РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
06 апреля 2026 года г. Пласт
Пластский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Айзверт М.А.
при секретаре Коноховой Н.В.
с участием ст. помощника прокурора прокуратуры г. Пласт Бутюгиной Е.В., истицы ФИО5, представителя истца ФИО20, представителя ответчика ФИО9, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к АО «Золото Селигдара» о компенсации морального вреда
УСТАНОВИЛ:
ФИО5 обратилась в суд с иском в АО «Золото Селигдара» о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью на производстве ее внука ФИО2 в размере 2000000 руб., в обоснование указав, что ДД.ММ.ГГГГ на производстве АО «Золото Селигдара» произошел несчастный случай в результате которого погиб ее внук ФИО2, трудоустроенный в организацию ответчика 24.09. 2020 года.
В судебном заседании истица ФИО5 поддержала заявленные требования, указав, что гибель внука является невосполнимой утратой, которая причиняет ей глубокие нравственные переживания.
Представитель истца ФИО20 в судебном заседании исковые требования и доводы, изложенные в иске поддержала и настаивала на их удовлетворении.
Представитель ответчика ФИО9 возражала против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в письменных возражениях. Указала, что на день рассмотрения дела в суде родственникам погибшего ФИО2 выплачена компенсация морального вреда и возмещены материальные расходы на общую сумму 8080000 рублей. Полагала, что сумма заявленная истцом завышена и чрезмерна, не отвечает требованиям разумности и справедливости. Просила суд уменьшить сумму компенсации, принимая во внимание наличие грубой неосторожности в действиях погибшего ФИО2, отсутствие доказательств особой близости между истцом и погибшим, значительный объем произведенных выплат в пользу близких родственников образом.
Выслушав пояснения сторон, заслушав заключение прокурора, о необходимости частичного удовлетворения исковых требований, исследовав и оценив представленные письменные доказательства, суд приходит к выводу об обоснованности заявленного истцом требования, и их частичном удовлетворении в связи со следующим.
В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
В силу п.1 и п.2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ владелец источника повышенной опасности обязан возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.
В соответствии с п.1 ст.1068 Гражданского кодекса РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Как следует из п.3 ст.8 Федерального закона №125-ФЗ от 24.07.1998г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
С учетом положений ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, абз. 5 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик.
В соответствии со ст. ст. 22, 212 Трудового кодекса РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.
В судебном заседании факта несчастного случая с ФИО2 установлен приговором суда в отношении ФИО10.
Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Приговором Алданского районного суда Республики Саха (Якутия) от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в период с 6:00 ч до 8:00 ч дробильщик ФИО10, находясь на территории промышленной зоны горнорудного комплекса «Нижнеякокитский» АО «Золото Селигдара», расположенного на расстоянии 48 км на северо-восточном направлении от <адрес> на территории <адрес> РС (Я), не предвидев возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения смерти ФИО2, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, желая не обременять себя выполнением требований безопасности и правил охраны труда при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых, заведомо зная о том, что он обязан соблюдать требования, предусмотренные абзацем 5 ч. 2 ст.21 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 215 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 3.1.2 инструкции по охране труда для дробильщика № ОТ-П, с целью запуска конвейерной ленты № дробильно-сортировочного комплекса №, в нарушение требований охраны труда не подал предпусковые предупредительные сигналы и произвел запуск вышеуказанной конвейерной ленты, в результате чего электрогазосварщик ФИО2, находившийся в тот момент на конвейерной ленте №, оказался зажатым со стороны натяжного барабана конвейера № под фартуком бункера грохота ГИТ-71 и получил телесные повреждения повлекшие смерть ФИО2
Из приговора следует, что ФИО21 приказом №№ от ДД.ММ.ГГГГ г был принят на работу в АО «Золото Селигдара» в должности электрогазосварщика. С ним заключен трудовой договор № № от ДД.ММ.ГГГГг.
Из акта № о несчастном случае на производстве следует, что комиссия пришла к выводу о том, что причинами несчастного случая на производстве, в результате которого наступила смерть ФИО2, являются: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе недостатки в создании и обеспечении функционирования системы производственного контроля на ОПО ; неудовлетворительная организация производства работ, в том числе не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины; неудовлетворительная организация производства работ, в том числе нарушение допуска к работам с повышенной опасностью; неудовлетворительная организация производства работ, в том числе несогласованность действий исполнителя, отсутствие взаимодействия между службами и подразделениями; неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля за состоянием территории, технологического и вспомогательного оборудования, своевременным проведением планово-предупредительного ремонта и осмотра, техническим обслуживанием оборудования, инструмента, помещений; недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда; неудовлетворительная организация производства работ, в том числе отсутствие (недостатки) технического освидетельствования зданий, сооружений, оборудования и другого при сдаче их в эксплуатацию или проведении пусковых испытаний; прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев в том числе неосторожность, невнимательность, поспешность.
Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО10- дробильщик ДСУ №; ФИО11- механик ДСУ; МолдыбаевЕ.Г.- старший горный мастер ДСУ; ФИО12-инженер по ОТ и ПБ ГРК «Нижнеякокитский»; ФИО13- заместитель генерального директора по производству-начальник участка ГРК «Нижнеякокитский»; ФИО14- главный механик АО «Золото Селигдара»; ФИО15- начальник управления энергетики АО «Золото Селигдара»; ФИО16-начальник отдела промышленной безопасности и производственного контроля-заместитель начальника управления промышленной безопасности; ФИО17- начальник управления промышленной безопасности- заместитель главного инженера АО «Золото Селигдара»; АО «Золото Селигдара»; ФИО18- главный инженер АО «Золото Селигдара»; ФИО2- электрогазосварщик, погибший, который в нарушение абз.5 части 2 ст. 21 ТК РФ,ст.215 ТК РФ, п. 1.6.1 и п.1.6.5 Инструкции по охране труда для электрогазосварщиков, занятого на резке ручной сварке № ОТ-П» (утверждена генеральным директором АО «Золото Селигдара» ДД.ММ.ГГГГ) не сообщил своему непосредственному руководителю (старшему горному мастеру) о неисправностях оборудования, приспособлений, средств защиты конвейера и приступил к работе; в нарушение абз.5ч.2 ст. 21 ТК РФ, ст. 215 ТК РФ, п.2.1.1 Инструкции по ОТ №, не убедился в безопасности выполняемых работ (не поставил в известность других работников смены); в нарушение абз.5ч.2 ст. 21 ТК РФ, ст. 215 ТК РФ, п.2.1.2 Инструкции по ОТ №, получил не конкретное наряд-задание (газосварочные работы) расписался в «Журнале наряд-заданий» в отсутствие старшего главного мастера ФИО19, не получив тем самым указания по безопасным приемам и методам выполнения работ.
Акт № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ не содержит суждений о грубой неосторожности со стороны ФИО2
Из свидетельства о рождении ФИО2 родившегося ДД.ММ.ГГГГ следует, что его родителями являются ФИО3 и ФИО4.
ФИО4 является дочерью ФИО5, что подтверждается свидетельством о рождении №№ от ДД.ММ.ГГГГ года
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно п. 14 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В силу установленного правового регулирования определение суммы, подлежащей взысканию в качестве компенсации морального вреда, принадлежит суду, который, учитывая обстоятельства дела, характер причиненных физических и нравственных страданий и другие заслуживающие внимания обстоятельства в каждом конкретном случае, принимает решение о возможности взыскания конкретной денежной суммы с учетом принципа разумности и справедливости (пункт 2 статьи 151, пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а взыскивается с учетом конкретных обстоятельств дела с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего (близких родственников умершего), денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания.
В соответствии с п. 27 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом).
Согласно п. 46 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.
Согласно п. 47 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина, требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из фактически сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровью их близкому родственнику.
В соответствии с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, который отметил, что закрепленное в абз. 2 п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абз. 2 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (ст. 20, ч. 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (ст. 41 ч. 1 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.
Таким образом, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, положения абз. 2 п. 2 ст. 1083 и абз. 2 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (ст. 1 ч. 1; ст. 7 ч. 1, Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из ст. 55 ч. 3 Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.
С учетом положений ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, абз. 5 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Однако доказательств отсутствия своей вины в несчастном случае на производстве в соответствии с требованиями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ ответчиком не представлено.
С учетом изложенного и выявленных комиссией нарушений, суд приходит к выводу о том, что работодателем не были обеспечены работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.
Таким образом, в ходе рассмотрения дела достоверно установлено и ответчиком не опровергнуто, что несчастный случай, повлекший гибель ФИО2, произошел по вине работников АО «Золото Селигдара», нарушивших требования охраны труда и не обеспечивших безопасные условия труда погибшего. Ответственность за действия указанных лиц в силу ст. 1068 Гражданского кодекса РФ несет АО «Золото Селигдара», как работодатель. Кроме того, ответчик как владелец источника повышенной опасности (опасного объекта) несет ответственность за причиненный вред.
В суде установлено, что ФИО5 является бабушкой погибшего ФИО2. В ходе судебного заседания истица пояснила, что гибель внука является для нее большой утратой, причинившей ей нравственные страдания. Указала, что ФИО2 принимал участие в решении ее бытовых проблем, помогал материально, всегда по приезду с работы интересовался ее жизнью и здоровьем. Поэтому утрата ФИО2 как родственника, как помощника является для нее большим горем.
Суд учитывает ценность защищаемого права на жизнь и охрану здоровья, закрепленных в Конституции РФ, обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных истицей страданий в результате утраты внука, что является невосполнимой утратой, перенесением стресса и ухудшении общего самочувствия и состояния здоровья, нарушении семейных связей, что, безусловно, влечет нравственные страдания.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что ответчиком предприняты меры по компенсации морального и материального вреда причиненным близким погибшего ФИО2, а также степень родства и прочность социальной связи между истцом и погибшим. С учетом изложенного, суд считает разумным и справедливым, с учетом установленных обстоятельств, определить размер подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда в пользу ФИО5 в размере 400000 руб..
В соответствии с ч. 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.
Поскольку, истец освобожден от уплаты госпошлины, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 3000 руб.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.12, 56, 68, 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО5 к АО «Золото Селигдара» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Взыскать с АО «Золото Селигдара» ИНН 1402046014 в пользу ФИО5 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей 00 копеек.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО5, отказать.
Взыскать с АО «Золото Селигдара» ИНН 1402046014 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 рублей 00 копеек.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи жалобы в Пластский городской суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения.
Председательствующий:
Мотивированное решение изготовлено 07 апреля 2026 года