РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11 сентября 2026 года г. Магнитогорск
Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего: Чухонцевой Е.В.
при секретаре: Евстигнеевой К.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Трубаевского Вячеслава Дмитриевича к ИП Володину Алексею Алексеевичу об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, возложении обязанности представить сведения в Социальный фонд социального страхования РФ, Федеральную налоговую службу РФ, взыскании заработной платы за сверхурочные работы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку заработной платы, неустойки, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Трубаевский В.Д. обратился в суд с иском к ИП Володину А.А. об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, возложении обязанности представить сведения в Социальный фонд социального страхования РФ, Федеральную налоговую службу РФ, взыскании заработной платы за сверхурочные работы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку заработной платы, неустойки, компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований указал, что в феврале 2024 года истец прошел собеседование на должность стилиста в салон красоты, принадлежащий ответчику.
В ходе беседы Трубаевскому В.Д, разъяснена организационная структура салонов, установлен размер заработной платы режим работы, а также стороны достигли договоренности о том, что основным местом работы истца станет новый салон ответчика, расположенный у станции метро «Домодедовская», открытие которого планировалось на март 2024 года.
До открытия нового салона, по прямому указанию исполнительного директора ответчика – Абашидзе, истец фактически был допущен к работе. В период с 27 февраля по 29 февраля 2024 года истец отработал у ответчика смены в салоне у станции метро «Водный стадион».
С 04 марта 2024 года истец приступил к работе в салоне у станции метро «Домодедовская». В первый рабочий день администратор салона <ФИО>11 провела для истца инструктаж, показала рабочее место, при этом присутствовали заместитель исполнительного директора <ФИО>10
Таким образом с 27 февраля 2024 года истец был интегрирован в организационную структуру ответчика, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка и выполнял трудовую функцию с ведома и по поручению уполномоченных представителей работодателя. Учет рабочего времени, составление графиков сменности, расчет заработной платы, планирование отпусков и выходных дней осуществлялось руководящим составом ответчика с использованием корпоративной CRM – системы «Yclients».
В нарушение требований ст. 67 ТК РФ, при фактическом допуске к работе трудовой, договор с истцом в письменной форме заключен не был. В период с февраля 2024 года по февраль 2026 года заработная плата выплачивалась истцу в полном объеме наличными денежными средствами (выдачу производили администраторы или управляющие салона).
06 января 2026 года исполнительный директор <ФИО>9 провела общее собрание трудового коллектива, на котором в ультимативной форме заявила, что в связи с «увеличением налогов в государстве и сложным временем» из заработной платы сотрудников будет ежемесячно удерживаться определенный процент. В подтверждение своих слов <ФИО>12 направила в общий рабочий чат салона таблицу, обосновывающую данные удержания. Начиная с указанной даты, ответчик в одностороннем порядке, незаконно удерживал 11% из заработанных истцом денежных средств.
Только 02 февраля 2026 года управляющая салоном Елена передала истцу для подписания трудовой договор в письменной форме, мотивировав это «требованиями налоговой инспекции». С момента подписания договора ответчик изменил порядок оплаты труда: часть заработной платы стала перечисляться на банковскую карту истца, а оставшаяся часть продолжила выдаваться наличными.
При подготовке к защите своих нарушенных прав истцу стало что за весь период работы в 2024 и 2025 годах ответчик уклонялся от уплаты за истца обязательных страховых взносов в Социальный фонд России, а также не внес запись о приеме на работу в электронную трудовую книжку.
По согласованию с управляющей салоном <ФИО>13 истцу был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск в период с 19 мая 2026 года по 31 мая 2026 года. Соответствующая запись была официально внесена управляющей в систему учета «Yclients». Однако, в нарушение ст. 136 ТК РФ, ответчик не произвел выплату отпускных за три дня до начала отпуска.
Данное грубое нарушение стало для истца критическим, в связи с чем, он принял решение о прекращении трудовых отношений и направил в адрес ответчика заявление об увольнении по собственному желанию посредством отправления Почтой России.
В день увольнения ответчик в нарушение ст. 140 ТК РФ не произвел с истцом окончательный расчет, не были выплачены: компенсация за неиспользованный отпуск за весь период фактической работы (с 27 февраля 2024 года); компенсация за систематические переработки (сверхурочную работу).
В период работы истец регулярно привлекался к сменам продолжительностью по 12 часов, при этом ответчиком не была проведена специальная оценка условий труда (СОУТ). Более того, ответчик утвердил локальный акт – «Дресс-код для сотрудников студии красоты», согласно которым сотрудники были обязаны носить на рабочем месте кроссовки. Данное требование прямо противоречит санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам (СанПиН), предписывающим использование специальной обуви для подобных видов работ.
Истец, зная о санитарных нормах, неоднократно поднимал данный вопрос на рабочих собраниях, однако управляющие салоном категорически отказывались привести форму в соответствие с СанПиН, аргументируя это тем, что специальная обувь «некрасивая», а сотрудники «должны выглядеть стильно».
В результате принуждения к работе в кроссовках по 12 часов в день, истец испытывал сильнейший физический дискомфорт, выражавшийся в сильных ноющих болях в ногах и спине по вечерам. Использование ортопедической специальной обуви исключило бы данные последствия, однако работодатель проигнорировал свои обязанности по обеспечению безопасных условий труда.
Помимо физических страданий, Истцу были причинены глубокие нравственные страдания. Осознание того факта, что работодатель цинично использовал его труд, уклонялся от уплаты страховых взносов, что ставит под прямую угрозу размер будущей пенсии истца и незаконно удерживал часть заработка, привело истца к тяжелому стрессу. Истец почувствовал себя раздавленным и абсолютно социально незащищенным, у него начались проблемы со сном, просыпался по ночам от слез и чувства несправедливости, на фоне нервного истощения ухудшилось зрение.
Указанные физические и нравственные страдания находятся в прямой причинно-следственной связи с виновными неправомерными действиями (бездействием) ответчика.
Кроме того, в соответствии со статьей 84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности по правилам статьи 66.1 ТК РФ. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой. В нарушение приведённых норм ответчик ни в день прекращения трудового договора, ни в установленный законом трёхдневный срок не выдал истцу подлинник трудовой книжки (в случае ведения её на бумажном носителе) и не предоставил сведений о трудовой деятельности по форме СТД-Р, не выдал иные документы, связанные с работой.
Просит установить факт трудовых отношений между Трубаевским В.Д. и индивидуальным предпринимателем Володиным А.А. в должности парикмахер-стилист с 04 марта 2024 года. Установить факт условий оплаты труда истца, а именно: сдельную систему оплаты труда в виде процента от стоимости оказанных услуг и проданных товаров, с определением размера вознаграждения: 42% от стоимости оказанных услуг, 10% от проданных товаров.
Обязать Индивидуального предпринимателя Володина Алексея Алексеевича в течение 2 дней с даты вступления в законную силу решения суда внести в электронную трудовую книжку Трубаевского В.Д. запись о приёме на работу в должности парикмахера-стилиста с 04 марта 2024 года.
Сформировать в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже Трубаевского В.Д. в должности парикмахера-стилиста за период с 04 марта 2024 года, предоставив её в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учёте в систему обязательного пенсионного страхования.
Произвести начисление и уплату налога на доходы физических лиц за период работы Трубаевского В.Д. с 04 марта 2024 года исходя из фактически установленного судом размера заработной платы.
Представить в Социальный фонд России индивидуальные сведения персонифицированного учёта и сведения для ведения индивидуального (персонифицированного) учета и сведения о начисленных страховых взносах на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ЕФС-1), связанные с работой Трубаевского В.Д. за период работы с 04 марта 2024 года, исходя из фактически установленного судом размера заработной платы.
Представить в Федеральную налоговую службу Российской Федерации расчет сумм налога на доходы физических лиц, исчисленных и удержанных налоговым агентом в части сведений о начисленной заработной плате, налоге на доходы физического лица в отношение Трубаевского В.Д. за период с 04 марта 2024 года исходя из фактически установленного судом размера заработной платы.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Володина А.А. в пользу Трубаевского В.Д. оплату сверхурочной работы и работу в выходные и праздничные дни за период с 04 марта 2024 года по 18 мая 2026 года в размере 2 063 662 рубля 40 копеек; компенсацию за неиспользованный отпуск (50 календарных дней) в размере 969 022 рубля 60 копеек, задолженность по заработной плате в виде незаконно удержанных сумм за период с 06 января 2026 года по 18 мая 2026 года в размере 221 420 рублей 30 копеек; отпускные за предоставленный, но не оплаченный отпуск – 152 629 рублей 33 копейки; компенсацию за задержку выплаты заработной платы и иных причитающихся истцу выплат в порядке ст. 236 ТК РФ, исчисленную исходя из невыплаченных сумм, начиная с 30 мая 2026 года по день фактического расчёта, но не ниже одной сто пятидесятой действующей ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных сумм за каждый день задержки; компенсации задержки работодателем выдачи (предоставления) сведений о трудовой деятельности в порядке ст. 234 ТК РФ в размере среднего заработка в размере 19 380 рублей 45 копеек начиная с 01 июня 2026 года по день фактической выдачи документов; компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.
Обратить решение суда к немедленному исполнению в части взыскания заработной платы на основании статьи 211 ГПК РФ как причитающейся работнику за три месяца.
Обязать Индивидуального предпринимателя Володина А.А. выдать Трубаевскому В.Д. в срок, установленный ст. 62 ТК РФ сведения о доходах и суммах налога на доходы физических лиц за период с 2024 по 2026 годы (по форме, действующей на момент выдачи); сведения о трудовой деятельности по форме СТД-Р за период с 2024 по 2026 годы; справку о сумме заработка и иных выплат, на которые начислялись страховые взносы, за период с 2024 по 2026 годы.
Взыскать с Индивидуального предпринимателя Володина А. А. в пользу Трубаевского В.Д. судебную неустойку (астрент) за неисполнение решения суда в части требований, указанных в пункте 2 настоящих требований в размере, 12 000 рублей 00 копеек, за каждый день просрочки исполнения, требований, указанных в пункте 5 настоящих требований, в размере 15 000 рублей 00 копеек, за каждый день просрочки исполнения.
Истец Трубаевский В.Д. при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимал, ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия.
Представитель истца Юдин О.Ю., действующий на основании нотариальной доверенности от 04 декабря 2025 года (л.д.14), в судебном заседании, организованном посредствам видеоконференц – связи, исковые требования поддержал в полном объеме.
Представитель ответчика ИП Володина А.А. – Хисамов Б.И., действующий на основании доверенности от 30 июня 2026 года (т.1 л.д.195), возражал против удовлетворения исковых требований.
Представил возражения на иск о несогласии с заявленными требованиями. Указал, что нарушений со стороны ответчика не имелось. Согласно платежным документам, в частности справки 2-НДФЛ, расчетным листкам, при получении истцом заработной платы, удержания «в связи с увеличением налогов в государстве и сложным временем» со стороны ответчика не было, заработная плата выплачивалась исходя из п.4 трудового договора <номер обезличен> от 02 февраля 2026 года, который устанавливает работнику должностной оклад в размере 40 000 рублей. Доводы истца о том, что за весь период ответчик уклонялся от уплаты обязательных страховых взносов является ложным, так как согласно карточки учета сумм начисленных выплат и иных вознаграждений и сумм начисленных страховых взносов следует, что ответчик регулярно, в соответствии со ст.22 ТК РФ осуществлял обязательное социальное страхование работников, установленном федеральными законами. Ответчиком были соблюдены нормы трудового законодательства, в частности выплаты заработной платы в соответствии с условиями договора, а также уплаты обязательных страховых взносов в СФР. Учитывая, что трудовой договор с Трубаевским В.Д. заключен 02 февраля 2026 года, то право на использование отпуска за первый год работы возникает у работника по истечении шести месяцев его непрерывной работы у данного работодателя. Просил в удовлетворении исковых требований отказать, применить последствия пропуска срока исковой давности (т.1 л.д.180-183,212).
Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, оценив все доводы в обоснование иска и в возражение против него, исследовав в судебном заседании письменные материалы гражданского дела и оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
В силу статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения представляют собой отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по определенной специальности, квалификации или должности), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.
По общему правилу, установленному части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.
Вместе с тем согласно части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).
Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Цель приведенных норм трудового права - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.
Таким образом, само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми. По смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и доказать отсутствие трудовых отношений должен работодатель.
Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.
К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).
В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 разъяснено, что при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованию работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя – физического лица )являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя – субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения – исходя из минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 ТК РФ, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.
Судом установлено и следует из материалов дела, ИП Володин А.А. зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с <дата обезличена>. Основным видом деятельности указан 96.02 – предоставление услуг парикмахерскими и салонами красоты (т.1 л.д.38-43).
02 февраля 2026 года между ИП Володиным А.А. (Работодатель) и Трубаевским В.Д. (Работник) заключен трудовой договор <номер обезличен>, по условиям которого работодатель предоставляет работнику работу – Парикмахер-стилист, а работник выполняет обусловленную договором трудовую функцию. Трудовой договор заключен на неопределенный срок. Трудовой договор является договором по основной работе.
Работнику устанавливается рабочий день продолжительностью 8 часов - с 11.00 часов до 20.00 часов (с одним перерывом на обед с 15.00 часов до 16.00 часов) (п.3.2 договора).
Работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней. Ежегодный оплачиваемый отпуск предоставляется в соответствии с действующим законодательством (п.3.3 договора).
За выполнение работы работнику выплачивается должностной оклад в размере 40 000 рублей в месяц (п.4.1 договора).
Согласно п. 4.2 договора при выполнении работы за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни, при совмещении профессий (должностей), при исполнении обязанностей временно отсутствующего сотрудника, работнику производятся соответствующие доплаты в порядке и размере, установленных коллективным договором и локальными нормативными актами.
Заработная плата переводится сотруднику на расчетный счет. Выплата заработной платы работнику производится 2 раза в месяц (но не реже, чем каждые полмесяца) в следующие дни: 01 числа и 16 числа месяца (п.4.3 договора).
На период действия трудового договора на работника распространяются все гарантии и компенсации, предусмотренные действующим законодательством РФ (л.д.19-21).
02 февраля 2026 года подготовлен приказ <номер обезличен> о приеме Трубаевского В.Д, на работу в должности парикмахера-стилиста в BETONE WOMAN Домодедовская с окладом <данные изъяты>. (т.1 л.д.194).
По состоянию на 01 апреля 2026 года стаж, учитываемый для назначения пенсии составляет – <данные изъяты> что подтверждается сведениями о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица (л.д.22-25)
31 мая 2026 года Трубаевский В.Д, приказом <номер обезличен> от 31 мая 2026 года уволен с должности парикмахера-стилиста в BETONE WOMAN Домодедовская по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (т.1 л.д.193).
Истцом Трубаевским В.Д. заявлено требование об установлении факта трудовых отношений между ним и индивидуальным предпринимателем Володиным А.А. в должности парикмахера -стилиста с 04 марта 2024 года, ссылаясь на то, что в указанный период истец работал без оформления трудовых отношений.
Согласно части первой статьи 12 ГПК РФ, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В развитие указанных принципов статья 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены, в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 ГПК РФ).
С учетом разъяснений, приведенных в п. 21 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15, при разрешении споров об установлении факта трудовых отношений необходимо учитывать, что бремя доказывания по данной категории дел надлежит распределять с учетом того, что если работник, с которым трудовой договор не оформлен, приступил к работе и выполняет с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.
Помимо указанной презумпции, при решении в порядке ст. 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации вопроса о лице, допустившем работника к работе (является ли такое лицо уполномоченным на допуск к работе от имени работодателя), действует и презумпция осведомленности работодателя (ответчика) о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции. По смыслу ст. ст. 2, 15, 16, 19.1, 20, 21, 22, 67, 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации все неясности и противоречия в положениях, определяющих ограничения полномочий представителя работодателя по допущению работников к трудовой деятельности, толкуются в пользу отсутствия таких ограничений.Как указано в абзаце 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
Однако, суд учитывает, что если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).
В обоснование заявленных требований, в подтверждение наличия трудовых отношений с 04 марта 2024 года истцом представлены следующие доказательства:
выгрузка «Взаиморасчёты с сотрудником» из информационной системы YCLIENTS за период с 04 марта 2024 года по 10 мая 2026 года, фиксирующая начиная с 4 марта 2024 года регулярные операции «Расчёт и начисление» и «Выдача денег» в пользу истца;
сведения о расчётах заработка из системы YCLIENTS, содержащие пооперационный учёт оказанных истцом услуг и начисленного за них вознаграждения;
периодичность выплат, характерная именно для заработной платы: выплаты производились дважды в месяц с прямым указанием периода («ЗП в период с 16 по 31 марта», «за 01/04-15/04», «за 16/04-30/04»), то есть в том же порядке, который впоследствии был закреплён пунктом 4.3 трудового договора <номер обезличен> (выплата 01 и 16 числа). Одна и та же система расчётов действовала и до, и после 02 февраля 2026 года, что подтверждает непрерывность одних и тех же трудовых отношений;
наименование учётной записи истца в системе ответчика - «Вячеслав (Отпуск с 19 по 31 мая)»: работодатель сам вёл учёт предоставляемых истцу отпусков, что несовместимо с утверждением об отсутствии у истца права на отпуск;
применение к истцу мер, характерных исключительно для отношений власти и подчинения: в учётной системе ответчика 03 апреля 2024 годазафиксирована операция «Штраф (Опоздание)»;
локальным нормативным актом ответчика - «Дресс-код для сотрудников студии красоты «ВЕТОМЕ WOMAN», детально регламентирующим внешний вид работников и содержащим отдельные разделы для стилистов по волосам, администраторов, мастеров маникюра, включая требования к цвету и типу обуви. Наличие и применение такого акта подтверждает подчинение истца правилам внутреннего трудового распорядка;
последующее заключение с тем же работодателем письменного трудового договора <номер обезличен> от 02 февраля 2026 года на ту же трудовую функцию (парикмахер-стилист) и по тому же месту работы, без какого-либо перерыва в работе.
Система YCLIENTS 2.0 является программой для ЭВМ, права на которую принадлежат ООО «УАЙКЛАЕНТС». Программа включена в единый реестр Российского программного обеспечения.
Из представленного расчета отработанного времени, нормы рабочего времени по производственному календарю следует, что истец приступил к своим обязанностям в должности парикмахера – стилиста в «BETONE WOMAN» Домодедовская с 04 марта 2024 года. В указанный день начислена заработная плата в размере 3 000 руб. Далее расписаны все выходы на работу с указанием временного промежутка, начислением ежедневной заработной платы, стоимости услуг, % с продаж, дат выхода в праздничные дни и начислением заработной платы.
Данные факты также подтверждены сведениями из выгрузки из CRM «Yclients» взаиморасчетов с сотрудником с 04 марта 2024 года по 10 мая 2026 года, из которого следует, что работником является «Вячеслав» и указаны дальнейшие расчеты на начислению и выдаче заработной платы, начиная с 04 марта 2024 года.
Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Оценивая показания истца, представленные доказательства в обоснование заявленных требований, учитывая, что ответчиком, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено доказательств, что истец осуществлял деятельность не в рамках трудового договора, суд приходит к выводу, что представленными доказательствами подтверждается факт наличия между сторонами трудовых отношений.
Совокупностью исследованных доказательств подтверждается, что между истцом и ответчиком сложились трудовые отношения, поскольку указанное подтверждается общим чатом переписки «BETONE WOMAN Домодедовская, «взаиморасчетами с сотрудником», сведениями о начисленной и фактически выплаченной истцу заработной плате, произведённых на основании данных, нотариально зафиксированных в Протоколе осмотра доказательств от 04 мая 2026 года (выгрузки из корпоративной CRM-системы «Yclients» ответчика), то есть именно с 04 марта 2024 года Трубаевский В.Д. был допущен к работе в качестве парикмахера-стилиста, находился под контролем работодателя, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка и режиму работы, установленного у Володина А.А., выполнял задания работодателя, со стороны ответчика ИП Володина А.А. имелось злоупотребление при фактическом допуске Трубаевского В.Д. к исполнению трудовых обязанностей по должности парикмахера-стилиста без заключения с ним трудового договора, вопреки намерению работника, являющегося экономически более слабой стороной в этих отношениях, заключить трудовой договор. Вины истца в том, что ответчик не оформил трудовые отношения, не имеется.
Подписание ответчиком 02 февраля 2026 года письменного трудового договора с истцом само по себе является признанием ответчиком факта существования трудовых отношений. Однако дата начала этих отношений должна быть установлена с момента фактического допуска к работе с 04 марта 2024 года.
Из представленных истцом доказательств следует, что сложившиеся между сторонами правоотношения отвечали всем критериям трудовых, истец был допущен к работе по распоряжению работодателя, лично выполнял трудовую функцию, соответствующую должности под контролем и в интересах работодателя.
При этом, по смыслу положений положениям Трудового кодекса Российской Федерации, наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполнял ее с ведома и по поручению работодателя или его уполномоченного лица. В связи с этим, доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.
Таким образом, 04 марта 2024 года между сторонами возникли трудовые отношения и с указанной даты работодатель обязан был соблюдать трудовое законодательство, в том числе, надлежащим образом оформить трудовой договор, производить выплату заработной платы, производить уплату страховых взносов.
Определяя период, в течение которого истец состоял в трудовых отношениях ответчиком, суд полагает возможным согласиться с указанным истцом периодом, поскольку стороной ответчика не представлены доказательства наличия между сторонами трудовых отношений в иной период.
Таким образом, факт выполнения истцом работы в должности парикмахера-стилиста с 04 марта 2024 года нашел свое подтверждение в судебном заседании.
Представителем ответчика заявлено о пропуске срока исковой давности (т.1 л.д.212).
Статья 37 Конституции Российской Федерации устанавливает гарантии реализации гражданами своих трудовых прав, в том числе право на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту; обеспечение права на разрешение индивидуальных и коллективных трудовых споров (ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).
В ст. 381 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что индивидуальный трудовой спор - неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.
Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (ст. 382 Трудового кодекса Российской Федерации).
Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (ч.2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1,2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (ч.4 ст. 392 указанного Кодекса).
В п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора содержатся в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», и являются актуальными для всех субъектов трудовых отношений.
В абз. 3 п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (абз. 4 п. 16 постановления Пленума Верховного Суда от 29 мая 2018 года №15).
В абз. 5 п. 16 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации отмечено, что обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Из приведенного следует, что работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение срока, установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, которой предусмотрены как общие, так и специальные сроки для обращения в суд за разрешением определенных категорий трудовых споров.
Работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 и от 29 мая 2018 гола №15 перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.
Следовательно, при разрешении индивидуального трудового спора, связанного с невыплатой или неполной выплатой заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, в случае заявления ответчиком (работодателем) о пропуске работником определенного законом срока обращения в суд за разрешением названного спора, суду надлежит устанавливать такие юридически значимые обстоятельства как момент начала течения такого срока и наличие уважительных причин, объективно препятствовавших работнику своевременно обратится в суд с таким иском.
При этом, суд учитывает, что своевременность обращения за судебной защитой зависит от волеизъявления работника. И допустимые доказательства уважительности причин пропуска срока обращения в суд, в силу положений ч.1 ст. 56, ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен предоставить именно истец.
Часть 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, закрепляющая порядок реализации данного конституционного права применительно к делам о выплате сумм заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, во взаимосвязи с ч.1 ст. 136 данного Кодекса предполагает, что по делам о невыплате или неполной выплате заработной платы работник должен узнать о нарушении своего права в день выплаты заработной платы, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором, и получения расчетного листка.
В соответствии со ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.
Суд установил, что фактически трудовые отношения между сторонами прекращены приказом от 31 мая 2026 года и с указанного времени истец трудовые функции у ИП Володина А.А. не осуществляет. Таким образом, о нарушении своих прав Трубаевский В.Д. мог и должен был узнать 31 мая 2026 года, то есть с момента прекращения сложившихся между сторонами правоотношений, в связи с чем, при обращении с иском в суд 08 июня 2026 года указанный срок обращения в суд, предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, истцом не пропущен (т.1 л.д.3).
В связи с установлением факта трудовых отношений, суд также находит обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца о возложении на ответчика обязанности передать индивидуальные сведения на Трубаевского В.Д. и уплатить страховые взносы на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страховании, включая налог на доходы физических лиц, поскольку отсутствие таких взносов безусловно нарушает права истца, в том числе, в части пенсионного обеспечения.
В соответствии с частями 1, 2 статьи 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель формирует в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже каждого работника и представляет ее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования, для хранения в информационных ресурсах Пенсионного фонда Российской Федерации. В сведения о трудовой деятельности включаются информация о работнике, месте его работы, его трудовой функции, переводах работника на другую постоянную работу, об увольнении работника с указанием основания и причины прекращения трудового договора, другая предусмотренная настоящим Кодексом, иным федеральным законом информация.
Согласно пункту 1 статьи 8 и пункту 1 статьи 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь представляет в соответствующий орган Пенсионного фонда Российской Федерации сведения о всех лицах, работающих у него по трудовому договору, а также заключивших договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы, за которых он уплачивает страховые взносы. Страхователи представляют предусмотренные пунктами 2 - 2.2 и 2.4 настоящей статьи сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации, а сведения, предусмотренные пунктом 2.3 настоящей статьи, - в налоговые органы по месту их учета.
В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиками страховых взносов признаются лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, в том числе организации.
Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 420 Налогового кодекса Российской Федерации объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса), в рамках трудовых отношений и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг.
Из названных норм права следует, что работодатель обязан предоставлять в соответствующие органы сведения о работающих у них лицах по трудовому договору, выплачиваемых им доходах, начисляемых и уплачиваемых страховых взносах, а также в установленном порядке уплачивать страховые взносы на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование.
Ответчиком сведения о Трубаевском В.Д. как о лице, работавшем по трудовому договору, за спорный период в уполномоченные органы не предоставлялись и страховые взносы на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование не уплачивались, поэтому на ответчика подлежит возложение судом соответствующих обязанностей. Учитывая изложенное, суд полагает необходимым возложить на ответчика обязанность в установленном законом порядке передать необходимые сведения на истца и уплатить страховые взносы на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование, а также предоставить сведения в ФНС РФ за период с 04 марта 2024 года до 02 февраля 2026 года., исходя из заработной платы за каждый месяц.
Учитывая установление факта трудовых отношений между сторонами в указанный период, суд приходит к выводу о необходимости возложения на ответчика ИП Володина В.Д. обязанности внести запись о приеме Трубаевского В.Д. на работу 04 марта 2024 года в должности парикмахера - стилиста в трудовую книжку истца.
Истцом заявлено требование о компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей.
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как разъяснено в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.
Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (при невыплате/задержке выплаты заработной платы).
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Руководствуясь вышеприведенными положениями закона и разъяснениями высшей судебной инстанции, оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что со стороны ответчика имело место неправомерное поведение, повлекшее причинение истцу морального вреда.
При определении размера компенсации суд учитывает также, что ответчиком было нарушено права истица, гарантированное ему конституцией Российской Федерации. Исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, а также требований разумности и справедливости суд считает правильным определить размер компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, полагая, что данная сумма отвечает критериям разумности и справедливости и обеспечивает баланс интересов сторон. Сумму 2 000 000 рублей суд считает чрезмерно завышенной.
Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика судебной неустойки за неисполнение решения суда в части требований, указанных в пункте 2 требований в размере 12 000 рублей 00 копеек за каждый день просрочки исполнения требований, указанных в пункте 5 настоящих требований в размере 15 000 рублей 00 копеек, за каждый день просрочки исполнения.
Статья 308.3 ГК РФ предусматривает возможность присудить кредитору по его требованию денежную сумму на случай неисполнения судебного акта об исполнении обязательства в натуре.
В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что на основании пункта 1 статьи 308.3 ГК РФ в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 ГК РФ), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (далее - судебная неустойка).
Пунктами 31 и 32 указанного Постановления предусмотрено, что судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства. Удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения. Размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения. В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение.
В п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского Кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" указано, что, удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения.
Размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского Кодекса Российской Федерации). В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение.
По смыслу разъяснений, изложенных в п. 22 указанного постановления, при предъявлении требования об исполнении обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным.
С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7, суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре.
Размер присуждаемой суммы определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).
При этом в результате такого присуждения исполнение судебного акта должно для ответчика оказаться более выгодным, чем его неисполнение. Судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства (части 1 и 2.1 статьи 324 АПК РФ).
Между тем, суд полагает, что размер неустойки заявленный истцом в размере 12 000 рублей за каждый день просрочки является чрезмерно завышенным.
Суд полагает справедливым установить размер судебной неустойки в размере 100 рублей за каждый день просрочки исполнения решения суда, со дня вступления решения в законную силу до исполнения решения суда.
Именно данный размер способен понудить ответчика к оперативному исполнению судебного акта.
Руководствуясь ст. ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Трубаевского Вячеслава Дмитриевича к ИП Володину Алексею Алексеевичу об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, возложении обязанности представить сведения в Социальный фонд пенсионного страхования РФ, Федеральную налоговую службу РФ, взыскании заработной платы за сверхурочные работы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку заработной платы, неустойки, компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между Трубаевским Вячеславом Дмитриевичем (ИНН <номер обезличен> и ИП Володиным Алексеем Алексеевичем (ИНН <номер обезличен>) в период с 04 марта 2024 года в должности парикмахер – стилист.
Обязать ИП Володина Алексея Алексеевича внести в трудовую книжку запись о приеме на работу в должности парикмахер – стилист с 04 марта 2024 года Трубаевского Вячеслава Дмитриевича.
Обязать ИП Володина Алексея Алексеевича (ИНН <номер обезличен> предоставить сведения персонифицированного учета в ОСФР РФ, ФНС РФ, произвести начисление и уплату обязательных страховых взносов в отношении Трубаевского Вячеслава Дмитриевича (ИНН <номер обезличен>).
Взыскать с ИП Володина Алексея Алексеевича (ИНН <номер обезличен>) в пользу Трубаевского Вячеслава Дмитриевича (ИНН <номер обезличен>) компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей.
Взыскать с ИП Володина Алексея Алексеевича (ИНН <номер обезличен> в пользу Трубаевского Вячеслава Дмитриевича (ИНН <номер обезличен>) судебную неустойку 100 рублей за каждый день просрочки исполнения решения суда, со дня вступления решения в законную силу до исполнения решения суда.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.
Председательствующий:
Решение в окончательной форме составлено 25 сентября 2026 года.