РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
16 июля 2026 года город Магнитогорск
Правобережный районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Вознесенской О.Н., при секретаре судебного заседания Шеметовой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Носирова С.А. к акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория» о взыскании страхового возмещения, убытков, неустойки, расходов по оплате экспертных исследований, нотариальных, почтовых и юридических расходов,
УСТАНОВИЛ:
Носиров С.А. обратился в суд с иском к АО «ГСК «Югория», указав, что дата года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ему автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты> и автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением Андреевских А.А., признанной виновной в совершении дорожно-транспортного происшествия.
Гражданская ответственность участников дорожно-транспортного происшествия на момент его совершения была застрахована по договорам обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.
Истец указал, что 13 марта 2025 года обратился к ответчику с заявлением о прямом возмещении убытков, выбрав способ осуществления страхового возмещения в виде организации восстановительного ремонта транспортного средства. По мнению истца, страховщик нарушил предусмотренный пунктом 21 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» срок выдачи направления на ремонт, поскольку направление было направлено только 03 апреля 2025 года, тогда как последний день исполнения обязанности приходился на 02 апреля 2025 года.
Ссылаясь на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, истец полагает, что нарушение страховщиком установленного законом срока исполнения обязанности по организации восстановительного ремонта свидетельствует о ненадлежащем исполнении обязательства страховщика и предоставляет потерпевшему право требовать возмещения причиненных убытков в денежной форме.
В связи с изложенным истец просил взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 39 042 рубля, убытки в размере 15 091 рубль, неустойку в размере 138 989 рублей 52 копейки, расходы по оплате двух экспертных исследований в общей сумме 32 000 рублей, расходы на оплату юридических услуг, почтовые расходы, расходы по оплате услуг нотариуса, а также взыскать неустойку до дня фактического исполнения обязательства.
До обращения в суд истец обратился к финансовому уполномоченному. Решением финансового уполномоченного от 09 июля 2025 года рассмотрение обращения прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 27 Федерального закона №123-ФЗ в связи с установлением обстоятельств, предусмотренных частью 1 статьи 19 указанного закона.
Финансовый уполномоченный пришел к выводу, что принадлежащее истцу транспортное средство использовалось для осуществления деятельности по перевозке пассажиров легковым такси, в связи с чем истец не является потребителем финансовых услуг в смысле Федерального закона №123-ФЗ. Истец с указанным решением согласился и его не оспаривал.
Истец в судебное заседание при надлежащем извещении не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие.
В судебном заседании представитель истца Гильмутдинова Е.А., действующая на основании доверенности от 29.05.2025 года (т.1 л.д.111), исковые требования поддержала в полном объеме. Пояснила, что выводы финансового уполномоченного относительно отсутствия у истца статуса потребителя финансовых услуг истцом не оспариваются. В связи с этим заявленные требования не основаны на положениях Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», требования о взыскании штрафа и компенсации морального вреда не заявлены.
Представитель истца указала, что обязательный досудебный порядок урегулирования спора соблюден, поскольку страховщику неоднократно направлялись претензии, а также имело место обращение к финансовому уполномоченному, который прекратил рассмотрение обращения ввиду отсутствия компетенции.
По мнению представителя истца, положения Федерального закона №123-ФЗ о тридцатидневном сроке обращения в суд после вступления решения финансового уполномоченного в законную силу применению в рассматриваемом случае не подлежат, поскольку финансовый уполномоченный признал отсутствие у заявителя статуса потребителя финансовых услуг, вследствие чего рассмотрение обращения по существу не осуществлялось.
Кроме того, представитель истца пояснила, что срок выдачи направления на восстановительный ремонт был нарушен страховщиком независимо от продолжительности просрочки. Даже однодневное нарушение срока исполнения обязанности свидетельствует о ненадлежащем исполнении страховщиком обязательства, что в силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации является основанием для удовлетворения требований потерпевшего о возмещении убытков.
Представитель ответчика АО «ГСК «Югория» при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, исковые требования не признал.
В возражениях против удовлетворения иска, представитель ответчика указал, что истцом пропущен установленный Федеральным законом №123-ФЗ срок обращения в суд после вступления в законную силу решения финансового уполномоченного, в связи с чем исковое заявление подлежит оставлению без рассмотрения.
Кроме того, по мнению ответчика, обязательный досудебный порядок урегулирования спора истцом не соблюден.
Ответчик также указал, что обязательства по организации восстановительного ремонта исполнены надлежащим образом, поскольку направление на ремонт было выдано, станция технического обслуживания определена, истцу предлагалось представить транспортное средство для ремонта, а также была выражена готовность организовать эвакуацию транспортного средства к месту ремонта и обратно.
Оснований для изменения предусмотренной законом натуральной формы страхового возмещения на денежную выплату, по мнению ответчика, не имелось.
Кроме того, ответчик указал, что транспортное средство истца использовалось в предпринимательской деятельности в качестве легкового такси, вследствие чего положения законодательства о защите прав потребителей к спорным правоотношениям неприменимы.
Также представитель ответчика полагал необоснованными требования о взыскании расходов на проведение экспертных исследований, поскольку результаты экспертных заключений страховщику представлены не были, а заявленные расходы на оплату юридических услуг являются чрезмерными и в случае их взыскания подлежат уменьшению до разумных пределов.
В случае удовлетворения иска представитель ответчика просил применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер неустойки как явно несоразмерной последствиям нарушения обязательства.(т.2 л.д.18-36)
Третьи лица: Андреевских А.А., Андреевских Е.И., ИП Яковлева Н.А., Межрайонная ИФНС России № 17 по Челябинской области, Служба обеспечения деятельности финансового уполномоченного, СПАО "Ингосстрах", Финансовый уполномоченный Максимова С.В. при надлежащем извещении в судебное заседание не явились.
В соответствии с положениями ст.167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие надлежаще извещенных и неявившихся в процесс участников, не указавших на уважительность причин неявки и не просивших об отложении слушания дела.
Выслушав представителя истца, проанализировав возражения ответчика, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что дата произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащего Носирову С.А., и автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением Андреевских А.А.
Указанное дорожно-транспортное происшествие оформлено без участия сотрудников полиции посредством составления извещения о дорожно-транспортном происшествии в порядке статьи 11.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». При этом фиксация обстоятельств дорожно-транспортного происшествия с использованием мобильного приложения Российского союза автостраховщиков либо иных технических средств, обеспечивающих некорректируемую регистрацию информации, не осуществлялась.(т.1 л.д.139)
Водитель Андреевских Е.И. указала на признание вины в ДТП. На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность Носирова С.А. была застрахована в АО «ГСК «Югория», гражданская ответственность Андреевских А.А. — в СПАО «Ингосстрах».
10 марта 2025 года между Носировым С.А. и индивидуальным предпринимателем Яковлевой Н.А. был заключен договор уступки права требования №, предметом которого являлось право требования страхового возмещения, возникшее вследствие указанного дорожно-транспортного происшествия.
Впоследствии, 16 июня 2025 года, сторонами было подписано соглашение о расторжении указанного договора цессии, о чем страховщик был уведомлен.
Из материалов страхового дела усматривается, что заявление о прямом возмещении убытков с приложением необходимых документов поступило страховщику 13 марта 2025 года (т.1 л.д.19), после чего страховщиком были организованы мероприятия по осмотру поврежденного транспортного средства, определению характера повреждений и организации восстановительного ремонта.
Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу об их обоснованности по следующим основаниям.
В соответствии с пунктом 15.1 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее — Закон об ОСАГО) в отношении принадлежащего гражданину легкового автомобиля страховое возмещение осуществляется путем организации и оплаты восстановительного ремонта, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Из материалов дела следует, что при обращении к страховщику истец избрал именно данный способ страхового возмещения. Следовательно, у ответчика возникла обязанность надлежащим образом организовать восстановительный ремонт транспортного средства в сроки и порядке, предусмотренные Законом об ОСАГО.
В силу пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО страховщик обязан в течение двадцати календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия заявления потерпевшего и приложенных документов выдать потерпевшему направление на ремонт либо произвести страховую выплату, либо направить мотивированный отказ.
Из материалов дела следует, что заявление о прямом возмещении убытков поступило страховщику 13 марта 2025 года. Следовательно, последним днем исполнения обязанности являлось 02 апреля 2025 года.
Вместе с тем направление на ремонт выдано ответчиком только 03 апреля 2025 года, что подтверждается представленным в материалы дела направлением на ремонт, почтовыми документами и самим ответчиком в письменных возражениях не оспаривается.(т.2 л.д.20)
Таким образом, страховщиком допущено нарушение срока исполнения предусмотренной законом обязанности.
Доводы ответчика о незначительности допущенной просрочки суд отклоняет.
Пункт 21 статьи 12 Закона об ОСАГО не содержит каких-либо исключений, позволяющих признать нарушение срока в один день допустимым либо не влекущим правовых последствий. Следовательно, любое нарушение установленного федеральным законом срока свидетельствует о ненадлежащем исполнении страховщиком обязательства.
Данный вывод соответствует статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой обязательства должны исполняться надлежащим образом и в установленный срок.
Суд также учитывает правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2023 года, на которую сослалась представитель истца. (т.2 л.д.90)
В случае неправомерного отказа страховщика от организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства либо ненадлежащего исполнения соответствующей обязанности потерпевший вправе требовать полного возмещения причиненных убытков в размере стоимости восстановительного ремонта без учета износа.
По смыслу приведенной правовой позиции обязанность страховщика не ограничивается формальной выдачей направления на ремонт. Обязательство считается исполненным лишь тогда, когда страховая организация своевременно и реально обеспечила потерпевшему возможность получить предусмотренное законом страховое возмещение в натуральной форме.
В рассматриваемом случае такого исполнения не последовало. Как установлено судом, первоначально ответчик предпринимал попытки организации ремонта на нескольких станциях технического обслуживания, которые отказались от проведения восстановительного ремонта.
Впоследствии страховщик предложил истцу иную станцию технического обслуживания, однако указанное направление было выдано уже после истечения предусмотренного законом срока.
Следовательно, обязанность по своевременной организации ремонта исполнена не была.
Само по себе последующее направление автомобиля на ремонт после истечения установленного законом срока не устраняет ранее допущенное нарушение и не восстанавливает нарушенное право потерпевшего. Иной подход фактически означал бы возможность страховщика произвольно нарушать сроки исполнения обязательств без каких-либо неблагоприятных последствий, что противоречит целям института обязательного страхования гражданской ответственности и принципу обеспечения полного и своевременного возмещения причиненного вреда.
Ссылка ответчика на то обстоятельство, что истец впоследствии не представил транспортное средство на станцию технического обслуживания, правового значения не имеет. После ненадлежащего исполнения страховщиком обязанности по организации восстановительного ремонта истец приобрел право избрать иной предусмотренный законом способ судебной защиты своего нарушенного права. Поскольку нарушение обязательства уже состоялось, последующее предложение страховщика произвести ремонт не прекращает возникшее у потерпевшего право требовать возмещения причиненных убытков в денежной форме.
Установив факт ненадлежащего исполнения ответчиком предусмотренной законом обязанности по своевременной организации восстановительного ремонта, суд переходит к разрешению вопроса о размере подлежащего взысканию возмещения.
В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, вправе требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно статье 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.
При неправомерном отказе страховщика от организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства либо ненадлежащем исполнении соответствующей обязанности потерпевший вправе требовать полного возмещения убытков в виде стоимости восстановительного ремонта без учета износа транспортного средства.
Таким образом, после нарушения страховщиком обязанности по своевременной организации восстановительного ремонта правоотношения сторон регулируются не только специальными нормами Закона об ОСАГО, но и общими положениями гражданского законодательства о возмещении убытков.
Из материалов дела следует, что по инициативе истца после возникновения спора проведены два экспертных исследования.
Согласно экспертному заключению №, выполненному по Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт транспортных средств, стоимость восстановительного ремонта без учета износа составила 39042 рубля.(т.1 л.д.55-67)
Достоверность указанного заключения ответчиком не опровергнута. Ходатайство о назначении судебной экспертизы ответчиком не заявлено.
Каких-либо доказательств, свидетельствующих об ином размере стоимости восстановительного ремонта, материалы дела не содержат.
При таких обстоятельствах суд принимает указанное экспертное заключение в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства размера страхового возмещения.
Кроме того, истцом представлено экспертное заключение №, выполненное по Методике Министерства юстиции Российской Федерации, согласно которому действительная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составляет 54 133 рубля.(т.1 л.д.33-53)
Суд принимает во внимание, что указанное заключение определяет рыночную стоимость восстановительного ремонта и отражает фактические расходы, необходимые для полного восстановления нарушенного права потерпевшего.
Разница между стоимостью восстановительного ремонта, определенной по Единой методике, и действительной стоимостью ремонта составляет 15 091 рубль.
Поскольку указанная разница возникла вследствие ненадлежащего исполнения страховщиком обязанности по организации восстановительного ремонта и невозможности получения истцом предусмотренного законом своевременного натурального возмещения, данные расходы являются убытками в смысле статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и подлежат взысканию с ответчика.
Возражения ответчика о том, что расходы на восстановительный ремонт ограничиваются суммой, рассчитанной по Единой методике, суд отклоняет. При ненадлежащем исполнении страховщиком обязанности по организации ремонта потерпевший вправе требовать полного возмещения причиненных убытков, а не только выплаты, исчисленной по Единой методике. Следовательно, требование истца о взыскании страхового возмещения в размере 39 042 рублей и убытков в размере 15 091 рубля является законным и обоснованным.
Истцом заявлено требование о взыскании неустойки в размере 138 989 рублей 52 копеек.
В силу абзаца второго пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО при несоблюдении срока осуществления страхового возмещения либо срока выдачи направления на восстановительный ремонт страховщик уплачивает потерпевшему неустойку в размере одного процента от суммы страхового возмещения за каждый день просрочки.
Как установлено судом, предусмотренный законом срок исполнения обязательства истек 02 апреля 2025 года.
До указанной даты ответчиком не была исполнена обязанность по надлежащей организации восстановительного ремонта. Последующая выдача направления на ремонт после истечения установленного законом срока не прекращает возникшую обязанность по уплате неустойки, поскольку нарушение обязательства уже состоялось.
Расчет неустойки произведен истцом исходя из суммы страхового возмещения 39 042 рубля за период просрочки с 03.04.2025 года по 25.03.2026 года (дата составления иска) и составляет 138 989 рублей 52 копейки.(39042 рубля Х 1%Х356 дней)
Представленный расчет судом проверен, признан арифметически правильным и соответствующим положениям Закона об ОСАГО.
Ответчиком доказательств неправильности произведенного расчета не представлено.
Разрешая ходатайство ответчика о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд исходит из следующего.
По смыслу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации уменьшение неустойки допускается лишь в исключительных случаях при наличии явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.
Бремя доказывания указанной несоразмерности возлагается на должника.
Между тем ответчик ограничился ссылкой на необходимость применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, не представив доказательств исключительности рассматриваемого случая, финансовых последствий взыскания неустойки либо иных обстоятельств, свидетельствующих о ее явной несоразмерности.
Само по себе превышение размера неустойки над размером основного обязательства не является безусловным основанием для ее уменьшения.
Данная правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации, согласно которой снижение неустойки не может носить произвольный характер и должно быть мотивировано конкретными обстоятельствами дела.
Учитывая характер допущенного нарушения, продолжительность неисполнения обязательства, а также отсутствие доказательств явной несоразмерности взыскиваемой суммы последствиям нарушения обязательства, суд не находит оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Следовательно, требование о взыскании неустойки подлежит удовлетворению в заявленном размере.
Истцом заявлены требования о взыскании расходов на проведение независимых экспертных исследований в размере 17 000 рублей и 15 000 рублей.
В подтверждение несения указанных расходов представлены договоры на проведение экспертных исследований, экспертные заключения № и №, а также платежные документы, подтверждающие их оплату.(т.1 л.д.54,78)
Разрешая заявленные требования, суд исходит из следующего.
Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации к убыткам относятся не только расходы, связанные с восстановлением поврежденного имущества, но и иные необходимые расходы, которые лицо произвело для восстановления нарушенного права.
Расходы, обусловленные наступлением страхового случая и необходимые для реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения, относятся к подлежащим возмещению убыткам, расходы на проведение независимой технической экспертизы подлежат взысканию со страховщика в случае, если они были объективно необходимы для защиты нарушенного права потерпевшего.
Из материалов дела следует, что после нарушения страховщиком срока выдачи направления на восстановительный ремонт между сторонами возник спор относительно надлежащего исполнения обязательства и размера причиненного ущерба.
Именно вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязанностей истец был вынужден самостоятельно организовать проведение экспертных исследований для определения размера страхового возмещения и размера причиненных ему убытков. Полученные экспертные заключения легли в основу заявленных исковых требований и приняты судом в качестве допустимых и относимых доказательств.
При таких обстоятельствах расходы на проведение экспертных исследований находятся в прямой причинной связи с нарушением обязательств страховщиком и являются необходимыми расходами, понесенными истцом для восстановления нарушенного права.
Оснований считать размер понесенных расходов явно завышенным судом не установлено. В связи с изложенным требования о взыскании расходов на проведение экспертных исследований в размере 17 000 рублей и 15 000 рублей подлежат удовлетворению в полном объеме.
Истцом заявлено требование о взыскании почтовых расходов в размере 1045 рублей 73 копеек.
Из представленных кассовых чеков, квитанций и почтовых документов следует, что почтовые расходы понесены истцом в связи с направлением страховщику заявлений, претензий, а также иных документов, необходимых для реализации права на получение страхового возмещения. К расходам, подлежащим возмещению, относятся в том числе почтовые расходы, необходимые для обращения к страховщику. Расходы согласно представленным квитанциям понесены в размере больше заявленного ко взысканию (т.1 л.д.9,10, 90, 85, 25, 30,110). Однако суд не может выйти за рамки заявленных требований.
Поскольку представленные документы подтверждают факт несения расходов, а их связь с настоящим спором ответчиком не опровергнута, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания почтовых расходов в полном объеме в заявленном истцом размере.
Истцом заявлено требование о взыскании расходов на оплату услуг нотариуса в размере 2 880 рублей. Расходы по оплате нотариальных услуг, понесенные потерпевшим при обращении за страховым возмещением, относятся к расходам, обусловленным наступлением страхового случая, и подлежат возмещению при наличии причинной связи с нарушением права.
Из материалов дела следует, что доверенность носит индивидуальный характер.(л.д.111,112 т.1)
Доказательств того, что указанные расходы не связаны с настоящим спором либо являются чрезмерными, ответчиком не представлено.
Обстоятельство частичной добровольной выплаты страховщиком нотариальных расходов само по себе не исключает взыскания оставшейся невозмещенной суммы при наличии соответствующих доказательств ее несения. При определении подлежащей взысканию суммы суд исходит из фактически произведенных выплат ответчика (т.1 л.д.27) и взыскивает лишь документально подтвержденную невозмещенную часть расходов- 2280 рублей.
Истцом заявлены требования о взыскании: 20 000 рублей — расходов на оплату юридической помощи при подготовке и предъявлении настоящего иска; 4 000 рублей — расходов на юридическую помощь при обращении к финансовому уполномоченному.
В подтверждение понесенных расходов представлены договоры оказания юридических услуг, акты выполненных работ и документы, подтверждающие их оплату. (т.1 л.д.113-115, 116-118)
В соответствии со статьями 94, 98 и 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, возмещаются понесенные судебные расходы в разумных пределах.
Обязанность суда по оценке разумности судебных расходов не означает их произвольного уменьшения. Уменьшение возможно лишь при наличии доказательств их явной чрезмерности. Таких доказательств ответчиком не представлено.
Принимая во внимание характер и сложность спора, объем подготовленных процессуальных документов, необходимость соблюдения обязательного претензионного порядка, обращения к финансовому уполномоченному, подготовки искового заявления и участия представителя в судебном разбирательстве, суд приходит к выводу, что заявленные расходы соответствуют объему оказанной юридической помощи, являются разумными и документально подтвержденными. Оснований для их уменьшения суд не усматривает.
Истцом также заявлено требование о взыскании неустойки начиная с 26 марта 2026 года до дня фактического исполнения решения суда.
Учитывая, что обязательство ответчика по выплате страхового возмещения на момент рассмотрения дела не исполнено, требование о взыскании неустойки на будущее время соответствует положениям пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО.
В связи с этим суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика неустойки в размере одного процента от суммы страхового возмещения — 39042 рублей — начиная с 26 марта 2026 года по день фактического исполнения обязательства, однако в пределах установленного законом лимита ответственности страховщика 400000 рублей. Таким образом, с учетом ограничения, установленного Законом об ОСАГО, согласно которому общий размер подлежащей взысканию неустойки не может превышать установленный законом предел страховой суммы, с учетом взысканных 138989 рублей 52 копеек, возможно взыскать не более 261010 рублей 48 копеек.
Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что страховщиком допущено ненадлежащее исполнение обязательства по организации восстановительного ремонта транспортного средства, что повлекло возникновение у истца права требовать взыскания страхового возмещения, убытков и иных связанных с нарушением права расходов. Возражения ответчика не опровергают установленных судом обстоятельств и не содержат доказательств, исключающих его гражданско-правовую ответственность, в связи с чем исковые требования подлежат удовлетворению с учетом корректировки в сумме нотариальных расходов.
Руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Взыскать с акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория» (ИНН <данные изъяты>) в пользу Носирова С.А. (паспорт <данные изъяты>): страховое возмещение в размере 39 042 (тридцать девять тысяч сорок два) рубля 00 копеек; убытки в размере 15 091 (пятнадцать тысяч девяносто один) рубль 00 копеек; неустойку за нарушение срока исполнения обязанности по выдаче направления на восстановительный ремонт за период с 03.04.2025 года по 25.03.2026 года в размере 138 989 (сто тридцать восемь тысяч девятьсот восемьдесят девять) рублей 52 копейки; расходы на проведение независимого экспертного исследования по определению действительной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 17 000 (семнадцать тысяч) рублей 00 копеек; расходы на проведение экспертного исследования по Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт транспортных средств в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей 00 копеек; почтовые расходы в размере 1 045 (одна тысяча сорок пять) рублей 73 копейки; расходы на оплату юридических услуг по подготовке и предъявлению искового заявления в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей 00 копеек;расходы на оплату юридических услуг, понесенные при обращении к финансовому уполномоченному, в размере 4 000 (четыре тысячи) рублей 00 копеек; расходы по оплате нотариальных услуг в размере 2 280 (две тысячи двести восемьдесят) рублей 00 копеек.
Взыскать с акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория» (ИНН <данные изъяты>) в пользу Носирова С.А. (паспорт <данные изъяты>) неустойку, предусмотренную пунктом 21 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», начисляемую исходя из суммы страхового возмещения 39042 рубля в размере одного процента за каждый день просрочки, начиная с 26 марта 2026 года по день фактического исполнения обязательства, с учетом ограничения, установленного Законом об ОСАГО, согласно которому общий размер подлежащей взысканию неустойки не может превышать установленный законом предел страховой суммы, то есть с учетом взысканных 138989 рублей 52 копеек, взыскать не более 261010 рублей 48 копеек.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Правобережный районный суд города Магнитогорска в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Судья:
Мотивированное решение изготовлено 30 июля 2026 года