РЕШЕНИЕ
по делу об административном правонарушении п. Увельский Челябинская область 24 апреля 2026 года
Судья Увельского районного суда Челябинской области Торгашева О.С., при секретаре Гужвинской Н.В., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, Р.Е.А. , потерпевшей Р.С.М., рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке жалобу Р.Е.А. на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Увельского округа Челябинской области Лымаревой Е.Б. от 13 января 2026 года (с учетом определения об исправлении описки от 25 марта 2026 года) по делу об административном правонарушении о привлечении Р.Е.А. к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ,
УСТАНОВИЛ:
постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Увельского округа Челябинской области Лымаревой Е.Б. от 13 января 2026 года (с учетом определения об исправлении описки от 25 марта 2026 года) Р.Е.А. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, и ей назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год.
Не согласившись с постановлением мирового судьи, Р.Е.А. обратилась в суд с жалобой, в которой просит судебный акт в отношении нее отменить, производство по делу прекратить.
Обращает внимание на тот факт, что она начала движение на автомобиле исключительно с целью обезопасить себя, свою дочь, свою мать и свое имущество. Умысла покидать место ДТП у нее не было, она действовала в состоянии крайней необходимости. Она сообщала в ГИБДД и мировому судье, что на доме пострадавшей установлена видеокамера, которая направлена на дорогу и ведется видеозапись. Однако ни сотрудниками ГИБДД, ни мировым судьей видеозапись с данной камеры для установления всех обстоятельств дела не запрашивалась. Вместе с тем на видеозаписи можно увидеть, что Р.Е.А. в целях своей безопасности и безопасности своего ребенка вынужденно покинула место дорожно-транспортного происшествия.
Указывает, что мировым судьей не учтено, что когда Р.С.М. обратилась в ГИБДД, она дала объяснения, в которых собственноручно написала, что в ДТП не пострадала, в медицинской помощи не нуждается. Объяснение Р.С.М. было написано собственноручно правой рукой, то есть она могла нормально писать и ушиб пальца ее не тревожил. В травмпункт она обратилась спустя 3 часа после написания объяснения. При этом причинно-следственная связь между ушибом пальца и действиями Р.С.М. не установлена.
Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, Р.Е.А. в судебном заседании доводы жалобы поддержала по изложенным в ней основаниям.
Потерпевшая Р.С.М. в судебном заседании возражала против удовлетворения жалобы.
Проверив доводы жалобы, заслушав Р.Е.А. , Р.С.М., исследовав материалы дела, судья апелляционной инстанции приходит выводу об отсутствии правовых оснований для ее удовлетворения.
В соответствии с ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, влечет лишение права управления транспортными средствами на срок от одного года до полутора лет или административный арест на срок до пятнадцати суток.
Пунктом 2.5 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее - Правила дорожного движения), предусмотрено, что при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями п. 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию.
В силу п. 2.6.1 названных Правил, если в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только имуществу, водитель, причастный к нему, обязан освободить проезжую часть, если движению других транспортных средств создается препятствие, предварительно зафиксировав, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положение транспортных средств по отношению друг к другу и объектам дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию, повреждения транспортных средств.
Водители, причастные к такому дорожно-транспортному происшествию, не обязаны сообщать о случившемся в полицию и могут оставить место дорожно-транспортного происшествия, если в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств оформление документов о дорожно-транспортном происшествии может осуществляться без участия уполномоченных на то сотрудников полиции.
Если в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств документы о дорожно-транспортном происшествии не могут быть оформлены без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, водитель, причастный к нему, обязан записать фамилии и адреса очевидцев и сообщить о случившемся в полицию для получения указаний сотрудника полиции о месте оформления дорожно-транспортного происшествия.
Исходя из положений п.п. 2.5, 2.6.1 Правил дорожного движения, оставить место дорожно-транспортного происшествия без вызова сотрудников полиции его участники могут лишь в случае причинения в результате такого происшествия вреда только имуществу и отсутствия между ними разногласий на предмет характера, перечня и оценки полученных повреждений.
Объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, образуют действия водителя, оставившего в нарушение требований названных выше пунктов Правил дорожного движения место дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся.
При рассмотрении дела мировым судьей установлено, что Р.Е.А. 04 ноября 2025 года в 13 часов 20 минут, находясь вблизи <адрес> в <адрес>, управляя транспортным средством <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № совершила наезд на пешехода Р.С.М., получившую при этом телесные повреждения, после чего в нарушение требований п. 2.5 Правил дорожного движения оставила место дорожно-транспортного происшествия, участником которого являлась. Сведений о наличии признаков уголовно наказуемого деяния в действиях Р.Е.А. не представлено.
Указанные обстоятельства подтверждены собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении, схемой места совершения административного правонарушения и иными доказательствами, которые получили оценку на предмет допустимости, достоверности и достаточности по правилам ст. 26.11 КоАП РФ.
Произошедшее событие отвечает признакам дорожно-транспортного происшествия, которым в соответствии с п. 1.2 Правил дорожного движения является событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.
То обстоятельство, что Р.Е.А. стала участником дорожно-транспортного происшествия, обязывало её выполнить требования пунктов 2.5, 2.6.1 Правил дорожного движения.
Оставив место дорожно-транспортного происшествия, Р.Е.А. совершила административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, за что обоснованно привлечена к административной ответственности.
В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. Так, в силу требований ст. 26.1 КоАП РФ установлены: наличие события административного правонарушения, лицо, его совершившее, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.
Действия Р.Е.А. квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами, нормами КоАП РФ и положениями законодательства в области безопасности дорожного движения.
Довод жалобы Р.Е.А. об отсутствии у неё умысла на оставление места дорожно-транспортного происшествия судья признает несостоятельным и не нашедшим своего подтверждения в судебном заседании апелляционной инстанции.
В связи с тем, что момент дорожно-транспортного происшествия было сопряжен с фактическим контактом транспортного средства с Р.С.М., судья приходит к выводу о том, что факт дорожно-транспортного происшествия выразившегося в наезде на потерпевшую имел место и был для Р.Е.А. явно очевидным, поэтому приведенные обстоятельства свидетельствуют об умышленном оставлении Р.Е.А. места дорожно-транспортного происшествия.
Доводы жалобы о том, что Р.Е.А. действовала в состоянии крайней необходимости, являются безосновательными ввиду следующего.
В соответствии со ст. 2.7 КоАП РФ крайняя необходимость характеризуется устранением опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.
Оснований для применения положений ст. 2.7 КоАП РФ не имеется, указанные в данной норме Кодекса условия, при которых противоправное деяние может быть признано совершенным в состоянии крайней необходимости, а именно невозможность устранения возникшей угрозы иными средствами и причиненный вред должен быть менее значительным, чем предотвращенный, отсутствуют по данному делу.
Абзацем 6 п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» установлен единственный случай законного оставления водителем места дорожно-транспортного происшествия: доставление им пострадавшего на своем транспортном средстве в лечебное учреждение в экстренных случаях при невозможности отправить пострадавшего на попутном транспортном средстве.
Согласно п. 1 ст. 11.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» оформление документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции осуществляется в порядке, установленном Банком России, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:
а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте «б» названного пункта;
б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с данным Федеральным законом;
в) обстоятельства причинения вреда в связи с повреждением транспортных средств в результате дорожно-транспортного происшествия, характер и перечень видимых повреждений транспортных средств не вызывают разногласий участников дорожно-транспортного происшествия (за исключением случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии для получения страхового возмещения в пределах 100 тысяч рублей в порядке, предусмотренном пунктом 6 данной статьи) и зафиксированы в извещении о дорожно-транспортном происшествии, заполненном водителями причастных к дорожно-транспортному происшествию транспортных средств в соответствии с правилами обязательного страхования.
Исходя из системного толкования приведенных выше норм, в отсутствие совокупности указанных обстоятельств участник дорожно-транспортного происшествия обязан сообщить о произошедшем дорожно-транспортном происшествии в полицию и дождаться прибытия сотрудников полиции на место дорожно-транспортного происшествия.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», оставление водителем в нарушение требований Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, в том числе до оформления уполномоченными должностными лицами документов в связи с таким происшествием либо до заполнения бланка извещения о дорожно-транспортном происшествии в соответствии с правилами обязательного страхования в установленных законом случаях, образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.
В рассматриваемом случае совокупности обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 11.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», не имелось, в связи с чем Р.Е.А. была обязана сообщить о произошедшем дорожно-транспортном происшествии в полицию и дождаться прибытия сотрудников полиции на место дорожно-транспортного происшествия, что ею выполнено не было.
Оставление Р.Е.А. места дорожно-транспортного происшествия свидетельствует о неисполнении ею в этот момент соответствующего правового предписания Правил дорожного движения и тем самым о совершении объективной стороны административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, поэтому привлечение её к административной ответственности является обоснованным с момента оставления указанным водителем места правонарушения.
Несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о том, что мировым судьей допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренные КоАП РФ процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.
Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст.ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не допущено.
В постановлении мирового судьи по делу об административном правонарушении содержатся все сведения, предусмотренные ч. 1 ст. 29.10 КоАП РФ, отражено событие правонарушения, квалификация деяния, приведены обстоятельства, установленные при рассмотрении дела, доказательства, исследованные в судебном заседании. Выводы мирового судьи, изложенные в постановлении, мотивированы.
Дело рассмотрено мировым судьей в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ.
При назначении Р.Е.А. административного наказания мировым судьей требования ст.ст. 3.1, 3.8, 4.1 - 4.3 КоАП РФ соблюдены, наказание назначено в пределах санкции ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, назначенное наказание является обоснованным и справедливым.
Нарушений гарантированных Конституцией Российской Федерации и ст. 25.1 КоАП РФ прав, в том числе права на защиту, не усматривается.
Обстоятельств, которые в силу п.п. 2 - 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП РФ могли бы повлечь изменение или отмену обжалуемого постановления, не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 30.6 - 30.7 КоАП РФ, судья
РЕШИЛ:
постановление мирового судьи судебного участка № 1 Увельского округа Челябинской области от 13 января 2026 года (с учетом определения об исправлении описки от 25 марта 2026 года) по делу об административном правонарушении в отношении Р.Е.А. по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ оставить без изменения, а жалобу Р.Е.А. - без удовлетворения.
Решение вступает в законную силу немедленно со дня его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 30.12 - 30.19 КоАП РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции.
Судья Торгашева О.С.