ПРИГОВОР
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
5 октября 2026 года г. Копейск
Копейский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего - судьи Казакова А.А.
при ведении протокола помощником председателя Копейского городского суда Челябинской области Логиновой В.А., с участием государственных обвинителей – заместителя прокурора г. Копейска Земскова А.С. и помощников прокурора г. Копейска Челябинской области Суентаева Х.К., Максимовой М.К., подсудимой Харитоновой Л.Н., защитника-адвоката Михалиной А.В., действующей по ордеру на основании назначения, рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием аудиосистемы технической фиксации судебного процесса «IS Mechanics SRS Femida» в общем порядке уголовное дело в отношении
ХАРИТОНОВОЙ Л.Н., родившейся ДАТА ИНЫЕ ДАННЫЕ зарегистрированной и фактически проживавшей по адресу: АДРЕС, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, установил:
Харитонова Л.Н., на почве личных неприязненных отношений, возникших вследствие ранее имевшего место аморального и противоправного поведения потерпевшего, умышленно причинила тяжкий вред здоровью С.В.А., повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.
Так, у Харитоновой Л.Н. в период времени с 00 часов 32 минут до 2 часов 8 минут 29 мая 2026 года возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью С.В.А., опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего. Харитонова Л.Н., находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в квартире, расположенной по адресу: АДРЕС, на почве личных неприязненных отношений к С.В.А., возникших вследствие ранее имевшего место аморального и противоправного поведения потерпевшего, вооружившись приисканным в квартире ножом, нанесла С.В.А. один удар ножом в область расположения жизненно-важных органов человека – в переднюю поверхность грудной клетки слева.
Своими умышленными действиями Харитонова Л.Н. согласно заключению эксперта НОМЕР от 3 июля 2026 года причинила С.В.А. слепое проникающее в брюшную полость колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей, брюшины и стенки желудка, повлекшее за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. 5.1.1.16 Приказа Министерства Здравоохранения РФ № 172н, от 8 апреля 2025 года «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).
Смерть С.В.А. наступила в период времени с 21 часа 00 минут 29 мая 2026 года до 1 часа 7 минут 30 мая 2026 года в АДРЕС от слепого проникающего в брюшную полость колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей, брюшины и стенки желудка.
Подсудимая Харитонова Л.Н. вину по предъявленному обвинению признала частично, не отрицала, что в период времени с 00 часов 32 минут до 2 часов 8 минут 29 мая 2026 года нанесла С.В.А. один удар ножом в область груди, более ударов не наносила. При этом С.В.А. в течение следующего дня чувствовал себя удовлетворительно, распивал спиртные напитки и самостоятельно передвигался, на состояние здоровья не жаловался, о вызове скорой медицинской помощи не просил. Труп С.В.А. она обнаружила около 00 часов 20 минут 30 мая 2026 года. Мотивом нанесения удара ножом в область груди С.В.А. послужило ее нахождение в состоянии необходимой обороны, поскольку С.В.А. оскорблял ее, нанес один удар ладонью в область лица. С.В.А., в ходе их фактических брачных отношений, систематически оскорблял ее, применял насилие.
Суд, исследовав представленные сторонами обвинения и защиты доказательства, считает, что вина Харитоновой Л.Н. в умышленном причинении С.В.А. тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, доказана и подтверждается следующими данными.
Свидетель Т.Е.А., чьи показания оглашены государственным обвинителем Земсковым А.С., в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показала, что Харитонова Л.Н. приходится ей матерью и состояла в фактических брачных отношениях с С.В.А. При этом С.В.А. систематически оскорблял Х.В.А., применял к ней насилие. Поздно вечером 28 мая 2026 года Х.В.А. возвращалась с работы, она (Т.Е.А.) и Б.П.П. проводили ее домой. В 00 часов 55 минут 29 мая 2026 года Харитонова Л.Н. в ходе звонка сообщила, что ударила ножом С.В.А. Около 2 часов 00 минут 29 мая 2026 года она (Т.Е.А.) и Б.П.П. прибыли по адресу: АДРЕС. С.В.А. лежал на диване на спине, на его груди имелась колото-резаная рана, которая кровоточила, также кровь имелась на полу и около шкафа. Харитонова Л.Н. сообщила, что ударила ножом С.В.А. в область груди потому, что разозлилась на него, последний ее оскорблял. Она (Т.Е.А.) обработала рану С.В.А. перекисью водорода, убрала кровь с тела С.В.А. Последний передвигался самостоятельно, разговаривал с хрипом. В течение дня 29 мая 2026 года С.В.А. чувствовал себя удовлетворительно, на состояние здоровья жалоб не высказывал, не просил вызвать скорую медицинскую помощь, употреблял спиртные напитки (пиво). Примерно в 00 часов 13 минут 30 мая 2026 года Харитонова Л.Н. в ходе звонка сообщила, что обнаружила труп С.В.А., вызвала скорую медицинскую помощь (т. 1 л.д. 94-97).
Свидетель Б.П.П., чьи показания были оглашены государственным обвинителем Земсковым А.С., с соблюдением требований, установленных ч. 1 ст. 281 УПК РФ, сообщил об аналогичных обстоятельствах приезда с Т.Е.А. к Харитоновой Л.Н. по адресу: АДРЕС, состояния здоровья С.В.А. после полученного телесного повреждения (т. 1 л.д. 108-111).
Из показаний свидетеля М.Е.В., оглашенных государственным обвинителем Земсковым А.С., в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что с Харитоновой Л.Н. она знакома с 2018 года, с того времени ей известно, что С.В.А. применял к ней физическое насилие, в связи с чем, Харитонова Л.Н. переехала в ее квартиру, расположенную по адресу: АДРЕС. Единожды Харитонова Л.Н. обращалась с просьбой выгнать С.В.А. из квартиры, поскольку тот применяет физическое насилие. В апреле 2026 года Харитонова Л.Н. вновь обратилась к ней с просьбой выгнать С.В.А., поскольку он вел себя агрессивно, сломал мебель, что она (М.Е.В.) сделать побоялась. 3 июля 2026 года со слов Т.Е.А. стало известно, что Харитонова Л.Н. нанесла удар ножом С.В.А., а последний скончался (т. 1 л.д. 100-103).
Протоколом осмотра места происшествия от 30 мая 2026 года зафиксирована обстановка в квартире по адресу: АДРЕС, труп С.В.А. и его расположение относительно предметов окружающей обстановки. В ходе осмотра обнаружены и изъяты: штаны темно-синего цвета, лоскут обивки дивана с пятном бурого цвета и часть поролона дивана с пятном бурого цвета, нетканые одноразовые салфетки и контрацептив, фрагменты ваты со следами вещества бурого цвета, 7 ножей, окурки сигарет, 2 пары носков белого цвета со следами вещества бурого цвета, футболка светлого цвета, кофта серо-розового цвета, шорты черного цвета, фрагменты ваты и бумаги со следами бурого цвета, 2 стеклянные бутылки со следами пальцев рук, след обуви, мобильный телефон «Infinix» в чехле черного цвета (т. 1 л.д. 13-48).
Из протокола осмотра трупа от 30 мая 2026 года установлен труп С.В.А., особенности трупных явлений, и его расположение относительно предметов окружающей обстановки (т. 1 л.д. 49-57).
Заключениями экспертов НОМЕР от 17 июня 2026 года, НОМЕР от 30 июня 2026 года, НОМЕР от 30 июня 2026 года, НОМЕР от 2 июля 2026 года, НОМЕР от 18 июня 2026 года, НОМЕР от 16 июля 2026 года, установлено наличие следов Харитоновой Л.Н. на смывах с поверхности, полученных при осмотре места происшествия по адресу: АДРЕС; следы крови с фрагментами ДНК С.В.А. на фрагментах ткани, ваты, двух серых носках; следы крови на спортивных штанах, пяти нетканых салфетках, латексном контрацептиве; следы пота на рукоятках ножа 1-4; следы пота на рукоятках ножа 1 и 5, и следы крови на нетканых салфетках, фрагменте ваты, фрагментах бумаги, с фрагментами ДНК С.В.А. на спортивных штанах (т. 1 л.д. 158-163, 171-191, 199-214, 222-223, 239-241, 247-262).
Наличие телефонных соединений Харитоновой Л.Н. со свидетелем Т.Е.А. 29 и 30 мая 2026 года установлено протоколами осмотра документов от 2 июня 2026 года и 20 июля 2026 года, которым зафиксирована информация о телефонных соединениях в приложении «Телефон» в сотовом телефоне, находящимся в пользовании Харитоновой Л.Н., а равно в приложении «Звонки» в сотовом телефоне, находящимся в пользовании Т.Е.А. В приложении «Инсит» обнаружен доступ к домофону по адресу: АДРЕС, и архивным записям видеонаблюдения, из анализа которых установлено отсутствие следов крови на одежде и видимых частях тела свидетелей Т.Е.А., Б.П.П., факт приезда скорой медицинской помощи 30 мая 2026 года в 00 часов 41 минуту к подъезду АДРЕС (т. 2 л.д. 29-46).
Согласно заключению эксперта НОМЕР от 3 июля 2026 года смерть С.В.А. наступила в результате слепого проникающего в брюшную полость колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей, брюшины и стенки желудка. Данное повреждение носит прижизненный характер, повлекло тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. 5.1.1.16 Приказа Министерства Здравоохранения РФ № 172н, от 8 апреля 2025 года «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). Слепое проникающее в брюшную полость колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей, брюшины и стенки желудка причинено при травматическом воздействии острым предметом (орудием) типа ножа, следообразующей частью которого является плоский клинок с острием, одной острой кромкой (лезвием) и противоположной тупой кромкой (обухом) П-образного сечения. Ширина погружной части клинка, отобразившаяся в основном разрезе раны может составлять около 2,5 см., дина погружной части составляла не менее 4,5 см. С момента причинения С.В.А. слепого проникающего в брюшную полость колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей, брюшины и стенки желудка до момента смерти последнего прошел относительно короткий промежуток времени (около 3-12 часов), о чем свидетельствуют морфологические признаки повреждения и данные судебно-гистологического исследования. Вероятность совершения С.В.А. каких-либо самостоятельных действий в данный отрезок времени не исключается (т. 1 л.д. 120-130).
На этапе предварительного следствия эксперт К.Н.А., чьи показания оглашены государственным обвинителем Земсковым А.С. с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, показала, что не исключается вероятность смерти С.В.А. с момента нанесения телесного повреждения в срок более 12 часов, поскольку установленное у С.В.А. заболевание «Цирроз печени» может замедлить реакцию организма на имеющиеся повреждения. В связи с чем, образование у С.В.А. телесного повреждения при обстоятельствах, указанных Харитоновой Л.Н., в период с 00 часов 30 минут до 2 часов 00 минут 29 мая 2026 года, не исключается (т. 1 л.д. 139-142).
Мотивов сомневаться в правильности выводов судебно-медицинской экспертизы, а также для признания экспертного заключения недопустимым доказательством, не имеется. Исследования проведено экспертом, обладающим специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ. Выводы эксперта подробно мотивированы, ответы на все поставленные перед экспертом вопросы являлись полными и понятными, не содержали противоречий.
При формировании доказательств на стадии предварительного расследования каких-либо нарушений законодательства не допущено. Все доказательства, приведенные в приговоре, соответствуют требованиям относимости, допустимости, достоверности, а их совокупность - достаточности для разрешения уголовного дела. Оснований для признания недопустимыми, каких-либо доказательств не имеется.
Какой-либо явной заинтересованности в исходе дела и мотивов для оговора свидетелями Харитоновой Л.Н. не установлено. В целом, показания свидетелей являются последовательными и непротиворечивыми относительно всех событий произошедшего.
Версия стороны защиты о том, что удар ножом в область расположения жизненно-важных органов человека – в переднюю поверхность грудной клетки слева С.В.А. Харитонова Л.Н. нанесла находясь в состоянии необходимой обороны от общественно опасного посягательства на ее жизнь и здоровье, неубедительна и опровергается собранными по делу доказательствами.
По смыслу уголовного закона, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (ст. 37 УК РФ).
Из системного толкования вышеуказанной нормы закона следует, что критериями правомерности необходимой обороны выступают: реальность (наличность) общественно опасного посягательства, сопряженность посягательства с насилием, опасным для жизни, или с непосредственной, то есть наличной угрозой применения такого насилия.
Между тем, таких критериев в действиях Харитонов Л.Н. не усматривается, что следует из ее показаний, а именно, что Харитонова Л.Н. нанесла удар С.В.А. ножом в область грудной клетки в тот момент, когда последний лежал на диване на спине и смотрел телевизор, то есть в ситуации, в которой С.В.А. никоим образом не создавал угрозу причинения вреда здоровью Харитоновой Л.Н. и соответствующих угроз не высказывал, а следовательно, не совершал действий, обуславливающих целесообразность нанесения Харитоновой Л.Н. удара ножом в область грудной клетки.
Оценивая описанные действия, суд принимает во внимание и характер сложившихся между Харитоновой Л.Н. и С.В.А. отношений, а именно наличие между ними фактических брачных отношений, и, в связи с этим, конфликтов, в том числе на почве ревности, о котором сообщали сама подсудимая, свидетели Т.Е.А. и М.Е.В.
В то же время, сообщенные подсудимой и свидетелями Т.Е.А. и М.Е.В. сведения о систематическом оскорблении С.В.А. Харитоновой Л.Н., применении физического насилия в ходе их взаимоотношений, не свидетельствуют о нахождении Харитоновой Л.Н. в длительной психотравмирующей ситуации, имеющей место для возникновения состояния аффекта.
Помимо показаний свидетелей о поведении и действиях Т.Е.А., Б.П.П. до и после совершения преступления, об отсутствии в действиях Харитоновой Л.Н. состояния аффекта свидетельствуют выводы комиссии судебных экспертов НОМЕР от 15 июля 2026 года, согласно которым Харитонова Л.Н. хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые могли бы лишить ее способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдала в период, относящийся к инкриминируемому деянию, и не страдает в настоящее время, поэтому она могла в период, относящийся к инкриминируемому деянию, и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемому деянию, Харитонова Л.Н. находилась в состоянии простого алкогольного опьянения. В момент совершения Харитонова Л.Н. не находилась в состоянии аффекта или ином выраженном эмоциональном состоянии. Об этом свидетельствует отсутствие характерной для аффекта трехфазной динамики течения эмоционального процесса, отсутствие специфических изменений психической деятельности, явлений дезорганизации. Состояние Харитоновой Л.Н. оценивается как состояние эмоционального напряжения, вызванного обидой и злостью на фоне простого алкогольного опьянения, которое не достигло степени выраженности аффекта и не оказало существенного влияния на ее сознание и деятельность в ситуации правонарушения (т. 2 л.д. 5-9).
Оснований не доверять указанным выводам комиссии экспертов у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена в отношении Харитоновой Л.Н. квалифицированными специалистами, компетентность которых сомнений не вызывает, в основу выводов положены результаты объективного обследования.
Подтвержденное показаниями свидетелей наличие конфликтов в ходе семейных отношений С.В.А. и Харитоновой Л.Н. не свидетельствуют о нахождении Харитоновой Л.Н. в состоянии аффекта, вызванного длительной психотравмирующей ситуацией, в связи с чем, суд приходит к выводу, что действия Харитоновой Л.Н. до преступления и в момент его совершения были осознанными, целенаправленными. Представленные в материалах уголовного дела доказательства не дают усомниться в этом.
Обращают на себя внимание действия подсудимой после совершения преступления, а именно Харитонова Л.Н. не принимала мер к оказанию С.В.А. посильной помощи, рану не обрабатывала, состоянием здоровья не интересовалась, как следует с ее слов по причине злости на С.В.А. После случившегося подсудимая позвонила дочери, сообщила о том, что именно она нанесла С.В.А. удар ножом в область грудной клетки. При этом, Харитонова Л.Н. не сообщала сотрудникам полиции и кому бы то ни было о том, что вынужденно нанесла удар С.В.А. в целях обороны от общественно опасного посягательства со стороны последнего.
В подтверждение отсутствия в действиях Харитоновой Л.Н. состояния необходимой обороны, стоит отметить и тот факт, что на подсудимой отсутствовали какие-либо видимые телесные повреждения, не сообщали о таковых и свидетели Т.Е.А., Б.П.П., ночевавшие 29 мая 2026 года с Харитоновой Л.Н. Не сообщили указанные свидетели как и сама Харитонова Л.Н. об ином примененном в указанное время насилии со стороны С.В.А.
В этой связи, суд приходит к выводу, что действия Харитоновой Л.Н., связанные с причинением С.В.А. тяжкого вреда здоровью, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего, совершены по мотиву наличия между подсудимой и С.В.А. личных неприязненных отношений, и не обусловлены необходимостью обороны Харитоновой Л.Н. при отсутствии реального общественно опасного посягательства.
Действия подсудимой органами предварительного следствия и государственным обвинителем квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.
Суд полагает, что по результатам судебного разбирательства указанная квалификация своего подтверждения не нашла.
По смыслу уголовного закона при решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, не только способ преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, но и предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве», необходимо отграничивать убийство от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, имея в виду, что при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности.
Из показаний подсудимой Харитоновой Л.Н., следует, что она осознавала, что нанесла С.В.А. удар предметом, обладающим режущими свойствами, - ножом, в область расположения жизненно важного органа – грудь, однако умысла на причинение смерти С.В.А. не имела, не предполагала об опасности нанесенного повреждения, поскольку С.В.А. в течение следующего дня чувствовал себя удовлетворительно, распивал спиртные напитки и самостоятельно передвигался, на состояние здоровья не жаловался, о вызове скорой медицинской помощи не просил.
Кроме того, анализируя показания подсудимой, суд приходит к выводу, что нанесение Харитоновой Л.Н. удара ножом С.В.А. обусловлено именно имеющимся между ними конфликтом на почве личных взаимоотношений, кому-либо о намерении именно убить С.В.А. Харитонова Л.Н. не сообщала.
По результатам судебно-медицинской экспертизы НОМЕР от 3 июля 2026 года, с момента причинения С.В.А. слепого проникающего в брюшную полость колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей, брюшины и стенки желудка до момента смерти последнего прошел относительно короткий промежуток времени (около 3-12 часов), о чем свидетельствуют морфологические признаки повреждения и данные судебно-гистологического исследования. Вероятность совершения С.В.А. каких-либо самостоятельных действий в данный отрезок времени не исключается (т. 1 л.д. 120-130).
При этом допрошенный на стадии предварительного следствия эксперт К.Н.А. не исключала вероятность наступления смерти с момента нанесения телесного повреждения в срок более 12 часов в связи с индивидуальными особенностями организма С.В.А. (наличия заболевания «Цирроз печени», замедляющего реакцию организма).
Стоит акцентировать внимание, что Харитонова Л.Н. нанесла С.В.А. лишь один удар ножом в грудь, при этом из собранных по делу доказательств не следует, что С.В.А. каким-либо образом оказывал сопротивление, не присутствовали при нанесении удара и третьи лица, то есть у Харитоновой Л.Н. имелась реальная возможность продолжить преступные действия – лишить жизни С.В.А. (нанести большее количество ударов), однако Харитонова Л.Н. такой возможностью не воспользовалась, что равно свидетельствует об отсутствии у подсудимой умысла на убийство.
Предшествующий преступлению характер отношений подсудимой и С.В.А. также не дает оснований согласиться с предложенной стороной обвинения юридической оценкой. Установленные по делу фактические обстоятельства содеянного Харитоновой Л.Н. явно свидетельствуют о том, что ее умысел был направлен не на убийство С.В.А., а на причинение ему тяжкого вреда здоровью, реализация которого была спровоцирована предшествующим аморальным и противоправным поведением потерпевшего (растянутый во времени конфликт на почве личных взаимоотношений).
При этом способ причинения телесного повреждения, его локализация и орудие преступления в данном случае сами по себе не являются достаточными для однозначного вывода об умысле подсудимого на убийство.
Поведение потерпевшей после нанесения удара С.В.А. не может быть оставлено без внимания. Действительно, Харитонова Л.Н. не приняла мер к вызову скорой медицинской помощи, однако, позвонила дочери, которая по приезду с молодым человеком, заблуждаясь о характере и тяжести ранения С.В.А., оказала ему посильную помощь по обработке раны. Данное обстоятельство суд расценивает не иначе как расчет подсудимой на предотвращение возможных и охватываемых ее умыслом тяжких последствий для здоровья С.В.А.
В то же время, фактически совершенные Харитоновой Л.Н. действия и направленность его умысла, позволяют суду сделать вывод, что подсудимая, нанося с силой удар предметом, обладающим колото-резаными свойствами, - ножом в область расположения жизненно важного органа – грудной клетки, осознавала общественную опасность своих действий, предвидела неизбежность наступления последствий в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшему и желала их наступления, однако, наступление смерти потерпевшего не предвидела, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть последствия в виде смерти потерпевшего при нанесении удара ножом в грудь. Причинение тяжкого вреда и последовавшая за ним смерть потерпевшего находятся в прямой причинно-следственной связи с умышленными действиями подсудимой.
Исходя из этого, суд квалифицирует действия Харитоновой Л.Н. по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.
Переходя к вопросу о назначении наказания, суд отмечает следующее.
С учетом сведений о личности подсудимой, обстоятельств совершенного преступления, а также результатов комиссионной экспертизы, суд признает ее вменяемой, а следовательно на основании ст. 19 УК РФ подлежащей уголовной ответственности и наказанию.
В силу ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ, судом при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности совершенного Харитоновой Л.Н. преступления, личность виновной, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.
Согласно сведениям, представленным ГБУЗ «ОКСПНБ НОМЕР» Диспансерное отделение НОМЕР, Харитонова Л.Н. на учете у врача-психиатра и нарколога не состоит (т. 2 л.д. 161).
В соответствии с пп. «з», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ к смягчающим наказание Харитоновой Л.Н. обстоятельствам суд относит активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в сообщении в ходе проверки показаний сведений об обстоятельствах совершенного преступления; противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, поскольку Харитонова Л.Н. утверждала, что ее действия были следствием конфликта с потерпевшим на почве эмоционального напряжения, вызванного обидой и злостью по отношению к потерпевшему, который в течение фактических брачных отношений оскорблял подсудимую, применял к ней насилие, в том числе непосредственно до совершения преступления; в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признание подсудимой вины в части фактических обстоятельств произошедшего, раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимой и ее близких родственников, наличие положительных характеристик подсудимой по месту жительства со стороны соседей, удовлетворительная характеристика подсудимой со стороны МУСО «Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних» по факту воспитания дочери и от участкового уполномоченного полиции.
Отягчающих обстоятельств в действиях Харитоновой Л.Н. не содержится.
Несмотря на то, что Харитонова Л.Н. в момент совершения преступления находилась в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, суд не учитывает это в качестве отягчающего обстоятельства, поскольку Харитонова Л.Н. давала подробные пояснения о том, что умысел на совершение преступления у нее сформировался на почве конфликта с потерпевшим, который в ходе их фактических брачных отношений систематически оскорблял ее и применял насилие, в том числе до совершения преступления оскорбил ее и нанес один удар ладонью по лицу; преступление бы она совершила независимо от употребления алкоголя.
С учетом положений ч. 1 ст. 60 УК РФ о том, что более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания, исходя из принципа справедливости назначаемого наказания, фактических обстоятельств дела, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимой и предупреждение совершения новых преступлений, наказание Харитоновой Л.Н. должно быть назначено только в виде лишения свободы, так как менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания и оказать достаточное влияние на исправление подсудимой.
Назначение данного вида наказания соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения, личности виновной и положениям ч. 1 ст. 56 УК РФ.
При определении Харитоновой Л.Н. размера наказания суд усматривает наличие обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, что является основаниями для применения при назначении ей наказания ограничительных положений ч. 1 ст.62 УК РФ.
Учитывая все данные о личности Харитоновой Л.Н., фактические обстоятельства дела, степень общественной опасности совершенного преступления, вопреки выступлению защитника по делу отсутствуют исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, существенно уменьшающие степень общественной опасности совершенного преступления, исправление Харитоновой Л.Н. без реального отбывания наказания невозможно, в связи с чем оснований для применения ст. 64 УК РФ, а также ст. 73 УК РФ суд не усматривает. Равно не усматривает суд и оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, для изменения категории преступления на менее тяжкую.
Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела и данные о личности Харитоновой Л.Н. суд полагает возможным не назначать дополнительное наказание в виде ограничения свободы.
При определении вида исправительного учреждения, суд руководствуясь, положениями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, определяет Харитоновой Л.Н. для отбывания наказания исправительную колонию общего режима. Суд акцентирует внимание на отсутствии медицинских показаний, которые бы указывали на невозможность отбывания Харитоновой Л.Н. наказания в виде лишения свободы по состоянию здоровья.
В порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ Харитонова Л.Н. была задержана 30 мая 2026 года и с указанного периода времени ограничена в Конституционном праве на свободу передвижения.
Меру пресечения Харитоновой Л.Н. до дня вступления приговора в законную силу оставить прежней – заключение под стражей, по вступлению приговора в законную силу отменить.
Срок отбытия наказания Харитоновой Л.Н. исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу.
Зачесть в срок отбытия наказания Харитоновой Л.Н. период ее нахождения под стражей со дня ее фактического задержания, то есть с 30 мая 2026 года до дня вступления приговора суда в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, исходя из требований п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.
Вопрос о разрешении процессуальных издержек, предусмотренных п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ и п. 56 ст. 5 УПК РФ, подлежит разрешению путем вынесения отдельного судебного постановления.
Судьбой вещественных доказательств следует распорядиться в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.
Руководствуясь ст. ст. 296, 307-308 УПК РФ, суд приговорил:
признать ХАРИТОНОВУ Л.Н., родившуюся ДАТА, виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет.
Меру пресечения Харитоновой Л.Н. оставить без изменения – в виде заключения под стражу, которую по вступлении приговора в законную силу - отменить.
Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу с зачетом на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ времени содержания Харитоновой Л.Н. под стражей со дня фактического задержания – 30 мая 2026 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:
-мобильный телефон марки «Infinix», принадлежащий Харитоновой Л.Н., вернуть близким родственникам осужденной – дочери Т.Е.А. (тел.НОМЕР), а в случае отказа в принятии – уничтожить;
-мобильный телефон марки «TECNO SPARK 20», принадлежащий Харитоновой Л.Н., вернуть близким родственникам осужденной – дочери Т.Е.А. (тел.НОМЕР), а в случае отказа в принятии – уничтожить;
-мобильный телефон марки «Iphone 15 Pro», принадлежащий Т.Е.А., оставить в распоряжении последней, сняв обязанность по ответственному хранению;
-фрагмент ваты со следами бурого цвета из мусорного ведра на кухне, лоскут ткани со следами бурого цвета из мусорного ведра на кухне, лоскут ткани обивки дивана и вырезку из поролона из дивана, носки в количестве 4 штук, окурки из пепельницы, спортивные штаны темно-синего цвета, 2 стеклянные бутылки, 5 ножей, нетканые одноразовые салфетки и латексный контрацептив, образец буккального эпителия Харитоновой Л.Н. на ватной палочке, образец буккального эпителия Т.Е.А. на ватной палочке, образец крови трупа С.В.А., фрагмент ваты и бумаги со следами бурого цвета из мусорного ведра в туалете, футболку светлого цвета, кофту серо-розового цвета, шорты черного цвета, нож черного цвета с черным зубчатым лезвием с белыми вкрапинками, нож черного цвета с черным лезвием с белыми крапинками, СДП со следом обуви размерами 131х75 мм, ТДП со следами рук размерами 70х51 мм, 74х52 мм, 58х39 мм, 51х49 мм, 53х39 мм, 49х39мм, 62х48 мм, 55х47 мм, 51х43 мм, 57х41 мм, 50х47 мм, 57х43 мм, 47х42 мм, 62х67 мм, срезы ногтевых пластин Харитоновой Л.Н., смывы с обеих рук Харитоновой Л.Н., срезы ногтевых пластин Т.Е.А., смывы с обеих рук Т.Е.А. – уничтожить;
-образец оттисков папиллярных узоров пальцев и ладоней рук Харитоновой Л.Н. на дактилокарте, образец отпечатка обуви Харитоновой Л.Н. на карте оттиска обуви, оптический диск с видеозаписями – хранить в материалах уголовного дела.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд, через Копейский городской суд Челябинской области.
Апелляционные жалоба, представление могут быть поданы в течение 15 суток со дня постановления приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копий приговора.
В случае подачи апелляционной жалобы, а также принесения на приговор апелляционного представления или жалоб, затрагивающих интересы осужденной, она вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.
Председательствующий: подпись.