УИД: 66RS0053-01-2025-003739-87 Мотивированное решение суда изготовлено 10.03.2026
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 февраля 2026 года г.Сысерть
Сысертский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Филимоновой С.В., при секретаре Остроуховой Е.С., с участием прокурора ФИО11, истцов ФИО3, ФИО7 и их представителя ФИО13, действующей на основании доверенности, представителя ответчика ФИО8 - адвоката ФИО10, действующего на основании ордера, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №40817810604900317040 по исковому заявлению ФИО3, ФИО7 к ФИО8 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, возмещению судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3, ФИО7 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО8 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением.
В обоснование иска указано, что приговором Сысертского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №40817810604900317040 ответчик ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно в умышленном причинении смерти другому человеку - ФИО4, и осужден к отбытию наказания в виде лишения свободы на срок семь лет в исправительной колонии строгого режима.
Приговор суда вступил в законную силу.
ФИО4, смерть которой от противоправных действий ответчика последовала в период с <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ, являлась родной старшей сестрой истцов ФИО7 и ФИО3
Истец ФИО7 была признана по вышеуказанному уголовному делу потерпевшей.
Истцы претерпели нравственные страдания в связи с потерей родной старшей сестры, перенеся тяжелую душевную травму. Смерть сестры явилась неожиданностью для них и стала сильнейшим психологическим ударом, причинив нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя. Неизгладимой является боль утраты близкого человека, смерть которого в любом возрасте является огромным горем.
Смерть близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие человека, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.
Истцы просят взыскать с ответчика в свою пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного им в связи со смертью сестры в результате преступления в размере по 1 000 000 руб. каждому, а также судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 5 000 руб.
В судебном заседании истцы ФИО3, ФИО7, ссылаясь на требования, изложенные в исковом заявлении, их поддержали в полном объеме. При этом, в дополнение пояснив, что с погибшей сестрой она напротив общались и даже помогали ей материально, когда она к ним обращалась, в какие-то периоды жизни старшая сестра ФИО4 проживала в квартире у ФИО7 После гибели сестры, ФИО3 и ФИО7 переживали о том, с какой жестокостью была убита их сестра, и то, что ФИО8 пытался скрыть сам факт преступления, а от увиденных фотографий ФИО7 долгое время находилась в подавленном состоянии, тогда как у нее семья и маленькие дети, которым требовалось уделять внимание. В поселке, где они проживают и произошли сами события преступления, к ним периодически подходят люди и расспрашивают об обстоятельствах гибели их сестры, и им приходится давать по этому поводу пояснения и вновь вспоминать неприятные события.
Кроме того, истцы претерпели нравственные страдания в связи с потерей родной старшей сестры, перенеся тяжелую душевную травму. Смерть сестры явилась неожиданностью для них и стала сильнейшим психологическим ударом, причинив нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя. Неизгладимой является боль утраты близкого человека, смерть которого в любом возрасте является огромным горем. Смерть близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, а также нарушает их неимущественное право на семейные связи.
Представитель истцов ФИО3, ФИО7 - ФИО13, ссылаясь на требования, изложенные в исковом заявлении, заявленные требования поддержал в полном объеме и просила их удовлетворить.
Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явился, содержится в местах лишения свободы, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, посредством направления почтовой корреспонденции, направил в суд своего представителя – адвоката ФИО10, действующего на основании ордера. Кроме того, ответчик ФИО8 н6аправил в суд возражения на исковое заявление.
Согласно возражениям ответчика он не признает исковые требования и просит отказать в их удовлетворении по следующим основаниям. Ответчик полагает, что истцами не доказано наличие нравственных страданий. Напротив, как видно из содержания искового заявления, представленных истцами документов, а также их пояснений в ходе судебного разбирательства. С рождения истцы отдельно от погибшей воспитывались в детском доме <адрес> и только в школьном возрасте им стало известно о наличии у них родной сестры ФИО4, которая находилась в детском доме <адрес>. При этом с момента их знакомства, ФИО4 игнорировала все попытки общения. После выпуска из детского дома родственная связь не поддерживалось и какое-либо общение между истцами и ФИО4 практически отсутствовало.
В обоснование своей позиции ответчик ФИО8 также ссылался на материалы уголовного дела №40817810604900317040, возбужденные в отношении него, где в протоколе допроса потерпевшей ФИО7, истец указывала о том, что является родной сестрой ФИО4, родственные отношения с которой отсутствовали и общение не поддерживали. До гибели сестры в последний раз видела ее в 2022 году. При этом сестру характеризовала отрицательно, указывая на ее судимость за убийство, асоциальный образ жизни, агрессивное поведение в состоянии опьянения выражающееся в оскорблениях и провокации других. В том числе согласно данного протокола допроса указывала о наличии у погибшей родного брата ФИО3, который проживал за пределами <адрес>, место жительство которого ей не известно, указав последнее известное <адрес>. При этом также указывала, что брат близко с ФИО4 также не общался. Данные показания также подтверждаются протоколом судебного заседания (л.д. 221-222 т. 2) в ходе которого потерпевшая ФИО7 на своих показаниях настаивала.
В ходе рассмотрения уголовного дела ФИО3 также не оспаривал, тот факт, что участие при его рассмотрении не принимал, каких-либо доказательств личного общения с сестрой до дня ее гибели суду не предоставил. В том числе оба истца не оспаривали тот факт, что оформлением документов и проведением погребения, а также несением материальных расходов, связанных с ритуальными услугами, занимался сожитель погибшей.
Также ответчик ФИО8 полагает, что для определения размера компенсации морального вреда необходимо учитывать обстоятельства, при которых ответчик совершил преступление и его последующее поведение. Так относительно причинения вреда здоровью погибшей свои действия ответчик никогда не оспаривал, однако указал что причиной конфликта послужило противоправное поведение потерпевшей, которая вела себя, агрессивно находясь в состоянии опьянения и фактически спровоцировала конфликт между ними. После совершения преступления ответчик самостоятельно позвонил в полицию и сообщил о произошедшем. В ходе предварительного следствия оказывал активное способствование в раскрытии и расследовании преступления, выразившееся в даче признательных показаний, которые он подтвердил и в ходе рассмотрения дела в суде, а также участие на всех следственных действиях. В содеянном искренне раскаивался и приносил свои извинения потерпевшей. В ходе рассмотрения дела избранные ему меры пресечения в том числе не связанные с лишением свободы не нарушал и являлся по первому вызову. При вынесении приговора суд установил отсутствие отягчающих обстоятельств, а также ряд смягчающих вину обстоятельств. Кроме того, полагает необходимым учесть наличие на иждивении ответчика матери - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являющейся пенсионером и имеющей ряд заболеваний в силу возраста. В том числе состояние здоровья самого ответчика и наличие у него хронических заболеваний, подтверждающихся материалами уголовного дела.
Таким образом, по мнению ответчика, истцами не представлены какие-либо доказательства сложившихся родственных и семейных связей, характеризующиеся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между ними и погибшей при ее жизни. Сам по себе факт родственных отношений не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда при причинении вреда жизни гражданина в заявленном в иске размере.
Вышеуказанная позиция ответчика сформирована на основе судебной практики, согласно которой при рассмотрении подобных дел необходимо установить обстоятельства, свидетельствующие о том, что лица, обратившиеся за компенсацией морального вреда, действительно испытывают физические или нравственные страдания в связи со смертью потерпевшего, что предполагает в числе выяснение характера отношений (семейные, родственные), сложивши между этими лицами и потерпевшим при его жизни. Также необходимо исследовать помимо прочих вопрос близкого родства, нахождения лиц на иждивении потерпевшего.
Представитель ответчика ФИО8 - адвокат ФИО10, действующий на основании ордера, в судебном заседании исковые требования не признал.
Помощник Сысертского межрайонного прокурора ФИО11, в судебном заседании считала, что исковые требования подлежат удовлетворению в разумных пределах.
Руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд определил о рассмотрении дела в отсутствие лиц, участвующих в деле, в порядке заочного производства.
Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, судья приходит к следующему выводу.
Согласно ст. 150 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ – далее) право на жизнь наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом (п. 1).
Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2).
Пунктом 1 ст. 1099 ГК РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Как разъяснено в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Из правовой позиции, изложенной в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 № 23 «О судебном решении» следует, что в силу положений ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Таким образом, размер ущерба от преступления, установленный в приговоре суда, даже если он имеет квалифицирующее значение для конкретного состава преступления и не оспаривался подсудимым при рассмотрении уголовного дела в особом порядке (без судебного разбирательства), не имеет преюдициального значения - суд, рассматривающий гражданское дело о гражданско-правовых последствиях преступления, устанавливает этот факт на основе доказательств, представленных сторонами и другими лицами, участвующими в деле.
Судом установлено и следует из материалов дела, приговором Сысертского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса РФ, с назначением ему наказания в виде лишения свободы на срок <данные изъяты> лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Мера пресечения в виде запрета определенных действий изменена, ФИО8 взят под стражу в зале судебного заседания.
Кроме того, приговором установлено, что ФИО8 совершил убийство ФИО4, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Преступление совершено ФИО8 в <адрес>, в период с <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ включительно, в ходе распития спиртных напитков с ранее ему знакомой ФИО4, при этом в момент совершения преступления ФИО8 находился в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, и умышленно, из личных неприязненных отношений, нанес руками не менее одиннадцати ударов в область головы и грудной клетки ФИО4 После чего ФИО8, находясь в то же время и в том же месте, вооружившись <данные изъяты>
Своими умышленными преступными действиями, направленными на убийство ФИО4, ФИО8 причинил потерпевшей:
<данные изъяты>
<данные изъяты>, и состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО4
Смерть ФИО4 наступила на месте преступления после получения всех вышеуказанных повреждений, в результате ран <данные изъяты>
Потерпевшей по указанному уголовному делу признана ФИО7
Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
При указанных обстоятельствах, суд считает установленным факт умышленного причинения ФИО8 смерти ФИО4
Судом установлено, что ФИО3, ФИО7 (урожденная ФИО15) ФИО7 по отношению к погибшей ФИО4, приходятся родными братом и сестрой, поскольку в свидетельствах о их рождении родителями записаны: отец ФИО5, мать – ФИО6 (л.д. 18-20).
Истцы просят взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. каждому, поскольку им причинены физические и нравственные страдания.
Согласно доводам истцов, они претерпели нравственные страдания в связи с потерей родной старшей сестры, перенеся тяжелую душевную травму. Смерть сестры явилась неожиданностью для них и стала сильнейшим психологическим ударом, причинив нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя. Неизгладимой является боль утраты близкого человека, смерть которого в любом возрасте является огромным горем. Смерть близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие человека, а также нарушает их неимущественное право на семейные связи.
К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (ч. 1 ст. 20), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Согласно разъяснениям пунктов 17, 22, 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.
Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Из разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», также следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса РФ).
Приоритетная функция деликтного обязательства по компенсации морального вреда – это компенсация за нарушение личных неимущественных прав и посягательство на нематериальные блага. В случае причинения вреда жизни и здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда).
Смерть близкого человека сама по себе является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, так как утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.
Таким образом, факт нарушения ответчиком неимущественных прав истцов является доказанным и позволяют суду сделать вывод о том, что требования истцов о компенсации морального вреда являются обоснованными.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает вышеперечисленные обстоятельства, а также умышленную форму и степень вины причинителя вреда, характер физических и нравственных страданий потерпевших, образ жизни их сестры и сложившиеся между ними семейные отношения, а также то, что исковые требования основаны на причинении ответчиком нравственных страданий в результате преступных действий. В связи с этим суд полагает заявленный размер компенсации явно завышенным.
Судом определяется размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу каждого из истцов в размере 200 000 рублей. По мнению суда, данные суммы компенсации соответствуют требованиям разумности и справедливости, обстоятельствам причинения вреда, наступившим последствиям.
Кроме того, истцы просят взыскать с ответчика понесенные ими расходы на оплату юридических услуг в размере 5 000 руб.
Несение данных расходов подтверждается кассовым чеком на сумму 5 000 руб. и квитанцией к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО13 принято от ФИО7 5 000 руб. за оказание юридических услуг, а именно, составление искового заявления о компенсации морального вреда к ФИО14.
Суд полагает, что на основании ст. 98 ГПК РФ данные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истцов в равной части каждому.
Согласно п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Таким образом, учитывая, что каждым из истцов заявлены требования о компенсации морального вреда (требования неимущественного характера), с ответчика в пользу государственного бюджета в соответствии с п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 000 рублей (за два требования неимущественного характера).
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования удовлетворить в части.
Взыскать с ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> копии <адрес> (паспорт гражданина РФ <данные изъяты> в пользу ФИО3 (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, а также судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 2 500 рублей, итого <данные изъяты>) рублей.
Взыскать с ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> копии <адрес> (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>) в пользу ФИО7 (паспорт гражданина РФ <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, а также судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 2 500 рублей, итого <данные изъяты>) рублей.
В удовлетворении остальной части заявленных требований истцам отказать.
Взыскать с ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> копии <адрес> (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>) в доход государства госпошлину в размере 6 000 (шесть тысяч) рублей.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Сысертский районный суд <адрес>, вынесший решение.
Судья Филимонова С.В.