РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
17 июля 2026 года г.Магнитогорск
Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего Вознесенской О.Н.
при секретаре Шеметовой О.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Быковой В.Н. к АО «Т-Банк», нотариусу Пашкевичу Д.Ю. о признании кредитного договора недействительным, обязательства отсутствующим, отмене исполнительной надписи нотариуса
УСТАНОВИЛ:
Быкова В.Н. обратилась в Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Т-Банк», нотариусу Пашкевичу Д.Ю. о признании кредитного договора недействительным, признании обязательства отсутствующим, отмене исполнительной надписи нотариуса.
Как следует из материалов дела, первоначально исковое заявление было подано истицей с более широким перечнем требований и ответчиков. Определением суда исковое заявление принято к производству в части требований о признании недействительным кредитного договора, признании отсутствующим обязательства перед АО «Т-Банк», а также отмене исполнительной надписи нотариуса. В остальной части заявленные требования возвращены истице. (т.1 л.д.18-21)
В обоснование заявленных требований Быкова В.Н. указала, что в конце июля 2025 года из поступивших на ее номер телефона сообщений ей стало известно о наличии на ее имя кредитного обязательства перед АО «Т-Банк».
При этом истица указала, что какого-либо заявления на получение кредита в АО «Т-Банк» она не подавала, кредитный договор не заключала, денежные средства по указанному кредитному обязательству не получала.
После получения указанной информации Быкова В.Н. обратилась в отдел полиции с заявлением о совершении в отношении нее мошеннических действий.
Истица указала, что фактически денежные средства по спорному кредитному обязательству ей не передавались, на ее банковский счет не поступали, распоряжение денежными средствами она не осуществляла.
Также Быкова В.Н. ссылалась на то, что впоследствии ей стало известно о совершении нотариусом исполнительной надписи о взыскании с нее задолженности по указанному кредитному обязательству.
Полагая, что кредитное обязательство возникло помимо ее воли в результате противоправных действий третьих лиц, истица просила: признать недействительным кредитный договор от 18 июня 2025 года №, заключенный между Быковой В.Н. и АО «Т-Банк» на сумму 152 487 рублей; признать отсутствующими обязательства Быковой В.Н. перед АО «Т-Банк» по возврату денежных средств, процентов и иных платежей, предусмотренных указанным кредитным договором; отменить исполнительную надпись нотариуса Пашкевича Д.Ю. № от 31 января 2026 года о взыскании с Быковой В.Н. денежных средств. (т.1 л.д. 3-4)
В судебном заседании истица Быкова В.Н. исковые требования поддержала в полном объеме. Пояснила, что кредит в АО «Т-Банк» она не оформляла, волеизъявления на заключение кредитного договора не выражала, денежные средства не получала и ими не распоряжалась. Указала, что в период оформления спорного кредита происходила подозрительная активность с использованием ее номера мобильного телефона. Представила суду сведения о телефонных соединениях за спорный период, когда осуществлялись многочисленные звонки со стороны различных кредитных организаций, в том числе организации «Де-кредит». Истица пояснила, что именно в указанный период неизвестные лица могли получить доступ к ее персональным данным и оформить кредитное обязательство без ее участия.
Также Быкова В.Н. пояснила, что обращалась в правоохранительные органы, по результатам рассмотрения ее заявления возбуждено уголовное дело.
Представитель истицы Рыжкова Е.Ю., действующая на основании устного заявления истицы о допуске представителя, в судебном заседании поддержала заявленные требования, указав, что совокупность представленных доказательств подтверждает отсутствие волеизъявления Быковой В.Н. на заключение кредитного договора.
В судебное заседание представитель ответчика АО «Т-Банк» не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Как самой истицей, так и судом в адрес ответчика направлялось исковое заявление, с доводами АО «Т-Банк» ознакомлен. (т.1 л.д.5, т.2 л.д.49 отслеживание вручения, т.1 л.д.33,131, т.2 л.д.47). Мнения по делу, возражений ответчик не представил. Представлены в письменном виде сведения о заключении договора: между Быковой В.Н. и Банком 20 июня 2025 года заключен договор кредита № на сумму 152 487 рублей. Банк указал, что заключение договора осуществлялось дистанционным способом посредством использования информационных систем банка.
Согласно позиции АО «Т-Банк», договор был заключен путем присоединения клиента к условиям комплексного банковского обслуживания, при этом заявление-анкета было оформлено с использованием аутентификационных данных клиента.
Ответчик нотариус Пашкевич Д.Ю. в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, представил отзыв, ранее в судебном заседании пояснял, что действовал в соответствии с положениями законодательства о нотариате. Из представленного нотариусом отзыва следует, что исполнительная надпись была совершена им в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации. Нотариус указал, что при обращении АО «Т-Банк» были представлены документы, подтверждающие наличие кредитного обязательства, в том числе кредитный договор, расчет задолженности, документы о направлении должнику соответствующего уведомления. По мнению нотариуса, на момент совершения исполнительной надписи у него имелись предусмотренные законом основания для совершения нотариального действия.
Вместе с тем нотариус в своих пояснениях указал, что нотариус при совершении исполнительной надписи не устанавливает фактическое наличие либо отсутствие спора между сторонами кредитного правоотношения.
Нотариус пояснил, что он исходит из представленных взыскателем документов и предполагает их достоверность, поскольку не обладает полномочиями по проверке фактических обстоятельств заключения кредитного договора, установлению наличия либо отсутствия волеизъявления должника на заключение сделки, а также установлению обстоятельств возможного мошенничества.
Из отзыва нотариуса также следует, что у нотариуса отсутствует доступ к сведениям о возможном споре между кредитором и должником, в связи с чем при наличии формальных оснований для совершения исполнительной надписи нотариальное действие им было совершено.(т.1 л.д.63)
Представители третьих лиц ООО "Директ Кредит Центр", ООО "Т2 Мобайл", Орджоникидзевское РОСП г.Магнитогорска, судебный пристав-исполнитель Орджоникидзевского РОСП г.Магнитогорска Мальцева К.А. при надлежащем извещении в судебное заседание не явились.
Определением суда ООО «Директ Кредит Центр» привлечено к участию в деле в качестве третьего лица. Судом в адрес указанной организации направлялись запросы о предоставлении информации относительно оснований получения денежных средств, обстоятельств заключения предполагаемого договора с Быковой В.Н., а также документов, подтверждающих волеизъявление истицы на получение товара либо услуги. Однако запрошенная информация суду предоставлена не была.
В соответствии с требованиями ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие надлежаще извещенных и неявившихся в судебное заседание участников процесса, не указавших на уважительность причин неявки и не просивших об отложении слушания дела.
Выслушав участников процесса, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что предметом судебного рассмотрения является вопрос о наличии либо отсутствии волеизъявления Быковой В.Н. на заключение кредитного договора с АО «Т-Банк», возникновении у нее обязательств по возврату денежных средств, а также законности совершенной нотариусом исполнительной надписи.
Из материалов дела установлено, что между Быковой В.Н. и АО «Т-Банк» имеется договорное правоотношение, оформленное в электронной форме. При этом сам по себе факт наличия в информационной системе банка сведений о заключении кредитного договора не свидетельствует безусловно о наличии волеизъявления гражданина на совершение сделки.
В силу положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно статье 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.
В соответствии со статьей 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.
Письменная форма сделки также может быть соблюдена путем совершения сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести содержание сделки и достоверно определить лицо, выразившее волю.
Таким образом, при заключении кредитного договора дистанционным способом именно кредитная организация обязана обеспечить возможность достоверного установления личности лица, выразившего волю на заключение договора, а также подтвердить совершение им действий, направленных на возникновение кредитного обязательства.
Согласно предоставленным АО «Т-Банк» сведениям между Быковой В.Н. и Банком 20 июня 2025 года заключен договор кредита № на сумму 152 487 рублей. Банк указал, что заключение договора осуществлялось дистанционным способом посредством использования информационных систем банка. Договор был заключен путем присоединения клиента к условиям комплексного банковского обслуживания, при этом заявление-анкета было оформлено с использованием аутентификационных данных клиента.
АО «Т-Банк» указало, что кредит был предоставлен клиенту, а обязательства по договору возникли надлежащим образом. (т.1 л.д.72-75)
Вместе с тем из представленного банком ответа и приложенных документов следует, что денежные средства по спорному кредитному договору фактически были перечислены не на счет Быковой В.Н., а иному получателю.
Так, согласно платежному поручению № от 20 июня 2025 года денежные средства в размере 152 487 рублей были перечислены в счет оплаты товара, услуги по клиенту Быковой В.Н. организации ООО «Директ Кредит Центр».
При этом доказательств того, что именно Быкова В.Н. распоряжалась указанными денежными средствами, выбирала получателя платежа, приобретала какой-либо товар либо заказывала услугу, материалы дела не содержат.(т.1 л.д.78-83)
Суд принимает во внимание, что АО «Т-Банк» ссылалось на оформление кредита с использованием дистанционных каналов обслуживания.
Однако в ходе судебного разбирательства не установлено, что именно Быкова В.Н. совершала действия по оформлению кредита, подтверждала получение денежных средств, распоряжалась ими либо совершала иные действия, свидетельствующие о ее намерении вступить в кредитные правоотношения.
Напротив, совокупность исследованных судом доказательств свидетельствует об обратном.
Так, из материалов дела следует, что Быкова В.Н. последовательно отрицала факт заключения кредитного договора; после обнаружения задолженности она незамедлительно обратилась в правоохранительные органы; по ее заявлению возбуждено уголовное дело по факту мошеннических действий (т.1 л.д.86-101); денежные средства по кредитному договору фактически были перечислены не Быковой В.Н., а третьему лицу — ООО «Директ Кредит Центр»; организация, получившая денежные средства, не представила суду объяснений относительно оснований их получения; в период предполагаемого оформления кредита по номеру телефона истицы имелась значительная активность со стороны неизвестных лиц и организаций (т.1 л.д.111-125, 118-120).
Судом исследованы материалы проверки сообщения о преступлении и постановление о возбуждении уголовного дела № от 27 августа 2025 года.
Из указанного постановления следует, что в ходе проверки установлено:
18 июня 2025 года неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», путем обмана оформило кредитное обязательство на имя Быковой В.Н. в АО «Т-Банк» в размере 152 487 рублей. Указанными действиями причинен ущерб АО «Т-Банк».
По результатам проведенной проверки дознавателем установлено наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления, предусмотренного частью 1 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. В связи с этим 27 августа 2025 года было возбуждено уголовное дело. (т.1 л.д.86-101)
Кроме того, судом исследованы пояснения Быковой В.Н., данные в рамках проверки сообщения о преступлении. Из них следует, что истица указала: она не заключала кредитный договор с АО «Т-Банк»; денежные средства в размере 152 487 рублей не получала; паспортные данные третьим лицам не передавала;
доступ к ее банковским приложениям и учетным записям третьим лицам не предоставляла.
Быкова В.Н. пояснила, что ранее пользовалась услугами АО «Т-Банк», имела приложение банка, однако кредитное обязательство на указанную сумму ею оформлено не было. Также истица указала, что в период с 18 июня 2025 года по 20 июня 2025 года на ее номер телефона поступало большое количество звонков и сообщений, в том числе от различных организаций.
Согласно представленным сведениям о телефонных соединениях, в указанный период действительно имелась повышенная активность по абонентскому номеру Быковой В.Н., в том числе активный трафик с приложением «госуслуги» переходит в неоднократные звонки со стороны организации «Де-кредит», затем иных банковских организаций в том числе АО «Т-Банк».(т.1 л.д.118-120)
Особое значение суд придает тому обстоятельству, что денежные средства, которые согласно позиции АО «Т-Банк» были предоставлены Быковой В.Н. в рамках кредитного договора, фактически не поступили в ее распоряжение, а поступили в распоряжение «Директ Кредит Центра». Доказательств обратного ответчиком суду представлено не было.
Сам факт направления денежных средств в пользу третьего лица с указанием в платежном документе данных Быковой В.Н. в качестве клиента не подтверждает получение ею кредита и распоряжение денежными средствами.
Напротив, данное обстоятельство в совокупности с иными доказательствами подтверждает отсутствие у истицы реального намерения получать кредит и принимать на себя обязательства по его возврату.
Суд также учитывает положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.
Вместе с тем указанная презумпция может быть опровергнута при установлении обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав лица вследствие неправомерных действий третьих лиц.
В рассматриваемом случае судом установлена совокупность обстоятельств, позволяющих сделать вывод о том, что оформление кредитного обязательства произошло в результате действий неизвестных лиц, направленных на получение денежных средств путем использования персональных данных Быковой В.Н.
К таким обстоятельствам относятся: наличие возбужденного уголовного дела по факту мошенничества; отсутствие фактического получения денежных средств истицей; перевод денежных средств организации, с которой Быкова В.Н. не имела договорных отношений; отсутствие доказательств добровольного волеизъявления истицы на заключение кредитного договора; подозрительная активность по ее номеру телефона в период оформления кредита.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что между Быковой В.Н. и АО «Т-Банк» фактически отсутствовало согласованное волеизъявление сторон на заключение кредитного договора.
Следовательно, основания для возникновения у истицы обязательств по возврату денежных средств, процентов и иных платежей отсутствуют.
При этом суд не может согласиться с указанием АО «Т-Банк» о том, что факт заключения кредитного договора подтверждается исключительно использованием клиентом дистанционных средств идентификации и подтверждения операций.
Как следует из ответа АО «Т-Банк», представленному суду, между Быковой В.Н. и банком 20 июня 2025 года был заключен договор кредита № на сумму 152 487 рублей, в рамках которого открыт счет № и предоставлен кредит.
Банк указал, что заключение договора осуществлялось клиентом посредством использования аутентификационных данных на основании заключенного универсального договора банковского обслуживания.
Вместе с тем суд отмечает, что наличие технической возможности оформления кредита посредством информационных систем банка само по себе не исключает возможности неправомерного использования персональных данных клиента третьими лицами.
При разрешении настоящего спора суд учитывает не только сведения автоматизированной системы банка, но и фактические обстоятельства получения и использования денежных средств.
В судебном заседании установлено, что денежные средства в сумме 152 487 рублей не поступали на банковский счет Быковой В.Н. и не использовались последней. Согласно платежному поручению № от 20 июня 2025 года денежные средства были перечислены в адрес организации «Директ Кредит Центр» с назначением платежа: «оплата товара, услуги по клиенту Быкова В.Н.».
При этом каких-либо доказательств наличия между Быковой В.Н. и указанной организацией договорных отношений, заключения ею договора на приобретение товара либо оказание услуги, а также получения какого-либо имущества либо выгоды за счет указанных денежных средств суду не представлено.
ООО «Директ Кредит Центр», привлеченное судом к участию в деле в качестве ответчика, несмотря на направление судебных запросов, сведения об основаниях получения денежных средств не представило, правовую позицию относительно заявленных требований не изложило.
Таким образом, суд приходит к выводу, что денежные средства, предоставленные АО «Т-Банк» по спорному кредитному обязательству, фактически были направлены в распоряжение третьего лица, а не истице.
Данное обстоятельство имеет существенное значение для разрешения спора, поскольку согласно правовой природе кредитного договора получение заемщиком денежных средств является одним из ключевых элементов возникновения кредитного обязательства.
В соответствии со статьей 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация обязуется предоставить денежные средства заемщику, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты.
Следовательно, обязательство заемщика возникает при условии фактического предоставления денежных средств именно заемщику.
В рассматриваемом случае судом установлено, что Быкова В.Н. денежных средств не получала, распоряжений об их перечислении третьему лицу не давала, договорных отношений с получателем денежных средств не имела.
При таких обстоятельствах отсутствуют основания полагать, что между истицей и АО «Т-Банк» возникло действительное кредитное правоотношение.
Суд также исследовал обстоятельства обращения Быковой В.Н. в правоохранительные органы.
Из постановления о возбуждении уголовного дела № от 27 августа 2025 года следует, что органом дознания установлено: «18.06.2025 года неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, посредством информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", путем обмана оформило кредитное обязательство на имя гр. Быковой В.Н. в размере 152487 рублей, причинив ущерб АО "Т-Банк"».
По данному факту возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Суд учитывает, что постановление о возбуждении уголовного дела не является доказательством виновности конкретного лица, поскольку вопрос о виновности подлежит разрешению в рамках уголовного судопроизводства.
Вместе с тем указанное постановление является письменным доказательством, подтверждающим факт обращения истицы в правоохранительные органы, наличие признаков мошеннических действий и проведение проверки обстоятельств оформления кредитного обязательства.
Кроме того, судом исследованы пояснения Быковой В.Н., данные в рамках проверки сообщения о преступлении, из которых следует, что она не оформляла кредит, денежные средства не получала, сведения третьим лицам не передавала.Указанные пояснения согласуются с иными доказательствами по делу.
Так, из представленной истицей детализации телефонных соединений следует, что в период с 18 июня 2025 года по 20 июня 2025 года имела место повышенная активность по номеру телефона Быковой В.Н., в том числе осуществлялись многочисленные звонки со стороны различных кредитных организаций.
Указанные обстоятельства соответствуют периоду, когда, согласно сведениям банка, оформлялось спорное кредитное обязательство.
Суд оценивает данные доказательства в совокупности и приходит к выводу, что они подтверждают доводы истицы о том, что ее персональные данные могли быть использованы третьими лицами для оформления кредита без ее действительного волеизъявления.
Разрешая требования Быковой В.Н. об отмене исполнительной надписи нотариуса, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что АО «Т-Банк», полагая наличие у Быковой В.Н. задолженности по кредитному договору № от 18.06.2025 года, обратилось к нотариусу Пашкевичу Д.Ю. с заявлением о совершении исполнительной надписи.(л.д.46-65)
Как следует из представленного нотариусом отзыва, при совершении исполнительной надписи им были исследованы документы, представленные взыскателем, в том числе кредитный договор, расчет задолженности, заявление взыскателя и иные документы, необходимые для совершения нотариального действия.
Нотариус указал, что действовал в пределах предоставленных ему законом полномочий, поскольку представленные АО «Т-Банк» документы формально подтверждали наличие задолженности.
Также нотариус пояснил, что при совершении исполнительной надписи нотариус не устанавливает фактическое наличие спора между кредитором и должником, поскольку нотариальное производство основано на представленных взыскателем документах, а нотариус исходит из добросовестности участников гражданского оборота.
Суд принимает во внимание указанные пояснения нотариуса и не устанавливает в его действиях нарушений порядка совершения нотариального действия на момент обращения банка.
Вместе с тем наличие формальных оснований для совершения исполнительной надписи не исключает возможности ее отмены в случае установления судом отсутствия самого обязательства.
В силу статьи 89 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате исполнительная надпись нотариуса совершается на документах, устанавливающих задолженность, если представленные документы подтверждают бесспорность требований взыскателя.
Таким образом, обязательным условием совершения исполнительной надписи является наличие бесспорной задолженности.
Между тем в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела судом установлено, что требование АО «Т-Банк» к Быковой В.Н. не являлось бесспорным.
Быкова В.Н. с момента обнаружения сведений о задолженности отрицала факт заключения кредитного договора, указывала на совершение в отношении нее мошеннических действий, обращалась в органы полиции, что подтверждается материалами дела.
Кроме того, судом установлено, что денежные средства по кредитному договору не поступали в распоряжение Быковой В.Н., а были перечислены третьему лицу.
Следовательно, уже на момент предъявления требований о взыскании имелись обстоятельства, свидетельствующие о наличии спора между сторонами относительно самого факта заключения кредитного договора и возникновения обязательства.
При таких обстоятельствах требования АО «Т-Банк» не могли рассматриваться как бесспорные.
Суд отмечает, что нотариус, действуя в рамках нотариального производства, объективно был лишен возможности установить обстоятельства использования персональных данных Быковой В.Н. третьими лицами, факт мошеннических действий, а также отсутствие у нее намерения заключать кредитный договор.
Однако установленные судом при рассмотрении настоящего дела обстоятельства свидетельствуют о том, что исполнительная надпись была совершена при отсутствии действительного обязательства должника перед взыскателем.
В соответствии со статьей 17 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус несет ответственность за совершенные нотариальные действия в случае нарушения законодательства.
Вместе с тем суд не усматривает оснований для вывода о виновности нотариуса Пашкевича Д.Ю. в совершении незаконных действий, поскольку на момент обращения банка нотариусу были представлены документы, внешне подтверждающие наличие кредитного обязательства.
Однако поскольку судом признан недействительным кредитный договор между Быковой В.Н. и АО «Т-Банк», отсутствуют правовые основания для сохранения в силе исполнительной надписи нотариуса о взыскании задолженности по данному договору.
Согласно статье 166,167 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом либо независимо от такого признания, недействительная сделка не влечет юридических последствий, кроме тех, которые связаны с ее недействительностью и считается недействительной с момента ее совершения.
Учитывая, что судом установлено отсутствие волеизъявления Быковой В.Н. на заключение кредитного договора, а также установлено, что спорное обязательство возникло вследствие действий третьих лиц, суд приходит к выводу о необходимости признания кредитного договора № от 18.06.2025 года, заключенного между Быковой В.Н. и АО «Т-Банк», недействительным.
При этом последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующими обязательств Быковой В.Н. перед АО «Т-Банк» по возврату кредита, процентов, штрафных санкций и иных платежей подлежат применению.
Суд учитывает, что отношения между банком и лицами, совершившими противоправные действия, подлежат разрешению в рамках иных правоотношений.
Гражданин, персональные данные которого были использованы третьими лицами без его согласия, не может нести обязанность по исполнению обязательства, которое он фактически не принимал на себя.
Иное означало бы возложение на добросовестного гражданина негативных последствий преступных действий третьих лиц.
Таким образом, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что между Быковой В.Н. и АО «Т-Банк» отсутствовало действительное соглашение, направленное на получение истицей кредитных денежных средств и принятие на себя обязанности по их возврату.
Судом установлено, что: Быкова В.Н. кредитный договор с АО «Т-Банк» лично не заключала; ее воля на получение денежных средств отсутствовала; денежные средства в размере 152 487 рублей фактически ей не передавались; денежные средства были перечислены третьему лицу — организации «Директ Кредит Центр»; указанная организация не представила суду доказательств наличия каких-либо отношений с Быковой В.Н.; по факту оформления кредита на имя истицы возбуждено уголовное дело; обстоятельства оформления кредита совпали с периодом повышенной активности по номеру телефона истицы, что подтверждается представленной детализацией соединений.
При этом суд учитывает, что гражданское законодательство основывается на принципе свободы договора и самостоятельности участников гражданского оборота.
Однако свобода договора предполагает наличие добровольного волеизъявления лица на вступление в договорные отношения.
В случае если договор оформлен в результате использования персональных данных гражданина без его согласия и без выражения им соответствующей воли, такой договор не может создавать для данного лица юридических последствий.
В настоящем деле доказательств того, что именно Быкова В.Н. совершала действия, направленные на получение кредита, подтверждала условия договора, распоряжалась полученными денежными средствами либо поручала их перечисление третьему лицу, суду не представлено.
Напротив, имеющиеся доказательства подтверждают, что истица узнала о наличии кредитного обязательства уже после его оформления, последовательно отрицала факт заключения договора и предпринимала действия по защите своих прав.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что кредитный договор № от 18 июня 2025 года, заключенный между АО «Т-Банк» и Быковой В.Н., является недействительным.
В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо обязано совершить в пользу другого лица определенное действие либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательство возникает из договоров и иных оснований, предусмотренных законом.
В рассматриваемом случае основанием для предъявления требований к Быковой В.Н. являлся кредитный договор, который судом признан недействительным.
Поскольку судом установлено отсутствие волеизъявления истицы на заключение кредитного договора, а также отсутствие фактического получения ею кредитных денежных средств, правовые основания для возникновения обязательства по возврату кредита, процентов и иных платежей отсутствуют.
Следовательно, требования Быковой В.Н. о признании отсутствующим обязательства перед АО «Т-Банк» являются обоснованными и подлежат удовлетворению.
Суд также учитывает, что АО «Т-Банк» является профессиональным участником финансового рынка и осуществляет деятельность по предоставлению денежных средств гражданам посредством дистанционных сервисов.
Использование современных способов заключения договоров не освобождает кредитную организацию от необходимости обеспечивать достоверность идентификации лица, принимающего на себя кредитные обязательства.
При этом суд не делает вывода о наличии умысла либо недобросовестности со стороны банка при оформлении спорного кредита.
Вместе с тем риск использования дистанционных способов заключения договоров, при которых возможно оформление обязательств третьими лицами с использованием персональных данных гражданина, не может быть переложен исключительно на лицо, которое фактически не получало денежных средств и не выражало волю на заключение договора.
Оценивая требования об отмене исполнительной надписи нотариуса Пашкевича Д.Ю., суд приходит к выводу об их удовлетворении.
Как установлено судом, исполнительная надпись была совершена нотариусом на основании документов, представленных АО «Т-Банк».
Суд не усматривает оснований считать действия нотариуса незаконными на момент совершения нотариального действия, поскольку нотариус действовал исходя из документов, представленных взыскателем, и не обладал сведениями о наличии спора относительно кредитного обязательства.
Вместе с тем исполнительная надпись нотариуса является способом внесудебного взыскания задолженности только при условии, что требование кредитора является бесспорным.
После исследования всех обстоятельств дела суд пришел к выводу, что задолженность Быковой В.Н. перед АО «Т-Банк» не являлась бесспорной.
На момент совершения исполнительной надписи фактически имел место спор.
Следовательно, исполнительная надпись нотариуса Пашкевича Д.Ю. № от 31 января 2026 года подлежит отмене.
В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований Быковой В.Н..
Руководствуясь ст.ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ
Исковые требования удовлетворить. Признать недействительным кредитный договор от 18.06.2025 года №, заключенный между Быковой В.Н. и АО «T-Банк» на сумму 152487 рублей, применив последствия недействительности сделки, а именно признать обязательства Быковой В.Н. перед АО «Т-Банк» о выплате кредита, предоставленного по кредитному договору от 18.06.2025 года №, процентов, штрафных санкций отсутствующими.
Отменить исполнительную надпись нотариуса № от 31.01.2026 года, совершенную нотариусом Пашкевичем Д.Ю. о взыскании с Быковой В.Н. денежных средств в сумме 193121 рубль 90 копеек пользу АО «Т-Банк».
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.
Председательствующий:
Мотивированное решение изготовлено 31 июля 2026 года