РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 июля 2026 года г. Магнитогорск
Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Кульпина Е.В., при секретаре судебного заседания Прошкиной О.А., с участием истца Шинкаренко В.В., представителя третьего лица С представителя ответчика Б рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Шинкаренко <ФИО>14 к Неверовой <ФИО>15) о компенсации морального вреда, причиненного оскорблением,
УСТАНОВИЛ:
Истец Шинкаренко В.В., уточнив исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, обратилась в суд с иском к <ФИО>10 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного оскорблением.
В обоснование заявленных требований указано, что Неверова А.В. является дочерью ее супруга <ФИО>1 от первого брака. Между мужем истца и Неверовой А.В. в период с 2023 года до настоящего времени, на почве конфликта на работе, сложились неприязненные отношения. Никакого отношения к конфликту истец не имеет, но с указанного периода ответчик постоянно высказывает в адрес истца оскорбления, выраженные в неприличной форме, унижая ее честь и достоинство лично, в СМС сообщениях, на улице, наедине, в присутствии супруга истца и посторонних лиц. Ответчик демонстративно стремится унизить ее достоинство и спровоцировать новые конфликтные ситуации.
<дата обезличена>, ответчик инициировала переписку в мессенджере «<данные изъяты>», в которой настаивала на прохождении истцом исследования на полиграфе, обвиняя в неверности супругу. В переписке ответчик использовала в отношении ее слова и выражения оскорбительного содержания с применением нецензурной лексики.
Высказывания ответчика были для нее оскорбительными и унизительными, в связи с чем <дата обезличена> она заблокировала ответчика во всех мессенджерах, с целью оградить себя от получения сообщений токсичного содержания, а также для предотвращения повторных конфликтов, но ответчик в 2024 году неоднократно при личных встречах в присутствии посторонних людей и супруга истца, намеренно оскорбляла ее словесно и показывала символ нецензурного оскорбления - знак «Фак ю» (средний палец на руке).
В 2024 года в аудиосообщениях в мессенджере «<данные изъяты>», присылаемых на номер телефона супруга истца (<номер обезличен>), ответчик применяла в отношении нее унизительные выражения содержащие нецензурную лексику.
В апреле 2024 года ответчик проходила исследование на полиграфе, при этом видеозапись исследования ответчика от <дата обезличена>, свидетельствует о том, что ответчик негативно в унизительной форме отзывалась о ней в присутствии специалиста полиграфолога <ФИО>9, которого видела впервые.
В связи с тем, что оскорбления и унижения ответчика вызывают у истца ухудшение состояния здоровья, нарушают сон и работоспособность, истец с супругом прекратили всякое общение с ответчиком желая избавить себя от ее негативного вмешательства в их жизнь, более года не общались с ответчиком ни в письменной, ни в устной форме.
Но <дата обезличена> Неверова А.В. обратилась в <данные изъяты> с исковым заявлением о взыскании с Шинкаренко В.В. в ее пользу компенсации морального вреда (гражданское дело <номер обезличен>). В приложении к исковому заявлению Неверова А.В. предоставила в суд скриншоты переписок с Шинкаренко В.В. в мессенджере «<данные изъяты>» содержащие оскорбление нецензурной бранью в адрес истца.
Вышеуказанная переписка не являлась доказательством по делу, к предмету спора и иску (гражданское дело <номер обезличен>) отношения не имела, истец также не являлась стороной по данному делу, однако материалы судебного дела содержат оскорбления, выраженные в нецензурной форме в ее адрес. Данные высказывания, выраженные в неприличной форме, унижают ее честь и достоинство. Высказанные в судебном заседании (гражданское дело <номер обезличен>) в ее адрес слова и утверждения носили откровенно оскорбительный, грубый, неприличный характер, были унизительны, что усилило степень ее моральных страданий.
В результате произошедшего она испытывала унижение и стыд. Истец не провоцировала ответчика, вела себя спокойно и не высказывала в адрес ответчика оскорблений. Истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в сильных переживаниях, чувстве беспомощности ввиду того, что она не могла предпринять никаких действий и ничего сделать с ответчиком и прекратить оскорбления в свой адрес. Более того, на почве ненависти Неверовой А.В. у истца развивались тревога, беспокойство и ухудшалось самочувствие и состояние здоровья.
Ответчик проживает с ними в одном поселке, регулярно унижает ее, не упускает возможность намеренно нанести ей моральную травму, чем вызывает у нее состояние тревоги, беспокойства и глубокой, не прекращающейся депрессии. На фоне систематического морального издевательства ответчика у истца развилась бессонница, состояние нестабильности и беспомощности в связи с чем ухудшилось психическое и физическое состояние здоровья.
Длительный период противоправных действий ответчика (с сентября 2023 года по настоящее время), их систематический характер, прямой умысел, активные действия ответчика для создания стрессовых ситуаций, спровоцировали ухудшение психоэмоционального состояния истца, в связи с чем она была вынуждена обратиться за специализированной медицинской помощью.
Специалистами медицинских учреждений подтверждено наличие у истца смешанного тревожного расстройства и ухудшение состояния здоровья, вызванного длительной стрессовой ситуацией.
Истец, ссылаясь на указанные обстоятельства, а также положения ст.ст. 23,29 Конституции РФ, ст.ст.10, 150-151, 1099, 1101 ГК РФ, просит суд взыскать с Неверовой А.В. в свою пользу:
компенсацию морального вреда, причиненного оскорбительными действиями ответчика, совершенными в 2023 году и выраженными в направлении в адрес истца <дата обезличена> сообщений с оскорблениями в грубой неприличной форме и многократным применением в адрес истца символа «Фак ю» обозначающего оскорбительную нецензурную лексику в размере 20 000 рублей;
компенсацию морального вреда, причиненного оскорбительными действиями ответчика, совершенными в 2024 году и выраженными в направлении в адрес истца сообщений с оскорблениями в грубой неприличной форме на телефонный номер супруга истца, оскорбительной и унизительной характеристике в утвердительной форме во время предтестовой беседы со специалистом полиграфологом <ФИО>9 <дата обезличена> и многократным применением в адрес истца символа «Фак ю» обозначающего оскорбительную нецензурную лексику в размере 20 000 рублей;
компенсацию морального вреда, причиненного оскорбительными действиями ответчика, выразившимися в распространении <дата обезличена> в рамках судебного разбирательства сведений, унижающих честь и достоинство истца в размере 20 000 рублей;
компенсацию морального вреда, причиненного оскорбительными действиями ответчика, совершенными в 2025 году и выраженными в направлении в адрес истца <дата обезличена> и <дата обезличена> сообщений с оскорблениями в грубой неприличной форме и многократным применением в адрес истца символа «Фак ю» обозначающего оскорбительную нецензурную лексику в размере 20 000 рублей;
судебные расходы по оплате государственной пошлины, понесенные при подаче искового заявления о компенсации морального вреда, причиненного оскорбительными действиями ответчика, совершенными в 2023 году и выраженными в направлении в адрес истца <дата обезличена> сообщений с оскорблениями в грубой неприличной форме и многократным применением в адрес истца символа «Фак ю» обозначающего оскорбительную нецензурную лексику и унижающих честь и достоинство истца в размере 3 000 рублей;
судебные расходы по оплате государственной пошлины, понесенные при подаче искового заявления о компенсации морального вреда, причиненного оскорбительными действиями ответчика, совершенными в 2024 году и выраженными в направлении в адрес истца сообщений с оскорблениями в грубой неприличной форме на телефонный номер супруга истца, оскорбительной и унизительной характеристике в утвердительной форме во время предтестовой беседы со специалистом полиграфологом <ФИО>9 <дата обезличена> и многократным применением в адрес истца символа «Фак ю» обозначающего оскорбительную нецензурную лексику в размере 3 000 рублей;
судебные расходы по оплате государственной пошлины, понесенные при подаче искового заявления о компенсации морального вреда, причиненного оскорбительными действиями ответчика, выразившимися в распространении <дата обезличена> в рамках судебного разбирательства сведений, унижающих честь и достоинство истца в размере 3 000 рублей;
судебные расходы по оплате государственной пошлины, понесенные при подаче искового заявления о компенсации морального вреда, причиненного оскорбительными действиями ответчика, совершенными в 2025 году и выраженными в направлении в адрес истца <дата обезличена> и <дата обезличена> сообщений с оскорблениями в грубой неприличной форме и многократным применением в адрес истца символа «Фак ю» обозначающего оскорбительную нецензурную лексику в размере 3 000 рублей (т. 1 л.д. 4-7, 32-35, 71-79).
Протокольным определением суда от <дата обезличена> к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен Ш (т.1 л.д. 169-170).
Истец Шинкаренко В.В. в судебном заседании уточненные исковые требования, поддержала по основаниям и доводам, изложенным в иске, просила удовлетворить. Предоставила в материалы дела письменные пояснения по заявленным требованиям и письменные возражения на пояснения ответчика (т.1 л.д. 145-149 т. 2 л.д. 60-63).
Ответчик Неверова А.Н. в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, о причинах своего отсутствия суд не уведомила, не просила об отложении рассмотрения дела, предоставила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие с участием ее представителя, предоставила письменные пояснения, в которых указала, что с Шинкаренко В.В. они состоят в неприязненных, конфликтных отношениях с 2023 года, по скриншотам переписки от 2023 года истек срок давности. Скриншоты переписки в мессенджере «<данные изъяты>», предоставленные ее представителем в <данные изъяты>, в ходе гражданского дела <номер обезличен>, являлись доказательствами по делу.
Видеозапись исследования ответчика на полиграфе <дата обезличена>, в судебное заседание была предоставлена самой Шинкаренко В.В., информация, содержащаяся на данном видео, является конфиденциальной, и для распространения, а также для просмотра третьими лицами не предусмотрена.
Информация, предоставленная суду, материалы дела, в том числе исковое заявление, не может рассматриваться как объект распространения информации, так как с материалами дела может ознакомиться только определенный круг лиц, а именно стороны дела.
За последние два года семья Шинкаренко писала на ответчика много заявлений в полицию, из-за чего ей приходилось постоянно посещать полицейские участки, давать показания, но все обвинения были не необоснованны, в возбуждении дел было отказано. Также на нее было подано заявление в суд об оспаривании отцовства, по результатам экспертизы ДНК суд вынес решение в ее пользу. Вследствие данных обстоятельств, ухудшилось состояние ее психического здоровья, появились панические атаки, состояние беспомощности и депрессии, ей пришлось обращаться за помощью к психологу и неврологу, который назначил ей антидепрессанты.
Переписка с Шинкаренко В.В. за 06 и <дата обезличена> действительно была инициирована ответчиком, поскольку после очередного звонка участкового уполномоченного полиции от <дата обезличена>, который сообщил ей, что на нее составлено очередное заявление и ей необходимо явиться для дачи показаний у нее случился нервный срыв, снова начались панические атаки, именно в таком состоянии истерии она и писала сообщения Шинкаренко В.В.
На улице, в магазинах, в присутствии посторонних людей она никогда не оскорбляла истца, все общение с истцом складывалось в переписке двух лиц.
Указала, что она человек не конфликтный, что доказывают предоставленные ею характеристики, неприязненные отношения у нее сложились только с семьей Шинкаренко, конфликт между ними длительный, имеется взаимная неприязнь, инциденты возникают регулярно.
Просила учесть наличие у нее на иждевении несовершеннолетнего ребенка, отсутствие в материалах дела объективных доказательств причинения истцу физических и нравственных страданий, в виде ухудшения состояния здоровья в связи с нравственными переживаниями, а также то, что она является волонтером, и в настоящее время у нее на содержании находятся беспризорные животные (т.1 л.д. 44-53, 55-59 т.2 л.д. 49).
Представитель ответчика Неверовой А.Н. – Б действующая на основании нотариальной доверенности от <дата обезличена> (т. 1 л.д. 247-248) в судебном заседании уточненные исковые требования Шинкаренко В.В. не признала, в удовлетворении иска просила отказать, поддержала письменные пояснения ответчика по заявленным требованиям.
Третье лицо Шинкаренко В.В. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах своего отсутствия суд не уведомил, не просил об отложении рассмотрения дела, предоставил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие с участием его представителя, предоставил в материалы дела нотариально заверенные письменные пояснения по делу, в которых обстоятельства изложенные истцом в исковом заявлении подтвердил, заявленные истом требования поддержал и просил удовлетворить (т.1 л.д. 182-183, т.2 л.д. 6, 50).
Представитель третьего лица Шинкаренко В.В. – С, действующая на основании нотариальной доверенности от <дата обезличена> (т.1 л.д. 245-246) в судебном заседании позицию истца и третьего лица поддержала, предоставила в материалы дела письменные пояснения по делу (т.2 л.д. 64-65).
При таких обстоятельствах, в силу положений ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом и в срок, принимая во внимание, что в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о дате, времени и месте судебного заседания размещена на официальном интернет-сайте Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска magord.chel.sudrf.ru. (т.2 л.д. 66).
Суд, заслушав мнение истца, представителя ответчика, представителя третьего лица, исследовав письменные материалы дела, принимая во внимание позиции сторон, приходит к следующему.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).
Исходя из ст. 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
В силу положений ст.ст. 21, 23 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления, каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную жизнь, защиту своей чести и доброго имени.
Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса РФ).
Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п.2 ст. 150 Гражданского кодекса РФ).
Согласно ст.12 Гражданского кодекса РФ, защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем компенсации морального вреда.
В соответствии с положениями статьи 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Как следует из разъяснений, содержащихся в абз.6 п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с положениями ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно абзацу 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 2).
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ) (п.12).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с потерей родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14).
В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27).
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28).
Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать) (п. 29).
Согласно разъяснениям п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Установив, что истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного распространением оценочных суждений, мнений, убеждений, суд может удовлетворить его, если суждения, мнения, убеждения ответчика были высказаны в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца (п. 52).
В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте положений п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
В ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ законодатель закрепляет дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия.
Согласно приведенной норме, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Как следует из искового заявления и пояснений, данных истцом в судебном заседании и в письменных пояснения, поводом для ее обращения в суд с данным иском явилось то, что ответчик в период с 2023 года до настоящего времени постоянно высказывает в адрес истца оскорбления, выраженные в неприличной форме, унижая ее честь и достоинство лично, в СМС сообщениях, на улице, наедине, в присутствии супруга истца и посторонних лиц. В переписке в мессенджере «<данные изъяты>» <дата обезличена>, <дата обезличена> и <дата обезличена>, в аудиосообщениях в мессенджере «<данные изъяты>», присылаемых на номер телефона супруга истца (<номер обезличен>) в 2024 году, ответчик использовала в отношении ее слова и выражения оскорбительного содержания с применением нецензурной лексики. Также ответчик в период с 2023 года неоднократно при личных встречах в присутствии посторонних людей и супруга истца, намеренно оскорбляла ее словесно и показывала символ нецензурного оскорбления - знак «Фак ю» (средний палец на руке). Кроме того, <дата обезличена> в рамках судебного разбирательства ответчик допустила распространение сведений, унижающих честь и достоинство истца, а <дата обезличена> во время предтестовой беседы со специалистом полиграфологом <ФИО>9 ответчик позволила себе в отношении истца оскорбительные и унизительные характеристике в утвердительной форме.
В качестве доказательств истцом предоставлены, в том числе:
DVD диск с видеозаписью исследования ответчика на полиграфе <дата обезличена>, аудиосообщениями ответчика, содержащими оскорбления истца, аудиопротоколом судебного заседания <данные изъяты> от <дата обезличена> (т.1 л.д. 8);
Скриншоты переписки в мессенджере «<данные изъяты>» (т.1 л.д. 11-26);
Скриншоты из материалов дела <номер обезличен> <данные изъяты> (т.1 л.д. 105-108);
Стенограммы аудиосообщений ответчика в мессенджере «WhatsApp» (т.1 л.д. 150-153);
Стенограммы с заседаний <данные изъяты> от <дата обезличена> (т.1 л.д. 154-155).
Тексты переписки, стенограмм, аудиосообщений и т.д. соответствуют текстам, изложенным в исковом заявлении.
Факт высказывания и написания зафиксированных в материалах дела фраз ответчиком не оспаривается.
Истцом указано, что длительный период противоправных действий ответчика (с сентября 2023 года по настоящее время), их систематический характер, прямой умысел, активные действия ответчика для создания стрессовых ситуаций, спровоцировали ухудшение психоэмоционального состояния истца, в связи с чем она была вынуждена обратиться за специализированной медицинской помощью.
Специалистами медицинских учреждений подтверждено наличие у истца смешанного тревожного расстройства и ухудшение состояния здоровья, вызванного длительной стрессовой ситуацией.
В качестве доказательств истцом предоставлены медицинские документы, листы назначений, чеки на приобретение лекарственных препаратов (т.1 л.д. 110-114, 118-144, 156-161, 189-227).
Проанализировав в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ имеющиеся в материалах дела доказательства, с учетом характера сложившихся между сторонами правоотношений, суд полагает, что при исследовании предоставленных стороной истца в материалы дела доказательств установлено, что употребленные ответчиком, выражения в отношении Шинкаренко В.В. содержат негативную оценку личности истца.
При этом, суд при оценке оспариваемых высказываний ответчика в адрес истца, исходит из того, что оскорблением может быть признано высказывание, унижающее честь и достоинство другого лица, выраженное не только в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме, как это предусмотрено положениями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (ст.5.61).
Гражданское законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства гражданина путем оспаривания оценочных суждений, хотя и не выраженных в неприличной и нецензурной форме, но умаляющих указанные неимущественные права в силу оскорбительного характера таких высказываний.
Данная информация содержит оскорбление личности истца и распространение этих суждений влечет ответственность в виде присуждения компенсации морального вреда.
Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности факта высказывания Неверовой А.Н. в адрес Шинкаренко В.В. оскорбительных выражений в неприличной форме, унижающих честь и достоинство истца, посягающих на принадлежащие последней неимущественные права.
Кроме того, суд полагает установленным, что из содержания предоставленной в материалы дела переписки в мессенджере «<данные изъяты>» также следует, что Неверовой А.Н. в адрес Шинкаренко В.В. допущены оскорбительные выражения, унижающие честь и достоинства истца.
Также суд полагает, что демонстрация ответчиком в адрес истца неприличного жеста в виде среднего пальца руки является оскорбительной для истца, носит смысл невербального оскорбления, является аналогом вербальных нецензурных выражений, противоречащих общепринятым нормам общения между людьми, требованиям общечеловеческой морали и направлена на унижение чести и достоинства, имеет негативную оценку личности, понижает социальный статус истца и посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.
При этом, у суда отсутствуют основания ставить под сомнение утверждение истца о том, что высказанные (в том числе невербально) и написанные ответчиком слова и выражения были адресованы именно истцу, доказательства обратного стороной ответчика не представлено.
Суд полагает, что допущены ответчиком в адрес истца высказывания, а также неприличные жесты в виде среднего пальца руки являются оскорбительными, унижающими оценку личности, выходящими за допустимые пределы осуществления права на свободу выражения своих мнений и убеждений.
Принимая во внимание, что высказывания, изложенные в оскорбительной форме, а также неприличные жесты в виде среднего пальца руки унижают достоинство Шинкаренко В.В., что само по себе влечет нарушение ее прав, гарантированных Конституцией РФ (ст. 21) и гражданским законодательством (ст. 150 ГК РФ), данное обстоятельство является основанием для возложения на Неверову А.Н. обязанности компенсировать причиненный истцу моральный вред.
Доводы ответчика о том, что ее действия в отношении истца были отчасти спровоцированы самой Шинкаренко В.В., с которой они состоят в неприязненных, конфликтных отношениях длительное время, а также ссылка ответчика на свое не стабильное эмоциональное состояние, вызванное действиями истца и ее супруга, не может служить основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности за допущенное нарушение прав истца, поскольку субъективное мнение ответчика было выражено в оскорбительной форме, выходящей за пределы осуществления ответчиком права на свободу выражения своих мнений и убеждений, а избранная для этого форма была явно несоразмерна целям и пределам осуществления ответчиком указанных прав.
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Компенсация морального вреда по своей природе носит компенсационный характер, а степень соразмерности является оценочной категорией, и только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.
Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание:
фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, в том числе, частоту (количество, периодичность) использования оскорбительных высказываний и неприличных жестов, их нормативность, обстоятельства при которых ответчиком в адрес истца были высказаны оскорбления и использованы неприличные жесты;
значимость нарушенного права - честь и достоинство личности;
степень вины ответчика - умышленные оскорбления, выраженные в неприличной форме, последующее поведение ответчика, сведения о его личности, а также наличие у ответчика на иждивении несовершеннолетнего ребенка;
индивидуальные особенности личности истца, отношение истца к данным высказываниям, сведения о личности истца;
требования разумности и справедливости.
При этом суд полагает, что истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между высказанными ответчиком в адрес истца словами и выражениями, использованными неприличными жестами и ухудшением состояния здоровья истца, вызвавшего необходимость приема лекарств и оказание медицинской помощи.
Из представленных истцом медицинских документов однозначно не следует наличие показаний к применению лекарств и оказанию иной медицинской помощи именно в связи с нарушением ее неимущественных прав ответчиком.
Кроме того, из материалов дела не следует, что действия ответчика повлекли для истца иные неблагоприятные последствия, кроме нравственных переживаний, нарушение прав Шинкаренко В.В. не повлекло для нее изменение или утрату возможности ведения прежнего образа жизни.
В этой связи, оценив все представленные сторонами по делу доказательства в соответствии с требованиями положений ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, учитывая, что совокупность приведенных доказательств объективно подтверждает право истца на компенсацию морального вреда, принимая во внимание что в результате названных выше действий истцу причинены нравственные страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия), выразившиеся в переживаниях Шинкаренко В.В. по поводу неправомерных действий ответчика, характер нравственных страданий истца, имевшиеся между сторонами конфликтные отношения, степень вины причинителя вреда, а также отсутствие в деле доказательств наступления конкретных негативных последствий для здоровья истца, находящихся в прямой причинно-следственной связи с нарушением ее неимущественных прав ответчиком, длительный срок не обращения истца в суд за защитой нарушенного права, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей.
Данный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
Таком образом, в удовлетворении остальной части требований истца о компенсации морального вреда в размере 40 000 рублей (80 000 руб. – 40 000 руб.), следует отказать.
В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.
Истцом заявлено о взыскании с ответчика суммы государственной пошлины в размере 12 000 рублей.
Указанные расходы истца подтверждены документально (т.1 л.д. 9-10, 80-85).
Таким образом, с ответчика в пользу истца следует взыскать расходы по уплате государственной пошлины в заявленном размере в сумме 12 000 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 98, 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Шинкаренко <ФИО>21 удовлетворить частично.
Взыскать с Неверовой <ФИО>20) (<номер обезличен>) в пользу Шинкаренко <ФИО>22 (<номер обезличен> компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб., судебные расходы в размере 12 000 руб., всего 52 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований о компенсации морального вреда в размере 40 000 руб. Шинкаренко <ФИО>23 отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.
Председательствующий: / подпись /
Мотивированное решение суда изготовлено 28 июля 2026 года.