РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Шатровский районный суд Курганской области в составе: председательствующего судьи Фитиной О.А., при секретаре Гусельниковой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда с. Шатрово Шатровского района Курганской области «10» августа 2026 года гражданское дело по исковому заявлению Алимагомедовой Веры Геннадьевны к Меер Алексею Владимировичу о признании утратившим право на получение мер социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего,
УСТАНОВИЛ:
Алимагомедова В.Г. обратилась в суд с измененным исковым заявлением к Меер А.В. о признании утратившим право на получение компенсационных выплат в связи с гибелью их сына ФИО4 в период военной службы (л.д.30-32).
В обоснование заявленных требований указала, что состояла с ответчиком в браке. 16.04.1988 у них родился сын ФИО4 Ответчик оставил семью, когда сыну не исполнилось и трех лет, участия в воспитании не принимал, материально не помогал, от уплаты алиментов уклонялся, отношений с сыном не поддерживал. ФИО4 погиб <дата> при исполнении обязанностей военной службы в ходе Специальной военной операции (далее – СВО). Получив известие о гибели сына, ответчик сразу направил заявление в военкомат и страховую компанию о получении страховых выплат и единовременной компенсации.
Просит лишить Меер А.В. права на получение компенсационных выплат, предусмотренных законодательством Российской Федерации, в связи с гибелью военнослужащего ФИО4
В возражениях на иск ответчик Меер А.В. (л.д. 83-85) указал, что с исковыми требованиями не согласен. Он не был лишен родительских прав в отношении сына ФИО7, так как для этого не было никаких законных оснований. Не уклонялся от выполнения своих обязанностей родителя, не уклонялся от уплаты алиментов, судебного решения о взыскании алиментов не было, так как он добровольно помогал сыну. Сын фактически совместно с матерью не проживал. Когда сын учился в Бариновской средней школе, то он проживал совместно с бабушкой - ФИО3, он (ответчик) материально обеспечивал сына, занимался его воспитанием, заботился о нем. Когда ФИО4 отбывал наказание в местах лишения свободы, через его супругу – ФИО23 передавал передачи. Принимал участие в проводах сына на СВО. Напротив, у сына отсутствовали семейные отношения с матерью.
Представители третьих лиц: Управления записи актов гражданского состояния Тюменской области, АО «Согаз», Министерства обороны Российской Федерации, Воинской части №, Администрации Шатровского муниципального округа Курганской области, Департамента социальной политики Тюменской области, Военного комиссариата Калининского и Центрального Административных округов города Тюмени Тюменской области в судебное заседание не явились.
О времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.
Суд, с учетом мнения участников процесса, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
В судебном заседании истец Алимагамедова В.Г., действуя от своего имени и от имени опекаемой внучки Резеповой Д.А. (13 лет), и ее представитель Пленкина А.П., действующая по доверенности (л.д.20), заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по изложенным в исковом заявлении основаниям.
Представитель истца Пленкина А.П. суду пояснила, что после расторжения брака истец с сыном проживали в г.Урае Тюменской области. Ответчик не занимался воспитанием сына, не платил алименты, вел асоциальный образ жизни.
Истец Алимагамедова В.Г. указала, что изложенные в возражениях ответчика на иск сведения не соответствуют действительности. Дополнительно суду пояснила, что после прекращения семейных отношений она с двумя детьми осталась проживать в <адрес> ХМАО-<адрес>, а ответчик сначала жил отдельно также в <адрес> (около года), а затем переехал жить в <адрес>. С ответчиком фактически разошлись, когда сыну было 2-3 года. Сын жил вместе с ней до 20-ти лет. Лишь короткий период времени (несколько месяцев) сын жил у бабушки в <адрес> и у тети в <адрес>. Ответчик в это время отбывал наказание в местах лишения свободы. Детей растила и содержала она одна. Ответчик сыном никогда не интересовался, не общался с ним, ни предоставлял средств для содержания ребенка. Ответчик Меер А.В. с молодости злоупотреблял спиртными напитками, бил ее; однажды включил в квартире газ, чтобы отравить семью; в другой раз бросался на них с топором. Дети боялись отца. После расторжения брака в органы опеки либо иные органы по поводу ответчика не обращалась, поскольку не хотела поддерживать с ним связи. В связи с злоупотреблением спиртными напитками ответчик в течение жизни работал лишь незначительные промежутки времени, его увольняли за прогулы, он требовал денег у своей матери, неоднократно отбывал наказание в виде лишения свободы. У нее (истца) были хорошие отношения со свекровью, она с детьми часто гостили у нее в <адрес>. По просьбе свекрови в судебном порядке взыскивала алименты с ответчика, в надежде, что это побудит его работать. За все время получила 36 рублей алиментов. Далее отозвала исполнительный лист с исполнения, также по просьбе свекрови, поскольку ответчик требовал деньги на алименты с нее. Общение между отцом и сыном возобновилось уже после совершеннолетия ФИО4, последние несколько лет; заключалось в совместном распитии спиртного.
Ответчик Меер А.В. возражал против заявленных исковых требований. Суду пояснил, что после развода уехал из <адрес> и детей увез с собой в <адрес>. Они жили у бабушки – ФИО3, где жил и он около года. Потом он жил отдельно, но часто видел детей. В какие годы отбывал наказание в виде лишения свободы – не помнит. Одежду сыну не покупал, но то, что зарабатывал – отдавал своей матери. У него с сыном были хорошие взаимоотношения. Подробнее пояснить, где и когда учился сын, о друзьях и увлечениях сына, как он (ответчик) участвовал в жизни сына, в чем заключалось его участие в воспитании и содержании сына до совершеннолетия последнего, где он (ответчик) работал - пояснить не может, т.к. по состоянию здоровья у него имеются проблемы с памятью. Когда сын стал взрослым, вместе занимались ремонтом машин. Действительно ранее злоупотреблял спиртными напитками; не пьет уже второй год.
Представитель ответчика Кривошеин Ю.А., действующий на основании ст.53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по письменному заявлению ответчика в суде, просил в удовлетворении исковых требований отказать. Обратил внимание суда, что ответчик не ограничивался и не лишен родительских прав; на учете в органах опеки и комиссии по делам несовершеннолетних не состоял; к административной ответственности не привлекался. Алименты с него в принудительном порядке не взыскивались, поскольку он добровольно обеспечивал содержание детей. Более того, перед уходом на СВО сам ФИО4, если с ним что случится, выражал желание обеспечить отца.
Третье лицо Меер М.А. суду пояснила, что проживали совместно с ФИО4 с 2018 г., позднее зарегистрировали брак. О его детстве ей не известно, только слышала, что он жил с мамой, но и общался с отцом, бегал к отцу на работу. В какие годы это было, не знает; знает, что отец супруга выпивал. В период их совместного проживания ФИО4 общался с отцом, у них были хорошие взаимоотношения, отец приезжал к ним в гости, помогал сыну ремонтировать машину. Когда ФИО4 отбывал наказание в местах лишения свободы, отец через нее передавал для него продукты. Перед уходом ФИО4 на СВО его отец со своей сожительницей и пасынком приезжали пообщаться. У ответчика Меер А.В. денег нет; его пасынок передал ФИО4 денег на мелкие расходы. ФИО4 по своей инициативе открыл банковский счет, чтобы отец в случае чего мог получить выплаты.
Заслушав объяснения участников процесса, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора <адрес> ФИО12, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, суд пришел к следующему выводу.
На основании пояснений сторон и письменных материалов дела судом установлено, что Алимагамедова В.Г. и Меер А.В. с <дата> года состояли в браке, который расторгнут <дата> (сведения загс, свидетельство о расторжении брака 14-18).
У истца и ответчика родились дети: дочь Козлова (до заключения брака - Меер) О.А. и сын ФИО4, <дата> года рождения (свидетельство о рождении л.д.50).
Из пояснений участников процесса следует, что семья жила сначала в <адрес>, затем в 1992 г. вместе переехали в <адрес>, где менее года жили совместно, затем семейные отношения между супругами Меер были прекращены, Алимагамедова (Меер) В.Г. осталась с детьми, а ответчик Меер А.В. проживал от них отдельно, в 1994 г. вернулся в <адрес>.
Из пояснений истца Алимагамедовой В.Г., согласующихся с письменными материалами дела, следует, что сын с детства проживал с ней и почти до 21 года, далее стал проживать отдельно с сожительницами, а впоследствии женился. Истец указала, что у нее были хорошие отношения со свекровью – ФИО3, у которой она вместе с детьми гостила в <адрес>. В детстве непродолжительный период (несколько месяцев) сын ФИО4 жил у бабушки в <адрес> и у тети <адрес>.
В подтверждение своих пояснений истец Алимагамедова В.Г. также представила многочисленные фотографии из детства и юности сына.
Доводы ответчика Меер А.В. о том, что сын с детства жил и ходил в садик, учился в школе в <адрес>, а также некоторое время жил в <адрес> и обучался в этот период в школе <адрес>, опровергаются справками образовательных учреждений, согласно которым отсутствуют сведения о посещении детского сада и обучении ФИО4 в <адрес> и в <адрес>, педагоги данных учреждений не располагают сведениями о семье ФИО24.
В представленной ответчиком Меер А.В. копии медицинской амбулаторной карты ФИО4 в больнице <адрес> (л.д.92-97) имеются лишь записи о патронаже новорожденного ребенка в 1988 г. и далее единичная запись о приеме в мае 2005 года, согласно которой с <дата> по <дата> ФИО4 (17 лет, адрес <адрес>) находился в хирургическом отделении, рекомендована явка на прием <дата> .
Таким образом, указанная медицинская карта не подтверждает постоянное проживание ФИО4 в <адрес> после прекращения родителями семейных отношений, также заботу отца о состоянии здоровья сына.
Справкой Управления образования администрации <адрес> <адрес> подтверждается, что ФИО4 с <дата> г.г. обучался в начальной школе <адрес> (начальная школа №), далее с <дата> г. до <дата> - в средней общеобразовательной школе <адрес> (школа №). В шестом классе был оставлен на осень в связи с неудовлетворительными оценками по ряду предметов. Выбыл из 8 класса <дата> в связи с переездом в <адрес>. В связи с истечением сроков хранения личных дел обучающихся более подробными сведениями о семье Меер не располагают.
Как указала истец Алимагамедова В.Г., Меер А.А. более не обучался, короткий период времени находился в <адрес>, а затем вернулся в <адрес> и стал работать вместе с ней.
Согласно карточке учета паспортного стола, с <дата> по <дата> ФИО4 был зарегистрирован по месту жительства в <адрес>, далее снят с регистрационного учета, выбыл в <адрес>.
<дата> у ФИО4 и ФИО13 родилась дочь Резепова Д.А., которую практически с рождения воспитывает истец Алимагомедова В.Г., назначенная опекуном ребенка (мать лишена родительских прав) (л.д.65-66, 103, 78).
<дата> ФИО4 заключил брак с ФИО24 (ФИО29 (л.д.48-51).
<дата> ФИО4 заключил контракт о прохождении военной службы и убыл для участия в специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской и Херсонской областей (справка военкомата Военного комиссариата Калининского и <адрес>ов <адрес> л.д.13).
<дата> военнослужащий ФИО4 погиб при выполнении боевой задачи. Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы (свидетельство о смерти л.д. 9, извещение военкомата и справка воинской части л.д.10-11, 12).
Алимагамедова В.Г. просит лишить Меер А.В. права на получение компенсационных выплат в связи с гибелью их сына, ссылаясь на уклонение ответчика от исполнения родительских обязанностей, фактическое отсутствие между отцом и сыном семейных связей, поскольку ответчик не участвовал в воспитании и содержании сына.
Истец указала, что ответчик злоупотреблял спиртными напитками, в связи с чем их семья распалась, впоследствии и до настоящего времени также не работал, пил, неоднократно отбывал наказание в местах лишения свободы, не предоставлял средств на содержание детей, сам жил на средства, которые требовал от своей матери.
В судебном заседании ответчик Меер А.В. признал, что злоупотреблял спиртными напитками, указал, что не пьет только «второй год».
Из похозяйственных книг Бариновского сельсовета <адрес> следует, что ответчик Меер А.В. выбыл с места жительства в <адрес> в 1996 г. в связи с осуждением к лишению свободы.
По сведениям информационной базы ИСОД СООП МВД России, ответчик Меер А.В. неоднократно отбывал наказание в местах лишения свободы, был арестован: 04.12.1996, 11.02.1997, 01.08.2005 с последующим назначением уголовного наказания в виде лишения свободы, и далее в период, когда ФИО4 уже стал совершеннолетним.
Какой-либо переписки, детских фотографий ФИО4 у ответчика Меер А.В. не имеется.
Представленная им единичная детская фотография и последующие фотографии, связанные с заключением ФИО4 контракта о прохождении военной службы, (л.д.98-100) предоставлены ответчику третьим лицом ФИО23, что следует из ее пояснений в судебном заседании.
Истец Алимагомедова В.Г. суду пояснила, что на данной детской фотографии ФИО4 изображен с учительницей в <адрес>; детских фотографий с отцом не имеется, поскольку отец в жизни детей участия не принимал.
Истец Алимагомедова В.Г. суду пояснила, что ответчик Меер А.В. в течение жизни работал лишь эпизодически, вследствие злоупотребления спиртными напитками.
Сведения о трудоустройстве и своих доходах, с которых он предоставлял содержание детям, ответчик Меер А.В. в суд не представил.
В суд представлена лишь трудовая книжка, начатая в 2000 г., из которой следуют отдельные короткие периоды трудоустройства Меер А.В.: с 13.01.2000 по 28.02.2000, с 06.08.2001 по 14.09.2001, с 01.09.2003 по 09.10.2003, с 15.11.2012 по 15.03.2013.
Доказательств передачи денежных средств на содержание детей, оказания иной помощи по обеспечению детей ответчик в суд не представил.
В силу ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, возлагающей на каждую из сторон обязанность доказать обоснованность своих требований и возражений по иску, ответчик Меер А.В. доказательств участия в воспитании и содержании сына ФИО4 до его совершеннолетия не представил.
Само по себе отсутствие учета ответчика в органах системы профилактики правонарушений и безнадзорности несовершеннолетних, жалоб и обращений в отношении него по факту уклонения от выполнения родительских обязанностей, не применение мер в виде лишения (ограничения) его родительских прав не является достаточным для признания ответчика достойным быть получателем мер социальной поддержки в связи с гибелью сына в период военной службы.
Показаниями свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО30, которым у суда нет оснований не доверять, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания согласуются между собой и с письменными материалами дела, подтверждается, что ответчик ФИО2 в течение жизни злоупотребляет спиртными напитками, участия в судьбе сына ФИО4 не принимал с раннего детского возраста сына, не воспитывал его и не предоставлял средств на содержание сына.
Так, свидетель Важенина (сестра истца) суду показала, что ФИО4 после развода родителей жил с матерью; несколько месяцев также жил у нее (свидетеля) в <адрес>. Отец участия в судьбе сына не принимал, злоупотреблял спиртными напитками; во взрослом возрасте отец и сын общались, вместе употребляя спиртные напитки.
Свидетель ФИО15 суду пояснила, что проживает в <адрес>, знакома с семьей Меер. Истец и ответчик рано разошлись, дети остались с матерью. Впоследствии ФИО4 жил с матерью в <адрес> и некоторое время у бабушки в <адрес>, вместе с матерью ФИО7 жил у бабушки в летние каникулы. Обеспечивала детей мать (истец). Меер А.В. детьми не занимался, не принимал участия в их воспитании, ничего не дарил детям, не общался с ними, не помогал материально. ФИО2 постоянно находился в пьяном виде, не работал, иногда приходил к своей матери поесть; последняя постоянно ругала его, что он пьет.
Свидетель ФИО16, дочь истца и ответчика, суду пояснила, что в ее судьбе и судьбе брата ФИО7 отец участия не принимал, не воспитывал их. После развода они проживали с матерью. В летние каникулы гостили у бабушки в <адрес>; брат непродолжительное время как-то жил у бабушки в <адрес>, и она жила в <адрес>; обеспечивала их полностью мать. С раннего детства ни разу им с братом ФИО7 отец ничего не подарил, в том числе ни в дни рождений, ни в Новый год, не давал денег на карманные расходы, не интересовался ими, ни разу ни звонил, ни разу не был в школе. Напротив, забирал у них (детей) деньги. Так, однажды, когда она была в <адрес>, приезжала мать и оставила ей денег на карманные расходы; после отъезда матери пришел отец, требовал отдать ему деньги, а на ее (дочери) отказ - замахнулся на нее стулом, после чего забрал деньги и пропил их. Также знает, что и алименты на их содержание отец не выплачивал; единичный раз от него поступила небольшая сумма. Всю жизнь отец злоупотреблял спиртными напитками. Из детства помнит, что отец пил, избивал мать. Также помнит, что отец в пьяном виде посадил ее маленькую в машину, и они перевернулись в дороге. Когда были у бабушки, отец приходил очень редко, в пьяном виде; бабушка жалела отца, ругала, просила прекратить пить, устроиться на работу. С братом ФИО7 также в детстве у отца никаких взаимоотношений не было. Уже во взрослом возрасте брат ФИО7 стал общаться с отцом, вместе употребляя спиртные напитки.
Показания свидетелей ФИО17, ФИО18, ФИО20 об общении ответчика Меер А.В. с сыном во взрослом возрасте ФИО4 суд не принимает во внимание, поскольку указанные свидетели фактически не смогли ничего пояснить об участии Меер А.В. в судьбе сына в детском и подростковом возрасте (до достижения ФИО4 возраста 18 лет).
К показаниям свидетеля ФИО18 о том, что со слов Меер А.В. и ФИО4 ей известно, что отец и сын всегда поддерживали семейные отношения, суд относится критически, поскольку они опровергаются показаниями свидетелей ФИО14, ФИО33 ФИО34, непосредственно наблюдавшими с детства ФИО4, в то время как свидетель ФИО19 в связи с длительным сожительствованием с Меер А.В. была знакома с его сыном ФИО4 лишь примерно с 20-летнего возраста последнего.
Также сын ФИО18 – свидетель ФИО20 суду дал пояснения фактически лишь об общении ответчика Меер А.В. с сыном во взрослом возрасте ФИО4
Показания ответчика Меер А.В., свидетелей ФИО18, ФИО20, что ФИО4 перед заключением контракта о прохождении военной службы выражал намерение обеспечить отца в случае своей гибели, правового значения для разрешения дела не имеют, с учетом следующего.
Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (ст.7 Конституции Российской Федерации).
Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ч.1 ст.39 Конституции Российской Федерации).
В соответствии с п.1 ст.969 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).
Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (п.2 ст.969 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно п.2 ст.1 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации. Особенности статуса военнослужащих, проходящих военную службу в военное время, в период мобилизации, во время исполнения обязанностей военной службы в условиях чрезвычайного положения и при вооруженных конфликтах регулируются федеральными конституционными законами, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Действующим законодательством, в том числе, Федеральным законом от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении и им отдельных выплат», Федеральным законом от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», Постановлением Правительства Российской Федерации от 14.07.2000 № 524 «Об отдельных выплатах военнослужащим и членам их семей» и другими предусмотрены меры социальной поддержки членов семьи военнослужащего.
Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (п.1 ст.18 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).
Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 28.03.1998 № 52-ФЗ).
Согласно абз.2 п.2 ст.5 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается выгодоприобретателям в равных долях.
Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, в частности, родители (усыновители) застрахованного лица (абзацы первый, третий п.3 ст.2 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ).
Федеральным законом от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих (далее - Федеральный закон от 07.11.2011 № 306-ФЗ).
Пунктом 8 ст.3 указанного Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» предусмотрено, что в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы, до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, предусмотренном Федеральным законом от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне», наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие.
В соответствии с положениями ч.9 ст.3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.
Пунктом 2 ч.11 ст.3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ к членам семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы. При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 этой же статьи, имеют родители, достигшие возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющиеся инвалидами.
Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.
В соответствии с подп.«а» п.1 Указа Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» данного пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с ч.1.2 ст.12 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и ч.11 ст.3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».
Получение единовременных выплат, установленных названным выше указом, не учитывается при определении права на получение иных выплат и при предоставлении мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации (п.2 Указа Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.
Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.12.2002 № 17-П, от 20.10.2010 № 18-П, от 17.05.2011 № 8-П, от 19.05.2014 № 15-П, от 17.07.2014 № 22-П, от 19.07.2016 № 16-П).
В случае пропажи без вести, безвестного отсутствия, гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.
При определении круга членов семьи военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.
Таким образом, законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации, в том числе в случае причинения вреда их жизни или здоровью, пропажей без вести, установил и систему мер социальной поддержки членам семей военнослужащих. Цель названных выплат компенсировать членам семьи военнослужащего нравственные и материальные потери, связанные с его безвестным исчезновением, гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.
Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, добросовестности и принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона прав, целей правового регулирования мер социальной поддержки, указанный в названных выше нормативных правовых актах круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае безвестного исчезновения, гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в числе которых родители, супруга (супруг) такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета имевшихся между ними семейных связей при определении наличия у членов семьи права на меры социальной поддержки.
Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям, супруге (супругу) как членам семьи военнослужащего в случае его безвестного исчезновения или гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы и направленных на возмещение родителям, супруге (супругу) связанных с этим нравственных и материальных потерь, лишение права родителей, супруги (супруга) на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые свидетельствуют о фактическом отсутствии семейных отношений.
Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17.07.2014 № 22-П, от 19.07.2016 № 16-П).
Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона прав, указанный в названных выше нормативных правовых актах круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в который включены родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст.1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (ч.2 ст.38 Конституции Российской Федерации).
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (абз.2 п.1 ст.1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (п.1 ст.61 Семейного кодекса Российской Федерации).
Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абз.1, 2 п.1 ст.63 Семейного кодекса Российской Федерации).
Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (п.1 ст.66 Семейного кодекса Российской Федерации).
Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (п.4 ст.66 Семейного кодекса Российской Федерации).
П.1 ст.80 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно. Родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 названного кодекса.
В случае, если родители не предоставляют содержание своим несовершеннолетним детям, средства на содержание несовершеннолетних детей (алименты) взыскиваются с родителей в судебном порядке (п.2 ст.80 Семейного кодекса Российской Федерации).
Согласно абз.2 ст.69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.
П.1 ст.71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (ст.87 Семейного кодекса Российской Федерации), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.
В п.16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.
Из приведенных положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.
Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.
Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.
На основании исследованных доказательств, судом установлено, что Меер А.В. не принимал участия в воспитании и материальном содержании сына, не заботился о его физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.
В силу ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, возлагающей на каждую из сторон обязанность доказать обоснованность своих требований и возражений по иску, ответчик Меер А.В. не представил в суд доказательств, свидетельствующих о том, что он участвовал в воспитании и содержании сына ФИО4, заботился о нем, прилагая все силы и средства растил и воспитывал сына как защитника Отечества, на основании чего мог бы быть достоин являться получателем спорных выплат в связи с гибелью сына в период прохождения военной службы.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Удовлетворить полностью исковые требования Алимагомедовой Веры Геннадьевны к Меер Алексею Владимировичу о лишении права на получение мер социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего ФИО4.
Признать Меер Алексея Владимировича утратившим право на получение всех выплат, предоставляемых членам семьи военнослужащего, в связи с гибелью при исполнении обязанностей военной службы при участии в Специальной военной операции на территории Украины, Донецкой и Луганской Народных Республик, а также территориях Запорожской и Херсонской областей военнослужащего, проходившего военную службу по контракту, ФИО4, <дата> года рождения, уроженца <адрес>.
Взыскать в пользу Алимагомедовой Веры Геннадьевны с Меер Алексея Владимировича 3 000 рублей 00 копеек в счет возмещения судебных расходов истца по уплате государственной пошлины.
Идентификатор Алимагомедовой В.Г.: <..............>
Идентификатор Меер А.В.: <..............>
Идентификатор ФИО4: <..............>
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курганский областной суд в течение месяца, начиная со дня принятия решения суда в окончательной форме, с подачей жалобы через Шатровский районный суд Курганской области.
Председательствующий: судья О.А. Фитина
Мотивированное решение изготовлено 11 августа 2026 года.
Судья О.А. Фитина