АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
07 мая 2026 года г. Верхняя Пышма
Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе председательствующего М.П. Вершининой, при помощнике судьи Янковской Е.А., рассмотрел в открытом судебном заседании частную жалобу Наумовой Татьяны Владимировны на определение мирового судьи судебного участка № 3 Верхнепышминского судебного района Свердловской области Кошелевой М.С. от 13.03.2026 о замене стороны правопреемником по гражданскому делу № 2-663/2017 по заявлению АО «»Банк Русский Стандарт» о выдаче судебного приказа о взыскании задолженности по кредитному договору с Пелиной Елены Анатольевны, установил:
определением мирового судьи судебного участка № 3 Верхнепышминского судебного района Свердловской области от 13.03.2026, удовлетворено заявление АО «Банк Русский Стандарт» о замене стороны должника по гражданскому делу о взыскании с Пелиной Е.А. в пользу АО «Банк Русский Стандарт» задолженности по кредитному договору.
В частной жалобе Наумова Т.В. ставит вопрос об отмене указанного судебного акта, как незаконного.
В соответствии с частью 3 статьи 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материал по частной жалобе рассмотрен без извещения лиц, участвующих в деле.
Проверив материалы дела, изучив доводы частной жалобы, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании судебного приказа мирового судьи судебного участка № 3 Верхнепышминского судебного района № 2-663/2017 от 05.05.2017 02.06.2022 было возбуждено исполнительное производство в отношении должника Пелиной Е.А. в пользу взыскателя АО «Банк Русский Стандарт», предмет исполнения: задолженность в размере 174 270,99 рублей.
30.08.2023 судебным приставом-исполнителем Верхнепышминского РОСП ГУ ФССП Росси по Свердловской области вынесено постановление об окончании исполнительного производства № на основании пункта 4 части 1 статьи 46 ФЗ «Об исполнительном производстве».
ДД.ММ.ГГГГ должник Пелина Е.А. умерла.
04.07.2023 к нотариусу с заявлением о принятии наследства обратилась двоюродная сестра должника Пелиной Е.А. – Наумова Т.В., которой 28.03.2024 было выдано свидетельство о праве на наследство по закону на имущество должника.
26.04.2024 по заявлению Наумовой Т.В. Арбитражным судом Свердловской области возбуждено производство по делу № о несостоятельности (банкротстве) Наумовой Т.В., в том числе и по долгам Пелиной Е.А. перед АО «Банк Русский Стандарт».
20.05.2024 Арбитражным судом Свердловской области принято решение о признании Наумовой Т.В. банкротом, введена процедура реализации имущества.
Удовлетворяя заявление о замене должника в порядке правопреемства на стадии исполнительного производства, суд первой инстанции исходил из того, что задолженность перед взыскателем не погашена, срок предъявления исполнительного документа к исполнению не истек, установлен наследник после смерти должника, который обратился за принятием наследственного имущества, стоимость которого превышает остаток задолженности.
Суд апелляционной инстанции полагает, что оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанций по доводам частной жалобы не имеется.
В силу части 1 статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.
Аналогичная норма закреплена в части 1 статьи 52 Федерального закона Российской Федерации от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 16.11.2018 № 43, правопреемство как институт гражданского процессуального права неразрывно связано с правопреемством как институтом гражданского права, поскольку необходимость привести процессуальное положение лиц, участвующих в деле, в соответствии с их юридическим интересом обусловливается изменениями в материально-правовых отношениях, то есть переход субъективного права или обязанности в гражданском правоотношении, по поводу которого производится судебное разбирательство, к другому лицу служит основанием для гражданского процессуального правопреемства. К числу таких оснований федеральный законодатель, как это следует из статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относит юридические факты, связанные с выбытием участвующего в деле лица из конкретного материального правоотношения (спорного или установленного судом), т.е. ситуации сингулярного правопреемства (перевод долга, уступка требования и другие случаи перемены лиц в обязательстве).
В силу положений статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Согласно пункту 1 статьи 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.
Согласно части 4 статьи 1152 ГК РФ, принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 60 Постановления от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства. Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками (статья 323 ГК РФ) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.
Пунктом 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.
По смыслу приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, правопреемство в исполнительном производстве происходит в тех случаях, когда права или обязанности одного из субъектов спорного материального правоотношения в силу тех или иных причин переходят к другому лицу, которое не принимало участия в данном производстве. При этом правопреемство наследника должника ограничено стоимостью перешедшего к нему наследственного имущества.
Суд первой инстанции, по результату исследования и оценки обстоятельств дела, верно определив нормы, регулирующие спорные правоотношения сторон, установив наличие неисполненного судебного постановления, факт того, что размер обязательства должника перед АО «Банк Русский Стандарт» по судебному приказу № 2-663/2017 от 05.05.2017 не превышает стоимости перешедшего к Наумовой Т.В. наследственного имущества, пришел к обоснованному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявления взыскателя о процессуальном правопреемстве.
Доводы частной жалобы об обратном, не опровергают обоснованность выводов мирового судьи, не подтверждают нарушений мировым судьей норм материального и процессуального права и не могут быть признаны состоятельными, поскольку направлены на переоценку обстоятельств, установленных судебной инстанцией.
Ссылка Наумовой Т.В. на то, что при наличии решения о признании ее банкротом и освобождении ее от обязательств, не влечет отмены оспариваемого судебного постановления, поскольку основана на неверном толковании норм права.
Для процессуального правопреемства, в качестве оснований которого действующее гражданское процессуальное законодательство называет исключительно факты материального правопреемства, требуется специальное судебное постановление, без которого процессуальное правопреемство не может состояться. Осуществляя гражданское судопроизводство на основе состязательности и равноправия сторон, суд - в зависимости от стадии гражданского процесса, на которой произошла замена стороны в порядке правопреемства, - совершает процессуальные действия, направленные на создание условий, необходимых для соблюдения баланса их процессуальных прав и обязанностей.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, заинтересованное лицо - исходя из предписаний статей 45 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации - по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом, в том числе посредством обращения в суд, будучи связанным лишь установленным федеральным законом порядком судопроизводства (Постановление от 22 апреля 2013 г. N 8-П, определения от 9 февраля 2016 г. N 220-О, от 7 июля 2016 г. N 1421-О и др.). Применительно к институту процессуального правопреемства, являющегося важной гарантией прав каждого на судебную защиту и доступ к правосудию, это означает, что участнику спорных правоотношений не может быть отказано в использовании механизма процессуального правопреемства лишь в силу того, что ему доступны иные варианты защиты своего права, предусмотренные гражданским процессуальным законодательством.
Применение судами части первой статьи 44 ГПК РФ в системе действующего правового регулирования с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и соответствующих разъяснений Верховного Суда Российской Федерации позволяет в каждом конкретном случае достичь баланса интересов участников спорных правоотношений и принять решение, отвечающее требованиям законности, обоснованности и справедливости, исходя при этом из предусмотренных законом пределов усмотрения суда по установлению юридических фактов, являющихся основанием для процессуального правопреемства (либо для отказа в удовлетворении соответствующего требования), что предполагает необходимость оценки судом процессуальных последствий тех изменений, которые происходят в материальном правоотношении.
Таким образом, необходимым условием процессуального правопреемства является переход субъективных материальных прав и обязанностей от одного лица к другому, в связи с чем процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.
Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что само по себе правопреемство не влечет возникновения у правопреемника каких-либо новых прав либо оснований для их реализации. Правопреемник в установленном судом правоотношении занимает место правопредшественника, однако может реализовывать только те права, которые фактически существовали и могли быть реализованы правопредшественником на момент возникновения оснований для правопреемства.
В связи с изложенным, завершение процедуры банкротства гражданина не является препятствием для осуществления процессуального правопреемства. Однако и сам факт правопреемства не свидетельствует о безусловном сохранении возможности понуждения должника к исполнению, не возлагает на должника дополнительных обязанностей, поскольку само по себе не влечет возложения дополнительных обязанностей, не препятствует окончанию исполнительного производства по основаниям предусмотренным пунктом 7 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».
На основании изложенного и руководствуясь статьей 334 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил:
определение судьи мирового судьи судебного участка № 3 Верхнепышминского судебного района Свердловской области М.С. Кошелевой от 13.03.2026 оставить без изменения, частную жалобу - без удовлетворения.
Председательствующий М.П. Вершинина