РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
<адрес> 23 сентября 2026 г.
Сургутский городской суд Ханты - <адрес> –Югры, <адрес> в составе:
председательствующего судьи Хуруджи В.Н., при секретаре Петровой А.Д., с участием прокурора ФИО7, истца Ивашко З.А., представителя истца ФИО8, представителя ответчика ФИО9, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Сургутского городского суда гражданское дело № по иску Ивашко З. А. к федеральному государственному бюджетному учреждению «Управление договорных подразделений Федеральной противопожарной службы государственной противопожарной службы №» МЧС России о взыскании единовременного пособия в связи со смертью работника федеральной противопожарной службы и судебных расходов, установил:
Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании единовременного пособия в связи со смертью работника федеральной противопожарной службы и судебных расходов.
Свои требования мотивируют тем, что истец является вдовой погибшего ФИО2, который на момент смерти проходил службу в должности командира отделения 108 ПСЧ отряда ФПС ГПС Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №». ДД.ММ.ГГГГ супруг истца скончался на рабочем месте при исполнении служебных обязанностей. На основании статьи 9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №69-ФЗ «О пожарной безопасности» в случае гибели работника федеральной противопожарной службы, наступившей при исполнении служебных обязанностей, членам его семьи выплачивается единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей. В связи со смертью супруга истца обратилась к ответчику с заявлением о выплате указанного пособия, однако ей было отказано, поскольку смерть наступила от заболевания, не связанного с несчастным случаем на производстве и случай не был признан страховым. Вместе с тем, исходя из материалов проверки, проведенной государственным органами, установлено, что смерть наступила на рабочем месте в момент исполнения им служебных обязанностей; условия труда на рабочем месте были отнесены к опасному классу; работодателем был установлен ненормированный график работы (при установленном 36-часовой рабочей неделе и графике «сутки через трое» была документально зафиксирована сверхурочная работа в августе 2024 года в объеме 29,6 часов, а с начала 2024 года – 71,6 часов). Важнейшим обстоятельством, свидетельствующим о систематическом нарушении режима труда и отдыха, является факт незаконного привлечения ее супруга к работе в выходные дни. Согласно приказу отряда от ДД.ММ.ГГГГ умерший был привлечён к работе на 8 дежурных суток в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, однако данный приказ не мог быть добровольно подписан супругом истца, поскольку ДД.ММ.ГГГГ он возвращался из отпуска и прибыл к месту жительства только вечером, на рабочее время в этот день не выходил. Кроме того, имеются серьезные основания полагать, что подпись от его имени на указанном приказе является поддельной, поскольку не соответствует его почерку. Комиссией установлено, что работа умершего была сопряжена с постоянным стрессом и физическими нагрузками, что является признанным фактором, способствующим развитию сердечно-сосудистых заболеваний. Несмотря на это, комиссия сделала вывод, что несчастный случай не связан с производством, поскольку непосредственной причиной смерти явилось заболевание – атеросклеротическая болезнь сердце, осложнившая острой коронарной недостаточностью. 15 сентябрь 2025 г. истец повторно направила ответчику заявление о выплате пособия, однако получила отказ. Истец полагает, что работодатель, привлекая умершего к работе в режиме «сутки через трое», вышел за рамки исключительных случаев, допускаемых трудовым законодательством для привлечения к работе в выходные дни и грубо нарушил базовые принципы охраны труда, закрепленные статьями 2, 21, 22 ТК РФ и федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №426-ФЗ «О специальной оценке условий труда.». Даже при наличии формального письменного согласия работодатель, как субъект, осуществляющий организацию труда и несущий всю полноту ответственности за безопасные условия труда, сознательно принял на себя риск наступления негативных последствий для жизни и здоровья умершего, возникший в результате длительной непрерывной работы в опасных условиях труда без предоставления положенного отдыха.
Истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу единовременное пособие в связи со смертью работника федеральной противопожарной службы в размере 3 000 000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 90 000 рублей.
Истец и представитель истца в судебном заседании настаивали на удовлетворении исковых требований, ходатайствовали о назначении судебной экспертизы.
Представитель ответчика Управления договорных подразделений Федеральной противопожарной службы государственной противопожарной службы № ФГБУ в судебном заседании возражал относительно удовлетворения исковых требований, представил в суд возражение на исковое заявление, согласно которого по смыслу статьи 9 федерального закона № членам семьи сотрудников и работников Государственной противопожарной службы (далее по тексту – ГПС), подлежащих обязательному государственному личному страхованию, в случае их гибели (смерти), выплачивается единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей с последующим взысканием этой суммы с виновных лиц. Таким образом, в контексте рассматриваемой правовой нормы, возникновение права на получение выплаты неразрывно связано с наличием виновных действий (бездействий) должностных лиц, реализующих от имени работодателя мероприятия по обеспечению выполнения требований законодательства, направленных на недопущение гибели (смерти) сотрудников при исполнении ими служебных обязанностей либо смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) либо заболевания, полученных ими при исполнении служебных обязанностей. Как было установлено комиссией отряда ФПС ГПС – Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» по премиальным и социальным выплатам, уполномоченной решать вопрос об осуществлении рассматриваемой выплаты, смерть ФИО2 наступила вследствие естественных физиологических причин и не имела под собой предпосылок в виде как профессиональной деятельности, так и тяжести или напряжённости трудового процесса. Указанный довод подтверждается рядом имеющих юридическое значение для рассматриваемого спора документов, а именно: справка о смерти, акт формы №, заключение периодического медицинского осмотра и, как следствие – заключение комиссии работодателя. Так, согласно Акту о расследовании несчастного случая со смертельным исходом, проведенного в период 09 по ДД.ММ.ГГГГ, причина несчастного случая определена как «прочие причины, квалифицированные по результатам расследования несчастного случая, в том числе: внезапное ухудшение состояния здоровья пострадавшего», а также четко квалифицировано происшествие как несчастный случай, не связанный с производством, не подлежащий оформлению актом по форме № и не подлежащий учету по месту работы ФИО2 Анализ справки о смерти, акта судебно-медицинского исследования трупа, акта формы № и заключения периодического медицинского осмотра позволяет сделать вывод о том, что ФИО2, несмотря на установленные ему трудовым договором по результатам СОУТ опасные условия труда, по состоянию своего здоровья был пригоден для исполнения обязанностей по занимаемой должности, а наступившая смерть была вызвана причинами, не связанными с его трудовой деятельностью (производством). Основанием для допуска ФИО2 к выполнению обязанностей по занимаемой должности, в соответствии с приказом Министерства труда и социальной защиты РФ и Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н/1420н «Об утверждении перечня вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные медицинские осмотры при поступлении на работу и периодические медицинские осмотры», является отсутствие медицинских противопоказаний, что подтверждается заключением периодического медицинского осмотра, датированного ДД.ММ.ГГГГ. Периодичность прохождения медицинских осмотров, при этом, согласно приказу Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных частью четвертой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации, перечня медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работам, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры» составляет 1 раз в год. Соответственно, ФИО2, будучи признанным согласно выданному медицинской организацией заключению, не имеющим медицинских противопоказаний к работе в условиях воздействия вредного и (или) опасного производственного фактора, был допущен к работе с соблюдением всех требований трудового законодательства. Как следует из справки о смерти от ДД.ММ.ГГГГ № С-07210, смерть ФИО2 наступила в результате фибрилляции желудочков, бронхита катарального хронического и атеросклероза аорты. Кроме того, согласно представленному акту судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – Акт исследования) смерть ФИО2 наступила от заболевания – атеросклеротической болезни сердца, осложнившейся острой коронарной недостаточностью, с соответствующими установленными заболеваниями и патологическим состояниями, не находящимися в причинно-следственной связи со смертью, а именно: атеросклероз аорты, гипертоническая болезнь, хронические гепатит и крупноочаговая жировая дистрофия печени. Согласно Акту исследования также установлен прием препаратов ФИО2 при жизни в связи с диагностированной у него гипертонической болезнью. Таким образом, сформировавшиеся при жизни ФИО2 заболевания были приобретены им до приема на работу в ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» и, соответственно, не могут вступать во взаимосвязь с его профессиональной деятельностью. Смерть, произошедшая в результате фибрилляции желудочков, бронхита катарального хронического и атеросклероза аорты, соответственно, является следствием развивавшихся при жизни патологических состояний, вызывавших, кроме того, необходимость приема на постоянной основе лекарственных препаратов, назначаемых при хронической сердечной недостаточности (бисопролол), а также в целях снижения риска ассоциированной сердечно-сосудистой заболеваемости и смертности у пациентов с артериальной гипертензией и гипертрофией левого желудочка, проявляющееся снижением совокупно частоты сердечно-сосудистой смертности, частоты инсульта и инфаркта миокарда (лозартан). Из вышеизложенного следует, что ФИО2 было известно об имевшихся у него заболеваниях, а также что он принимал или должен был принимать препараты, направленные на стабилизацию выраженности диагностированных у него заболеваний. В то же время, обращаясь к ранее озвученным доводам, Ответчик, являясь работодателем и выполняя требования трудового законодательства, предусмотренные статьей 220 Трудового кодекса, осуществлял направление ФИО2 на обязательные периодические медицинские осмотры с целью определения его пригодности по состоянию здоровья для выполнения обязанностей по занимаемой должности и, по предоставляемым заключениям по результатам таких осмотров медицинскими организациями признавался годным, в связи с чем, продолжал трудовую деятельность в занимаемой должности. В дополнение к обоснованию своей позиции просят обратить внимание на то, что из содержания имеющихся у работодателя заключений медицинского осмотра следует, что ФИО2 систематически, при прохождении обязательных периодических медицинских осмотров признавался годным по состоянию здоровья к исполнению обязанностей по занимаемой должности. Таким образом, смерть ФИО2, наступившая вследствие установленных по результатам проведенного судебно-медицинского исследования трупа, наступила вследствие естественных причин, повлиять на которые работодатель не мог. Истец, кроме того, в обоснование своих исковых требований, заявляет о том, что работодатель при любых обстоятельствах, в рамках рассматриваемого события смерти, должен был нести всю полноту ответственности за безопасные условия, в том числе – путем принятия на себя риска наступления негативных последствий для жизни и здоровья, возникших, как утверждает Истец, в результате длительной непрерывной работы в опасных условиях труда без предоставления положенного отдыха. Также Истец неоднократно заявляет о поддельности подписи ФИО2, имеющейся в локальных правовых актах работодателя о его привлечении к работе в выходной день. Кроме того, подтверждением согласия ФИО2 на привлечение к работе в выходной день в порядке, предусмотренном статьей 113 ТК РФ, является его непосредственный выход на работу в указанные в приказах о привлечении к работе в выходной день даты, а также наличие соответствующих записей в книге службы подразделения, табеле учета рабочего времени. Видится объективно недопустимым предположение, что ФИО2 мог выходить на работу в соответствии с приказом о привлечении к работе в выходной день, будучи изначально несогласным с таким привлечением. В противном случае, вставал бы вопрос о принуждении к труду, что является нарушением одного из основополагающих принципов трудового законодательства о запрете принудительного труда, в то время как отряд ФПС ГПС – Сургутский филиал ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» осуществляет свою деятельность с соблюдением всех требований законодательства и за последние годы не имел установленных случаев нарушения требований, в частности, законодательства о труде и связанных с ним отношений. Положение об установленном ФИО2 режиме работы отражено в его трудовом договоре. При этом, режим работы ФИО2 не являлся ненормированным, как утверждает Истец в своем исковом заявлении. Имевшиеся по состоянию на дату смерти ФИО2 часы переработки с начала года, о которых говорит в своем исковом заявлении Истец, являются количеством часов сверхурочной работы, то есть работы – выполняемой работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, а в случае с установленным для категории должностей, которую занимал ФИО2 (командир отделения) суммированным учетом рабочего времени – сверх нормального числа рабочих часов за учетный период (квартал). Таким образом, работодателем был полностью соблюден порядок привлечения к сверхурочной работе, в том числе – о соблюдении нормативного количества часов в год – 120. Сверхурочная работа, при этом, возникала в результате выхода за пределы установленной нормы часов за учетный период ФИО2 ввиду невозможности перерыва в несении службы в течение дежурных суток, на которых он находился и в которое было достигнуто установленное для соответствующего учетного периода количества часов. Не соответствует действительности и заявление Истца о длительной непрерывной работе в опасных условиях труда без предоставления положенного отдыха. Так, согласно результатам проведенной специальной оценки условий труда на рабочей месте ФИО2, условия труда на рабочем месте командира отделения отдельного поста 108 пожарной части отнесены к опасным. Исходя из данных проведенной СОУТ, 4 класс по данной должности присвоен не в связи с воздействием на работника в ходе трудового процесса вредных производственных факторов, идентифицируемых в ходе ее проведения, а в связи с риском возможной случайной смерти при ведении действий по тушению пожаров, даже применение СИЗ на котором не может в достаточной мере исключить или снизить риск наступления смерти в результате выполнения обязанностей по тушению пожара. Таким образом, непосредственная деятельность в опасных условиях ФИО2 происходит исключительно в периоды нахождения его на месте ведения боевых действий по тушению пожара, но не в расположении части при выполнении задач караульной службы, возложенных на личный состав. Смерть ФИО2 наступила в ночное время. В этот промежуток времени, находясь на рабочем месте, ФИО2, после проведения в соответствии с нарядом на службу установленной местным пожарно-спасательным гарнизоном проверки радиосвязи, убыл для отдыха в специально предназначенное для этого помещение. Согласно приложению № к действовавшему в 2024 году приказу МЧС России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Устава подразделений пожарной охраны» промежуток времени с 22:00 до 06:00 является временем, отведенным для отдыха личного состава, с соответствующим обеспечением несения караульной службы, охраной помещений и территории подразделения пожарной охраны (в том числе – посредством запирания ворот и дверей подразделения), то есть – с возможностью сна в указанное время. В течение дежурных суток ФИО2 не обращался к кому-либо из личного состава, в том числе – руководящего, с жалобами на самочувствие или ухудшение состояния здоровья. Необходимо учесть тот факт, что сообщать об ухудшении самочувствия также является обязанностью работника отряда ФПС ГПС – Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №», что вызвано необходимостью иметь возможность принять оперативные меры по недопущению снижению уровня боеготовности подразделения (в том числе – путем подмены работника, состояние которого ухудшилось) и подтверждения угрозе жизни личного состава дежурной смены, с которым, в случае возникновения необходимости ведения боевых действий по тушению пожара, личный состав дежурной смены может оказаться в условиях непригодной для дыхания среды, нахождение в которой допустимо только в составе звена газодымозащитников. Кроме того, по данным статистики о пожарах, в период с 1 января по ДД.ММ.ГГГГ личный состав отдельного поста 108 пожарной части к тушению пожаров, проведению аварийно-спасательных работ, ликвидации чрезвычайных ситуаций не привлекался. За весь вышеуказанный период поступал один вызов – ДД.ММ.ГГГГ, который впоследствии оказался ложным. Таким образом, сделать вывод о том, что ФИО2 испытывал чрезмерные физические, моральные или любые иные нагрузки, как об этом утверждает Истец, не представляет возможным, ввиду того, что не соответствует действительности. Учитывая все вышеизложенное, зная и понимая специфику функционирования вверенных отряду ФПС ГПС – Сургутскому филиалу ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» подразделений, комиссией и был, в том числе, сделан вывод об отсутствии причинно-следственной связи между характером и особенностями воздействующих факторов трудового процесса на ФИО2 и его смертью, в результате чего было принято решение об отсутствии оснований для осуществления выплаты в целях возмещения вреда, предусмотренной 69-ФЗ и Приказом МЧС России №, ввиду отсутствия причиненного вреда в рамках реализации возлагаемых на работодателя обязанностей. Таким образом, Ответчик категорически не соглашается с предъявляемыми исковыми требованиями, доводами, приведенными в качестве его обоснования и считает исковое заявление не подлежащим удовлетворению в полном объеме ввиду отсутствия необходимой совокупности условий для осуществления выплаты (вина, наличие причинной связи между наступлением вреда и действиями (бездействиями) работодателя), в том числе – вины в действиях работодателя как при организации трудового процесса ФИО2, так и при вынесении решения об отказе в осуществлении выплаты, предусмотренной ФЗ-69 и Приказом МЧС России №, а также отсутствия правовых оснований в заявленных Истцом требований. Просит отказать в удовлетворении исковых требований. Не возражал относительно назначения судебной экспертизы.
Представитель третьего лица Главное управление Министерства РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по ХМАО-Югре в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представил отзыв на исковое заявление, согласно которого умерший обязан был проходить периодические медицинские осмотры, в связи с тем, что должность, в которой он осуществлял трудовую деятельность, предполагала наличие вредных условий труда. Вместе с тем, считают необходимым отметить, что при осуществлении своих прав разумно и добросовестно, при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от умершего по отношению к своему здоровью, являясь дееспособным, в силу его обычных знаний, в том числе правовых, и жизненного опыта, он не мог не осознавать и не принимать во внимание, состояние своего физического здоровья, степень своей пригодности к осуществлению трудовой деятельности, а также риски и обязанности, которым он себя подвергает и принимает на себя, осуществляя трудовую деятельность в противопожарной службе. Вышеизложенное так же снимает ответственность с умершего за принятое решение об осуществлении трудовой деятельности, с учетом вредных условий труда, которые могут повлечь негативные последствия относительно состояния его здоровья, уже имеющихся заболеваний. Из представленных документов, умерший был пригоден для исполнения своих трудовых обязанностей. Согласно выводам комиссии по расследованию несчастного случая, несчастный случай произошедший квалифицирован, как несвязанный с производством, исходя из чего, следует вывод об отсутствии причинно-следственной связи между действиями работодателя и наступившей смертью. Просят отказать в удовлетворении исковых требований.
Третьи лица ФИО3 и ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, отзыва не представили.
Дело рассмотрено в отсутствие третьих лиц, надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.
Выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, заключение прокурора <адрес>, полагающего исковые требования не подлежащими удовлетворению, суд полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
Суд установил, что ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ осуществлял трудовую деятельность в должности командира отделения отдельного поста 108 пожарной части федерального казенного учреждения «11 отряд федеральной противопожарной службы по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре» на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, находясь на дежурных сутках на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № л/с «О привлечении к работе в выходной день работников 108 пожарно-спасательной части и отдельного поста 108 пожарно-спасательной части отряда ФПС ГПС – Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №», был обнаружен без признаков жизни. Прибывшие на место происшествия медицинские работники констатировали смерти ФИО2.
Согласно акта судебно-медицинского исследования трупа № выполненного казенным учреждением «Бюро судебно-медицинской экспертизы» следует, что ФИО2 скончался из-за атеросклеротической болезни сердца, осложнившейся острой коронарной недостаточностью.
Ивашко З. А. и умерший ФИО2 находились в браке, что подтверждается свидетельством о заключении брака IV-ИВ №.
Приказом отряда федеральной противопожарной службы государственной противопожарной службы – Сургутский филиал федерального государственного бюджетного учреждения «Управление договорных подразделений федеральной противопожарной службы государственной противопожарной службы №» №к от ДД.ММ.ГГГГ действия трудового договора с ФИО2 прекращены на основании пункта 6 части первой статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации.
Согласно акта расследования несчастного случая смерть ФИО2 наступила в результате заболевания сердечно-сосудистой системы, не связана с производством, в связи, с чем не подлежит учету и регистрации в отделе.
Супруга умершего работника подала заявление в управление договорных подразделений федеральной противопожарной службы государственной противопожарной службы № на получение единовременной выплаты, предусмотренной федеральным законом "О пожарной безопасности", однако ответом от ДД.ММ.ГГГГ после повторного проведения расследования несчастного случая было отказано в связи с отсутствием оснований для выплаты.
В соответствии с абзацем восьмым статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" (далее - Федеральный закон "О пожарной безопасности") под пожарной охраной понимается совокупность созданных в установленном порядке органов управления, подразделений и организаций, предназначенных для организации профилактики пожаров, их тушения и проведения возложенных на них аварийно-спасательных работ.
Согласно части 1 статьи 8 Федерального закона "О пожарной безопасности" сотрудники, военнослужащие и работники федеральной противопожарной службы и члены их семей находятся под защитой государства. Гарантии социальной защиты сотрудников федеральной противопожарной службы (денежное довольствие, страховые гарантии и выплаты в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, право на жилищное обеспечение, право на медицинское обслуживание, гарантии в связи с прохождением службы в федеральной противопожарной службе и иные гарантии) устанавливаются настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона "О пожарной безопасности" сотрудники и работники Государственной противопожарной службы подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств соответствующих бюджетов. Основания, условия, порядок обязательного государственного личного страхования указанных сотрудников, военнослужащих и работников устанавливаются федеральными законами, законодательными актами субъектов Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В силу части 2 статьи 9 Федерального закона "О пожарной безопасности" в случае гибели (смерти) сотрудников и работников федеральной противопожарной службы, наступившей при исполнении ими служебных обязанностей, либо их смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) либо заболевания, полученных ими при исполнении служебных обязанностей до истечения одного года со дня увольнения из Государственной противопожарной службы, выплачивается единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей в равных долях членам семей погибших (умерших) с последующим взысканием этой суммы с виновных лиц.
Членами семьи, имеющими право на получение единовременного пособия за погибшего (умершего) сотрудника, военнослужащего и работника, считаются: супруга (супруг), состоящая (состоящий) на день гибели (смерти) в зарегистрированном браке с сотрудником, военнослужащим, работником федеральной противопожарной службы; родители сотрудника, военнослужащего, работника (часть 3 статьи 9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 69-ФЗ "О пожарной безопасности".
Приказом МЧС России от ДД.ММ.ГГГГ N 280 утверждены Правила осуществления выплат в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, сотрудникам и работникам федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы или членам их семей (далее - Правила).
В силу пункта 1, настоящие Правила разработаны в соответствии с Федеральными законами от ДД.ММ.ГГГГ N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", от ДД.ММ.ГГГГ N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и от ДД.ММ.ГГГГ N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и определяют порядок осуществления выплат сотрудникам и работникам федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы, проходящим службу (работающим) в центральном аппарате Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (далее - МЧС России), территориальных органах - органах, специально уполномоченных решать задачи гражданской обороны и задачи по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, по субъектам Российской Федерации, а также учреждениях и организациях, находящиеся в ведении МЧС России, или членам их семей в целях возмещения вреда, причиненного при: а) исполнении должностных обязанностей, установленных в соответствии с нормативными правовыми актами МЧС России, в течение установленного распорядком дня служебного времени или если это вызвано служебной необходимостью; б) выполнении приказов и распоряжений руководителя органа, учреждения; в) участии в сборах, учениях, соревнованиях и других служебно-оперативных мероприятиях, проводимых в соответствии с планами, утвержденными руководителем органа, учреждения; г) следовании к месту службы (командировки) и обратно, нахождении в служебной командировке; е) организации и осуществлении тушения пожаров, и проведении аварийно-спасательных работ.
В соответствии с пунктом 5 Правил, членам семьи работника в равных долях выплачивается единовременное пособие в случае гибели (смерти) работника, наступившей при исполнении им служебных обязанностей (далее - единовременное пособие в случае гибели (смерти) работника).
Согласно пункту 6 Правил рассмотрение вопроса выплат и принятие решений о производстве (об отказе в производстве) выплат, указанных в пунктах 2 - 5 настоящих Правил, осуществляется: комиссией МЧС России по социальной защите личного состава, созданной в центральном аппарате МЧС России; комиссиями по социальным выплатам, созданными в территориальных органах МЧС России; комиссиями по социальным выплатам, созданными в организациях и учреждениях МЧС России центрального подчинения (далее при совместном упоминании - комиссия).
В силу пункта 9 Правил по решению Министра Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (далее - Министр), первого заместителя Министра, статс-секретаря - заместителя Министра, заместителя Министра, руководителя структурного подразделения центрального аппарата МЧС России, территориального органа МЧС России, организации и учреждения МЧС России центрального подчинения не позднее 10 дней со дня подачи письменного заявления гражданина (бывшего сотрудника или работника ФПС ГПС, а также членов его семьи, далее - заинтересованные лица) в порядке, установленном приказом МЧС России от ДД.ММ.ГГГГ N 550 "Об утверждении Порядка проведения служебной проверки в системе Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий", назначается служебная проверка обстоятельств случившегося и их причинно-следственной связи с выполнением служебных обязанностей.
В соответствии с пунктом 15 Правил решение об отказе в производстве соответствующей выплаты принимается комиссией, в том числе, если служебной проверкой либо органами дознания, предварительного следствия или судом установлено, что гибель (смерть), увечье или иное повреждение здоровья (заболевание) сотрудника и работника, гражданина Российской Федерации наступили при обстоятельствах, не установленных пунктом 1 настоящих Правил; при обстоятельствах, не подтверждающих причинно-следственную связь случившегося с выполнением служебных обязанностей сотрудником (работником) в ФПС ГПС.
Юридически значимым для разрешения настоящего спора является выяснение обстоятельств, подтверждающих или опровергающих наличие причинно-следственной связи случившегося с выполнением служебных обязанностей работника.
Поскольку в данном споре для установления истины по делу нужны специальные, узкие познания в области медицины, для чего посчитал необходимым назначить по делу судебную экспертизу.
Согласно заключения № выполненного казенным учреждением <адрес> – Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» следует, что причиной смерти ФИО2 явилось заболевание сердечно-сосудистой системы – атеросклеротическая болезнь сердца, осложнившая острой коронарной недостаточностью. На момент наступления смерти имелись установленная много лет назад язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки и гипертоническая болезнь сердца второй стадии с недостигнутым целевыми показателя артериального давления и очень высоким сердечно-сосудистым риском, гиперхолестеринемия, гепатит неуточненный. При жизни диагноз атеросклеротической болезни сердца, ишемической болезни сердца не устанавливался в связи со стертой клинической картиной заболевания. Наступление летального исхода обусловлено заболеванием сердца (атеросклеротическая болезнь сердца), которое имеет большое многообразие факторов риска его развития.
Профессиональное заболевание – это хроническое или острое заболевание работника, возникшее в результате длительного или однократного воздействия вредных производственных факторов в процессе трудовой деятельности, повлекшего временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть. Атеросклеротическая болезнь сердца (ишемическая болезнь сердца) не входит в перечень профессиональных заболеваний, утвержденных Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н. Развитие данного заболевания обусловлено преимущественно эндогенными (внутренними) факторами, такими как нарушения липидного обмена, артериальная гипертензия, возраст, генетическая предрасположенность, а также образом жизни пациента.
С учетом изложенного, комиссия экспертов прямой причинно-следственной связи между профессиональной деятельность и возникновением данного заболевания, его течения и наступлением смерти не находит.
Условия профессиональной деятельности могли выступать в роли неспецифических факторов риска, которые при уже имеющемся атеросклеротическом поражении сосудом теоритически способны спровоцировать декомпенсацию состояния и развитие обострения, при этом не являются этиологическим фактором атеросклеротической болезни сердца и наступления смерти от острой коронарной недостаточности. Характер службы в должности командира отделения соответствует установленным нормам для данной профессии и не является нарушением условий труда работника. Профессиональные факторы могли внести незначительный вклад в прогрессирование заболевания, но их вклад не является определяющим и не может быть выделен для исхода в количественном или решающем выражении.
По смыслу положений статьи 86 ГПК РФ заключение экспертизы является одним из доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных знаний и научными методами исследования, однако данное доказательство оценивается судом наравне с другими представленными доказательствами.
Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
Оснований не доверять названному заключению у суда не имелось, поскольку судебная экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим достаточный опыт экспертной работы, обладающим специальным знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные судом вопросы, эксперт был предупрежден о предусмотренной законом ответственности за дачу заведомо ложного заключения, доказательств заинтересованности эксперта в исходе дела суду не представлено.
В судебном заседании лица, участвующие в деле, не оспаривали результаты судебной экспертизы, на назначении дополнительной или повторной экспертизы не настаивали.
Истец указывает, что важнейшим обстоятельством, свидетельствующем о систематическом нарушении режима труда и отдыха является факт незаконного привлечения супруга истца к работе в выходные дни.
Представитель ответчика обращает внимание, что ФИО2 находился в отпуске и приступил к работе накануне смерти, в связи с чем имевшие место ранее переработки не могли сказаться на его здоровье.
Периодический медицинский осмотр командир отделения прошел ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается медицинским заключением по результатам предварительного (периодического) медицинского осмотра (обследования), согласно которого на момент осмотра медицинский противопоказаний к работе не имел.
Условиями трудового договора командира отделения отдельного поста 108 пожарной части установлена нормальная продолжительность рабочего времени – 36-часовая рабочая неделя, посменный режим работы – сутки через трое, в соответствии с утвержденным графиком сменности.
С утверждённым графиком сменности командир отделения отдельного поста 108 пожарной части ФИО2 ознакомлен под подпись.
За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ командир отделения с личного согласия и в соответствии с приказом отряда ФПС ГПС - Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» от ДД.ММ.ГГГГ № был привлечен к работе в выходной день на двое дежурных суток.
За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ командир отделения с личного согласия и в соответствии с приказом отряда ФПС ГПС - Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» от ДД.ММ.ГГГГ № л/с был привлечен к работе в выходной день на четыре дежурных суток.
За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ командир отделения с личного согласия и в соответствии с приказом отряда ФПС ГПС - Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» от ДД.ММ.ГГГГ № л/с был привлечен к работе в выходной день на четыре дежурных суток.
За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ командир отделения с личного согласия и в соответствии с приказом отряда ФПС ГПС - Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» от ДД.ММ.ГГГГ № л/с был привлечен к работе в выходной день на четыре дежурных суток.
За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ командир отделения с личного согласия и в соответствии с приказом отряда ФПС ГПС - Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» от ДД.ММ.ГГГГ № л/с был привлечен к работе в выходной день на восемь дежурных суток.
За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ командир отделения с личного согласия и в соответствии с приказом отряда ФПС ГПС - Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» от ДД.ММ.ГГГГ № л/с был привлечен к работе в выходной день на дежурные сутки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Сверхурочная работа в августе составила 29,6 часов, с начала 2024 года – 71,6 часов.
За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ личный состав отдельного поста 108 пожарной части отряда ФПС ГПС – Сургутского филиала ФГБУ «Управление ДП ФПС ГПС №» к тушению пожаров, проведению аварийно-спасательных работ, ликвидации чрезвычайных ситуаций не привлекался. За весь вышеуказанный период поступал один вызов ДД.ММ.ГГГГ, который впоследствии оказался ложным.
Работодателем разработаны и утверждены графики отпусков на 2024 год. Ежегодный оплачиваемый отпуск в 2024 году был использован в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в количестве 45 календарных дней, а также с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы в количестве 7 календарных дней (отпуск за свой счет на время, необходимое для проезда к месту использования отпуска и обратно). Всего в 2024 году было использовано 54 календарных дня (45 календарных дней ежегодного оплачиваемого отпуска + 7 календарных дней отпуска за свой счет).
Таким образом, смерть ФИО2 хотя и наступила в служебное время, однако он не имел противопоказаний к работе с вредными и/или опасными производственными факторами, в ходе проведения периодического медицинского осмотра заболеваний, препятствующих продолжению работы в качестве сотрудника пожарной охраны, установлено не было, равно как и не установлены обстоятельства неправомерного привлечения работника к исполнению обязанностей, не обусловленных должностной инструкцией.
В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Доказательств того, что заболевание сердца у погибшего возникло в связи с исполнением им служебных обязанностей и повлекло его гибель, что данное заболевание связано с получением умершим какой-либо травмы или непосредственно с исполнением им служебных обязанностей, суду не представлено.
Таким образом, установив, что ФИО2 являлся работником федеральной противопожарной службы, его смерть наступила при обстоятельствах, не подтверждающих причинно-следственную связь случившегося(смерти на рабочем месте) с выполнением работником служебных обязанностей, суд приходит к выводу об отсутствии у истца права на получение единовременной выплаты, предусмотренной частью 2 статьи 9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 69-ФЗ "О пожарной безопасности",
Поскольку в удовлетворении исковых требований о взыскании единовременного пособия в связи со смертью работника федеральной противопожарной службы отказано, то суд не находит оснований для удовлетворения производного требования о взыскании судебных расходов в размере 90 000 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 98 – 101, 194-199 ГПК РФ, суд решил:
В удовлетворении исковых требований Ивашко З. А. к федеральному государственному бюджетному учреждению «Управление договорных подразделений Федеральной противопожарной службы государственной противопожарной службы №» МЧС России и Федеральному казенному учреждению «11 отряд федеральной противопожарной службы по ХМАО-Югре (договорной)» о взыскании единовременного пособия в связи со смертью работника федеральной противопожарной службы в размере 3000000 рублей и судебных расходов в размере 90000 рублей – полностью отказать.
Настоящее решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-мансийского автономного округа - Югры через Сургутский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Председательствующий судья В.Н. Хуруджи
Копия верна: В.Н.Хуруджи