ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
19 июня 2026 года г. Усть-Кут
Усть-Кутский городской суд Иркутской области в составе председательствующего Мажирина М.В., при секретаре судебного заседания Малахове В.Н., с участием государственного обвинителя Филимоновой Л.В., подсудимой П, доставленной конвоем, защитника подсудимой – адвоката Тоточенко Е.С., рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело № 1-56/2026 (1-255/2025) в отношении:
П, <данные изъяты>, ранее судимой:
- приговором Усть-Кутского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ по п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в 1 год. Постановлением Усть-Кутского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ условное осуждение по приговору Усть-Кутского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ отменено, П направлена к отбыванию наказания в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев в исправительной колонии общего режима. Наказание отбыто.
осужденной:
- приговором Усть-Кутского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 1 ст. 157 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы сроком на пять месяцев, с отбыванием наказания колонии-поселении.
содержавшегося по настоящему делу под стражей с 30 октября 2025 года, обвиняемой в совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
П совершила умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего В, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах:
В период времени с 11 часов по 16 часов 9 минут 30 октября 2025 года, более точное время не установлено, между находившимися в состоянии алкогольного опьянения П и В в квартире №, расположенной по адресу: Иркутская область, город Усть-Кут, <адрес>, произошел конфликт, в ходе которого у П на почве внезапно возникшей личной неприязни к В, возник преступный умысел, направленный на причинение последнему физической боли и телесных повреждений.
Реализуя возникший преступный умысел, П, находясь в вышеуказанное время в вышеуказанном месте, действуя умышленно, с целью причинения В физической боли и телесных повреждений, не имея умысла на причинение ему смерти, вооружилась находящимся в доме ножом хозяйственно-бытового назначения и, используя его в качестве оружия, нанесла им один удар по голени правой ноги В, причинив последнему телесное повреждение в виде слепого колото-резаного ранения передней поверхности правой голени в верхней трети, ближе к наружному краю голени с повреждением мягких тканей, глубоких и поверхностных мышц правой голени, правой задней большеберцовой артерии и вены, относящееся к повреждениям, повлекшим тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавшее угрожающее жизни состояние, в результате которого В скончался на месте происшествия.
Смерть В наступила от слепого колото-резаного ранения передней поверхности правой голени с повреждением правой задней большеберцовой артерии и вены, осложнившегося массивной кровопотерей: неравномерное кровенаполнение внутренних органов, бледность кожных покровов, островчатые синюшные трупные пятна.
При вышеуказанных обстоятельствах П, нанося удар по голени правой ноги В с целью причинения ему физической боли и телесных повреждений, не предвидела возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде наступления смерти В, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, наступление которых состоит в прямой причинной связи с умышленными преступными действиями П
Подсудимая П в ходе судебного следствия вину в инкриминируемом ей преступлении признала частично, указала, что действительно отмахнулась ножом от удара ногой потерпевшего В, ввиду чего последний наткнулся на нож и получил ранение голени, пояснила, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего у неё не было, в связи с чем её действия должны быть квалифицированы по ч. 1 ст. 108 УК РФ, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, от дачи показаний отказалась, в связи с чем её показания, данные при допросах в качестве подозреваемой, обвиняемой, а также в ходе проверки показаний на месте, оглашены в судебном заседании в соответствии с п. 3 ч.1 ст. 276 УПК РФ.
Так в ходе допроса в качестве подозреваемой 30 октября 2025 года П в присутствии защитника пояснила, что с сентября 2024 она сожительствовала с В, они вдвоем проживали в г. Усть-Куте по <адрес> квартира принадлежала В, квартира является «студией», то есть одна комната, в ней и спальня и кухня, все находится в одной комнате. Периодически они с В употребляли спиртные напитки. 29 октября 2025 года она ночевала у своей матери – Л, с 29 на 30 октября 2025 года В ночевал дома один. Около 9 часов 30 октября 2025 года она с мамой приехала к ним домой, дома был Вадим, они втроем употребили спиртное. Около 10-11 часов 30 октября 2025 года ее мать уехала домой, но потом вернулась к ним обратно, так как сказала, что у нее пропало 3 000 рублей, она стучала к ним в дверь, но ей никто не открыл во избежание драки, так как ее мать была пьяная, после чего ее мать ушла. Она деньги у матери не воровала, в квартире, кроме них троих никого не было, поэтому она начала спрашивать у В зачем он украл деньги, на что он сказал какая ей разница. Она разозлилась на В, один раз ударила его правой ладошкой по лицу, он, стоя около стала с микроволновой печью, начал замахиваться на неё правой ногой, она в это время схватила своей правой рукой со стола на котором стоит микроволновая печь ножик с красной рукояткой и резанула им правую ногу В, от чего у него немного побежала кровь с правой ноги, то есть из того места куда пришелся удар ножом. В момент удара они находились друг другу лицом к лицу, В был полностью без одежды, она также была без одежды, поскольку в квартире было жарко, поэтому они часто ходили без одежды. Так как она была злой, то после произошедшего, пошла в магазин, чтобы купить ещё спиртное. В в это время оставался дома один, из его правой ноги понемногу бежала кровь, она думала, что это несерьезно, кровь перестанет бежать из его правой ноги сама по себе, поэтому оставила его и пошла в магазин. В побоев ей не наносил и никак не угрожал, не удерживал и спокойно отпустил в магазин. Она пошла в магазин «Кондитер», где купила 0,5 литра водки «Тельняшка», по дороге заходила к своему немного поговорила с ним, насколько помнит, рассказала о том, что резанула ножом В, а именно то, что нанесла удар в ногу Вадима ножом и что у него побежала кровь. Потом она поднялась к себе в квартиру, В в это время лежал на матрасе и около него была лужа крови, но он был жив, попросил у неё воды, она дала ему попить и вызвала скорую помощь. Сама она в это время начала пить купленную водку и когда она выпила всю бутылку, то за это время В уже перестал подавать признаки жизни, когда приехала скорая помощь, В уже был мертв. Все показания дает добровольно, давление со стороны сотрудников следственного комитета на неё не оказывалось, вину в причинении тяжкого вреда здоровья, повлекшего смерть В признает и раскаивается, она убила его не специально, это произошло случайно, она ударила его ножом в правую ногу и не думала, что он умрет от этого, но умысла убивать В у неё не было. Нож был небольшой с красной рукояткой, кровь с ножа она не вытирала и оставила его в квартире, положила его под матрац на котором лежал и впоследствии умер В Имеющиеся на ее теле и лице синяки примерно недельной давности, 30 октября 2025 года В ее не бил и побоев не наносил, также ничем не угрожал. (т. 1 л.д. 38-42).
Показания, данные при допросе в качестве подозреваемой, подсудимая П в присутствии защитника, подтвердила в полном объеме при допросе в качестве обвиняемой 1 ноября 2025 года, показала, что она действительно 30 октября 2025 года нанесла удар ножом по правой ноге В, то есть резанула ножом по ноге. От дачи дальнейших показаний отказалась, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ. (т. 1 л.д. 55-58).
Из протокола проверки показаний на месте от 5 ноября 2025 года, с учетом просмотренной в судебном заседании с участием сторон видеозаписи указанного следственного действия, следует, что подсудимая П в присутствии защитника показала, что 30 октября 2025 года она находилась в квартире по адресу: г. Усть-Кут, <адрес> вместе с сожителем В, в ходе ссоры между ней (П) и В, возникшей из-за сведений от ее матери о том, что из кошелька матери было похищено три тысячи рублей, она нанесла ему пощечину левой рукой по лицу, после чего В сказал, что ничего не брал, стал возмущаться, продолжая ругаться она, находясь у стола с микроволновкой, начала чистить картошку, В встал с матраса и хотел ее пнуть правой ногой, она, держа нож которым чистила картошку в правой руке, нанесла им ножевое ранение в правую ногу В в область голени, удар на манекене продемонстрировала акцентировано. Таким образом, подсудимая П в ходе проверки показаний на месте в присутствии участвующих лиц продемонстрировала свою осведомленность. (т. 1 л.д. 66-77, диск – 78).
При допросе в качестве обвиняемой 25 ноября 2025 года П в присутствии защитника в полном объеме признала вину в предъявленном ей обвинении, пояснила, что 30 октября 2025 года ножом с красной рукояткой резанула своего сожителя В по правой ноге, от чего он умер, умысла на его убийства не было, она хотела причинить вред его здоровью. Ранее данные показания подтвердила в полном объеме, в содеянном раскаивается. (т. 1 л.д. 128-131).
После оглашения показаний подсудимая П в судебном заседании указала, что давала такие показания, изначально подтвердила их в полном объеме и признала вину, однако указала, что удар нанесла с целью отмахнуться, пояснила, что между ней и В конфликты происходили не часто, они возникали только при употреблении спиртного и чаще всего носили словесный характер, между тем, один раз примерно за два месяца до случившегося они подрались. После нанесения ножевого ранения она обработала его рану, давала ему пить, позднее, когда стало понятно что В умирает, она вызвала скорую помощь. Далее в ходе судебного следствия подсудимая П показала, что 30 октября 2025 года в момент произошедших событий она была в одежде, вовремя произошедшей ссоры с В из-за похищенных им денежных средств у ее матери, она вовремя читки картошки отмахнулась ножом, который был у неё в правой руке от удара правой ногой потерпевшего В, удар был наотмашь, лезвие было направлено в ее сторону. После этого она увидела кровь, обработала ему рану, перебинтовала ее и вызвала скорую помощь. Умысел на причинение тяжкого вреда здоровью отрицала, при этом описанные в ходе предварительного следствия действия она подтвердила в полном объеме, пояснила, что её действия были обусловлены самообороной, поскольку в ином случае, потерпевший бы ее пнул, поводом произошедших событий явилась пропажа денежных средств ее матери, но никак не алкогольное опьянение.
Несмотря на частичное признание подсудимой своей вины, виновность П в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, полностью подтверждается собранными в ходе предварительного расследования и исследованными в судебном заседании следующими доказательствами.
Так в ходе судебного заседания потерпевшая Н пояснила, что погибший В приходился ей сыном, она поддерживала с ним связь, хотя сама и ее дочь не проживали в г. Усть-Куте последние 3 года. Утром 30 октября 2025 года ей стало известно о том, что ее сына убили и 4 ноября 2025 года она прилетела из г. Санкт-Петербург в г. Усть-Кут. О том, что убийцей является подсудимая П, она узнала не сразу, первоначально ей было сообщено, что сына убил сосед с 4-го этажа, она самостоятельно попыталась уточнить обстоятельства произошедшего, однако дочь ей ничего не рассказывала, так как непосредственно с правоохранительными органами общалась ее дочь, которая ей ничего не рассказывала. Потерпевшая охарактеризовала своего сына как спокойного человека, который начал много пить спиртное после того, как около года назад до произошедших событий начал сожительствовать с подсудимой. До начала совместного проживания с П сын также употреблял алкоголь, но не так сильно. По ее мнению, именно подсудимая стала причиной усиления пьянства сына. Саму подсудимую она не знала, однако дочь рассказывала ей о том, что та бросила своих детей, при этом дочь советовала сыну прекратить отношения с П На момент жизни с подсудимой сын также находился на содержании матери. В день происшествия, по ее мнению, сын был в состоянии алкогольного опьянения.
Допрошенная в судебном заседании свидетель Л пояснила, что П является ее дочерью, погибший В был сожителем дочери. В тот день, когда ее дочь порезала В, утром они оба приходили к ней, П просила деньги, им нужно было купить выпить. Тогда они втроем пошли в магазин, приобрели спиртное и пошли к ним домой по <адрес>, где стали распивать приобретенное спиртное. В стал ругаться на дочь, так как не хотел отпускать ее к ней (Л), она пыталась его успокоить, конфликты у них были часто, они дрались, поэтому она предлагала дочери разойтись с В и переехать жить к ней, В был против этого. П в тот день уже собиралась пойти с ней, однако зашла к соседу, где после выкуренной сигареты ей стало плохо, поэтому П осталась дома, ввиду чего она (Л) примерно до обеда вернулась к себе домой одна. Когда она уходила, В был пьян и пытался запихнуть П в квартиру. Через некоторое время она все же решила вернуться за П, однако дверь в их квартире ей уже никто не открыл. Подробностей того, что в тот день у нее пропадали денежные средства, она не помнит. Вечером ей стало известно о том, что П забрали в полицию, а В умер.
При наличии существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания свидетеля Л, данные ей при производстве предварительного расследования. Так, при допросе в качестве свидетеля 13 ноября 2025 года следует, что в ночь с 29 на 30 октября 2025 года П ночевала у неё дома. В ночевал у себя дома один. 30 октября 2025 года около 9 часов они с П приехали домой к последней, были выпившие, по дороге купили пиво и водку, В также был выпивший. Они все втроем дома у П также распивали спиртные напитки. Примерно около 11 часов она уехала домой, но потом обнаружила, что у из её кошелька пропало 3000 рублей, поэтому она вернулась к ним домой обратно, сильно стучалась к ним в квартиру, но они не открыли ей двери. Она говорила им, чтобы они вернули 3000 рублей, но они не отвечали и не открывали двери, поэтому она уехала домой. Когда она была в квартире у П, то есть утром 30 октября 2025 года, то В был цел и невредим, на свое здоровье он не жаловался. Когда она уходила, то в квартире оставались П и В, более в квартире никого не было. (т. 1 л.д. 106-110).
После оглашения показаний свидетель Л настаивала на том, что таких показаний не давала, подписала протокол не читая, подтвердила, что П действительно ночевала у неё, про денежные средства она ничего пояснить не смогла, указала, что она действительно к ним возвращалась и пыталась забрать П, однако дверь ей никто не открыл. Отношения с В были нормальными, между тем, они всегда были в синяках, поэтому она и предлагала им разойтись, а также настаивала на том, чтобы они прекращали распитие спиртного и искали работу, как-либо негативно охарактеризовать как П, так и В, не может.
Кроме того, по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании в качестве эксперта был допрошен врач-судебно-медицинский эксперт Д, который после ознакомления с проведенными экспертизами пояснил, что смерть В наступила от слепого колото-резанного ранения передней поверхности правой голени с повреждение задней правой большеберцовой артерии и вены, осложнившегося массивной кровопотерей. Кроме того, эксперт отметил, что данное повреждение погибшего могло быть причинено при обстоятельствах, указанных П в показаниях, данных в ходе предварительного следствия. Между тем, при указанном в судебном следствии подсудимой П механизме причинения телесного повреждения погибшему, характер и локализаций ранения свидетельствовала бы о том, что оно носит резаный характер, то есть имело бы другие признаки, тогда как в данном случае ранение свидетельствует о том, что удар был нанесен с силой и целенаправленно, а не в спонтанной попытке отмахнуться. Вред здоровью погибшего определен с учетом действующего приказа минздрава № 172 Н МЗ и СР РФ от 08.04.2025 г.
Анализируя показания потерпевшей, свидетеля и эксперта, суд приходит к убеждению, что их показания являются достоверными только в той части, в которой они не противоречат друг другу, таким образом, суд относится к показания свидетеля Л, данным в судебном заседании критически и принимает во внимание только те показания, которые были даны указанным свидетелем в ходе предварительного следствия, поскольку именно эти показания не противоречат иным приведенным показаниям. При этом давая критическую оценку показаниям Л суд учитывает и тот факт, что подсудимая является дочерью Л, по мнению суда, последняя пытается выгородить подсудимую с более выгодной стороны. При этом, показания остальных допрошенных в ходе судебного заседания лиц суд находит достоверными, поскольку они указали лишь те обстоятельства, очевидцами которых они являлись, их показания были даны через непродолжительное время после произошедших событий, показания потерпевшей, свидетеля и эксперта не находятся в противоречии в том числе и с показаниями подсудимой, а напротив конкретизируют их.
Показания потерпевшей, свидетеля и специалиста, в той части, в которой они положены в основу приговора, объективно подтверждаются иными исследованными в ходе судебного следствия доказательствами:
- протокол осмотра места происшествия от 30.10.2025 с фототаблицей к нему, согласно которому осмотрена квартира № по адресу: Иркутская область, г. Усть-Кут, <адрес> в ходе которого обнаружен труп В с признаками насильственной смерти. В ходе осмотра места происшествия был изъят нож с рукоятью из полимерного материала красного цвета. (т. 1 л.д. 5-21);
- протоколом осмотра трупа В от 31.10.2025 и фототаблица к нему осмотрен труп В, <данные изъяты> и обнаружено следующее повреждение: на передней поверхности правой голени в верхней трети рана с ровными краями веретенообразной формы, примерно 2х1 см., края хорошо сопоставимы. (т. 1 л.д. 43-47);
- протоколом осмотра предметов от 07.11.2025, согласно которому осмотрены: нож с рукоятью из полимерного материала красного цвета; образцы крови В на марлевом тампоне; кожный лоскут с повреждением с трупа В; срезы ногтевых пластин с пальцев рук от трупа В, которые в дальнейшем признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. (т. 1 л.д. 102-104, 105);
- заключением эксперта № 340 от 18.11.2025, согласно выводам которого смерть гр. В наступила от слепого колото-резаного ранения передней поверхности правой голени с повреждением правой задней большеберцовой артерии и вены, осложнившегося массивной кровопотерей: неравномерное кровенаполнение внутренних органов, бледность кожных покровов, островчатые синюшные трупные пятна. При исследовании трупа выявлены повреждения:
А) Слепое колото-резаное ранение передней поверхности правой голени в верхней трети, ближе к наружному краю голени (рана № 1) с повреждением мягких тканей, глубоких и поверхностных мышц правой голени, правой задней большеберцовой артерии и вены, направление раневого канала слева направо и снизу вверх. Данное колото-резаное ранение причинено от однократного воздействия плоского колюще-режущего травмирующего предмета, чем мог быть нож с односторонней заточкой клинка, состоит в прямой причинной связи со смертью и относится к повреждениям, повлекшим тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший угрожающее жизни состояние (приказ №172н МЗ и СР РФ от 08.04.2025г. п. 5.1.2.2). После причинения данного колото-резаного ранения потерпевший мог жить и совершать активные целенаправленные действия (передвигаться, разговаривать) в течении короткого промежутка времени исчисляемого минутами, десятками минут, вплоть до срыва компенсаторных возможностей организма. Давность причинения данного колото-резаного ранения – незадолго до наступления смерти.
Б) Резаная рана передней поверхности левого предплечья в нижней трети (рана № 2). Данное телесные повреждения причинены от однократного воздействия плоского травмирующего предмета, имеющего режущую кромку, не состоит в прямой причинной связи со смертью и применительно к живым лицам относятся к повреждениям не повлекшим вреда здоровью (приказ №172н МЗ и СР РФ от 08.04.2025г. п. 6). После причинения данного телесного повреждения потерпевший мог совершать целенаправленные активные действия в течении неопределенно длительно промежутка времени. Давность причинения данного телесного повреждения около 3-7 суток ко времени наступления смерти.
Положение потерпевшего в момент причинения ему телесных повреждений, могло быть любым (сидя, стоя, лежа) при условии доступности зон травматизации травмирующему предмету (предметов). Учитывая динамику трупных явлений, смерть В наступила в пределах 1 суток ко времени проведения экспертизы трупа в Усть-Кутском СМО (31.10.2025г.). В крови от трупа В обнаружен этиловый алкоголь в количестве 4,2 промилле, что применительно к живым лицам соответствует тяжелому отравлению алкоголем. (т. 1 л.д. 136-138);
- заключением эксперта № 09/340А-25 от 19.11.2025, согласно выводам которого не исключается возможность причинения колото-резаного ранения, от которого наступила смерть В, с учетом локализации и морфологических особенностей ранения, при обстоятельствах, указанных в протоколах допроса подозреваемой П от 30 октября 2025 года, допроса обвиняемой П от 01 ноября 2025 года, проверки показаний на месте обвиняемой П от 05.11.2025 года. С учитом размеров, предоставленного на экспертизу ножа, а также учитывая морфологические особенности и размеры колото-резаной раны, не исключено, что колото-резаное ранение, имеющееся у В, причинено ножом, предоставленного на экспертизу. (т. 1 л.д. 145-147);
- заключением эксперта № 260 от 31.10.2025, согласно выводам которого у П имелись телесные повреждения в виде кровоподтека над правой лопаткой, наружной поверхности левого плеча, наружной поверхности левого плеча нижней трети, задней поверхности левого плеча в нижней трети, задней поверхности правого плеча в нижней трети, внутренней поверхности правого бедра. Данные телесные повреждения образовались от воздействия тупого твердого предмета (предметов), относятся к повреждениям, не причинившим вреда здоровью, давность причинения телесных повреждений около 1-2 суток ко времени проведения экспертизы. (т. 1 л.д. 153).
Кроме того, в судебном заседании исследовались:
- иной документ - рапорт об обнаружении признаков преступления от 30.10.2025, зарегистрированный 30.10.2025 в КРСП Усть-Кутского МСО СУ СК России по Иркутской области под № 228 пр-25, согласно которому в Усть-Кутский МСО СУ СК России по Иркутской области из дежурной части МО МВД России «Усть-Кутский» поступило сообщение о том, что 30.10.2025 по адресу: <адрес> обнаружен труп В с признаками насильственной смерти. (т. 1 л.д. 3).
Таким образом, совокупность приведенных доказательств собранных в соответствии с нормами УПК РФ является достаточной для разрешения уголовного дела и свидетельствует о том, что событие преступления имело место и совершено оно именно подсудимой П
У суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевшей, свидетеля эксперта в той части, в которой они взаимосвязаны и согласуются между собой. Они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.
Экспертизы проведены надлежащими лицами, имеющими соответствующую квалификацию, опыт работы по специальности, выводы экспертов научно обоснованы, и сомневаться в их правильности либо не доверять им у суда оснований не имеется. Выводы экспертиз, проведенных с учетом собранных по делу доказательств, не противоречат друг другу, а логически дополняют их. Сторонами данные заключения экспертов не оспорены.
Анализируя показания П сопоставив их с другими доказательствами по делу, учитывая её позицию в судебном заседании, суд приходит к выводу, что подсудимая, при даче показаний, не отрицая отдельных обстоятельств произошедшего, пытается улучшить свое правовое положение и излагает обстоятельства в выгодном для себя свете, скрывая некоторые обстоятельства совершенного преступления.
Исходя из изложенного, учитывая заинтересованность подсудимой в исходе дела, суд расценивает показания П в той их части, в которой они не соответствуют иным доказательствам по делу, как способ защиты от предъявленного обвинения и принимает во внимание её показания лишь в той части, в которой они согласуются с другими доказательствами, подтверждаются ими и не противоречат им.
Судом установлено, что П, из личных неприязненных отношений к погибшему В, возникших в ходе словесной ссоры из-за сведений о хищении денежных средств у матери подсудимой, в ответ на замах ногой, держа нож в своей правой руке, используя его в качестве оружия, умышленно нанесла В один удар в область голени правой ноги, тем самым причинив последнему телесные повреждения в виде: слепого колото-резаного ранения передней поверхности правой голени в верхней трети, ближе к наружному краю голени с повреждением мягких тканей, глубоких и поверхностных мышц правой голени, правой задней большеберцовой артерии и вены, относящееся к повреждениям, повлекшим тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавшее угрожающее жизни состояние, в результате которого В скончался на месте происшествия.
В судебном заседании сторона защиты настаивала на том, что действия подсудимого были вызваны самообороной, поскольку у П от действий В имелись реальные основания опасаться за свою жизнь и здоровье, при этом у П не была умысла на причинение тяжкого вреда здоровью В
Анализируя представленные стороной обвинения доказательства, суд приходит к выводу о том, что они стороной защиты не опровергнуты.
По мнению суда, характер и локализация причиненного В ранения, свидетельствует о силе нанесения удара, принимая во внимание орудие преступления - нож, с учетом того, что нож объективно является предметом, обладающим поражающей способностью, и в силу конструктивных особенностей - наличия лезвия - может быть использован для причинения вреда здоровью, опасного для жизни человека, именно умыслом П на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, обусловлено её поведение в момент совершения преступления, что объективно свидетельствует о том, что подсудимая, совершая указанное преступление, осознавала общественную опасность своих действий, предвидела возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, и желала их наступления, то есть, умышленно нанесла В вред здоровью, который по неосторожности привел к смерти потерпевшего, при этом причинен данный вред с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Таким образом, между действиями П по нанесению В удара ножом по голени правой ноги и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего, имеется прямая причинно-следственная связь.
Мотивом причинения подсудимой П тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни В, как это установлено в судебном заседании, явилась личная неприязнь, возникшая в ходе ссоры между ними.
Доводы П и её защитника об отсутствии у подсудимой умысла на причинение тяжкого вреда здоровью В, что подсудимый действовала при превышении пределов необходимой обороны, суд признает не состоятельными, поскольку нанесение удара ножом в сложившейся обстановке, когда В не удерживал ее, не душил и не применял другое оружие, явно не вызывалось ни характером, ни опасностью, ни реальной обстановкой происходящего, поскольку согласно ст. 37 УК РФ право на необходимую оборону возникает тогда, когда имеет место посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
Как установлено судебном заседании, в момент нанесения подсудимой удара ножом В и непосредственно перед этим, у последнего в руках каких-либо предметов не было, кроме того, согласно выводам заключением эксперта № 340 от 18.11.2025 в крови от трупа В обнаружен этиловый алкоголь в количестве 4,2 промилле, что применительно к живым лицам соответствует тяжелому отравлению алкоголем, действия В носили характер агрессии в ходе ссоры, но, по мнению суда, не достигли уровня, оправдывающего применение ножа. Удар ногой в состоянии алкогольного опьянения, даже если он был агрессивным, сам по себе не создавал реальной опасности для жизни или здоровья самой П
Таким образом, при изложенных обстоятельствах, проверив с соблюдением требований ст. 240 УПК РФ в ходе судебного следствия представленные сторонами доказательства, действия П суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.
Состояние психического здоровья подсудимой П не вызывает у суда сомнений. Согласно заключения комиссии судебно-психиатрических врачей экспертов № 1051 от 24 ноября 2025 года (т. 1 л.д. 160-167), П обнаруживает «Синдром зависимости от алкоголя средней стадии» (F 10.2 по МКБ-10), которым она страдала в период инкриминируемого ей деяния и страдает в настоящее время. Однако, выявленные изменения со стороны психики у П выражены не столь значительно и не сопровождаются грубыми изменениями со стороны воли, эмоций, внимания, мышления, памяти, критических и прогностических функций, что не лишает ее способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период времени, относящийся к инкриминируемому ей деянию, П также не обнаруживала признаков какого-либо временного психического расстройства. По своему психическому состоянию, П могла в период инкриминируемого ей деяния осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими и может в настоящее время осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в применении к ней принудительных мер медицинского характера она не нуждается. В связи с чем, суд признает подсудимую П вменяемой и подлежащей уголовной ответственности за содеянное.
При назначении наказания суд руководствуется требованиями ст. 6 и ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, относящихся в соответствии со ст. 15 УК РФ к категории особо тяжких, совершенного умышленно, направленного против личности, объектом посягательства является жизнь человека, что определяет высокую степень его общественной опасности, а также учитывает личность виновной, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни её семьи.
Так, П вину в совершении преступления признала частично, в содеянном раскаялась, на учете у врачей психиатра, нарколога не состоит (т. 1 л.д. 207, 209, 212), согласно характеристике участкового уполномоченного по месту жительства характеризуется неудовлетворительно, официально не трудоустроена, злоупотребляет спиртными напитками, ведет аморальный образ жизни, склонна к антисоциальному поведению, совершению противоправных деяний, ранее привлекалась к уголовной и административной ответственности (т. 1 л.д. 203). Как следует из материалов дела, П общественно-полезным трудом не занималась, семейными обязанностями не обременена, в отношении несовершеннолетних детей лишена родительских прав (т. 1 л.д. 205).
При назначении наказания П в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учитывает в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, активное способствование расследованию преступления, выразившееся в сообщении сведений об обстоятельствах совершенного преступления, в том числе, неизвестных органам предварительного расследования, в том числе указала время, место, орудие преступления. В соответствии с п. «к» суд учитывает оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.
Судом учитываются иные обстоятельства, смягчающие наказание подсудимой П, согласно положениям ч. 2 ст. 61 УК РФ, которыми являются частичное признание вины в ходе судебного следствия и раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшей, неудовлетворительное состояние здоровья подсудимой, наличие несовершеннолетних детей.
Отягчающим наказание обстоятельством суд признает рецидив преступлений, являющийся в соответствии с п. «а» ч. 2 ст. 18 УК РФ опасным, в связи с чем, суд применяет положения ч. 2 ст. 68 УК РФ, не усматривая оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ и ч. 3 ст. 68 УК РФ.
В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, суд может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Вместе с тем, учитывая фактические обстоятельства совершения преступления, пояснения сторон, у суда не имеется достаточных данных полагать, что состояние алкогольного опьянения повлияло на поведение П и совершение ей преступления, в связи с чем, суд не учитывает в качестве отягчающего обстоятельства состояние алкогольного опьянения.
Судом не установлено обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для применения ст. 64 УК РФ.
При указанных обстоятельствах, а также с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, суд приходит к убеждению, что наказание подсудимой должно быть назначено в виде лишения свободы, в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ, без дополнительного наказания. Оснований для применения ст. 73 УК РФ при назначении наказания суд не усматривает.
Также суд не усматривает оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ при назначении наказания и изменении категории тяжести преступления.
Поскольку подсудимой П преступление совершено до вынесения ей приговора Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 29 мая 2026, окончательное наказание П необходимо назначить по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ с зачетом в окончательное наказание отбытого по данному приговору суда наказания.
В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, суд назначает подсудимой П отбывать наказание в исправительной колонии общего режима.
В целях исполнения приговора, меру пресечения необходимо оставить прежней - в виде содержания под стражей. Время содержания П под стражей по настоящему приговору с момента провозглашения и до его вступления в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
Срок наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
Гражданский иск по делу не заявлен.
Вопрос о вещественных доказательствах суд полагает возможным разрешить в соответствии с п. 5, 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ уничтожив по вступлению в законную силу настоящего приговора признанные и приобщенные к материалам настоящего уголовного дела в качестве вещественных доказательств нож с рукоятью из полимерного материала красного цвета; образцы крови В на марлевом тампоне; кожный лоскут с повреждением с трупа В; срезы ногтевых пластин с пальцев рук от трупа В
В соответствии с требованиями п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия в уголовном судопроизводстве по назначению. В силу ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.
Оснований для освобождения П от взыскания процессуальных издержек, состоящих из сумм, выплаченных адвокату из федерального бюджета за оказание юридической помощи в ходе судебного разбирательства, не установлено.
Адвокат Тоточенко Е.С. был назначен на основании ст. 50 УПК РФ в ходе предварительного следствия по заявлению П (т. 1 л.д. 26-27). Подсудимая не отказывалась от адвоката в судебном заседании, положения ст.ст. 131, 132 УПК РФ ей были разъяснены, предусмотренных законом оснований для освобождения от взыскания процессуальных издержек в суд П не предоставила, согласно материалам дела, ограничений к труду не имеет, трудоспособная.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307 - 309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
П признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 6 (шести) лет 8 (восемь) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Усть-Кутского городского суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ, назначить П окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Меру пресечения П до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.
Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, зачесть в срок отбывания наказания время содержания П под стражей с 30 октября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Усть-Кутского МСО СУ СК России по Иркутской области, по вступлении приговора суда в законную силу:
- нож с рукояткой красного цвета, образцы крови В на марлевом тампоне, кожный лоскут с повреждениями с трупа В, срезы ногтевых пластин с пальцев рук трупа В - уничтожить.
Взыскать с П в доход Федерального бюджета РФ процессуальные издержки в сумме 36 847 (тридцати шести тысяч восьмисот сорока семи) рублей 80 (восьмидесяти) копеек за оказание юридической помощи адвокатом.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Усть-Кутский городской суд Иркутский области в течение 15 суток со дня провозглашения, осужденной – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.
В случае подачи апелляционной жалобы, осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав об этом в апелляционной жалобе.
Председательствующий Мажирин М.В.