РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
17 июля 2026 года город Новоуральск Свердловская область
Новоуральский городской суд Свердловской области в составе судьи Шестаковой Ю.В., при секретаре судебного заседания Лобовой Е.Н., с участием ответчика Агапова М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Елистратова О. В. к Агапову М. В. о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Елистратов О.В. обратился в суд с иском к Агапову М.В. о защите чести, достоинства, деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда. Истец просил суд признать незаконным использование изображения, несоответствующими действительности и носящими оскорбительный характер сведения, опубликованные в сети «Интернет» в социальной сети «ВКонтакте» на странице «Типичный Новоуральск. Пост со стены», созданный ответчиком, обязать ответчика опубликовать опровержение, а также взыскать компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей 00 копеек.
В обоснование исковых требований указано на то, что ДД.ММ.ГГГГ ответчиком в сети Интернет в социальной сети «ВКонтакте» на странице «Типичный Новоуральск. Пост со стены», которую создал и ведет ответчик Агапов М.В., было опубликовано изображение истца с надписью «<данные изъяты>». Истец не давал ответчику разрешение на использование изображения, тем более с надписью «<данные изъяты>». В последующей переписке после поста ответчиком были распространены сведения: «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», которые не соответствуют действительности, носят порочащий характер.
Позднее истцом были уточнены исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым истец изложил свои требования в новой редакции, в которой просил признать несоответствующими действительности и носящими оскорбительный характер сведения, а именно: «<данные изъяты>», опубликованные в сети Интернет в социальной сети «ВКонтакте» на странице «Типичный Новоуральск. Пост со стены», созданный ответчиком, обязать ответчика опубликовать опровержение в сети Интернет в социальной сети «ВКонтакте» на странице «Типичный Новоуральск. Пост со стены», созданный ответчиком, обязать ответчика принести публичные извинения посредством размещения извинений в социальной сети «ВКонтакте» на странице «Типичный Новоуральск. Пост со стены», созданной ответчиком, взыскать компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей 00 копеек.
В указанной редакции требования истца приняты к производству суда определением от ДД.ММ.ГГГГ.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ООО «ВК» (ООО «ВКонтакте»).
В судебное заседание истец и его представитель не явились, истец представил письменные пояснения и дополнительные письменные пояснения, согласно которым на удовлетворении заявленных уточненных требований настаивал в полном объеме, указывая на наличие оснований для удовлетворения требований. Истец полагает, что факт распространения ответчиком сведений об истце подтверждается представленными в дело доказательствами, порочащий характер распространенных сведений выражается в распространении негативной информации в форме утверждения о факте. Распространенные сведения не соответствуют действительности, поскольку истец чужое не присваивает. Доводы иска подтверждаются представленными в дело доказательствами, в том числе актом экспертного исследования № о порочащем характере сведений. Действительно истец является депутатом и в этой связи публичным лицом. Однако утверждения ответчика не связаны с оценкой деятельности депутата или ее критикой. Из контекста публичной дискуссии следует, что ответчик настойчиво убеждает аудиторию в том, что истец присваивает чужое. Ответчик пытался разубедить несогласных с ним в обратном. Это не являлось критикой, а являлось утверждением о присвоении чужого. Ответчик настаивал на данном факте. Критика ответчика закончилась тогда, когда он, после слов Мининой: «<данные изъяты>», стал утверждать обратное, пытаясь обосновать якобы присвоение чужого истцом. Это перестало касаться деятельности депутата и перешло лично на истца. Даже если речь идет о заслугах, то присвоение чужих заслуг повествуется ответчиком как факт, что не соответствует действительности. Истец не присваивал себе установку камер, выдачу денег, выполнение аудита. Дискуссия со стороны ответчика сводится не к критике деятельности депутата, а к обоснованности своего утверждения о том, что истец присваивает чужое. Изложенный ответчиком текст сформулирован так, что воспринимается аудиторией как заявленное утверждение. Доказательств достоверности изложенных ответчиком фактов в суд не представлено. При определении размера компенсации морального вреда истец просит суд учесть, что сведения касаются якобы противоправного поведения истца, что является для общественного сознания неприемлемым, способствует формированию негативного представления об истце, публикация сведений имеет широкий круг аудитории, поскольку она размещена посредством использования сети Интернет. Кроме того, ответчик не пытается каким-либо образом минимизировать степень причиненного вреда (не извинился, не предложил урегулировать спор миром). Истцом также представлено письменное ходатайство о рассмотрении гражданского дела в его отсутствие.
Ответчик в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований в полном объеме по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление и дополнениях к нему. Дополнительно указал на то, что не оспаривает факт размещения ДД.ММ.ГГГГ комментария в сети Интернет в социальной сети «ВКонтакте» на странице «[ТН] Типичный Новоуральск» под репостом анонса разбора отчета депутата, размещенного на личной странице ответчика Агапова М. в сети Интернет в социальной сети «ВКонтакте». При этом ответчиком также указано на то, что администратором страницы в социальной сети «ВКонтакте» под названием «Типичный Новоуральск. Пост со стены» он не является, что также делает неисполнимым решение суда в случае удовлетворения требования об опровержении сведений. Истцом не приведены сведения, позволяющие конкретизировать оспариваемые суждения по дате и времени публикации. Поводом к публикации указанного анонса послужил отчет о деятельности депутата Думы Новоуральского городского округа Елистратова О.В. Поскольку истец является публичным лицом, использование его изображения и публичное высказывание критики его деятельности является правомерным. Изложенная в комментарии критика выражена в форме оценочного суждения и относится исключительно к критике деятельности депутата, основана на его отчете, подлежит оценке в контексте всего общения пользователей социальной сети под указанным репостом. Так, участница дискуссии <данные изъяты> Минина, поддерживая Елистратова О.В., публично перечисляла обстоятельства, которые она считала заслугами депутата: установку камер видеонаблюдения, реализацию проектов с финансированием АО «ТВЭЛ», работу по вопросам ЖКХ и технического аудита домов и другие результаты. Ответчик вступил в публичную дискуссию и оспорил именно оценку личного вклада депутата в перечисленные результаты. Комментарий содержал последовательную аргументацию по конкретным пунктам и завершался словами: «<данные изъяты> Фраза «<данные изъяты>» не являлась самостоятельным утверждением о совершении истцом какого-либо противоправного деяния, присвоении имущества или денежных средств. Речь шла о критической оценке, насколько обоснованно результаты деятельности других лиц и организаций могут представляться как личные заслуги депутата Елистратова О.В. Из экспертного исследования, представленного истцом также следует, что речь идет о приписывании себе либо о выдаче чужих заслуг за свои, а не как утверждение о присвоении чужого имущества. Вместе с этим, из представленного заключения не представляется возможным установить, какие именно материалы были представлены эксперту на исследование. Лингвистическая квалификация спорного высказывания в форме утверждения о факте сама по себе не является доказательством его ложности. Исследование не содержит выводов о порочащем характере высказывания. Елистратов О.В. является депутатом Думы Новоуральского городского округа, следовательно, является политическим деятелем, согласившимся стать объектом общественной политической дискуссии и критики. Заявленные требования Елистратова О.В. направлены на ограничение возможности граждан публично резко спорить о результативности депутата и о том, какие достижения действительно являются его личными заслугами. Ответчик также указал, что оценка деятельности депутата, выраженная в оспариваемой фразе, не является произвольной и безосновательной, поскольку в ходе указанной дискуссии в качестве заслуги Елистратова О.В. была указана установка бесплатных камер видеонаблюдения, между тем проект «Безопасный двор» реализуется непосредственно компанией «Convex», которая определяет наличие технической возможности подключения, рассматривает заявку и назначает дату монтажа камер. В этой же дискуссии оппонент ответчика указала на то, что 70 % финансирования проекта «Радиус доверия» предоставляет АО «ТВЭЛ». Положение о порядке формирования Народной программы городских изменений в рамках проекта стимулирования самоорганизации граждан «Радиус доверия» устанавливает, что проекты проходят определенную процедуру подачи, общественного обсуждения, отбора и голосования, а их реализация осуществляется с привлечением предусмотренного программой софинансирования, что свидетельствует о том, что соответствующие проекты являются результатом совместной деятельности инициативных жителей, сообществ, организаторов программы, финансирующих организаций и иных участников. Фраза «<данные изъяты>» высказана в ответ на попытку представить результаты такой коллективной программы как персональную заслугу депутата. Фраза «<данные изъяты>» также имела фактическую основу, поскольку оппонент в переписке разграничивала в этом направлении работы и знания Грачёва и деятельность Елистратова О.В. по публичному продвижению соответствующего вопроса. Фраза «<данные изъяты>» — это резкая оценка того, что ответчик считает приписыванием депутату результатов деятельности других лиц и организаций, что не превышает более широкие по сравнению с пределами критики частных лиц. Ответчик дополнительно указывает на то, что истец не просит признать распространенные сведения порочащими, что противоречит положениям закона, регламентирующим порядок опровержения таких сведений. Требование о взыскании компенсации морального вреда не является обоснованным, не конкретизировано, истцом не приведены конкретные негативные последствия распространения информации, размер испрашиваемой компенсации не является соразмерным предполагаемому нарушению права истца. Ответчиком предпринимались попытки урегулировать спор мирным путем, однако возможность разрешения спора таким путем изначально истцом была поставлена в зависимость от невыполнимого условия. При этом в качестве возможного урегулирования спора ответчиком предлагалось истцу выступить публично в программе ответчика, ответчик также был готов удалить распространенную информацию.
Заслушав пояснения ответчика, изучив и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (часть 1). Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения (часть 2).
Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (часть 1). Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (часть 2). Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты (часть 3).
В соответствии со статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова. Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом. Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается.
На основании пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии со статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.
Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются факт распространения ответчиком сведений об истце, несоответствие их действительности и порочащий характер этих сведений.
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.
Под порочащими сведениями понимаются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности вовремя, к которому относятся оспариваемые сведения.
Судом установлено и из материалов дела следует, что поводом к обращению истца в суд с заявленными, с учетом их последующего изменения, требованиями явилась публикация ответчиком Агаповым М.В. комментария «<данные изъяты>» на странице «[ТН] Типичный Новоуральск» в социальной сети «ВКонтакте» информационно-телекоммуникационной сети Интернет.
Как следует из Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 года, факт распространения не соответствующих действительности, порочащих честь и достоинство сведений может быть подтвержден любыми доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 15 июня 2010 года № 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» (пункт 7) указал на то, что федеральными законами не предусмотрено каких-либо ограничений в способах доказывания факта распространения сведений через телекоммуникационные сети (в том числе, через сайты в сети «Интернет»), поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.
Разрешая исковые требования о защите чести, достоинства и деловой репутации, суд признает доказанным истцом факт распространения ответчиком оспариваемых выражений. Факт распространения данной информации лично ответчиком не оспаривался. При этом, как следует из пояснений ответчика, такая информация в виде комментария размещена на странице «[ТН] Типичный Новоуральск» в социальной сети «ВКонтакте» информационно-телекоммуникационной сети Интернет под репостом публикации, изначально размещенной ответчиком Агаповым М.В. на его личной странице «М. Агапов» в социальной сети «ВКонтакте» информационно-телекоммуникационной сети Интернет.
Ответчик также в судебном заседании не оспаривал, что указанная информация размещена ДД.ММ.ГГГГ и в настоящее время не удалена.
Судом также установлено, следует из представленных скриншотов страниц «[ТН] Типичный Новоуральск», «М. Агапов» в социальной сети «ВКонтакте», «Лаборатория Агапова» в Telegram, что владельцем (администратором) указанных страниц и канала является ответчик Агапов М.В. Все страницы и канал, что следует из скриншотов и пояснений ответчика, на момент публикации вышеуказанного комментария имели доступ неопределённого круга лиц к размещаемой информации. Канал «Лаборатория Агапова» в Telegram в настоящее время имеет ограниченный доступ.
Таким образом, с учетом пояснений ответчика, представленных ответчиком доказательств (скриншоты), согласующихся с скриншотами, представленными истцом (имеются указания на страницу «М. Агапов», на репост со страницы, а также такие скриншоты не противоречат друг другу по содержанию), не опровергнутых истцом, суд приходит к выводу о доказанности факта размещения оспариваемого истцом комментария ответчика именно на странице «[ТН] Типичный Новоуральск» в социальной сети «ВКонтакте» информационно-телекоммуникационной сети Интернет ДД.ММ.ГГГГ, что, несмотря на неверное наименование страницы истцом в исковом заявлении и в заявлениях об уточнении требований («Типичный Новоуральск. Пост со стены»), а также вопреки доводам ответчика, также подтверждается информацией ООО «ВК», представленной по запросу суда (л.д. 135), позволяет суду достоверно определить место (№), дату и время (ДД.ММ.ГГГГ в 13:21:58 (GMT +3)) публикации информации.
Из пояснений ответчика относительно обстоятельств размещения оспариваемого истцом комментария следует, что поводом к возникновению дискуссии, в ходе который был дан оспариваемый истцом комментарий, послужил опубликованный отчет депутата Елистратова О.В. о его деятельности.
Елистратов О.В. избран депутатом Думы Новоуральского городского округа по избирательному округу № на выборах депутатов Думы Новоуральского городского округа восьмого созыва, состоявшихся ДД.ММ.ГГГГ, сроком на пять лет, по настоящее время исполняет обязанности депутата Думы Новоуральского городского округа на непостоянной основе, что следует из представленной информации Думы Новоуральского городского округа, решения Новоуральской городской территориальной избирательной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ, списка избранных депутатов Думы Новоуральского городского округа (приложение к решению) (л.д. 31, 33-36).
ДД.ММ.ГГГГ в газете «Нейва» (выпуск № (3450)) опубликован отчет депутата по избирательному округу № О. Елистратова (л.д. 147): «Дорогу осилит идущий».
Истцом не оспаривался факт публикации в указанном средстве массовой информации его отчета о депутатской деятельности.
Указанный отчет содержит сведения о различных направлениях деятельности депутата под заголовками: «правила изменились», «асфальт, дорожки, сетка и земля», «в память о ветеране», «вновь новый», «есть над чем работать».
Ответчиком на вышеуказанном канале «Лаборатория Агапова» в Telegram, что следует из пояснений ответчика, представленных скриншотов страницы, опубликован пост под названием: «Явка с повинной: самодиагноз депутата», который сопровожден публикацией изображения Елистратова О.В. и надписью на изображении: «<данные изъяты>». Указанный пост содержит ссылку на публикацию отчета депутата Елистратова в газете «Нейва» от ДД.ММ.ГГГГ. Под постом также имеются сведения о его просмотре (502), изменении содержания текста (в 10:15), о наличии одного комментария и 12 различных реакций.
ДД.ММ.ГГГГ на личной странице «М. Агапов» в социальной сети «ВКонтакте», что следует из представленных скриншотов страницы истцом и ответчиком, опубликован пост под названием: «Депутат расписался в бессилии?», который также сопровожден публикацией изображения Елистратова О.В. и надписью на изображении: «<данные изъяты>». Указанный пост также содержит указание на отчет О. Елистратова в газете «Нейва» и на возможность ознакомиться с полным разбором документа в телеграмм канале Лаборатория по ссылке, приведенной в первом комментарии к посту. Под постом имеются сведения о 52 различных реакциях.
В этот же день, что следует из представленных скриншотов страниц социальной сети «ВКонтакте» в части публикации комментариев под постом, ответчик Агапов М.В., являющийся владельцем (руководителем) страницы «[ТН] Типичный Новоуральск» совершил репост указанной выше публикации со своей личной страницы на страницу «[ТН] Типичный Новоуральск», что также отражено на соответствующем скриншоте с публикацией в виде стрелочки, указывающей на страницу «М. Агапов». Поскольку данная публикация является репостом с другой страницы, она совпадает с ней по содержанию (текст, изображение, надпись на изображении). Пост (репост) также содержит сведения об оценках (22).
Под указанным постом (репост) пользователь социальной сети (Татьяна Галкина) оставила комментарий, под которым, с участием других пользователей, а также ответчика Агапова М.В., образовалась дискуссия. Истец Елистратов О.В. в данной дискуссии участие не принимал, что подтверждается представленными скриншотами страниц, а также пояснениями ответчика, данными в судебном заседании.
Как верно указано ответчиком в судебном заседании, оценка оспариваемому истцом высказыванию ответчика не может быть отделена от контекста указанной дискуссии. Так, в ходе дискуссии пользователи (<данные изъяты> Галкина, <данные изъяты> Минина) высказали свое мнение относительно деятельности депутата Елистратова О.В., в ответ на мнение указанных лиц ответчик высказал утверждение о том, что все перечисленные вышеуказанными пользователями социальной сети заслуги не являются заслугами Елистратова О.В., который чужие заслуги «<данные изъяты>», «<данные изъяты>». Под чужими заслугами, как видно из комментария Агапова М.В., последний понимал следующее: <данные изъяты> Подводя итог, в этом же комментарии ответчик указал: «Итог: <данные изъяты>
Судом также установлено из последующих комментариев, что пользователь социальной сети и участник дискуссии <данные изъяты> Минина приняла решение со своей стороны закончить обсуждение по причине наличия в дискуссии нецензурных выражений, на что ответчик высказал сомнение в наличии в дискуссии таких выражений, указал на отсутствие у оппонента аргументов против его высказывания, завершив свое высказывание фразой: «<данные изъяты>».
Далее ответчик указывает следующее: «<данные изъяты>».
Как указано в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации истец обязан доказать факт распространения сведений об истце лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (абзац 1).
Согласно части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Исходя из изложенного выше, на истце лежит обязанность доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, на ответчике - соответствие действительности распространенных сведений.
Как указано ранее, факт распространения ответчиком сведений об истце установлен в судебном заседании, споров в данной части между истцом и ответчиком не имеется.
В подтверждение порочащего характера распространенных сведений истцом представлен акт экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненный экспертом ФБУ Уральский РЦСЭ Министерства юстиции Российской Федерации Братиной А.С., согласно которому в высказывании «<данные изъяты>» содержится негативная информация о том, что О.В. Елистратов выдает чужие заслуги за свои, выраженная в форме утверждения о факте. Из указанного акта также следует, что на исследование представлены: исковое заявление на 3 л., скриншоты на 15 л., статья под названием «<данные изъяты>» на 1 л. Из описательной части исследования, применительно к оспариваемой истцом фразе ответчика, следует, что высказывание «<данные изъяты>» является частью комментария, размещенного ДД.ММ.ГГГГ в 20:16 в сообществе «[ТН] Типичный Новоуральск», начинающегося со слов: <данные изъяты>». Эксперт также проанализировал место размещения информации об истце, согласно данному анализу таким местом является социальная сеть «ВКонтакте» в сообществе «[ТН] Типичный Новоуральск», то есть в публичном информационном пространстве и является элементом массовой коммуникации, предполагающей распространение информации и передачу сообщений с помощью технических средств на численно большую территорию. Автором информации является пользователь социальной сети М. Агапов. Адресатом высказываний выступает неопределенно широкий круг лиц, имеющий доступ к просмотру данных материалов. Целевым адресатом выступает депутат по избирательному округу № О.В. Елистратов. Также непосредственным адресатом высказываний М. Агапова являлась Н. Минина. В отношении оспариваемого высказывания ответчика эксперт в исследовательской части акта экспертного исследования указала, что в высказывании «<данные изъяты>» о Елистратове О.В. содержится информация о том, что он выдает чужие заслуги за свои, такая информация является негативной, поскольку сообщается о предосудительности действий указанного лица с морально-этической точки зрения. Данная информация обладает признаками формы утверждения о факте.
Представленный акт экспертного исследования расценивается судом как заключение специалиста, выполненное должностным лицом государственного экспертного учреждения, имеющим высшее филологическое образование. Сведения об образовании и квалификации специалиста представлены в самом акте экспертного исследования, не опровергнуты материалами гражданского дела,сомнений у суда не вызывают.
Несмотря на высказанные ответчиком сомнения в достоверности представленного стороной истца исследования специалиста в области специальных лингвистических познаний, ходатайство о назначении и проведении по делу судебной лингвистической экспертизы ответчиком не заявлено, иное заключение специалиста либо рецензия на представленный акт экспертного исследования не представлены. При этом в ходе судебных заседаний по делу ответчику такое право разъяснено судом неоднократно.
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 6 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 3, порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
При этом вопреки возражениям ответчика, вопрос о том, являются ли сведения порочащими честь и достоинство, не относится к компетенции эксперта или специалиста, а должен разрешаться самим судом.
В соответствии с абзацем четвертым постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» предусмотренное статьями 23 и 46 Конституции Российской Федерации право каждого на защиту своей чести и доброго имени, а также установленное статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространенных не соответствующих действительности порочащих сведений является необходимым ограничением свободы слова и массовой информации для случаев злоупотребления этими правами.
При этом в пункте 1 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой.
В этой связи, в абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 разъяснено, что, судам следует иметь в виду, что политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в СМИ. Государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в СМИ в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий.
В Обзоре практики рассмотрения судами Российской Федерации дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 года, отмечается, что особую сложность вызывает рассмотрение дел о защите чести, достоинства и деловой репутации лиц, осуществляющих публичные функции. Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (статьи 23 и 24). При этом профессиональная сфера деятельности предполагает наличие определенных ограничений в осуществлении конституционных прав и свобод, что обусловлено исполнением особых публично-правовых обязанностей (пункт 8).
Таким образом, пределы допустимой критики в отношении должностного лица шире, чем в отношении частного лица.
Между тем в силу положений статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежащий применению к «публичным фигурам» принцип «более высокой степени терпимости» не свидетельствует о том, что политическая дискуссия и критика, вызывающая общественный интерес, не может быть оценена и лежит вне правового поля, поскольку высказывания, сделанные, в том числе, в ходе общественно-политической дискуссии, не должны содержать утверждения, несоответствующие действительности, и они могут быть опровергнуты по заявлению заинтересованной стороны.
В соответствии со статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (абзац 3 пункта 9 постановления Пленума о защите чести и достоинства).
Оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе акт экспертного исследования эксперта ФБУ Уральский РЦСЭ Министерства юстиции Российской Федерации Братиной А.С., скриншоты страниц публичной дискуссии под репостом публикации в сети Интернет, содержащих сведения различного характера о деятельности О.В. Елистратова, суд приходит к выводу о том, что спорное высказывание, являющееся фрагментом комментария, высказанного в рамках дискуссии, с учетом контекста такой дискуссии, представляет собой утверждение о факте, носит негативный характер, следовательно, такие сведения являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку могут быть проверены на соответствие действительности, и в случае их недостоверности утверждения о совершении действий выходят за допустимые пределы политической дискуссии и критики.
Вопреки возражениям ответчика текст отчета депутата О.В. Елистратова, опубликованный в газете «Нейва» ДД.ММ.ГГГГ под названием «Дорогу осилит идущий», представленный в полном объеме в материалы гражданского дела, и, как указано ответчиком, являющийся исходным материалом для публичных обсуждений, не содержит утверждений О.В. Елистратова, высказанных от своего имени и ставящих непосредственно себе в заслуги высказанные ответчиком действия по установке «бесплатных камер», по «получению грантов по программе «Радиус доверия»», по «техническому аудиту 700 домов». Наоборот, во фрагменте отчета депутата О.В. Елистратова под заголовком «вновь новый», на что ссылался ответчик в судебном заседании, указано следующее: «Наверно, самым значимым событием этого года можно назвать благоустройство территории ТЦ «Автозаводский», который в народе называют «новый торговый центр». Территория не благоустраивалась с советских времен и была очень сильно запущена. Не раз как депутат поднимал этот вопрос. И прошлой осенью во время выездной городской комиссии по вопросу ремонта ступенек около центра мы с Н. Ивашкиной предложили собственникам помещений ТЦ заявиться на конкурс ТВЭЛ «Радиус доверия». Надо отдать должное предпринимателям: они не только дружно заявились со своим проектом, но и выиграли конкурс. В результате ТВЭЛ выделил максимальную сумму – 7 млн. рублей, предприниматели добавили еще 5,5 млн. Работы по проекту очень качественно выполнены компанией «Ремстройсервис», но благоустройство территории будет еще продолжено. Так, предприниматели обратились в администрацию с просьбой установить камеру системы «Безопасный город» и знак «Пешеходная зона», запрещающий въезд автомобилей на территорию. А в следующем году планируют облагородить бетонные столбы на задней части ТЦ. Со своей стороны, по совету жительницы <адрес>, в администрацию я направил предложение об установке между территорией ТЦ и автозаводским проездом нескольких навесов для уличной торговли садоводов. Больно смотреть, как бабушки приспосабливают ящики и другой подручный инвентарь. Администрация поддержала предложение и включила его в план.». Во фрагменте статьи с отчетом депутата с заголовком «есть над чем работать» Елистратовым О.В. указано следующее: «В ДД.ММ.ГГГГ жители <адрес> заявились на конкурс «Радиус доверия» с проектом по благоустройству придомовой территории (обустройство пешеходного тротуара, расширение проезжей части). Проект для этого дома, как и для двух близстоящих, был разработан в ДД.ММ.ГГГГ-м году на «депутатские» средства. Если выиграем конкурс, то на реализацию проекта 70 % выделит ТВЭЛ, 15 % соберут жители путем увеличения на 10 месяцев платы за СЭЖ, и 15 % будут выделены из «депутатского» ресурса 2026 года (это около 700 тысяч рублей). Другого пути решения этих наболевших проблем пока нет. А аналогичные острые ситуации в округе есть еще у трех домов – <адрес>, №№ и №. Но, как говорится, дорогу осилит идущий, поэтому буду системно и настойчиво работать дальше.».
Изложенные фрагменты, на которые ответчик указал в судебном заседании, как и остальной текст отчета, опубликованного в статье в газете «Нейва», содержат высказывания О.В. Елистратова о проделанной работе как жителей домов избирательного округа, предпринимателей и собственников помещений ТЦ, подрядчиков, о его проделанной работе совместно с иными лицами, в том числе об оказании содействия органа местного самоуправления в поддержании инициатив. При этом текст отчета не содержит высказываний, свидетельствующих о том, что «бесплатные камеры» установил О.В. Елистратов либо о том, что такие камеры были установлены исключительно в результате его деятельности. В отношении программы «Радиус доверия» О.В. Елистратов указал на то, что участие в такой программе приняли сами жители домов и предприниматели. При этом применительно к себе депутатом указано лишь на выражение совместно с Н. Ивашкиной (не только от себя) предложения, адресованного жителям многоквартирного дома, принять участие в программе, что не свидетельствует о высказывании депутатом утверждений о получении грантов в рамках названной программы в результате его действий. Судом также не установлено высказываний О.В. Елистратова в своем отчете относительно проведения «технического аудита 700 домов».
Суд также отмечает, вопреки возражениям ответчика, что приведенные ответчиком утверждения в комментарии, не в полной мере соотносятся с текстом отчета истца, опубликованным в газете «Нейва», являются высказываниями, сформулированными в ответ на мнение иных пользователей социальной сети «ВКонтакте», являющихся участниками обсуждения в комментариях, вместе с этим ответчиком все же высказано утверждение о факте именно в адрес истца, который, как установлено ранее, участником такой дискуссии не являлся и, соответственно, в дискуссии не приводил утверждения о своих заслугах.
Изложенное в совокупности позволяет суду прийти к выводу о том, что ответчиком не представлено в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации допустимых доказательств достоверности высказанного утверждения о факте, при этом довод ответчика о том, что представленный акт экспертного исследования не подтверждает ложность такого утверждения о факте судом признается несостоятельным ввиду установленного законом бремени доказывания по данной категории дел. В совокупности, спорная фраза, содержащая несоответствующие действительности сведения, негативно характеризует истца как лицо, представляющее интересы своего избирательного округа, действующее предосудительно с морально-этической точки зрения, недобросовестно исполняющее свои полномочия, и направлена на умаление его чести и деловой репутации.
Доводы ответчика относительно достоверности изложенных в комментарии сведений об истце, их оценочном характере противоречат установленным фактическим обстоятельствам. Поскольку судом установлено распространение ответчиком сведений о факте совершения истцом неэтичных действий, которые порочат его честь, достоинство, деловую репутацию и не соответствуют действительности, то есть могут быть опровергнуты по заявлению заинтересованной стороны, суд приходит к выводу о том, что доводы истца нашли свое подтверждение при разрешении настоящего гражданского дела.
На основании пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (абзац первый).
Как предусмотрено пунктом 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет». Аналогичное разъяснение о порядке применения нормы содержится в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3.
Порядок опровержения сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, в иных случаях, кроме указанных в пунктах 2 - 5 статьи 152, устанавливается судом (пункт 6 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, представленными в дело доказательствами в их совокупности, подтверждается, что страница сообщества «[ТН] Типичный Новоуральск» в социальной сети «ВКонтакте» принадлежит ответчику, данный пользователь фактически использует ее для размещения информации. При таких обстоятельствах, учитывая, что владельцем сообщества является ответчик, то именно на него возложена обязанность по обеспечению публикации информации, соответствующей действительности, не противоречащей законодательству, не нарушающей права и законные интересы иных лиц, а также несение ответственности за неисполнение данной обязанности.
Поскольку ответчиком не представлено доказательств соответствия действительности указанных сведений, то суд полагает, что требования истца об опровержении порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. При этом, вопреки доводам ответчика, в указанной части решение суда является исполнимым, поскольку на ответчика надлежит возложить обязанность обеспечить опровержение путем публикации резолютивной части решения суда на странице принадлежащего ему сообщества «[ТН] Типичный Новоуральск», а не в комментариях, то есть таким способом, который действительно обеспечивает доведение опровержения до пользователей сети «Интернет» в социальной сети «ВКонтакте».
В соответствии с подпунктом 2 пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в части 2 статьи 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно с части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Поскольку факт опубликования ответчиком в сети Интернет порочащих честь и достоинство истца высказываний нашел свое объективное подтверждение в ходе судебного разбирательства, что само по себе причинило истцу нравственные страдания, постольку истец в силу приведенных правовых норм и разъяснений по их применению имеет право на компенсацию морального вреда.
Учитывая характер размещенной в сети «Интернет» информации, наличие вины ответчика, профессиональную сферу деятельности истца, суд полагает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей 00 копеек, что соответствует и не противоречит требованиям разумности и справедливости, учитывая заявленную истцом к взысканию сумму компенсации морального вреда, а также приведенные доводы в обоснование заявленного требования и отсутствие доказательств явного претерпевания нравственных страданий на иную, в том числе заявленную к взысканию, сумму компенсации морального вреда.
Относительно требования истца о возложении на ответчика обязанности принести истцу публичные извинения суд отмечает, что согласно части 3 статьи 29 Конституции Российской Федерации никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. Извинение как способ судебной защиты чести, достоинства и деловой репутации статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации и другими нормами законодательства не предусмотрено, поэтому суд не вправе обязывать ответчика по данной категории дел принести истцу извинения в той или иной форме.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований.
Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем в пользу истца с ответчика в счет возмещения расходов на уплату государственной пошлины подлежит взысканию расходы в сумме 3 000 рублей 00 копеек, подтвержденные чеком по операции от 20 января 2026 года (л.д.5), при этом положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению на основании положений пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»
На основании изложенного, руководствуясь статьями 56, 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Елистратова О. В. к Агапову М. В. о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Признать несоответствующими действительности, порочащими честь и достоинство Елистратова О. В. сведения, размещенные ДД.ММ.ГГГГ Агаповым М. В. в комментариях к посту на странице сообщества «[ТН] Типичный Новоуральск» в социальной сети «ВКонтакте» в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по адресу: https://№ (репост публикации с названием «Депутат расписался в бессилии?» с личной страницы «М. Агапов») во фрагменте комментария: <данные изъяты>
Обязать Агапова М. В. опровергнуть несоответствующие действительности, порочащие честь и достоинство Елистратова О. В. сведения, размещенные ДД.ММ.ГГГГ Агаповым М. В. в комментариях к посту на странице сообщества «[ТН] Типичный Новоуральск» в социальной сети «ВКонтакте» в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по адресу: https://<данные изъяты> (репост публикации с названием «Депутат расписался в бессилии?» с личной страницы «М. Агапов») во фрагменте комментария: «<данные изъяты> в срок не позднее трех дней с момента вступления решения суда в законную силу путем публикации на странице сообщества «[ТН] Типичный Новоуральск» в социальной сети «ВКонтакте» в информационно-телекоммуникационной сети Интернет резолютивной части решения суда, исключив данные о серии и номерах паспортов сторон.
Взыскать с Агапова М. В. (паспорт серии №) в пользу Елистратова О. В. (паспорт серии № №) компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей 00 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей 00 копеек.
В удовлетворении иска Елистратова О. В. в остальной части отказать.
Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Новоуральский городской суд Свердловской области в течение одного месяца с даты составления мотивированного решения.
Судья Ю.В. Шестакова