РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 августа 2026 года пгт. Белоярский
Белоярский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Акуловой М.В., с участием истца Янгировой А.Е., представителя ответчика ИП Ростовщиковой Р.П. – Чубаковой И.С., при секретаре судебного заседания Оберюхтиной И.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Янгировой А. Е. к индивидуальному предпринимателю Маркову Д. И., индивидуальному предпринимателю Волис М. П., индивидуальному предпринимателю Ростовщиковой Р. П. об изменении формулировки увольнении, взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда, возложении обязанности, установил:
Янгирова А.Е. обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением к ИП Макарову Д.И., ИП Волис М.П., ИП Ростовщиковой Р.П., в котором, с учетом уточнений, приятых судом в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (т.1, л.д. 191-203), просит признать увольнение с 25.05.2026 у ИП Ростовщиковой Р.П. незаконным; изменить основание увольнения на увольнение по собственному желанию, обязав ответчика внести соответствующие изменения о трудовой деятельности (форму СТД-Р) и трудовую книжку истца; взыскать с ИП Ростовщиковой Р.П. в пользу истца недополученную заработную плату за период с 13.04.2026 по 24.05.2026 в размере 63957 руб. 69 коп., пособие по временной нетрудоспособности за период с 17 по 19 апреля 2026 года в размере 6411 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 36226 руб. 16 коп., проценты по ст. 236 ТК РФ за задержку выплат с 26.05.2026 по 09.06.2026 в размере 1332 руб. 44 коп., а также проценты, начисляемые на сумму задолженности по день фактической оплаты, начиная с 10.06.2026, исходя из 1/150 действующей ключевой ставки ЦБ РФ за каждый день просрочки, компенсацию морального вреда в размере 50000 руб.; обязать ИП Ростовщикову Р.П. произвести начисление и уплату страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование за Янгирову А.Е. за весь период фактической работы (с 06.11.2025 по 25.05.2026) исходя из реального размера ее заработной платы 65000 на руки в месяц (либо за иной период и из иного размера, установленного судом), направив соответствующие сведения индивидуального (персонифицированного) учета в территориальный орган Социального фонда Российской Федерации; обязать ответчика выдать надлежащим образом заверенную копию приказа об увольнении с измененной формулировкой, а также предоставить сведения о трудовой деятельности (форму СТД-Р) с корректной записью об увольнении по собственному желанию.
В обоснование искового заявления указано, что истец, начиная с 06.11.2025 состояла в фактически длящихся трудовых отношениях с ответчиками – ИП Марковым Д.И., ИП Волис М.П., ИП Ростовщиковой Р.П., осуществляя трудовую функцию в должности администратора-кассира в закусочной «Сушиландия», расположенной по адресу: Свердловская область, Белоярский район, п.Косулино, ул.Ленина, д.66а. Режим работы истца: сменный график - 2/2. Согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставленным Социальным фондом, трудовые отношения истца оформлялись последовательно с разными работодателями без фактического перерыва в работе: с 06.11.2025 по 29.2025 – у ИП Маркова Д.И., с 06.01.2026 по 27.01.2026 у ИП Волис М.П., с 28.01.2026 по 25.05.2026 – у ИП Ростовщиковой Р.П. Фактически истец непрерывно работала на одном и том же рабочем месте под одним руководством, выполняя одну и ту трудовую функцию. Формальные увольнения и приемы на работу производились исключительно для смены реквизитов работодателя. Таким образом, длящиеся трудовые отношения с ответчиками как с единым фактическим работодателем не прерывались. В апреле 2026 года ответчики потребовали от истца использовать личный мобильный телефон для выполнения трудовых обязанностей (прием заказов, общения в рабочих чатах, взаимодействия с операторами и гостями). Истец отказалась, за что была незаконно устно отстранена от работы с 13.04.2026. Отстранение произведено без издания приказа. В ходе телефонных переговоров с Инной Бакун (супервайзером) и кадровым работником истцу предложено написать заявление об увольнении по собственному желанию. Фактическое увольнение оформлено ответчиком ИП Ростовщиковой Р.П. 25.05.2026 по подп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ – за прогул. В этот же день ответчики произвели окончательный расчет, перечислив истцу сумму в размере 6571 руб. 23 коп. Приказ об увольнении истцу не вручался. Истец полагает увольнение незаконным, поскольку прогула она не совершала, с 13.04.2026 была отстранена от работы по инициативе работодателя, не допускалась до выполнения трудовых обязанностей, что подтверждается аудиозаписями телефонных разговоров с представителями ответчиков. Кроме того, процедура увольнения за прогул не соблюдена: работодатель в нарушение ст. 193 ТК РФ не истребовал от истца письменное объяснение, не составил акты об отказе от дачи объяснений, не издал приказ о применении взыскания в установленном порядке. Исходя из трудового договора следует что размер заработной платы установлен в виде должностного оклада в размере 27100 руб. + уральский коэффициент 15%. Фактически заработная плата выплачивалась в размере 65000 рублей. В период с 13.04.2026 по 24.05.2026 ответчиками выплатили истцу лишь официальную («белую») часть заработной платы. Размер задолженности составил 94291 руб. 02 коп. Кроме того, в период отстранения от работы, с 17 по 24 апреля 2026 года истец была временно нетрудоспособна, период нетрудоспособности составил 8 календарных дней. Пособие по временной нетрудоспособности работодателем не выплачено. Также не выплачена компенсация за неиспользованный отпуск за период с 06.11.2025 по 25.05.2026 в размере 36226 руб.16 коп. В связи с нарушением сроков выплаты заработной платы и иных выплат, на сумму задолженности подлежат начислению проценты, исчисленные по правилам ст. 237 ТК РФ.
В судебном заседании истец Янгирова А.Е. исковые требования, с учетом заявления об уточнении исковых требований от 27.07.2026, поддержала, просила суд их удовлетворить.
Представитель ответчика ИП Ростовщиковой Р.П. – Куимова А.О., действующая на основании доверенности от 30.06.2026 (т.1, л.д. 44) с заявленными требованиями не согласилась, просила в удовлетворении иска отказать в полном объеме.
В материалы дела представлен письменный отзыв, в котором указано следующее. Между Янгировой А.Е. и ИП Ростовщиковой Р.П. заключен трудовой договор от 28.01.2026, работник принят на должность администратора-кассира. 25.05.2026 с работником прекращен трудовой договор по п.а ч.6 ст. 81 ТК РФ за прогул. Согласно п.3.1. трудового договора работнику был установлен следующий график работы: два дня рабочих, два дня выходных. 16.04.2026 факт отсутствия истца на рабочем месте в течение всей смены с 10.00 до 20.00 был зафиксирован актом, составленным работодателем при участии работника Жумаева Д.И. 20.04.2026 в адрес работника направлено требование о явку для дачи объяснений по факту отсутствия на рабочем месте с 17.04.2026. Письмо не получено истцом. С 16.04.2026 и до момента увольнения истец на работу не выходила, письменных обращений к работодателю с требованием допустить ее к работе не направляла, на связь не выходила. 25.05.2026 работодателем установлен факт длящегося прогула и принято решение о прекращении трудового договора. Требования о взыскании задолженности по заработной плате являются необоснованными, поскольку в соответствии со штатным расписанием и трудовым договором работнику установлен должностной оклад в размере 27100 руб. Сверх оклада начисляется районный коэффициент в размере 15%. Заработная плата выплачивалась два раза в месяц, начислялась исходя из условий трудового договора, штатного расписания в размере 27100 руб. Доказательств получения заработной платы в размере, отличном от фактически выплаченных истца, в материалы дела не представлено. Относительно доводов об аффилированности ответчиков, указано что бренд СУШИLANDIA используется в рамках франчайзинговой модели, при которой правообладатель товарного знака предоставляет право его использования для ведения предпринимательской деятельности по договору коммерческой концессии самостоятельным хозяйствующим субъектам пользователям (франчайзи). Истец не учитывает специфику франчайзинговой деятельности, в рамках которой допускается смена пользователей (франчайзи) на одном обекте. Прекращение деятельности одного франчайзи и привлечение правообладателем нового пользователя является стандартной практикой, обеспечивающей непрерывность функционирования точки под единым брендом. В целях сохранения занятости работники филиала после увольнения у предыдущих работодателей трудоустроены у ответчика. Данное трудоустройство не является переводом, а представляет собой заключение нового трудового договора с иным субъектом (т.1, л.д. 106-113).
Ответчик ИП Марков Д.И. в судебное заседание не явился, направил письменные возражения на исковые требования, в которых указал следующее. Деятельность ИП Маркова Д.И. прекращена 13.03.2026. Янгирова А.Е. состояла в трудовых отношениях с ИП Марковым Д.И., трудовой договор расторгнут с 29.12.2025 по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ. При увольнении весь расчет с истцом был произведен, задолженность отсутствует. Кроме того, ответчиком указано на пропуск трехмесячного срока для обращения в суд с данными требованиями.
Ответчик Волис М.П. в судебное заседания также не явилась, в письменном отзыве просила в удовлетворении иска отказать, поскольку Янгировой А.Е. компенсация за неиспользованный отпуск при увольнении была выплачена в размере 2794 руб. 21 коп., задолженность отсутствует.
В силу ст. ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.
В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии со ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Заслушав стороны, исследовав письменные доказательства, оценивая представленные сторонами доказательства в совокупности, руководствуясь при этом требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ст. ст. 56, 57, 68, ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
Согласно ст.1 Трудового кодекса Российской Федерации, целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации под трудовыми отношениями понимаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.
Как следует из содержания ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.
Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором; своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.
В соответствии с ч.2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда.
На основании ч.1 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Трудовой договор, в силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации, это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативно правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Дисциплина труда – это обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации).
Судом установлено, что согласно трудового договора №1/2026 от 28 января 2026 года истец принята на работу к ИП Ростовщиковой Р.П. на должность администратор-кассир. Срок действия трудового договора – не определен, испытательный срок – 3 месяца (т.1, л.д. 50-53).
В соответствии п 3.1 трудового договора устанавливается 20 часовая неделя со следующим графиком работы: два дня рабочих, затем два дня выходных.
Табелем рабочего времени за апрель 2026 года подтверждается что Янгирова А.Е. последнюю рабочую смену отработала 13 апреля 2026 года, 17 апреля и позже на работу не вышла, о причинах не явки на работу истец работодателя в известность не поставила (т.1, л.д. 127).
Янгирова А.Е. в обоснование иска ссылается на отстранение ее от работы супервайзеровм Инной Бакун.
Основания для отстранения от работы регламентированы ч.1 ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии с частью 2 статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами.
В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаем, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть 3 статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации).
Факт отстранения истца от работы работодателем отрицается, соответствующий приказ об отстранении от работы ответчиком не выносился, в материалы дела не представлен.
Исходя из представленной аудиозаписи разговора истца с супервайзером, на которую ссылается истец, следует что решений об отстранении Янгировой А.Е. от работы ответчиком не принималось, указано лишь на возможность прекращения трудовых отношений, истец же сама сказала, что на работу не выйдет.
17 апреля 2026 года ИП Ростовщиковой Р.П. составлен акт о том, что администратор-кассир Янгирова А.Е. на рабочем месте с 10.00 до окончания смены 20.00 отсутствовала без уважительных причин (т.1, л.д. 115).
Отсутствие на рабочем месте Янгировой А.Е. в судебном заседании не оспаривалось.
Требованием, направленным 20 апреля 2026 года в адрес истца, ответчик ИП Ростовщикова Р.П. уведомила Янгирову А.Е. о необходимости предоставить объяснения по поводу ее отсутствия на рабочем месте 17 апреля 2026 года (т.1, л.д.116-118).
25 мая 2026 года работодателем составлен акт о непредставлении работником объяснений по факту отсутствия на рабочем месте (т.1, л.д. 119).
Приказом №1 от 25 мая 2026 года Янгирова А.Е. уволена с 25 мая 2026 года в соответствии с пп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Основанием для расторжения трудового договора явился акт об отсутствии на рабочем месте от 17 апреля 2026 года, акт о непредставлении работников объяснений по факту отсутствия на рабочем месте от 25 мая 2026 года.
Согласно ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) (п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).
Согласно ч.5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.
Указанной статьей, в том числе предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт (ч.1). Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания (ч.2). Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников (ч.3). За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание (ч.5). Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомится с указанным актов (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.
Судом установлено, что в период с 17 по 21 апреля 2026 года истец находилась на больничном (т.1, л.д. 70-73), однако, об этом ИП Ростовщикова Р.П. уведомлена не была. После закрытия больничного листа, истец к работе также не приступила.
Сторонами не оспаривается что приказ об отстранении Янгировой А.Е. от работы ответчиком ИП Ростовщиковой Р.П. не выносился, истец отсутствовала на рабочем месте 17.04.2026 и в последующие дни, об уважительности причин отсутствия на рабочем месте работодателя не известила.
До момента издания приказа об отстранении от работы или вынесении приказа о прекращении трудовых отношений, работник обязан выходить на работу.
Факт невыхода на работу Янгировой А.Е. с 17.04.2026 истцом не оспаривается.
Решение о невыходе на работу с 17.04.2026 и в последующие дни было принято истцом самостоятельно, за разъяснениями к руководителю о дальнейшей ее работе в организации истец не обращалась.
Таким образом, суд приходит к выводу что истцом нарушена трудовая дисциплина ввиду отсутствия на рабочем месте без уважительной причины.
Поскольку истец в период 17 по 24 апреля 2026 года была нетрудоспособна, сроки привлечения работника к дисциплинарной ответственности не нарушены.
Факт прогула (невыхода на работу) Янгировой А.Е. установлен и подтвержден документально, процедура увольнения истца по основаниям, указанным в п.п. «а» п.6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем соблюдена.
Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу об отказе Янгировой А.Е. в удовлетворении иска в части требований о признании увольнения незаконным и изменении формулировки основания увольнения, поскольку истец самостоятельно приняла решение о прекращении трудовых отношений, к исполнению трудовых обязанностей 17 апреля 2026 года и в последующие дни, уже после закрытия больничного листа, не приступила, уважительных причин не привела.
Работодателем же принимались попытки к урегулированию спора, о чем свидетельствует представленная аудиозапись разговора истца с бухгалтером от 16 апреля 2026 года, которая приглашала работника для продолжения трудовых отношений (т.1, л.д 13).
Для расторжения трудового договора по п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации требуется заявление работника, а также соблюдение процедуры, установленной ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации.
Янгирова А.Е. соответствующее заявление о расторжении трудового договора ИП Ростовщиковой Р.П. не направляла, иного соглашения о прекращении трудовых отношений сторонами также не заключалось.
Учитывая изложенное, оснований для изменения формулировки основания увольнения, суд не усматривает.
Производные исковые требования о возложении на ИП Ростовщикову Р.П. обязанности внести соответствующие изменения в трудовую книжку истца, выдать копию приказа об увольнении с измененной формулировкой, представить корректирующие сведения в Социальный фонд, удовлетворению также не подлежат.
Рассматривая исковые требования о взыскании с задолженности по заработной плате, суд приходит к следующим выводам.
Пунктом 1.6 трудового договора №1/2026 от 28 января 2026 года установлено что за выполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается должностной оклад в размере 27100 рублей в месяц. Сверху начисляется коэффициент 15%. Заработная плата начисляется за фактически отработанное время.
В силу части 1 статьи 135, абзаца 5 части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
Часть 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
Частью 1 статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатели принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.
В соответствии со ст. 132 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.
Представленными платежными поручениями подтверждается факт выплаты истцу заработной платы в размере, установленной условиями трудового договора.
Так, за январь 2026 года ответчиком перечислена заработная плата в размере 3615 руб. 33 коп., за февраль 2026 года – 23239 руб. 86 коп., за март 2026 года – 27114 руб., за апрель 2026 года – 14660 руб. 33 коп., 25 апреля 2026 года перечислен расчет при увольнении в размере 6571 руб. 23 коп. (т.1, л.д. 129-142).
Доказательств начисления и выплаты заработной платы в размере, большем, чем установлено условиями заключенного трудового договора, стороной истца в материалы дела не представлено.
Скрин-копии ведомостей с указанием размера неофициальной части заработной платы (л.д. 60-66) не могут быть приняты судом в качестве допустимых доказательств, поскольку часть сведений не персонифицирована, ведомости работодателем не заверены, иными материалами не подтверждены.
Таким образом, оснований для взыскания с ИП Ростовщиковой Р.П. заработной платы за период с 13.04.2026 по 24.05.2026 в размере 63957 руб. 69 коп., у суда не имеется. Также не имеется оснований и для возложения на ИП Ростовщикову Р.П. обязанности произвести начисление и уплату страховых взносов на обязательное социальное страхование исходя из суммы заработной платы в размере 65000 рублей, поскольку факт выплаты истцу заработной платы в таком размере материалами дела не подтвержден.
Частью 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.
В соответствии со статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней). Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
Согласно статье 140 Трудового кодекса Российской Федерации, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.
Таким образом, при разрешении спора по требованиям работника о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению, являются: какое количество дней отпуска (основного, дополнительного) полагалось работнику за весь период действия трудового договора; какое количество дней отпуска работником было использовано в период действия трудового договора; какое количество дней отпуска ко дню увольнения работником не использовано; каков размер компенсации за неиспользованный отпуск; выплачена ли данная компенсация работнику.
Исходя из материалов дела, Янгирова А.Е. работала у ИП Ростовщиковой Р.П. в период с 28.01.2026 по 25.05.2026, отпуск за период работы ей не предоставлялся.
В соответствии с условиями трудового договора (п. 3.3) истцу установлен ежегодный оплачиваемый отпуск в размере 28 календарных дней. Таким образом, истец имеет право на компенсацию неиспользованных 4 дней отпуска.
Поскольку ответчики ИП Марков Д.И., ИП Волис М.П., ИП Ростовщикова Р.П. заключали с Янгировой А.Е. отдельные трудовые договоры, действовали автономно и в разное время, расчет компенсации за неиспользованные дни отпуска за период с 06.11.2025 по 25.05.2026 не может быть принят во внимание, поскольку он не основан на условиях заключенных трудовых договоров и положениях трудового законодательства.
ИП Ростовщиковой Р.П. в адрес истца 25.05.2026 перечислена компенсация в размере 6571 руб. 23 коп. исходя из фактически начисленной заработной платы за отработанный истцом период.
ИП Марков Д.И. выплатил истцу расчет при увольнении 29 декабря 2025 года, наличие задолженности в письменном отзыве отрицает.
ИП Волис М.П. выплатила истцу компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 2794 руб. 21 коп., наличие задолженности в письменном отзыве отрицает.
Поскольку каждым из ответчиков компенсация истцу выплачена в установленном размере, исковые требования о взыскании компенсации за неиспользованные дни отпуска, а также компенсации за задержку выплаты заработной платы, удовлетворению не подлежат.
Кроме того, суд соглашается с доводами ИП Маркова Д.И. о пропуске Янгировой А.Е. срока исковой давности предъявления требований к нему о взыскании задолженности по заработной плате и иных выплат.
Как указано ранее, истец в период с 17 по 24 апреля 2026 года была нетрудоспособна, ГАУЗ СО «Белоярская ЦРБ» истцу предоставлен листок нетрудоспособности №910342319916 (т.1, л.д. 16-оборот).
Согласно статье 183 Трудового кодекса Российской Федерации при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами.
Правоотношения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством регулируются Федеральным законом от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" (далее по тексту - Федеральный закон N 255-ФЗ).
В соответствии с частью 5 статьи 13 Федерального закона N 255-ФЗ назначение и выплата пособия по временной нетрудоспособности осуществляются на основании листка нетрудоспособности, сформированного медицинской организацией в установленном порядке.
При этом положениями статьи 3 Федерального закона N 255-ФЗ определено, что пособие по временной нетрудоспособности в случаях, указанных в пункте 1 части 1 статьи 5 настоящего Федерального закона, выплачивается застрахованным лицам за первые три дня временной нетрудоспособности за счет средств страхователя, а за остальной период начиная с 4-го дня временной нетрудоспособности за счет средств бюджета Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации (пункт 1 части 2), за исключением лиц, перечисленных в пункте 2 части 2 этой же статьи 3.
Страховщик назначает и выплачивает пособия по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячное пособие по уходу за ребенком в срок, не превышающий 10 рабочих дней со дня представления страхователем или застрахованным лицом сведений и документов, необходимых для назначения и выплаты страхового обеспечения, а единовременное пособие при рождении ребенка - в срок, не превышающий 10 рабочих дней со дня поступления сведений о государственной регистрации рождения, содержащихся в Едином государственном реестре записей актов гражданского состояния (часть 1 статьи 15 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ.
Ответчиком ИП Ростовщиковой Р.П. не оспаривается что пособие по временной нетрудоспособности истцу не выплачено.
Поскольку обязанность по выплате пособие за первые три дня нетрудоспособности возложена на страхователя, то есть на работодателя, истец по состоянию на момент закрытия листка нетрудоспособности состояла в трудовых отношениях с ИП Ростовщиковой Р.П., с ответчика подлежит взысканию пособие за период с 17 по 19 апреля 2026 года.
Учитывая размер среднедневного заработка истца в размере 1078 руб. 89 коп., с ответчика в пользу Янгировой А.Е. подлежит взысканию пособие по временной нетрудоспособности в размере 3236 рублей 67 копеек за вычетом подоходного налога.
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Суд находит, что неправомерными действиями ответчика истцу причинены нравственные страдания, связанные с невозможностью своевременно получить предусмотренное законодательством пособие по временной нетрудоспособности. С учетом требований разумности и справедливости, периода и характера нарушения трудовых прав, суд находит возможным удовлетворить требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.
В соответствии с ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным исковым требованиям. Иных требований в рамках настоящего гражданского дела сторонами не заявлено.
Согласно ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов. В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. С учетом изложенного с ответчика надлежит взыскать сумму государственной пошлины, исчисленной по правилам ст. 333. 19 Налогового кодекса Российской Федерации, в сумме 7000 рублей (за требование имущественного и неимущественного характера).
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковое заявление Янгировой А. Е. к индивидуальному предпринимателю Маркову Д. И., индивидуальному предпринимателю Волис М. П., индивидуальному предпринимателю Ростовщиковой Р. П. об изменении формулировки увольнении, взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда, возложении обязанности, удовлетворить частично.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Ростовщиковой Р. П. (ОГРНИП <номер>) в пользу Янгировой А. Е. пособие по временной нетрудоспособности за период с 17 апреля 2026 года по 19 апреля 2026 года в размере 6411 рублей за вычетом подоходного налога, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.
В удовлетворении оставшейся части требований Янгировой А.Е. отказать.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Ростовщиковой Р. П. (ОГРНИП <номер>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 4000 рублей.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Белоярский районный суд Свердловской области в течение месяца с момента составления мотивированного решения в окончательной форме.
Судья М.В.Акулова
Мотивированное решение суда изготовлено 18 сентября 2026 года.
Судья М.В.Акулова