Дело № 2-17/2026 (2-425/2025) ~ М-365/2025

УИД № 74RS0042-01-2025-000805-57

Дело № 2-17/2026

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 мая 2026 года город Усть-Катав

Усть-Катавский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Хлёскиной Ю.Р., секретере Часовой Е.А.

с участием помощника прокурора Антоновой К.С., истцов Гайсина Р.З., Гайсиной Н.М., Гайсина Р.Р., представителя истцов Мизгирева В.Н., ответчика Жиловой Е.С., Жилова А.Е., представителя ответчиков Падуковой Л.Н., представителя третьего лица и ответчика Толоконниковой Д.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Гайсина Ринада Зайнетдиновича, Гайсиной Наили Мунировны, действующих за себя и в интересах несовершеннолетних ФИО9, ФИО7, Гайсина Рустама Ринадовича, Белозеровой Регины Ринадовны к Жилову Алексею Евгеньевичу, Жиловой Елене Сергеевне, Жилову Евгению Викторовичу, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству обороны Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о признании действий (бездействий) ответчиков незаконными, определении степени вины каждого ответчика, возмещении вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, услуги нотариуса по оформлению наследственных прав, транспортных расходов, расходов на оплату юридических услуг и услуг представителя,

УСТАНОВИЛ:

Гайсин Ринад Зайнетдинович, Гайсина Наиля Мунировна, действующие за себя и в интересах несовершеннолетних ФИО9, ФИО7, Гайсин Рустам Ринадович, Белозерова Регина Ринадовна обратилась в суд с исковым заявлением к Жилову Алексею Евгеньевичу, Жиловой Елене Сергеевне, Жилову Евгению Викторовичу, с учетом дополнений, о признании действий (бездействий) ответчиков, как должностных лиц и как физических лиц, незаконными;

- определении вины каждого из ответчиков Жиловых, как должностных лиц и как физических лиц;

- взыскании с ответчиков в пользу каждого истца и в пользу каждого опекуна компенсации морального вреда по 3 000 000 рублей;

- взыскании с ответчиков в пользу истцов Гайсина Ринада Зайнетдиновича, Гайсиной Наили Мунировны ежемесячного содержания по 22 500 рублей, начиная с 4 марта 2024 года по день вынесения судом решения, далее производить ежемесячное взыскание в размере 22 500 рублей на каждого истца с индексацией, пожизненно;

- взыскании с ответчиков в пользу несовершеннолетних ФИО9, ФИО7 ежемесячного содержания по 35 500 рублей, начиная с 4 марта 2024 года по день вынесения судом решения, далее производить ежемесячное взыскание в размере 35 500 рублей на каждого ребенка с индексацией, до 18-летнего возраста, а в случае обучения детей в учебном заведении на дневном обучении до 23 лет;

- взыскании с ответчиков в пользу истцов Гайсина Ринада Зайнетдиновича, Белозеровой Регины Ринадовны расходов на погребение в размере 476 200 рублей, транспортных расходов в размере 18 152 рубля 36 копеек, нотариальных услуг в размере 46 780 рублей;

- взыскании с ответчиков в пользу истца Гайсина Ринада Зайнетдиновича судебных расходов на оплату юридических услуг и услуг представителя по данному гражданскому делу.

Просят произвести взыскания в пользу истцов из средств федерального бюджета, так как вред причинен в результате уголовного преступления и виновных лиц (должностных лиц) (том 1 л.д. 8-20, том 2 л.д. 56-67, том 3 л.д. 16-26, 162-163).

В обоснование своих требований истцы указали, что 4 марта 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием Жилова А.Е. Приговором Катав-Ивановского городского суда от 21 июля 2025 года Жилов А.Е. признан виновным по ч. 5 ст. 264 УК РФ, назначено наказание в виде 6 лет лишения свободы. До настоящего времени ответчики никакого материального ежемесячного содержания детям, которые потеряли своих родителей, нетрудоспособным родителям погибших не предоставили, компенсацию ни морального вреда, ни материального вреда не возместили.

Жилова Е.С. и Жилов Е.В. являются родителями Жилова А.Е., на день совершения преступления состояли в законном браке. Автомобиль Hyundai SANTA FE, на котором было совершено преступление, принадлежит Жилову А.Е., приобретён в браке с Жиловой Е.С.

Жилов А.Е. и Жилова Е.С. являются должностными лицами, на которых возложена государством функция по предотвращению и предупреждению тех или иных нарушений законодательства, в том числе в области дорожного движения, однако они, проявив небрежность, халатность, передали автомобиль Hyundai SANTA FE своему сыну Жилову А.Е., заведомо зная, что Жилов А.Е. не вписан в полис ОСАГО, не имеет достаточного водительского стажа. Таким образом, действия (бездействия) Жилова А.Е. и Жиловой Е.С. необходимо признать незаконными в связи с непринятием мер по устранению обстоятельств, повлекших ДТП. Факт участия автомобиля в ДТП со смертельным исходом установлен, факт незаконных действий Жиловых, связанных с не включением в полис ОСАГО, передачей автомобиля, установлен, факт небрежности, халатности и нарушения закона о полиции и должностных обязанностей, установлен, что свидетельствует о наличии вины каждого их них.

Погибший ФИО3 работал в АО «УКВЗ» в цехе № 20, имел заработную плату ежемесячно около 180 000 рублей, его супруга ФИО6 не работала, находилась в декретном отпуске, получала пособие. Вместе с ними погибли двое их детей: ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Третий ребёнок ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, получил в результате ДТП тяжкий вред здоровью. Проходит до настоящего времени лечение и реабилитацию.

При определении размера возмещения вреда детям, потерявшим обоих родителей, необходимо исходить из общей суммы заработка (дохода) погибших.

С учетом дохода погибших родителей, считают, что ответчики обязаны производить содержание несовершеннолетних детей ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в размере по 35 500 (22 500 + 13 000) рублей ежемесячно до 18 лет с индексацией, а также до 23 лет, если дети будут обучаться на очном отделении в образовательном учреждении, и на каждого родителя Гайсину Р.З., Гайсину Н.М. по 22 500 рублей пожизненно с индексацией.

Моральный вред у истцов связан с утратой близких родственников, выражен в нравственных, физических страданиях и переживаниях, наличием отрицательных эмоций, отсутствием содержания, которое оказывали детям ежемесячно их родители. Ответчиками был причинен неизгладимый моральный вред, из-за действий (бездействий) ответчиков дети лишились своих родителей. Страдания детей продолжаются систематически, в связи с гибелью их родителей, сестры и брата. Ответчики после ДТП не старались загладить причинённый моральный вред, материальный вред, вред здоровью. Дети и родители погибших остались без содержания.

Ответственность сотрудника полиции предусмотрена ст. 33 Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции». Служебная проверка в отношении должностных лиц Жиловой Е.С. и Жилова Е.В. не проводилась.

Определением суда от 5 декабря 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено АО "ГСК "Югория" (том 1 л.д. 223).

На основании определения суда от 26 января 2026 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены ОМВД России по Усть-Катавскому городскому округу, 149 Военная автомобильная инспекция (том 2 л.д. 151-157).

Определением суда от 30 марта 2026 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство внутренних дел РФ, Министерство обороны РФ, Министерство финансов РФ (том 3 л.д. 186-189).

Истцы Гайсин Р.З. и Гайсина Н.М., действующие за себя и в интересах несовершеннолетних ФИО9, ФИО7, исковые требования полностью поддержали, сослались на доводы, указанные в исковом заявлении и дополнении к нему, просили удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО34. в судебном заседании исковые требования полностью поддержал, просил удовлетворить в полном объеме.

Истец Белозерова Р.Р. в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом (том 4 л.д. 19).

Представитель истцов Мизгирёв В.Н. в судебном заседании исковые требования полностью поддержал, сослался на доводы, изложенные в исковом заявлении и дополнений к нему (том 1 л.д. 222).

Ответчик Жилова Е.С. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, поддержала доводы, изложенные в письменном возражении, указав, что вина ответчиков Жилова Е.В. и Жиловой Е.С. полностью отсутствует. Автомобиль Hyundai SANTA FE принадлежит на праве собственности Жилову Е.В., который никому не позволял брать и пользоваться им без своего разрешения. 04.03.2024 Жилов А.Е. взял автомобиль без разрешения Жилова Е.В. и в последствие, управляя данным транспортным средством, совершил дорожно-транспортное происшествие. Они, как сотрудники полиции, не могли предотвратить дорожно-транспортное происшествие. Кроме того, 04.03.2024 Жилов Е.В. и Жилова Е.С. не являлись должностными лицами, и не использовали свои должностные полномочия по отношению к своему сыну. На момент совершения ДТП она и её супруг находились на работе и исполняли свои служебные обязанности, никакие правонарушения не совершили, служебную дисциплину не нарушали, служебные проверки в отношении них не проводились, что свидетельствует о том, что ими никакие нарушения закона не допущены. Соответственно, требования истцов незаконны и противоречат действующему законодательству, на неё и Жилова Е.В. не может быть возложена какая-либо обязанность по возмещению вреда.

Истцами заявлено требование о взыскании с каждого из ответчиков компенсации морального вреда по 3 000 000 рублей с каждого. Считает, что заявленная сумма необоснованно завышена, не является разумной и справедливой. В ходе всех судебных заседаний истцы не могут конкретно пояснить, чем они обосновывают именно такую сумму. Истец Гайсин Р.Р. пояснил, что у него есть своя семья, с братом они проживали отдельно. В настоящее время заниматься воспитанием детей погибшего брата, а также забрать их к себе для проживания, он не желает. Гайсин Р.Р. в медицинское учреждение по поводу лечения в связи с гибелью брата и его семьи не обращался. Аналогичная позиция относительно взаимоотношений с погибшим братом и размера компенсации морального вреда у Белозеровой Р.Р. Наличие факта родственных отношений не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Считает, что исковые требования Гайсина Р.Р. и Белозеровой Р.Р. о возмещении морального вреда не подлежат удовлетворению.

Требования других истцов относительно размера морального вреда, чрезмерно завышены.

Компенсировать моральный вред Жилов Е.В. и Жилова Е.С. не должны, поскольку их вины в дорожно-транспортном происшествии нет, автомобиль они сыну не передавали. Фактически вред причинен ФИО17, но не в тех размерах, которые заявлены истцами. Кроме того, просят учесть уже произведенные выплаты истцам страховой компанией.

Истцы обращались в страховую компанию за получением страховых выплат. Так, ФИО1 получены от АО «ГСК «Югория» денежные средства в сумме 2 517 400 рублей за опекаемых им малолетних детей погибших ФИО3 и ФИО6 - ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р. АО «ГСК «Югория», выплатив страховое возмещение, обратилось с исковыми требованиями к Жилову А.Е. о взыскании убытков в порядке регресса в сумме 2 567 400 рублей, судебных расходов в сумме 40 674 рубля. Решением Усть-Катавского суда заявленные требования удовлетворены в полном объеме. Таким образом, Жилов А.Е. уже выплачивает в счет компенсации морального вреда 2 608 074 рубля, в связи с чем, просит размер возмещения морального вреда с ответчика Жилова А.Е. уменьшить на указанную сумму.

Также просит учесть тот факт, что ответчик Жилов А.Е. совершил преступление неумышленно, ему всего 21 год, и вся эта ситуация для него также является огромной травмой. В настоящее время ответчик Жилов А.Е. отбывает наказание в местах лишения свободы, нигде не работает, официального дохода не имеет, имущество в собственности у него нет. Отбыв наказание, Жилов А.Е. примет меры к трудоустройству и содержанию несовершеннолетних детей погибших до их совершеннолетия.

Из заключения эксперта следует, что в момент ДТП погибшие ФИО27 не были пристегнуты ремнями безопасности, это, в том числе, также послужило причиной их гибели.

Соответственно моральный вред необходимо взыскивать только с лица, которое в момент ДТП использовало транспортное средство, а не собственника транспортного средства.

Обязанность по содержанию своих родителей Гайсина Р.З. и Гайсиной Н.М. должны нести все их дети. С учетом того, что ФИО5 погиб, за его содержание истцы просят взыскать сумму по потере кормильца с ответчиков. Однако с двоих других детей истцов Гайсина Р.З. и Гайсиной Н.М. - Гайсина Рустама Ринадовича и Белозёровой Регины Ринадовны обязанность по содержанию их родителей никто не снимал. Если истцы Гайсин Р.З. и Гайсина Н.М. нуждаются в содержании своими детьми, то это должно быть в равной степени рассчитываться на троих детей. Кроме того, в судебном заседании истцы поясняли, что погибший сын один работал в семье, супруга находилась в декретном отпуске, в связи с чем сын им материально не помогал, наоборот, они помогали семье погибшего сына.

Если разделить доход ФИО3 на 8 человек: сам умерший, его супруга, 4 детей, родители, то получается, что на каждого из вышеуказанных лиц приходится по 12 058,26 рублей.

Доходы матери ФИО6 в данном случае не подлежат учёту, как доходы семьи, поскольку она являлась получателем пособий на содержание детей, и иных источников дохода не имела. Пособия выплачивались конкретно на содержание каждого из детей и расчету и разделу на всех членов семьи они не подлежат.

Средняя заработная плата погибшего ФИО3 составляла 96 466,08 рублей. Истцы заявили требования о взыскании в пользу родителей по 22 500 рублей на каждого и в пользу двух детей по 35 0000 на каждого, в связи с таким расчетом, заработная плата ФИО3 должна составлять более 260000 рублей. Несовершеннолетние ФИО9 и ФИО3 в настоящее время имеют лучшее материальное положение, чем когда они проживали с родителями и всеми детьми. В настоящее время им выплачивается пенсия по потере кормильца, а также государственные социальные выплаты. Жилов А.Е. согласен выплачивать ежемесячные выплаты на содержание несовершеннолетних детей только в установленном законом размере, а не в сумме, которая заявлена истцами.

Расходы на погребение, установку памятника в сумме 476 200 рублей не подлежат взысканию с ответчиков, поскольку у Гайсина Р.З. отсутствует товарный чек, квитанция, договор на изготовление и установку памятника, акт выполненных работ. Данные затраты, объемы и виды работ должны быть разумными и необходимыми.

По взысканию транспортных и нотариальных расходов просит отказать, поскольку заявленные требования не обоснованы, ничем не подтверждены.

По взысканию судебных расходов за услуги представителя не согласна, поскольку представитель истцов Мизгирев В.Н. представил в суд большое количество кассовых чеков, но данных о том, что они имеют отношение именно к этому процессу, не имеется. Считает, что юридические услуги оказаны не в полном объеме и ненадлежащего качества, представленные кассовые чеки ни соглашениями, ни договором не подтверждены (том 3 л.д. 139-142).

Ответчик Жилов А.Е., участвовавший в судебном заседании посредством видео-конференцсвязи, исковые требования признал частично, пояснил, что поскольку ДТП произошло по его вине, то и ответственность должен нести он, а не родители, считает, что размер компенсации морального вреда чрезмерно завышен.

Ответчик Жилов Е.В. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом (том 4 л.д. 19), согласно письменного заявления с исковыми требованиями не согласен, считает их необоснованными, просит в удовлетворении иска отказать (том 2 л.д. 116), представил возражения на исковое заявление, указав, что Жилов А.Е. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, Гайсин Р.З., Белозёрова Р.Р., Гайсин Р.Р., Гайсина Н.М., действующая за себя, а также в интересах малолетних детей ФИО9 и ФИО3 каких-либо требований материального характера, о компенсации морального вреда не предъявляли, в уголовном деле гражданские иски заявлены не были.

Потерпевшим приносились неоднократно извинения. Они предлагали в качестве морального вреда передать потерпевшим денежные средства сумме 500000 рублей, однако от указанных денежных средств истцы отказались. 05.03.2024 на банковский счет Белозёровой Р.Р., с банковской карты ПАО «Сбербанк» Жиловым А.Е. переведены денежные средства в сумме 100 000 рублей в качестве компенсации морального вреда, а также неоднократно приносились извинения в зале судебного заседания.

Поскольку по месту их службы, а также в правоохранительные органы, прокуратуру от истцов стали поступать неоднократные жалобы и письма с требованиями о его и Жиловой Е.С. увольнении, то дальнейшие попытки оказать помощь, в том числе, материальную, они прекратили. Они готовы были помогать, но истцы сами не принимали их помощь, помимо этого продолжали направлять жалобы, требовали уволить со службы.

Ответчик Жилов А.Е. не являлся на момент ДТП должностным лицом, а Жилова Е.С. и Жилов Е.В. в данном случае не совершали каких-либо противоправных незаконных действий (бездействий) входящих в их служебные должностные полномочия, которые имели бы какое-либо отношение к совершенному ДТП, в связи с чем в их действиях отсутствует состав преступления.

Считает, что заявленная сумма компенсации морального вреда по 3000000 рублей каждому из истцов необоснованно завышена, не является разумной и справедливой.

Истцы указали, что им причинен моральный вред, который связан с утратой близких родственников, выражен в нравственных, физических страданиях и переживаниях, наличием отрицательных эмоций, отсутствием содержания, которое оказывали детям ежемесячно их родители, но данные факты свидетельствуют лишь о праве истцов на получение компенсации морального вреда, они никак не обосновывают именно такую значительную сумму требований. Истцами не представлены доказательства, свидетельствующие о характере отношений, сложившихся между истцами и погибшими при их жизни.

Истцы Гайсин Р.З., Гайсина Н.М., Белозёрова Р.Р., Гайсин Р.Р. до дорожно-транспортного происшествия с погибшими ФИО3, его супругой ФИО6 и их детьми совместно не проживали, совместное хозяйство не вели, на иждивении у погибших не находились, кормильцами погибшей семьи не являлись, также, как и погибшие не являлись до своей смерти кормильцами истцов, каждый из истцов проживал со своей семьей. Погибшая ФИО6 до произошедшего дорожно-транспортного происшествия фактически нигде не работала, и соответственно дохода не имела.

Включение в состав ответчиков Жиловой Е.С. и Жилова Е.В. считает необоснованным.

На момент дорожно-транспортного происшествия единственным законным владельцем источника повышенной опасности автомобиля Hyundai SANTA FE на основании, в том числе, страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, являлся Жилов Е.В. В страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств ответчик Жилов А.Е. вписан не был, однако соответствующее обучение в автошколе проходил, водительское удостоверение по категории «В» получил после сдачи государственных экзаменов на право управления транспортными средствами в 2022 году. Считает, что ответственность по компенсации морального вреда должен нести виновник дорожно-транспортного происшествия Жилов А.Е., вина которого установлена приговором суда.

Согласно сведений, представленных АО «ГСК «Югория», Гайсиным Р.З. и Белозёровой Р.Р. получены страховые выплаты, в том числе в качестве расходов за погребение в сумме 50 000 рублей: по платежному поручению № 48740 от 19.08.2024 - 25 000 рублей, по платежному поручению № 50546 от 23.08.2024 - 25 000 рублей.

Истцом Гайсиным Р.З., являющимся опекуном малолетних детей погибших Гайсина Р.Р. и Гайсиной О.С. - ФИО9, ФИО7, приобретен 06.02.2025 в личную собственность автомобиль марки Лада Гранта, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, стоимостью 1 166 640 рублей. Гайсин Р.З. пояснил, что автомобиль он приобрел на детские денежные средства. Считает, что приобретя вышеуказанный автомобиль на свое имя, Гайсин Р.З. причинил малолетним детям погибших ФИО3 и ФИО6 материальный ущерб.

Также не согласен с требованием истцов о взыскании расходов на погребение, транспортных расходов и нотариальных услуг (том 2 л.д. 117-122).

В судебном заседании представитель ответчиков Падукова Л.Н., действующая на основании ордера (том 1 л.д. 214, заявления ответчиков о допуске представителя - том 2 л.д. 115, 116), поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях.

Также представила возражения по расчету ежемесячных выплат по потере кормильца, указав, что при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Если разделить указанный доход ФИО3 на 8 человек: сам умерший, его супруга, 4 детей, родители 96 466,08 : 8, сумма составит 12 058,26 рублей (том 3 л.д. 72-73).

Представитель соответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации, третьего лица ОМВД по Усть-Катавскому городскому округу Толоконникова Д.В., действующая на основании доверенностей от 3 апреля 2024 года и от 12 января 2026 года (том 4 л.д. 24, 25), в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, представила письменные возражения, указав, что истцы предъявляют требования о взыскании компенсации к МВД России, ссылаясь на то обстоятельство, что родители виновника ДТП, причинившего вред, являются сотрудниками органов внутренних дел. МВД России, ОМВД Росси по Усть-Катавскому городскому округу считают предъявленные исковые требования необоснованными, незаконными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

МВД России является ненадлежащем ответчиком по данному делу.

Истцы полагают, что указанные в иске обстоятельства являются основанием для взыскания убытков и компенсации морального вреда за счет средств федерального бюджета, с чем ответчики не согласны. Полагают, что отсутствует необходимая совокупность условий для наступления деликтной ответственности, как в части взыскания убытков, так и в части взыскания компенсации морального вреда с федерального бюджета. МВД России не несет гражданско-правовой ответственности за действия сотрудников органов внутренних дел, совершенные не при исполнении служебных обязанностей. В соответствии со ст.33 Федерального закона от 07.02.2011 №З-ФЗ «О полиции», вред причинённый гражданам и организациям противоправными действиями (бездействиями) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В данном случае ДТП произошло в результате действия водителя совершеннолетнего лица, управляющего автомобилем в личное время, а не при исполнении служебных обязанностей. Родители водителя, являющиеся сотрудниками ОВД, транспортным средством в момент ДТП не управляли, в транспортном средстве не находились. Следовательно, отсутствует какая-либо причинно-следственная связь между действиями (бездействием) МВД России как государственного органа и наступившим вредом. МВД не является лицом, ответственным за причинённый истцу вред. Надлежащими ответчиками по данному делу являются причинитель вреда и собственник транспортного средства. Довод о привлечении МВД России к материальной ответственности как работодателя родителей виновника является несостоятельным, поскольку они на момент ДТП не находились при исполнении служебных обязанностей, не использовали служебный транспорт и не выполняли никаких поручений МВД России (том 4 л.д. 33-37).

Представитель соответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом (том 3 л.д. 15), просит рассмотреть дело в своё отсутствие, в письменных возражениях указал, что исковые требования не признает, считает себя ненадлежащим ответчиком по настоящему делу. Вред, заявленный истцами, связывается ими с действиями (бездействием) Жиловой Е.С., Жилова Е.В., как сотрудников ГАИ и ВАИ, в связи с чем Министерство финансов Российской Федерации не может выступать в качестве ответчика по данному делу.

С учетом того, что ГАИ (структурное подразделение Министерства внутренних дел Российской Федерации), ВАИ (структурное подразделение Министерства обороны Российской Федерации) и их должностные лица не находятся в ведомственной принадлежности Министерства финансов Российской Федерации и оно не осуществляет функции главного распорядителя бюджетных средств в отношении указанных органов, Министерство финансов Российской Федерации привлечено к участию в настоящем деле безосновательно. Как усматривается из искового заявления, транспортное средство Hyundai SANTA FE не является служебным автомобилем, принадлежит на праве собственности Жилову Е.В. Данный автомобиль в конкретном случае не использовался Жиловой Е.С. и Жиловым Е.В. для выполнения должностных обязанностей. Истцы по делу о взыскании убытков должны доказать факт нарушения их прав, а также то, что ответчики являются лицами, действия (бездействие) которых повлекли эти нарушения или лицами, в силу закона обязанными возместить вред. В отсутствие доказательств, обосновывающих требования истцов, исковые требования нельзя считать обоснованными и подлежащими удовлетворению (том 4 л.д. 7-10).

Представитель соответчика Министерства обороны Российской Федерации в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом (том 4 л.д. 14).

Представитель третьего лица АО «ГСК Югория» при надлежащем извещении не принял участия в судебном заседании (том 4 л.д. 17).

Представитель третьего лица 149я Военная автомобильная инспекция в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом (том 4 л.д. 16).

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение помощника прокурора, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению на основании следующего.

В судебном заседании установлено, что Гайсин Ринад Зайнетдинович и Гайсина Наиля Мунировна являются родителями Белозеровой (до брака Гайсиной) Регины Ринадовны, <данные изъяты> г.р., и ФИО5, <данные изъяты> г.р., Гайсина Рустама Ринадовича, <данные изъяты> г.р. (том 1 л.д. 25, 101, 102).

ФИО5 и ФИО6 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 26), имели четверых несовершеннолетних детей: ФИО7, 2013 г.р., ФИО8, 2016 г.р., ФИО9, <данные изъяты> г.р., ФИО10, <данные изъяты> г.р. (том 1 л.д. 27-30).

Согласно копий свидетельств о смерти ФИО3, ФИО6, ФИО8, ФИО3 умерли ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 31-34).

В соответствии с постановлениями администрации Усть-Катавского городского округа Челябинской области № 1580, 1581 от 23 августа 2024 года Гайсин Р.З. и Гайсина Н.М. назначены опекунами (попечителямит) на возмездной основе над несовершеннолетними ФИО7, <данные изъяты> г.р., и ФИО9, <данные изъяты> г.р. (том 1 л.д. 106, 107).

Ответчики Жилов Евгений Викторович и Жилова Елена Сергеевна состоят в зарегистрированном браке с 1 марта 2002 года (том 1 л.д. 103), имеют сына Жилова Алексея Евгеньевича, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том 1 л.д. 104).

Согласно части 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (часть 2).

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющим общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Вопросы возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, в том числе возмещения вреда лицам, понесшим ущерб в результате смерти кормильца, урегулированы параграфом вторым главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1084 - 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом первым статьи 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют, в частности: нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти; один из родителей, супруг либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими четырнадцати лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе; лица, состоявшие на иждивении умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти.

Согласно пункту 2 статьи 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации вред возмещается, в том числе: несовершеннолетним - до достижения восемнадцати лет; обучающимся старше восемнадцати лет - до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до двадцати трех лет; женщинам старше пятидесяти пяти лет и мужчинам старше шестидесяти лет - пожизненно.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно которому право на возмещение вреда в связи со смертью потерпевшего имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти; один из родителей, супруг либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими четырнадцати лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе; лица, состоявшие на иждивении умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти.

Следует учитывать, что нетрудоспособными в отношении права на получение возмещения вреда в случае смерти кормильца признаются: а) несовершеннолетние, в том числе ребенок умершего, рожденный после его смерти, до достижения ими 18 лет (независимо от того, работают ли они, учатся или ничем не заняты). Правом на возмещение вреда, причиненного в связи со смертью кормильца, пользуются также совершеннолетние дети умершего, состоявшие на его иждивении до достижения ими 23 лет, если они обучаются в образовательных учреждениях по очной форме; б) женщины старше 55 лет и мужчины старше 60 лет. Достижение общеустановленного пенсионного возраста (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации") является безусловным основанием для признания такого лица нетрудоспособным независимо от фактического состояния его трудоспособности; в) инвалиды независимо от того, какая группа инвалидности им установлена, - I, II или III.

В силу пункта 1 статьи 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вред возмещается в размере той доли заработка (дохода) умершего, определенного по правилам статьи 1086 данного Кодекса, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. При определении возмещения вреда этим лицам в состав доходов умершего наряду с заработком (доходом) включаются получаемые им при жизни пенсия, пожизненное содержание и другие подобные выплаты.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев (абзац первый пункта 3 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина, повлекшего его смерть, обязанность по возмещению такого вреда возложена на причинителя вреда. К числу лиц, имеющих право на возмещение вреда в случае смерти кормильца, включающего в том числе ежемесячные платежи в размере доли заработной платы умершего кормильца, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни, относятся нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

Из приведенных правовых норм в их взаимосвязи с положениями Семейного кодекса Российской Федерации, наделяющими ребенка правом на получение содержания от своих родителей (пункт 1 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации) и устанавливающими обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации), следует, что несовершеннолетние дети, а также совершеннолетние дети до двадцати трех лет, получающие образование по очной форме обучения, относятся к категории лиц, имеющих право в случае смерти родителей на возмещение вреда в связи с потерей кормильца.

Из материалов дела следует, что 4 марта 2024 года Жилов А.Е., управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть ФИО3, ФИО6, ФИО8, ФИО3, тяжкий вред здоровью ФИО9

Согласно материалам дела, ФИО9 в результате данного ДТП получил тяжкий вред здоровью, в период с 5 марта 2024 года по 3 апреля 2024 года находился на стационарном лечении в травматолого-ортопедическом отделении ГАУЗ «Челябинская областная детская клиническая больница» (том 2 л.д. 73-74), в период с 3 апреля 2024 года по 24 апреля 2024 года на стационарном лечении в отделении медицинской реабилитации № 1 ГАУЗ «Челябинская областная детская клиническая больница» (том 2 л.д. 78-81), в период с 25 апреля 2024 года по 3 мая 2024 года находился на стационарном лечении в травматолого-ортопедическом отделении ГАУЗ «Челябинская областная детская клиническая больница» (том 2 л.д. 82).

Кроме того, в период с 1 августа 2024 года по 13 августа 2024 года ФИО9 находился на стационарном лечении в отделении медицинской реабилитации № 1 ГАУЗ «Челябинская областная детская клиническая больница» (том 2 л.д. 83-84).

В период с 9 декабря 2024 года по 13 декабря 2024 года он находился на стационарном лечении в травматолого-ортопедическом отделении ГАУЗ «Челябинская областная детская клиническая больница», поступил в экстренном порядке с жалобами на миграцию ТЕНов из правой б/берцовой кости, 10 декабря 2024 года удалено внутреннее фиксирующее устройство из голени (том 2 л.д. 85-86), с 13 декабря 2024 года по 25 декабря 2024 года проходил лечение в отделении медицинской реабилитации № 1 ГАУЗ «Челябинская областная детская клиническая больница» (том 2 л.д. 87),

Приговором Катав-Ивановского городского суда от 21 июля 2025 года Жилов А.Е. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 11 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Постановлением Судебной коллегии по уголовным делам Челябинского областного суда от 07.10.2025 данный приговор изменен:

«попытки Жилова А.Е. успокаивать пострадавшего ребенка на месте аварии, помощь в вытаскивании пострадавших из автомобиля, выплату денежных средств в размере 100 000 рублей признать смягчающими наказание обстоятельствами на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ вместо указания о признании указанных действий смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ - иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим;

исключить указание на применение положений ч.1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания Жилову А.Е.;

назначенное Жилову А.Е. по ч. 5 ст. 264 УК РФ наказание в виде лишения свободы усилить до 6 лет.

В остальной части приговор оставить без изменений, а апелляционное представление и.о. Катав-Ивановского городского прокурора, апелляционные жалобы представителя потерпевших ФИО21, потерпевшего ФИО1, адвоката ФИО22 - без удовлетворения.».

Приговор вступил в законную силу 7 октября 2025 года (том 1 л.д. 45-63, 64-70).

Из содержания указанного приговора следует, что в период с 14:45 час. до 15:04 час. 04 марта 2024 года водитель Жилов А.Е., управляя автомобилем Hyundai SANTA FE, государственный регистрационный знак <данные изъяты> двигался в Катав-Ивановском районе Челябинской области по 6-му километру проезжей части автодороги <данные изъяты> «город Усть-Катав - Орловка Катав-Ивановского муниципального района» в направлении из г.Катав-Ивановска Челябинской области в г. Усть-Катав Челябинской области со скоростью около 70-80 км/ч. В это же время по проезжей части указанной автодороги, во встречном Жилову А.Е. направлении, двигался автомобилем «ВАЗ-21102», государственный регистрационный знак <данные изъяты>», под управлением водителя ФИО3, <данные изъяты> года рождения, в салоне указанного автомобиля находились пассажиры ФИО6, <данные изъяты> года рождения, а также малолетние ФИО8, <данные изъяты> года рождения, ФИО3, <данные изъяты> года рождения, ФИО9, <данные изъяты> года рождения.

В пути своего следования в Катав-Ивановском районе Челябинской области по 6-му километру автодороги <данные изъяты> «город Усть-Катав - Орловка Катав-Ивановского муниципального района» на участке местности, имеющем географические координаты: 54.886892 градусов северной широты и 58.082301 градусов восточной долготы, в период с 14.45 час. до 15.04 час. 04 марта 2024 года водитель Жилов А.Е., управляя автомобилем Hyundai SANTA FE, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, намереваясь осуществить обгон движущегося впереди транспортного средства, проявил преступную неосторожность, в нарушение п.п. 11.1, 8.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (с последующими изменениями и дополнениями), прежде чем начать обгон, не убедился в том, что полоса движения, на которую он намерен выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, обгоняя попутное транспортное средство, не учел состояние дорожного покрытия в виде обледенения, выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, не обеспечил безопасность маневра, чем создал опасность для других участников движения и продолжил движение по стороне дороги, предназначенной для встречного движения, чем создал для водителя ФИО3 опасность для движения. После чего, увидев автомобиль Жилова А.Е., ФИО3 вынужденно, то есть правомерно, изменил направление движения своего автомобиля - совершил маневр вправо в сторону обочины, поскольку ввиду вышеуказанных неправомерных действий водителя Жилова А.Е., водитель ФИО3 не располагал возможностью при дальнейшем прямолинейном движении предотвратить столкновение с автомобилем Жилова А.Е. Одновременно с этим водитель Жилов А.Е., находясь на полосе проезжей части, предназначенной для встречного движения, совершил маневр влево в сторону обочины, в результате чего водитель Жилов А.Е., управляя автомобилем Hyundai SANTA FE, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, произвел столкновение на левой обочине (по ходу его движения), со встречным автомобилем «ВАЗ-21102», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО3

В результате столкновения автомобилей водитель ФИО3, пассажирам ФИО6, ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, причинены повреждениями от которых они скончались. Пассажиру ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, причинены повреждения, которые относится к тяжкому вреду здоровья.

Причиной данного дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение водителем Жиловым А.Е. следующих пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (с последующими изменениями и дополнениями):

- 8.1. «... При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения...»;

- 11.1 «Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения». Таким образом, между нарушением водителем Жиловым А.Е. требований пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (с последующими изменениями и дополнениями) и смертью ФИО3, ФИО6, ФИО8, <данные изъяты> года рождения, и ФИО3, <данные изъяты> года рождения, телесными повреждениями, причиненными ФИО23, <данные изъяты> года рождения, имеется прямая причинно-следственная связь.

Таким образом, виновным в данном дорожно-транспортном происшествии признан Жилов А.Е., между допущенными им нарушениями правил дорожного движения и наступившими последствиями в виде причинения смерти ФИО3, ФИО6, ФИО8, <данные изъяты> года рождения, и ФИО3, <данные изъяты> года рождения, телесными повреждениями, причиненными ФИО23, <данные изъяты> года рождения, имеется прямая причинная связь.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Исходя из положений части 4 ст. 61 ГПК РФ вина Жилова А.Е. установлена вступившим в законную силу приговором суда.

11 февраля 2026 года Гайсин Р.З. обратился в Следственный комитет России с заявлением о недостаточно строгом наказании в отношении Жилова А.Е., указав, что в ходе рассмотрения дела судом исследованы не все обстоятельства дела (том 4 л.д. 3-4).

Данное обращение 16 февраля 2026 года перенаправлено в Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области и 20 марта 2026 года дан ответ, что в соответствии с действующим законодательством органы Следственного комитета Российской Федерации не наделены полномочиями по оценке законности и обоснованности судебных решений (том 4 л.д. 2, 5).

Как следует из материалов дела, собственником автомобиля Hyundai SANTA FE, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, является Жилов Е.В. (том 1 л.д. 211, том 3 л.д. 126).

Установлено, что автомобиль Hyundai SANTA FE, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, приобретен ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ на основании договора купли-продажи автомобиля № р7130000591 (том 4 л.д. 27-32), то есть в период брака с ФИО12

Согласно ст. 244 ГК РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности (пункт 1); имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность) (пункт 2).

В силу п. 1 ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно Семейному кодексу РФ, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (ч. 1 ст. 34).

Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (ч. 1 ст. 35).

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 года N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" разъяснено, что общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пункты 1 и 2 статьи 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Таким образом, пока не установлено иное, независимо от того, на кого из супругов зарегистрировано или приобретено имущество, оно считается общей совместной собственностью, которой на законном основании вправе владеть любой из супругов, тем более, что автомобили не относятся к недвижимому имуществу и их регистрация в органах ГИБДД не является регистрацией права собственности на это имущество, а носит учетный характер, что неоднократно разъяснялось Верховным Судом РФ (определение Верховного Суда РФ от 14 января 2025 г. N 56-КГ24-16-К9 и др.).

Исходя из вышеизложенного, поскольку на момент ДТП 4 марта 2024 года транспортное средство Hyundai SANTA FE, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, являлось совместной собственностью супругов, суд приходит к выводу, что Жилов Е.В. и Жилова Е.С. являются законными владельцами транспортного средства.

Согласно материалам дела, в момент произошедшего ДТП 4 марта 2024 года водитель Жилов А.Е. не был включен в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством (том 2 л.д. 131, 174-175), что не оспаривается ответчиками.

Потерпевший обратился в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая.

Во исполнение условий договора страхования ОСАГО АО «ГСК Югория» в счет возмещения вреда выплатило потерпевшим страховое возмещение в сумме 2 567 000 рублей (том 1 л.д. 169-190), в том числе:

500 000 руб. - расходы на лечение ФИО9 (получатель Гайсин Р.З.),

237 500 руб. - возмещение вреда в связи со смертью кормильца ФИО6 (получатель <данные изъяты>),

237 500 руб. - возмещение вреда в связи со смертью кормильца ФИО6 (получатель Гайсин Эдуард Рудольфович),

237 500 руб. - возмещение вреда в связи со смертью кормильца ФИО3 (получатель Гайсин Руслан Рудольфович),

237 500 руб. - возмещение вреда в связи со смертью кормильца ФИО3 (получатель Гайсин Эдуард Рудольфович),

50 000 руб. - вред жизни ФИО3 и ФИО6 (получатель Белозерова Регина Ринадовна),

237 500 руб. - возмещение вреда в связи со смертью ФИО8 (получатель Гайсин Руслан Рудольфович),

237 500 руб. - возмещение вреда в связи со смертью ФИО8 (получатель Гайсин Эдуард Рудольфович),

237 500 руб. - выплата страхового возмещения (получатель Гайсин Руслан Рудольфович),

237 500 руб. - выплата страхового возмещения (за ФИО3 получатель Гайсин Руслан Рудольфович),

58 700 руб. возмещение ущерба здоровью (получатель Гайсин Эдуард Рудольфович),

58 700 руб. возмещение ущерба здоровью (получатель <данные изъяты>).

К АО «ГСК Югория", как страховщику, возместившему в полном объеме вред страхователю, перешли в порядке суброгации права требования страхователя (кредитора) к лицу, ответственному за убытки вследствие причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия.

Установлено, что на основании решения Усть-Катавского городского суда Челябинской области от 2 сентября 2025 года с Жилова Алексея Евгеньевича в пользу АО «ГСК Югория» в возмещении ущерба в порядке регресса взыскана сумма в размере 2 567 400 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 40 674 рубля, всего 2 608 074 рубля.

Решение суда вступило в законную силу 17 октября 2025 года (том 1 л.д. 81-85).

В силу п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, при условии что они не противоречат закону и иным правовым актам и не нарушают права и законные интересы третьих лиц.

Федеральным законом от 25.04.2002 г. № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами, на владельцев этих транспортных средств, каковыми признаются их собственники, а также лица, владеющие транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления и тому подобное), возложена обязанность по страхованию риска своей гражданской ответственности путем заключения договора обязательного страхования со страховой организацией (ч. 1 ст. 4).

При этом на территории Российской Федерации запрещается использование транспортных средств, владельцы которых не исполнили обязанность по страхованию своей гражданской ответственности, в отношении указанных транспортных средств не проводится государственная регистрация (пункт 3 статьи 32 Федерального закона от 25.04.2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств"), а лица, нарушившие установленные данным Федеральным законом требования, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, запрещается эксплуатация транспортных средств, владельцы которых не застраховали свою гражданскую ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Действия владельца транспортного средства, не исполнившего установленную федеральным законом обязанность по страхованию своей гражданской ответственности, а равно управление транспортным средством, если такое обязательное страхование заведомо отсутствует, квалифицируются по ч. 2 ст. 12.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Кроме того, обязанность по страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств предусмотрена ч. 1 ст. 4 Федеральным законом от 25.04.2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

С учетом приведенных норм лицо, допущенное к управлению транспортным средством в нарушение требований Закона об обязательном страховании его гражданской ответственности, как владельца транспортного средства, не может быть признано его законным владельцем в значении, придаваемом ему п. 1 ст. 1079 ГК РФ.

В такой ситуации в силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ, законным владельцем транспортного средства, при использовании которого причинен вред, а следовательно, лицом, ответственным за причинение вреда, является титульный собственник транспортного средства, который не проявил должной заботливости и осмотрительности при осуществлении права собственности в отношении автомобиля, передав его в пользование лицу, которое в силу закона не могло быть допущено к управлению транспортным средством без выполнения требований по обязательному страхованию его гражданской ответственности.

Принимая во внимание, что собственником автомобиля Hyundai SANTA FE, государственный регистрационный знак <данные изъяты> является Жилов Е.В., автомобиль является совместной собственностью с супругой Жиловой Е.С., ответчики не выполнили требования статьи 4 Федерального закона N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", а также допустили ситуацию, при которой их сын свободно воспользовался ключами от автомобиля и приступил к его управлению без специального права - в отсутствие договора ОСАГО, суд считает, что ответственность, наряду с причинителем вреда Жиловым А.Е., должны нести собственники транспортного средства - его родители Жилов Е.В. и Жилова Е.С.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что вред, причиненный источником повышенной опасности - транспортным средством Hyundai SANTA FE, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, подлежит возмещению ответчиками Жиловым А.Е., Жиловым Е.В. и Жиловой Е.С. в равных долях.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ и статьей 1079 ГК РФ бремя доказывания факта передачи владения иному лицу как основания освобождения от гражданско-правовой ответственности возлагается на собственника транспортного средства, то есть на Жилова Е.В. и Жилову Е.С.

Ответчики не представили доказательства, свидетельствующие о наличии оснований для освобождения их от материальной ответственности за причиненный ущерб, сведений о том, что Жилов А.Е. завладел источником повышенной опасности противоправно, также не имеется.

Установлено, что Жилов Е.В. и Жилова Е.С., как титульные собственники автомобиля, не обеспечили его сохранность и не создали условий, исключающих к управлению им иных лиц, в том числе своего сына Жилова А.Е., который использовал автомобиль, находящийся на стоянке около дома, по своему усмотрению в отсутствие должного контроля за данным имуществом со стороны родителей.

С учетом приведенных выше положений гражданского законодательства, по настоящему спору по исковым требованиям о взыскании ежемесячных платежей в связи со смертью кормильцев - ФИО3 и ФИО6, юридическое значение имеет факт наличия у истцов права на получение от них содержания ко дню их смерти, доход умерших, получаемый ими при жизни, а также размер возмещения вреда истцам в связи со смертью кормильца.

В судебном заседании установлено, что ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на момент смерти своих родителей ФИО3 и ФИО6, наступившей ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия, являлись несовершеннолетними и состояли на иждивении умерших, обладают правом на получение от них содержания, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии у них права на возмещение вреда в связи со смертью кормильца.

Истцами представлен расчет ежемесячного содержания на детей и на родителей, из которого следует, что выплата по потере кормильца на каждого ребенка составит 18 979 руб. 25 коп., на каждого родителя - 13 971 руб. 48 коп. (том 3 л.д. 14-15).

Судом установлено, что до дня смерти ФИО3 состоял в трудовых отношениях с АО «УКВЗ» (том 2 л.д. 47, 48).

По запросу суда Межрайонной ИФНС России № 28 по Челябинской области предоставлены справки о доходах и суммах налога физического лица ФИО3 и ФИО6 за 2022 г., 2023 г., 2024 г. (том 1 л.д. 14-19, 20-23).

Согласно справок о доходах ФИО3, предоставленных налоговым органом, его доход за период с 1 марта 2023 года по 28 февраля 2024 года составил 1 157 593 руб. (984 022,74 + 15 194,90 + 158 375,36) (том 2 л.д. 15, 18, 19).

Определяя размер утраченного истцами заработка, суд исходит из заработка ФИО3 за 12 месяцев, предшествующих причинению вреда - 4 марта 2024 года: среднемесячный заработок умершего за период с 1 марта 2023 года по 28 февраля 2024 года составит 96 466 рублей 08 копеек (1 157 593:12).

Доля заработка умершего, приходящаяся на лиц, имеющих право на получение выплаты по случаю потери кормильца, с учетом самого умершего, на день смерти ФИО3 составит: 96 466 рублей 08 копеек / 6 человек = 16077 рублей 68 копеек.

Соответственно выплата по потере кормильца на каждого из лиц, имеющих право на ее получение, составит 16 077 рублей 68 копеек.

Согласно справок о доходах ФИО6, предоставленных налоговым органом, её доход за период с 1 марта 2023 года по 30 июня 2023 года составил 37 418 руб. 89 коп. (20 079, 64 + 17 339,25) (том 2 л.д. 22, 23).

С учетом того, что ФИО6 на момент смерти не имела официального заработка, материалы дела не содержат сведений о её квалификации, соответственно, для расчета размера вреда в результате смерти кормильца следует руководствоваться величиной прожиточного минимума в целом по Российской Федерации для трудоспособного населения.

Федеральным законом от 05.12.2022 N 466-ФЗ "О федеральном бюджете на 2023 год и на плановый период 2024 и 2025 годов" установлена в 2023 году величина прожиточного минимума в целом по Российской Федерации на душу населения в размере 14 375 рублей, для трудоспособного населения - 15 669 рублей, пенсионеров - 12 363 рубля, детей - 13 944 рубля.

Федеральным законом от 27.11.2023 N 540-ФЗ "О федеральном бюджете на 2024 год и на плановый период 2025 и 2026 годов" установлена в 2024 году величина прожиточного минимума в целом по Российской Федерации на душу населения в размере 15 453 рубля, для трудоспособного населения - 16 844 рубля, пенсионеров - 13 290 рублей, детей - 14 989 рублей.

Исходя из указанных величин, судом произведен следующий расчет:

с 01 марта 2023 года до 31 декабря 2023 года: 15 669 x 10 месяцев = 156690 рублей, с 01 января 2024 года по 28 февраля 2024 года: 16 844 x 2 месяца = 33688 рублей.

Таким образом, размер заработка для определения размера возмещения вреда в результате смерти кормильца составит 15 864 руб. 83 коп., из расчета 190 378 руб. /12.

Доля заработка умершей, приходящаяся на лиц, имеющих право на получение выплаты по случаю потери кормильца, с учетом самой умершей, на день смерти ФИО6 составит: 15 864 рублей 83 копейки / 6 человек = 2 644 рубля 14 копеек.

Соответственно выплата по потере кормильца на каждого из лиц, имеющих право на ее получение, составит 2 644 рубля 14 копеек.

При определении размера возмещения суд учитывает заработок (доходы) родителей: 16 077 рублей 68 копеек + 2 644 рубля 14 копеек = 18 721 рубль 82 копейки.

Судом произведен расчет подлежащей взысканию компенсации по потере кормильца единовременно за период с 4 марта 2024 года по 14 мая 2026 года, согласно которого на дату вынесения решения суда сумма возмещения вреда по случаю потери кормильца на одного ребенка составила 492 895 рублей 62 копейки, из расчета:

18 721 рубль 82 копейки х 27/31 = 16 306 рублей 10 копеек (5-31 марта 2024 года)

18 721 рубль 82 копейки х 9 месяцев = 168 496 рублей 38 копеек (апрель - декабрь 2024 года)

18 721 рубль 82 копейки х 12 месяцев = 224 661 рубля 84 копеек (январь - декабрь 2025 года)

18 721 рубль 82 копейки х 4 месяца = 74 887 рублей 28 копеек (январь - апрель 2026 года)

18 721 рубль 82 копейки х 14/31 = 8 455 рублей 02 копеек (1-14 мя 2026 года).

На основании пункта 7 статьи 12 Закона об ОСАГО размер страховой выплаты за причинение вреда жизни потерпевшего составляет: 475 тысяч рублей - выгодоприобретателям, указанным в пункте 6 настоящей статьи; не более 25 тысяч рублей в счет возмещения расходов на погребение - лицам, понесшим такие расходы.

Из пункта 6 статьи 12 Закона об ОСАГО следует, что в случае смерти потерпевшего право на возмещение вреда переходит к лицам, имеющим право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в случае смерти кормильца, при отсутствии таких лиц - к супругу, родителям, детям потерпевшего и гражданам, у которых потерпевший находился на иждивении, если он не имел самостоятельного дохода (выгодоприобретатели).

Абзацем вторым пункта 8 статьи 12 Федерального закона N 40-ФЗ установлено, что страховая выплата, размер которой установлен абзацем вторым пункта 7 названной статьи, распределяется поровну между лицами, имеющими право на возмещение вреда в случае смерти потерпевшего. Страховая выплата в части возмещения вреда, причиненного жизни потерпевшего, осуществляется единовременно.

Страховая компания исполнила обязанность по возмещению законному представителю несовершеннолетних причиненного вреда в рамках договора ОСАГО.

При этом учитывая, что АО «ГСК «Югория» произвело выплату страхового возмещения в сумме 475 000 рублей в пользу каждого ребенка в досудебном порядке, суд в силу положений статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации приходит к выводу об уменьшении размера исчисленного за период с 4 марта 2024 года по 14 мая 2026 года возмещения на сумму выплаченного АО «ГСК «Югория» страхового возмещения в размере 475 000 рублей, определив таким образом, сумму общей задолженности по выплате в пользу каждого из детей погибших возмещения за период с 4 марта 2024 года по 14 мая 2026 года в размере 17 806 рублей 62 копейки (492 806 рублей 62 копейки - 475 000 рублей).

Ответчики Жилова Е.С. и Жилов Е.В. должны отвечать, наравне с Жиловым А.Е., и по основанию, предусмотренному ст. 1079 Гражданского кодекса РФ, как владельцы источника повышенной опасности, приобретенного в период брака, поскольку не обеспечили ограничение доступа к ключам от автомобиля, с каждого ответчика в пользу Гайсина Э.Р. и Гайсина Р.Р. подлежит взысканию утраченный заработок в размере 17 806 рублей 62 копейки.

Кроме того, с ответчиков Жилова А.Е., Жиловой Е.С., Жилова Е.В. подлежит взысканию в пользу ФИО7 и ФИО9 ежемесячно денежная компенсация в счет возмещения вреда в связи со смертью кормильца в размере 18 721 рубль 82 копейки, начиная с 15 мая 2026 года и до достижения ими возраста 18 лет, а в случае обучения в учебном учреждении по очной форме обучения - до окончания учебы, но не более чем до 23 лет, с последующей индексацией пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту жительства потерпевшего.

Погибший ФИО3 являлся сыном истцов Гайсина Р.З. и Гайсиной Н.М., что подтверждается копией свидетельства о его рождении (том 1 л.д. 101).

На день смерти ФИО3 (04.03.2024 года) Гайсин Р.З. и Гайсина Н.М. являлись пенсионерами, размер страховой пенсии по старости Гайсина Р.З. составлял за 2024 год - 222 039,96 руб., за 2025 год - 243 134, 16 руб. (по 20 261 руб. 18 коп. ежемесячно); размер страховой пенсии по старости Гайсиной Н.М. составлял за 2024 год - 68 804,26 руб., ЕДВ - 36 320,05 руб., за 2025 год - 168 297,02 руб. (по 14 053,,03 руб. ежемесячно), ЕДВ - 39 710,89 руб., о чем представлены справки из ОСФР по Челябинской области (том 2 л.д. 55, 69, 70).

Установлено также, что согласно справки серии МСЭ-2016 № от 6 марта 2019 года, выданной ФКУ «ГБ МСЭ ФМБА России», истцу Гайсиной Н.М., <данные изъяты> года рождения, установлена третья группа инвалидности повторно 01.04.2019 г. по общему заболеванию, бессрочно (том 3 л.д. 8).

В ходе судебного разбирательства истцами Гайсиным Р.З., Гайсиной Н.М. не представлено допустимых и относимых доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что они находились на иждивении совершеннолетнего сына, постоянно оказывающего им такое содержание, которое являлось бы достаточным для того, чтобы служить основным источником средств к существованию иждивенца.

Как следует из объяснений истца Гайсина Р.З., данных в ходе судебного разбирательства, сын ФИО3 с семьей проживал отдельно от родителей, имел постоянное место работы в АО «УКВЗ», истец с супругой Гайсиной Н.М. являются получателями страховой пенсии, на иждивении сына не находились, в его материальной помощи не нуждались и ее предоставления не требовали.

Суд учитывает, что статья 87 СК РФ обязанность трудоспособных совершеннолетних детей по содержанию своих родителей связывает не только с нетрудоспособностью родителей, но и с их нуждаемостью в таком содержании.

Достижение истцами на момент смерти сына пенсионного возраста, что позволяет отнести их к категории нетрудоспособных лиц, само по себе тоже не подтверждает факт нахождения Гайсина Р.З., Гайсиной Н.М. на иждивении сына ФИО3

В связи с изложенным, исковые требования Гайсина Р.З., Гайсиной Н.М. о возмещении вреда в связи со смертью кормильца не подлежат удовлетворению.

По этим же обстоятельствам оснований для учета Гайсина Р.З., Гайсиной Н.М. при определении размера возмещения вреда несовершеннолетним в связи со смертью их родителей не имеется.

Согласно материалам дела ответчик Жилов Е.В. 14 апреля 2020 года назначен на должность старшим инспектором ДПС отделения (ДПС) 149 Военной автомобильной инспекции (том 3 л.д. 112), заключен контракт о прохождении военной службы (том 3 л.д. 119), его доход за 2024 год составил 988 810 руб. 20 коп, за 2025 год - 1 110 205 руб. 81 коп. (том 2 л.д. 128, 129), имеет в собственности недвижимое имущество (том 2 л.д. 133-144), транспортное средство.

Проверки в отношении Жилова Е.В. в связи с ДТП, произошедшим 04.03.2024 года, не проводились (том 3 л.д. 118).

Согласно материалам дела ответчик Жилова Е.С. с 1 июня 2020 года назначена на должность инспектора по исполнению административного законодательства отделения ГИБДД ОМВД России по Усть-Катавскому городскому округу (том 2 л.д. 195), заключен контракт о прохождении службы в органах внутренних дел (том 2 л.д. 196-199).

Доход Жиловой Е.С. за 2024 год составил 996 493 руб. 35 коп. (том 2 л.д. 222-229).

Проверка в отношении Жиловой Е.С. в связи с ДТП, произошедшим 04.03.2024 года, проводилась Главным управлением МВД России по Челябинской области по обращению Белозеровой Р.Р. от 19.03.2024 года, по результатам проведенной проверки нарушений служебной дисциплины, допущенных Жиловой Е.С., установлено не было (том 2 л.д. 194, 239-242, 244-246).

Ответчик Жилов А.Е. отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ Т ГУФСИН России по Челябинской области, с 06.11.2025 года зачислен на должность подсобного рабочего Учебно-производственного сельскохозяйственного участка, его доход за период с ноября 2025 года по февраль 2026 года составил 95 388 руб. 88 коп. (том 3 л.д. 154, 155).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ право на жизнь и здоровье наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абз. 3 п. 1п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В соответствии с п. 19 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Как разъяснено в пунктах 25 - 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан.

27 марта 2024 года Гайсин Руслан Рудольфович обращался к участковому врачу-педиатру с жалобами на периодические боли в животе, в анамнезе - ребенок потерял семью, в связи с чем испытывает стресс, поставлен диагноз: нервозность (том 2 л.д. 89, 190-191).

Из медицинской карты Гайсиной Н.М. следует, что 29 ноября 2025 года она обращалась к врачу-неврологу, в анамнезе - погиб сын, невестка и двое внуков, поставлен диагноз: психовегетативная дисфункция, астено-депрессивный синдром с тревожным компонентом (том 2 л.д. 90).

Из объяснений истцов следует, что с семьей погибшего сына и брата истцы поддерживали хорошие отношения, общались, моральный вред выражен в нравственных, физических страданиях и переживаниях, наличием отрицательных эмоций в связи с утратой близких людей.

Статьей 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание, что в результате виновных действий Жилова А.Е., допустившего нарушение Правил дорожного движения, приведшее к дорожно-транспортному происшествию, наступила смерть ФИО3, ФИО6 и двоих несовершеннолетних детей, поэтому указанные обстоятельства и наличие факта родственных отношений между погибшими и истцами является основанием для компенсации морального вреда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого возмещения потерпевшему за перенесенные страдания.

Гибель детей и родителей сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства. Утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, в связи с чем, должна быть признана тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Смертью супругов ФИО27 и их двоих несовершеннолетних детей нарушена целостность семьи ФИО27 и семейных связей. Все эти обстоятельства причинили и причиняют истцам душевные переживания и нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер причиненных истцам нравственных страданий, связанных с внезапной и преждевременной утратой отца, сына, брата, а также матери, брата и сестры, внуков, степень родства истцов с погибшими, тот факт, что они испытали безутешное горе, нервное потрясение и психологическую травму, выразившиеся в долговременных душевных переживаниях после гибели супругов ФИО27 и их двоих детей, необратимое нарушение семейных связей, относящихся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ;

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из вышеприведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, принимая во внимание степень вины ответчиков, учитывает заслуживающие внимание обстоятельства: тесные семейные отношения истцов с погибшим, сложившиеся при жизни последних, характер их психологических связей, свидетельствующих о наличии семейных отношений, систематический характер общения, степень нравственных страданий истцов, в том числе характер и степень причиненных истцам физических и нравственных страданий, связанных со смертью четверых человек, причинение ФИО9, <данные изъяты> г.р., телесных повреждений, установленное имущественное положение ответчиков, перечисление Жиловым А.Е. денежных средств Белозеровой Р.Р. в сумме 100 000 руб. в счет компенсации вреда, причиненного преступлением.

С учетом изложенного, суд считает необходимым взыскать в равных долях с ответчиков Жилова А.Е., Жилова Е.В., Жиловой Е.С. в пользу Гайсина Ринада Зайнетдиновича - 1 500 000 рублей, Гайсиной Наили Мунировны - 1 500 000 рублей, <данные изъяты> - 1 500 000 рублей, ФИО9 - 1 800 000 рублей, <данные изъяты> - 300 000 рублей, Белозеровой Регины Ринадовны - 300 000 рублей, в остальной сумме суд полагает необходимым отказать.

Данные суммы с учетом установленных обстоятельств в наибольшей степени отвечают требованиям разумности и справедливости, способствуют восстановлению прав истцов и отвечает балансу интересов сторон.

Оснований для взыскания с ответчиков компенсации морального вреда в ином размере суд не усматривает.

Расходы истца Гайсина Р.З. на ритуальные услуги (установка памятника) в общей сумме составили 476 200 рублей (том 1 л.д. 40, том 3 л.д. 165-169).

Статьей 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" (далее Закон № 8-ФЗ).

В соответствии со статьей 3 Закона № 8-ФЗ погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (т.е. памятник, надгробие, ограда, скамья, цветы и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям.

Из приведенных норм права следует, что вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти (статья 5 Закона № 8-ФЗ).

Исходя из указанных правовых норм, а также обычаев, расходы на достойные похороны (погребение) включают в себя как расходы, связанные с оформлением необходимых для погребения документов изготовлением и доставкой гроба, приобретением одежды и обуви для умершего, а также других предметов, необходимых для этого, подготовкой и обустройством мест захоронения, перевозкой тела (останков) умершего на кладбище, само надгробие, так и расходы на установку памятника и благоустройство могилы.

При этом возмещение расходов на погребение (ритуальных расходов) осуществляется на основе принципа соблюдения баланса разумности трат с одной стороны и необходимости их несения в целях обеспечения достойных похорон и сопутствующим им мероприятий в отношении умершего.

Установка мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (то есть памятника и ограды) является одной из форм сохранения памяти об умерших, отвечает обычаям и традициям.

Смерть ФИО3, ФИО6, несовершеннолетних ФИО8<данные изъяты> года рождения, и ФИО3, <данные изъяты> года рождения, находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, которое произошло по вине Жилова А.Е. Учитывая указанные обстоятельства, основываясь на названных правовых нормах, суд приходит к выводу о наличии у истца Гайсина Р.З. права на возмещение расходов, связанных с изготовлением и установкой памятника.

Истцом Гайсиным Р.З. в материалы дела представлены платежные документы, оформленные на имя истца, которые являются допустимыми и относимыми доказательствами несения расходов на погребение.

Ответчики ссылаются, что расходы на захоронение завышены, однако каких-либо бесспорных доказательств, свидетельствующих о явно неоправданно завышенной цене тех работ и услуг, которые были оплачены истцом в указанном размере, в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчики не представили.

Доводы ответчиков о том, что истцом Гайсиным Р.З. не представлены в материалы дела договор на оказание услуг по изготовлению памятника, акт выполненных работ по его установке, не могут быть приняты во внимание, поскольку не опровергают факт несения Гайсиным Р.З. затрат на изготовление памятника и его установку.

Доказательств несения указанных расходов Белозеровой Р.Р. не представлено, в связи с чем основания для взыскания расходов, связанных с изготовлением и установкой памятника, в её пользу отсутствуют.

После смерти ФИО3, ФИО6, ФИО8 по заявлению Гайсина Р.З., действующего в интересах ФИО7 и ФИО9 заведены наследственные дела №, №, № (том 1 л.д. 108-168, том 2 л.д. 25-44).

Выданы свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО6 и ФИО3 наследникам ФИО3, ФИО9 по 1/2 доле.

За оформление наследственного дела истцом Гайсиным Р.З., действующим в интересах несовершеннолетних, понесены расходы в размере 46 180 рублей (2 000 руб., 2 600 руб. - после смерти ФИО8, 4 000 руб. - после смерти ФИО3, 24 940 руб. - за оформление наследства, 2 640 руб. - свидетельствование верности копий документов) (том 1 л.д. 35-39).

Отказывая в удовлетворения исковых требований Гайсина Р.З., Белозеровой Р.Р. о взыскании расходов на оплату услуг нотариуса по оформлению наследственных прав в размере 46 780 рублей, включая получение свидетельств о праве на наследство, суд исходит из обстоятельства того, что данные расходы по оформлению наследственных прав произведены истцом Гайсиным Р.З. в интересах несовершеннолетних детей для приобретения наследственных прав.

По смыслу ст. 15 ГК РФ данные расходы не могут быть отнесены к убыткам, возникшим по вине ответчиков.

Кроме того, истцами Гайсиным Р.З., Белозеровой Р.Р. заявлено требование о взыскании транспортных расходов в размере 18 152 рубля 36 копеек, связанных с перевозкой несовершеннолетних детей (том 1 л.д. 41-44, том 3 л.д. 11-12).

Суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в указанной части, поскольку доказательств того, что транспортные расходы были обусловлены именно необходимостью перевозки детей, не представлено; причинно-следственной связи между действиями ответчиков и понесенными истцом расходами на оплату топлива, не установлено.

Статья 53 Конституции РФ гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Следовательно, для применения ответственности, предусмотренной ст. 1069 ГК РФ, лицо, требующее возмещение убытков за счет государства, должно доказать факт противоправных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Частью 3 ст. 33 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" закреплено, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Действующее законодательство разграничивает ответственность самого сотрудника и государственного органа, в котором он служит, в зависимости от того, при исполнении служебных обязанностей или вне их был причинен вред.

В судебном заседании установлено, что ДТП произошло в результате действий водителя Жилова А.Е., управляющего автомобилем Hyundai SANTA FE, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, собственниками которого являются его родители Жилов Е.В. и Жилова Е.С.

Ответчики Жилов Е.В. и Жилова Е.С., являющиеся сотрудниками ВАИ и ОВД соответственно, указанным транспортным средством в момент ДТП не управляли, в транспортном средстве не находились. Таким образом, отсутствует какая-либо причинно-следственная связь между действиями (бездействием) должностных лиц, а также Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства обороны Российской Федерации, Министерства финансов Российской Федерации и наступившим вредом.

Обстоятельства причинения истцам вреда именно незаконными действиями (бездействием) должностных лиц, состоявшими в причинно-следственной связи с наступлением вредных для истцов последствий, в судебном заседании установлены не были, а потому правовые основания для удовлетворения заявленных исковых требований о признании действий (бездействий) должностных лиц Жилова Е.В. и Жиловой Е.С. незаконными, о взыскании денежных сумм с Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства обороны Российской Федерации, Министерства финансов Российской Федерации отсутствуют.

Истцом Гайсиным Р.З. заявлено требование о взыскании с ответчиков судебных расходов в размере 63 000 рублей, понесенных в связи с оказанием ему юридических услуг и участием в деле представителя.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 ГПК РФ к судебным издержкам отнесены, в том числе, расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимые расходы.

В силу пункта 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Из содержания указанных норм следует, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного требования, право на возмещение судебных расходов имеет сторона, в пользу которой состоялось решение суда.

Согласно пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1, положения процессуального закона о пропорциональном возмещении судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъясняется в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

В пункте 13 данного Постановления ВС РФ указано, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Представление интересов истцов при рассмотрении дела осуществлял представитель Мизгирёв В.Н.

В подтверждение доводов о несении расходов на оплату юридических услуг истцом представлены: справка о возмездном оказании услуг по гражданскому делу по иску к Жиловым на сумму 27 000 рублей (том 3 л.д. 27), кассовый чек от 05.12.2025 года на сумму 4 500 рублей (представительство в суде), кассовый чек от 23.12.2025 года на сумму 4 500 рублей (заявление), кассовый чек от 25.12.2025 года на сумму 3 000 рублей (исковое заявление), кассовый чек от 25.12.2025 года на сумму 5 000 рублей (представительство в суде), кассовый чек от 26.01.2026 года на сумму 5 000 рублей (представительство в суде), кассовый чек от 10.02.2026 года на сумму 5 000 рублей (представительство в суде) - том 3 л.д. 28, кассовый чек от 03.03.2026 года на сумму 5 000 рублей (представительство в суде) - том 3 л.д. 70, кассовый чек от 11.03.2026 года на сумму 16 000 рублей (представительство в суде), кассовый чек от 23.03.2026 года на сумму 5 000 рублей (представительство в суде) - том 3 л.д. 136, кассовый чек от 30.03.2026 года на сумму 5 000 рублей (представительство в суде) - том 3 л.д. 161, кассовый чек от 14.05.2026 года на сумму 5 000 рублей (представительство в суде) - том 4 л.д. 26, всего на сумму 63 000 рублей.

Разрешая вопрос о возмещении судебных расходов, оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу об исключении из заявленной суммы 4 500 рублей по кассовому чеку от 23 декабря 2025 года за заявление, поскольку они не относятся к судебным расходам по настоящему гражданскому делу.

В ходе судебного заседания установлено, что представитель истца Мизгирёв В.Н. подготовил исковое заявление, участвовал в подготовке дела к судебному заседанию 5 декабря и 25 декабря 2025 г.; в шести судебных заседаниях: 26 января, 10 февраля, 3 марта, 23 марта, 30 марта, 14 мая 2026 г.

С учётом указанного выше, принципа разумности пределов возмещения, сложности дела, подтвержденного материалами дела, объема проделанной представителем истца Мизгирёвым В.Н. работы по представлению интересов по гражданскому делу, количества составленных документов, суд полагает, что размер фактически оплаченных заявителем услуг представителя в размере 58 500 рублей соответствует требованиям разумности.

Связь между понесенными истцом судебными расходами и гражданским делом, рассматриваемым в суде, подтверждается материалами дела.

Исходя из того, что истцами заявлено пять самостоятельных требований, принятым по делу судебным актом удовлетворено три требования, что составляет 60 % от объёма заявленных требований, то суд приходит к выводу о возмещению истцу за счет ответчиков судебных расходов в размере 34 800 рублей (58 000 х 60%).

В силу пп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца.

Истцы освобождены от уплаты государственной пошлины.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В силу пункта второго статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, государственная пошлина взимается в доход бюджета муниципального образования (местный бюджет) по месту нахождения суда, принявшего решение, т.е. в бюджет Усть-Катавского городского округа.

Поскольку суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, с Жилова Алексея Евгеньевича, Жиловой Елены Сергеевны, Жилова Евгения Викторовича подлежит взысканию в доход бюджета Усть-Катавского городского округа Челябинской области государственная пошлина в размере 17 405 рублей (3 000 руб. за требование о компенсации морального вреда + 14 405 рублей коп. за требование имущественного характера), в равных долях, то есть по 5 801 рублю 67 копеек с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Гайсина Ринада Зайнетдиновича, Гайсиной Наили Мунировны, действующих за себя и в интересах несовершеннолетних ФИО9, ФИО7, ФИО3, ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича <данные изъяты>), Жиловой Елены Сергеевны (<данные изъяты>), Жилова Евгения Викторовича (<данные изъяты>) в пользу ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН <данные изъяты>, возмещение вреда по случаю потери кормильца по состоянию на 14 мая 2026 года в размере 17 806 (семнадцать тысяч восемьсот шесть) рублей 62 копейки.

Взыскивать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича (<данные изъяты> Жиловой Елены Сергеевны <данные изъяты>), Жилова Евгения Викторовича <данные изъяты> в пользу ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>, в счет возмещения вреда по случаю потери кормильца, начиная с 15 мая 2026 года ежемесячно по 18 721 рублю 82 копейки, то есть по 6 240 рублей 61 копейки с каждого, до достижения им возраста 18 лет, а в случае обучения в учебном учреждении по очной форме обучения - до окончания учебы, но не более чем до 23 лет, с последующей индексацией пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту жительства потерпевшего.

Взыскать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича <данные изъяты>), Жиловой Елены Сергеевны (<данные изъяты> Жилова Евгения Викторовича <данные изъяты>) в пользу ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН <данные изъяты>, возмещение вреда по случаю потери кормильца по состоянию на 14 мая 2026 года в размере 17 806 (семнадцать тысяч восемьсот шесть) рублей 62 копейки.

Взыскивать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича <данные изъяты> Жиловой Елены Сергеевны <данные изъяты>), Жилова Евгения Викторовича <данные изъяты>) в пользу ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты> в счет возмещения вреда по случаю потери кормильца, начиная с ДД.ММ.ГГГГ ежемесячно по 18 721 рублю 82 копейки, то есть по 6 240 рублей 61 копейки с каждого, до достижения им возраста 18 лет, а в случае обучения в учебном учреждении по очной форме обучения - до окончания учебы, но не более чем до 23 лет, с последующей индексацией пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту жительства потерпевшего.

Взыскать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича <данные изъяты> Жиловой Елены Сергеевны <данные изъяты> Жилова Евгения Викторовича (<данные изъяты>) в пользу Гайсина Ринада Зайнетдиновича <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, расходы на установку памятника и благоустройство могилы в размере 476 200 рублей, расходы на юридические услуги и услуги представителя в размере 34 800 рублей, всего 2 011 000 рублей, в равных долях, то есть по 670 333 (шестьсот семьдесят тысяч триста тридцать три) рубля 33 копейки с каждого.

Взыскать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича (<данные изъяты>), Жиловой Елены Сергеевны (<данные изъяты>), Жилова Евгения Викторовича <данные изъяты> в пользу Гайсиной Наили Мунировны (<данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, в равных долях, то есть по 500 000 (пятьсот тысяч) рублей с каждого.

Взыскать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича <данные изъяты> Жиловой Елены Сергеевны (<данные изъяты>), Жилова Евгения Викторовича (<данные изъяты>) в пользу ФИО9, ИНН <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 1 800 000 рублей, в равных долях, то есть по 600 000 (шестьсот тысяч) рублей с каждого.

Взыскать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича (паспорт серии <данные изъяты>), Жиловой Елены Сергеевны (<данные изъяты>), Жилова Евгения Викторовича (<данные изъяты>) в пользу ФИО7, ИНН <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, в равных долях, то есть по 500 000 (пятьсот тысяч) рублей с каждого.

Взыскать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича (<данные изъяты> Жиловой Елены Сергеевны (<данные изъяты> Жилова Евгения Викторовича (<данные изъяты>) в пользу Гайсина Рустама Ринадовича (<данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, в равных долях, то есть по 100 000 (сто тысяч) рублей с каждого.

Взыскать в равных долях с Жилова Алексея Евгеньевича <данные изъяты>, Жиловой Елены Сергеевны (<данные изъяты>), Жилова Евгения Викторовича <данные изъяты>) в пользу Белозеровой Регины Ринадовны (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, в равных долях, то есть по 100 000 (сто тысяч) рублей с каждого.

В удовлетворении остальной части исковых требований Гайсина Ринада Зайнетдиновича, Гайсиной Наили Мунировны, действующих за себя и в интересах несовершеннолетних Гайсина <данные изъяты>, Белозеровой Регины Ринадовны, в том числе к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству обороны Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации, отказать.

Взыскать с Жилова Алексея Евгеньевича (<данные изъяты>), Жиловой Елены Сергеевны <данные изъяты>, Жилова Евгения Викторовича (<данные изъяты> в доход местного бюджета Усть-Катавского городского округа расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 236 рублей 26 копеек, в равных долях, то есть по 6 078 (шесть тысяч семьдесят восемь) рублей 75 копеек.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд через Усть-Катавский городской суд Челябинской области.

Председательствующий подпись Ю.Р.Хлёскина Решение не вступило в законную силу

Мотивированное решение изготовлено 27 мая 2026 года.