РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
03 сентября 2026 года г. Первоуральск
Первоуральский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего Федорца А.И.
при секретаре судебного заседания Колмаковой И.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1684/2026 по иску Уральской транспортной прокуратуры в интересах Российской Федерации к обществу с ограниченной ответственностью «Полипласт УралСиб» о возмещении вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
Истец Уральская транспортная прокуратура в интересах Российской Федерации обратилась в суд с иском к Литвиновой Л.В. о возмещении вреда, причинённого преступлением в размере 12 523 765 руб. 30 коп.
Определением суда в протокольной форме по ходатайству истца произведена замена ненадлежащего ответчика Литвиновой Л.В. на надлежащего – ООО «Полипласт УралСиб», Литвинова Л.В. привлечена к участию в деле в качестве третьего лица.
В обоснование иска указано, что Уральской транспортной прокуратурой проведена проверка исполнения таможенными органами законодательства при перемещении через Таможенную границу Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС), государственную границу Российской Федерации стратегически важных товаров и ресурсов, в ходе которой установлено следующее.
Вступившим в законную силу постановлением Карталинского городского суда Челябинской области от 13.12.2024 по уголовному делу № 1-333/2024 уголовное дело по обвинению Литвиновой Ларисы Викторовны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 226. 1 Уголовного кодекса Российской Федерации - незаконного перемещении через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕАЭС стратегически важных ресурсов в крупном размере, прекращено по основанию, предусмотренному ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 200 тыс. рублей.
Судом при рассмотрении уголовного дела установлено, что Литвинова Л.В. с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. в г. Первоуральске Свердловской области, будучи ведущим специалистом службы логистики ООО «Полипласт-УралСиб», в рамках исполнения внешнеэкономического контракта от ДД.ММ.ГГГГ № с ТОО «Полипласт-Казахстан» (Республика Казахстан) совершила контрабанду, то есть незаконное (путем недекларирования) перемещение в Республику Казахстан через государственную границу Российской Федерации с государством - членом Евразийского экономического союза 3 180 кг смазки для форм и опалубки «<данные изъяты>), являющейся стратегически важным ресурсом -нефтепродуктом в виде нефтяного минерального масла, содержащего более 70 мас.% нефтепродукта (субпозиция 2710 19 920 0 ТН ВЭД ЕАЭС), стоимостью 12 523 765 рублей 30 коп., в крупном размере.
В целях сокрытия факта совершения контрабанды Литвинова Л.В. от имени ООО «Полипласт-УралСиб» представила в таможенные органы статистические формы учета перемещения товаров, содержащих недостоверные сведения о наименовании и составе товаров, скрыв от таможенных органов истинные характеристики перемещаемой продукции и указав недостоверный код ТН ВЭД ЕАЭС.
В результате умышленных преступных действий Литвиновой Л.В. через государственную границу с государствами-членами ЕАЭС незаконно перемещен стратегически важный ресурс, а именно нефтепродукты, код товара <данные изъяты>, объемом 3 180 кг, общей стоимостью 12 523 765 рублей 30 коп.
Таможенное декларирование товаров, классифицируемых в товарной позиции 2710 ТН ВЭД ЕАЭС, является обязательным и осуществляется в порядке таможенного декларирования товаров, установленным Таможенным кодексом ЕАЭС, как для товаров, перемещаемых через таможенную границу ЕАЭС.
Недекларирование, сопряженное с указанием в статистических формах учета недостоверных сведений о товаре позволило Литвиновой Л.В. произвести незаконный вывоз с территории Российской Федерации, являющейся членом таможенного союза, нефтепродуктов - стратегически важного для Российской Федерации ресурса на сумму 12 523 765 рублей 30 коп.
По смыслу ст. 104.1 УК РФ конфискация имущества представляет собой принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества, являющегося предметом незаконного перемещения через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕАЭС либо через государственную границу Российской Федерации с государствами - членами ЕАЭС, ответственность за которое установлена статьями 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1 УК РФ.
Таким образом, весь установленный в рамках уголовного дела объем нефтепродуктов, экспортированный Литвиновой Л.В., подлежал конфискации, то есть обращению в собственность государства.
Вместе с тем данный механизм в уголовном процессе применен быть не мог, поскольку уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя 3 года после совершения преступления.
Постановлением суда подтверждена контрабанда стратегически важных нефтяных ресурсов, то есть запрещенного к экспорту товара.
В этой связи доходы, полученные Литвиновой Л.В. от контрабанды нефтепродуктов, являются незаконно полученными.
Приговором суда установлен объем незаконного экспорта стратегически важных ресурсов 3 180 кг, общей стоимостью 12 523 765 рублей 30 коп., который Литвинова Л.В. незаконно реализовала, соответственно, товар не может быть возвращен в натуре, и в силу вышеназванных требований закона ответчик должен возместить стоимость товаров в денежном эквиваленте в размере действительной стоимости.
В соответствии с ч. 2 ст. 7 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-Ф3 «Об оценочной деятельности» определение рыночной стоимости объекта оценки подлежит установлению в случае использования в нормативном правовом акте не предусмотренных настоящим Федеральным законом и стандартами оценки терминов, определяющих вид стоимости оценки, в том числе терминов «действительная стоимость», «разумная стоимость», «эквивалентная стоимость», «реальная стоимость» и других.
В ходе рассмотрения уголовного дела были получены заключения экспертов, на разрешение которым были поставлены вопросы об определении свободной рыночной стоимости нефтепродуктов.
Таким образом, при определении размера стоимости незаконно перемещенных через государственную границу предметов контрабанды следует исходить из рыночной стоимости незаконно экспортируемых Литвиновой Л.В. товаров на момент совершения преступления, определенной на основании заключений эксперта.
Соответственно размер денежных средств, подлежащих взысканию в пользу Российской Федерации, следует определить в сумме 12 523 765 рублей 30 коп.
Контрабанда нефтепродуктов наносит ущерб экономике государства и существенно затрудняет контроль за оборотом природных ресурсов.
Факт привлечения Литвиновой Л.В. к уголовной ответственности не освобождает ее от гражданско-правовой ответственности, поскольку ущерб, нанесенный контрабандой государственным ресурсам, остается невозмещенным.
В соответствии со ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.
Прокурор обращается в суд с иском в интересах Российской Федерации, поскольку преступление, совершенное Литвиновой Л.В. относится к преступлениям против общественной безопасности, посягает на надлежащее функционирование государственной власти, общественных отношений.
Просил взыскать в пользу Российской Федерации с Литвиновой Ларисы Викторовны (администратор дохода - Федеральное агентство по управлению государственным имуществом) денежные средства в размере 12 523 765 рублей 30 коп.
03.08.2026 в суд поступило уточненное исковое заявление (т. 1, л.д. 181-184), в соответствии с доводами которого требования иска прокурора основаны на вступившем в законную силу постановлении Карталинского городского суда Челябинской области от 13.12.2024 по уголовному делу № 1-333/2024 уголовное дело по обвинению Литвиновой Ларисы Викторовны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 226. 1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) - незаконного перемещении через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕАЭС стратегически важных ресурсов в крупном размере, прекращено по основанию, предусмотренному ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 200 тыс. рублей.
На момент совершения преступления Литвинова Л.В. являлась работником ООО «Полипласт-УралСиб» (ИНН 66250221894, ОГРН 1036601472687, КПП 662501001, <адрес>).
В соответствии с п. 1.1 трудового договора б/н от ДД.ММ.ГГГГ Литвинова Л.В. принята в ООО «Полипласт-УралСиб» для выполнения работы в должности специалиста по таможенному оформлению.
В силу п. 1.3 работа по указанному Договору являлась основным местом работы, (продолжительность рабочего времени 40 часов в неделю с понедельника по пятницу п.п. 3.1 - 3.4 договора).
Согласно п. 7.1 договора стороны несут ответственность за неисполнение своих обязательств в соответствии с действующим трудовым, гражданским и уголовным законодательством и с учетом обязанностей, вытекающих из условий настоящего договора.
На основании дополнительного соглашения к трудовому договору № б/н от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) Пункт 1.1 главы 1 «Предмет трудового договора» изложен в следующей редакции: «Для выполнения работы в должности ведущий специалист службы логистики» 2. Пункт 4.2. главы 4 «Оплата труда»: «Работнику устанавливается должностной оклад 20 000 рублей».
Иные изменения в трудовой договор не вносились.
Таким образом, в данном случае имеются основания для взыскания с работодателя вреда, причиненного его работником.
Согласно пункту 1 статьи 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (должностных) обязанностей.
На момент совершения преступления Литвинова Л.В. состояла в трудовых отношениях с ООО «Полипласт-УралСиб» (ИНН 6625021894) на основании трудового договора б/н от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ в должности ведущего специалиста службы логистики.
Как следует из материалов уголовного дела №, подача статистических форм учета с недостоверными сведениями и вывоз нефтепродуктов осуществлены Литвиновой Л.В. в рамках выполнения прямой трудовой функции по логистическому обеспечению внешнеэкономического контракта от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного ООО «Полипласт-УралСиб» с ТОО «Полипласт-Казахстан».
Все вывезенные нефтепродукты являлись собственностью ООО «Полипласт-УралСиб», а полученная от их продажи выручка в полном объеме поступила на счета юридического лица.
В соответствии со ст. 1068 ГК РФ первичное гражданско-правовое обязательство по возмещению причиненного государственному бюджету вреда в размере 12 523 765 руб. 30 коп. возлагается непосредственно на работодателя - ООО «Полипласт-УралСиб», в связи с чем данная организация подлежит привлечению в качестве ответчика по настоящему иску.
Просил взыскать с ООО «Полипласт-УралСиб» (<адрес>, ИНН 6625021894, ОГРН 1036601472687, КПП 662501001) в пользу Российской Федерации (администратор дохода - Федеральное агентство по управлению государственным имуществом) денежные средства в размере 12 523 765 рублей 30 коп.
Представитель истца - помощник прокурора г. Первоуральска Паначева А.Г. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в уточненном иске.
Представитель ответчика ООО «Полипласт-УралСиб» Юровских А.А. в судебном заседании с заявленными требованиями по доводам письменных возражений, в соответствии с которыми согласно ч.2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
При этом, обстоятельства, установленные уголовным делом, не имеют преюдициального значения для лиц, не участвовавших в данном деле.
Поскольку ООО «Полипласт-УралСиб» не привлекалось к участию в уголовном деле, установленные следователем обстоятельства не имеют для ответчика преюдициального (обязательного) значения.
Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13 декабря 2016 года N 28-П, конституционными требованиями справедливости и соразмерности предопределяется дифференциация публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении тех или иных мер государственного принуждения: соответственно, уголовно-правовые и административно-правовые санкции, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивались соразмерность мер уголовного и административного наказания совершенному правонарушению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.
Постановление о прекращении дела по ст. 25.1 УПК РФ не является приговором, не констатирует виновность лица в совершении преступления (ч. 1 ст. 49 Конституции РФ). Данное постановление оценивается судом наряду с другими доказательствами.
Полагаем, что истец в гражданском процессе обязан заново, на общих основаниях доказывать факт и размере вреда.
В соответствии со ст. 76.2 УК РФ, лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено судом от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа в случае, если оно возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред.
Постановлением Карталинского городского суда уголовное дело в отношении Литвиновой Л.В. было прекращено по ст. 25.1 УПК РФ с указанием, что Литвиновой Л.В. приняты действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного преступлением интересам общества и государственной власти и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий.
Предпринятые Литвиновой Л.В. действия достаточны, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного, как позволяющие освободить ее от уголовной ответственности. Суд расценил действия Литвиновой по оказанию благотворительной помощи как заглаживание причиненного вреда, данные ее действия свидетельствуют о восстановлении нарушенных ею в результате преступления законных интересов общества и государства в указанной сфере.
Поскольку судебным постановлением о прекращении уголовного дела Литвиновой Л.В. заглажен вред, то повторное взыскание вреда с работодателя за одно и то же деяние является, по мнению ответчика, незаконным обогащением.
Ответчик возражает против удовлетворения исковых требований и просит отказать в их удовлетворении, так как истцом выбран ненадлежащий способ защиты права.
В соответствии со статьей 15 ГК Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Общие основания ответственности за вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, устанавливаются статьей 1064 данного Кодекса, а ответственность юридического лица или гражданина за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, - статьей 1068 ГК РФ.
Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением в размере полной рыночной стоимости товара, содержащего нефтепродукты.
Требования мотивированы тем, что в декабре 2024 года в отношении бывшего сотрудника ответчика Литвиновой Л.В, было прекращено уголовное дело на основании ч. 1 ст. 25.1 УПК РФ в связи с назначением судебного штрафа.
Товар не был конфискован, так как с момента преступления прошло 3 года, поэтому с ООО «Полипласт-УралСиб», как с работодателя подлежит взысканию вред, причиненный работником при выполнении служебных обязанностей.
Также истец в иске указывает, что все вывезенные нефтепродукты являлись собственностью ООО «Полипласт-УралСиб»
В соответствии со ст. 15, 1064 ГК РФ, вред подлежит возмещению лицом, его причинившим, при наличии реальных убытков у потерпевшего, но в данном случае стоимость товара не является ущербом государства.
Российской Федерации в лице истца не принадлежало право собственности на спорный товар, содержащий нефтепродукты.
Государство не несло расходов на его приобретение и не теряло его из своего владения. Соответственно, полная рыночная стоимость товара не является и не может являться убытком (ущербом) публично-правового образования.
Статья 1068 ГК РФ регулирует исключительно возмещение деликтного вреда (реального ущерба, убытков), который возник в результате действий работника.
Вред — это расходы, которые лицо понесло или должно будет понести для восстановления нарушенного права.
Стоимость контрабандного товара не является убытками или вредом, причиненным государству.
С точки зрения уголовного права, контрабандный товар — это предмет преступления. По закону предмет преступления подлежит конфискации в доход государства на основании ст. 104.1 УК РФ, которая является мерой уголовно-правового характера, а не гражданской ответственностью.
Конфискация по уголовному делу не применялась, взыскание стоимости имущества взамен конфискации — это мера уголовно-правового характера, а ст. 1068 ГК РФ неприменима к правоотношениям по взысканию стоимости контрабандного товара
Механизма доконфисковать стоимость товара через гражданский иск к работодателю в российском праве не существует. Гражданский суд не вправе подменять собой уголовный суд и накладывать карательные санкции под видом деликтных обязательств. Товар был реализован 5 лет назад, сейчас истец просит взыскать его денежный эквивалент.
Взыскание стоимости реализованного товара взамен самого предмета преступления - это мера уголовно-правового характера (ст. 104.2 УК РФ), а не мера гражданско-правовой ответственности. Согласно ст. 104.1 и ст. 104.2 УК РФ, денежный эквивалент товара может быть конфискован только на основании обвинительного приговора судом в рамках уголовного дела
Ответчик полагает, что при неверном декларировании нефтепродуктов на экспорт вред государства может заключаться исключительно в недоимке по таможенным платежам (пошлинам, сборам) или нарушении порядка нетарифного регулирования.
Товар принадлежал ответчику на праве собственности. Организация продала его в Казахстан по реальной внешнеторговой сделке и получила за него оплату. Товар не был украден у государства, умысла на контрабанду у ответчика не было.
Взыскание всей рыночной стоимости товара по ст. 1068 ГК РФ не имеет под собой правовых оснований.
Истец фактически пытается применить меру уголовно-правового характера — конфискацию денежного эквивалента предмета преступления (ст. 104.1 УК РФ). Конфискация стоимости товара взамен его изъятия может быть применена только в рамках уголовного дела, фигурантом которого ответчик не являлся. Юридическое лицо не может быть наказано конфискацией в рамках гражданского процесса.
Полномочия и вина ООО «Полипласт-УралСиб» в рамках ст. 1068 ГК РФ истцом не доказаны.
Третье лицо Литвинова Л.В, была уволена из ООО «Полипласт-УралСиб» в 2021 году, следовательно, любые трудовые или связанные с ними правоотношения между работником и компанией прекратились более 5 лет назад. Ответчик полагает, что невозможно возложить на юридическое лицо солидарную или субсидиарную ответственность за действия лица, которое уже 5 лет не является его сотрудником, по иску, предъявленному спустя длительное время после увольнения.
ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Полипласт-УралСиб» и ООО «Урал-КУБ» был заключен Договор поставки товара, в соответствии с п. 1.1 которого, продавец обязуется поставить и, передать в собственность Покупателю товар, а покупатель обязуется принять и оплатить товар в порядке и на условиях, установленных настоящим договором.
В рамках исполнения данного Договора, ООО «Полипласт-УралСиб» приобретает у ООО «Урал-КУБ» индустриальное масло <данные изъяты>, необходимое для производства смазки <данные изъяты>».
ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Полипласт-УралСиб» и ТОО «Полипласт-Казахстан» был заключен Контракт №, в соответствии с условиями которого, продавец принимает на себя обязательства изготовить и поставить, а покупатель принять и оплатить в течение срока действия настоящего контракта товар.
ООО «Полипласт-УралСиб» поставлялся в Казахстан товар, являющийся готовой строительной химией, многокомпонентным составом для строительной отрасли (смазка для форм и опалубки), а не сырьевое базовое масло для нефтепереработки, оборот которого ограничивает Протокол Минэнерго от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается Техническими условиями №.
Смазка <данные изъяты> представляет собой комплекс минеральных, растительных масел и присадок, в том числе антикоррозионных, антиадгезионных и пленкообразующих. Помимо индустриального масла <данные изъяты> в состав товара входят также: олеиновая кислота, жирные кислоты талового масла, кристаллин D60, вода, что подтверждается техническим заданием на производство смазки для форм и опалубки <данные изъяты>».
Товар, незаконное перемещение через границу которого было вменено Литвиновой Л.В, претерпел технологическую переработку. Наличие присадок превратило сырьевое масло в принципиально новый товар со специфическими физико-химическими свойствами, предназначенный исключительно для смазки форм и опалубок в строительстве. Использовать его как сырье для НПЗ или как топливо физически невозможно, так как в процессе его производства происходит необратимость процесса смешивания, это стабильный, неделимый раствор, извлечь минеральное масло обратно в чистом виде нельзя.
Ограничения Протокола Минэнерго от 06.05.2019 по коду 2710 19 9800 распространяются исключительно для базовых масел (сырья), а продукция ответчика — готовое смазочное средство, следовательно, применение к ней квот и ограничений индикативного баланса является избыточным и нарушает цели самого Протокола (цель которого — регулировать топливно-энергетический баланс, чтобы избежать дефицита энергоресурсов в РФ, а не рынок строительных материалов). Продукция Ответчика ушла в строительный сектор и физически не может быть использована как моторное масло, дизель или сырье для НПЗ.
Министерство энергетики Республики Казахстан, вводя аналогичные зеркальные запреты на вывоз нефтепродуктов из страны по коду 2710, прямо прописывает в исключениях: за исключением смазочных масел (подсубпозиции 2710 19 980 0). Это доказывает, что на уровне профильных министерств ЕАЭС данный код признается готовой продукцией (смазочным материалом), а не сырьем, и не должен подвергаться тотальному запрету.
Нарушение Протокола Минэнерго носило сугубо формально-логистический характер (из-за кода ТН ВЭД 2710 19 980 0), но фактически никакого реального ущерба экономике, экологии или топливно-энергетической безопасности РФ нанесено не было, а доходы получены от продажи строительного материала, а не сырьевых нефтепродуктов.
Для применения ст. 1068 ГК РФ должно быть доказано наличие реального вреда (уничтожение имущества, прямые убытки бюджета). Выручка компании от продажи строительной смазки в Казахстан не является материальным ущербом государству.
Продукция была легально продана структурному подразделению ответчика, входящему в ГК «Полипласт». Рыночная стоимость легально произведенной вами смазки для опалубок принадлежит компании, а не государству. Государство не потеряло этот товар, оно его не производило, поэтому требовать его рыночную стоимость в качестве компенсации вреда прокурор не имеет права. Взыскание стоимости товара — это скрытая форма конфискации (санкции). Однако гражданский процесс не предназначен для наказания. Конфискация стоимости предмета контрабанды возможна только в рамках уголовного процесса по ст. 104.1 УК РФ.
Конституционный и Верховный Суды РФ неоднократно указывали, что вред, причиненный бюджетной системе в результате таможенных или налоговых преступлений (и правонарушений), ограничивается размером неисполненного обязательства перед бюджетом. Ущерб — это разница между тем, сколько компания должна была заплатить по «правильному» коду ТН ВЭД, и тем, сколько она фактически заплатила (или планировала заплатить). Если товар не подлежал полному запрету к вывозу/ввозу, то его стоимость вообще не включается в предмет доказывания ущерба.
При юридически правильном подборе кода ТН ВЭД таможенная пошлина на нефть была бы нулевой, следовательно, отсутствует сам факт материального ущерба, причиненного государству.
В делах о неправильном декларировании товаров (кодировании по ТН ВЭД) материальный ущерб государству складывается исключительно из суммы неуплаченных таможенных платежей, пошлин и налогов, но никак не из стоимости самого груза.
Собственником товара государство не являлось, поэтому потерять его стоимость оно не могло.
Полная стоимость товара <данные изъяты> - это оборотный капитал участника ВЭД (собственника груза). Взыскание стоимости товара в пользу государства повлечет незаконное обогащение бюджета (ст. 1102 ГК РФ), так как государство пытается изъять чужое имущество, не имея на это законных оснований.
Прибыль от реализации товара — это доход коммерческой организации, а не государства. Единственное, на что могло претендовать государство — это таможенные платежи и пошлины при вывозе (если они вообще были предусмотрены для данного кода ТН ВЭД и направления). Но этих требований в иске нет.
От действий третьего лица Литвиновой Л.В. не наступило материального ущерба для Российской Федерации, ставка вывозной таможенной пошлины за товар «смазка для форм и опалубки <данные изъяты> и <данные изъяты> составляет «0», а неправильное оформление документов — это процедурная ошибка, а не материальный ущерб.
Постановление Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 № 39-П: КС РФ четко разграничил понятия. Вред, причиняемый публично-правовым образованиям (государству) правонарушениями в сфере налогов и таможенных пошлин, заключается в недополучении бюджетом денежных средств (недоимки). Сама стоимость товара юга оборотные средства компании не являются и не могут являться ущербом государства.
Пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах применения таможенного законодательства: Пленум указывает, что при нарушении таможенных правил (включая неверное кодирование по ТН ВЭД) обязательства перед государством носят фискальный характер. Защита интересов казны восстанавливается исключительно путем взыскания таможенных пошлин, налогов и пеней. Стоимость декларируемого товара в объем ущерба не включается.
Пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства о судебном штрафе: При прекращении уголовного дела по ст. 25.1 УПК РФ ущерб, который заглаживает лицо (для назначения штрафа), соизмеряется с последствиями преступления. Если материалом дела был признан вред бюджету, то и в гражданском процессе нельзя требовать иные, искусственно завышенные суммы, вроде стоимости груза.
Третье лицо Литвинова Л.В., представитель третьего лица Перевощикова Н.Е. поддержали позицию ответчика ООО «Полипласт-УралСиб», возражали относительно удовлетворения заявленных исковых требований, по доводам письменного отзыва, в соответствии с которым продукция, принадлежащая ООО «Полипласт-УралСиб» отправлялась в Республику Казахстан в адрес ТОО «Полипласт Форм» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, по контракту.
Ответчица предоставляла в таможенные органы статистическую форму учета перемещения товаров, указывая ТК ВЭД 3403. Количество и наименование товара соответствовало товаросопроводительным документам по контракту на поставку.
Постановлением Карталинского городского суда Челябинской области от 13.12.2024, вступившим в законную силу, уголовное дело в отношении Литвиновой Л.В. по факту совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст. 226.1 УК РФ - незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕАЭС стратегически важных ресурсов в крупном размере, прекращено с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 200 000 рублей.
В иске необоснованно указано, что доходы, полученные Литвиновой Л.В. от контрабанды нефтепродуктов, являются незаконно полученными.
Убытки, в контексте положений ч.1 ст. 15 УК РФ, не были причинены собственнику продукции, поставленной в Республику Казахстан.
Литвинова Л.В. не получила никаких доходов (иной материальной выгоды) от поставки продукции от ООО «Поли-пласт УралСиб».
В иске необоснованно указано, что приговором суда установлен объем незаконного экспорта стратегически важных ресурсов общей стоимостью 12 523 765 руб.30 коп., который Литвинова Л.В. незаконно реализовала.
Литвинова Л.В. никогда не являлась участником коммерческой деятельности, в том числе в отношении сделки между ООО «Полипласт УралСиб» и ТОО «Полипласт Форм».
По мнению истца, Литвинова Л.В. неосновательно получила имущество в виде нефтепродуктов, что не соответствует действительности.
Смазка для форм и опалубки «Полипласт Форм» (ФТУ-104)» не является государственным ресурсом, поскольку имела собственника - ООО «Полипласт УралСиб».
Истец указал в заявлении, что весь установленный в рамках уголовного дела объем нефтепродуктов, экспортированный Литвиновой Л.В., подлежал конфискации, то есть обращению в собственность государства. Вместе с тем, данный механизм в уголовном процессе применен быть не мог, поскольку уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя 3 года после совершения преступления».
Согласно положениям ч.1 ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет 3 года. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Считают, что срок исковой давности по заявленному требованию истек, и просят применить последствия пропуска исковой давности - отказать в удовлетворении иска.
Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 14.06.2018 N 17 (ред. от 12.12.2023) "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что в случае конфискации имущества на основании судебного решения о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию подсудимому или его близким родственникам (в случае смерти подсудимого) должны быть разъяснены основания и правовые последствия указанного решения, при этом прекращение уголовного дела (преследования) и конфискация в подобных случаях возможны только с согласия подсудимого или его близких родственников (в случае смерти подсудимого).
Конфискация имущества в качестве добытого преступным путём, а также как незаконно перемещённого через границу возможна только при вменении обвиняемому статьи УК РФ из перечня, указанного в п. «а» ч.1 ст. 104.1 УК РФ.
В перечне составов преступлений, содержащимся в п. «а» ч.1 ст. 104.1 УК РФ, не указана ч. 1 ст. 226.1 УК РФ
В Постановлении Пленума ВС РФ от 27.04.2017 № 12 «О судебной практике по делам о контрабанде» указано следующее: Пункт 17. Обратить внимание судов на необходимость применения положений главы 15.1 УК РФ о конфискации предметов незаконного перемещения через таможенную границу либо государственную границу, ответственность за которое установлена статьями 200.1, 200.2, 226.1 и (или) 229.1 УК РФ, и любых доходов от этого имущества, за исключением имущества и доходов от него, подлежащих возвращению законному владельцу.
Если владельцем предметов контрабанды является лицо, признанное виновным в их незаконном перемещении, то такие предметы контрабанды подлежат конфискации.
Карталинский городской суд Челябинской области, принимая решение о прекращении уголовного дела в отношении Литвиновой Л.В. с назначением судебного штрафа, не применил конфискацию незаконно перемещенного имущества, поскольку Литвинова Л.В. не является его владельцем.
Представитель третьего лица Уральской оперативной таможни Тарасова Е.А. заявленные требования поддержала, поддержала доводы письменного отзыва, в соответствии с которым ДД.ММ.ГГГГ старшим дознавателем по ОВД отдела дознания Уральской оперативной таможни ФИО6 по факту совершения преступления предусмотренного частью 1 статьи 226.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 11 марта 2024 г. № 43-Ф3) возбуждено уголовное дело №.
В соответствии с пунктом 4 Постановления Правительства Российской Федерации от 1 июля 2011 г. № 529 «О мерах по реализации Указа Президента Российской Федерации от 1 июля 2011 г. № 880 «Об отмене согласованных видов контроля на государственной границе Российской Федерации с Республикой Белоруссия и Республикой Казахстан» установлено, что в случае вывоза из Российской Федерации в другие государства-члены Таможенного союза в рамках ЕАЭС товаров, классифицируемых кодами №, №, № (за исключением кодов №), №, №, №- №, таможенное декларирование осуществляется в соответствии с правом Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) и положениям Федерального закона № 289-ФЗ так, как если бы указанные товары вывозили из Российской Федерации за пределы таможенной территории ЕАЭС, без взимания таможенных сборов за таможенные операции.
Таким образом, таможенное декларирование товаров, классифицируемых в товарной позиции № является обязательным и осуществляется в порядке таможенного декларирования товаров, установленным Таможенным кодексом ЕАЭС (далее - ТК ЕАЭС), как для товаров, перемещаемых через таможенную границу ЕАЭС.
В соответствии с подпунктом 25 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС под незаконным перемещением товаров через таможенную границу ЕАЭС понимается перемещение товаров через таможенную границу ЕАЭС вне мест, через которые в соответствии со статьей 10 ТК ЕАЭС должно или может осуществляться перемещение товаров через таможенную границу ЕАЭС, или вне времени работы таможенных органов, находящихся в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящимся к другим товарам средств идентификации.
Согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 106 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза в декларации на товары подлежат указанию сведения о товарах, в том числе наименование, описание, необходимое для исчисления и взимания таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин и иных платежей, взимание которых возложено на таможенные органы, для обеспечения соблюдения запретов и ограничений, мер защиты внутреннего рынка, принятия таможенными органами мер по защите прав на объекты интеллектуальной собственности, идентификации, отнесения к одному 10-значному коду Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности.
В соответствии с пунктом 10 Перечня стратегически важных товаров и ресурсов для целей статьи 226.1 УК РФ, утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 13 сентября 2012 г. № 923, нефтепродукты, классифицируемые кодами № отнесены к стратегически важным ресурсам.
Согласно пункту 2 Примечания к статье 226.1 УК РФ крупным размером признаётся стоимость стратегически важных товаров, ресурсов, превышающая млн. рублей.
В соответствии с заключением таможенных экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № представленные на исследование образцы товара - «<данные изъяты> содержат в своем составе нефтепродукт - нефтяное минеральное масло, доля нефтепродукта в составе представленного образца составляет более 70 мас.%.
Свободная (рыночная) стоимость на дату пересечения Государственной границы Российской Федерации вывезенного ООО «Полипласт-УралСиб» в адрес ТОО «Полипласт-Казахстан» (Республика Казахстан) товара - «<данные изъяты> по вышеуказанным статистическим формам учета перемещения товаров составила 12 523 765,30 руб.
Согласно заключению специалиста от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с ОПИ № 1 и № 6, классификация товаров смазка для форм и опалубки <данные изъяты> должна осуществляться в субпозиции, № «нефть и нефтепродукты, полученные из битуминозных пород, кроме сырых; продукты, в другом месте не поименованные или не включенные, содержащие 70 мас.% или более нефти или нефтепродуктов, полученных из битуминозных пород, причем эти нефтепродукты, являются основными составляющими продуктов, за исключением содержащих биодизель и отработанных нефтепродуктов: прочие: тяжелые дистилляты: масла смазочные; масла прочие: для прочих целей: составы для обработки металлов, масла для смазывания форм, антикоррозионные масла».
В ходе дознания по уголовному делу № установлено, что Литвинова Л.В., ДД.ММ.ГГГГ г.р., являвшаяся на момент совершения деяния, ведущим специалистом службы логистики ООО «Полипласт-УралСиб» (ИНН 6625021894), осведомленная о порядке перемещения через Государственную границу Российской Федерации с государствами - членами ЕАЭС стратегически важного товара - <данные изъяты>, содержащего 70 % или более нефти или нефтепродуктов, полученных из битумных пород, классифицируемого кодом №, действующая от имени и в интересах ООО «Полипласт-УралСиб», осуществила незаконное перемещение через Государственную границу Российской Федерации с государствами - членами Евразийского экономического союза в Республику Казахстан стратегически важных ресурсов - товара «Смазка для форм и опалубки <данные изъяты>, содержащего 70 % или более нефти или нефтепродуктов, полученных из битумных пород, классифицируемого кодом №, стоимостью 12 523 765,30 рублей.
Таким образом, в ходе дознания установлено, что Литвинова Л.В., совершила преступление, предусмотренное частью 1 статьи 226.1 УК РФ - незаконное перемещение через Государственную границу Российской Федерации с государствами-членами ЕАЭС в Республику Казахстан стратегически важных ресурсов в крупном размере.
ДД.ММ.ГГГГ в УОТ поступила явка с повинной Литвиновой Л.В. о совершении расследуемого преступления.
ДД.ММ.ГГГГ обвинительный акт по уголовному делу № по обвинению Литвиновой Л.В. в совершении преступления предусмотренного частью 1 статьи 226.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 11 марта 2024 г. № 43-ФЗ) утвержден прокурором, уголовное дело направлено в Карталинский городской суд Челябинской области для рассмотрения по существу.
В ходе рассмотрения дела № 1-333/2024 Карталинским судом Челябинской области установлено, что сведения об участии Литвиновой Л.В. в совершении преступления, изложенные в обвинительном заключении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, Литвинова Л.В. вину в инкриминируемом преступлении признала в полном объеме, в деле имеется явка с повинной, активно способствовала раскрытию и расследованию инкриминируемого ей преступления, в связи с чем, при таких обстоятельствах уголовное дело в отношении Литвиновой Л.В., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 226.1 УК РФ прекращено на основании статьи 76.2 УК РФ, статьи 25.1 УПК РФ в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.
Исходя из обстоятельств, установленных в ходе дознания и рассмотрения судебного дела № 1-333/2024, следует, что действия Литвиновой Л.В. повлекли за собой незаконный вывоз с территории Российской Федерации, являющейся членом таможенного союза, нефтепродуктов - стратегически важного для Российской Федерации ресурса на сумму 12 523 765, 30 руб.
В соответствии со статьей 104.1 УК РФ конфискация имущества представляет собой принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора, в том числе имущества являющегося предметом незаконного перемещения через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕАЭС либо через государственную границу Российской Федерации с государствами-членами ЕАЭС, ответственность за которое установлена статьями 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1 УК РФ.
Учитывая, что на момент производства дознания по уголовному делу товар, на общую сумму 12 523 765,30 руб. вывезен с территории Российской Федерации осуществить в соответствии с требованиями уголовного законодательства Российской Федерации ее изъятие не представилось возможным.
Факт прекращения уголовного преследования в отношении Литвиновой Л.В. судом не освобождает ее от гражданско-правовой ответственности, поскольку ущерб, нанесенный контрабандой государству остается невозмещенным.
Представители третьих лиц Федерального агентства по управлению государственным имуществом, Территориального управления Росимущества в Свердловской области в судебное заседание не явились, о времени и месте извещены своевременно и надлежащим образом, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей третьих лиц.
Суд, выслушав явившихся участников процесса, исследовав письменные доказательства по делу, приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1-4 ст. 67 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (в частности, в определении от 25 мая 2017 г. N 1116-О), предоставление судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.
Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ старшим дознавателем по ОВД отдела дознания Уральской оперативной таможни по факту совершения преступления предусмотренного частью 1 статьи 226.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 11 марта 2024 г. № 43-Ф3) возбуждено уголовное дело №.
В соответствии с пунктом 4 Постановления Правительства Российской Федерации от 1 июля 2011 г. № 529 «О мерах по реализации Указа Президента Российской Федерации от 1 июля 2011 г. № 880 «Об отмене согласованных видов контроля на государственной границе Российской Федерации с Республикой Белоруссия и Республикой Казахстан» установлено, что в случае вывоза из Российской Федерации в другие государства-члены Таможенного союза в рамках ЕАЭС товаров, классифицируемых кодами ТН ВЭД ЕАЭС 2709, 2710, 2711, 2712 (за исключением кодов 2712901100, 2712901900), 2713110000, 271312000, 2713200000- 2713909000, таможенное декларирование осуществляется в соответствии с правом Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) и положениям Федерального закона № 289-ФЗ так, как если бы указанные товары вывозили из Российской Федерации за пределы таможенной территории ЕАЭС, без взимания таможенных сборов за таможенные операции.
Таким образом, таможенное декларирование товаров, классифицируемых в товарной позиции 2710 ТН ВЭД ЕАЭС, является обязательным и осуществляется в порядке таможенного декларирования товаров, установленным Таможенным кодексом ЕАЭС (далее - ТК ЕАЭС), как для товаров, перемещаемых через таможенную границу ЕАЭС.
В соответствии с подпунктом 25 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС под незаконным перемещением товаров через таможенную границу ЕАЭС понимается перемещение товаров через таможенную границу ЕАЭС вне мест, через которые в соответствии со статьей 10 ТК ЕАЭС должно или может осуществляться перемещение товаров через таможенную границу ЕАЭС, или вне времени работы таможенных органов, находящихся в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящимся к другим товарам средств идентификации.
Согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 106 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза в декларации на товары подлежат указанию сведения о товарах, в том числе наименование, описание, необходимое для исчисления и взимания таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин и иных платежей, взимание которых возложено на таможенные органы, для обеспечения соблюдения запретов и ограничений, мер защиты внутреннего рынка, принятия таможенными органами мер по защите прав на объекты интеллектуальной собственности, идентификации, отнесения к одному 10-значному коду Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности.
В соответствии с пунктом 10 Перечня стратегически важных товаров и ресурсов для целей статьи 226.1 УК РФ, утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 13 сентября 2012 г. № 923, нефтепродукты, классифицируемые кодами ТН ВЭД ЕАЭС 2710, отнесены к стратегически важным ресурсам.
Согласно пункту 2 Примечания к статье 226.1 УК РФ крупным размером признаётся стоимость стратегически важных товаров, ресурсов, превышающая млн. рублей.
В ходе дознания по уголовному делу № установлено, что Литвинова Л.В., ДД.ММ.ГГГГ г.р., являвшаяся на момент совершения деяния, ведущим специалистом службы логистики ООО «Полипласт-УралСиб» (ИНН 6625021894), осведомленная о порядке перемещения через Государственную границу Российской Федерации с государствами - членами ЕАЭС стратегически важного товара - «Смазка для форм и опалубки «Полипласт Форм» (ФТУ-104), содержащего 70 % или более нефти или нефтепродуктов, полученных из битумных пород, классифицируемого кодом 2710199200 ТН ВЭД ЕАЭС, действующая от имени и в интересах ООО «Полипласт-УралСиб», осуществила незаконное перемещение через Государственную границу Российской Федерации с государствами - членами Евразийского экономического союза в Республику Казахстан стратегически важных ресурсов - товара «Смазка для форм и опалубки «Полипласт Форм» (ФТУ-104), содержащего 70 % или более нефти или нефтепродуктов, полученных из битумных пород, классифицируемого кодом 2710199200 ТН ВЭД ЕАЭС, стоимостью 12 523 765,30 рублей.
Частью 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) установлено, что вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Таким образом, установленные приговором суда обстоятельства являются юридически значимыми для настоящего спора и не доказываются вновь.
Вступившим в законную силу постановлением Карталинского городского суда Челябинской области от 13.12.2024 по уголовному делу № 1-333/2024 уголовное дело по обвинению Литвиновой Ларисы Викторовны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 226. 1 Уголовного кодекса Российской Федерации - незаконного перемещении через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕАЭС стратегически важных ресурсов в крупном размере, прекращено по основанию, предусмотренному ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 200 тыс. рублей.
Судом при рассмотрении уголовного дела установлено, что Литвинова Л.В. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в г. Первоуральске Свердловской области, будучи ведущим специалистом службы логистики ООО «Полипласт-УралСиб», в рамках исполнения внешнеэкономического контракта от ДД.ММ.ГГГГ № с ТОО «Полипласт-Казахстан» (Республика Казахстан) совершила контрабанду, то есть незаконное (путем недекларирования) перемещение в Республику Казахстан через государственную границу Российской Федерации с государством - членом Евразийского экономического союза 3 180 кг смазки для форм и опалубки <данные изъяты>, являющейся стратегически важным ресурсом -нефтепродуктом в виде нефтяного минерального масла, содержащего более 70 мас.% нефтепродукта (субпозиция 2710 19 920 0 ТН ВЭД ЕАЭС), стоимостью 12 523 765 рублей 30 коп., в крупном размере.
В целях сокрытия факта совершения контрабанды Литвинова Л.В. от имени ООО «Полипласт-УралСиб» представила в таможенные органы статистические формы учета перемещения товаров, содержащих недостоверные сведения о наименовании и составе товаров, скрыв от таможенных органов истинные характеристики перемещаемой продукции и указав недостоверный код ТН ВЭД ЕАЭС.
В результате умышленных преступных действий Литвиновой Л.В. через государственную границу с государствами-членами ЕАЭС незаконно перемещен стратегически важный ресурс, а именно нефтепродукты, код товара ТН ВЭД 2710, объемом 3 180 кг, общей стоимостью 12 523 765 рублей 30 коп.
Доводы ответчика о том, что он не являлся участником уголовного процесса, в связи с чем приговор суда не имеет для него правового значения, суд считает несостоятельными.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 (ред. от 09.12.2025) "О судебном решении" в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.
Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.
В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).
На основании части 4 статьи 1 ГПК РФ, по аналогии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).
Судебным постановлением по уголовному делу установлен факт контробанды, то есть незаконного (путем недекларирования) перемещение в Республику Казахстан через государственную границу Российской Федерации с государством - членом Евразийского экономического союза 3 180 кг смазки для форм и опалубки «Полипласт Форм» (ФТУ-104), являющейся стратегически важным ресурсом -нефтепродуктом в виде нефтяного минерального масла, содержащего более 70 мас.% нефтепродукта (субпозиция 2710 19 920 0 ТН ВЭД ЕАЭС), стоимостью 12 523 765 рублей 30 коп., в крупном размере, совершенного Литвиновой Л.В., наличие ее вины в совершении указанного преступления.
Помимо этого, вина Литвиновой Л.В. в контробанде подтверждена изученными судом письменными доказательствами – материалами уголовного дела.
Кроме того, сам ответчик не отрицал, что имело место неверное указание кодов соответствующей продукции, в результате чего при перемещении через таможенную границу сырье не было задекларировано как стратегически важное.
Факт совершения третьим лицом Литвиновой Л.В. преступления, за которое уголовным законом подлежит применению конфискация незаконно перемещенного товара, суд считает установленным.
По смыслу ст. 104.1 УК РФ конфискация имущества представляет собой принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества, являющегося предметом незаконного перемещения через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕАЭС либо через государственную границу Российской Федерации с государствами - членами ЕАЭС, ответственность за которое установлена статьями 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1 УК РФ.
Таким образом, весь установленный в рамках уголовного дела объем нефтепродуктов, экспортированный Литвиновой Л.В., подлежал конфискации, то есть обращению в собственность государства.
В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В пункте 1 статьи 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 этой же статьи).
По смыслу статей 15 и 1064 ГК РФ, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.
Суд полагает, что спорные отношения регулируются нормами закона в части возмещения ущерба (убытков), так как при обязательной конфискации имущество обращается в доход государства, неполучение такого дохода, является убытком. Лицо, совершающее преступление, должно осознавать наличие возможности конфискации имущества, совершив преступление, не вправе ссылаться на несправедливость указанной меры и отсутствие у государства право собственности на незаконно перемещенный товар.
Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности и (или) имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац 2 пункта 1 статьи 1064 ГК РФ).
Так, пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ предусмотрено, что если вред причинен работником юридического лица при исполнении им трудовых обязанностей, то он возмещается этим юридическим лицом.
На момент совершения преступления Литвинова Л.В. являлась работником ООО «Полипласт-УралСиб» (ИНН 66250221894, ОГРН 1036601472687, КПП 662501001, 623104, <адрес>.
В соответствии с п. 1.1 трудового договора б/н от ДД.ММ.ГГГГ Литвинова Л.В. принята в ООО «Полипласт-УралСиб» для выполнения работы в должности специалиста по таможенному оформлению.
В силу п. 1.3 работа по указанному Договору являлась основным местом работы, (продолжительность рабочего времени 40 часов в неделю с понедельника по пятницу п.п. 3.1 - 3.4 договора).
Согласно п. 7.1 договора стороны несут ответственность за неисполнение своих обязательств в соответствии с действующим трудовым, гражданским и уголовным законодательством и с учетом обязанностей, вытекающих из условий настоящего договора.
На основании дополнительного соглашения к трудовому договору № б/н от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) Пункт 1.1 главы 1 «Предмет трудового договора» изложен в следующей редакции: «Для выполнения работы в должности ведущий специалист службы логистики» 2. Пункт 4.2. главы 4 «Оплата труда»: «Работнику устанавливается должностной оклад 20 000 рублей».
Поскольку Литвинова Л.В. перемещение спорного товара через таможенную границу осуществляла в интересах работодателя ООО «Полипласт-УралСиб», в рамках своих трудовых функций, собственником перемещаемого товара не являлась, никакого самостоятельного интереса в перемещении не имела, надлежащим ответчиком по делу в части возмещения ущерба является работодатель Литвиновой Л.В. - ООО «Полипласт-УралСиб».
Суд отмечает, что в отличии от коррупционных преступлений (получение взятки и так далее) Литвинова Л.В., в данном случае, выступала в интересах работодателя, а не вопреки им, не пользовалась служебным положением в целях получения личных выгод, а выполняла свои прямые трудовые функции, в связи с чем, гражданско-правовую ответственность за возмещение ущерба перед государством, несет именно работодатель ООО «Полипласт-УралСиб»
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.04.2017 N 12 (ред. от 11.06.2020) "О судебной практике по делам о контрабанде" обращено внимание судов на необходимость применения положений главы 15.1 УК РФ о конфискации предметов незаконного перемещения через таможенную границу либо государственную границу, ответственность за которое установлена статьями 200.1, 200.2, 226.1 и (или) 229.1 УК РФ, и любых доходов от этого имущества, за исключением имущества и доходов от него, подлежащих возвращению законному владельцу.
Если владельцем предметов контрабанды является лицо, признанное виновным в их незаконном перемещении, то такие предметы контрабанды подлежат конфискации.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.04.2017 N 12 (ред. от 11.06.2020) "О судебной практике по делам о контрабанде" в соответствии с частью третьей статьи 81 УПК РФ при вынесении приговора, а также определения или постановления о прекращении уголовного дела суд должен разрешить вопрос о признанных вещественными доказательствами предметах контрабанды и транспортных средствах, использовавшихся для незаконного перемещения товаров или иных предметов через таможенную границу либо государственную границу.
При прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям лицу должны быть разъяснены юридические последствия такого прекращения, в том числе о возможности конфискации принадлежащего ему имущества, признанного вещественным доказательством.
В случае неустановления законных владельцев предметы контрабанды должны быть обращены по решению суда в собственность государства в установленном законом порядке.
Споры о принадлежности предметов контрабанды, признанных вещественными доказательствами, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 3, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.06.2018 N 17 "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве" судам следует иметь в виду, что исходя из требований статей 104.1 и 104.2 УК РФ конфискация имущества, в том числе транспортного средства согласно пункту "д" части 1 статьи 104.1 УК РФ, подлежит обязательному применению при наличии оснований и соблюдении условий, предусмотренных нормами главы 15.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Разъяснить судам, что по смыслу положений пункта "а" части 1 статьи 104.1 УК РФ и пункта 4 части 3 статьи 81 УПК РФ указанное в этих нормах имущество подлежит конфискации и не может быть возвращено лицу, являющемуся его владельцем, если это лицо участвовало в совершении преступления, в связи с которым применяется конфискация (например, владельцу предметов контрабанды, участвовавшему в их незаконном перемещении).
Указанными разъяснениями подтверждено то обстоятельство, что прекращение уголовного дела не является препятствием для разрешения вопроса о конфискации имущества, вопросы, связанные с конфискацией, могут быть рассмотрены в рамках отдельного гражданского судопроизводства, если имеется вина собственника незаконно перемещенной продукции, такая продукция может быть конфискована и возвращению такому собственнику не подлежит.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу" с учетом требований части 1 статьи 54 УПК РФ в случаях предъявления гражданского иска по уголовному делу физическое лицо или юридическое лицо, которое в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации несет ответственность за вред, причиненный преступлением, должно быть привлечено в качестве гражданского ответчика, о чем выносится соответствующее постановление (определение).
По смыслу положений пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении, поэтому, по общему правилу, в качестве гражданского ответчика привлекается обвиняемый. Вместе с тем в случаях, когда законом обязанность возмещения вреда возлагается на лицо, не являющееся причинителем вреда, в качестве гражданского ответчика привлекается такое лицо, в том числе юридическое лицо.
В частности, при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, связанных с причинением вреда работником организации (юридического лица) при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (например, о преступлениях, предусмотренных частью 2 статьи 109, статьями 143, 238 Уголовного кодекса Российской Федерации, далее - УК РФ), к участию в деле в качестве гражданского ответчика привлекается юридическое лицо (статья 1068 ГК РФ).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.02.2026 N 8-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064 и статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, части первой статьи 54 и части третьей статьи 162 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО1" по смыслу положений пункта 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении, а потому, по общему правилу, в качестве гражданского ответчика привлекается обвиняемый, но если обязанность возместить вред возлагается законом на лицо, не являющееся причинителем вреда, то оно привлекается в указанном качестве (абзац второй пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу"). Так, абзац первый пункта 1 статьи 1068 данного Кодекса возлагает на юридическое лицо либо гражданина ответственность за вред, причиненный его работником, однако лишь при исполнении последним трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Данное регулирование призвано стимулировать работодателя к принятию мер, направленных на снижение вероятности причинения вреда его работником, с одной стороны, а с другой - вводит дополнительную гарантию защиты нарушенных прав потерпевшей стороны в деликтных обязательствах с учетом требований обеспечения баланса прав работодателя, его работника и потерпевшего (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 марта 2017 года N 613-О, от 29 мая 2019 года N 1394-О, от 26 сентября 2024 года N 2448-О и др.). Это предполагает необходимость устанавливать в каждом конкретном случае факт и характер отношений между юридическим лицом (индивидуальным предпринимателем) и работником - причинителем вреда, сопряженность обстоятельств причинения вреда с выполнением трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Преступление является уголовно наказуемым деликтом, отношения, вытекающие из совершения преступления – отношениями из причинения вреда, которые, в том числе, регулируются нормами ст. 1068 ГК РФ.
Юридическое лицо не может быть субъектом преступления, что, однако, не порождает иммунитета от привлечения юридического лица к гражданско-правовой ответственности, вытекающей из обстоятельств совершения преступления работником данного юридического лица.
В данном случае, ответчик ООО «Полипласт-УралСиб», как работодатель, не принял разумных и достаточных мер, направленных на снижение вероятности причинения вреда его работником, характер спорных отношений свидетельствует о том, что контробанда была сопряжена с выполнением трудовых функций Литвиновой Л.В., она не являлась собственником товара, не имела самостоятельной заинтересованности в совершении преступления, перемещение осуществлялось целиком и полностью в интересах ответчика ООО «Полипласт-УралСиб», именно ООО «Полипласт-УралСиб» является надлежащим ответчиком по делу.
Относительно возражений ответчика в части размера ущерба, необходимости вычленения из состава смазки нефтепродуктов и пересчета их стоимости в рамках проведения судебной экспертизы, суд приходит к следующим выводам.
Как разъяснено в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
В соответствии с заключением таможенных экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № представленные на исследование образцы товара - «Смазка для форм и опалубки «Полипласт Форм» (ФТУ-104) содержат в своем составе нефтепродукт - нефтяное минеральное масло, доля нефтепродукта в составе представленного образца составляет более 70 мас.%.
Свободная (рыночная) стоимость на дату пересечения Государственной границы Российской Федерации вывезенного ООО «Полипласт-УралСиб» в адрес ТОО «Полипласт-Казахстан» (Республика Казахстан) товара - «Смазка для форм и опалубки «Полипласт Форм» (ФТУ-104) по вышеуказанным статистическим формам учета перемещения товаров составила 12 523 765,30 руб.
Согласно заключению специалиста от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с ОПИ № и №, классификация товаров смазка для форм и опалубки <данные изъяты>) должна осуществляться в субпозиции, 2710 19 920 0 ТН ВЭД ЕАЭС «нефть и нефтепродукты, полученные из битуминозных пород, кроме сырых; продукты, в другом месте не поименованные или не включенные, содержащие 70 мас.% или более нефти или нефтепродуктов, полученных из битуминозных пород, причем эти нефтепродукты, являются основными составляющими продуктов, за исключением содержащих биодизель и отработанных нефтепродуктов: прочие: тяжелые дистилляты: масла смазочные; масла прочие: для прочих целей: составы для обработки металлов, масла для смазывания форм, антикоррозионные масла».
Таким образом, размер ущерба подтвержден иными письменными доказательствами по делу, никаких доказательств в опровержение размера ущерба, ответчик суду не предоставил, суд находит размер ущерба установленным с разумной степенью достоверности
В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации восстановление нарушенных прав осуществляется с использованием различных способов защиты, которые направлены в том числе на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений. Перечень этих способов защиты в силу абзаца четырнадцатого названной статьи является открытым.
Согласно п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).
В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
В соответствии с ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.
Ответчик участвовал в деле в качестве привлеченного лица (изначально третье лицо) длительное время, однако к моменту последнего судебного заседания достоверных доказательств в опровержение размера ущерба не предоставил, процессуальных обязанностей, связанных с возможностью назначения судом судебной экспертизы не выполнил (денежные средства на депозит суда не внес, гарантийных писем о возможности проведения экспертизы не предоставил), ходатайства ответчика о необходимости отложения судебного разбирательства, в связи с этим, носят характер злоупотребления процессуальными правами, существенным образом нарушают баланс интересов сторон.
Относительно позиции ответчика о возможности подсудности спора арбитражному суду, суд полагает, что определяющим, в данном случае, является характер спорных отношений. Отношения в рамках рассматриваемого спора вытекают из возмещения вреда, причиненного при совершении преступления работником, не имеют экономического характера, подлежат рассмотрению судом общей юрисдикции. Данные доводы рассмотрены судом, самостоятельного ходатайства, относительно направления дела по подсудности, участники процесса суду не заявляли, необходимость вынесения отдельного определения, в данной части, отсутствует.
Относительно заявления о пропуске срока исковой давности суд приходит к следующим выводам.
В силу ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В соответствии с ч. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определенного в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.
Согласно ч. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
В пунктах 4 и 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Учитывая презумпцию невиновности, установленную Конституцией Российской Федерации, а также положения ст. 196, 200 ГК РФ, начало срока исковой давности о возмещении ущерба, причиненного преступлением, исчисляется с момента вступления в законную силу постановления суда, так как только с этого момента возможно узнать о нарушении права в части невозможности применения конфискации незаконно перемещенного товара.
Постановление суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, срок исковой давности истекает ДД.ММ.ГГГГ, на момент обращения в суд – ДД.ММ.ГГГГ не пропущен.
При указанных обстоятельствах суд полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, взысканию с общества с ограниченной ответственностью «Полипласт УралСиб» (ИНН 6625021894) в пользу Российской Федерации в лице Федерального агентства по управлению государственным имуществом (ИНН 7710723134) подлежит возмещение ущерба в сумме 12 523 765 руб. 30 коп.
Поскольку прокурор в силу ч. 2 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при предъявлении иска был освобожден от уплаты в соответствующий бюджет государственной пошлины, в соответствии с ч. 1 ст. 103 Кодекса государственная пошлина подлежит взысканию в местный бюджет с ответчиков, не освобожденных от уплаты государственной пошлины.
Согласно разъяснениями указанным в абзаце 2 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ, ч. 5 ст. 3 АПК РФ, ст. ст. 323, 1080 ГК РФ).
В связи с этим с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 95 833 руб. 00 коп.
На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 14, 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Уральской транспортной прокуратуры в интересах Российской Федерации к обществу с ограниченной ответственностью «Полипласт УралСиб» о возмещении вреда, причиненного преступлением удовлетворить.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Полипласт УралСиб» (ИНН 6625021894) в пользу Российской Федерации в лице Федерального агентства по управлению государственным имуществом (ИНН 7710723134) возмещение ущерба в сумме 12 523 765 руб. 30 коп.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Полипласт УралСиб» (ИНН 6625021894) в доход бюджета государственную пошлину в сумме 95 833 руб. 00 коп.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Первоуральский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий. Подпись А.И. Федорец
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>