РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
17 апреля 2026 года город Озёрск
Озёрский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Медведевой И.С.
при секретаре Фофановой А.В., с участием представителя истца Хилажева Р.Р. – Ермилова О.А., помощника прокурора Глазковой О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению Хилажева РР к обществу с ограниченной ответственностью «Объединенная Энергостроительная Корпорация» о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе в должности слесаря ремонтника по ремонту электрооборудования пятого разряда, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда
УСТАНОВИЛ:
Хилажев Р.Р. обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Объединенная Энергостроительная Корпорация» (далее в тексте – АО «ОЭК», ответчик), просит признать трудовой договор №№ от 08 сентября 2025 года заключенным на неопределенный срок, признать незаконным увольнение 30 декабря 2025 года по истечении срока действия срочного трудового договора, восстановить на работе в АО «ОЭК» с 31 декабря 2025 года в должности слесаря ремонтника по ремонту электрооборудования 5 разряда, взыскать заработок за время вынужденного прогула с 31 декабря 2025 года по день восстановления на работе, в счет компенсации морального вреда взыскать 50 000 руб. (том 1 л.д. 5-10, л.д.29).
В обоснование исковых требований указал, что 08 сентября 2025 года был принят на работу в АО «ОЭК» слесарем ремонтником по ремонту электрооборудования 5 разряда, на основании приказа №№ от 08 сентября 2025 года с ним заключен трудовой договор № №. В соответствии с условиями трудового договора, он заключен на определенный срок до 14 ноября 2025 года включительно на время реализации проекта на объекте «Создание объекта...». 10 ноября 2025 года работодатель предложил истцу подписать дополнительное соглашение к трудовому договору, в соответствии с которым, срок действия трудового договора продлен до 30 декабря 2025 года включительно на период выполнения АО «ОЭК» работ по изготовлению металлоконструкций по договору № от 30 декабря 2024 года. При подписании дополнительного соглашения работодатель обещал, что в дальнейшем трудовой договор будет продлен на неопределенный срок, то есть, увольнение по истечении срока действия договора не состоится. Однако, 26 декабря 2025 года истец получил уведомление № от 26 декабря 2025 года о расторжении трудового договора, и приказом от 30 декабря 2025 года был уволен на основании п.2 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (истечение срока трудового договора). Хилажев Р.Р. считает увольнение незаконным, что повлекло обращение в суд.
Протокольным определением от 30 марта 2026 года к участию в деле третьим лицом, не заявляющим самостоятельных исковых требований в порядке ст. 43 ГПК РФ привлечено АО КИС «Исток» (том 2 л.д.105).
В судебное заседание истец Хилажев Р.Р. не явился, извещен (том 2 л.д. 123). Ранее в судебном заседании 30 марта 2026 года исковые требования поддержал, просил учесть, что по причине нарушения трудовых прав он испытал нравственные страдания и переживания, был лишен заработка. Работодатель при подписании дополнительного соглашения заверил его в том, что трудовой договор будет являться постоянным и бессрочным.
Представитель истца адвокат Ермилов О.А. (ордер № от 11 марта 2026 года) в судебном заседании исковые требования Хилажева Р.Р. поддержал.
Представитель ответчика АО «ОЭК» в судебное заседание не явился, извещен (том 2 л.д. 122), ходатайство ответчика об отложении судебного заседания оставлено судом без удовлетворения, заявки на проведение ВКС отклонены в связи с отсутствием технической возможности.
Ранее представитель ответчика направил в суд отзыв на исковое заявление, в котором указал на правомерность увольнения истца, так как трудовой договор являлся срочным и прекратил свое действие 30 декабря 2025 года. Работник был принят в обособленное подразделение для выполнения работ под конкретный проект. В настоящее время проект завершен (том 1 л.д.219-222, том 2 л.д. 114-115).
Представитель третьего лица АО КИС «Исток» в судебное заседание не явился, извещен (том 2 л.д. 125).
Помощник прокурора Глазкова О.А. в заключении полагала исковые требования о восстановлении на работе подлежащими удовлетворению.
Выслушав представителя истца, исследовав материалы гражданского дела, заслушав заключение помощника прокурора, суд удовлетворяет исковые требования частично, по следующим основаниям.
Как установлено по материалам дела, 08 сентября 2025 года Хилажев Р.Р. был принят на работу в «АО «ОЭК» на должность слесаря ремонтника по ремонту электрооборудования 5 разряда, с ним заключен трудовой договор № ТД-103 от 08 сентября 2025 года (том 1 л.д. 11, л.д. 12-16)
В соответствии с п. 1.5 трудового договора, он заключен на определенный срок, до 14 ноября 2025 года включительно на время реализации проекта на объекте «Создание объекта...».
Согласно п. 7.1 трудового договора, должностной оклад работника составляет 32 000 руб., оплата труда производится пропорционально отработанному времени. Районный коэффициент к заработной плате начисляется в размере 30% (п. 7.2).
Работнику производятся другие выплаты стимулирующего характера, на условиях и в порядке, установленных локальными нормативными актами общества (п. 7.3).
10 ноября 2025 года сторонами подписано дополнительное соглашение от 10 ноября 2025 года к трудовому договору от 08 сентября 2025 года, в соответствии с которым, п. 1.5 изложен в следующей редакции: «Настоящий договор является срочным и действует по 30 декабря 2025 года включительно на время выполнения договорных обязательств АО «ОЭК» по осуществлению работ на объекте строительства «Создание объекта...» на ФГУП ПО «Маяк», г. Озерск, Челябинская обл. на период выполнения работ по изготовлению металлоконструкций по договору №-Д от 30 декабря 2024 года» (том 1 л.д. 17).
Согласно выписки из ЕГРЮЛ на АО «ОЭК», основным видом деятельности общества является строительство жилых и нежилых зданий (том 1 л.д. 33-44).
26 декабря 2025 года истцу вручено уведомление № от 26 декабря 2025 года о расторжении трудового договора (том 1 л.д. 19).
Приказом руководителя организации ФИО5 за № № от 30 декабря 2025 года Хилажев Р.Р. уволен на основании п.2 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (истечение срока трудового договора) (том 1 л.д. 20).
Проверяя основания для расторжения с истцом трудового договора, суд приходит к следующему выводу.
Пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что истечение срока трудового договора (статья 79 Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора.
Статья 79 Трудового кодекса Российской Федерации определяет порядок прекращения срочного трудового договора.
В силу части 1 статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.
Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовые отношения между работодателем и работником возникают на основании заключенного с ним трудового договора, условия которого работник и работодатель должны соблюдать. К числу обязательных условий трудового договора относится срок его действия. Трудовой договор с работником может заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок - не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.
По общему правилу срочные трудовые договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в других случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.
Истечение срока трудового договора относится к числу оснований для прекращения трудовых отношений. При этом, по смыслу положений статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации, одного факта истечения срока действия трудового договора недостаточно для прекращения действия трудового договора, этот факт должен быть дополнен соответствующим волеизъявлением либо работника, либо работодателя. Если прекращение трудового договора вызвано волеизъявлением работодателя, работодатель обязан предупредить работника в письменной форме о расторжении трудового договора в связи с истечением срока его действия не менее чем за три календарных дня до увольнения (за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время выполнения обязанностей отсутствующего работника). Однако в тех случаях, когда срок трудового договора истек, но ни одна сторона этого договора, ни работник, ни работодатель, не потребовала его расторжения, а работник продолжает выполнять трудовые функции по трудовому договору и после истечения установленного в трудовом договоре срока, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок, и последующее его прекращение возможно лишь на общих основаниях, то есть работодатель не вправе расторгнуть с работником трудовой договор в связи с истечением его срока в случае, если он не выразил своего желания прекратить трудовые отношения с работником до истечения срока трудового договора, а работник продолжает работу и после истечения срока трудового договора. Такое правовое регулирование направлено на учет интересов работников при продолжении исполнения ими трудовых обязанностей за пределами определенного условиями трудового договора срока его действия.
В соответствии с частью 1 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы (часть 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 4 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.
В случае признания формулировки основания и (или) причины увольнения неправильной или не соответствующей закону суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить ее и указать в решении основание и причину увольнения в точном соответствии с формулировками данного кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона (часть 5 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации).
В пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если при разрешении спора о восстановлении на работе суд признает, что работодатель имел основание для расторжения трудового договора, но в приказе указал неправильную либо не соответствующую закону формулировку основания и (или) причины увольнения, суд обязан указать в решении причину и основание увольнения в точном соответствии с формулировкой Трудового кодекса Российской Федерации или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи данного кодекса или иного федерального закона, исходя из фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения.
Часть 5 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, являясь производной от тех статей данного Кодекса, в которых предусмотрены основания прекращения трудового договора, направлена, в том числе на приведение формулировки основания увольнения в соответствие с реальной его причиной и не предполагает произвольного применения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2018 года N3311-О).
Если в случаях, предусмотренных статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя (часть 7 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации).
В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 разъяснено, что, решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 ТК РФ, а также в других случаях, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть вторая статьи 58, часть первая статьи 59 ТК РФ).
Если срочный трудовой договор был заключен для выполнения определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части первой статьи 59 ТК РФ), такой договор в силу части второй статьи 79 Кодекса прекращается по завершении этой работы (абзац третий пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2).
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 19 мая 2020 года N 25-П "По делу о проверке конституционности абзаца восьмого части первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина И.А. Сысоева", законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров фактически направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что не только отвечает целям и задачам трудового законодательства, социальное предназначение которого заключается в преимущественной защите интересов работника, включая его конституционнозначимый интерес в стабильной занятости, но и согласуется с вытекающим из Конституции Российской Федерации (статья 17, часть 3) требованием соблюдения баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя (абзац шестой пункта 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. N 25-П). Ограниченный срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг, заключенных работодателем с заказчиками соответствующих услуг, при продолжении осуществления им уставной деятельности сам по себе не предопределяет срочного характера работы, подлежащей выполнению работниками, обеспечивающими исполнение обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, не свидетельствует о невозможности установления трудовых отношений на неопределенный срок, а значит, и не может служить достаточным основанием для заключения срочных трудовых договоров с работниками, трудовая функция которых связана с исполнением соответствующих договорных обязательств, и их последующего увольнения в связи с истечением срока указанных трудовых договоров (абзац четвертый пункта 6 постановления).
Учитывая, что срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг в той или иной сфере деятельности (в том числе в области охранной деятельности), устанавливаемый при их заключении по соглашению между работодателем, оказывающим данные услуги, и заказчиками соответствующих услуг, сам по себе не предопределяет срочного характера работы, выполняемой работниками в порядке обеспечения исполнения обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, абзац восьмой части первой статьи 59 ТК РФ не может быть применен в качестве правового основания для заключения с этими работниками срочных трудовых договоров (абзац второй пункта 8 постановления).
Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению и позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что Трудовой кодекс Российской Федерации, предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, существенно ограничил их применение. Законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что отвечает целям и задачам трудового законодательства - защите интересов работников, обеспечению их стабильной занятости.
Установлено, что 30 декабря 2024 года между АО КИС «Исток» и АО «ОЭК» был заключен договор №-Д на выполнение работ (том 2 л.д.1-62).
Согласно дополнительному соглашению от 25 декабря 2025 года №3 к договору от 30 декабря 2024 года, стороны изменили сроки выполнения работ, дата окончания работ не позднее 30 июня 2026 года (том 1 л.д. 186, том 2 л.д. 114-115).
Таким образом, на дату вручения истцу уведомления о прекращении срочного трудового договора – 26 декабря 2025 года и на дату вынесения приказа об увольнении - 30 декабря 2025 года, договор № от 30 декабря 2024 года, на период выполнения которого Хилажев Р.Р. и был принят на работу, являлся действующим, оснований для прекращения (расторжения) с работником трудового договора в связи с истечением срока его действия, не имелось. Исходя из изложенного, приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с Хилажевым Р.Р. от 30 декабря 2025 года при наличии действующего договора № от 30 декабря 2024 года, нельзя считать законным. Вопреки доводам ответчика, условия трудового договора, заключенного с Хилажевым Р.Р., не позволяют определить точную дату окончания по нему работ. Учитывая виды деятельности ответчика, суд приходит к выводу, что работодателем не доказан факт завершения работ по изготовлению металлоконструкций на объекте и факт невозможности дальнейшего осуществления трудовой функции Хилажевым Р.Р. по состоянию на дату увольнения. В связи с изложенным, суд признает незаконным приказ об увольнении Хилажева Р.Р. №№ от 30 декабря 2025 года по п.2 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, признает трудовой договор между АО «ОЭК» и истцом заключенным на неопределенный срок и восстанавливает Хилажева Р.Р. на работе в должности слесаря ремонтника по ремонту электрооборудования пятого разряда с 31 декабря 2025 года.
Рассматривая исковые требования Хилажева Р.Р. о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 31 декабря 2025 года по день восстановления, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
В силу положений ст. 139 Трудового кодекса РФ, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.
Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.
При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).
Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).
Средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в рабочих днях, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также для выплаты компенсации за неиспользованные отпуска определяется путем деления суммы начисленной заработной платы на количество рабочих дней по календарю шестидневной рабочей недели.
В силу п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ. Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ).
При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).
При взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.
Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.
Согласно расчету средней заработной платы, предоставленному ответчиком, и с которым согласился истец (том 1 л.д.237), за период с 01 декабря 2024 года по 30 ноября 2025 года размер начисленной истцу заработной платы составил 166 312 руб. 92 коп. За отчетный период количество рабочих дней (при пятидневной рабочей недели) составило 76, учтено 73,25. Таким образом, средний дневной заработок составит : 166 312,92 : 73,25 = 2 270 руб. 48 коп. * 68 рабочих дней (с 31 декабря 2025 года по 17 апреля 2026 года) = 154 392 руб. 64 коп. Период вынужденного прогула определяется с даты увольнения истца и до его восстановления.
Рассматривая исковые требования Хилажева Р.Р. о компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., суд приходит к следующему выводу.
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как разъяснено в абз. 1 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее Постановление от 15 ноября 2022 года №33), работник в силу статьи 237 Трудового кодекса РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Согласно п. 30 указанного Постановления, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Требования Хилажева Р.Р. о компенсации морального вреда основаны на личных переживаниях, и показания истца являются допустимыми доказательствами по делу. Истец в суде изложил, в чем для него заключается моральный вред, причиненный работодателем, указанные пояснения отвечают признакам относимости и допустимости доказательств. Суд также учитывает, что ответчиком в данном случае было нарушено конституционное право истца, вину и форму вины ответчика, его отношение к содеянному, объем нарушенного права истца, который был установлен судом, также объем доказанных истцом оснований.
Исходя из требований разумности и справедливости, характера доказанных претерпеваемых истцом нравственных страданий, фактическим обстоятельствам дела, при которых был причинен моральный вред, индивидуальным особенностям потерпевшего, суд приходит к выводу, что сумма морального вреда в 30 000 руб. в наибольшей степени обеспечит баланс прав и законных интересов истца от причинения вреда и причинителя вреда, компенсирующим ему, в некоторой степени, причиненные нравственные страдания, соответствует объему нарушенных трудовых прав, а также объему представленных им доказательств, в обоснование заявленных требований, и не направлена на его личное обогащение.
Определенный размер компенсации морального вреда отвечает положениям ст.ст. 151,1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, обеспечивает законные интересы сторон.
Оснований для его увеличения в большем размере не имеется, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в остальной части, суд Хилажеву Р.Р. отказывает.
В силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Следовательно, поскольку исковые требования удовлетворены, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 9 631 руб. 78 коп. из расчета: 154 392,64 – 100 000 * 3% + 4 000 + 3 000 (по требованиям неимущественного характера о компенсации морального вреда).
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Хилажева РР к обществу с ограниченной ответственностью «Объединенная Энергостроительная Корпорация» о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе в должности слесаря ремонтника по ремонту электрооборудования пятого разряда, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда - удовлетворить частично.
Признать незаконным приказ об увольнении Хилажева РР №№ от 30 декабря 2025 года по п.2 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.
Признать трудовой договор между ООО «Объединенная Энергостроительная Корпорация» и Халажевым РР №№ от 08 сентября 2025 года, заключенным на неопределенный срок.
Восстановить Хилажева РР на работе в ООО «Объединенная Энергостроительная Корпорация» в должности слесаря ремонтника по ремонту электрооборудования пятого разряда с 31 декабря 2025 года.
Взыскать с ООО «Объединенная Энергостроительная Корпорация» (ИНН №) в пользу Хилажева РР, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) средний заработок за время вынужденного прогула с 31 декабря 2025 года по 17 апреля 2026 года в размере 154 392 руб. 64 коп., компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.
В удовлетворении исковых требований Хилажева Р.Р. о компенсации морального вреда в остальной части, отказать.
Взыскать с ООО «Объединенная Энергостроительная Корпорация» в доход бюджета госпошлину 9 631 руб. 78 коп.
Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.
Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Озёрский городской суд Челябинской области.
Председательствующий И.С. Медведева
Мотивированное решение изготовлено 24 апреля 2026 года
<>
<>
<>
<>
<>
<>