РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 сентября 2026 года Копейский городской суд Челябинской области в составе председательствующего судьи Абрамовских Е.В., при секретаре Белобровко Ю.И., с участием истца Терентьева А.В., его представителя Фоминой М.С., ответчика Будянского О.С., его представителя Савченко А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Терентьева А.В. к Будянскому О.С. о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, установил:
Терентьев А.В. обратился с иском в суд к Будянскому О.С. о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в размере 205 568 рублей, расходов по оплате услуг оценщика в размере 10 000 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 7 167 рублей, расходов на оплату услуг представителя в размере 60 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами, почтовых расходов.
Исковые требования мотивированы тем, что в результате ДТП, произошедшего 11.10.2024 в г. Копейске, были причинены повреждения автомобилю МАРКА, гос.рег.знак НОМЕР. Данный автомобиль принадлежит на праве собственности истцу Терентьеву А.В., которым на момент ДТП он управлял. Гражданская ответственность ответчика по ОСАГО не была застрахована. Факт ДТП зафиксирован сотрудниками ГИБДД, что подтверждается сведениями о ДТП от 11.10.2024. На месте ДТП Будянский О.С. написал расписки о возмещении ущерба за причиненный ущерб ТС. В целях определения размера ущерба истец обратился в экспертную организацию ИП Г.Ш.Х., согласно экспертному заключению НОМЕР от 08.07.2025 сумма ущерба автомобилю истца составила 1 529 594 рублей - величина расходов на восстановительный ремонт по среднерыночным ценам, рыночная стоимость транспортного средства составляет 230 375,00 рублей, стоимость годных остатков составляет 24 807 рублей. Стоимость услуг эксперта по оценке составила 10 000 рублей, что подтверждается квитанцией. Для защиты нарушенных прав истец Терентьев А.В. обратился за юридической помощью к Фоминой М.С. и заключил договор возмездного оказания юридических услуг от 08.09.2025. Стоимость юридических услуг по договору определена в размере 60 000 рублей. Оплата юридических услуг подтверждена распиской от 25.11.2025 года.
Истец Терентьев А.В., его представитель Фомина М.С. исковые требования поддержали.
Терентьев А.В. ранее в судебном заседании по обстоятельствам ДТП пояснил, что 11.10.2024 двигался на личном автомобиле МАРКА, в сторону Челябинска, в крайней левой полосе. Справа от него двигались еще две машины. Проезжая часть шестиполосная, в каждом направлении по три полосы движения. Из-за снега не было видно дорожной разметки, просто накатанная дорога. Не доезжая до ул.Учительская в г.Копейске, он заблаговременно включил левый сигнал поворота для поворота на ул.Учительскую. Потом услышал внезапный звук сигнала, приостановил свою машину и увидел в зеркало заднего вида машину, которая летела на «тормозах» в заднюю часть его машины. От удара его машину развернуло обратно, на встречную полосу, а вторая машина «ушла» вправо, совершив столкновение с ТС МАРКА. Он двигался по крайней левой полосе, по пр. Победы в сторону Челябинска, со скоростью 20-30 км/ч, намеревался повернуть налево, на ул. Учительскую. Скорость была маленькая, так как на проезжей части был снежный покров, и обледенение проезжей части. Разметки на дороге не было видно. Перекресток нерегулируемый, поворот разрешен. Было накатано три полосы. Событие произошло в утреннее время, примерно 09.20-09.30. Был включен ближний свет фар. Было уже светло, уличное освещение было выключено. Он изначально двигался по ул. Гольца. Примерно за 300-400 м. до ул. Учительская перестроился из средней полосы в крайнюю левую полосу, приблизился к повороту на ул. Учительскую и услышал сигнал. Издалека видел в зеркало заднего вида машину, идущую «на тормозах». Первый удар пришелся в заднюю часть его ТС, практически по середине, чуть-чуть левее. От того момента как он услышал сигнал, увидел машину и произошел удар, прошло примерно 5-10 сек., все произошло очень быстро. В момент его перестроения машины ответчика и других машин не было. Он только доехал до перекрестка, услышал сигнал, притормозил, чтобы пропустить машину, но не получилось, получил удар в заднюю часть ТС. Предполагает, что поскольку ответчик стал сигналить, то он хотел совершить какие-то маневры. Он видел его сигнал поворота. Его сигнал поворота было видно издалека. Первый контакт был с задней частью его ТС и передней-ответчика. От удара его ТС развернуло на другую полосу, в направлении г.Копейска. МАРКА от удара «увело» вправо, в машину МАРКА, от удара они остановились. Его машина столкнулась только с ТС ответчика. В левой крайней полосе, до совершения поворота, он двигался примерно 1 минуту после перестроения, точно не может сказать какое расстояние от ул. Гольца до ул. Учительская. После столкновения вызвали аварийного комиссара. Ответчик согласился отремонтировать машины в течение месяца, написал расписки. Сотрудников ГАИ не вызывали, так как ответчик пообещал отремонтировать машины, управлял своим ТС по договору купли-продажи, полиса ОСАГО не было. Считает, что левый поворотник дает преимущество для поворота налево. Он намеревался повернуть, а не перестроиться, для этого и включил сигнал левого поворота. Сигнал поворота включил в третьей полосе, заблаговременно, за 200-250 м. до перекрестка. Столкновение произошло в левой полосе. Двигался со скоростью 20-30 км/ч. Объяснения, данные сотрудникам ГАИ, после их оглашения в судебном заседании поддержал.
Представитель истца Фомина М.С. позицию своего доверителя поддержала. После проведенной по делу экспертизы представила письменное мнение, которое приобщено к материалам дела.
Ответчик Будянский О.С. с иском не согласился. Ранее в судебном заседании дал пояснения по обстоятельствам ДТП, указав, что 11.10.2024 г. поменял колеса на зимние. Поехал в сторону г. Челябинска, с ул. Гольца повернул на пр. Победы. На ул.Гольца сразу занял крайнее левое положение, третью полосу. По первой и второй полосе стояли машины. Повернул с ул.Гольца налево и поехал прямо, третья полоса была свободна. Видимость была более 1,5 км. От светофора до ул.Учительская, около 400 м., проехав где-то 150-200 м., Терентьев двигался в средней полосе. Когда Терентьев начал перестроение, он подал звуковой сигнал, Терентьев вернулся в свою полосу, но потом обратно начал движение в его полосу, намереваясь совершить поворот налево со средней полосы. После подачи звукового сигнала, водитель (Терентьев) «ушел» обратно в свою полосу, он в это время начал потихоньку тормозить, но понял, что погодные условия не дадут затормозить, и в этот момент Терентьев занял положение из средней полосы в крайнюю левую и остановился. Столкновения избежать не удалось. Встречного транспорта не было. Ответчик двигался примерно со скоростью 50 км/ч., на машине была зимняя резина. В момент подачи звукового сигнала между его машиной и Терентьева было примерно 150-200 м. От момента подачи сигнала до удара прошло примерно 5 сек. Столкновение произошло в крайней левой полосе. Терентьев заблаговременно не перестраивался. С ул. Гольца на пр. Победы Будянский поворачивал налево и должен был занять крайнее левое положение. При повороте все три полосы были заняты. Схему места ДТП он подписывал, на тот момент был с ней согласен. На перекрестке ул. Гольца и пр. Победы были знаки направления движения по полосам. Для него была видна дорожная разметка. Терентьев занял неверное местоположение для поворота. Терентьев выехал перед Будянским, со средней полосы, он нажал на тормоз, но машина не затормозила, ее занесло вправо. Не отрицает, что у Терентьева был включен указатель поворота налево, за 100-150м, но он двигался по своей полосе и не обязан был его пропускать. Расписки были написаны, так как был составлен договор купли-продажи ТС, машину на учет не успел поставить, ДТП произошло через два дня после заключения ДКП. После ДТП он отремонтировал машину и продал ее, также по ДКП. Поворот на ул. Учительская разрешен, изначально идет двойная сплошная разметка, а при повороте на ул. Учительская идет разрыв. ТС истца изначально стояло в среднем ряду. Включенный сигнал поворота у истца не создавал для него опасности. Момент опасности возник при перестроении Терентьева в его левую полосу. Терентьев сначала повернул на его полосу передней частью, потом вывернул обратно. ТС истца не успело всеми четырьмя колесами встать на его полосу. У ТС Терентьева было два колеса на его полосе, два оставались на средней. В момент самого удара машина Терентьева была под углом, правая часть машины истца находилась между второй и его третьей полосами. У него разбита левая часть машины, у Терентьева - правая часть. Он исключает свое движение по встречной полосе. Письменные объяснения, данные сотрудникам ГАИ, после их оглашения в судебном заседании подтвердил.
Представитель ответчика Савченко А.В. позицию своего доверителя поддержал, заявил ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для определения механизма ДТП, мотивированное тем, что сторона ответчика полагает, что в их действиях нарушений требований правил дорожного движения не имеется, а причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия явились действия стороны истца Терентьева А.В., управлявшего транспортным средством марки «МАРКА», г/н НОМЕР, который в нарушение требований и. 8.1. ПДД РФ при выполнении маневра перестроение из второго (центрального) ряда движения совершил перестроение в третий (крайний левый) ряд движения, создав опасность для движения и помеху другому участнику движения Будянскому О.С., управлявшему транспортным средством марки «МАРКА» г/н НОМЕР. Также по мнению стороны ответчика, истец Терентьев А.В., управляя транспортным средством марки «МАРКА», гос. НОМЕР, при перестроении из второго (центрального) ряда движения совершил перестроение в третий (крайний левый) ряд движения не уступил дорогу транспортному средству марки «МАРКА» гос. НОМЕР под управлением истца Будянского О.С., который двигался в своем третьем (крайнем левом) ряду движения прямо, без изменения направления движения. Тем самым, истец Терентьев А.В. нарушил требования н. 8.4. ПДД РФ. Кроме того, истец Терентьев А.В., управляя транспортным средством марки «МАРКА», гос. НОМЕР после совершения своего перестроении из второго (центрального) ряда движения совершил перестроение в третий (крайний левый) ряд осуществил остановку автомобиля на перекрестке, хотя для выполнения поворота/разворота истец Терентьев А.В. должен был заблаговременно занять крайнее левое положение на проезжей части, а не перестраиваться из второго (центрального) ряда непосредственно на перекрестке. Следовательно, истец Терентьев А.В. допустил нарушение требований п. 8.5. ПДД РФ.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Раджабалиев К.М., САО "РЕСО-Гарантия", ООО "КомстройУрал" в судебное заседание не явились, извещены надлежаще.
Руководствуясь положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участвующих в деле лиц.
Выслушав пояснения, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Согласно п. 1 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее по тексту - Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены данным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.
В соответствии с положениями п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.
В силу п. 6 ст. 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.
На основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб). В рассматриваемом споре ущерб подлежит возмещению в полном объеме без учета процента износа транспортного средства.
В силу п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть в зависимости от вины.
В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 11.10.2024 у дома № 33 по проспекту Победы в г.Копейске Челябинской области произошло ДТП с участием автомобиля МАРКА, государственный регистрационный знак НОМЕР под управлением и принадлежащим Терентьеву А.В., автомобиля МАРКА, государственный регистрационный знак НОМЕР под управлением Раджабалиева К.М., принадлежащего ООО "КомстройУрал", автомобиля МАРКА, государственный регистрационный знак НОМЕР под управлением и принадлежащим на основании ДКП от 08.10.2024 Будянскому О.С.
В результате ДТП транспортные средства подучили механические повреждения.
Гражданская ответственность на момент ДТП была застрахована только у Терентьева А.В. в САО «РЕСО Гарантия» (полис НОМЕР).
Первоначально сотрудниками ГАИ в действиях водителя Терентьева А.В. было установлено нарушение п.8.5 ПДД РФ (Перед поворотом налево водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение).
На основании постановления от 06.05.2025 производство по делу об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена ч.1.1 ст.12.14 КоАП РФ, в отношении Терентьева А.В. прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности, согласно п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ (т.1 л.д.170).
На указанное постановление Терентьевым А.В. подана жалоба (т.1 л.д.164-166), просил постановление отменить, исключить суждение о нарушении п.8.5 ПДД РФ.
Решением Копейского городского суда Челябинской области от 17.06.2025 постановление инспектора по пропаганде БДД отдела ГАИ Отдела МВД России по г.Копейску Челябинский области Н.А.О. от 06.05.2025 в отношении Терентьева А.В. изменено, исключены выводы о виновности водителя Терентьева А.В. в нарушении п.8.5 ПДД РФ (т.1 л.д.198-201).
В ходе рассмотрения дела, оспаривая вину в произошедшем ДТП, ответчиком заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы по вопросу механизма ДТП, проведение которой назначено эксперту А.А.С. (АНО «Центральное бюро судебных экспертиз НОМЕР).
Согласно выводов, изложенных в заключении НОМЕР (т.2 л.д.20-58), механизм произошедшего ДТП реконструируется следующим образом: 11.10.2024 в г. Копейск, Челябинской области, автомобили МАРКА, МАРКА, МАРКА двигались по пр. Победы, приближаясь к пересечению с ул. Учительской, автомобиль МАРКА впереди, сзади автомобиль МАРКА, сзади и левее автомобиль МАРКА; автомобиль МАРКА двигался с большей скоростью чем автомобили МАРКА и МАРКА, при этом сближение происходило только в продольном направлении; перед перекрестком с ул. Учительской водитель автомобиля МАРКА приступил к маневру перестроения влево на крайнюю левую полосу движения, по которой двигался автомобиль МАРКА; с этого момента автомобили МАРКА и МАРКА начали сближаться не только в продольном направлении, но еще и в поперечном, то есть их траектории начали пересекаться; в момент, когда расстояние между автомобилями МАРКА и МАРКА уменьшилось до минимального произошло столкновение между передней частью автомобиля МАРКА и задней частью автомобиля МАРКА; ввиду эксцентричности столкновения и разницы скоростей, после столкновения автомобиль МАРКА продолжил движение с отклонением вправо, где траектория его движения начала пересекаться с траекторией движения автомобиля МАРКА, автомобили сблизились и произошло столкновение между правой боковой частью автомобиля МАРКА и передней частью автомобиля МАРКА; после чего автомобили продвинулись вперед и остановились; автомобиль МАРКА в этот момент продолжил движение с отклонением влево и также остановился.
Проведенным исследованием установлено, что скорость движения автомобиля МАРКА составляла не менее 64,4 км/ч; при этой скорости в момент возникновения опасности для движения автомобиль МАРКА мог находиться на расстоянии 38,5-59,9 м от места столкновения, и поскольку указанное расстояние меньше остановочного пути автомобиля МАРКА при скорости 64,4 км/ч и 60,0 км/ч, делается вывод об отсутствии у водителя технической возможности предотвратить столкновение, как при движении со скоростью 64,4 км/ч (расчетной), так и при движении со скоростью 60,0 км/ч (разрешенная в населенном пункте);
Проведенными расчетами установлено, что при обстоятельствах, указанных водителем автомобиля МАРКА (скорость движения 50,0 км/ч и обнаружение возможности возникновения опасной ситуации (пересечения траекторий) на расстоянии не менее 150,0 м), у водителя автомобиля МАРКА имелась техническая возможность предотвратить столкновение путем снижения скорости без применения экстренного торможения.
Проведенными расчетами установлено, что у водителя автомобиля МАРКА отсутствовала техническая возможность предотвратить столкновение с автомобилем МАРКА, с момента столкновения автомобилей МАРКА и МАРКА.
Согласно части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Согласно требованиям статей 55, 86, 187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу.
Необходимость назначения судом экспертизы в силу требований части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обусловлена возникновением в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла.
В статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законодатель закрепляет дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия.
Согласно приведенной норме суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Таким образом, прерогатива оценки доказательств, представленных участниками гражданского процесса, принадлежит суду.
В силу статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение (часть 2). Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определения суда (часть 3).
По смыслу приведенной правовых норм заключение судебной экспертизы наряду с другими доказательствами оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
Оценив подготовленное экспертом А.А.С. (АНО «Центральное бюро судебных экспертиз НОМЕР) экспертное заключение НОМЕР, суд находит его соответствующим требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку проведенное экспертное исследование соответствует установленным законом критериям, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и ответы на поставленные вопросы, выполнено экспертом, обладающим специальными познаниями, предупрежденным об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.
С учетом указанного экспертного заключения, суд приходит к выводу, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие нарушения водителем Терентьевым А.В. п.8.5 ПДД РФ, предусматривающим, что перед поворотом налево водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, что не было выполнено, повлекло столкновение транспортных средств, находится в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, в связи с чем ответственность за произошедшее столкновение возлагается на Терентьева А.В., устанавливая его вину – 100%, нарушений ПДД РФ в действиях водителей Раджабалиева К.М., Будянского О.С. суд не усматривает.
То обстоятельство, что решением Копейского городского суда Челябинской области от 17.06.2025 постановление инспектора по пропаганде БДД отдела ГАИ Отдела МВД России по г.Копейску Челябинский области Н.А.О. от 06.05.2025 в отношении Терентьева А.В. изменено, исключены выводы о виновности водителя Терентьева А.В. в нарушении п.8.5 ПДД РФ, не исключает обсуждения вопросов о виновности в рамках рассмотрения гражданско-правового спора.
С точки зрения административного (административно-деликтного) законодательства вина участников ДТП применительно к каждому из них устанавливается при производстве по делу об административном правонарушении.
Постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное административным органом, не обладает свойством преюдициальности при рассмотрении гражданского дела о возмещении вреда, причиненного в результате ДТП, и в силу ст. ст. 61, 67, ч. 1 ст. 71 ГПК РФ является письменным доказательством, подлежащим оценке наряду с другими доказательствами (п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2025), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025).
При этом КоАП РФ не предусматривает возможности обсуждения вопросов о нарушении лицом ПДД и виновности в ДТП при отказе в возбуждении дела об административном правонарушении (Постановление Верховного Суда РФ от 09.12.2016 НОМЕР).
Вина устанавливается должностным лицом или судьей, которые рассматривают соответствующее дело.
При производстве по уголовному делу вину участника ДТП устанавливает суд, вынося обвинительный приговор.
В гражданско-правовых спорах о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, которые возникают по инициативе самих участников ДТП, потерпевших либо страховщиков, степень вины каждого из участников ДТП также устанавливается судом, в чьем производстве находится гражданское дело; кроме того, судом подлежит установлению факт наличия или отсутствия вины каждого из участников ДТП.
Давая оценку доводам представителя истца о том, что в момент ДТП у водителя МАРКА Будянского О.С. отсутствовал действующий полис ОСАГО, что подтверждается материалами ГИБДД, ответственность за это предусмотрена статьёй 12.37 КоАП РФ, отсутствие полиса ОСАГО лишает потерпевшего права на страховую выплату, суд приходит к выводу об их отклонении.
Факт привлечения участников дорожно-транспортного происшествия к административной ответственности не является безусловным основанием для возложения на них гражданско-правовой ответственности за ущерб, причиненный в результате действий (бездействия), за которые они были привлечены к административной ответственности.
Причинно-следственная связь ущерба, причиненного в дорожно-транспортном происшествии, и факта управления Терентьевым А.В. автомобилем в отсутствие страхового полиса ОСАГО в принципе не может находиться в причинно-следственной связи с совершением аварии.
Анализируя действия водителя МАРКА (п. 8.1 ПДД РФ) представитель истца указывала, что согласно показаниям водителя МАРКА, он заблаговременно (за 60-100 м) включил указатель левого поворота с учётом сложных погодных условий (гололёд, снежный накат), что соответствует требованиям п. 8.1 ПДД РФ, согласно которому подача сигнала должна производиться заблаговременно и не создавать опасности или помех, с учётом снежного наката и пониженного коэффициента сцепления заблаговременная подача сигнала является мерой, направленной на обеспечение безопасности манёвра, факт включения поворотника подтверждается видеозаписью (кадры, предшествующие контакту), а также отсутствием противоречий в показаниях других участников относительно намерения МАРКА совершить левый поворот.
Вместе с тем, данные доводы выводов эксперта не опровергают.
Согласно п.8.1. ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
В силу п.8.2. ПДД РФ подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.
Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.
Выполнение маневра поворота налево, без занятия крайнего левого положения на проезжей части, даже при включенном сигнале левого поворота, не давало преимущества в движении, и именно нарушение Терентьевым А.В. требований п. 8.5 ПДД РФ явилось прямой и единственной причиной ДТП.
Момент возникновения опасности для водителя Будянского О.С. возник не в момент включения поворотника водителем Терентьевым А.В., когда водитель автомобиля МАРКА, еще точно не приступил к маневру (прямолинейное движение, левая часть автомобиля находится на участке с раскатанным снегом, слева от которого двигается автомобиль МАРКА), то есть в этот момент опасность для движения водителю автомобиля МАРКА еще точно не создается; в продольном направлении сзади правее двигается автомобиль МАРКА, в продольном направлении сзади левее двигается автомобиль МАРКА, а в момент когда водитель автомобиля МАРКА уже точно приступает к маневру (изменяется траектория движения, происходит смещение влево, передняя часть пересекает участок с раскатанным снегом, слева от которого двигается автомобиль МАРКА), то есть в данный момент времени опасность для движения водителю автомобиля МАРКА уже точно создается.
Ссылка на то, что водитель МАРКА не учёл дорожные и метеорологические условия, что привело к потере управления и заносу транспортного средства, что подтверждается видеозаписью с места ДТП, характером повреждений, что типично для ситуации, когда автомобиль «выносит» на траекторию другого ТС, судом отклоняется, поскольку эксперт при исследовании видеозаписи установил, что траектории движения автомобилей МАРКА и МАРКА начинают пересекаться в результате маневрирования водителя автомобиля МАРКА, эксперт определил наличие технической возможности предотвратить столкновение для водителя автомобиля МАРКА.
Для установления наличия или отсутствия у водителя автомобиля МАРКА технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем МАРКА проведено сопоставление расстояния, на котором находился автомобиль МАРКА от места столкновения в момент возникновения опасности и остановочного пути автомобиля МАРКА при экстренном торможении в рассматриваемых условиях.
Для расчетов скорости движения автомобиля МАРКА определено расстояние, которое указанный автомобиль преодолевает за известное время.
Проведенным исследованием установлено, что средняя скорость движения автомобиля МАРКА по ВГ-1 на установленном участке, составляла не менее 64,4 км/ч. Данное значение скорости является минимальным, поскольку определялось на участке после момента возникновения опасности, на котором автомобиль МАРКА двигался с замедлением, а также, ввиду невозможности фиксации конкретных моментов проезда указанных участков, принимались моменты когда автомобиль еще точно не пересек ближайшую границу и уже точно пересек дальнюю границу.
Производя расчеты, изложенные в заключении (стр.28-29), эксперт указал, что расстояние, на котором находился автомобиль МАРКА от места столкновения в момент возникновения опасности, меньше остановочного пути автомобиля МАРКА в условиях места происшествия как при скорости 64,4 км/ч, так и при скорости 60,0 км/ч и пришел к выводу о том, что водитель автомобиля МАРКА не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем МАРКА, при указанных параметрах, как при движении со скоростью 64,4 км/ч, так и если бы двигался со скоростью 60,0 км/ч.
При просмотре видеозаписи экспертом установлено, что автомобиль МАРКА смещается левее, а потом прекращает смещение влево и траектория распрямляется, но указанное событие происходит после того, как автомобиль МАРКА пересек участок с раскатанным снегом, слева от которого двигается автомобиль МАРКА, то есть смещение происходит после того как траектории пересеклись.
Дана экспертом оценка и пояснениям ответчика Будянского О.С., о том, что он двигался со скоростью около 50,0 км/ч, возможность возникновения опасной ситуации (пересечение траекторий) он заметил на расстоянии не менее 150 м, а с момента подачи им звукового сигнала до момента столкновения прошло 5,0 с.
Произведя расчет, эксперт определил, что остановочный путь автомобиля МАРКА в данных дорожных условиях, при движении со скоростью 50,0 км/ч и применении экстренного торможения, составляет около 46,7 м и поскольку расстояние, на котором водитель автомобиля МАРКА подал звуковой сигнал и обнаружил возможность возникновения опасной ситуации (пересечение траекторий) не менее 150,0 м, более чем в три раза превышает остановочный путь автомобиля при скорости, указанной водителем 50,0 км/ч, можно сделать вывод, что у водителя автомобиля МАРКА имелась техническая возможность предотвратить столкновение путем снижения скорости без применения экстренного торможения.
Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что необходимо руководствоваться расчетным методом определения скорости автомобиля МАРКА на основе представленных в дело видеоматериалов, при анализе которых было определено, что как при скорости 64,4 км/ч, так и при скорости 60,0 км/ч водитель автомобиля МАРКА не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем МАРКА, а не на субъективном восприятии дорожной ситуации водителя Будянского О.С.
Отклоняет суд и доводы истца о том, что перед столкновением МАРКА двигалась в левой полосе своего направления, занимая положение, соответствующее подготовке к левому повороту, а МАРКА двигался в попутном направлении, но его траектория пересекала полосу МАРКА, что и привело к столкновению.
В силу п.9.1 ПДД РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).
Экспертом при просмотре видеозаписи, предоставленной с материалами дела, установлено положение автомобиля МАРКА и автомобиля МАРКА в момент, предшествующий первоначальному контактированию.
Из видеозаписи с места ДТП экспертом выделен кадр, в котором автомобили двигаются по шести полосам.
Экспертом установлено, что в месте ДТП движение осуществляется в двух направлениях, дорога имеет одну проезжую часть, на которой встречные потоки не отделены линиями разметки, проезжая часть визуально имеет шесть полос для движения (в соответствии с п. 9.1 - по три в каждом направлении) (Иллюстрация 22 заключения эксперта).
Следует отметить и то обстоятельство, что в распоряжение эксперта были представлены все материалы гражданского дела, видеоматериалы, которые при проведении экспертизы экспертом были исследованы, выявлены необходимые и достаточные данные для формулирования ответов на поставленные вопросы; использованы рекомендованные экспертной практикой литература и методы; в экспертном заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования, выводы эксперта являются полными и достаточно мотивированными, соответствуют положениям Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".
Доводы истца как о том, что необходимо основываться на показаниях водителя МАРКА, данных им в судебном заседании, а также на расписке, которая была им написана после ДТП о возмещении ущерба, согласии с виной, необходимости учета пояснений водителя МАРКА, который указал, что виновником ДТП является водитель МАРКА, так и иные доводы, приведенные в обоснование позиции истца, выводов эксперта не опровергают, основаны на субъективной оценке, представленных в материалы дела доказательств.
Принимая во внимание изложенное, учитывая, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие нарушения водителем Терентьевым А.В. п.8.5 ПДД РФ, повлекшее столкновение транспортных средств, только действия водителя Терентьева А.В. находится в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, установленную судом его вину в данном ДТП в размере 100%, отсутствие вины остальных участников ДТП (Раджабалиева К.М., ответчика Будянского О.С.), суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных Терентьевым А.В. исковых требований как основных, так и производных от них.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Терентьева А.В. к Будянскому О.С. о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в размере 205 568 руб., расходов по оплате услуг оценщика в размере 10 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 7 167 руб., расходов на услуги представителя в размере 60 000 руб., почтовых расходов, процентов, рассчитанных в порядке ст.395 ГК РФ с момента вынесения решения суда по день фактического исполнения – отказать.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Копейский городской суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий
Мотивированное решение изготовлено 14.10.2026 года.
Председательствующий