РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
02 октября 2026 года г. Сухой Лог
Сухоложский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Нестерова В.А., при секретаре Дунаевой О.Б., с участием истца ФИО10 представителя истца Шутиковой К.В., представителя ответчика ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» Быстрых Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Сухоложская районная больница» о возмещении вреда, установил:
Истец ФИО2 обратился в суд с иском к ответчику, с учётом уточнения исковых требований (л.д.122-131, 175-183, 209-212) просит взыскать с ГАУЗ СО «Сухоложская районная больница» в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинских услуг в размере 600 000 рублей, убытки в размере стоимости предстоящей операции по имплантации протеза в сумме 218 285 рублей, компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, а также судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 134 400 рублей.
В обоснование иска указано, что 15 ноября 2023 года ФИО2 обратился в ГАУЗ СО «Сухоложская ЦРБ» с жалобами <данные изъяты> Истцу в ГАУЗ СО «Сухоложская ЦРБ» было проведено лечение с диагнозом <данные изъяты> в ходе которого не были своевременно проведены необходимые диагностические исследования, предусмотренные клиническими рекомендациями, в частности УЗИ <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра истца <данные изъяты> был поставлен диагноз <данные изъяты> после чего истцу проведена операция <данные изъяты>. Однако в послеоперационный период состояние истца не улучшалось, боли <данные изъяты> сохранялись, что ДД.ММ.ГГГГ повлекло необходимость проведения повторной операции — <данные изъяты>. По результатам проведенной страховой медицинской компанией экспертизы качества оказанной медицинской помощи в период госпитализации с 15 ноября 2023 года по 27 ноября 2023 года г. выявлены дефекты оказания медицинской помощи, выразившиеся в невыполнении необходимых диагностических исследований для своевременной установки верного диагноза <данные изъяты> нарушении клинических рекомендаций и несвоевременном проведении УЗИ <данные изъяты>. Истец полагает, что указанные обстоятельства свидетельствуют о ненадлежащем оказании медицинских услуг, в связи с чем просит взыскать с ответчика в свою пользу убытки в размере стоимости предстоящей операции <данные изъяты> в сумме 218 285 рублей, компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей, а также судебные расходы в сумме 134 400 рублей на оплату юридических услуг, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.
Представитель ответчика ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, поддержала доводы представленного письменного отзыва, указала, что 15 ноября 2023 года ФИО2 поступил в хирургическое отделение ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» с жалобами <данные изъяты> после чего был госпитализирован в хирургическое отделение, где ему назначено лечение. 16 ноября 2023 года проведено УЗИ <данные изъяты>, <данные изъяты>, в связи с чем было принято решение о продолжении консервативного лечения и наблюдения. 19 ноября 2023 года в связи с усилением болей <данные изъяты> ФИО2 проведено повторное УЗИ <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> <данные изъяты>. После проведенной операции ФИО2 находился в стационаре 7 дней, где ему был проведен курс антибиотикотерапии, выдавались обезболивающие препараты, осуществлялись перевязки, <данные изъяты>. 27 ноября 2023 года ФИО2 выписан в удовлетворительном состоянии. По данному случаю в ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» проведена врачебная комиссия, по итогам которой установлено, что в действиях сотрудников медицинского учреждения нарушений не выявлено. По мнению ответчика, истцу надлежащим образом оказана медицинская помощь, поскольку в соответствии с клиническими рекомендациями и протоколами лечения были проведены все необходимые исследования, в том числе инструментальные и лабораторные, а также своевременно приняты меры <данные изъяты>. Из экспертизы медицинской документации, проведенной АО «Астрамед-МС» (СМК), следует, <данные изъяты>, даже в момент поступления, уже была низкой, а вероятность потери <данные изъяты> высокой, поскольку ФИО2 заболел днем, а за медицинской помощью обратился лишь вечером в 18 час. 29 мин. Также обращает внимание, что указанные в экспертизе дефекты носят формальный характер, касающийся заполнения медицинской документации (например, не описан характер боли или не описано нормальное расположение <данные изъяты> и т.д.). В связи с этим отсутствуют основания для взыскания с ответчика убытков в виде стоимости предстоящей операции по имплантации протеза <данные изъяты> а также компенсации морального вреда, поскольку не доказана прямая причинно-следственная связь между действиями ответчика и причиненным истцу вредом. Также представитель ответчика полагает необоснованным требование о взыскании штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, поскольку отношения сторон регулируются Федеральным законом № 323-ФЗ, а не Законом РФ «О защите прав потребителей», и медицинская помощь была оказана истцу на бесплатной основе. Кроме того, заявленная сумма расходов на оплату услуг представителя истца завышена и не соответствует разумным пределам, с учётом сложности дела и объема оказанных услуг.
Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора, привлечены Министерство здравоохранения Свердловской области, Министерство финансов Свердловской области, ФИО5, ФИО9, которые, будучи извещенными о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, представителей не направили, ходатайств и отзыва не представили.
Истец ФИО2 в судебном заседании поддержал исковые требования, настаивал на их удовлетворении по доводам иска, пояснил, что о возможном нарушении его прав сотрудниками ответчика узнал только в 2026 году, в связи с чем обратился с иском. Требования о взыскании убытков на протезирование заявлены на основании предварительного расчёта одной из клиник, где ему выдали план лечения и примерную стоимость. На данный момент указанные затраты он ещё не понес, не оплачивал соответствующие услуги ввиду финансовых затруднений.
Представитель истца ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам иска, дополнительно пояснила, что в период лечения истца в стационаре у него возникли осложнения, с которыми врачи не справились, что <данные изъяты>. В связи с этим истцу причинены нравственные страдания, которые он испытывает до настоящего времени. Также пояснила, что в связи с утратой <данные изъяты> истцу требуется проведение операции по имплантации протеза <данные изъяты>, стоимость которой составляет 218 285 рублей.
Сухоложский городской прокурор извещался о времени и месте рассмотрения дела, в силу ч.3 ст.45 ГПК РФ неявка прокурора, извещенного о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела.
Суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил рассмотреть гражданское дело при данной явке, в отсутствие неявившихся участников, извещенных о месте и времени рассмотрения дела.
Заслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
В силу ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №323-ФЗ) каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объёме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.
Частью 1 статьи 79 Федерального закона №323-ФЗ установлена обязанность медицинской организации осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательством и иными подзаконными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в числе которых акты, устанавливающие порядок оказания медицинской помощи и стандарты медицинской помощи.
Пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъясняется, что к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.
В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года N 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) исполнитель обязан оказать услугу, качество которой соответствует договору.
Согласно пункту 2 статьи 4 Закона о защите прав потребителей при отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям и пригодную для целей, для которых услуга такого рода обычно используется.
В силу пункта 5 статьи 4 Закона о защите прав потребителей, если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к услуге, исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую этим требованиям.
Из положений ст. 2 Федерального закона №323-ФЗ следует, что под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. Медицинская помощь — комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.
Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Как установлено в судебном заседании и подтверждается представленной в материалы дела медицинской документацией (л.д.28-95, 141-148), 15 ноября 2023 года (в мед документации ошибочно указано 26 января 2023г. 18:29) ФИО2 обратился в ГАУЗ СО «Сухоложская районная больница» с жалобами на боли в <данные изъяты>, <данные изъяты>, после первичного приема дежурным врачом истец был госпитализирован в хирургическое отделение с диагнозом: «<данные изъяты> назначено лечение.
16 ноября 2023 года проведено УЗИ <данные изъяты>, <данные изъяты>, врачом было принято решение о продолжении консервативного лечения и наблюдения.
19 ноября 2023 года отмечено усиление болей <данные изъяты> подъём температуры тела до 38 градусов ФИО2 проведено повторное УЗИ <данные изъяты>.
В связи с тем, <данные изъяты> в тот же день проведена операция: <данные изъяты> В связи с тем, что <данные изъяты> врачом было принято решение сохранить <данные изъяты> продолжить консервативное лечение с активным наблюдением.
20 ноября 2023 года проведен контроль УЗИ <данные изъяты> принято решение о повторной ревизии, по результатам которой проведена <данные изъяты>
После проведенной операции ФИО2 находился в стационаре 7 дней, где ему был проведен курс антибиотикотерапии, выдавались обезболивающие препараты, осуществлялись перевязки, <данные изъяты>
27 ноября 2023 года ФИО2 выписан в удовлетворительном состоянии.
Указанные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела в копиях медицинскими картами на имя ФИО2, сторонами не оспариваются.
Полагая, что медицинская помощь истцу оказана ненадлежащим образом, истец обратился с заявлением о проведении экспертизы качества оказания медицинской помощи в АО «Астрамед-МС» (СМК).
В соответствии со ст.40 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 326-ФЗ) контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи медицинскими организациями в объеме и на условиях, которые установлены программами обязательного медицинского страхования, договором на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию и договором на оказание и оплату медицинской помощи в рамках базовой программы обязательного медицинского страхования, проводится в соответствии с порядком проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи, устанавливающим в том числе формы его проведения, его продолжительность, периодичность, утвержденным уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи осуществляется путем проведения медико-экономического контроля, медико-экономической экспертизы, экспертизы качества медицинской помощи.
Экспертиза качества медицинской помощи - выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценка своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.
Как следует из составленных по результатам экспертной проверки доводов истца страховой организацией АО «Астрамед-МС» (СМК) экспертных заключений (первичной от ДД.ММ.ГГГГ и реэкспертизы от ДД.ММ.ГГГГ) (л.д.157-164, 197-199), в действиях медицинских работников ответчика при оказании медицинской помощи ФИО2 усматриваются нарушения, квалифицируемые как невыполнение или несвоевременное выполнение необходимых диагностических и лечебных мероприятий (<данные изъяты> которые непосредственно привели к ухудшению состояния здоровья пациента <данные изъяты>
Так экспертом установлено, что в ходе первичного осмотра врачом локальный статус истца был описан скудно: не указан характер боли (острая, тупая, пульсирующая и т.д.), состояние кожного покрова (отек, гиперемия), <данные изъяты> При этом экспертами установлено, что клиническая картина (<данные изъяты> была характерна именно <данные изъяты> однако диагностика была проведена с задержкой. В частности, не была проведена <данные изъяты>, которая является обязательной согласно Клиническим рекомендациям РФ по <данные изъяты> и служит ключевым инструментом для <данные изъяты>
Кроме того, экспертами выявлены грубые нарушения в ведении медицинской документации: отсутствуют правильно оформленные направления на ультразвуковые исследования (в которых не указаны вопросы, поставленные перед врачом УЗИ, например, <данные изъяты> и отсутствуют протоколы самих исследований (предоставлены лишь записи из журнала регистрации УЗИ, которые служат для статистики и не являются записью в истории болезни). Отсутствие <данные изъяты> исследования на начальном этапе оказания помощи сделало невозможным своевременное исключение или диагностирование <данные изъяты>. Совокупность указанных дефектов — поздняя диагностика, отсутствие необходимых диагностических манипуляций <данные изъяты>) и ненадлежащее ведение документации — привела к несвоевременному проведению операции <данные изъяты>. Учитывая, что с момента начала заболевания прошло более 2 часов к моменту обращения за помощью, эффективность последующих манипуляций была снижена, а вероятность потери <данные изъяты> существенно возросла. Экспертом сделан итоговый вывод о том, что поздняя диагностика и, как следствие, поздняя операция, привели <данные изъяты>
Также экспертом выявлены дефекты оказания медицинской помощи на амбулаторно-поликлиническом этапе: отсутствие данных о наблюдении пациента после выписки из стационара в ноябре 2023 года; при осмотре <данные изъяты> во время диспансеризации в 2025 году не указана патология и не описано отсутствие <данные изъяты> не заполнена «<данные изъяты> — первичный скрининг.
Ответчиком вопреки требованиям ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено каких-либо доказательств отсутствия выявленных в ходе экспертизы нарушений. При этом оснований не доверять экспертному заключению, а также сомнений в компетенции экспертов у суда не имеется.
В то же время, доводы стороны истца о необходимости признания недопустимыми доказательствами ряда представленных ответчиком медицинских документов ввиду указания экспертом на наличие в них недостатков, судом отклоняются, поскольку процессуальных оснований для этого не имеется, выявленные недостатки не свидетельствуют о недостоверности указанных в документах данных.
Оценив указанные установленные в судебном заседании обстоятельства в совокупности, суд приходит к выводу, что действия сотрудников ответчика являются прямой причиной несвоевременного оказания медицинской помощи, повлекшей необратимые последствия для здоровья Истца <данные изъяты>
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 14 Закона о защите прав потребителей вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объёме. Право требовать возмещения вреда, причинённого вследствие недостатков товара (работы, услуги), признаётся за любым потерпевшим независимо от того, состоял ли он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2-3 ст.98 Федерального закона № 323-ФЗ).
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Как уже было указано выше по результатам экспертизы качества медицинской помощи АО «Астрамед-МС» (СМК) установлено наличие дефектов оказания ФИО2 медицинской помощи в лечебном учреждении ответчика - невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств, которые привели к ухудшению состояния здоровья пациента. (<данные изъяты>
При этом тот факт, что допущенные дефекты не повлекли тяжелых негативных последствий для здоровья истца, не повлияли негативным образом на его общее состояние, не свидетельствуют об отсутствии в целом оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению ФИО2 причиненного морального вреда, поскольку несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий привело <данные изъяты>
Согласно разъяснениям, данным в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.
В соответствии с п. 18 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Минздрава России от 08.04.2025 N 172н, неблагоприятный исход оказания медицинской помощи, возникновение которого находится в прямой причинно-следственной связи с недостатком (недостатками) оказания медицинской помощи, оценивается как вред, причиненный здоровью человека.
Поскольку при рассмотрении настоящего дела на основании заключения АО «Астрамед-МС» (СМК) установлены дефекты оказания больницей медицинской помощи истцу, которые привели к несвоевременной постановке диагноза и, как следствие, несвоевременному проведению операции <данные изъяты> что, в свою очередь, привело <данные изъяты> и повлекло необходимость повторной операции <данные изъяты>, суд приходит к выводу о наличии вины медицинского учреждения в причинении вреда здоровью истца. Сам факт причинения вреда здоровью истца свидетельствует о нарушении основных прав гражданина и, безусловно, подразумевает наличие нравственных страданий и причинение лицу морального вреда, в связи с чем имеются правовые основания для удовлетворения требований ФИО2 о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда.
Суд также отмечает, что ведение медицинской документации, оказание медицинских услуг является особым видом предоставления услуг, должно учитывать установленные законодателем принципы охраны здоровья, такие как доступность и качество медицинской помощи, при этом, предоставление медицинской помощи пациентам подлежит обязательному документированию, поскольку предполагает возможность использования пациентом данных документов при последующем лечении, в том числе в другой организации, а, следовательно, ненадлежащее ведение медицинской документации безусловно нарушает права пациента, что также является основанием для взыскания компенсации морального вреда.
Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает, что обращение истца с иском последовало спустя 3 года после установленных в судебном разбирательстве ответчиком нарушений и, со слов истца, вызвано не какими-либо конкретными медицинскими последствиями, ухудшающими нормальную жизнедеятельность ФИО2, а получением им информации о возможном допущенном нарушении его прав и возможности возмещения вреда. Оценивая характер и степень нравственных страданий истца, учитывая допущенные ответчиком нарушения оказания медицинской помощи истцу, ведения медицинской документации, его индивидуальные особенности, в том числе возраст на момент причинения вреда, общее состояние здоровья, а также то, что дефекты оказания медицинской помощи привели к ухудшению состояния здоровья истца <данные изъяты>, в то же время, отсутствуют доказательства наступления иных тяжких последствий, подтвержденных экспертно (например, <данные изъяты>, иных долговременных состояний), суд приходит к выводу о чрезмерности заявленного в иске размера компенсации, с учетом требований разумности и справедливости полагает требования иска подлежащими в части размера компенсации частичному удовлетворению, и определяет к взысканию с ГАУЗ СО «Сухоложская районная больница» в пользу истца в качестве соразмерной причиненному ущербу компенсацию морального вреда в сумме 200 000 руб.
Разрешая требования истца о взыскании с ответчика убытков в размере стоимости предстоящей операции <данные изъяты> в сумме 218 285 рублей, суд исходит из следующего.
В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно пункту 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат, в том числе, дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, включая расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
Из разъяснений, содержащихся в подпункте «б» пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что судам надлежит иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, имеющий право на бесплатное получение медицинской помощи, фактически был лишен возможности получить ее своевременно и качественно, суд вправе удовлетворить иск о взыскании фактически понесенных им расходов.
Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению при разрешении вопроса о возмещении дополнительных расходов <данные изъяты>, являются: факт причинения вреда здоровью действиями (бездействием) ответчика, наличие причинно-следственной связи, нуждаемость потерпевшего в данном виде медицинской помощи (<данные изъяты> отсутствие права на бесплатное получение соответствующей помощи в рамках программы государственных гарантий (либо доказанность невозможности ее своевременного и качественного получения на бесплатной основе), а также доказанность размера расходов, которые потерпевший понес либо с необходимостью должен будет понести.
В обоснование заявленных требований о взыскании стоимости предстоящего <данные изъяты> истцом представлено направление АО «Медицинские технологии» (с печатью ООО «Здоровье 365») на госпитализацию пациента ФИО2, представляющее собой предварительный расчет (план лечения/смета) медицинской услуги <данные изъяты>, составленный медицинской организацией, на общую сумму услуг 218285 руб. (л.д.132)
Вместе с тем, как установлено в судебном заседании и не оспаривалось стороной истца, расходы на <данные изъяты> на момент рассмотрения спора фактически не понесены, соответствующие медицинские услуги истцу не оказаны, договор на их оказание не заключен и оплата не производилась. Представленный истцом предварительный расчет стоимости услуг коммерческой клиники носит предположительный (информационный) характер, не порождает безусловного обязательства истца по оплате указанной суммы и не может свидетельствовать о неизбежности несения расходов именно в заявленном размере.
Кроме того, в материалах дела отсутствуют надлежащие медицинские документы (заключение судебно-медицинской экспертизы, решение врачебной комиссии либо консилиума врачей), подтверждающие безусловную нуждаемость истца в проведении конкретного заявленного вида <данные изъяты> по медицинским показаниям именно на платной основе, равно как и определяющие конкретные медицинские параметры, вид и объем необходимого <данные изъяты> для восстановления функций организма. Представленная стороной истца справка о консультативном приеме врача <данные изъяты> той же медицинской организации ООО «Здоровье 365», которая предлагает истцу платную услугу по <данные изъяты> в которой рекомендовано соответствующее оперативное лечение, не может безусловно свидетельствовать о нуждаемости в этой процедуре истца по медицинским показателям. (л.д.200)
Суд также принимает во внимание, что в соответствии с положениями Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и Федерального закона от 29 ноября 2010 года № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», граждане имеют право на бесплатное оказание медицинской помощи в рамках Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и Территориальной программы государственных гарантий.
Как следует из материалов дела и нормативно-правовых актов, регулирующих программу государственных гарантий оказания гражданам бесплатной медицинской помощи, спорный вид медицинского вмешательства (<данные изъяты>) входит в перечень видов медицинской помощи, финансируемых за счет средств обязательного медицинского страхования (бюджетных ассигнований), и предоставляется гражданам на бесплатной основе при наличии соответствующих медицинских показаний.
Доказательств того, что истец обращался в установленном порядке в медицинские учреждения государственной или муниципальной систем здравоохранения за получением данной услуги по полису обязательного медицинского страхования и ему было неправомерно отказано в ее предоставлении, либо что имело место существенное нарушение сроков ожидания медицинской помощи, создавшее угрозу здоровью, материалы дела не содержат и суду не представлено. Равно как не представлено и доказательств невозможности получения требуемого <данные изъяты> надлежащего качества на бесплатной основе. При этом из пояснений истца в судебном заседании следует, что он консультировался о возможности <данные изъяты> по программе ОМС, и получил разъяснения о том, что сам <данные изъяты> приобретается отдельно пациентом за его счёт, а услуга <данные изъяты> оказывается в рамках ОМС.
С учётом установленных по делу обстоятельств, учитывая, что факт несения спорных расходов отсутствует, безусловная медицинская нуждаемость именно в данном виде платного <данные изъяты> надлежащими доказательствами не подтверждена, а гарантированное законом право на получение соответствующей медицинской помощи в системе обязательного медицинского страхования истцом не реализовано и ответчиком не заблокировано, правовых оснований для возложения на ответчика обязанности по выплате истребуемой суммы будущих расходов не имеется.
В то же время, отказ в удовлетворении требований в указанной части не лишает истца права в случае фактического несения обоснованных расходов на <данные изъяты> при наличии установленной нуждаемости и невозможности реализации права на их бесплатное получение, обратиться в суд с самостоятельным иском о возмещении причиненного ущерба.
Также не подлежит удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика на основании п.6 ст.13 Закона о защите прав потребителей штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя, поскольку в силу закона возможность взыскания штрафа обусловлена отказом исполнителя выполнить требования потребителя в досудебном претензионном порядке, в то время как истец до обращения с иском не заявлял претензионных требований к ответчику о возмещении морального вреда и убытков, обращался лишь с заявлением о предоставлении сведений о проведенном лечении.
Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.
Оценивая требование иска о взыскании в пользу истца понесенных последним на оплату юридических услуг ИП ФИО7 расходов в сумме 134 400 руб., суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей.
По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 10 и 11 постановления от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 указанного Постановления).
Вышеуказанные нормы процессуального закона, во взаимосвязи с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", фактически возлагают на суд обязанность установить баланс интересов сторон и определить разумный предел расходов на оплату услуг представителя.
В силу разъяснений п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" и того факта, что истцом были заявлены требования неимущественного характера, удовлетворенные частично, правило о пропорциональном возмещении судебных расходов не подлежит применению.
Вместе с тем факт удовлетворения иска только в части должен быть учтен при определении суммы расходов, подлежащих взысканию в пользу истца с ответчика, с учетом их несения на соответствующей стадии рассмотрения дела и достигнутого правого результата определенных процессуальных действий сторон.
Как следует из представленных истцом в обоснование заявленных судебных расходов документов, 28.04.2026г. между Истцом и ИП ФИО7 заключен Договор на оказание юридических услуг (далее - Договор), согласно которому стоимость оказания юридических услуг (в стоимость услуг включен НДС 5%), указанных 1.2. Договора составляет 29 400 рублей:
за устный правовой анализ — 1.000 рублей;
за консультационное сопровождение - 1.000 рублей;
за подготовку уточненного искового заявления по делу №.400 рублей;
за предъявление уточненного искового заявления по делу №.000 рублей;
за судебное представительство - 26250 рублей за каждое судебное заседание при условии рассмотрения в <адрес> либо по ВКС, оплата производится в сумме 26.250 рублей за 3 (три) рабочих дня до даты судебного заседания.
Как следует из представленных платежных документов (квитанции по банковским операциям перевода денежных средств) за консультацию, подготовку и предъявление иска ФИО2 перечислено ИП ФИО7 29 400 рублей; за участие представителей в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ Истцом оплачено 26 250 рублей за каждый день участия, всего перечислено 134 400 руб. (л.д.184-191, 214)
Доводы о несении указанных расходов истцом и их относимости к спору не опровергнуты.
Оценивая объем фактически оказанных услуг, суд принимает во внимание, что представителями ответчика представлены 3 уточнения иска, приобщались письменные доказательства и ходатайства, принято участие в 4 судебных заседаниях (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ).
С учетом установленных по делу обстоятельств и положений закона, регулирующих спорные правоотношения, принимая во внимание объем совершенных представителями истца процессуальных действий, конкретные обстоятельства дела, категорию рассматриваемого спора, связанного с защитой потребительских прав в сфере медицинских услуг, относящегося к категории средней сложности. Кроме того, учитывая время на подготовку и изучение имеющихся в деле документов, количество проведенных судебных заседаний по возникшему спору, продолжительность рассмотрения дела, характер услуг, оказанных представителями, частичное удовлетворение требований, учитывая, что уточнение иска после первоначального носили характер дополнений, ходатайство об экспертизе было отозвано, а также учитывая размер расходов, которые обычно взимаются представителями за участие в суде, суд приходит к выводу, что размер заявленной к взысканию суммы расходов на оплату юридических услуг в сумме 134 400 руб. является чрезмерно завышенным, не соответствующим сложности спора и объему оказанных услуг.
При этом суд полагает, что разумным размером расходов по изучению обстоятельств дела и консультирование клиента является 2000 руб., подготовка и подача искового заявления (уточненного) как единая услуга - 10 000 руб., расходы по оплате услуг представителя за участие в одном судебном заседании суда первой инстанции следует определить в размере 8 000 руб., общая стоимость за 4 судебных заседания 32000 руб. Таким образом, по договору оказания услуг от 28.04.2026г за участие в суде первой инстанции суд определяет к взысканию с ответчика в пользу истца сумму расходов на оказание юридических услуг в размере 44000 руб.
В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований в сумме 3000 руб. (неимущественное требование о компенсации морального вреда).
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковое заявление удовлетворить частично.
Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Сухоложская районная больница» (ИНН 6633001235) в пользу ФИО2 (<данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 44 000 руб., всего взыскать 244 000 руб.
В удовлетворении остальных исковых требований отказать.
Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Сухоложская районная больница» (ИНН 6633001235) в доход местного бюджета государственную пошлину 3000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Сухоложский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 16 октября 2026 года.
Судья Сухоложского городского суда
Свердловской области В.А. Нестеров