бедренной артерии и вены сопровождались интенсивным наружным кровотечением через открытые раны, осложнились обильной острой кровопотерей, которая непосредственно привела к смерти. Между наступлением смерти ФИО2 и сочетанной травмой существует причинная связь. Разрыв бедренной артерии и вены является вредом здоровью, опасным для жизни (п.ДД.ММ.ГГГГ Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития от ДД.ММ.ГГГГ №н), в связи с чем сочетанная травма у ФИО2 квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п.6.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития от ДД.ММ.ГГГГ №н).
Приговором Пластского городского суда <адрес> отДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ в нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности смерть человека (л.д.21-74).
В силу положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Согласно абз. 3, 5 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
В соответствии с п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
В силу положений ст. 1064 ГК РФ, абз. 5 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Однако доказательств отсутствия своей вины в несчастном случае на производстве в соответствии с требованиями ст. 56 ГК РФ ответчиком не представлено.
С учетом изложенного и выявленных комиссией нарушений работодателем положений ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», «Правил организации и осуществления производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности на опасном производственном объекте», а также несовершенство технологического процесса и отсутствие производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности, суд приходит к выводу о том, что работодателем не были обеспечены работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.
Из представленой в суд копии свидетельства о заключении брака II-ЧЖ № следует, что ФИО4 является супругой ФИО2, о чем составлена запись за № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.15).
Из копии свидетельства о рождении V № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 является отцом ФИО5, родившегося ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена запись о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.20).
Согласно сведениям указанным в свидетельстве о рождении ТА № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 является отцом ФИО8К., родившейся ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена запись о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.17).
В соответствии со статьей 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В представленных письменных объяснениях ФИО4, ФИО8К. указывают, что ФИО2 поехал работать в РФ в след за сыном ФИО5 из-за нехватки денег, позже и они перебрались в Россию, чтобы быть вместе. ФИО4 прожила супругом более 35 лет вместе душа в душу. ФИО2 полностью заботился о родных, любил и поддерживал, истцам очень не хватает их любимого супруга и отца. Истцы испытали сильную боль потери, часто вспоминают главу семьи, постоянно ходят на его могилу приходится обращаться за медицинской помощью к врачам. Со стороны ПАО «ЮГК» не было поддержки после случившегося, пытались ввести родных в заблуждение, что возмещение вреда не положено, так как погибший не являлся гражданином РФ.
Суд учитывает ценность защищаемого права на жизнь и охрану здоровья, закрепленных в Конституции РФ, указанные истцами обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных супругой ФИО4 и детьми ФИО5, ФИО8К. страданий в результате утраты близкого человека, что является невосполнимой утратой, нарушены семейные связи, что, безусловно, влечет нравственные страдания.
С учетом изложенного, суд считает разумным и справедливым, с учетом установленных обстоятельств, определить размер подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда сумму в размере по 1 500 000 руб. 00 коп. в пользу каждого их истцов.
В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Поскольку, истец освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 3 000 руб. 00 коп.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования ФИО4, ФИО14 ФИО1, ФИО5 к публичному акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с публичного акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний», ИНН 7424024375, в пользу ФИО4, паспорт №, компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб. 00 коп.
Взыскать с публичного акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний», ИНН 7424024375, в пользу ФИО14 ФИО1, паспорт №, компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб. 00 коп.
Взыскать с публичного акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний», ИНН 7424024375, в пользу ФИО5, паспорт №, компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб. 00 коп.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4, ФИО14 ФИО1, ФИО5 отказать.
Взыскать с публичного акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний», ИНН 7424024375, в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб. 00 коп.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца с момента составления решения в окончательной форме через суд, вынесший решение.
Председательствующий:
Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.