ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
28 октября 2026 года г. Норильск
Норильский городской суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи Боднарчука О.М., при секретаре судебного заседания Исмаиловой И.М., с участием прокурора Селезневой Т.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, за счет наследственного имущества ФИО9
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО10 обратился в суд с иском к ФИО11 о компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что приговором Норильского городского суда Красноярского края от 22.12.2023 ФИО12. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 111 УК РФ, в отношении его брата – ФИО13
В судебном заседании истец исковые требования поддержал в полном объеме, указывая на причиненные ему нравственные переживания вследствие совершения преступления в отношении брата.
Судом произведено правопреемство умершего в ходе рассмотрения спора ответчика ФИО14. на Межрегионального территориального управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва (далее – МТУ Росимущества).
Представитель ответчика МТУ Росимущества в судебное заседание не явился. О времени и месте судебного разбирательства ответчик извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, об отложении разбирательства либо о рассмотрении дела в его отсутствие не просил, возражений относительно заявленных требований и доказательств в их опровержение не представил.
На основании части 1 статьи 233 ГПК РФ судом определено рассмотреть дело в порядке заочного производства.
Заслушав истца, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего гражданское дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Приговором Норильского городского суда Красноярского края от 22.12.2023, измененным апелляционным определением Красноярского краевого суда от 30.05.2024, установлено, что ФИО15 умышленно причинил ФИО16 тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, нанеся ему множественные удары руками и ногами по голове и телу, в результате чего потерпевшему была причинена закрытая тупая черепно-лицевая травма.
Таким образом, факт совершения ФИО17. противоправных виновных действий, причинивших вред здоровью близкого истцу человека, и его вина доказыванию вновь не подлежат.
Вместе с тем суд принимает во внимание, что с учетом позиции государственного обвинителя, изменившего обвинение в сторону смягчения в порядке статьи 246 УПК РФ, действия ФИО18 квалифицированы по части 1 статьи 111 УК РФ, а не по части 4 той же статьи.
По заключению судебно-медицинской экспертизы, исследованному при рассмотрении уголовного дела, смерть ФИО19 наступила 05.07.2023 в результате сочетания развившихся вследствие травматических разрывов артерий и вен области воздухоносных лабиринтов левой половины решетчатой кости - как одного из компонентов закрытой черепно-лицевой травмы, обильной упорной кровопотери, приведшей к лёгкой постгеморрагической анемии и развившейся на фоне алкогольного делирия, сопровождавшегося выраженным психомоторным возбуждением, подъёмом артериального давления, и потребовавшего мягкой фиксации больного в вынужденном лежачем положении лицом вверх, с введением лекарственных веществ умеренно угнетающих центральную нервную систему, явившихся определяющим условием для аспирации крови (затекания крови в дыхательные пути), осложнившихся развитием острой дыхательной недостаточности и острой гипоксической энцефалопатии, приведшим к отёку головного мозга с его дислокацией и ущемлением в просвете большого затылочного отверстия, что и явилось непосредственной причиной наступления смерти. Между наступлением смерти и имеющейся у пострадавшего ФИО20 закрытой черепно-лицевой травмой имеется случайная причинная связь.
Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, а согласно пункту 2 этой же статьи лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.
В силу разъяснений, содержащихся в пунктах 1 и 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», к нравственным страданиям относятся в том числе переживания в связи с утратой родственников и причинением вреда их здоровью, а близкие родственники потерпевшего вправе требовать компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью близкого человека, если им причинены собственные нравственные страдания.
Из пояснений истца и материалов дела следует, что истец являлся братом потерпевшего, с которым поддерживал близкие отношения, в связи с чем причинение тяжкого вреда здоровью близкого человека вызвали у него глубокие душевные переживания и за жизнь и здоровья брата.
Ответчик доводов об отсутствии у истца права на компенсацию либо о недоказанности его страданий не заявил.
Разрешая вопрос о том, может ли обязанность по компенсации морального вреда быть исполнена после смерти причинителя вреда, суд учитывает следующее.
В соответствии с частью 1 статьи 44 ГПК РФ основой процессуального правопреемства является правопреемство, предусмотренное нормами материального права.
Согласно пункту 1 статьи 1110 и статье 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности, за исключением прав и обязанностей, неразрывно связанных с личностью наследодателя.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1175 того же Кодекса наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.
Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.05.2025 № 24-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 151 и статьи 1112 ГК РФ в связи с жалобой граждан Б. и М.» признал эти положения не противоречащими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по своему конституционно-правовому смыслу не препятствуют включению в состав наследства лица, совершившего преступление, и возложению на его наследников обязанности компенсировать потерпевшему моральный вред, причиненный этим преступлением, в пределах стоимости наследственного имущества, в том числе когда на момент смерти причинителя вреда отсутствовал вступивший в законную силу судебный акт о взыскании компенсации.
Тем самым Конституционный Суд Российской Федерации исходил из того, что смерть причинителя вреда не должна лишать потерпевшего защиты, а интересы наследников обеспечиваются ограничением их ответственности стоимостью перешедшего имущества.
Данная правовая позиция является обязательной для судов и подлежит применению при разрешении настоящего спора.
Приговор в отношении ФИО21 вступил в законную силу до его смерти, вина осужденного установлена судом, а гражданский иск потерпевшего заявлен в уголовном деле и по не зависящим от истца причинам не был разрешен по существу, в связи с чем у суда нет оснований для прекращения производства по делу или отказа в иске по мотиву невозможности правопреемства.
Смерть ФИО22. подтверждается ответом военного комиссариата Красноярского края на запрос суда, согласно которому ответчик подписал контракт о прохождении военной службы и погиб 15.02.2026 при выполнении служебных обязанностей в зоне специальной военной операции.
Следовательно, наследство открылось 15.02.2026 (статья 1114 ГК РФ).
Определяя надлежащего ответчика, суд исходит из следующего.
Согласно статье 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять, а в силу статьи 1153 того же Кодекса принятие наследства осуществляется либо подачей нотариусу заявления, либо фактическим вступлением во владение наследственным имуществом.
По сведениям ЕНОТ наследственное дело к имуществу ФИО23. не заводилось.
Доказательств того, что кто-либо из наследников по закону совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в материалах дела не имеется, ответчиком такие доказательства также не представлены.
Согласно сведениям регистрирующих органов объекты недвижимости и транспортные средства на имя ФИО24. не зарегистрированы.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1151 ГК РФ в случае, когда отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования, либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства, имущество умершего считается выморочным и переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации.
Как разъяснено в пунктах 49, 50, 60 и 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», выморочное имущество переходит в собственность государства в силу закона, принятие наследства и получение свидетельства о праве на наследство для этого не требуются, а публично-правовое образование отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему имущества. От имени Российской Федерации полномочия собственника выморочного имущества осуществляет Федеральное агентство по управлению государственным имуществом в лице своих территориальных органов.
Денежные средства умершего находятся на счетах в банке на территории Красноярского края, поэтому надлежащим ответчиком по делу является МТУ Росимущества, которое и должно отвечать по обязательству ФИО25 по компенсации морального вреда в пределах стоимости выморочного имущества.
Состав и стоимость наследственного имущества установлены судом на основании ответа Акционерного общества Акционерного инвестиционного коммерческого банка «Енисейский объединенный банк» (Красноярский филиал) на запрос суда от 30.09.2026 № Исх-32975.
Из ответа следует, что на имя ФИО26 в банке был открыт счет № остаток денежных средств на котором на дату смерти составил 16 935,42 руб. и счет №, остаток на дату смерти по которому составлял 0 рублей, а остаток на дату ответа банка - 4 418 руб.
Таким образом, на день открытия наследства в составе наследственного имущества имелись денежные средства в общем размере 16 935,42 руб.
В то же время денежные средства в размере 4 418 руб., находящиеся на счете № по состоянию на дату ответа банка, в состав наследства не входят, так как на день открытия наследства остаток на этом счете отсутствовал, а согласно статье 1112 ГК РФ в наследственную массу включается лишь имущество, принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства.
Доказательств того, что указанная сумма представляет собой начисленные до смерти, но не выплаченные наследодателю денежное довольствие или иные выплаты, подлежащих включению в состав наследства с учетом статьи 1183 ГК РФ не представлено.
Сведений об иных кредиторах наследодателя и об иных долгах, подлежащих удовлетворению за счет наследственного имущества, суду не представлено.
Иного имущества, входящего в состав наследства, судом не установлено.
Таким образом стоимость наследственного имущества, в пределах которой ответчик может нести ответственность, составляет 16 935,42 руб.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствуется статьями 151 и 1101 ГК РФ, согласно которым размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда и иных заслуживающих внимания обстоятельств с учетом требований разумности и справедливости.
Характер страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как разъяснено в пунктах 25, 27 и 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, суд должен оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных страданий, учесть характер родственных связей между истцом и потерпевшим, способ причинения вреда, поведение самого потерпевшего, последствия причинения вреда, а сумма компенсации должна быть соразмерной последствиям нарушения и не может быть чрезвычайно малой.
Учитывая, что преступление было совершено ФИО27 умышленно, относится к категории тяжких преступлений, проявлялось в виде нанесения множественных ударов в область головы, по телу потерпевшего и повлекло причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности по компенсации морального вреда.
В ходе судебного разбирательства установлено, что истец являлся родным братом пострадавшего, между ними поддерживались постоянные, исключительно близкие родственные отношения.
Истец испытывал глубокие эмоциональные и нравственные страдания, тяжело переживая за жизнь и здоровье своего близкого родственника.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что, несмотря на квалификацию действий ответчика в рамках уголовного дела исключительно по факту причинения тяжкого вреда здоровью, в последующем в медицинском учреждении наступила смерть потерпевшего.
Тот факт, что летальный исход зафиксирован в процессе лечения и был обусловлен в том числе приемом сильнодействующих лекарственных препаратов, а также вынужденным положением тела потерпевшего, не исключает того обстоятельства, что само медицинское вмешательство явилось вынужденным следствием первоначальных противоправных действий ответчика.
Назначенная терапия и условия нахождения потерпевшего в стационаре являлись прямой реакцией на полученную травму, изначально создавшую реальную угрозу для его жизни и здоровья пострадавшего.
Таким образом, наступившая в ходе лечения смерть потерпевшего, находящаяся в опосредованной причинно-следственной связи с действиями ответчика, увеличила объем и глубину нравственных страданий истца (брата погибшего), что признается судом существенным обстоятельством для определения размера компенсации в рамках гражданского судопроизводства, независимо от объема уголовного обвинения.
На основании изложенного, принимая во внимание характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, закрепленными статьями 151 и 1101 ГК РФ, считает необходимым определить размер компенсации морального вреда в сумме 150 000 руб.
При установленных по делу обстоятельствах заявленный истцом размер в 1,5 млн. руб. суд находит чрезмерным.
Оснований для взыскания компенсации в большем размере суд не усматривает.
Вместе с тем в силу пункта 1 статьи 1175 ГК РФ ответственность по обязательствам наследодателя ограничена стоимостью перешедшего наследственного имущества, которая, как установлено выше, составляет 16 935,42 руб.
Поскольку стоимость выморочного имущества значительно меньше определенного судом размера компенсации, исковые требования подлежат удовлетворению частично - в пределах стоимости наследственного имущества, за счет денежных средств, находящихся на счете умершего в АО АИКБ «Енисейский объединенный банк».
На основании части 1 статьи 103 ГПК РФ и подпункта 4 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины.
При этом удовлетворение заявленного иска не было обусловлено установлением обстоятельств нарушения или оспаривания прав истца со стороны ответчика, а потому оснований для взыскания с него в доход бюджета расходов по уплате государственной пошлины, от уплаты которых был освобожден истец, не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199, 233-237 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО28 удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Красноярском крае, Республике Хакасия и Республике Тыва (ИНН №) в пользу ФИО29 (паспорт №) компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 16 935,42 руб. за счет и в пределах стоимости выморочного наследственного имущества ФИО30, умершего 15.02.2026, путем обращения взыскания на денежные средства, находящиеся на счете №, открытом на имя ФИО31 в АО АИКБ «Енисейский объединенный банк».
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО32, превышающей стоимость наследственного имущества - отказать.
Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.
Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.
Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешён судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.
Председательствующий О.М. Боднарчук
Мотивированное решение суда изготовлено 29.10.2026.