РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 августа 2026 года Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Зенцовой С.Е.
при секретаре Сидоренко Е.С.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Толоконниковой Ларисы Юрьевны к Кувырковой Надежде Михайловне, Веевник Ирине Викторовне о взыскании неосновательного обогащения (аванса), процентов за пользование чужими денежными средствами,
УСТАНОВИЛ:
Толоконникова Л.Ю. обратилась в суд с исковым заявлением к Кувырковой Н.М., Веевник И.В. о взыскании неосновательного обогащения (аванса), процентов за пользование чужими денежными средствами.
В обоснование заявленных требований указала, что 16 февраля 2026 года между сторонами заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>
В соответствии с п. 3 договора стоимость объекта составила 4 400 000 руб. В счет оплаты будущей сделки истец передала ответчикам денежные средства в размере 50 000 руб., в тексте договора указанная сумма поименована как «аванс». Аванс представляет собой денежную сумму, уплачиваемую одной стороной договора в пользу другой в счет причитающихся с нее платежей до момента осуществления последней исполнения своего обязательства.
Считает, что поскольку аванс по своей правовой природе не выполняет обеспечительных функций, а является лишь предварительным платежом, он подлежит безусловному возврату на основании ст. 1102 ГК РФ как неосновательное обогащение.
Согласно п. 2 предварительного договора купли-продажи, стороны обязались заключить основной договор купли-продажи 18 марта 2026 года.
В установленный срок основной договор купли-продажи не заключен.
19 марта 2026 года она получила от ответчиков уведомление о необходимости явки на сделку, которое направлено 17 марта 2026 года, т.е. с нарушением разумных сроков, поскольку назначенная сделка (18 марта 2026 года) к тому моменту уже не могла состояться. Данное обстоятельство подтверждает, что ответчики, зная о невозможности заключения основного договора, мер к возврату аванса не предприняли. Именно с указанной даты (19 марта 2026 года) на стороне ответчиков возникло неосновательное обогащение.
Более того, 15 марта 2026 года, т.е. до истечения срока заключения основного договора, ответчики разместили на сайте «Авито» объявление о продаже указанной квартиры за 4 500 000 руб. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что ответчики утратили интерес к заключению основного договора с ней, самостоятельно отказались от его заключения, а удержание аванса является неосновательным обогащением.
Просит взыскать с ответчиков солидарно в свою пользу неосновательное обогащение в размере 50 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 19 марта 2026 года по 25 мая 2026 года в размере 1 380,14 руб., проценты, начисляемые на сумму основного долга в размере 50 000 руб. по день фактической уплаты долга исходя из ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 000 руб., почтовые расходы в размере 527,88 руб.
В судебном заседании истец Толоконникова Л.Ю. при надлежащем извещении участия не принимала.
Представитель истца, Филипцевич М.В., действующая на основании доверенности от 21 мая 2026 года (л.д. 6-7), заявленные требования поддержала в полном объеме по основаниям и доводам, указанным выше.
Ответчики Кувыркова Н.М. и Веевник М.В. исковые требования Толоконниковой Л.Ю. не признали. В пояснениях и письменных возражениях указали, что 10 февраля 2026 года между ними и АН «Недвижимость и право» заключен договор возмездного оказания услуг по поиску покупателей на объект недвижимости.
16 февраля 2026 года между ними и истцом заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>. На заключении предварительного договора настаивала истец в связи с планируемым отъездом за пределы Российской Федерации.
Стоимость объекта согласована в размере 4 400 000 руб., истец передала аванс в размере 50 000 руб. Пунктом 4 договора установлено, что при отказе покупателя от заключения основного договора продавец возвращает аванс, а покупатель уплачивает штраф в размере 50 000 руб.
17 февраля 2026 года по требованию риэлтора истца, объявления о продаже квартиры были сняты с рекламных площадок. Иные потенциальные покупатели получили отказ. Они прекратили показы квартиры, понеся упущенную выгоду от невозможности заключения альтернативных сделок в период с 18 февраля 2026 года по 13 марта 2026 года.
02 марта 2026 года их риэлтор по их просьбе осуществила звонок риэлтору истца с предложением выйти на сделку ранее установленного срока, поскольку документы на квартиру были подготовлены в полном объеме. Связи с истцом не имелось. 13 марта 2026 года от риэлтора истца поступил звонок об одностороннем отказе истца от сделки. Причиной стал спад деловой активности, отказ соседей истца от покупки ее квартиры, в результате чего у нее исчезли денежные средства. Их риэлтор предложила продлить сроки предварительного договора, на что был получен отказ.
В тот же день, истец в мессенджере Телеграмм подтвердила отказ, указав те же причины, и просила передать аванс ее риэлтору без учета штрафных санкций.
17 марта 2026 года ими в адрес истца направлено уведомление о готовности к сделке, назначенной на 18 марта 2026 года. Истец на сделку не явилась, на связь не выходила.
В период с 18 марта 2026 года по 25 апреля 2026 года ими предпринимались меры по повторной продаже объекта. Проведено 7 показов. Квартира продана 25 апреля 2026 года по цене 4 200 000 руб., что на 200 000 руб. ниже цены, согласованной с истцом по условиям предварительного договора купли-продажи.
В апреле 2026 года истец вышла на связь с предложением о покупке той же квартиры за 4 100 000 руб., пояснив, что располагает указанной суммой, сформированной из собственных сбережений и займов, без необходимости в продаже своей квартиры.
Данный факт опровергает доводы истца о невозможности исполнения обязательств по объективным причинам, поскольку денежные средства у нее имелись, а отказ от заключения сделки был продиктован желанием снизить цену.
Пункт 4 предварительного договора купли-продажи от 16 февраля 2026 года прямо устанавливает взыскание договорной неустойки, согласованной сторонами в письменной форме в соответствии с положениями ст. 330 ГК РФ. Наличие согласованной сторонами санкции за отказ от исполнения обязательства исключает квалификацию удержанной суммы как неосновательного обогащения.
У истца возникло обязательство по уплате штрафа, у ответчиков – по возврату аванса. Поскольку оба требования являются денежными и однородными, а срок исполнения по ним наступил, в силу ст. 410 ГК РФ произошел зачет встречных требований, который является правомерным и не требует отдельного соглашения сторон.
Истец знала о наличии обязательств по уплате штрафа, поскольку собственноручно подписала договор. Таким образом, удержание денежных средств в виде штрафа произведено на законных основаниях, что полностью исключает наличие неосновательного обогащения.
Считают, что зачет требований правомерен.
Требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами является производным от основного и не подлежит удовлетворению. Считают, что они действовали разумно и добросовестно.
Просили отказать Толоконниковой Л.Ю. в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.
Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, исследовав материалы дела в судебном заседании и оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.
На основании п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п.4 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или иными такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Согласно положений ст. 454 и 429 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
По предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор. Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.
В соответствии с п. 1 ст. 6 ГК РФ в случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 ст. 2 ГК РФ отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним случай делового оборота, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).
К авансовым отношениям по предварительному договору по аналогии закона следует применять положения ст. 487 ГК РФ (предварительная оплата товара). Аванс представляет собой денежную сумму, уплаченную до исполнения договора в счет причитающихся платежей. Правовая природа аванса как предварительного платежа изначально подразумевает его возврат, когда стороны не начали исполнять, или отказались от исполнения обязательств, в счет которых аванс был уплачен.
Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.
В силу пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.
Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которое лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой.
В судебном заседании установлено следующее.16 февраля 2026 года между Кувырковой Н.М., Веевник И.В. и Толоконниковой Л.Ю. заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>
Из условий договора, п. 1, следует, что стороны договорились о заключении в последующем договора купли-продажи указанной квартиры.
Согласно п. 3 договора, по обоюдной договоренности между сторонами стоимость объекта составляет 4 400 000 руб. Указанна сумма уплачивается следующим образом: 50 000 руб. покупатель уплачивает продавцу в форме аванса до подписания настоящего договора, 4 350 000 руб. покупатель обязуется выплатить продавцу за счет собственных средств до подписания основного договора купли-продажи.
Согласно п. 4 договора, в случае отказа продавца от заключения основного договора купли-продажи объекта, отраженного в п. 1 настоящего договора до 18 марта 2026 года продавец возвращает покупателю аванс в полном размере по требованию покупателя и уплачивает штраф в размере 50 000 руб.
В случае отказа покупателя от заключения основного договора купли-продажи недвижимого имущества, отраженного в п. 1 договора до 18 марта 2026 года, продавец возвращает покупателю аванс, а покупатель уплачивает продавцу штраф в размере 50 000 руб.
В случае обоюдного отказа сторон от исполнения условий предварительного договора от 16 февраля 2026 года уплаченная сумма аванса в размере 50 000 руб. возвращается продавцом покупателю (л.д. 19).
Обязанности продавца по заключенному договору предусмотрены следующие: предоставить покупателю все необходимые документы для подготовки и заключения Основного договора, заключить основной договор купли-продажи объекта, зарегистрировать переход права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области.
Покупатель же обязуется принять все меры для своевременного заключения Основного договора купли-продажи объекта, регистрации права собственности и полной оплаты цены договора.
Факт получения аванса в размере 50 000 руб. подтверждена документально, не отрицается ответчиками.
Договор сторонами подписан, не оспорен, имеет юридическую силу.
Также установлено, что в предусмотренный предварительным договором купли-продажи срок (не позднее 18 марта 2026 года.), основной договор купли-продажи спорной квартиры между истцом и ответчиками - не был заключен.
При рассмотрении дела, стороны взаимно оспаривали, по чьей вине не был заключен основной договор купли-продажи.
Как указано стороной истца, в незаключении договора купли-продажи имеется обоюдная вина сторон, потому аванс должен быть возвращен покупателю, штрафные санкции отсутствуют. Истец действительно не имела возможности заключить сделку до 18 марта 2026 года, однако при этом ответчиками до совершения сделки были даны объявления о продаже квартиры, о дате совершения сделки она не была извещена заблаговременно, при этом, направляя ей уведомление, ответчики знали о том, что сделка не состоится. Считает, что продавцы утратили интерес к сделке, потому их вина в ее несовершении также имеется.
Возражая доводам стороны истца, ответчиками указано, что основной договор купли-продажи спорной квартиры не заключен исключительно по вине покупателя. Полагают, что они действовали добросовестно, представив к продаже готовую квартиру со всеми необходимыми документами. Предварительный договор был заключен по просьбе истца, они согласились предоставить истцу время для продажи своей квартиры, времени на отдых за пределами РФ, предупредили покупателя о намерении совершить сделку, намеченную на 18 марта 2026 года, явились на сделку. 13 марта 2026 года от риэлтора истца поступил звонок об одностороннем отказе истца от сделки. Причиной стал спад деловой активности, отказ соседей истца от покупки ее квартиры, в результате чего у нее исчезли денежные средства. На предложение продлить сроки предварительного договора истец отказалась. При этом истец не принимала мер для пролонгации предварительного договора или для выполнения его условий. Их вины в том, что сделка не состоялась, не имеется.
В соответствии с п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.
Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.
Нарушение какой-либо из сторон или обеими сторонами условий предварительного договора возможно, как в результате виновных действий в форме уклонения от заключения основного договора, так и в результате невиновных действий в форме бездействия обеих сторон относительно заключения основного договора в связи с взаимной утратой интереса в заключении основного договора.
Следовательно, освобождение стороны предварительного договора от ответственности за незаключение основного договора возможно, если этой стороной, в силу положений ст. 56 ГПК РФ, будет доказана невиновность своих действий, в результате которых основной договор не был заключен.
Суд соглашается с доводами стороны ответчиков, что основной договор купли-продажи спорной квартиры не заключен по вине покупателя.
В подтверждение тому, суд принимает во внимание показания сторон, переписку между сторонами посредством мессенджера, показаниями свидетеля Аглемзяновой Н.В., пояснившей, что истец (покупатель) действительно отказалась от совершения сделки в одностороннем порядке до ее совершения.
Также и представленной переписки в мессенджере следует, что ответчики от заключения основного договора не отказались, не утратили интерес к его заключению.
Ссылки истца на то обстоятельство, что объявление о продаже квартиры было размещено на сайте «Авито» до совершения сделки, не подтверждают доводы истца о наличии вины ответчиков. Судом установлено и не опровергнуто истцом, что до размещения указанного объявления, продавцы получили извещение от истца и ее представителя об отказе от совершения сделки в одностороннем порядке.
Каких-либо действия со стороны истца к совершению сделки суд не усматривает.
Дата совершения сделки определена условиями предварительного договора купли-продажи спорной квартиры, покупателем договор подписан собственноручно. Обязанности продавцов по оповещения покупателя о дате совершения сделки условиями договора не определено.
При этом, истцом доказательств наличия объективных причин, препятствующих заключению основного договора по уважительным причинам, - не представлено.
Истец считает, что аванс должен быть возвращен, в невозвращении аванса имеются признаки неосновательного обогащения, ответчики настаивают на зачете обязательств сторон друг перед другом, а, соответственно, отсутствии в их действиях неосновательного обогащения.
Как указано законодателем, неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 года N 10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.
Таким образом, юридически значимым обстоятельством, с учетом регулирующих спорные отношения норм материального права, является установление недобросовестности в действиях лица, к которому предъявляются указанные требования.
Поскольку добросовестность гражданина презюмируется, бремя доказывания недобросовестности лежит на лице, требующем выплаты указанных денежных сумм.
Суд пришел к выводу, что в незаключении основного договора купли-продажи имеется вина покупателя (истца), обоюдная вина сторон отсутствует.
Условиями договора определено, что в случае отказа покупателя от заключения основного договора купли-продажи недвижимого имущества, отраженного в п. 1 договора до 18 марта 2026 года, продавец возвращает покупателю аванс, а покупатель уплачивает продавцу штраф в размере 50 000 руб.
Таким образом, суд полагает, что в случае отказа покупателя от заключения основного договора купли-продажи недвижимого имущества, отраженного в п. 1 договора до 18 марта 2026 года, стороны определили юридическую судьбу авансового платежа, в виде штрафной санкции, который остается у продавца.
В соответствии с положениями ст. 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.
Пункт 4 предварительного договора купли-продажи от 16 февраля 2026 года прямо устанавливает взыскание договорной неустойки, согласованной сторонами в письменной форме в соответствии с положениями ст. 330 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Суд находит, что ответчики не связаны заявлением о зачете и могут произвести данный зачет, поскольку обязательства сторон зафиксированы в договоре, возврат суммы аванса при наличии условий о штрафных санкциях лица, чья вина в неисполнении обязательства установлена, не повлечет правового эффекта.
Поскольку оба требования являются денежными и однородными, срок исполнения по ним наступил, в силу ст. 410 ГК РФ зачет встречных требований является правомерным.
Суд соглашается с мнением стороны ответчика, что наличие согласованной сторонами санкции за отказ от исполнения обязательства исключает квалификацию удержанной суммы как неосновательного обогащения.
Таким образом, суд приходит к выводу, что в действиях ответчиков не имеет место неосновательное обогащение, приобретение (сбережение) имущества одним лицом за счет другого лица произведено при наличии правовых оснований, основано на сделке.
Доводы истца о недобросовестном поведении ответчиков не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего дела.
В удовлетворении исковых требований Толоконниковой Л.Ю. к Кувырковой Н.М., Веевник И.В. о взыскании неосновательного обогащения (аванса), следует отказать.
Поскольку требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами являются производным от основного, в их удовлетворении, как и в удовлетворении требований о взыскании судебных расходов, Толоконниковой Л.Ю. следует отказать.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Толоконниковой Ларисы Юрьевны к Кувырковой Надежде Михайловне, Веевник Ирине Викторовне о взыскании неосновательного обогащения (аванса), процентов за пользование чужими денежными средствами - отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме с подачей жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска.
Председательствующий: подпись
Мотивированное решение изготовлено 01 сентября 2026 года.