РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
10 июня 2026 года город Озёрск
Озёрский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Медведевой И.С.
при секретаре Фофановой А.В., с участием истцов Абрамова С.Н., Подгорной О.В., представителя истцов Невядомской В.И., представителя ответчика Харламовой А.Р., помощника прокурора Глазковой О.А., третьего лица Тихоновой В.С., рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению Абрамова С.Н., Подгорной О.В. к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения клиническая больница №71 ФМБА России о компенсации морального вреда, взыскании расходов на лекарственные препараты, лечение и бензин,
УСТАНОВИЛ:
Абрамов С.Н., Подгорная О.В. обратились в суд с исковым заявлением к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница №71 Федерального медико-биологического агентства» (далее по тексту - ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, ответчик) о взыскании:
-в пользу Подгорной О.В. компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.;
-в пользу Абрамова С.Н. компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., расходы на приобретение лекарственных препаратов на лечение и бензин в размере 21 497 руб. 50 коп. (л.д.4-6).
В обоснование исковых требований истцы указали следующее: Абрамов С.Н. и Подгорная О.В. являются супругами, проживают совместно в квартире по адресу: <адрес>. 30 июля 2024 года Абрамов С.Н., находясь дома, неожиданно упал, самостоятельно подняться не смог, жаловался на слабость в ногах и вялость. Подгорная О.В. позвонила в скорую помощь ФГБУЗ КБ 71 ФМБА России, сообщила о состоянии супруга, однако фельдшер, принявшая звонок, отказалась направлять машину «скорой помощи», предложив померить давление, после чего звонок прервался. В 19 часов 25 минут того же дня Подгорная О.В. вновь позвонила в скорую помощь, обозначила жалобы и просила фельдшера направить на их адрес машину «скорой помощи» для оказания неотложной медицинской помощи Абрамову С.Н. и решения вопроса о дальнейшей госпитализации для обследования, на что получила отказ. Поскольку супругу стало получше, они приняли решение не ехать самостоятельно в приемный покой. Однако уже на следующий день Абрамову С.Н. вновь стало хуже, после чего Подгорная О.В. записала его на МРТ головного мозга на 04 августа 2024 года. По результатам МРТ были выявлены признаки подостой субдуральной полушарной гематомы справа с левосторонней латеральной дислокацией срединных структур головного мозга, многочисленные супратенториальные очаги глиозасосудистогогенеза, минимально выраженные перивентикулярного лекоареоза, незначительная атрофия головного мозга. 04 августа 2024 года с результатами МРТ истцы прибыли в приемный покой ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, где им было выдано направление на госпитализацию в ГБУЗ «Челябинская областная клиническая больница» (далее – ГБУЗ «ЧОКБ»). Самостоятельным ходом они 04 августа 2024 года прибыли в ГБУЗ «ЧОКБ», Абрамов С.Н. в тот же день был госпитализирован в отделение нейрохирургии, где ему в экстренном порядке провели оперативное вмешательство «трепанация черепа в правой теменной области», с удавлением подострой субдуральной гематомы справа. На стационарном лечении он находился с 04 августа 2024 года по 15 августа 2024 года, 5 дней провел в отделении реанимации. 18 августа 2024 года врачом-неврологом медицинского центра «Аптечная сеть Здоровье» истцу был выставлен диагноз – закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга, поздний восстановительный период, хроническая ишемия головного мозга смешанного генеза, умеренные когнитивные нарушения. 06 сентября 2024 года Абрамов С.Н. вновь прошел обследование КТ головного мозга, по результатам которого была выявлена подостроя субдуральная гематома правого полушария большого мозга, пневмоцефалия, отечно-дислокационный синдром сосудистой энцефалопатия. 14 августа 2024 года Подгорная О.В. обратилась с заявлением в ФГБУЗ КБ 71 ФМБА России на неправомерные действия фельдшера в связи с отказом в приеме вызова скорой медицинской помощи. 13 сентября 2024 года дан ответ, согласно которому ответчик признал свою вину в сложившемся инциденте, указав, что имелись дефекты в работе фельдшера по приему вызовов, к которой применены меры управленческого характера. Истцы считают, что действия фельдшера по приему вызовов являлись незаконными, что привело к несвоевременно оказанной медицинской помощи, что причинило моральный вред.
Определением судьи от 02 апреля 2026 года к участию в деле в порядке ст. 45 ГПК РФ привлечен прокурор (л.д.1-2).
Протокольным определением от 10 июня 2026 года к участию в деле в порядке ст. 43 ГПК РФ третьим лицом привлечена фельдшер ФГБУЗ КБ 71 ФМБА России Тихонова В.С.
В судебном заседании истцы Абрамов С.Н., Подгорная О.В., а также их представитель Невядомская В.И. (полномочия в доверенностях, л.д.42,43) на удовлетворении исковых требований настаивали, пояснив аналогично доводам, указанным в исковом заявлении.
Представитель ответчика ФГБУЗ КБ №71 Харламова А.Р. (полномочия в доверенности л.д.81) в судебном заседании против исковых требований возражала по доводам письменного отзыва (л.д. 141-142).
Со слов представителя ответчика, поводами для вызова скорой медицинской помощи к экстренной форме являются внезапные острые заболевания, состояния, обострения хронических заболеваний, представляющие угрозу жизни пациента. Поводами для вызова скорой медицинской помощи в неотложной форме являются внезапные острые заболевания, состояния, обострения хронических заболеваний, требующие срочного медицинского вмешательства, без явных признаком угрозы жизни; констатация смерти. В данном случае каких-либо симптомов, подтверждающих наличие явной угрозы жизни и здоровью Абрамова С.Н. при первичном вызове, диспетчеру станции СМП не сообщалось. Также в ходе телефонного разговора Подгорных О.В. не сообщила о травме головы у супруга. В отношении фельдшера Тихоновой В.С. было проведено внутреннее служебное расследование, по решению комиссии она признана виновной в нарушении нормативно-правовой базы, регламентирующей работу отделения скорой медицинской помощи в части отказа в приеме вызова от заявителя. По данному факту УМВД России по ЗАТО г.Озерска была проведена проверка, постановлением отказано в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст. 124 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Считает, что допущенные нарушения фельдшером по приему вызовов и передаче их выездным бригадам Тихоновой С.В. не являются причинно-следственной связью с наступившими последствиями в виде причинения Абрамову С.Н. заболеваний, в связи с чем просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Третье лицо Тихонова В.С. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, указав, что при вызове скорой помощи Подгорная О.В. не сообщила о травме у супруга, обозначенные ею жалобы не являлись основанием к направлению бригады по адресу.
Помощник прокурора ЗАТО г.Озерска Челябинской области Глазкова О.А. в заключении полагала исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично, с учетом принципов разумности и справедливости.
Заслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, прослушав аудиозапись, выслушав заключение помощника прокурора, полагавшего исковые требования о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению, с учетом принципов разумности и справедливости, суд удовлетворяет исковые требования частично.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть первая статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части второй статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части второй и третьей статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.
Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.
Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.
Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда.
При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.
По материалам дела установлено, что Подгорная О.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и Абрамов С.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 21 февраля 2014 года состоят в браке (л.д.144), проживают совместно по адресу: <адрес>.
Из содержания иска и пояснений истцов в судебных заседаниях следует, что 30 июля 2024 года Абрамов С.Н., находясь в квартире по месту жительства, неожиданно упал на пол, самостоятельно подняться не смог, жаловался на слабость в ногах и вялость. Его супруга Подгорная О.В. дважды звонила в скорую помощь ФГБУЗ КБ 71 ФМБА России, однако карета скорой помощи не была направлена.
Согласно ответу ФГБУЗ КБ 71 ФМБА России, вызов медицинской помощи 30 июля 2024 года к пациенту Абрамову С.Н. не был оформлен, карта вызова не оформлялась (л.д. 57).
Согласно выписному эпикризу (л.д. 25-29), истец Абрамов С.Н. находился в ГБУЗ «ЧОКБ» на стационарном лечении с 04 августа 2024 года по 15 августа 2024 года с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга со сдавлением подострой субдуральной гематомой справа. Левосторонний гемипарез. Операция 04 августа 2024 года - трепанация черепа в правой теменной области, удаление подострой субдуральной гематомы справа. В анамнезе заболевания указано: 30 июля 2024 года упал у себя дома, ударился головой, сознание не терял. В связи с нарастанием в/у жалоб самостоятельно проходил МРТ головного мозга от 04 августа 2024 года, выявлена подострая субдуральная гематома, латеральная дислокация. Выписан 15 августа 2024 года в удовлетворительном состоянии. Абрамову С.Н. были даны рекомендации по лечению, в том числе консервативное лечение и наблюдение у терапевта (невролога), прохождение контрольного МСКТ головного мозга в плановом порядке через 1 месяц, с последующим осмотром нейрохирурга в поликлинике ЧОКБ и планирование плановой операции: пластика костного дефекта правой теменной области.
20 августа 2024 года при осмотре врачом-неврологом ФГБУЗ КБ 71 ФМБА России, Абрамову С.Н. выставлен диагноз-закрытая черепно- мозговая травма, ушиб головного мозга со сдавлением подострой субдуральной гематомой справа. Операция 04 августа 2024 года - трепанация черепа в правой теменной области, удаление подострой субдуральной гематомы справа. Ранний восстановительный период. Синдром пирамидной недостаточности слева в виде гиперрефлексии. Дано направление на КТ головного мозга (л.д. 30).
Из заключения компьютерной томографии головного мозга от 06 сентября 2024 года, проведенной Абрамову С.Н., следует, что у последнего обнаружена подострая субдуральная гематома правого полушария большого мозга, пневмоцефалия, отечно-дислокационный синдром, сосудистая энцефалопатия (л.д. 34).
10 сентября 2024 года Абрамов С.Н. посетил врача-нейрохирурга в ГБУЗ «ЧОКБ», по результатам приема выставлен диагноз – хроническая правосторонняя напряженная конвескитальная субдуральная гематома, вероятно рецидивирующая, латеральная дислокация с подсерповидным вклинением. Атрофические изменения головного мозга (л.д.32).
В судебном заседании установлено и подтверждается представленными документами, что фельдшером ФГБУЗ КБ №71ФМБА Тихоновой В.С. 30 июля 2024 года было отказано в приеме вызова пациенту Абрамову С.Н. для оказания скорой медицинской помощи.
Как следует из должностной инструкции фельдшера по приему вызовов и передаче их выездным бригадам, в должностные обязанности фельдшера входит в том числе обязанность по осуществлению приема и передачи вызовов, и в системе 112, персоналу свободных выездных бригад с занесением данных больного и повода к вызову в компьютер, заполнение карты вызова форма 110-у. Передача вызова персоналу выездных бригад не должна превышать 2 минуты (л.д.94-97).
При отказе вызывающему в приеме вызов, фельдшер обязан оформить отказ по установленной форме и дать вызывающему рекомендации по обращению в соответствующее лечебно-профилактическое учреждение (поликлинику, женскую консультацию, наркологический кабинет и т.д.) (п.3.7 должностной инструкции).
В соответствии с заключением врачебной комиссии от 28 августа 2024 года (л.д. 98-99), в действиях фельдшера по приему вызовов Тихоновой В.С. комиссия усмотрела нарушения в применении и исполнении нормативных документов, используемых сотрудниками отделения скорой медицинской помощи при исполнении своих профессиональных обязанностей. Аудиозапись телефонного разговора № 089, № 090 от 31 июля 2024 года позволила сделать заключение о нарушении, в том числе, норм этики и деонтологии со стороны медицинского персонала (Тихоновой В.С.) при телефонном разговоре (общении) с лицом, обратившимся за медицинской помощью.
Факт нарушения фельдшером по приему вызовов отделения скорой медицинской помощи должностных обязанностей также подтверждается ответом ФГБУЗ КБ №71ФМБА на заявление Подгорной О.В., согласно которому имели место дефекты в работе фельдшера при приему и передачи их выездным бригадам, в которой впоследствии были применены меры управленческого характера. От имени администрации ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России Подгорной О.В. принесены извинения в произошедшей ситуации (л.д. 19).
Постановлением следователя следственного отдела Управления МВД России по ЗАТО г.Озерск Челябинской области от 10 октября 2025 года в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 124 УК РФ, отказано, за отсутствием в деянии состава преступления, то есть, по п. 2. ч.1 ст.24 УПК РФ (л.д. 132-133).
В ходе судебного заседания прослушана аудиозапись разговора между Подгорной О.В. и фельдшером Тихоновой В.С., содержание которого расценено судом как отказ в направлении бригады скорой медицинской помощи супругу истицы Абрамову С.Н.
Проанализировав представленные в дело доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что ответчиком допущено бездействие в виде необоснованного отказа в оказании пациенту Абрамову С.Н. медицинской помощи, не направлении бригады скорой помощи, допущены нарушения стандартов работы медицинским сотрудником ответчика – фельдшером Тихоновой В.С.. Не направление по вызову бригады скорой помощи для оценки состояния здоровья истца Абрамова С.Н. в связи с плохим самочувствием, лишило пациента права на оказание бесплатной медицинской помощи и снизило шансы на своевременную постановку диагноза и лечение, а также на изменение негативного характера течения заболевания. Абрамов С.Н. не был своевременно госпитализирован и не направлен на компьютерную томографию головного мозга.
Несмотря на то, что ответчик принял решение не применять к фельдшеру Тихоновой В.С. меры административной ответственности в рамках трудового договора, ограничившись устным замечанием (л.д.138), фельдшер, принимавшая вызов, нарушила положения должностной инструкции по приему и передаче вызовов, то есть неправомерно отказала Абрамову С.Н. в направлении на вызов скорой медицинской помощи.
Доводы представителя ответчика об отсутствии прямой причинной связи между противоправным поведением ответчика и наступившим вредом Абрамову С.Н., отклоняются, поскольку нормы действующего законодательства не ставят ответственность за причинение вреда в зависимости от наличия исключительно прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) и наступившими неблагоприятными последствиями, допуская несения причинителем вреда ответственности и при опосредованной (косвенной) причинно-следственной связи.
Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация.
При этом согласно пункту 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.
В силу разъяснений, содержащихся в п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.
Суд, исходя из установленных по настоящему делу обстоятельств и представленных доказательств, применительно к вышеприведенным нормам действующего законодательства, регулирующим спорные правоотношения, приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ФГБУЗ КБ №71 обязанности по компенсации истцам морального вреда, связанного с ненадлежащим исполнением фельдшером по приему вызовов отделения скорой медицинской помощи ФГБУЗ КБ №71ФМБА Тихоновой В.С. своих должностных обязанностей.
Определяя размер компенсации морального вреда суд, руководствуясь вышеприведенными нормами действующего законодательства, принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, а именно, переживаний Подгорной О.В. и Абрамова С.Н. в результате неправомерных виновных действий ответчика по отказу в направлении на вызов скорой медицинской помощи, переживаний, связанных с установлением впоследствии диагноза и необходимостью экстренного оперативного вмешательства. Суд учитывает возраст Абрамова С.Н., период его нахождения на стационарном лечении, диагноз заболевания, перенесенные хирургические манипуляции, опасения и страх за свою жизнь при наступлении подобных резких изменений в состоянии здоровья, а также обязанность ответчика в силу закона организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи, обеспечивать организацию охраны здоровья граждан: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, доступность и качество медицинской помощи, недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Исходя из чего, определяет размер компенсации морального вреда в пользу истца Подгорной О.В. в размере 50 000 руб., в пользу истца Абрамова С.Н. в размере 150 000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленной сумме по 500 000 руб. каждому не усматривается. В остальной части требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат. Суд полагает, что определенный размер компенсации отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевшим за перенесенные страдания, учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения.
Разрешая исковые требования истца Абрамова С.Н. о взыскании с ответчика расходов на лекарственные препараты, суд приходит к следующему выводу.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
При причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение (пункт 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Поскольку в судебном заседании установлен факт неоказания Абрамову С.Н. 30 июля 2024 года ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России скорой медицинской помощи, что вследствие этого привело к его срочной госпитализации в ГБУЗ «ЧОКБ» самостоятельным ходом по направлению ГБУЗ КБ №71 ФМБА России, требования о взыскании расходов на бензин 04 августа 2024 года в сумме 2 663 руб. 70 коп. (в день выдачи ответчиком направления на госпитализацию и самой госпитализации) обоснованы и подлежат удовлетворению (л.д.13). Оснований для взыскания транспортных расходов на бензин в ГБУЗ «ЧОКБ» на выписку 16 августа 2024 года (2 433 руб. 51 коп.) и на консультацию к нейрохирургу 10 сентября 2024 года в сумме 1 338 руб. 37 коп., не имеется, поскольку эти расходы в причинно-следственной связи с действиями ответчика не состоят.
Установлено, что истцу Абрамову С.Н. в ГБУЗ КБ №71 ФМБА России 04 августа 2024 года была проведена срочная операция – трепанация черепа в правой теменной области, удаление подострой субдуральной гематомы справа. После проведенной хирургической манипуляции и выписке на амбулаторное лечение, пациент Абрамов С.Н. нуждался в обработке швов и в домашних условиях, в связи с чем, им по назначению врача были приобретены: повязка Космопор в сумме 141 руб. 60 коп. (л.д. 7-оборот), повязка Бранолинд Н в сумме 187 руб. 80 коп. (л.д. 8- оборот), раствор натрия хлорида в сумме 351 руб. 50 коп. (л.д.10), в сумме 265 руб. 56 коп. (л.д. 7-оборот), в сумме 148 руб. 98 коп. (л.д. 7), в сумме 100 руб. 70 коп. (л.д. 12), шприцы на сумму 86 руб. 30 коп. (л.д. 7), бинты в общей сумме 164 руб. (л.д.7- оборот), система для переливания растворов в сумме 348 руб. 64 коп. (л.д. 7), а всего на сумму 1 795 руб. 08 коп.
Врачом –неврологом ФГБУЗ КБ №71ФМБА 20 августа 2024 года Абрамову С.Н. было прописано лечение в виде приема лекарственных препаратов Цераксон, мексидол, карбомазепин, на покупку которых истцом потрачено 8 436 руб. 84 коп. (2001,50 руб. + 358 руб. (л.д.8) + 3202 руб. + 580 руб. 74 коп. (л.д.7) + 177 руб. 10 коп. + 2117 руб. 50 коп. (л.д.9).
10 сентября 2024 года врачом-нейрохирургом ГБУЗ «Челябинская областная клиническая больница» Абрамову С.Н. было прописано медикаментозное лечение в виде приема цитофлавина, на приобретение которого истцом было потрачено 1 001 руб. 90 коп (л.д. 8).
Таким образом, расходы на лечение составили 11 233 руб. 82 коп. (1795,08+8436,84+1001,90), транспортные расходы –2 663 руб. 70 коп., а всего 13 897 руб. 52 коп. (11 233,82 + 2 663,70).
Суд отказывает Абрамову С.Н. в удовлетворении исковых требования в части взыскания расходов на лечение в остальной части (7 599 руб. 98 коп.), по следующим основаниям.
После прохождения Абрамовым С.Н. стационарного лечения в ГБУЗ «Челябинская областная клиническая больница», ему были даны рекомендации по лечению, в том числе консервативное лечение и наблюдение у терапевта (невролога) по месту жительства. Истец воспользовался своим правом на бесплатное получение медицинской помощи в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи. 20 августа 2024 года Абрамов С.Н. посетил врача-невролога ФГБУЗ КБ №71ФМБА России, который на основании выписного эпикриза назначил ему медикаментозное лечение.
Платное посещение врача-невролога в медицинском центре «Аптечной сети здоровье» 18 августа 2024 года и приобретение дополнительных лекарственных средств, назначенных этим врачом, а также посещение врача –невролога в ООО «Лотос», являлось исключительно инициативой истца, доказательств невозможности получения такого вида помощи бесплатно не представлено. Как пояснила истец Подгорная О.В. в судебном заседании, решение о посещении платных врачей было принято ею и супругом самостоятельно, нежеланием ожидать запись. Однако в материалы дела не представлено доказательств срочности выполнения данных медицинских мероприятий при невозможности в бесплатном порядке их сделать в ближайшее время.
В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
В случае если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Из материалов дела следует, что истцом Подгорной О.В. при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 4000 руб., что подтверждается чеком по операции (л.д.48).
В силу п.3 ч.1 ст 333.19 НК РФ при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, искового заявления неимущественного характера государственная пошлина для физических лиц составляет 3 000 руб., в связи с чем с ответчика в пользу истца Подгорной О.В. подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.
В силу ст.ст. 94-98 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 7 000 руб. (4 000 руб. по требованиям материального характера + 3 000 руб. по требованиям о компенсации морального вреда).
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Абрамова С.Н., Подгорной О.В. к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения клиническая больница №71 ФМБА России о компенсации морального вреда, взыскании расходов на лекарственные препараты, лечение и бензин - удовлетворить частично.
Взыскать с ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России в пользу Абрамова С.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт № №) в счет компенсации морального вреда 150 000 руб., в счет возмещения расходов на лекарственные препараты, лечение и бензин – 13 897 руб. 52 коп.
Взыскать с ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России в пользу Подгорной О.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт № №) в счет компенсации морального вреда 50 000 руб., в счет возмещения расходов по госпошлине 3 000 руб.
В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в остальной части, Абрамову С.Н., Подгорной О.В., отказать.
В удовлетворении исковых требований Абрамова С.Н. о взыскании расходов на лекарственные препараты, лечение и бензин в остальной части, отказать.
Взыскать с ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России в доход бюджета госпошлину 7 000 руб.
Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Озёрский городской суд Челябинской области.
Председательствующий И.С. Медведева
Мотивированное решение изготовлено 23 июня 2026 года.