Дело №
ЗАОЧНОЕ Р Е Ш Е Н И Е
Именем Российской Федерации
Шадринский районный суд Курганской области в составе:
председательствующего судьи Журавлевой Н.Ю., при секретаре Быковой Т.А., с участием представителя истца Галущинского Н.М., действующего на основании доверенности от 11.02.2026, рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Шадринске Курганской области
10 июня 2026 года гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Автотранс» к Мирзоахмедову Ш.С. о взыскании материального ущерба, установил:
общество с ограниченной ответственностью «Автотранс» (далее – ООО «Автотранс») обратилось в суд с иском к Мирзоахмедову Ш.С. о взыскании материального ущерба. В обоснование исковых требований указано, что 12.01.2025 между ООО «Автотранс» и Мирзоахмедовым Ш.С. был заключен трудовой договор путем фактического допуска к выполнению трудовых обязанностей без оформления письменного документа, по условиям которого ответчик был принят в организацию на должность водителя на неопределенный срок. Ответчику для выполнения трудовых обязанностей было предоставлено транспортное средство – автобус ПАЗ 52053, госномер №, принадлежащее истцу на праве собственности. На основании договора аренды автомобиля с экипажем от 09.01.2025 указанный автобус был передан в аренду ИП Сухановой Е.В., которая осуществляла выпуск автобуса на маршруты, допускала водителей к его управлению путем выдачи путевых листов, в том числе и ответчика, который состоял в трудовых отношениях с ООО «Автотранс». 03.04.2025 в 13 час 55 мин. ответчик в период исполнения своих трудовых обязанностей при управлении автобусом на 10 километре автодороги Шадринск-Мингали- Новые Пески, в нарушении требований ПДД выехал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем Мицубиси Фусо Файтер принадлежащим Г.О.А.., в результате чего автомобиль Г.О.А. получил механические повреждения. Виновным в совершении данного ДТП был признан Мирзоахмедов Ш.С. Владелец поврежденного в ДТП автомобиля Мицубиси Фусо Файтер обращался в суд с иском к ООО «Автотранс» о взыскании материального ущерба, в ходе рассмотрения дела между ними было заключено мировое соглашение, в соответствии с которым ООО «Автотранс» обязалось выплатить в срок до 02.12.2025 в счет возмещение вреда 970 000 руб. Условия мирового соглашения ООО «Автотранс» выполнило в полном объеме, таким образом, к нему перешло право регрессного требования взыскания материального ущерба, причиненного по вине работника Мирзоахмедова Ш.С. Просит взыскать с Мирзоахмедова Ш.С. в свою пользу материальный ущерб, причиненный работником при исполнении трудовых обязанностей, в размере 970 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 24400 руб., расходы на представителя в сумме 25000 руб.
В ходе рассмотрения дела судом в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, относительно предмета спора были привлечены ИП Суханова Е.В. и ИП Чернятьев Н.А.
В судебном заседании представитель истца Галущинский Н.М. на требованиях настаивал по основаниям искового заявления. Пояснил, что ответчик на момент ДТП состоял в трудовых отношениях с истцом, управлял транспортным средством, принадлежащим истцу, был признан виновным в совершении указанного ДТП, поэтому с него подлежит взысканию в порядке регресса выплаченная обществом сумма. Работодателем проверка для установления размера ущерба и причины его возникновения не проводилась, объяснения у ответчика не отбирались, акт об отказе от дачи объяснений не составлялся. Добровольно ответчиком ущерб не возмещен.
Ответчик Мирзоахмедов Ш.С. в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом по месту регистрации, об отложении дела не просил, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, возражений по существу исковых требований не заявил.
Третьи лица ИП Суханова Е.В. и ИП Чернятьев Н.А. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались, просили о рассмотрении дела в их отсутствие.
При таких обстоятельствах дело рассмотрено в порядке заочного производства.
Заслушав пояснения представителя истца, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии с частью 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
Судом установлено и следует из материалов дела, что ООО «Автотранс» зарегистрировано в качестве юридического лица с 10.11.2006, осуществляет деятельность по перевозкам пассажиров в городском и пригородном сообщении (выписка из ЕГРЮЛ л.д....).
Директором ООО «Автотранс» является Г.В.Ф., учредителями - Чернятьев Н.А. и Суханова Е.В.
03.04.2025 в 13 час 55 мин. на автодороге Шадринск-Мингали- Новые Пески 10 км, Мирзоахмедов Ш.С., управляя транспортным средством ПАЗ 32053, госномер №, принадлежащем ООО «Автотранс», выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем Мицубиси Фусо Файтер, госномер №, под управлением Г.О.А.., в результате чего транспортные средства получили механические повреждения (копия административного материала л.д....).
Постановлением по делу об административном правонарушении от 03.04.2025 Мирзоахмедов Ш.С. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за невыполнение требований пункта 9.1 Правил дорожного движения, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа (л.д.....).
Согласно экспертному заключению от 28.05.2025 №, составленному ИП А.П.Н., представленному истцом, стоимость ущерба от повреждения автомобиля Mitsubishi Fuso Fiqhter, г.н. №, принадлежащего Г.О.А.., составляет 1 748 000 руб. (л.д....).
Транспортное средство – автобус ПАЗ 32053, госномер №, на праве собственности принадлежит ООО «Автотранс» (копия ПТС л.д...., копия свидетельства о регистрации ТС л.д....).
Данный автобус на момент ДТП находился во владении и пользовании ИП Сухановой Е.В. на основании договора аренды с экипажем от 09.01.2025, заключенного ИП Сухановой Е.В. с арендодателем ООО «Автотранс» на период с 09.01.2025 по 09.07.2025 (копия договора аренды л.д...., копии путевых листов л.д....).
Указанный автобус на основании Акта о списании от 21.04.2025 списан и продан на металлом (л.д....).
Определением Шадринского районного суда Курганской области от 09.10.2025 между истцом Г.О.А.. и ответчиком ООО «Автотранс» утверждено мировое соглашение, в соответствии с которым истец снизил размер ущерба до 970 000 руб. Ответчик выплачивает истцу сумму ущерба, причиненного в результате ДТП в размере 970 000 руб. в следующем порядке: 9 октября 2025 года – денежные средства в размере 300 000 руб., до 2 ноября 2025 года – денежные средства в размере 300 000 руб., до 2 декабря 2025 года - денежные средства в размере 370 000 руб. (л.д....).
Платежными поручениями № от 09.10.2025, № от 31.10.2025, № от 27.11.2025, № от 30.11.2025 ООО «Автотранс» на счет Г.О.А.. перечислены денежные средства в сумме 970 000 руб. (л.д....).
Обращаясь в суд с указанными требованиями, ООО «Автотранс» ссылалось на то, что дорожно-транспортное происшествие, повлекшее возмещение материального ущерба третьему лицу, произошло в результате действий Мирзоахмедова Ш.С., который на момент дорожно-транспортного происшествия являлся работником ООО «Автотранс», в связи с чем обязан возместить понесенные работодателем убытки.
Как следует из пояснений представителя истца, Мирзоахмедов Ш.С. с 12.01.2025 состоял в трудовых отношениях с ООО «Автотранс», был принят на должность водителя автобуса. Данные обстоятельства подтверждаются штатным расписанием, выпиской из табеля учета рабочего времени, платежными ведомостями о выплате заработной платы за январь 2025 года, февраль 2025 года, март 2025 года и апрель 2025 года, справкой ООО «Автотранс» о среднемесячном доходе ответчика, копиями путевых листов, копией журнала инструктажа водителей автотранспортных средств по безопасности дорожного движения (л.д. ...).
Согласно справке ООО «Автотранс» договор о материальной ответственности с Мирзоахмедовым Ш.С. не заключался (л.д....).
Согласно путевому листу № от 03.04.2025 рабочая смена Мирзоахмедова Ш.С. 03.04.2025 началась в 6 час. 00 мин., дорожно-транспортного происшествие произошло в 13 час. 55 мин. (копия путевого листа л.д.№, копия журнала предрейсового медицинского осмотра л.д....).
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с частью 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Статьей 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.
Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.
Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).
Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений, не является владельцем источника повышенной опасности.
Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о фактическом наличии между сторонами трудовых правоотношений, характеризующихся исполнением ответчиком трудовых обязанностей в должности водителя по управлению принадлежащим истцу транспортным средством, так как он был допущен к выполнению названной работы, выполнял работу за плату и в интересах истца, под контролем и управлением работодателя ООО «Автотранс».
Статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
Согласно ч.1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч.3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч.2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.
Из системного анализа норм трудового права, следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения.
Таким образом, по смыслу ст. ст. 15, 16, 56 ч.2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.
Из материалов дела следует, что в момент дорожно-транспортного происшествия Мирзоахмедов Ш.С. управлял транспортным средством, владельцем которого являлся ООО «Автотранс».
Из путевого листа от 03.04.2025 усматривается, что Мирзоахмедов Ш.С. осуществлял перевозку граждан на основании договора аренды автомобиля с экипажем, заключенного между ООО «Автотранс» и ИП Сухановой Е.В.
При таких обстоятельствах, несмотря на отсутствие письменного трудового договора, характер взаимоотношений между сторонами свидетельствует о том, что управление транспортным средством в момент ДТП Мирзоахмедовым Ш.С. осуществлялось в связи с трудовыми отношениями с ООО «Автотранс», что не оспаривалось истцом в ходе рассмотрения дела.
Согласно части 1 статьи 322 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.
Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.
Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).
За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами ( статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации).
Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.
Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.
Так, в соответствии с пунктами 2-6 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу, умышленного причинения ущерба, причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда, причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 52 от 16 ноября 2006 года "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", именно на работодателя возлагается обязанность доказать наличие обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба, а именно: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вины работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие ущерба, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.
Согласно ч.1 ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами.
Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной данным кодексом или иными федеральными законами (ч.3 ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью четвертой ст. 248 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.
Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинно-следственная связь между противоправным действием (бездействием) работника и имущественным ущербом у работодателя, вина работника в совершении противоправного действия (бездействия).
Бремя доказывания наличия совокупности названных выше обстоятельств, дающих основания для привлечения работника к материальной ответственности, законом возложено на работодателя.
Кроме того, требуется соблюдение процедуры привлечения работника к материальной ответственности.
В силу ч.1 ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.
Согласно ч.2 ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.
Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Кодексом (часть 3 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).
Следовательно, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.
При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.
Вопреки требованиям статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что до принятия решения о возмещении ущерба работодателем была проведена проверка для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.
Доказательств соблюдения истцом процедуры привлечения работника к материальной ответственности в материалы дела не представлено, какая-либо проверка по обстоятельствам причинения ущерба работодателю истцом не проводилась, письменные объяснения от ответчика не истребовались, что не позволяет привлечь Мирзоахмедова Ш.С. (работника) к материальной ответственности и взыскать с него ущерб в порядке регресса.
Тот факт, что истцом представлены доказательства наличия вины ответчика в ДТП, факт выплаты истцом денежных средств по мировому соглашению пострадавшему в ДТП, наличие причинно-следственной связи, не освобождает истца (работодателя) от обязанности, возложенной на него положениями ст. 247 указанного Кодекса.
Несоблюдение работодателем процедуры привлечения работника к материальной ответственности является самостоятельным основанием для отказа в иске.
Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца.
Поскольку исковые требования ООО «Автотранс» удовлетворению не подлежат, не подлежат удовлетворению и требования о возмещении судебных расходов.
Руководствуясь ст.ст. 194-198,199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решил:
в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Автотранс» к Мирзоахмедову Ш.С. о взыскании материального ущерба отказать.
Ответчик вправе подать в Шадринский районный суд заявление об отмене заочного решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии решения.
Решение может быть обжаловано сторонами в судебную коллегию по гражданским делам Курганского областного суда с подачей апелляционной жалобы через Шадринский районный суд в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения, а в случае, если таковое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.
Мотивированное решение изготовлено 16 июня 2026 года.
Судья Журавлева Н.Ю.