РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
12 августа 2026 года город Южно-Сахалинск
Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе:
председательствующего судьи – Абрамовой Ю.А., при секретаре – Деникиной Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Южно-Сахалинского городского суда гражданское дело по исковому заявлению Куц А.К. к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» о признании приказов о применении дисциплинарных взысканий незаконными, взыскании компенсации морального вреда, установил:
11 мая 2026 года Куц А.К. обратилась в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» (далее ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск») о признании приказов о применении дисциплинарных взысканий незаконными, взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование требований указала, что на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ состоит с ответчиком в трудовых отношениях в должности ведущего специалиста отдела обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты. Приказами № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ к ней были применены дисциплинарные взыскания, с которыми она не согласна. Так, ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа № за необеспечение подписания акта приема- передачи объекта под охрану в соответствии с условиями договора с <данные изъяты>» от 06 ноября 2025 года к ней было применено дисциплинарное взыскание в виде замечания, по приказу № от ДД.ММ.ГГГГ за ненадлежащее исполнение обязанностей, выразившихся в предоставлении предложений и замечаний, не соответствующих разъяснениям ПАО «Газпром» в части учета статуса объектов, в проектировании которых участвует ООО «Газпром проектирование» Саратовский филиал и <данные изъяты>», а также в неправильном применении Инструкции о пропускном и внутриобъектовом режимах в Филиале ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» - Киринское газодобывающее управление и Положения о порядке допуска и организации безопасного производства работ подрядными организациями на эксплуатируемых Обществом объектах к строящимся объектам Южно-Киринского месторождения, было применено дисциплинарное взыскание в виде замечания, ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа № ей объявлен выговор, в связи с выявленным ненадлежащим исполнением должностных обязанностей, выразившемся в невыполнении распоряжения о направлении в командировку. Полагает, что основаниями привлечения ее к дисциплинарным взысканиям явился конфликт, произошедший на рабочем месте 27 августа 2025 года, в результате которого непосредственным руководителем (начальником отдела обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты) ФИО ей были нанесены побои, о чем с ее стороны имели место обращения в правоохранительные органы и трудовую инспекцию. После конфликта со стороны работодателя были созданы дискриминационные условия, оказывалось психологическое давление и понуждение к увольнению, проведена внеплановая аттестация, рабочее место было перенесено в коридор, ограничен доступ к рабочему месту в нерабочее (в том числе обеденное) время и рабочей документации. Просит суд признать незаконными приказы о привлечении ее к дисциплинарным взысканиям № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.
В судебном заседании истец Куц А.К. требования искового заявления поддержала, настаивала на их удовлетворении в полном объеме. Представитель ответчика Виговская Ю.В. с исковым заявлением не согласилась, просила отказать в его удовлетворении, письменные возражения поддержали.
Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела и оценив доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.
Согласно части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим кодексом.
В силу части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Согласно статьям 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором и соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, а работодатель вправе требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка.
В соответствии с пунктом 1 и 2 части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде замечания, выговора.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).
Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.
Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (части 1 - 6 данной статьи).
В силу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной. Суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен вынести законное и обоснованное решение. Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Из материалов дела следует, что Куц (до изменения фамилии Рябова) А.К. с ДД.ММ.ГГГГ на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ состоит в трудовых отношениях с ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» в должности ведущего специалиста отдела обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты.
Должностные обязанности по занимаемой истцом должности определены должностной инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ №, с которой последняя ознакомлена под роспись ДД.ММ.ГГГГ.
Приказом работодателя № от ДД.ММ.ГГГГ за нарушение ФИО должностной инструкции (пунктов 2.4, 2.6.), выразившееся в необеспечении ответственным исполнителем выполнения условий Договора по передаче офисных помещений под охрану по акту приема-передачи, к ней применено дисциплинарное взыскание в виде замечания. С приказом истец ознакомлена под роспись ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно пунктам 2.4, 2.6 указанной выше должностной инструкции по занимаемой истцом должности, на работника возложены обязанности по подготовке проектов договоров на привлечение на конкурсной основе частных охранных предприятий для защиты (охраны) объектов Общества, осуществлению контроля за полнотой и качеством оказываемых услуг привлеченными для защиты (охраны) объектов Общества ЧОП и обеспечение выполнения обязательств по договорам со стороны Общества.
В соответствии с пунктом 14.2 регламента договорной работы ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск», исполнитель (структурное подразделение Общества, которое в силу своей профильной деятельности осуществляет планирование и инициирует заключение Договоров в рамках реализации поставленных перед ним задач и функций) или иное структурное подразделение, назначенное исполнителем за контроль и обеспечение исполнения договора, обязаны обеспечить наличие всех документов, оформление которых предусмотрено условиями договора.
Непосредственно за подготовку, согласование и исполнение договора в структурном подразделении работодателя отвечает работник исполнителя - ответственный исполнитель (пункт 2.26 регламента), который обладает полной оперативной информацией о ходе согласования и исполнения договора, несет персональную ответственность за контроль исполнения договорных обязательств контрагентом и Обществом.
В рамках требований пунктов 5.1.2.1 этого же регламента ответственный исполнитель обязан контролировать получение и подписание направленных обществом в адрес контрагентов договоров, а также получение обществом подписанных контрагентами договоров.
Согласно договору № от ДД.ММ.ГГГГ на оказание услуг по охране офисных помещений <данные изъяты>» (исполнитель) обязалось оказать ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» (заказчик) услуги по охране офисных помещений в порядке и на условиях, предусмотренных данным договором. Пунктом 1.4 договора предусмотрена обязанность заказчика передать офисные помещения под охрану по акту приема-передачи объектов (по форме приложения № 2 к Договору). При этом период оказания услуг определен сторонами с 01 января 2026 года по 31 декабря 2026 года.
20 января 2026 года работодателем выявлен факт отсутствия подписанного в соответствии с условиями договора № от ДД.ММ.ГГГГ акта приема-передачи объектов под охрану. По данному факту у Куц (Рябовой) А.К. ДД.ММ.ГГГГ начальником отдела обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты истребовано объяснение по факту ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей.
Предоставляя 23 января 2026 года объяснения по указанному выше требованию истец указала, что акт приема-передачи не подписывался, т.к. объекты под охрану фактически не передавались, переданы контрагенту в рамках ранее действовавшего аналогичного договора. Кроме того, указала, что с 24 декабря 2025 года по 30 декабря 2025 года (последний рабочий день в 2025 году) она находилась на листке нетрудоспособности, период с 31 декабря 2025 года по 11 января 2026 года являлись нерабочими днями и ей не известно подписывался ли акт приема-передачи объектов под охрану.
Указанные пояснения признаны работодателем не соответствующими фактическим обстоятельствам заключения договора на оказание услуг по охране офисных помещений, при которых действие предыдущего договора на оказание услуг по охране завершено ДД.ММ.ГГГГ, а принятие офисных помещений под охрану на новый период оказания услуг с 01 января 2026 года по 31 декабря 2026 года должно быть оформлено актом по форме приложения № 2 к договору № от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, доводы о нахождении на листке нетрудоспособности не приняты работодателем во внимание, поскольку данные обстоятельства не лишали истца возможности уточнить данную информацию у начальника отдела и, как ответственного исполнителя по договору обеспечить получение подписанного <данные изъяты>» акта приема- передачи объектов под охрану, в период с 12 января 2026 года по 20 января 2026 года, до того момента, когда отсутствие акта было обнаружено начальником отдела.
Проверяя порядок и основания привлечения работника к дисциплинарному взысканию в виде замечания, согласно оспариваемого приказа № ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к следующему.
Согласна материалам, представленным ответчиком, требование от ДД.ММ.ГГГГ о даче истцом объяснения по факту отсутствия подписанного в соответствии с условиями договора № от ДД.ММ.ГГГГ акта приема-передачи объектов под охрану подписано начальником отдела обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты ФИО со ссылкой на положения статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой право затребовать от работника письменное объяснение до применения дисциплинарного взыскания имеет только работодатель. Вместе с тем, требование не содержит указание на то, что лицо, его подписавшее действует от имени работодателя и по его поручению. При таких основаниях, суд приходит к выводу о том, что письменные объяснения у истца работодателем затребованы не были, что является самостоятельным основанием для вывода о неправомерности привлечения работника к дисциплинарному взысканию согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, суд полагает, что обстоятельства, при которых возникли основания для привлечения истца к дисциплинарному взысканию неправомерно не были учтены работодателем, также не была оценена тяжесть проступка, отсутствие виновного поведения работника, а также отсутствие последствий выявленных нарушений.
Учитывая, что объект недвижимого имущества по договору № от ДД.ММ.ГГГГ должен быть передан под охрану по акту приема-передачи, при этом срок оказания услуг определен договором с ДД.ММ.ГГГГ, а до начала срока действия указанного договора истец находилась на листке нетрудоспособности, что не оспаривала сторона ответчика, то в отсутствие исполнителя по договору со стороны ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» непосредственный руководитель истца до начала срока действия договора обязан был проконтролировать соблюдение сроков и порядка предоставления соответствующих документов, позволяющих исполнить договор с их стороны. Соответственно, виновного поведения Куц А.К. по данному проступку не имеется. Кроме того, как пояснила представитель ответчика в судебном заседании, со стороны исполнителя по указанному договору, объект был принят под охрану при отсутствии подписанного акта, то есть какие-либо последствия для работодателя не наступили. Из вышесказанного также следует вывод, что тяжесть проступка не была надлежащим образом оценена работодателем.
Также суд находит не доказанным со стороны работодателя факт самого проступка совершенного Куц А.К., за который она привлечена к дисциплинарному взысканию в виде замечания согласно приказа №/д от ДД.ММ.ГГГГ, в силу следующего.
В подтверждение доводов законности привлечения работника к дисциплинарному взысканию по оспариваемому приказу, ответчиком представлены регламент договорной работы в ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск», приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о его утверждении, а также лист ознакомления работников, в том числе истца с указанными документами.
В судебном заседании представитель ответчика пояснила, что указанные документы предоставлялись истцу для ознакомления в электронном виде и подписаны ею также посредствам электронного документооборота.
Кроме того, представлен лист согласования к договору по оказанию услуг по охране офисных помещений с <данные изъяты>», куратором которого является Рябова (Куц) А.К.
Оценивая представленные ответчиком доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит их недостоверными и не подтверждающими доводы работодателя, поскольку личная подпись истца на листах ознакомления и согласования отсутствует, а указание на то, что истец ознакомлена в электронном виде с данными документами не подтверждено, а в листе согласования указана фамилия истца «Куц», тогда как на дату ознакомления «ДД.ММ.ГГГГ» ее фамилия была «Рябова», что также ставит под сомнение действительность факта ее ознакомления с регламентом договорной работы в ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск», приказом № от ДД.ММ.ГГГГ о его утверждении. Более того, лист согласования к договору с <данные изъяты>» без указания идентификационных признаков договора (его даты, номера) не позволяет достоверно определить закрепление за истцом кураторства именно по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, а также он не содержит подписи последней о ее ознакомлении с договором и назначении куратором. Приведенные в листе согласования стоимость услуг и сроки оказания услуг не соответствуют условиям договора № от ДД.ММ.ГГГГ, представленного в материалы дела ответчиком.
Приказом № ДД.ММ.ГГГГ за ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей (пунктов 2.18, 2.20 должностной инструкции), выразившееся в ненадлежащем исполнении поручения от ДД.ММ.ГГГГ, предоставлении замечаний и предложений по обращению ООО «Газпром проектирования» не соответствующих разъяснениям ПАО «Газпром» в части учета статуса объектов, в проектировании которых участвуют ООО «Газпром проектирование» и <данные изъяты>», неправильном применении Положения о порядке допуска и организации безопасного производства работ подрядными организациями на эксплуатируемых обществом объектах (утверждено Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №) и Инструкции о пропускном и внутриобъектовом режимах в филиале (утверждена приказом от ДД.ММ.ГГГГ №) к строящимся объектам Южно-Киринского месторождения, к Куц А.К. применено дисциплинарное взыскание в виде замечания.
Согласно пункту 2.18 должностной инструкции ведущий специалист качественно и своевременно исполняет решения, приказы и распоряжения общества, инструкции и другие локальные нормативные акты, относящиеся к обязанностям по занимаемой должности.
В соответствии с пунктом 1.4.7 Положения об отделе обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты от ДД.ММ.ГГГГ № Отдел руководствуется приказами, распоряжениями, указаниями, нормативными документами и стандартами ПАО «Газпром», ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск».
Пунктом 4.11 этого же Положения установлено, что к функциям отдела, в том числе, относится участие в рассмотрении и согласовании проектов заданий на проектирование, проектной документации на строительство объектов общества, в том числе объектов ПАО «Газпром», планируемых к передаче обществу в эксплуатацию, подготовка предложений по учету в заданиях на проектирование и в проектной документации требований локальных нормативных актов ПАО «Газпром».
Пунктом 2.20 должностной инструкции на ведущего специалиста отдела обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты может быть возложено исполнение других обязанностей на основании приказа или распоряжения (письменного или устного) начальника отдела.
Из материалов дела следует, что 27 февраля 2026 года и.о. начальника отдела обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты ФИО поручил Куц А.К. подготовить замечания и предложения для ответа на письмо ООО «Газпром проектирование» Саратовский филиал. 05 марта 2026 года Куц А.К. направила результаты проделанной работы согласно поручению. Отчет не был принят и направлен Куц А.К. на доработку с указанием на необходимость закрытия поручения от 27 февраля 2026 года с надлежащим отражением отчета в СЭД «Директум» или служебной запиской.
ДД.ММ.ГГГГ Куц А.К. отразила отчет в СЭД «Директум», в котором указано следующее: «проведение работ на объектах общества предполагают ограничения, связанные с необходимостью исполнения требований положения о порядке допуска и организации безопасного производства работ подрядными организациями на эксплуатируемых обществом объектах (утверждено приказом от ДД.ММ.ГГГГ №) и инструкции о пропускном и внутриобъектовом режимах в Филиале (утвержденной приказом от ДД.ММ.ГГГГ №), в связи с чем представляется возможным рассмотрение их отнесения в качестве факторов, влияющих на условия производства работ. Более подробно изложено в письме, направленном в рабочем порядке на имя и.о. начальника отдела обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты...»
Выполненная истцом работа не была принята непосредственным руководителем, поскольку при составлении сметной документации на производство работ ООО «Газпром проектирование» Саратовский филиал должен руководствоваться разъяснениями и указаниями ПАО «Газпром», изложенными в письме от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которым применение коэффициента на режимность считается возможным только в случае производства работ на территории уже действующего (принятого в эксплуатацию) объекта ПАО «Газпром» с уже установленным пропускным и внутриобъектовым режимах. В письме указаны объекты в рамках проекта «Обустройство Южно-Киринского месторождения», не сданные в эксплуатацию, не зарегистрированные, расположенные вне охраняемой территории. В связи с этим применение коэффициентов на режимность при составлении сметной документации на производство работ необоснованно, поскольку не представляется возможным рассмотрение отнесения отсутствующей внутриобъектовой и пропускной системы в качестве факторов, влияющих на условия производства работ. Отчет Куц А.К. не учитывал вышеупомянутые указания ПАО «Газпром», не соответствовал обстоятельствам, изложенным в письме при выполнении строительства объектов ПАО «Газпром», чем допущено необоснованное завышение сметы строительства объектов ПАО «Газпром» через применение коэффициентов на режимность, которые составляют 15% от стоимости проектных работ.
ДД.ММ.ГГГГ начальником Управления корпоративной защиты ФИО у Куц А.К. были истребованы объяснения по факту ненадлежащего исполнения функциональных обязанностей, которые она предоставила ДД.ММ.ГГГГ.
Учитывая, что требование о даче объяснений подписано неуполномоченным лицом, со ссылкой на положения статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, то данное обстоятельство, как указано выше, свидетельствует о нарушении порядка привлечения работника к дисциплинарному взысканию и является основанием для признания приказа № ДД.ММ.ГГГГ незаконным. Кроме того, фактические обстоятельства дела, явившиеся основаниями привлечения истца к дисциплинарному взысканию, не образуют состава дисциплинарного проступка, поскольку Куц А.К. было поручено подготовить замечания и предложения для ответа на письмо ООО «Газпром проектирование» Саратовский филиал, которые сами по себе не порождают правовых последствий и не создают для работодателя каких-либо обязательств к исполнению, а отсутствие у работодателя установленных критериев оценки качества подготовленных работником предложений, требований к подготовке предложений, исключает наличие в действиях работника вины во вменяемом дисциплинарном проступке. Более того, тяжесть совершенного проступка при отсутствии последствий для работодателя не была учтена при наложении на истца дисциплинарного взыскания оспариваемым приказом.
Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №/д за нарушение пункта 3.1.10 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, пунктов 2.18, 2.20 должностной инструкции, выразившееся в невыполнение распоряжения о направлении в командировку, к Куц А.К. применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.
В соответствии с пунктом 3.1.10 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ работник в период действия трудового договора обязан по распоряжению работодателя выезжать в командировку.
Пунктом 2.12 должностной инструкции установлена обязанность ведущего специалиста отдела обеспечения защиты имущества Управления корпоративной защиты по подготовке предложений по актуализации паспортов безопасности категорированных объектов, планов обеспечения охраны и защиты объектов.
Распоряжением от ДД.ММ.ГГГГ № Куц А.К. направлена в командировку в филиал Общества - Киринское газодобывающее управление для проведения осмотров новых объектов БТК Киринского ГКМ, вводимых в эксплуатацию в 2026 году, с подготовкой отчета о степени их готовности к передаче под охрану с предложениями по актуализации действующей системы охраны и актуализации паспорта безопасности УКПГ после введения их в эксплуатацию.
С распоряжением о направлении в командировку Куц А.К. ознакомлена под роспись 25 февраля 2026 года. В тот же день Куц А.К. направила генеральному директору общества обращение об отсутствии возможности убыть в командировку по мотиву наличия на иждивении малолетнего ребенка, воспитываемого без супруга.
Поскольку 02 марта 2026 года истец не убыла в командировку, 03 марта 2026 года начальником Управления корпоративной защиты ФИО у Куц А.К. истребовано объяснение.
Давая пояснения 05 марта 2026 года истец указала, что воспитывает малолетнего ребенка (6 лет) одна, т.к. отец ребенка с ними не проживает и участия в воспитании не принимает. Решением <данные изъяты> место жительство ее сына определено с матерью. Иные родственники, проживающие в городе Южно-Сахалинск, которые могут помочь в уходе за ребенком в период нахождения ее в командировке, отсутствуют. Кроме того, имеются причины, по которым ее супруг (не являющийся отцом ребенка) не может обеспечить заботу о ребенке. Изложенные обстоятельства явились причиной её неубытия в командировку.
Оценивая объяснения истца по данному факту и принимая решение о привлечении ее к дисциплинарному взысканию согласно оспариваемого приказа от ДД.ММ.ГГГГ № работодателем не были приняты приведенные обстоятельства в качестве уважительных, поскольку информация о том, что Куц А.К. является матерью, воспитывающей ребенка без супруга, не соответствуют действительности (в декабре 2025 года она уведомила работодателя о вступлении в брак, в феврале 2026 года представила сведения об изменении фамилии). Доказательства наличия объективных причин, препятствующих отцу ребенка или супругу работника, принимать участие в уходе за ребенком, Куц А.К. на запрос работодателя не были представлены. При ознакомлении с распоряжением от ДД.ММ.ГГГГ № Куц А.К не выразила несогласия с направлением в командировку.
Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. В свою очередь вина характеризуется умыслом либо неосторожностью.
В данном деле в качестве юридически значимого обстоятельства является установление причины (уважительной либо неуважительной) невыезда в командировку.
Уведомляя работодателя об отказе от направления в командировку как на дату ознакомления с распоряжением от ДД.ММ.ГГГГ №, так и давая объяснения по требованию от 03 марта 2026 года, а также обращаясь с иском в суд об оспаривании примененного дисциплинарного взыскания на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №, истец последовательно указывала на невозможность выезда в командировку по объективной причине, связанной с семейным положением, с наличием у нее на иждивении малолетнего ребенка, которого она воспитывает одна без супруга и невозможность оставления его без присмотра.
Указанные истцом обстоятельства подтверждаются имеющимися в деле доказательствами, актами о регистрации истцом брака, о рождении у нее сына 25 декабря 2019 года, о расторжении брака с отцом ребенка, вступлении в новый брак с Куц Д.М. 12 декабря 2025 года.
Оценивая приведенные истцом причины невозможности убытия в командировку, в связи с конкретной жизненной ситуацией, суд находит уважительными, поскольку они обусловлены необходимостью исполнения родительских обязанностей, заботой о малолетнем ребенке и объективно не позволяли истцу выехать в командировку на продолжительный срок.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации как социальном государстве обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов, пожилых граждан, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7); материнство и детство, семья находятся под защитой государства (часть 1 статьи 38).
Правовое регулирование трудовых и непосредственно связанных с ними отношений с участием женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних осуществляется в целях создания благоприятных и безопасных условий труда и обеспечения равенства возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод указанными работниками с учетом их общественно значимых особенностей (в частности, выполнения функций материнства и воспитания детей, наличия членов семьи, нуждающихся в уходе, несовершеннолетия) (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 года № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних»).
Разрешая требования в части признания оспариваемого приказа от 01 апреля 2026 года № 015/д незаконным, суд приходит к выводу о том, действия истца, отказавшейся от убытия в командировку, с учетом действующего правового регулирования, не могут быть признаны виновным и противоправным неисполнением трудовых обязанностей, и не давали работодателю оснований для их квалификации в качестве дисциплинарных проступков, влекущих наступление дисциплинарной ответственности работника, поскольку отказ от направления в командировку обусловлен уважительными причинами, вызванными невозможностью оставления без присмотра малолетнего ребенка, которого истец воспитывает без отца.
Суд полагает, что в ситуации невозможности оставления без присмотра малолетнего ребенка, работником, воспитывающим его без супруга, привлечение работника к дисциплинарной ответственности за отказ от направления в командировку не отвечает принципам разумности и соразмерности. При выборе меры дисциплинарного взыскания работодателем не учтена позиция работника, ссылающегося на наличие объективных причин, препятствующих исполнению трудовых обязанностей, при недоказанности каких-либо негативных последствий для работодателя, не принято во внимание предшествующее поведение работника, заблаговременно известившего работодателя о невозможности исполнить распоряжение от ДД.ММ.ГГГГ № о направлении в командировку.
То обстоятельство, что Куц А.К. на дату направления ее в командировку состояла в зарегистрированном браке с Куц Д.М., не являющегося отцом мальчика, не опровергает доводов истца о том, что она одна воспитывает ребенка, поскольку в судебном заседании пояснила, что супруг, по их взаимному соглашению, не занимается вопросами присмотра, воспитания ее малолетнего сына.
При таких основаниях, суд приходит к выводу о правомерности и исковых требований о признании незаконным приказа от ДД.ММ.ГГГГ №
Более того, как уже указано выше требование о предоставлении объяснений по факту ненадлежащего исполнения должностных обязанностей подписанное неуполномоченным лицом, свидетельствует о нарушении порядка привлечения работника к дисциплинарному взысканию.
Кроме того, суд считает необходимым отметить, что неоднократное привлечение работника к дисциплинарной ответственности в течение короткого промежутка времени по формальным признакам состава дисциплинарного проступка свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны работодателя и указывают на дискриминационный характер действий по отношению к истцу.
Поскольку по приведенным выше основаниям суд пришел к выводу о незаконности приказов о привлечении Куц А.К. к дисциплинарным взысканиям № ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, то ее требования в данной части подлежат удовлетворению.
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как указано в абзаце 2 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац 4 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 № 2).
Поскольку при рассмотрении дела судом установлены неправомерные действия ответчика, грубо нарушившие трудовые права истца, требование о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.
Определяя размер компенсации, суд исходит из конкретных обстоятельств настоящего дела, учитывает объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины работодателя, также учитывает требования разумности и справедливости. Совокупность названных факторов позволяет сделать вывод, что разумным и справедливым размером компенсации морального вреда в данном случае является сумма 60 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере не имеется.
На основании вышеизложенного, исковое заявление Куц А.К. подлежит удовлетворению частично.
Поскольку истец при подаче искового заявления была освобождена от уплаты государственной пошлины, то государственная пошлина в сумме 12 000 рублей (по 3 000 рублей за 4 требования неимущественного характера) подлежит взысканию с ответчика в бюджет городского округа «город Южно-Сахалинск», поскольку последний от ее уплаты не освобожден.
На основании изложенного, руководствуясь положениями статьи 194- 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд решил:
исковое заявление Куц А.К. (паспорт <данные изъяты>) к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» (№) о признании приказов о применении дисциплинарных взыскания незаконными, взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.
Признать приказы № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении Куц А.К. к дисциплинарным взысканиям, незаконными.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» в пользу Куц А.К. компенсацию морального вреда в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей.
Во взыскании компенсации морального вреда в большем размере, отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» в бюджет городского округа «город Южно-Сахалинск» государственную пошлину в сумме 12 000 (двенадцать тысяч) рублей.
Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.
Председательствующий судья Ю.А. Абрамова