АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
31 августа 2026 года г. Магнитогорск
Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе председательствующего судьи Ишимовой А.В., при секретаре Петиной К.Е., с участием осужденного Хохлова Е.А., защитника – адвоката Васильева А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Васильева А.В. на приговор мирового судьи судебного участка № 6 Орджоникидзевского района г. Магнитогорска Челябинской области от 10 июля 2026 года, которым
Хохлов Е.А., <данные изъяты>, осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ к штрафу в размере 20 000 рублей, установил:
Обжалуемым приговором Хохлов Е.А. осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, к штрафу в размере 20 000 рублей.
Приговором также разрешены исковые требования <ФИО>15, в пользу которого постановлено взыскать с Хохлова Е.А. в счёт компенсации морального вреда 50 000 рублей.
На приговор мирового судьи защитником – адвокатом Васильевым А.В. подана апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос об отмене обвинительного приговора и постановлении в отношении Хохлова Е.А. оправдательного приговора.
В обоснование апелляционной жалобы защитник указал, что мировой судья признал установленным, что Хохлов Е.А. нанес <ФИО>15 кулаком правой руки один удар в область левой стороны челюсти, один удар кулаком правой руки в область живота и около четырех ударов кулаком правой руки по голове в область затылка, причинив <ФИО>15 повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы – сотрясение головного мозга, кровоподтеки (2) и ссадину лица (1), которые возникли около 0-1 суток до обращения к эксперту от травматических воздействий тупо твердого предмета (предметов), и по степени тяжести в совокупности оцениваются как причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья не более 21 дня (согласно пункту 5.3.1 порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, по приказу М3 РФ №172Н от 08 апреля 2025 года).
Однако согласно заключению эксперта № 336А от 05 ноября 2025 года у <ФИО>15 имели место следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма – сотрясение головного мозга, кровоподтеки (4) и ссадина (1) лица, которые возникли около 0-1 суток до момента обращения к эксперту от травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов), и по степени тяжести в совокупности оцениваются как причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья не более 21 дня. При этом в исследовательской части заключения описаны: на лице в правой орбитально-скуловой области – фиолетовый кровоподтек овальной формы размерами 5x3 см; аналогичный по свойствам кровоподтек в левой орбитально-скуловой области овальной формы размерами 6x3 см; аналогичный по свойствам кровоподтек в проекции надбровной дуги справа овальной формы размерами 3x2 см; аналогичный кровоподтек в подбородочной области слева овальной формы размерами 3x3 см; в левой щечной области лица ссадина полосовидной формы размерами 1,5х0,2 см.
Мировой судья при вынесении приговора исключил повреждения на лице в правой орбитально-скуловой области (фиолетовый кровоподтек овальной формы размерами 5x3 см) и в проекции надбровной дуги справа (овальной формы размерами 3x2 см), ввиду не установления причинно-следственной связи между указанными повреждениями и локализацией ударов, указанных в заявлении <ФИО>15 о привлечении Хохлова Е.А. к уголовной ответственности. Однако при этом суд необоснованно вменил в вину Хохлову Е.А. причинение <ФИО>15 кровоподтека в левой орбитально-скуловой области овальной формы размерами 6x3 см, поскольку заявление <ФИО>15 о привлечении к уголовной ответственности в порядке частного обвинения не содержит информации о нанесении удара в левую орбитально-скуловую область.
Кроме того, в ходе судебно-медицинской экспертизы при определении степени тяжести вреда оценивались все обнаруженные повреждения, и исключение судом двух повреждений могло существенным образом повлиять на выводы эксперта о степени тяжести причиненного вреда здоровью, а потому судом первой инстанции стороне защиты необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении дополнительной судебно-медицинской экспертизы. По мнению автора жалобы, допросом эксперта в судебном заседании указанные противоречия не устранены.
Также автор жалобы отмечает, что суд первой инстанции необоснованно в полном объеме удовлетворил заявленный частным обвинителем гражданский иск о компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, при том, что часть повреждений, описанных в экспертизе, была исключена, соответственно, размер компенсации должен был быть снижен. И в целом, по мнению защитника, мировым судьей при разрешении иска не учтены требования разумности и справедливости, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие обстоятельства дела, в частности, наличие у осужденного на иждивении ребенка инвалида.
К тому же защитник указывает, что в резолютивной части приговора указано о взыскании с Хохлова Е.А. моральной компенсации в размере "50000 (пятьдесят) тысяч рублей", что в тысячу раз превышает сумму гражданского иска.
Наряду с этим автор жалобы указывает, что мировым судьей в описательно-мотивировочной части приговора указано на отсутствие в действиях Хохлова Е.А. признаков самообороны и крайней необходимости, о которых указывала сторона защиты в судебном заседании. Однако стороной защиты таких доводов не заявлялось, а высказывалась позиция о невиновности Хохлова Е.А. и необоснованном его обвинении. Таким образом, судом в приговоре дана оценка не тем доводам, которые были заявлены при рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции.
К тому же, по мнению автора жалобы, мировым судьей дана ненадлежащая и неверная оценка представленным доказательствам.
В частности, не дано оценки показаниям свидетеля защиты <ФИО>11, необоснованно учтены противоречивые и не согласующиеся с показаниями свидетелей <ФИО>9 и <ФИО>10 показания свидетеля <ФИО>8, необоснованно в числе доказательств учтены объяснения <ФИО>19 от 05 октября 2025 года и 23 октября 2025 года, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 74 УПК РФ объяснения не отнесены к перечню доказательств. Также судом необоснованно учтены показания <ФИО>6, проживающей совместно с <ФИО>15 и находящейся в конфликтных отношениях с Хохловым Е.А., и имеющей в связи с этим заинтересованность в привлечении последнего к уголовной ответственности. К тому же суд дал неверную оценку видеозаписям с камер домофонов.
Также мировой судья необоснованно указал в описательно-мотивировочной части приговора о том, что <ФИО>6 являлась свидетелем стороны защиты, поскольку по ходатайству стороны защиты она не допрашивалась. Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора имеется ссылка на показания свидетеля обвинения <ФИО>7, тогда как свидетель с указанными инициалами судом не допрашивался.
Таким образом, по мнению защитника, выводы суда в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.
Ввиду того, что сам <ФИО>15 не смог точно пояснить, откуда у него возникли повреждения с другой стороны лица, при этом часть телесных повреждений, установленных у потерпевшего заключением эксперта № 336 А, мировым судьей исключена, а, по мнению стороны защиты, должно быть исключено, как минимум, ещё одно телесное повреждение, как считает автор жалобы, по делу осталось неустановленным от чего у <ФИО>15 наступило сотрясение головного мозга, и кто ему причинил данное телесное повреждение.
Наряду с вышеуказанными обстоятельствами, автор апелляционной жалобы обращает внимание, что согласно п. 3.1 ч.5 ст. 318 УПК РФ заявление частного обвинения должно содержать данные о потерпевшем, а в заявлении <ФИО>15 неверно указана дата рождения последнего.
С учетом вышесказанного, ввиду наличия сомнений в виновности Хохлова Е.А., которые в силу ст. 14 УПЕК РФ должны толковаться в пользу осужденного, автор апелляционной жалобы просит об отмене обвинительного приговора и постановлении в отношении Хохлова Е.А. оправдательного приговора.
Иными участниками производства по уголовному делу приговор не обжалован.
Частным обвинителем <ФИО>15 принесены возражения на апелляционную жалобу защитника. По мнению частного обвинителя, постановленный приговор является законным и обоснованным,
Защитник в заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы апелляционной жалобы.
Осужденный Хохлов Е.А. доводы апелляционной жалобы поддержал, дополнив при этом, что показания потерпевшего <ФИО>15, свидетеля <ФИО>6, свидетеля <ФИО>8 содержат целый ряд противоречий, которые, по мнению осужденного, свидетельствуют о недостоверности сообщенных ими сведений.
Частный обвинитель <ФИО>15 в судебное заседание не явился. Поскольку в силу п. 3 ч. 1 ст. 389.12 УПК РФ участие частного обвинителя либо его законного представителя или представителя является обязательным, только в случае, если ими подана апелляционная жалоба, а <ФИО>15 приговор не обжалован, судом апелляционной инстанции принято решение о рассмотрении дела в отсутствие частного обвинителя.
Проверив материалы дела, заслушав лиц участвующих в судебном заседании, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Выводы суда о виновности Хохлова Е.А. в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, основаны на проверенных и надлежаще оцененных доказательствах, которым суд дал правильную оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК Российской Федерации.
Суд обосновано расценил как избранную линию защиты показания осужденного Хохлова Е.А. о том, что он не наносил удары <ФИО>15, не причинял вреда его здоровью, а лишь удерживал его руками, в целях предотвращения конфликта. Суд тщательно проверил показания Хохлова Е.А. и дал им оценку в совокупности с иными собранными по делу доказательствами.
Частный обвинитель – потерпевший <ФИО>15 последовательно настаивал на том, что 05 октября 2025 года Хохлов Е.А. вышел навстречу его автомобилю, а когда он остановил машину, кулаком нанёс ему один удар в область челюсти слева, схватив за грудки, вытащил из салона автомобиля на улицу, где нанёс удар кулаком в область живота, а затем – четыре удара по голове в область затылка. В результате нанёсенных ударов он (<ФИО>15) ощутил физическую боль, к тому же был причинен лёгкий вред его здоровью.
Свидетель <ФИО>8 указанные обстоятельства подтвердил, пояснив, что со своего балкона видел, как 05 октября 2025 года Хохлов Е.А. подошел к остановившемуся автомобилю, за управлением которым сидел <ФИО>15, и нанёс последнему один удар кулаком (куда пришелся удар не видел), после чего вытащил его из машины и нанес <ФИО>15, который, скрючившись, закрывался от ударов руками, несколько ударов кулаком в область головы, плеча или шеи.
Из показаний свидетеля <ФИО>6 явствует, что 05 октября 2025 года она находилась в машине вместе с <ФИО>15, когда Хохлов Е.А. вышел навстречу их автомобилю, в результате чего <ФИО>15 пришлось остановиться. Хохлов Е.А. подошел к <ФИО>15, сидящему на водительском сиденье, стал наносить удары, после чего вытащил его из машины. Дальнейших ударов она не видела.
Суд обоснованно сослался на показания потерпевшего <ФИО>15 и упомянутых свидетелей, поскольку они последовательны, согласуются между собой и с другими исследованными судом доказательствами.
Потерпевший <ФИО>15 и свидетели <ФИО>6 и <ФИО>8 были допрошены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК Российской Федерации.
Вопреки утверждению стороны защиты, каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшего <ФИО>15 и свидетелей <ФИО>8 и <ФИО>6, которые могли бы повлиять на выводы суда, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Несмотря установленные судом данные о наличии между семьями <ФИО>17 и <ФИО>16 конфликтной ситуации, послужившей причиной их неприязненных отношений, сам по себе данный факт не является безусловным свидетельством недостоверности показаний потерпевшего и оговора им Хохлова Е.А., поскольку показания потерпевшего подтверждаются не только показаниями свидетеля <ФИО>6, которые также ставятся под сомнение, но и показаниями <ФИО>8, который не состоит в родстве ни с кем из участников конфликта 05 октября 2025 года и отрицает наличие у него к кому-либо неприязни или оснований для оговора, что в судебном заседании не опровергнуто.
Кроме того, показания потерпевшего, а также свидетелей <ФИО>6 и <ФИО>8 объективно подтверждаются выводами, содержащимися в заключении эксперта № 336А от 05 ноября 2025 года, согласно которому у <ФИО>15 имели место следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма – сотрясение головного мозга, кровоподтеки (4) и ссадина (1) лица, которые возникли около 0-1 суток до момента обращения к эксперту от травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов), и по степени тяжести в совокупности оцениваются как причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья не более 21 дня.
Заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ. Экспертиза назначена и проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и содержит ответы на поставленные вопросы. Заключение дано квалифицированным экспертом, научно обосновано. Все приведенные экспертом суждения сделаны в пределах прав, предоставленных ему, в том числе, ч. 2 ст. 204 УПК РФ и ст. 17 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".
Выводы, содержащиеся в заключении судебно-медицинской экспертизы, относительно тяжести причиненного <ФИО>15 вреда были подтверждены в судебном заседании экспертом <ФИО>13, который разъяснил ранее данное им заключение. При этом эксперт указал, что диагноз "закрытая черепно-мозговая травма – сотрясение головного мозга" был установлен <ФИО>15 врачом-неврологом. Наличие данного диагноза даёт основание для оценки полученных потерпевшим телесных повреждений, как причинивших легкий вред здоровью, и исключение каких-либо кровоподтеков ввиду их неотносимости к исследуемым событиям не способно повлиять на вывод относительно тяжести причиненного вреда.
Показания эксперта были получены с соблюдением установленных уголовно-процессуальным законом требований. Оснований не доверять полученным в судебном заседании показаниям эксперта у суда не имеется.
При изложенных обстоятельствах суд соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для назначения и проведения по уголовному делу дополнительной либо повторной судебно-медицинской экспертизы. Доводы автора апелляционной жалобы об обратном суд апелляционной инстанции не разделяет.
Вопреки доводам жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что совокупности исследованных по делу доказательств, в том числе показаниям свидетелей <ФИО>11, <ФИО>9, <ФИО>10 и иным представленным стороной защиты доказательствам, в том числе видеозаписи, которая по ходатайству защитника была исследована и в заседании суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции дал надлежащую оценку, свои выводы достаточно подробно мотивировал. Оснований не согласиться с оценкой, данной судом первой инстанции, суд не усматривает.
Как верно указано в обжалуемом приговоре, свидетели <ФИО>9 и <ФИО>10, так же как и свидетели <ФИО>11 и <ФИО>12 не являлись непосредственными очевидцами события преступления, а потому их показания обоснованно приняты только в части, не противоречащей установленным в судебном заседании обстоятельствам.
Вместе с тем, заслуживают внимания доводы апелляционной жалобы о необходимости исключения из числа доказательств, принятых судом, объяснений Хохлова Е.А., данных до возбуждения уголовного дела.
Судом первой инстанции были исследованы объяснения Хохлова Е.А., данные 05 и 23 октября 2025 года, и их содержание приведено в приговоре, однако оценка этим объяснениям на предмет допустимости данных доказательств в приговоре не дана.
Между тем, в силу п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде, являются недопустимыми доказательствами.
Судом апелляционной инстанции установлено, что указанные объяснения получены от Хохлова Е.А. без защитника, а в самих объяснениях Хохлова Е.А. содержатся существенные противоречия, которые не были устранены.
К тому же относительно объяснений от 05 октября 2025 года (л.д. 28) Хохлов Е.А., согласно протоколу судебного заседания, пояснил, что они являются неполными, а относительно объяснений от 23 октября 2025 года (л.д. 27) он указал, что верной является только собственноручно выполненная приписка. Иными словами, указанные объяснения Хохловым Е.А. в судебном заседании не были подтверждены, а потому такие объяснения не могут являться допустимыми доказательствами, в связи с чем подлежат исключению из приговора.
Допустимость и достоверность остальных приведенных в приговоре доказательств сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, они собраны и оценены с соблюдением требований ст. ст. 74, 86, 88 УПК Российской Федерации.
Суд соглашается с выводами суда первой инстанции о доказанности вины Хохлова Е.А. в совершении преступления и о доказанности описанных в приговоре обстоятельств, при которых было совершено это преступление.
Совокупностью исследованных доказательств установлено, что 05 октября 2025 года Хохлов Е.А. нанес <ФИО>15 кулаком правой руки один удар в область левой стороны челюсти, один удар кулаком правой руки в область живота и около четырех ударов кулаком правой руки по голове в область затылка.
Мировой судья обоснованно пришел к выводу об отсутствии доказательств наличия причинно-следственной связи между указанными в заключении эксперта повреждениями на лице в правой орбитально-скуловой области (фиолетового кровоподтека овальной формы размерами 5x3 см) и в проекции надбровной дуги справа (фиолетового кровоподтека овальной формы размерами 3x2 см) и локализацией ударов, указанных в заявлении <ФИО>15 о привлечении Хохлова Е.А. к уголовной ответственности, и, как следствие, не включил в описание деяния указание на два образовавшихся вследствие этого кровоподтека. Свои выводы мировой судья в достаточной степени мотивировал.
При этом, вопреки доводам автора апелляционной жалобы, исключение указанных кровоподтеков не влияет на выводы о наличии в действиях <ФИО>11 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, о чём свидетельствуют результаты допроса судебно-медицинского эксперта <ФИО>13, указавшего, что установленный <ФИО>15 врачом-неврологом диагноз "закрытая черепно-мозговая травма – сотрясение головного мозга" сам по себе влечёт оценку полученных потерпевшим телесных повреждений, как причинивших легкий вред здоровью.
Судом первой инстанции правильно установлена направленность умысла виновного, а также причина совершения Хохловым Е.А. этого преступления – неприязненные отношения.
Все удары Хохлов Е.А. потерпевшему нанес кулаком, большую их часть – в область головы, что свидетельствует о том, что он действовал с прямым умыслом, поскольку осознавал общественную опасность указанных выше действий, предвидел возможность и неизбежность причинения этими действиями вреда здоровью потерпевшего.
Указанными действиями потерпевшему причинен легкий вред здоровью, что подтверждено заключением судебно-медицинской экспертизы, установившей наличие у потерпевшего телесных повреждений, полученных в срок и при обстоятельствах, указанных в приговоре, которые причинили легкий вред здоровью.
В судебном заседании мировым судьей исследованы все существенные для исхода дела доказательства, проверены все приведенные стороной защиты версии и доводы, которые, по сути, аналогичны изложенным суду апелляционной инстанции. Все доводы и версии, изложенные стороной защиты в лице Хохлова Е.А. и его защитника, в суде первой инстанции проверялись полно и всесторонне, в связи с чем обоснованно, с приведением соответствующих мотивов отвергнуты.
В приговоре дана оценка необходимой и достаточной для принятия решения совокупности доказательств, представленных как стороной обвинения, так и стороной защиты, не соглашаться с которой у суда апелляционной инстанции не имеется оснований. Доводы стороны защиты, состоящие из переоценки доказательств, положенных судом в основу приговора, опровергаются всей совокупностью доказательств, непосредственно исследованных судом.
Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, противоречий в выводах, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено, а доводы автора апелляционной жалобы по этому поводу не основаны на материалах дела.
Тот факт, что произведенная судом оценка доказательств и принятые решения не совпадают с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона, в том числе права на защиту, и не является основанием и для отмены постановленного по итогам рассмотрения уголовного дела приговора.
Данных о том, что судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном, а суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.
Напротив, из протокола судебного заседания следует, что судом в соответствии с положениями ст. 15 УПК РФ были созданы все необходимые условия для осуществления прав, предоставленных сторонам обвинения и защиты, все заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона. Нарушений прав участников судебного разбирательства, в том числе права на защиту, допущено не было.
Действия Хохлова Е.А. судом правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 115 УК РФ, как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья.
То обстоятельство, что в заявлении частного обвинителя содержится описка в дате рождения частного обвинителя, не влечёт вывод о невиновности Хохлова Е.А., не является основанием для вывода о нарушении требований ст. 318 УПК РФ при принятии заявления к производству, равно как и основанием для освобождения Хохлова Е.А. от уголовной ответственности.
При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, влияние назначенного наказания на исправление и на условия его жизни, отсутствие отягчающих обстоятельств, смягчающие обстоятельства, к которым правильно отнес наличие у Хохлова Е.А. малолетнего и несовершеннолетнего детей, состояние здоровья обоих детей и совершение впервые преступления небольшой тяжести.
Не оставлены судом без внимания и иные сведения о личности Хохлова Е.А., который не состоит на учете у врачей нарколога и психиатра, имеет постоянное место жительства и регистрации, место работы, ряд положительных характеристик.
Суд апелляционной инстанции не усматривает иных обстоятельств, которые должны быть признаны смягчающими в силу ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ.
Правовых оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ у суда первой инстанции не имелось.
С учетом конкретных обстоятельства дела, тяжести содеянного и данных о личности Хохлова Е.А. суд пришел к правильному выводу о назначении ему реального наказания в виде штрафа, справедливо не усмотрев оснований для назначения иного вида наказания, а также применения положений ст. 64 УК РФ.
При определении размера штрафа мировым судьей обоснованно учтены тяжесть совершенного Хохловым Е.А. деяния, конкретные обстоятельства содеянного, данные о его имущественном положении и возможности получения дохода.
Суд апелляционной инстанции считает назначенное осужденному наказание справедливым и соразмерным содеянному, полностью отвечающим задачам исправления осужденного, а также предупреждения совершения им новых преступлений, а потому не находит оснований для его смягчения.
Вопреки доводам автора апелляционной жалобы, суд приходит к выводу, что гражданский иск потерпевшего <ФИО>15 о денежной компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей подробно исследован и разрешен с учетом требований ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о размере компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей и не находит оснований для его переоценки, как ставится вопрос в жалобе, поскольку он соответствует требованиям закона, характеру причиненного вреда, обстоятельствам дела, требованиям разумности и справедливости.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы жалобы о наличии в приговоре суда ряда описок.
В частности, в резолютивной части приговора указано о взыскании с Хохлова Е.А. в пользу <ФИО>15 компенсации морального вреда в размере "50 000 (пятьдесят) тысяч рублей". Данное указание ошибочно, поскольку, мотивируя свои выводы относительно размера компенсации, подлежащей взысканию с осужденного, суд первой инстанции определил его в 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.
Наряду с этим в описательно-мотивировочной части приговора, действительно, допущена описка в указании инициалов свидетеля <ФИО>8
Кроме того, в силу ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.
Судом установлено, что во вводной части приговора при указании адреса фактического проживания Хохлова Е.А. мировым судьей допущена описка при указании номера дома.
Кроме того, автор жалобы ссылается на то, что при постановлении приговора судом не дано оценки показаниям свидетеля защиты <ФИО>11, и при этом (в абзаце 4 на листе 11 приговора) имеется ошибочное указание на показания свидетеля <ФИО>6, как на показания свидетеля защиты, хотя защита о её допросе не заявляла.
Суду апелляционной инстанции представляется очевидным, что в данном случае мировым судьей в описательно-мотивировочной части приговора, действительно, допущена описка, но ошибочным является не указание <ФИО>6 как свидетеля защиты, а указание фамилии свидетеля, показания которого в данном случае оценены.
Неверное указание суммы взыскания, указание неверных фамилии и инициалов свидетелей, а также адреса проживания осужденного являются явными техническими ошибками и подлежат исправлению путем внесения соответствующих изменений.
Оснований для внесения в приговор иных изменений не имеется, поскольку уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, принципов равноправия и состязательности сторон. Право осужденного на защиту не нарушено. Вносимые настоящим постановлением изменения не ставят под сомнение законность приговора в целом, а потому не влекут его отмену.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции постановил:
Приговор мирового судьи судебного участка № 6 Орджоникидзевского района г. Магнитогорска Челябинской области от 10 июля 2026 года в отношении Хохлова Е.А. изменить:
- во вводной части приговора указать адрес проживания Хохлова Е.А. "<адрес обезличен>" вместо ошибочно указанного "<адрес обезличен>";
- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на оглашенные судом объяснения Хохлова Е.А. как на доказательства по делу;
- в описательно-мотивировочной части приговора (в абзаце 4 на листе 11 приговора) указать "<ФИО>11" вместо ошибочного указания "<ФИО>6";
- в описательно-мотивировочной части приговора указать инициалы свидетеля <ФИО>21 "С.А." вместо ошибочно указанных "С.Н.";
- в резолютивной части приговора указать о взыскании с Хохлова Е.А. в пользу <ФИО>15 компенсации морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, вместе ошибочно указанной суммы "50 000 (пятьдесят) тысяч рублей";
В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Васильева А.В. – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.
Судья: