РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 сентября 2026 г. г. Магадан
Магаданский городской суд Магаданской области в составе председательствующего судьи Носыревой О.А.
при секретаре Цыдыповой М.Б., с участием административного ответчика Ломовой Е.С., рассмотрев 18 сентября 2026 г. в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда административное дело по административному исковому заявлению Босхаева Дорджи Борисовича к Государственной инспекции труда в Магаданской области, главному государственному инспектору труда Государственной инспекции труда в Магаданской области Ломовой Екатерине Сергеевне о признании незаконным заключения государственного инспектора Государственной инспекции труда в Магаданской области Ломовой Екатерине Сергеевне от 17 июля 2026 г. № 49/7- 258-26-ОБ/12-631-И/79-45, возложении обязанности устранить допущенные нарушения,
УСТАНОВИЛ:
Босхаев Д.Б. обратился в Магаданский городской суд с административным иском к Государственной инспекции труда в Магаданской области о признании незаконным решения, оформленного письмом от 17 июля 2026 г. № 49/7-258-26-ОБ/12-631-И/79-45.
В обоснование заявленных требований указал, что 11 ноября 2025 г. заключил трудовой договор с администрацией муниципального округа, на основании которого был назначен на должность руководителя управления земельных и имущественных отношений. Приказом работодателя от 19 января 2026 г. направлен в служебную командировку для проведения годовой инвентаризации муниципального поголовья оленей на период с 20 по 25 января 2026 г. Впоследствии срок командировки продлен по 30 января 2026 г.
По утверждению административного истца, 22 января 2026 г. примерно в 15 часов 30 минут при выходе из кунга вездехода он поскользнулся на обледеневшей металлической ступени и упал на твердое покрытие автозимника, в результате чего получил травмы левого локтевого и плечевого суставов. Незамедлительно обратиться за медицинской помощью не имел возможности ввиду неоднократных поломок вездехода, удаленности места происшествия, отсутствия транспортной доступности и необходимости выполнения служебного задания.
После возвращения из командировки в связи с усилением боли 5 февраля 2026 г. обратился в медицинскую организацию. С 6 февраля 2026 г. ему был оформлен листок нетрудоспособности. По результатам последующих осмотров врачами-травматологами-ортопедами диагностирован разрыв вращательной манжеты левого плеча, рекомендовано оперативное лечение.
2 апреля 2026 г. административный истец обратился в территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации за назначением страхового обеспечения. Письмом от 29 апреля 2026 г. ему отказано в назначении выплат в связи с отсутствием акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1. При этом сообщено, что 13 апреля 2026 г. от работодателя поступило уведомление о легком несчастном случае на производстве без указания даты и времени происшествия, однако по состоянию на 28 апреля 2026 г. материалы расследования представлены не были. Административному истцу рекомендовано обратиться в государственную инспекцию труда.
7 мая 2026 г. административный истец обратился в Государственную инспекцию труда в Магаданской области с заявлением о проведении расследования в порядке статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации.
27 мая 2026 г. при ознакомлении с актом расследования несчастного случая по форме № 5, составленным комиссией работодателя 27 апреля 2026 г., административный истец, по его утверждению, выявил нарушения порядка расследования и несоответствие содержащихся в акте сведений фактическим обстоятельствам. Указал, что опрошены не все члены комиссии и очевидцы, неверно отражены место происшествия, дата медицинского осмотра и характер травмы, а вывод о неосторожности пострадавшего сделан без достаточных оснований. О выявленных нарушениях сообщил в Государственную инспекцию труда в Магаданской области.
По результатам дополнительного расследования административному истцу направлено оспариваемое решение, полученное им по электронной почте 17 июля 2026 г.
Считая данное решение незаконным, административный истец ссылался на неполноту расследования и нарушение его права на личное участие в нем. Указал, что работодатель надлежащим образом не проинформировал его о возможности такого участия, а в материалах расследования отсутствуют характеристика рабочего места, выписки из журналов регистрации инструктажей и иные документы, предусмотренные нормативными требованиями к расследованию несчастных случаев на производстве.
По мнению административного истца, государственный инспектор труда не дал надлежащей оценки условиям, в которых произошла травма, в том числе обледенению ступеней вездехода и низкой температуре воздуха. Полагал, что указанные обстоятельства препятствовали предотвращению падения и свидетельствовали об отсутствии с его стороны грубой неосторожности.
Также указал, что отказ в квалификации несчастного случая как связанного с производством обусловлен поздним обращением за медицинской помощью. Считал такой подход неправомерным, поскольку статья 227 Трудового кодекса Российской Федерации не ставит квалификацию несчастного случая в зависимость от времени первичного обращения к врачу либо наступления временной нетрудоспособности.
В подтверждение получения травмы при выполнении служебного задания ссылался на свои письменные заявления и обращения, медицинские документы, содержащие сведения о дате и обстоятельствах травмы, а также объяснения участников командировки. В частности, указал, что один из свидетелей сообщил об обстоятельствах спуска административного истца из вездехода, наличии снега на металлической лестнице и площадке, падении и повреждении руки, а также использовании мази в период командировки. Другой свидетель подтвердил, что во время командировки административный истец жаловался на боль в руке.
Кроме того, административный истец полагал, что при выявлении нарушений, допущенных работодателем при расследовании несчастного случая, государственный инспектор труда должен был выдать обязательное для исполнения предписание об их устранении и составлении акта по форме Н-1. Указал, что непринятие таких мер нарушает его права и препятствует получению страхового обеспечения.
Ссылаясь на изложенные обстоятельства, с учетом принятого судом изменения исковых требований, просил признать незаконным заключение государственного инспектора Государственной инспекции труда в Магаданской области Ломовой Е.С. от 17 июля 2026 г. № 49/7- 258-26-ОБ/12-631-И/79-45 об отказе в квалификации несчастного случая, произошедшего 22 января 2026г., как связанного с производством, возложить на Государственную инспекцию труда в Магаданской области обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов административного истца путем повторного рассмотрения материалов расследования несчастного случая и приятии нового мотивированного решения в соответствии с требованиями статей 229.2 и 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации, возложении обязанности на Государственную инспекцию труда в Магаданской области выдать Администрации Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области обязательное для исполнения предписание об устранении нарушений, допущенных при расследовании несчастного случая, и оформлении акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1.
В письменных уточнениях дополнительно сослался на нарушение срока расследования несчастного случая. Указал, что государственный инспектор труда не дал оценки этому нарушению и не запросил метеорологические сведения на дату происшествия. Также отметил противоречие между указанием в заключении на неустановление лиц, ответственных за нарушения, и сообщением в письме от 17 июля 2026 г. о рассмотрении вопроса о привлечении работодателя к административной ответственности.
Полагал, что предусмотренные частью 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации обстоятельства, позволяющие квалифицировать несчастный случай как не связанный с производством, отсутствуют. Отсутствие очевидцев и вывод о неосторожности пострадавшего, по его мнению, к таким обстоятельствам не относятся. Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2, утверждал, что неустранимые сомнения при квалификации несчастного случая должны толковаться в пользу работника.
Возражая против доводов административного ответчика, указал, что отсутствие очевидцев падения само по себе не опровергает изложенные им обстоятельства получения травмы. Предположение о наличии травмы до 22 января 2026 г., основанное на использовании мази в начале поездки, считал недоказанным. Сослался на статью 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, указав, что административный ответчик не представил доказательств получения травмы до названной даты.
Оспаривая ссылку административного ответчика на статью 90.1 Федерального закона от 31 июля 2020 г. № 248-ФЗ, полагал, что общие положения о выдаче предписаний не исключают применения специальных норм Трудового кодекса Российской Федерации. Указал, что направление работодателю информационного письма не заменяет обязательного для исполнения предписания и, по его мнению, не обеспечивает приведения акта расследования в соответствие с заключением инспектора в порядке пункта 20.9 Положения, утвержденного приказом Минтруда России от 20 апреля 2022 г. № 223н.
Сообщил, что копию оспариваемого заключения получил через суд только 27 августа 2026 г., вследствие чего ранее не имел возможности ознакомиться с мотивами принятого решения. Считал срок обращения в суд соблюденным, а в случае признания его пропущенным просил восстановить срок с учетом даты получения заключения.
Определением судьи от 5 августа 2026 г. к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены Администрация Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области, Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Магаданской области.
Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 26 августа 2026 г., к участию в деле в качестве административного ответчика привлечен главный государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в Магаданской области Ломова Е.С.
В письменных возражениях представитель административного ответчика Государственной инспекции труда в Магаданской области, административный ответчик Ломова Е.С. просили отказать в удовлетворении административного иска в полном объеме, считая оспариваемое решение законным и обоснованным.
Указано, что в период с 3 июня по 17 июля 2026 г. государственным инспектором труда проведено дополнительное расследование несчастного случая. Исследованы объяснения административного истца, должностных лиц работодателя и участников командировки, медицинские документы, сведения о временной нетрудоспособности, документы об условиях труда и иные материалы. Выявленные нарушения первоначального расследования отражены в заключении инспектора. В частности, установлено отсутствие документов о состоянии рабочего места, опасных и вредных производственных факторах, проведении инструктажей и проверке знаний требований охраны труда, а также неточности в определении места, вида и причин происшествия. О результатах дополнительного расследования административный истец уведомлен письмом от 17 июля 2026 г.
Возражая против довода о достаточности причинной связи между повреждением здоровья и исполнением трудовых обязанностей, административные ответчики сослались на необходимость установления совокупности обстоятельств, предусмотренных статьями 227, 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ и разъяснениями пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2. Полагали, что правовое значение имеют не только обстоятельства получения травмы, но и ее последствия, включая необходимость перевода на другую работу, временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности. В связи с этим при расследовании оценивались сроки и обстоятельства наступления нетрудоспособности административного истца.
По утверждению административных ответчиков, очевидцы падения не установлены. Один из участников командировки видел резкий спуск административного истца из кунга вездехода, однако самого падения или поскальзывания не наблюдал. Другой участник подтвердил лишь жалобы на боль в руке. При этом жалобы на боль и использование мази имели место до описанного свидетелем резкого спуска, что, по мнению административного ответчика, не исключает наличия травмы до 22 января 2026 г. Объяснения участников командировки также не содержат сведений о невозможности дальнейшего исполнения административным истцом трудовых обязанностей после предполагаемого происшествия.
Административными ответчиками обращено внимание на то, что после завершения командировки 30 января 2026 г. административный истец с 2 по 4 февраля 2026 г. исполнял должностные обязанности и, согласно объяснениям опрошенных лиц, внешних признаков травмы руки не проявлял. За медицинской помощью обратился 5 февраля 2026 г., листок нетрудоспособности оформлен с 6 февраля 2026 г. Объективные препятствия для обращения за медицинской помощью после возвращения из командировки не установлены. При первичном обращении диагностирован ушиб левого плеча и локтя, от госпитализации административный истец отказался; последующие направления предусматривали консультации специалистов, в том числе в плановом порядке. По утверждению административного ответчика, диагноз разрыва вращательной манжеты левого плеча установлен 27 марта 2026 г., более чем через два месяца после предполагаемого происшествия. Указанные обстоятельства в совокупности с объяснениями участников командировки, по его мнению, не позволяли квалифицировать несчастный случай как связанный с производством.
Дополнительно указано, что части 6 и 7 статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат применению во взаимосвязи и, по его толкованию, предоставляют инспектору право обязать работодателя составить новый акт, но не предусматривают безусловной обязанности выдавать предписание при выявлении любых недостатков расследования. Дополнительно сослался на статью 90.1 Федерального закона от 31 июля 2020 г. № 248-ФЗ, связывающую выдачу предписания об устранении нарушений с проведением предусмотренных законом контрольных мероприятий, обязательного профилактического визита либо контрольных действий в рамках специального режима государственного контроля.
Поскольку вывод инспектора об отсутствии связи несчастного случая с производством совпал с выводом комиссии работодателя, административные ответчики считали, что основания для выдачи предписания о составлении акта по форме Н-1 и признания незаконным акта по форме № 5 отсутствовали. При этом указано, что в силу пункта 20.9 Положения, утвержденного приказом Минтруда России от 20 апреля 2022 г. № 223н, работодатель обязан привести акт расследования в точное соответствие с заключением государственного инспектора труда. О необходимости исполнения этой обязанности работодателю направлено информационное письмо от 17 июля 2026 г.
Заинтересованное лицо Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Магаданской области (далее также – Отделение, ОСФР России по Магаданской области) в письменном отзыве указало на отсутствие оснований для назначения административному истцу единовременной и ежемесячных страховых выплат.
В обоснование своей позиции сообщило, что 3 апреля 2026 г. получило обращение административного истца о назначении страховых выплат в связи с травмой, полученной, по его утверждению, 22 января 2026 г. при падении с техники во время служебной командировки. На дату обращения сведения об указанном несчастном случае от работодателя в Отделение не поступали.
6 апреля 2026 г. Отделение направило работодателю запрос о предоставлении документов расследования. 13 апреля 2026 г. получено извещение о легком несчастном случае на производстве без указания даты и времени происшествия. В связи с непредставлением материалов расследования 20 апреля 2026 г. направлен повторный запрос. Документы поступили 8 мая 2026 г. Согласно представленному акту комиссия работодателя признала несчастный случай не связанным с производством.
ОСФР по Магаданской области также сообщило, что 3 июня 2026 г. получило запрос Государственной инспекции труда в Магаданской области о направлении своего представителя для участия в дополнительном расследовании. По результатам расследования государственный инспектор труда также пришел к выводу об отсутствии связи несчастного случая с производством. С учетом указанных выводов Отделение полагало, что основания для осуществления страховых выплат административному истцу отсутствуют.
В судебном заседании административный ответчик главный государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в Магаданской области Ломова Е.С. против удовлетворения требований возражала, подержала письменные возражения.
Административный истец, представитель административного ответчика Государственной инспекции труда в Магаданской области, представители заинтересованных лиц Администрации Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области, Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Магаданской области в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.
До судебного заседания от административного истца поступило ходатайство о рассмотрении административного дела в его отсутствие в связи с нахождением на лечении.
Суд, руководствуясь положениями части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), определил рассмотреть заявление в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Заслушав пояснения административного ответчика, исследовав письменные доказательства, представленные в материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
В соответствии с ч. 1 ст. 62, п. 1 и 2 ч. 9 и ч. 11 ст. 226 КАС РФ на административного истца возлагается обязанность по доказыванию только тех обстоятельств, которые свидетельствуют о том, что его права, свободы и законные интересы нарушены оспариваемым действием (решением) и он действительно нуждается в судебной защите и вправе на нее рассчитывать.
В свою очередь, законность оспариваемых действий (решений) доказывается административным ответчиком - должностным лицом (органом), который их принял (пункты 3 и 4 части 9 и часть 11 статьи 226 КАС РФ).
В силу статьи 352 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. К основным способам защиты трудовых прав и свобод отнесен государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права.
В соответствии с положениями статьи 353 Трудового кодекса Российской Федерации федеральный государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, осуществляется федеральной инспекцией труда.
Предметом федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, является соблюдение работодателями требований трудового законодательства, включая законодательство о специальной оценке условий труда, иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, обязательств перед работниками по соглашению в части обязанностей работодателя, установленных частями первой, третьей и четвертой Трудового кодекса Российской Федерации.
Статьей 356 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что в соответствии с возложенными на нее задачами федеральная инспекция труда реализует следующие основные полномочия: осуществляет федеральный государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права; ведет прием и рассматривает заявления, письма, жалобы и иные обращения граждан о нарушениях их трудовых прав, принимает меры по устранению выявленных нарушений и восстановлению нарушенных прав; организует и проводит мероприятия, направленные на профилактику нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, в соответствии с ежегодно утверждаемой ею программой профилактики таких нарушений; принимает меры по принудительному исполнению обязанности работодателя по выплате начисленных, но не выплаченных в установленный срок работнику заработной платы и (или) других выплат, осуществляемых в рамках трудовых отношений.
Аналогичное положение содержится в Постановлении Правительства Российской Федерации от 21 июля 2021 г. № 1230 «Об утверждении Положения о федеральном государственном контроле (надзоре) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права».
Как установлено судом и следует из материалов дела, 11 ноября 2025 г. между администрацией Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области и административным истцом заключен трудовой договор № 16 о замещении должности руководителя управления земельных и имущественных отношений. Назначение оформлено распоряжением врио Главы Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области от 11 ноября 2025 г. № 464-к. Работнику установлен испытательный срок продолжительностью три месяца и нормальная продолжительность рабочего времени – 40 часов в неделю.
Согласно правилам внутреннего трудового распорядка, утвержденным распоряжением от 11 февраля 2016 г. № 36-ра, для работников с нормальной продолжительностью рабочего времени предусмотрена пятидневная рабочая неделя с выходными днями в субботу и воскресенье, продолжительность рабочего дня для мужчин – восемь часов, начало работы – в 9 часов, окончание – в 18 часов 30 минут.
Постановлением администрации Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области от 25 ноября 2025 г. № 429-па создана комиссия для проведения годовой инвентаризации муниципального поголовья оленей в бригадах № 1, 2, 5, 7 муниципального унитарного сельскохозяйственного предприятия «Ирбычан» (далее – МУСХП «Ирбычан»). Председателем комиссии назначен Босхаев Д.Б., заместителем председателя комиссии –консультант отдела экономики управления финансов и экономики ФИО4, секретарем – главный специалист по работе с жилищным фондом ФИО5 В состав комиссии также включены руководитель МУСХП «Ирбычан» ФИО6, водитель вездехода ФИО7, руководитель крестьянского фермерского хозяйства ФИО8, заместитель министра сельского хозяйства Магаданской области по согласованию и представитель общественности Маршалакина М.Г. (т. 1 л.д. 218-220).
На основании приказа от 19 января 2026 г. № 21-к административный истец направлен в служебную командировку в оленеводческие бригады № 1 и № 5 МУСХП «Ирбычан» на период с 20 по 25 января 2026 г. В связи с необходимостью продолжения инвентаризации распоряжениями администрации Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области от 26 января 2026 г. № 34-к и от 29 января 2026 г. № 48-к командировка Басхаеву Д.Б. продлена по 30 января 2026 г. включительно.
Согласно акту о расследовании легкого несчастного случая, утвержденного 27 апреля 2026 г. должностными лицами Администрации Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области (т.2 л.д. 35-39), 20 января 2026 г. административный истец совместно с участниками поездки выехал из поселка Эвенск на вездеходе «Хищник» под управлением водителя ФИО15, транспорт для доставки комиссии предоставлен руководителем МУСХП «Ирбычан» ФИО6
Как следует из объяснений административного истца от 23 июня 2026 г., (т. 1 л.д. 170) после завершения инвентаризации при возвращении по автозимнику Кубака-Эвенск, до месторождения «Сопка Кварцевая», вездеход неоднократно выходил из строя. 22 января 2026 г. примерно в 15 часов 30 минут при выходе из кунга вездехода он поскользнулся на обледеневших металлических ступенях и упал на твердое покрытие автозимника, повредив левый локтевой и плечевой суставы. Административный истец связывал происшествие с обледенением ступеней и экстремально низкой температурой воздуха. Утверждал, что находившийся рядом ФИО22 видел падение, тогда как остальные участники поездки устраняли неисправность колеса. По его словам, ФИО6 предоставила ему обезболивающие препараты. Незамедлительно обратиться за медицинской помощью он не мог ввиду удаленности места происшествия, неисправности вездехода и невозможности покинуть маршрут до окончания ремонта. Продолжая выполнять служебное задание и применяя обезболивающие препараты и мази, предполагал наличие ушиба либо растяжения и рассчитывал на самостоятельное улучшение состояния.
Вместе с тем, согласно объяснениям ФИО15 и ФИО6 (т. 1 л.д. 177-178, 187), административный истец при выполнении работы на боль или травму руки не жаловался.
После завершения командировки административный истец вернулся к исполнению должностных обязанностей. Согласно табелям учета рабочего времени, с 20 по 30 января 2026 г. административный истец находился в командировке, со 2 по 5 февраля 2026 г. административный истец работал, с 6 по 9 февраля 2026 г. административный истец находился на листке нетрудоспособности, 10 и 11 февраля 2026 г. административный истец работал, с 12 февраля 2026 г. находился на листке нетрудоспособности (т. 1 л.д.240-243).
Так, 5 февраля 2026 г. в связи с усилением боли административный истец обратился в филиал «Северо-Эвенская районная больница» ГБУЗ «Магаданская областная больница». В сигнальном листе врачу-хирургу от 5 февраля 2026 г. (т. 1 л.д. 174) отражен диагноз «ушиб левого плеча, локтя, смещение?», зафиксирован отказ от госпитализации и рекомендована консультация хирурга.
Согласно сведениям медицинского заключения филиала «Северо-Эвенская районная больница» ГБУЗ «Магаданская областная больница» о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести (т. 1 л.д. 235), 6 февраля 2026 г. в 9 часов 23 минуты административный истец обратился к участковому терапевту. Указан диагноз «поверхностная травма плечевого пояса и плеча, неуточненная», код S40.9 по МКБ-10; повреждение отнесено к категории легких.
9 февраля 2026 г. административному истцу выдано направление в Магаданскую областную больницу для консультаций невролога и травматолога-ортопеда с указанием диагноза S40.9 (т. 1 л.д. 224). Направлением от 11 февраля 2026 г. рекомендована консультация травматолога, форма оказания медицинской помощи определена как плановая (т. 1 л.д. 225).
Распоряжением администрации от 10 февраля 2026 г. № 78-к принято решение о прекращении действия трудового договора от 11 ноября 2025 г. № 16, увольнении административного истца с 14 февраля 2026 г. на основании пункта 1.4 трудового договора, предусматривающего испытательный срок, и ч. 1 ст. 71 Трудового кодекса Российской Федерации. В связи с открытием листка нетрудоспособности 12 февраля 2026 г. распоряжение об увольнении отменено (т. 1 л.д. 238-239).
В заключениях травматолога-ортопеда от 5, 12 марта 2026 г. административному истцу установлен диагноз «последствие травмы мышцы и сухожилия верхней конечности, Т92.5», назначено МРТ и оперативное лечение.
В заключении травматолога-ортопеда от 27 марта 2026 г. Босхаеву Д.Б. установлен диагноз: «разрыв вращательной манжеты левого плеча, Т92.5», одновременно указаны результаты МРТ «разрыв вращательной манжеты левого плеча и подвывих длинной головки бицепса». Назначено лечение – направление на оперативное лечение в ЦРС.
При этом во всех заключениях травматолога-ортопеда от 5, 12 и 27 марта 2026 г. указано, что 22 января 2026 г. административный истец упал с техники и ударился левым локтевым суставом (т. 1 л.д. 226-227).
В обращении в Государственную инспекцию труда в Магаданской области от 7 мая 2026 года административный истец сообщал, что уведомил руководство администрации Северо-Эвенского муниципального округа о несчастном случае в устной и письменной форме (т. 1 л.д. 170-173).
Администрацией Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области в пояснениях от 20 мая 2026 г. № 1752 указано, что заявление административного истца о расследовании несчастного случая не поступало, а 6 апреля 2026 г. получено письмо территориального органа Социального фонда России о предоставлении информации о происшествии (т. 1 л.д. 233-234).
Распоряжением администрации Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области от 23 апреля 2026 г. № 200-к создана комиссия по расследованию несчастного случая. Председателем комиссии назначен исполняющий обязанности главы муниципального округа ФИО11, членами комиссии назначены консультант по кадровым вопросам и противодействию коррупции, специалист по охране труда ФИО12 и начальник отдела правового обеспечения ФИО13 (т. 1 л.д. 236).
27 апреля 2026 г. комиссией получены пояснения у консультанта отдела экономики Управления финансов и экономики администрации Северо-Эвенского муниципального округа Магаданской области ФИО4 и водителя вездехода «Хищник» ФИО14
ФИО4 пояснил, что в период поездки не видел падения административного истца с техники, в том числе с вездехода «Хищник». При этом подтвердил, что административный истец жаловался на боль в руке, однако характер проблемы со здоровьем ему неизвестен (т. 1 л.д. 175-176).
ФИО15 пояснил, что не видел падения административного истца 22 января 2026 г. и в последующие дни, жалоб на травмирование и боль в руке в период поездки от него не слышал. Указал, что 23 января 2026 г. административный истец совместно с ФИО4 помогал монтировать колесо машины и при этом на боль или травму руки не жаловался (т. 1 л.д. 177-178).
Объяснения других участников командировки не были получены ввиду их нахождения в труднодоступной местности и отсутствия возможности связи с ними. Отсутствие объяснений административного истца комиссия обосновала его нахождением на лечении в Магадане, отсутствием на рабочем месте и тем, что на телефонные звонки он не отвечал и на связь не выходил (т. 1 л.д. 37).
В материалы первоначального расследования включены копии распоряжения о создании комиссии от 23 апреля 2026 г. № 200-к, извещения о легком несчастном случае на производстве от 8 апреля 2026 г., протоколов опросов ФИО4 и ФИО15, медицинское заключение о характере повреждений и степени их тяжести от 6 апреля 2026 г., копии распоряжения о назначении административного истца на должность от 11 ноября 2025 г. № 464-к, трудового договора № 16, СНИЛС, должностной инструкции и трудовой книжки ФИО2
По результатам расследования комиссией составлен акт от 27 апреля 2026 г. по форме № 5. В нем указано, что подтверждения падения административного истца с техники в период командировки не получено. Несчастный случай квалифицирован как не связанный с производством, не подлежащий оформлению актом по форме Н-1, учету и регистрации у работодателя. Характер повреждения определен как поверхностная травма плечевого пояса и плеча, неуточненная, легкой степени тяжести; вид происшествия – падение с транспортного средства; причина – неосторожность. Лица, допустившие нарушения требований охраны труда, не установлены. Акт и материалы расследования направлены административному истцу почтовым отправлением по адресу регистрации в городе Салехарде.
В связи с несогласием административного истца с выводами комиссии, на основании решения руководителя Государственной инспекции труда в Магаданской области от 3 июня 2026 г. № 49/7-258-26-ОБ/12-550-И/79-45, главным государственным инспектором труда Ломовой Е.С. проведено дополнительное расследование с участием главного специалиста-эксперта отдела страхования профессиональных рисков Отделения Социального фонда России по Магаданской области ФИО16 и главного правового инспектора труда Магаданского областного союза организаций профсоюзов ФИО17
Как следует из заключения государственного инспектора труда № 49/7-258-26-ОБ/12-631-И/79-45 от 17 июля 2026 г., при дополнительном расследовании исследованы материалы комиссии работодателя, обращения административного истца от 7 и 28 мая 2026 г., заявление и телефонограмма от 4 июня 2026 г., объяснения от 23 июня 2026 г., жалоба на действия и бездействие должностных лиц от 3 июля 2026 г.
В обращении от 28 мая 2026 г. административный истец оспаривал квалификацию несчастного случая и указывал, что работодатель опросил не всех участников командировки.
Поскольку в первоначальных материалах отсутствовали объяснения административного истца, а его обращения не содержали достаточных сведений об обстоятельствах происшествия, инспекция предложила ему явиться для дачи объяснений. В связи с неявкой административного истца, ему направлен список вопросов.
В письменных объяснениях административного истца от 23 июня 2026 г. изложены приведенные выше обстоятельства поездки, предполагаемого падения, оказания помощи и последующего обращения за медицинской помощью. В жалобе от 3 июля 2026 г. административный истец дополнительно выразил несогласие с указанием на поверхностную травму плечевого пояса и плеча, считая такое описание не соответствующим полученной травме локтевого и плечевого суставов левой руки.
В ходе дополнительного расследования получены письменные объяснения ФИО19 от 19 июня 2026 г., ФИО6 от 25 июня 2026 г. и ФИО18 от 29 июня 2026 г., а 7 июля 2026 г. проведен опрос ФИО10
Руководитель МУСХП «Ирбычан» ФИО6 пояснила, что узнала о травме административного истца по приезде в поселок, в КФХ «ФИО18». Его падения с вездехода не видела. По ее словам, ДД.ММ.ГГГГ административный истец внешних признаков травмы левой руки не проявлял и на боль не жаловался, а 23 января 2026 г. помогал водителю монтировать колесо машины.
Руководитель КФХ ФИО18 сообщил, что падения административного истца с вездехода не видел, внешних признаков травмы руки не наблюдал, о проблемах со здоровьем административный истец ему не сообщал.
ФИО6 и консультант по ведению реестра имущества отдела учета и отчетности управления земельных и имущественных отношений ФИО19 пояснили, что со 2 по 5 февраля 2026 г. видели административного истца на работе, внешних признаков травмы левой руки не замечали. Лично им о получении травмы во время командировки он не рассказывал.
Заместитель министра сельского хозяйства Магаданской области ФИО23 пояснил, что в ходе поездки, точную дату которой не помнит, приблизительно после 16 часов сквозь сон видел, как административный истец резко спустился из кунга вездехода. Металлическая лестница и площадка перед дверью обычно были запорошены снегом, поэтому участники поездки часто спрыгивали из кунга. Самого падения или поскальзывания административного истца во время либо после спуска он не видел.
ФИО24 также сообщил, что при следовании в оленеводческие бригады административный истец говорил о боли в плече и применял мазь, название которой свидетель не помнил. Во время совместного выезда в бригаду № 1 на вопрос о причинах использования мази административный истец ответил, что упал и повредил левую руку. Фактов оказания ему первой помощи в период с 20 по 30 января 2026 г., включая 22 января2026 г., ФИО25 не наблюдал. О приеме административным истцом лекарственных препаратов ему неизвестно, поскольку лично такого приема он не видел.
Кроме материалов первоначального расследования и объяснений указанных лиц, инспектором исследованы документы о трудовых отношениях и режиме работы административного истца, правила внутреннего трудового распорядка, постановление о создании инвентаризационной комиссии, документы о направлении в командировку и ее продлении, табель учета рабочего времени, распоряжения об увольнении и его отмене, пояснения администрации от 20 мая 2026 г., инструкция по охране труда для руководителей, консультантов и специалистов ИОТ-02-2020 и журнал регистрации инструктажа на рабочем месте. Инструкция утверждена распоряжением от 9 сентября 2020 г. № 94ра, указанная в заключении дата ее пересмотра – 5 сентября 2025 г.
Исследованы также сигнальный лист врачу-хирургу от 5 февраля 2026 г., направления на консультации специалистов от 9 и 11 февраля 2026 г., заключения травматолога-ортопеда от 5, 12 и 27 марта 2026 г. и медицинское заключение о характере повреждений и степени их тяжести.
В заключении отражено, что вводный инструктаж и инструктаж на рабочем месте административному истцу не проводились, стажировку, обучение по охране труда и проверку знаний требований охраны труда он не проходил. В представленном работодателем журнале отсутствовала подпись, подтверждающая проведение ему инструктажа. Специальная оценка условий труда и оценка профессиональных рисков не проводились, средства индивидуальной защиты не выдавались. Медицинский осмотр датирован 10 ноября 2025 г.; необходимость психиатрического освидетельствования и предсменного медицинского осмотра не требуется. Освидетельствование на состояние алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения не проводилось. Раздел об опасных и вредных производственных факторах не заполнен, в отношении оборудования, использование которого привело к травме, внесена запись «не использовалось».
По результатам проверки порядка первоначального расследования инспектор установил, что работодатель не проинформировал административного истца о возможности личного участия в расследовании; документы о согласии либо отказе от участия отсутствовали. Указанное расценено как нарушение права пострадавшего, предусмотренного статьями 216 и 229 Трудового кодекса Российской Федерации.
Кроме того, установлено несоблюдение требований инструкции по охране труда о допуске вновь назначенных работников к самостоятельной работе после вводного и первичного инструктажей и о регистрации инструктажей с подписями инструктируемого и инструктирующего лиц. Отмечено отсутствие в материалах первоначального расследования документов о состоянии рабочего места, опасных и вредных производственных факторах, выписок из журналов регистрации инструктажей и протоколов проверки знаний требований охраны труда.
В акте от 27 апреля 2026 г. инспектор выявил отсутствие сведений о проведении вводного инструктажа, инструктажа на рабочем месте и проверке знаний требований охраны труда, неправильное определение места происшествия, а также неверное изложение вида и причин несчастного случая.
Вместе с тем по результатам анализа объяснений участников поездки инспектор пришел к выводу, что утверждения административного истца о наличии очевидца падения 22 января 2026 г. и об оказании ему первой помощи не подтверждены.
При разрешении вопроса о квалификации происшествия главный государственный инспектор сослалась на статью 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ и части 1 и 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации, связывающие понятие несчастного случая на производстве с повреждением здоровья при исполнении трудовых обязанностей и наступлением предусмотренных законом последствий, в том числе временной либо стойкой утраты трудоспособности или необходимости перевода на другую работу.
Учитывая продолжение административным истцом выполнения трудовых функций после предполагаемого падения, обращение за медицинской помощью 5 февраля 2026 г. и содержание объяснений опрошенных лиц, инспектор признала неподтвержденным факт получения травмы при исполнении трудовых обязанностей 22 января 2026 г. Одновременно в заключении указано, что поверхностная травма плечевого пояса и плеча, связываемая с падением в эту дату, не повлекла временной или стойкой утраты трудоспособности либо необходимости перевода на другую работу. Документального подтверждения невозможности исполнения трудовых обязанностей 22 января 2026 г. после 15 часов 30 минут инспектор не установила.
Результаты дополнительного расследования оформлены заключением по форме № 7 от 17 июля 2026 г. № 49/7-258-26-ОБ/12-631-И/79-45, подписанным главным государственным инспектором труда ФИО1 Инспектор пришел к выводу об отсутствии оснований для признания необоснованными выводов первоначального акта от 27 апреля 2026 г. Со ссылкой на часть 5 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации и пункты 17, 20.7 Положения, утвержденного приказом Минтруда России от 20 апреля 2022 года № 223н, указал, что несчастный случай не подлежит квалификации как несчастный случай на производстве, оформлению актом по форме Н-1, учету и регистрации у работодателя.
В пункте 5.1 заключения вид происшествия определен как падение пострадавшего с высоты, в том числе при разности уровней высот, код 1.02.1. В пункте 5.2 указано повреждение в виде поверхностной травмы плечевого пояса и плеча, неуточненной, код S40.9 по МКБ-10, легкой степени тяжести. В пункте 7 причиной названы прочие причины, квалифицированные по материалам расследования, в том числе неосторожность, невнимательность и поспешность, код 2.15.1. Согласно пункту 8, лица, ответственные за нарушения, явившиеся причинами несчастного случая, не установлены.
Не согласившись с заключением государственного инспектора, административный истец обратился в суд с настоящим иском, настаивая, что полученная им во время рабочей командировки травма привела к длительной нетрудоспособности, а квалификация несчастного случая не должна быть поставлена в зависимость от момента утраты трудоспособности или момента первичного обращения к врачу.
К исковому заявлению истцом приложены направления от 13 мая 2026 г. и от 5 июня 2026 г., выданные ГБУЗ «Городская поликлиника» для оказания высокотехнологической медицинской помощи.
Из положений статьи 46 Конституции Российской Федерации и статей 218, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации следует, что предъявление любого иска об оспаривании решений, действий (бездействия) должностных лиц должно иметь своей целью восстановление реально нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, а способ защиты права должен соответствовать по содержанию нарушенному праву и характеру нарушения.
Таким образом, административное исковое заявление об оспаривании незаконных действий (бездействия) может быть удовлетворено лишь с целью восстановления нарушенных прав и свобод административного истца и с указанием на способ восстановления такого права.
В пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 г. № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» разъяснено, что суд не осуществляет проверку целесообразности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, принимаемых, совершаемых ими в пределах своего усмотрения в соответствии с компетенцией, предоставленной законом или иным нормативным правовым актом.
Оценив представленные доказательства по правилам статьи 84 КАС РФ, суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения административного иска.
Предметом судебной проверки является законность заключения государственного инспектора труда от 17 июля 2026 г., принятого по результатам дополнительного расследования несчастного случая. При разрешении настоящего дела подлежат проверке соблюдение установленного порядка расследования, полнота выяснения юридически значимых обстоятельств и обоснованность выводов о квалификации происшествия.
Срок обращения в суд, предусмотренный частью 1 статьи 219 КАС РФ, административным истцом соблюден. Первоначальное заявление принято к производству суда 5 августа 2026 г., то есть в пределах трех месяцев со дня получения 17 июля 2026 г. сообщения о результатах дополнительного расследования. Получение копии самого заключения 27 августа 2026 г. не свидетельствует о пропуске срока обращения в суд. Оснований для его восстановления не имеется ввиду отсутствия пропуска.
В соответствии со статьей 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации при расследовании несчастного случая устанавливаются обстоятельства и причины происшествия, исследуются объяснения пострадавшего, очевидцев и должностных лиц, документы о характере повреждения здоровья и иные необходимые материалы. На основании собранных сведений определяется, были ли действия пострадавшего обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, и разрешается вопрос о квалификации несчастного случая.
В силу статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации дополнительное расследование проводится государственным инспектором труда в соответствии с требованиями главы 36.1 данного Кодекса. Следовательно, оно предполагает самостоятельное и полное исследование обстоятельств происшествия, включая проверку доводов пострадавшего и устранение выявленных недостатков первоначального расследования.
Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» для правильной квалификации события необходимо исследовать принадлежность пострадавшего к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, характер события, время, место и иные обстоятельства его наступления, а также наличие предусмотренных законом оснований для признания несчастного случая не связанным с производством.
Из материалов дела следует, что в период предполагаемого происшествия Босхаев Д.Б. состоял в трудовых отношениях с администрацией Северо-Эвенского муниципального округа и находился в служебной командировке для выполнения поручения работодателя.
Одним из оснований оспариваемого вывода послужило продолжение Босхаевым Д.Б. работы после предполагаемого падения и отсутствие документального подтверждения невозможности исполнения им трудовых обязанностей непосредственно 22 января 2026 г. после 15 часов 30 минут.
Между тем часть 2 статьи 229.1 Трудового кодекса Российской Федерации прямо предусматривает расследование несчастного случая, в результате которого нетрудоспособность у пострадавшего наступила не сразу. Следовательно, продолжение выполнения трудовых обязанностей после происшествия и последующее обращение за медицинской помощью не исключают возможности квалификации события как несчастного случая на производстве.
Юридически значимым при расследовании конкретного несчастного случая является установление связи повреждения здоровья с выполнением трудовых обязанностей и наступившими последствиями, а не совпадение даты предполагаемого происшествия с датой освобождения от работы. Срок обращения за медицинской помощью подлежит оценке в совокупности с другими доказательствами и не может иметь заранее установленного, определяющего значения.
При дополнительном расследовании имелись сведения об обращении Босхаева Д.Б. за медицинской помощью 5 февраля 2026 г., временной нетрудоспособности с 6 февраля 2026 г., последующем медицинском обследовании и выявлении разрыва вращательной манжеты левого плеча. В медицинских документах за март 2026 г. отражены сведения о падении с техники 22 января 2026 г.
Несмотря на наличие этих документов, в заключении не приведено медицинского обоснования вывода о том, что повреждение здоровья, связываемое с происшествием 22 января 2026 г., не повлекло временной нетрудоспособности. Не выяснено соотношение первоначального диагноза поверхностной травмы плечевого пояса и плеча с выявленным впоследствии повреждением вращательной манжеты, не установлено, относятся ли указанные диагнозы к последствиям одного события, а также допускают ли характер повреждения и его развитие продолжение работы в течение определенного времени.
Дата установления уточненного диагноза сама по себе не является датой возникновения повреждения. Разрешение вопросов о механизме образования травмы, ее давности и связи с последующей нетрудоспособностью требует специальных медицинских знаний. Статья 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возможность проведения необходимых экспертных работ и привлечения специалистов-экспертов при расследовании несчастного случая.
Сведения о продолжении работы и отсутствии внешних признаков повреждения руки не заменяют медицинской оценки характера травмы, ее последствий и вывода о давности ее образования (в том числе до 22 января 2026 г.). По этой причине вывод инспектора об отсутствии последствий, предусмотренных статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации, не может быть признан достаточно обоснованным.
Не является достаточным основанием для сделанного в оспариваемом заключении вывода и отсутствие лиц, непосредственно наблюдавших падение. Закон не устанавливает, что факт несчастного случая может подтверждаться исключительно объяснениями очевидцев. Подлежат исследованию и оценке все относящиеся к происшествию сведения, в том числе объяснения пострадавшего, сообщения о его состоянии во время поездки, медицинские документы и данные об условиях, в которых выполнялось поручение работодателя.
ФИО4 подтвердил наличие у административного истца жалоб на боль в руке во время командировки. ФИО26 сообщил об использовании мази, жалобах на боль и объяснении административного истца о падении и повреждении руки. Эти сведения не подтверждают непосредственно обстоятельства падения, однако имеют значение для установления времени возникновения жалоб и подлежат сопоставлению с остальными доказательствами.
Объяснения ФИО15, ФИО6 и ФИО18 о том, что они не видели падения либо не слышали жалоб, также подлежат оценке с учетом пределов их осведомленности. Отсутствие у опрошенного лица сведений о происшествии не тождественно установлению того, что происшествие не имело места.
Предположение о получении травмы до 22 января 2026 г. требует проверки. Само по себе использование мази в начале поездки без уточнения времени возникновения боли, характера повреждения и последовательности событий не устанавливает ни дату травмы, ни ее связь либо отсутствие связи с выполнением служебного задания.
Суд принимает во внимание, что объяснения у ФИО4, ФИО15 были получены 27 апреля 2026 г. членом комиссии по расследованию несчастного случая, а не государственным инспектором. В объяснениях ФИО4 указано, что в ходе именно этой поездки он не видел, чтобы ФИО20 падал с техники. При этом вопрос того, видел ли ФИО4 падение ФИО2 раньше или знает ли он о наличии у ФИО20 травмы руки, не исследовался, соответствующие вопросы очевидцу не задавались.
Кроме того, оспариваемое заключение содержит внутреннюю несогласованность. Признавая неподтвержденным факт получения травмы при исполнении трудовых обязанностей 22 января 2026 г., одновременно с этим инспектор указывает на травму, полученную при падении в эту дату, определяя вид происшествия как падение с высоты и относят его причины к неосторожности, невнимательности и поспешности истца. При этом конкретные действия пострадавшего, послужившие основанием для такого вывода, и подтверждающие их доказательства не приведены.
Ссылка на неосторожность пострадавшего также не освобождает от установления обстоятельств происшествия и его последствий. Статья 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает специальный порядок установления степени вины застрахованного при его грубой неосторожности, содействовавшей возникновению или увеличению вреда. Указание на неосторожность не является достаточным основанием для исключения производственного характера несчастного случая.
Одновременно суд отклоняет довод административного истца о том, что отсутствие обстоятельств, перечисленных в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, безусловно влечет признание происшествия производственным. Указанная норма применяется во взаимосвязи со статьей 227 данного Кодекса и не устраняет необходимости установления самого события, повреждения здоровья, связи с трудовой деятельностью и предусмотренных законом последствий.
При дополнительном расследовании инспектор установил нарушения порядка первоначального расследования, отсутствие необходимых документов и неточности акта от 27 апреля 2026 г. Однако признание этих недостатков не сопровождалось полным выяснением обстоятельств, необходимых для итоговой квалификации происшествия. В частности, не устранена неопределенность относительно характера повреждения здоровья и причин его последующего влияния на трудоспособность истца. Не осматривался объект, с которого по утверждению административного истца произошло падение, не исследовалась документация на него. При этом административным ответчиком должна была осуществляться проверка по существу доводов пострадавшего, касающихся порядка расследования и содержания акта о несчастном случае.
Суд учитывает, что объяснения административного истца при дополнительном расследовании были получены, а круг опрошенных лиц расширен. Нарушения первоначального расследования сами по себе не предопределяют незаконность заключения Государственной инспекции труда в Магаданской области.
Ссылка административного ответчика на статью 90.1 Федерального закона от 31 июля 2020 г. № 248-ФЗ не исключает применения специальных положений статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации. Проведение контрольного мероприятия и дополнительное расследование несчастного случая являются различными процедурами.
При этом нарушения порядка расследования и нарушения требований охраны труда, явившиеся причинами происшествия, не тождественны. Поэтому неустановление лиц, ответственных за причины несчастного случая, само по себе не противоречит рассмотрению вопроса об ответственности работодателя за нарушения при его расследовании.
Довод о нарушении трехдневного срока расследования не может быть принят без учета специального правила части 2 статьи 229.1 Трудового кодекса Российской Федерации. При повторном рассмотрении необходимо установить дату и содержание сообщения работодателю о происшествии, наличие заявления пострадавшего и определить применимый срок расследования. Одного сопоставления даты предполагаемого происшествия с датой составления акта для вывода о нарушении срока недостаточно.
В соответствии с пунктами 17 и 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2022 г. № 21 законность решения публичного органа предполагает полную и всестороннюю оценку фактических обстоятельств. Предоставление органу или должностному лицу усмотрения не исключает судебной проверки его обоснованности.
Установленные недостатки относятся к обстоятельствам, от которых непосредственно зависит квалификация несчастного случая, и могли повлиять на содержание заключения. Следовательно, они являются существенными. Оспариваемое заключение нарушает право административного истца на надлежащее расследование происшествия и создает препятствия к разрешению вопроса о предоставлении страхового обеспечения в установленном законом порядке.
При таких обстоятельствах заключение от 17 июля 2026 г. подлежит признанию незаконным. Основанием для удовлетворения требований в данной части являются сохранившаяся неполнота выяснения существенных обстоятельств и недостаточная обоснованность итоговых выводов.
В силу положений ч. 3 ст. 227 КАС РФ в случае удовлетворения административного иска об оспаривании действия (бездействия) и необходимости совершения административным ответчиком каких-либо действий в целях устранения нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца либо препятствий к их осуществлению суд указывает на необходимость совершения определенного действия либо на необходимость устранения иным способом допущенных нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца и на срок устранения таких нарушений.
На Государственную инспекцию труда в Магаданской области следует возложить обязанность повторно рассмотреть заявление Босхаева Д.Б. от 7 мая 2026 г. о проведении расследования.
Требование о возложении на Государственную инспекцию труда обязанности выдать работодателю предписание об оформлении акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 удовлетворению не подлежит. Установленная судом неполнота расследования и недостаточная обоснованность оспариваемого заключения сами по себе не подтверждают производственный характер происшествия. Возложение обязанности выдать предписание об оформлении акта по форме Н-1 означало бы предрешение квалификации происшествия до устранения выявленных недостатков расследования уполномоченным лицом.
В части требования о выдаче предписания об устранении нарушений порядка расследования суд учитывает, что восстановление нарушенного права обеспечивается возложением на административного ответчика обязанности повторно рассмотреть заявление Босхаева Д.Б. от 7 мая 2026 г. о проведении расследования. Вопрос о содержании мер реагирования в отношении работодателя подлежит разрешению государственным инспектором труда по результатам такого рассмотрения с учетом требований статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации. Оснований для возложения отдельной обязанности выдать работодателю предписание в заявленном административным истцом виде суд не усматривает.
С учетом необходимости получения дополнительных сведений и их оценки суд приходит к выводу об установлении срока исполнения возложенной обязанности – два месяца со дня вступления решения в законную силу.
Об исполнении решения административному ответчику необходимо сообщить в суд и административному истцу в течение одного месяца со дня истечения срока, установленного для его исполнения.
В тот же срок административный ответчик обязан сообщить об исполнении решения суду и административному истцу.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 226, 227, 298 КАС РФ, суд
РЕШИЛ:
Административное исковое заявление Босхаева Дорджи Борисовича удовлетворить частично.
Признать незаконным заключение главного государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Магаданской области Ломовой Е.С. от 17 июля 2026 г. № 49/7-258-26-ОБ/12-631-И/79-45.
Обязать Государственную инспекцию труда в Магаданской области в течение двух месяцев со дня вступления решения суда в законную силу повторно рассмотреть заявление Босхаева Дорджи Борисовича от 7 мая 2026 г. о проведении расследования.
В удовлетворении остальной части требований Босхаеву Дорджи Борисовичу – отказать.
Обязать Государственную инспекцию труда в Магаданской области сообщить об исполнении решения Магаданскому городскому суду Магаданской области и Босхаеву Дорджи Борисовичу в течение одного месяца со дня истечения срока, установленного для его исполнения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд Магаданской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Установить день принятия решения в окончательной форме – 2 октября 2026 г.
Судья О.А. Носырева