АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
13 октября 2026 года г. Магнитогорск Челябинской области
Правобережный районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе председательствующего судьи Вознесенской О.Н., при секретаре судебного заседания Шеметовой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску Коротаевой А.Р. к акционерному обществу «Группа страховых компаний Югория» о взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, убытков и судебных расходов, по апелляционной жалобе акционерного общества «Группа страховых компаний Югория» на решение мирового судьи судебного участка № 2 Правобережного района города Магнитогорска Челябинской области от дата,
УСТАНОВИЛ:
Коротаева А.Р. обратилась к мировому судье с иском к акционерному обществу «Группа страховых компаний Югория» (далее — АО «ГСК Югория», страховщик) о защите прав потребителя страховых услуг, взыскании неустойки за нарушение срока исполнения обязательства по страховому возмещению, штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего, компенсации морального вреда, убытков и судебных расходов.
В обоснование заявленных требований истец указала, что дата в городе Магнитогорске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением Арылова Н.С., и автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащего Коротаевой А.Р., под управлением последней.
В результате дорожно-транспортного происшествия принадлежащему истцу транспортному средству причинены механические повреждения. Гражданская ответственность виновника дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «ГСК Югория».
25 августа 2025 года между Коротаевой А.Р. и индивидуальным предпринимателем Яковлевой Н.А. заключен договор уступки права требования №, на основании которого цессионарий обратился к страховщику с заявлением о наступлении страхового случая и осуществлении страхового возмещения путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания автомобилей.
27 августа 2025 года страховщику было вручено заявление о прямом возмещении убытков. 29 августа 2025 года страховщик направил уведомление о проведении осмотра транспортного средства, который состоялся 2 сентября 2025 года. 3 сентября 2025 года в страховую организацию поступило заявление о несогласии с актом осмотра.
Вместе с тем в установленный законом срок обязанность по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства страховщиком надлежащим образом исполнена не была.
Как следует из представленных материалов, 9 сентября 2025 года страховая организация уведомила заявителя о необходимости прибытия представителя на осмотр, а 17 сентября 2025 года направила письмо с копией акта осмотра. 9 октября 2025 года страховщиком направлено письмо с предложением осуществить ремонт на СТОА ООО «ЛЦ».
21 октября 2025 года в адрес указанной станции технического обслуживания направлена телеграмма с просьбой произвести ремонт транспортного средства в течение трех дней с момента получения телеграммы, а также сообщить дату и время принятия транспортного средства в ремонт.
Впоследствии, 20 ноября 2025 года, страховщиком направлено письмо с указанием на возможность проведения ремонта на СТОА ООО «ЛЦ» по адресу: <адрес>, и иным указанным адресам.
Между тем фактическая организация восстановительного ремонта, обеспечивающая реализацию предусмотренного законом права потерпевшего на возмещение вреда в натуральной форме, страховщиком произведена не была, поврежденный автомобиль восстановлен не был.
В связи с ненадлежащим исполнением страховой организацией обязательств 30 октября 2025 года страховщику вручена претензия о возмещении причиненного ущерба и выплате неустойки.
17 декабря 2025 года между Коротаевой А.Р. и ИП Яковлевой Н.А. заключено соглашение о расторжении договора цессии № от 25 августа 2025 года, о чем страховщик был уведомлен 19 декабря 2025 года.
24 декабря 2025 года истец обратилась к финансовому уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг. В ходе рассмотрения обращения финансовым уполномоченным организовано проведение независимой технической экспертизы транспортного средства в <данные изъяты>
Согласно экспертному заключению от 15 февраля 2026 года № стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составила 26 900 рублей, с учетом износа — 20 200 рублей.
В соответствии с экспертным заключением от 24 февраля 2026 года № стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа определена в размере 64 000 рублей.
Решением финансового уполномоченного от 12 марта 2026 года № требования Коротаевой А.Р. удовлетворены частично, с АО «ГСК Югория» взысканы убытки, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения обязательства по организации восстановительного ремонта транспортного средства, в размере 64 000 рублей.
С указанным решением финансового уполномоченного истец согласилась.
3 апреля 2026 года на основании платежного поручения № АО «ГСК Югория» перечислило в пользу Коротаевой А.Р. денежные средства в размере 64 000 рублей.
Полагая, что выплата указанной суммы не устраняет допущенного страховщиком нарушения и не освобождает его от предусмотренной законом ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства по организации восстановительного ремонта, Коротаева А.Р. обратилась в суд с настоящим иском.
Истец просила взыскать с ответчика неустойку за период с 17 сентября 2025 года по 3 апреля 2026 года в размере 53 262 рублей, штраф в размере 13 450 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, расходы на оплату нотариальных услуг в размере 2 880 рублей, почтовые расходы в размере 1 176 рублей 87 копеек, расходы на оплату услуг телеграфа в размере 839 рублей 20 копеек, расходы на оплату юридических услуг в размере 25 000 рублей, убытки в виде расходов на оплату юридических услуг при обращении к финансовому уполномоченному в размере 5 000 рублей.
Решением мирового судьи судебного участка № 2 Правобережного района города Магнитогорска Челябинской области от дата исковые требования Коротаевой А.Р. удовлетворены частично. С АО «ГСК Югория» в пользу Коротаевой А.Р. взысканы штраф в размере 13 450 рублей, неустойка в размере 53 262 рублей, компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей, расходы на оплату услуг нотариуса в размере 2 880 рублей, почтовые расходы в размере 1 176 рублей 87 копеек, расходы на оплату услуг телеграфа в размере 839 рублей 20 копеек, расходы на оплату юридических услуг в размере 25 000 рублей, убытки, связанные с оплатой юридических услуг при обращении к финансовому уполномоченному, в размере 5 000 рублей.
В удовлетворении остальной части требований о компенсации морального вреда отказано.
Кроме того, с ответчика в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 4 000 рублей.
Не согласившись с указанным решением, АО «ГСК Югория» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение мирового судьи отменить полностью, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.
В обоснование апелляционной жалобы ответчик ссылается на неправильное применение мировым судьей норм материального права, регулирующих ответственность страховщика за нарушение обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.
По мнению заявителя жалобы, поскольку денежные средства в размере 64000 рублей выплачены истцу во исполнение решения финансового уполномоченного, а требования о взыскании страхового возмещения в рамках настоящего дела не заявлялись и судом не удовлетворялись, основания для взыскания штрафа, предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Федерального закона «Об ОСАГО», отсутствовали.
Ответчик полагает, что взыскание штрафа отдельно от присуждения страхового возмещения противоречит положениям закона, поскольку размер штрафа определяется исходя из разницы между размером страховой выплаты, установленной судом, и суммой страховой выплаты, произведенной страховщиком в добровольном порядке.
Также заявитель жалобы выражает несогласие с размером взысканной неустойки, указывая на ее несоразмерность последствиям нарушения обязательства, на полное исполнение решения финансового уполномоченного, отсутствие непогашенной задолженности перед истцом и необходимость применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.
По мнению страховщика, взыскание неустойки в размере, существенно превышающем стоимость восстановительного ремонта с учетом износа, нарушает баланс интересов сторон и придает ответственности чрезмерный характер.
Кроме того, ответчик оспаривает выводы мирового судьи о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда и судебных расходов, считая заявленные расходы на оплату услуг представителя чрезмерными.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель АО «ГСК Югория» не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.
Истец Коротаева А.Р. в судебное заседание не явилась, обеспечила участие своего представителя. Представитель истца Гильмутдинова Е.А., действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, полагала решение мирового судьи законным и обоснованным, просила оставить его без изменения.
Пояснила, что страховая организация не исполнила предусмотренную законом обязанность по организации и оплате восстановительного ремонта поврежденного автомобиля, а последующая выплата денежных средств на основании решения финансового уполномоченного не свидетельствует о своевременном и надлежащем исполнении первоначального страхового обязательства.
Указала, что взыскание неустойки и штрафа обусловлено не наличием непогашенной задолженности по страховому возмещению на момент рассмотрения дела, а установленным фактом нарушения страховщиком предусмотренного законом порядка осуществления страхового возмещения и несоблюдением срока исполнения соответствующего обязательства.
Считала, что произведенная страховщиком денежная выплата не может рассматриваться как обстоятельство, освобождающее его от ответственности за ранее допущенное нарушение прав потерпевшего.
Также пояснила, что размер неустойки определен мировым судьей правильно, с учетом продолжительности нарушения обязательства, а доказательств ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства страховщиком не представлено.
Относительно взыскания компенсации морального вреда и судебных расходов представитель истца указала, что соответствующие требования подтверждены материалами дела, разрешены мировым судьей с соблюдением положений действующего законодательства, оснований для изменения решения в указанной части не имеется.
Кроме того, представителем истца заявлено требование о взыскании с АО «ГСК Югория» судебных расходов на оплату юридических услуг, понесенных при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции, в размере 4 500 рублей. В подтверждение представлены договор на оказание юридических услуг от 22 сентября 2026 года № и кассовый чек, подтверждающий оплату указанных услуг.
Иные участники процесса при надлежащем извещении в судебное заседание не явились.
В соответствии с положениями статей 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.
Выслушав объяснения представителя истца, исследовав материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения относительно нее, проверив законность и обоснованность решения мирового судьи в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для отмены либо изменения обжалуемого решения.
Согласно статье 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.
В силу разъяснений, содержащихся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является законным тогда, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению. Решение является обоснованным, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, либо обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Указанным требованиям решение мирового судьи отвечает.
В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.
Согласно пункту 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.
В силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования страховщик обязуется при наступлении предусмотренного в договоре события возместить страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор, причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя в пределах определенной договором суммы.
Правоотношения, возникшие между сторонами, регулируются положениями главы 48 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее — Закон об ОСАГО), а в части, не урегулированной специальным законодательством, — Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей».
В соответствии с пунктами 1 и 15 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение осуществляется в пределах установленной законом страховой суммы путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства либо в форме страховой выплаты.
Пунктом 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение вреда, причиненного повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина и зарегистрированного в Российской Федерации, осуществляется, за исключением предусмотренных законом случаев, путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего.
Таким образом, законодатель установил приоритет натуральной формы страхового возмещения в отношении указанной категории транспортных средств.
Данный приоритет означает, что при наступлении страхового случая страховщик обязан обеспечить восстановление поврежденного транспортного средства путем организации и оплаты его ремонта, а не произвольно заменять установленный законом способ исполнения обязательства денежной выплатой.
Перечень случаев, при наличии которых страховое возмещение вместо организации и оплаты восстановительного ремонта может осуществляться в денежной форме, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО и является специальным законодательным исключением из общего правила о натуральной форме возмещения.
Как разъяснено в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», при отсутствии предусмотренных законом оснований страховщик не вправе отказаться от организации и оплаты восстановительного ремонта легкового автомобиля и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме.
Из содержания указанных норм следует, что обязанность страховщика не ограничивается формальным направлением потерпевшему сведений о станции технического обслуживания. Страховщик обязан обеспечить действительную возможность проведения восстановительного ремонта транспортного средства на предусмотренных законом условиях.
В соответствии с пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО в течение двадцати календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении и приложенных к нему документов страховщик обязан произвести страховую выплату либо после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт, и срока ремонта, либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.
Из материалов дела усматривается, что заявление о прямом возмещении убытков поступило страховщику 27 августа 2025 года. Между тем доказательств надлежащего исполнения обязанности по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства в установленный законом срок ответчиком не представлено.
Направление страховщиком последующих уведомлений и предложений о проведении ремонта само по себе не подтверждает надлежащего исполнения обязательства, поскольку доказательств обеспечения фактической возможности проведения ремонта в предусмотренном законом порядке, согласования необходимых условий его проведения и исполнения страховщиком соответствующей обязанности материалы дела не содержат.
При этом страховщиком не доказано наличие обстоятельств, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, которые предоставляли бы ему право изменить форму страхового возмещения вопреки воле потерпевшего.
В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Следовательно, именно на страховщике, ссылающемся на надлежащее исполнение страхового обязательства, лежит обязанность представить доказательства обстоятельств, подтверждающих такое исполнение, в том числе законность изменения формы страхового возмещения и своевременность совершения предусмотренных законом действий.
Мировой судья, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обоснованно исходил из того, что предусмотренная законом обязанность страховщика по организации восстановительного ремонта поврежденного автомобиля надлежащим образом исполнена не была.
Суд апелляционной инстанции с указанным выводом соглашается.
Само по себе направление страховщиком писем с предложением осуществить ремонт транспортного средства, при отсутствии доказательств реальной организации ремонта на условиях, соответствующих требованиям Закона об ОСАГО, не свидетельствует о надлежащем исполнении обязательства.
При этом доводы страховщика о том, что им были предприняты определенные действия, направленные на организацию восстановительного ремонта, не опровергают установленного факта нарушения срока и порядка исполнения страхового обязательства.
В соответствии с пунктом 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 при нарушении страховщиком обязанности по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе требовать понуждения страховщика к исполнению обязательства в натуре либо возмещения убытков, вызванных ненадлежащим исполнением обязательства по организации восстановительного ремонта, в размере действительной стоимости восстановительного ремонта.
Следовательно, обращение потерпевшего с требованием о возмещении убытков вследствие неисполнения обязанности по организации восстановительного ремонта является предусмотренным законом способом защиты нарушенного права и не свидетельствует о том, что первоначальное обязательство страховщика было исполнено надлежащим образом.
Решением финансового уполномоченного от 12 марта 2026 года установлен факт ненадлежащего исполнения страховщиком обязательства по организации восстановительного ремонта транспортного средства и взысканы соответствующие убытки в размере 64 000 рублей.
Указанная сумма перечислена истцу лишь 3 апреля 2026 года, то есть после истечения предусмотренного законом срока исполнения страхового обязательства.
Таким образом, произведенная страховщиком денежная выплата представляет собой исполнение решения финансового уполномоченного о возмещении убытков, возникших вследствие нарушения обязательства, и не опровергает самого факта допущенного нарушения.
Выплата убытков, обусловленных ненадлежащим исполнением обязательства, не имеет обратной силы и не может рассматриваться как обстоятельство, свидетельствующее о своевременном исполнении первоначальной обязанности по организации восстановительного ремонта. При таких обстоятельствах вывод мирового судьи о наличии оснований для применения к ответчику предусмотренных Законом об ОСАГО мер гражданско-правовой ответственности является обоснованным.
Разрешая доводы апелляционной жалобы относительно взыскания неустойки, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.
В соответствии с абзацем вторым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку в размере одного процента от определенного в соответствии с указанным Федеральным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.
Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.
Как разъяснено в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31, неустойка за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт определяется в размере одного процента за каждый день просрочки от надлежащего размера страхового возмещения по конкретному страховому случаю за вычетом страхового возмещения, произведенного страховщиком добровольно в установленные законом сроки.
Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства включительно.
При этом предусмотренная указанной нормой ответственность наступает в силу самого факта нарушения страховщиком установленного законом срока исполнения обязательства.
Доводы апелляционной жалобы о том, что выплата 64 000 рублей во исполнение решения финансового уполномоченного исключает возможность взыскания неустойки, основаны на неправильном толковании положений законодательства об ОСАГО. Последующее исполнение страховщиком обязательства, в том числе путем выплаты денежных средств во исполнение решения финансового уполномоченного, не устраняет ранее возникшую просрочку и не освобождает страховщика от ответственности за период ненадлежащего исполнения обязательства.
Иное толкование фактически позволяло бы страховщику избежать предусмотренной законом ответственности путем исполнения обязательства после обращения потерпевшего за защитой нарушенного права, что противоречило бы назначению неустойки как установленной законом меры ответственности за нарушение срока исполнения обязательства.
Судом первой инстанции установлено, что страховое возмещение в предусмотренной законом форме и в установленный срок осуществлено не было.
Неустойка рассчитана истцом за период с 17 сентября 2025 года по 3 апреля 2026 года, составляющий 198 дней, исходя из размера 26 900 рублей и установленной законом ставки один процент за каждый день просрочки. Размер неустойки составляет 53 262 рубля (26 900 рублей * 1% * 198 дней). Указанный расчет проверен мировым судьей и признан правильным.
Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что использованная для расчета сумма 26 900 рублей соответствует стоимости восстановительного ремонта без учета износа, установленной экспертным заключением от 15 февраля 2026 года №, а расчет произведен применительно к нарушению обязанности страховщика по своевременной организации восстановительного ремонта.
Вопреки доводам жалобы, сама по себе выплата страховщиком денежных средств после истечения установленного законом срока не свидетельствует об отсутствии оснований для начисления неустойки за предшествующий период.
При этом выплата, произведенная 3 апреля 2026 года, учтена при определении конечной даты периода просрочки, что исключает начисление неустойки за последующий период в рамках заявленного требования.
Оснований для вывода о неправильном применении мировым судьей положений пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО суд апелляционной инстанции не усматривает.
Доводы заявителя жалобы о необходимости уменьшения неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации также не могут быть признаны состоятельными.
В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер.
Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», снижение неустойки предполагает установление ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, при этом соответствующие обстоятельства подлежат оценке судом с учетом характера обязательства, длительности нарушения и поведения сторон.
Применительно к отношениям по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств необходимо учитывать, что размер неустойки установлен непосредственно федеральным законом и направлен на обеспечение своевременного исполнения страховщиком публично значимой обязанности по возмещению причиненного потерпевшему вреда.
Само по себе превышение суммы начисленной неустойки над размером страхового возмещения либо стоимости восстановительного ремонта не свидетельствует о ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.
При оценке соразмерности неустойки суд должен учитывать не только денежное выражение неисполненного обязательства, но и характер нарушенного права, продолжительность просрочки, степень исполнения страховщиком своих обязанностей, поведение сторон и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
В рассматриваемом случае страховщиком не обеспечено своевременное восстановление поврежденного транспортного средства, вследствие чего потерпевший был вынужден обращаться с претензией, к финансовому уполномоченному, а впоследствии в суд за защитой нарушенных прав.
Просрочка исполнения обязательства носила продолжительный характер, а денежные средства перечислены потерпевшему лишь после вынесения решения финансового уполномоченного.
Доказательств наличия исключительных обстоятельств, свидетельствующих о явной несоразмерности заявленной ко взысканию неустойки последствиям допущенного нарушения, ответчиком не представлено.
Ссылка страховщика исключительно на соотношение размера неустойки и стоимости восстановительного ремонта, без представления иных обстоятельств, подтверждающих чрезмерный характер ответственности, не является достаточным основанием для ее уменьшения.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции соглашается с выводом мирового судьи об отсутствии оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Взысканная неустойка в размере 53 262 рублей соответствует установленному мировым судьей характеру и продолжительности нарушения обязательства и не выходит за пределы предусмотренных Законом об ОСАГО ограничений.
Довод апелляционной жалобы о том, что взыскание штрафа в отсутствие одновременного взыскания страхового возмещения является незаконным, также подлежит отклонению по следующим основаниям.
В соответствии с пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего — физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.
Названная норма направлена на обеспечение надлежащего исполнения страховщиком возложенной на него обязанности по страховому возмещению и предусматривает ответственность за неудовлетворение законных требований потерпевшего в добровольном порядке.
При разрешении вопроса о взыскании штрафа необходимо учитывать правовую природу первоначального обязательства страховщика и обстоятельства его исполнения.
В рассматриваемом случае нарушение прав истца выразилось не только в несвоевременном перечислении денежных средств, но прежде всего в неисполнении предусмотренной законом обязанности по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства.
Пунктом 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлена приоритетная натуральная форма страхового возмещения, соблюдение которой является обязанностью страховщика при отсутствии предусмотренных законом исключений.
Нарушение этой обязанности влечет возникновение у потерпевшего права на предусмотренные законом способы защиты, включая требование о возмещении убытков, вызванных ненадлежащим исполнением обязательства по организации восстановительного ремонта.
Из материалов дела следует, что выплата 64 000 рублей была произведена страховщиком не в порядке своевременного добровольного исполнения первоначального обязательства, а во исполнение решения финансового уполномоченного, принятого по результатам рассмотрения спора о нарушении обязанности по организации восстановительного ремонта.
Следовательно, сам факт перечисления указанной суммы не опровергает вывод о ненадлежащем исполнении страховщиком обязанности по страховому возмещению и не свидетельствует о добровольном удовлетворении требований потерпевшего в установленном законом порядке.
Суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию, изложенную в пунктах 81–83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31, согласно которой при разрешении вопроса о взыскании штрафа необходимо устанавливать надлежащий размер страхового возмещения и объем исполнения страховщиком соответствующего обязательства в добровольном порядке.
Само по себе отсутствие в резолютивной части судебного решения взыскания суммы страхового возмещения не может оцениваться в отрыве от обстоятельств дела, в частности от установленного факта нарушения обязанности по осуществлению страхового возмещения в натуральной форме и последующего возмещения убытков, вызванных таким нарушением.
В данном случае мировой судья исходил из того, что нарушение первоначального обязательства страховщика установлено, право потерпевшего на возмещение вреда в натуральной форме своевременно не реализовано, а денежная выплата произведена только после разрешения спора финансовым уполномоченным.
При этом размер штрафа определен исходя из суммы 26 900 рублей, составляющей стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа, и составляет 13 450 рублей.
Указанный подход соответствует установленным по делу обстоятельствам ненадлежащего исполнения страховщиком обязанности по организации восстановительного ремонта.
Доводы апелляционной жалобы о невозможности взыскания штрафа исключительно по причине отсутствия в настоящем судебном решении взыскания страхового возмещения не опровергают установленных мировым судьей обстоятельств нарушения страховщиком обязательства и не свидетельствуют о неправильном разрешении спора.
С учетом изложенного оснований для отмены решения мирового судьи в части взыскания штрафа суд апелляционной инстанции не усматривает.
Разрешая доводы жалобы относительно компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.
В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем, исполнителем, продавцом либо иной уполномоченной организацией прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.
Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Положения статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости.
В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что достаточным условием для удовлетворения требования потребителя о компенсации морального вреда является установленный факт нарушения прав потребителя.
Установив нарушение страховщиком прав истца как потребителя страховых услуг, выразившееся в ненадлежащем исполнении обязанности по организации и оплате восстановительного ремонта, мировой судья обоснованно признал наличие оснований для взыскания компенсации морального вреда.
Определяя размер компенсации в сумме 5 000 рублей, мировой судья принял во внимание характер нарушения, продолжительность ненадлежащего исполнения обязательства, необходимость обращения истца за защитой нарушенных прав, а также требования разумности и справедливости.
Суд апелляционной инстанции считает, что определенный мировым судьей размер компенсации морального вреда соответствует установленным обстоятельствам дела и характеру допущенного нарушения, является разумным и справедливым. Оснований для изменения указанной суммы по доводам апелляционной жалобы не имеется.
Доводы заявителя жалобы относительно необоснованности взыскания судебных расходов также не свидетельствуют о незаконности обжалуемого решения.
В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены, в частности, расходы на оплату услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, а также другие признанные судом необходимыми расходы.
В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 названного Кодекса.
В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Как следует из материалов дела, истцом понесены расходы на оплату услуг представителя, нотариальных услуг, почтовых отправлений, услуг телеграфа, а также юридической помощи при обращении к финансовому уполномоченному.
Указанные расходы подтверждены представленными документами и обусловлены необходимостью защиты нарушенных прав истца.
При разрешении вопроса о взыскании расходов на оплату юридических услуг мировой судья принял во внимание характер спора, объем оказанной юридической помощи, необходимость подготовки процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и степень сложности разрешаемых правовых вопросов.
Размер взысканных расходов на оплату юридических услуг в сумме 25 000 рублей соответствует установленным обстоятельствам дела и не свидетельствует о нарушении принципов разумности и справедливости.
Суд апелляционной инстанции учитывает разъяснения, содержащиеся в пунктах 11–13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», согласно которым расходы на оплату услуг представителя подлежат взысканию в разумных пределах, определяемых с учетом объема заявленных требований, сложности дела, объема оказанных представителем услуг, времени, необходимого на подготовку процессуальных документов, продолжительности рассмотрения дела и иных обстоятельств.
При этом суд не вправе уменьшать размер судебных расходов произвольно, без установления обстоятельств, свидетельствующих об их чрезмерности.
С учетом характера рассмотренного спора, необходимости анализа специального законодательства об ОСАГО, обращения к финансовому уполномоченному, подготовки искового заявления и участия представителя в судебном разбирательстве оснований считать взысканные расходы на оплату юридических услуг явно чрезмерными не имеется.
Расходы на оплату нотариальных услуг в размере 2 880 рублей, почтовые расходы в размере 1 176 рублей 87 копеек и расходы на оплату услуг телеграфа в размере 839 рублей 20 копеек подтверждены представленными платежными документами и связаны с необходимостью защиты нарушенных прав истца.
Расходы в размере 5 000 рублей на оплату юридической помощи при обращении к финансовому уполномоченному также находятся в причинной связи с ненадлежащим исполнением страховщиком своих обязательств.
Поскольку обращение к финансовому уполномоченному в предусмотренных законом случаях является обязательным этапом досудебного урегулирования спора, расходы, необходимые для реализации соответствующего права, при наличии доказательств их несения, необходимости и разумности могут быть возмещены в установленном законом порядке.
Таким образом, вывод мирового судьи о наличии оснований для взыскания указанных расходов является правильным.
Ссылки страховщика на чрезмерность расходов сами по себе, без представления доказательств их явной неразумности, не могут служить основанием для изменения решения суда.
Суд апелляционной инстанции также учитывает, что по смыслу статей 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценка доказательств относится к полномочиям суда, рассматривающего дело, а несогласие стороны с результатами такой оценки не свидетельствует о незаконности принятого судебного постановления.
Доводы апелляционной жалобы по существу направлены на переоценку обстоятельств, установленных мировым судьей, и доказательств, исследованных при рассмотрении дела, однако не содержат обстоятельств, которые не были бы предметом судебной проверки и могли бы повлиять на правильность принятого решения.
Судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, представленным доказательствам дана оценка в их совокупности, выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам.
Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловными основаниями для отмены судебного постановления, судом апелляционной инстанции не установлено.
Согласно статье 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции вправе оставить решение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу — без удовлетворения.
В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального либо процессуального права. Таких оснований по настоящему делу судом апелляционной инстанции не установлено.
С учетом изложенного решение мирового судьи судебного участка № 2 Правобережного района города Магнитогорска Челябинской области от дата является законным и обоснованным, а доводы апелляционной жалобы АО «ГСК Югория» не содержат правовых оснований для его отмены или изменения.
Разрешая заявление представителя истца о взыскании судебных расходов, понесенных в связи с рассмотрением дела судом апелляционной инстанции, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьями 88, 94, 98 и 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя относятся к судебным издержкам и подлежат возмещению стороне, в пользу которой состоялось судебное постановление, в разумных пределах.
Как следует из представленных документов, в связи с рассмотрением апелляционной жалобы АО «ГСК Югория» истцом понесены расходы на оплату юридических услуг в размере 4500 рублей, что подтверждается договором на оказание юридических услуг от 22 сентября 2026 года № № и кассовым чеком.
Факт оказания юридической помощи также подтверждается участием представителя истца в судебном заседании суда апелляционной инстанции, представлением возражений относительно доводов апелляционной жалобы и изложением правовой позиции по существу рассматриваемого спора.
Оценивая разумность заявленных расходов, суд учитывает характер и сложность рассматриваемого дела, объем оказанной представителем юридической помощи, необходимость изучения доводов апелляционной жалобы, подготовки к судебному разбирательству и участия в судебном заседании.
Суд принимает во внимание, что апелляционная жалоба подана ответчиком, который оспаривал решение мирового судьи в полном объеме, в связи с чем истец был вынужден обеспечить защиту своих интересов при рассмотрении дела судом второй инстанции.
Поскольку апелляционная жалоба ответчика оставляется без удовлетворения, судебный акт принят в пользу истца, что в силу статей 98 и 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для возмещения понесенных им судебных расходов.
Размер заявленных расходов в сумме 4500 рублей с учетом объема оказанной юридической помощи, сложности спора и характера процессуальных действий представителя является разумным, соразмерным и документально подтвержденным. Оснований для уменьшения указанной суммы суд апелляционной инстанции не усматривает.
Следовательно, заявление Коротаевой А.Р. о взыскании расходов на оплату услуг представителя в суде апелляционной инстанции подлежит удовлетворению в полном объеме.
Руководствуясь статьями 88, 94, 98, 100, 327–330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ОПРЕДЕЛИЛ:
Решение мирового судьи судебного участка № 2 Правобережного района города Магнитогорска Челябинской области от дата по гражданскому делу № по иску Коротаевой А.Р. к акционерному обществу «Группа страховых компаний Югория» о взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, убытков и судебных расходов оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Группа страховых компаний Югория» — без удовлетворения.
Заявление Коротаевой А.Р. о взыскании судебных расходов, понесенных при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, удовлетворить.
Взыскать с акционерного общества «Группа страховых компаний Югория» (ИНН <данные изъяты>) в пользу Коротаевой А.Р. (паспорт <данные изъяты>) расходы на оплату услуг представителя при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в размере 4500 (четырех тысяч пятисот) рублей.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня вступления в законную силу.
Председательствующий судья:
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15 октября 2026 года.