РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
31 июля 2026 года Синарский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе: председательствующего Васильевой И.В., с участием представителя истца Нетунаевой Е.А., представителя ответчика Быкова И.А., третьего лица Васильевой Е.Р., при помощнике судьи Воробьевой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Симонова Антона Евгеньевича к Васильевой Рафиде Агалямовне о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, установил:
Симонов А.Е. обратился в суд с иском к Васильевой Р.А. (с учетом уточнения) о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 238 728 рублей 50 копеек, расходов по уплате государственной пошлины в размере 8 581 рубль 86 копеек, расходов на оплату услуг эксперта в размере 8 000 рублей.
В обосновании иска указано, что 24.11.2025 в 16:50 час. в городе <адрес>, произошло ДТП с участием автомобиля Тойота Королла, государственный регистрационный знак № под управлением Симонова А.Е., чья автогражданская ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «ГСК «Югория», принадлежащего ему же, и автомобиля ЛАДА 211440, государственный регистрационный знак №, под управлением Васильевой Е.Р., чья автогражданская ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была, принадлежащего Васильевой Р.А.
В результате ДТП автомобилю истца Тойота Королла, государственный регистрационный знак №, причинены механические повреждения.
Виновником дорожно-транспортного происшествия истец считает Васильеву Е.Р.
Ввиду того, что имеется спор по вине, выплата страхового возмещения АО «ГСК «Югория» было осуществлено лишь ответчику, истцу в выплате страхового возмещения отказано ввиду отсутствия у ответчика полиса страхования.
В соответствии с экспертным заключением независимой технической экспертизы № 0312/1 от 03.12.2025 стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Тойота Королла, государственный регистрационный знак № составляет 1 394 123 рубля, стоимость транспортного средства Тойота Королла, государственный регистрационный знак №, на момент ДТП 24.11.2025 составляет 275 800 рублей, стоимость годных остатков транспортного средства Тойота Королла составляет 37 071 рубля 50 копеек.
Стоимость услуг эксперта составила 8 000 рублей.
Таким образом, истец имеет право на полное возмещение ущерба, в размере 238 728 рублей 50 копеек (275 800 рублей – 37 071 рубль).
Учитывая, что солидарная ответственность между собственников автомобиля и лицом, управляющим транспортным средством (водителем) не предусмотрена законом, соответственно с ответчиков в пользу истца подлежит взыскать в возмещение убытков пропорционально их доле вины.
Из материалов дела следует, что Васильева Е.Р. управляя автомобилем ЛАДА 211440, государственный регистрационный знак №, принадлежащего Васильевой Р.А.
Доказательств того, что по состоянию на дату ДТП у причинителя вреда был заключен договор аренды транспортного средства с Васильевой Р.А. не представлено, сведений о выдаче доверенности также не имеется. Договора ОСАГО в отношении указанного транспортного средства отсутствовал, как и не представлено и доказательств допуска водителя Васильевой Е.Р. к управлению транспортным средством на ином законном основании.
Таким образом, отсутствуют сведения о передаче водителю Васильевой Е.Р. титула владения названным автомобилем, в частности по предусмотренному письменному договору аренды транспортного средства, в частности обязанности по страхованию автогражданской ответственности и самой ответственности.
Доказательств выбытия транспортного средства из обладания Васильевой Р.А. в результате противоправных действий других лиц также представлено не было.
Поскольку ответчик Васильева Р.А. не обеспечила заключение договора страхования ОСАГО, допустила к управлению Васильеву Е.Р. без передачи вещного права на транспортное средство с обязанностью по страхованию автогражданской ответственности, что свойственно владению собственника, на рассматриваемый автомобиль на дату дорожно-транспортного происшествия, истец полагает надлежащим по заявленным исковым требованиям Васильеву Р.А., как владельца источника повышенной опасности, не утратившего титул владения при передаче автомобиля Васильевой Е.Р., соответственно, и бремени ответственности за причинение вреда данным источником повышенной опасности в отсутствие исполнения им предусмотренной законом обязанности по страхованию автогражданской ответственности.
Истец Симонов А.Е. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие, с участием его представителя.
Представитель истца Нетунаева Е.А., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в иске. На доводы ответчика пояснила, что доказательств передаче водителю Васильевой Н.Е.Р. права владения автомобилем не представлено, в связи с чем заявлены требования к собственнику автомобиля Васильевой Р.А. Указала, что заключением эксперта установлена причинно-следственная связь между действиями водителя Васильевой Е.Р. и возникшим ДТП. Также просила учесть, что третье лицо Васильева Е.Р. в судебном заседании поясняла, что она остановила транспортное средство до полной остановки, в связи с чем она имела возможность предотвратить столкновение.
Ответчик Васильева Р.А. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, ходатайств, возражений не представил, суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие, с участием его представителя.
Представитель ответчика Быков И.А., действующий на основании ордера, в судебном заседании исковые требования Симонова А.Е. просил оставить без удовлетворения. Пояснил, что материалы гражданского дела содержат доказательства того, что водитель Симонов А.Е. пересек стоп-линию именно на запрещающий сигнал светофора, а значит, вина в ДТП лежит исключительно на нем. Третье лицо Васильева Е.Р. указывает на то, что истец выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора. Работниками ГИБДД был оформлен материал ДТП и составлена схема ДТП, зафиксировавшая расположение автомобилей на перекрестке после столкновения. Указанная схема подтверждает то обстоятельство, что автомобиль ВАЗ-211440 от места столкновения находится на расстоянии 14,7 м, развернут в обратную сторону- что подтверждает большую силу удара, и, соответственно, большую скорость автомобиля Тойота Королла в момент ДТП. Кроме того, указал, что свидетель Шлыков А.И. в судебном заседании подтвердил, что третье лицо выехала на перекресток на разрешающий сигнал светофора. Участники ДТП выехали на перекресток не одновременно, следовательно, истец проехал перекресток на запрещающий сигнал светофора. Также указал, что заключение эксперта противоречит обстоятельствам дела, в нем содержатся ответы, которые противоречат законодательству. Считает, что требования к Васильевой Р.А. не могут быть удовлетворены, так как она является ненадлежащим ответчиком по делу, так как на дату ДТП она не являлась владельцем автомобиля, а право владения было передано третьему лицу Васильевой Е.Р.
Третье лицо Васильева Е.Р. в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просила отказать, пояснила, что в день ДТП она ехала на автомобиле со стороны ул. Парковая в сторону ул. Привокзальная. На последних секундах мигающего зеленого сигнала светофора, она подъехала к перекрестку, сбавила скорость, доехала до середины перекрестка и стала поворачивать, чтобы завершить маневр, в этот момент произошло столкновение, ее автомобиль отбросило обратно к светофору. Виновником в ДТП считает истца, так как она выезжала на перекресток на разрешающий сигнал светофора.
Представитель третьего лица АО «Страховая компания «Югория» Цыганова А.И. в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом. Представила в материалы дела отзыв, в котором указала, что страховщиком обязанности по данному страховому случаю выполнены в полном объеме.
При таких обстоятельствах, суд полагает возможным в соответствии со ст. ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие не явившегося ответчика.
Выслушав пояснения сторон, допросив свидетеля, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.
Согласно статье 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В силу положений ч.1 ст.56, ч.1 ст.57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.
Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст.60 ГПК РФ).
Согласно ч.ч.1-3 ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
При этом в исключение из общего правила об обязанности доказывания признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств (ч.2 ст.68 ГПК РФ).
Согласно п.1 ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. В силу п.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).
В силу пункта 1 статьи 1079 этого же Кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильно действующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" дано общее разъяснение положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Исходя из изложенного, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего ему права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания, в том числе на основании доверенности.
По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под законностью владения подразумевается наличие гражданско-правовых оснований владения транспортным средством, а не соблюдение правил дорожного движения.
Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда, причиненного источником повышенной опасности, является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.
При этом ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу на каком-либо законном основании.
Судом установлено, что 24.11.2025 в 16:50 час. в городе <адрес>, произошло ДТП с участием автомобиля Тойота Королла, государственный регистрационный знак № под управлением Симонова А.Е., чья автогражданская ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «ГСК «Югория», принадлежащего ему же, и автомобиля ЛАДА 211440, государственный регистрационный знак №, под управлением Васильевой Е.Р., принадлежащего Васильевой Р.А.
В результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца Тойота Королла, государственный регистрационный знак № получил значительные механические повреждения.
Автогражданская ответственность Симонова А.Е. на момент ДТП была застрахована в АО «Страховая компания «Югория» по договору ОСАГО серии №
Автогражданская ответственность Васильевой Е.Р. на момент ДТП не была застрахована.
Определением от 24.11.2025 в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении Симонова А.Е. отказано в связи с отсутствием события административного правонарушения.
Определением от 24.11.2025 в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении Васильевой Е.Р. отказано в связи с отсутствием события административного правонарушения
Для определения виновного лица в совершении дорожно-транспортного происшествия по ходатайству сторон была назначена судебная автотехническая экспертиза.
Согласно заключению эксперта № С11/26 от 22.05.2026, водитель автомобиля ВАЗ 2114 государственный номер № имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем Тойота Королла государственный регистрационный номер М 340 КУ 96.
Определить на каком расстоянии от места столкновения автомобилей находился автомобиль Тойота Королла государственный номер № в момент начала выполнения водителем автомобиля ВАЗ 2114 номер № маневра поворота не представляется возможным.
Водитель автомобиля ВАЗ 2114 государственный регистрационный номер № при выполнении поворота налево должен был руководствоваться требованиями п. 8.1, п. 13.4 Правил дорожного движения.
Водитель Тойота Королла государственный номер М 340 КУ 96 должен был руководствоваться требованиями п. 6.2. п. 10.1 Правил дорожного движения. А в случае движения на желтый сигнал светофора руководствоваться требованиями п. 6.2, 6.14 с учетом п. 6.13 Правил дорожного движения.
В первом случае, если водитель автомобиля Тойота Королла государственный номер М 340 КУ 96 выехал на перекресток на зеленый мигающий сигнал светофора, то действия водителя автомобиля Тойота Королла, государственный знак № соответствовали требованиям п. 6.2. Правил дорожного движения. Установить соответствовали ли действия водителя автомобиля Тойота Королла государственный регистрационный знак М 340 КУ 96 требования п. 10.1 Правил дорожного движения не представляется возможным.
Действия водителя автомобиля ВАЗ 2114 государственный номер № не соответствовали требованиям п. 8.1, п. 13.4 Правил дорожного движения.
Во втором случае, если водитель автомобиля Тойота Королла государственный регистрационный знак № выехал на перекресток на желтый сигнал светофора:
В случае, если водитель автомобиля Тойота Королла государственный номер № имел техническую возможность остановиться перед стоп-линией с момента включения желтого сигнала светофора, то действия водителя автомобиля не соответствовали требованиям п. 6.2 правил дорожного движения.
В случае, если водитель автомобиля Тойота Королла государственный номер № не имел технической возможности остановиться перед стоп-линией с момента включения желтого сигнала светофора, то действия водителя автомобиля Тойота Королла государственный регистрационный номер № соответствовали требованиям п. 6.2, 6.14 с учетом п. 6.13 Правил дорожного движения.
Действия водителя автомобиля ВАЗ 2114 государственный номер № в любом из случаем не соответствовали требования п. 8.1 (абзац 1), п. 13.4 Правил дорожного движения.
Решение вопроса о нарушении водителем требований Правил, а также установление наличия либо отсутствия причинной связи между этими нарушениями и наступившими последствиями выходит за пределы компетенции эксперта.
В первом случае, если водитель автомобиля Тойота Королла государственный номер № выехал на перекресток на зеленый мигающий сигнал светофора, то действия водителя автомобиля ВАЗ 2114 государственный номер № не соответствовавшие требованиям п. 8.1, п. 13.4 Правил дорожного движения находились в причинно-следственной связи с происшествием.
Действия водителя автомобиля Тойота Королла государственный номер № не находились в причинно-следственной связи с происшествием.
Во втором случае, если водитель автомобиля Тойота Королла государственный номер № выехал на перекресток на желтый сигнал светофора:
В случае, если водитель автомобиля Тойота Королла государственный номер № имел техническую возможность остановиться перед стоп-линией с момента включения желтого сигнала светофора, то действия водителя автомобиля Тойота Королла государственный номер № не соответствовали требования п. 6.2, 6.14 с учетом п. 6.13 Правил дорожного движения и эти несоответствия находились в причинно-следственной связи с происшествием.
В случае, если водитель автомобиля Тойота Королла государственный номер № не имел технической возможности остановиться перед стоп-линией с момента включения желтого сигнала светофора, то действия водителя автомобиля Тойота Королла государственный номер № не находились в причинно-следственной связи с происшествием.
Действия водителя автомобиля ВАЗ 2114 государственный регистрационный номер № не соответствовавшие требованиям п. 8.1, п. 13.4 Правил дорожного движения в любом случае находились в причинно-следственной связи с происшествием.
Представленное заключение соответствует требованиям ст.68 ГПК РФ, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" (в частности его ст.25), содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом в определении о назначении экспертизы от 09.04.2026 вопросы.
По мнению суда, не доверять компетентности эксперта в своей области знаний, в правильности проведения экспертизы, полноте анализа имевшей место дорожной ситуации, выводам эксперта, изложенным в заключении, не противоречащим иным доказательствам и установленным судом обстоятельствам дела, оснований не имеется. Суду представлены соответствующие доказательства, подтверждающие наличие полномочий эксперта Миронова Н.Д. на проведение экспертизы, его должную квалификацию.
По ходатайству представителя ответчика, эксперт Миронов Н.Д. представил в материалы дела пояснения к заключению № С11/26 от 22.05.2026, в соответствии с которым согласно паспорту светофорного объекта <*****> от 05.03.2026 в случае, если автомобиль ВАЗ 2114 выехал на 4 с на перекресток, то он двигался на запрещающий сигнал светофора, что противоречит объяснениям всех остальных участников движения.Неважно какое местоположение автомобиля Шлыкова А.И. было бы, так как согласно паспорту светофорного объекта <*****> от 05.03.2026 направление 3Т и 4Т работают одинаково. Следовательно, независимо от того, к какому из указанных направлений -3Т или 4Т- относилось местоположение автомобиля Шлыкова А.И., сигналы светофора для данных направлений включались синхронно и имели одинаковую продолжительность соответствующих фаз.
Для водителя ВАЗ 2114 презюмируется возможность соблюдать требования сигналов светофора по п. 6.2 ПДД и. при наличии объективной технической возможности, остановиться перед стоп-линией при включении желтого сигнала либо принять меры к торможению при возникновении опасности согласно п. 10.1 ПДД.
Однако, конкретная техническая возможность выполнения отдельных требований ПДД, например, возможность Тойота Королла остановиться перед стоп-линией после включения желтого сигнала или предотвратить столкновение экстренным торможением, не презюмируется безусловно, а устанавливается расчетным путем на основании исходных данных: скорости, расстояния до стоп-линии, времени движения, момента возникновения опасности, тормозного пути и иных обстоятельств. В рассматриваемом случае по Тойота Королла такая техническая возможность либо невозможность не может быть определена из-за отсутствия необходимых исходных данных.
Изначально техническая возможность остановиться перед стоп-линией при включении желтого сигнала светофора не презюмируется. Она должна быть установлена экспертным исследованием. При отсутствии необходимых исходных данных эксперт вправе утверждать ни то, что водитель имел такую возможность, ни то, что он ее не имел.
Формулировка о невозможности определить имел ли водитель Тойота Королла техническую возможность остановиться перед стоп-линией с момента включения желтого сигнала светофора, обусловлена тем, что для такого вывода необходимы объективные данные: расстояние автомобиля до стоп-линии в момент включения желтого сигнала либо время его движения от момента включения желтого сигнала до пересечения стоп-линии, а также скорость движения и иные расчетные параметры.
При отсутствии этих сведений эксперт не вправе делать категоричный вывод ни о наличии технической возможности остановиться, ни о ее отсутствии. Поэтому в заключении указано не на то, что подтверждение возможности остановиться «не найдено», а на то, что отсутствуют необходимые исходные данные для расчетного определения как возможности, так и невозможности остановки.
Наличие индикации обратного отсчета времени действия сигналов светофора само по себе не является достаточным основанием для категорического вывода о наличии у водителя Тойота Королла технической возможности остановиться перед стоп-линией. Для такого вывода необходимо установить местоположение автомобиля Тойота Королла в момент включения желтого сигнала светофора, его скорость и расстояние до стоп-линии. Поскольку указанные сведения в материалах дела отсутствуют, экспертным путем определить, мог или не мог водитель Тойота Королла остановиться пере стоп-линией при включении запрещающего сигнала, не представляется возможным.
Конкретные обстоятельства ДТП были проанализированы в пределах тех объективных технических данных, которые содержатся в представленных материалах дела. Указание в заключении на оба варианта- возможность и невозможность остановки перед стоп-линией- связано не с уклонением от анализа обстоятельств ДТП, а с отсутствием достаточным исходных данных, позволяющих технически исключить один из этих вариантов. Для того, чтобы сделать категорический вывод о наличии либо отсутствии у водителя Тойота Королла технической возможности остановиться перед стоп-линией, необходимо располагать объективными данными сведениями о том, где именно находился автомобиль в момент включения желтого сигнала светофора, на каком расстоянии от стоп-линии, с какой скоростью он двигался, какой был режим его движения и имелось ли достаточное расстояние для остановки.
С технической точки зрения при въезде Тойота Королла на перекресток на запрещающий сигнал светофора данный автомобиль не имел технического приоритета движения перед другим автомобилем ВАЗ 211440. Вопрос об обязанности водителя ВАЗ-2114400 «уступить дорогу» не является техническим и экспертом не решается. Технически подлежит оценке только наличие или отсутствие у водителя ВАЗ-211440 возможности своевременно обнаружить опасность и предотвратить столкновение.
При установлении факта въезда Тойота Королла на перекресток на запрещающий сигнал светофора, с технической точки зрения в причинно-следственной связи с ДТП находились действия обоих водителей: водителя ВАЗ-211440- в части выполнения поворота налево без обеспечения безопасности маневра и уступления дороги встречному транспортному средству, и водителя Тойота Королла- в части въезда на перекресток на запрещающий сигнал светофора, что непосредственно способствовало возникновению аварийной ситуации и последующему столкновению.
Доводы стороны ответчика о том, что выводы эксперта носят противоречивый характер, эксперт не верно понял расположение автомобиля свидетеля Шлыкова А.И., эксперту были предоставлены материалы дела, в которых имелась неточность в показаниях свидетеля, сводятся к несогласию стороны ответчика с заключением эксперта. Оснований для назначения повторной судебной экспертизы суд не усматривает. Эксперт Миронов Н.Д. в своих пояснениях по представленным стороной ответчика вопросам привел развернутые ответы, исчерпывающие какие-либо неточности и ошибки. Заключение эксперта основано на представленных в деле доказательств, материалов ГИБДД, и не может быть основано на показаниях свидетеля, либо участников ДТП.
Из объяснений Васильевой Е.Р. от 24.11.2025, данных сотруднику ДПС Госавтоинспекции МО МВД России Каменск-Уральский, следует, что 24.11.2025 в 16:50 час. она управляла автомобилем ВАЗ государственный регистрационный знак №, двигалась по ул. <адрес> со скоростью около 20 км/ч. В автомобиле находилась одна, была пристегнута ремнями безопасности. Подъезжая к перекрестку <*****>, она заметила, находясь на перекрестке до стоп-линии, что на светофоре на секции остается 4 секунда, она снизила скорость, предварительно включив левый указатель поворота. Выезжая на перекресток, снизив скорость до минимальной, убедившись, что по дополнительной секции светофора включился желтый сигнал светофора, она продолжила маневр поворота, чтобы убрать свою машину с перекрестка. В этот момент она заметила встречный автомобиль Тойота государственный регистрационный номер №, которая приближается по ул. <адрес> со стороны ул. <адрес> на высокой скорости, которую она заметила ранее в районе парковки ул. <адрес> Так как на светофоре был желтый сигнал светофора, она должна была завершить свой маневр и от встречного автомобиля она не ожидала, что он продолжит свое движение. Так как расстояние до встречного автомобиля было очень маленькое, избежать столкновения ей не удалось. Встречный автомобиль ударил передней частью автомобиля в переднюю часть ее автомобиля. После столкновения ее автомобиль развернуло.
Из пояснений Симонова А.Е. от 24.11.2025, данных сотруднику ДПС Госавтоинспекции МО МВД России Каменск-Уральский, следует, что 24.11.2025 в 16:50 час. он управлял транспортным средством Тойота Королла, двигался по ул. <адрес> со стороны ул. <адрес> в сторону ул. <адрес> со скоростью около 50-60 км/ч с включенным светом ближних фар, с не пристегнутым ремнем безопасности. Подъезжая к перекрестку <адрес> по ул. <адрес> горел мигающий зеленый сигнал светофора, она выехал на перекресток на мигающий зеленый сигнал светофора. В это же самое время автомобиль ВАЗ 2144 во встречном направлении выполнял поворот налево. Расстояние перед столкновением было минимальное, транспортное средство ВАЗ 2114 переднюю часть его транспортного средства.
В соответствии с п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
Согласно п. 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.
Анализируя указанные выше обстоятельства и оценивая представленные по делу доказательства, принимая во внимание нормы закона, регулирующие спорные правоотношения, суд приходит к выводу, что водитель Васильева Е.Р. при управлении автомобилем ВАЗ 2144, государственный регистрационный знак №, в заданных дорожных условиях нарушила положения пункта 8.1, 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации не уступила дорогу принадлежащему истцу автомобилю Тойота Королла, государственный регистрационный номер №, обладающим преимущественным правом движения, вследствие чего произошло ДТП, в результате которого причинен вред принадлежащего истцу имуществу.
Гражданская ответственность Васильевой Е.Р. на момент дорожно-транспортного происшествия по договору ОСАГО не была застрахована.
Собственником транспортного средства ВАЗ 2114, государственный регистрационный номер №, является ответчик Васильева Р.А., которая доказательств передачи права владения транспортным средством Васильевой Е.Р. в момент ДТП не представила.
Доводы представителя ответчика о нарушении водителем Симоновым А.Е. требований пункта 6.13 ПДД РФ, предусматривающий, что при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии: на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам; перед железнодорожным переездом - в соответствии с пунктом 15.4 Правил; в других местах - перед светофором или регулировщиком, не создавая помех транспортным средствам и пешеходам, движение которых разрешено, подлежат отклонению.
Как следует из режима работы светофорного объекта, расположенного на пересечении улиц Парковая-Добролюбова, при первой фазе транспортный светофор, регулирующий движения через перекресток улицы Парковая в обоих направлениях (1Т и 2Т) горит зеленым сигналом 30 секунд и еще 3 секунды горит зеленый мигающий сигнал, далее загорается желтый (3 секунда) и красный сигнал.
Следовательно, работы светофорного объекта предусматривает разрешение движения по направлению 1Т и 2Т одинаковое количество времени.
Как следует из пояснений свидетеля Шлыкова А.И., допрошенного в судебном заседании, следует, что он ехал со стороны ул. Добролюбова в сторону Парковая на заправку «Газпромнефть», остановился на красный сигнал светофора, ждал зеленого сигнала, на секунде выехала зеленая ВАЗ 21440,он мысленно сказал себе «…успевает на последних секундах».
Таким образом, объективных доказательств проезда водителем Симоновым А.Е. перекрестка на красный свет, в материалах дела не имеется.
Решая вопрос о виновности либо невиновности водителя в совершении дорожно-транспортного происшествия следует исходить из требований пункта 10.1 Правил, в соответствии с которыми водитель должен вести его со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.
Исходя из этого при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Ответственность наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.
При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.
Таким образом, в силу требований статьей 12, 56 ГПК РФ истец Симонов А.Е. должен доказать, что у него отсутствовала техническая возможность избежать ДТП, а ответчик должна доказать, что такая техническая возможность у водителя Симонова А.Е. имелась.
Ответчик доказательств наличия у водителя Симонова А.Е. технической возможности избежать ДТП суду не представил.
Вместе с тем, на фотографиях с места ДТП усматриваются следы дугообразной формы на проезжей части за задней частью автомобиля Тойота Королла государственный номер №, что говорит о том, что автомобиль начал торможение до места ДТП.
Из письменных объяснений Васильевой Е.Р. от 24.11.2025 следует, что выезжая на перекресток, снизив скорость до минимальной, убедившись, что по дополнительной секции светофора включился желтый сигнал светофора, она продолжила маневр поворота, чтобы убрать свою машину с перекрестка. В этот момент она заметила встречный автомобиль Тойота государственный регистрационный номер №, которая приближается по ул. Парковая со стороны ул. Привокзальная на высокой скорости, которую она заметила ранее в районе парковки <адрес>. Так как на светофоре был желтый сигнал светофора, она должна была завершить свой маневр и от встречного автомобиля она не ожидала, что он продолжит свое движение.
Таким образом, из пояснений водителя Васильевой Е.Р. следует, что снижая скорость до минимальной перед проездом перекрестка, видя приближающийся автомобиль истца, она имела возможности избежать ДТП.
Судом также отмечается, что водитель Симонов А.Е. двигался по своей полосе (своему ряду) движения, маневров отклоняющихся от движения в прямом направлении, нарушений ПДД РФ в его действиях находящихся в причинной связи с ДТП не установлено, а водитель Васильева Е.Р. в свою очередь напротив создала помеху для движения автомобилю под управлением Симонова А.Е., чем нарушила требования пунктов 8.1, 13.4 ПДД РФ, которые находятся в прямой причинной связи с возникновением ДТП.
Доводы стороны ответчика о том, что ответчик Васильева Р.А. является ненадлежащим ответчиком, судом отклоняются.
Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.
Обязанность по страхованию гражданской ответственности распространяется на владельцев всех используемых на территории Российской Федерации транспортных средств, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи.
Понятие владельца транспортного средства приведено в статье 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.
Под владением в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объеме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника понимается незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки.
Исходя из приведенных норм права и их разъяснений законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.
Допуск к управлению транспортным средством иного лица сам по себе не свидетельствует о том, что такое лицо становится законным владельцем источника повышенной опасности.
Предусмотренный статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень законных оснований владения источником повышенной опасности и документов, их подтверждающих, не является исчерпывающим, но любое из таких оснований требует соответствующего юридического оформления (заключение договора, выдача доверенности на право управления транспортным средством, внесение в страховой полис лица, допущенного к управлению транспортным средством, и т.п.).
Собственником транспортного средства ВАЗ 211440, государственный регистрационный номер №, является ответчик Васильева Р.А, которая доказательств передачи права владения транспортным средством Васильевой Е.Р. в момент ДТП не представила.
Третье лицо Васильева Е.Р. также не представила доказательств перехода ей права владения транспортным средством на законных основаниях, при этом из объяснений Васильевой Е.Р. в судебном заседании следует, что в момент ДТП она управляла автомобилем без оформления полиса ОСАГО и в отсутствие права владения данным транспортным средством.
Таким образом, не установив факт перехода права владения источником повышенной опасности от Васильевой Р.А. к Васильевой Е.Р., суд приходит к выводу, что именно Васильева Р.А. как собственник транспортного средства, должна нести ответственность за причиненный данным источником вред.
Согласно заключению судебной экспертизы № 0312/1 ИП Бокова А.В. рыночная стоимость автомобиля марки Тойота Королла, 1992 год выпуска, государственный регистрационный знак № на дату ДТП 24.11.2025 составляет 275 800 рублей, стоимость частей, узлов и агрегатов и деталей, пригодных для использования автомобиля составляет 37 071 рубль 50 копеек.
Таким образом, размер причиненного истцу ущерба составит разность между рыночной стоимостью автомобиля и его годными остатками 238 728 рублей 50 копеек (275 800 рублей – 37 071 рубль 50 копеек).
Указанная сумма ущерба, подлежит взысканию с собственника транспортного средства Васильевой Р.А. в пользу Симонова А.Е.
Доказательств иной стоимости ущерба в материалы дела не представлено.
Согласно ст. ст. 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Поскольку при определении размера стоимости восстановления поврежденного транспортного средства суд принял за основу отчет эксперта ИП Бокова А.В. № 0312/1, в пользу истца должны быть взысканы расходы на проведение оценки в размере 8 000 рублей. Данные расходы подтверждаются чеком № 20iudzv55g от 09.12.025.
На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным взыскать с ответчика Васильевой Р.А. в пользу истца Симонова А.Е. расходы по оплате государственной пошлины в размере 8 161 рубль 86 копеек. Данные расходы подтверждаются чеком по операции от 24.12.2025.
Поскольку при подаче иска истцом была уплачена государственная пошлина в размере 8 581 рубль 86 копеек (исходя из заявленных требований), то сумма государственной пошлины в размере 420 рублей является излишне уплаченной и подлежит возврату истцу.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 14,194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Симонова Антона Евгеньевича к Васильевой Рафиде Агалямовне о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов - удовлетворить.
Взыскать с Васильевой Рафиды Агалямовны (паспорт №) в пользу Симонова Антона Евгеньевича (СНИЛС №) в счет возмещения ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием 238 728 рублей 50 копеек, расходы на проведение оценки в размере 8 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины 8 161 рубль 86 копеек.
Вернуть Симонову Антону Евгеньевичу излишне уплаченную государственную пошлину в размере 420 рублей по чеку об операции от 24.12.2025.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловском областном суде через Синарский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий И.В. Васильева