ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
16 апреля 2026 года г. Златоуст
Златоустовский городской суд Челябинской области в составе председательствующего Карандашовой А.В.
при секретаре Комиссаровой О.Б.
с участием государственного обвинителя Косикова И.В., потерпевшего Потерпевший №1, подсудимой Елизаровой А.С. и ее защитника Ивчатовой Е.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Златоустовского городского суда Челябинской области уголовное дело в отношении
Елизаровой Анастасии Сергеевны, <данные изъяты> ранее несудимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, установил:
04 февраля 2026 года в период с 16:00 до 16:31 Елизарова А.С. находилась совместно со своим мужем Потерпевший №1 по месту своего проживания по адресу: <адрес>, где между Елизаровой А.С. и Потерпевший №1 произошла ссора, возникшая на бытовой почве. В ходе ссоры Потерпевший №1 взял Елизарову А.С. рукой за шею сзади и прижал лицом к столешнице кухонного гарнитура в помещении кухни. Елизарова А.С. в связи с личными неприязненными отношениями к Потерпевший №1, возникшими в результате ссоры и в связи с его противоправным поведением по отношению к ней в тот же период времени в помещении кухни по тому же адресу, имея умысел на причинение Потерпевший №1 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, вывернулась из захвата Потерпевший №1, взяла со столешницы кухонного гарнитура нож хозяйственно-бытового назначения, и используя его в качестве оружия, направляя лезвием вперед, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, желая их наступления, умышленно с силой нанесла стоящему перед ней на расстоянии вытянутой руки Потерпевший №1 удар в область живота слева, причинив сильную физическую боль и рану мягких тканей левой боковой поверхности живота, проникающую в брюшную полость без повреждений внутренних органов, повлекшую тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни.
Подсудимая Елизарова А.С. в судебном заседании вину признала частично, полагая, что действовала в состоянии превышения пределов необходимой обороны. Показала о том, что 04 февраля 2026 года в 16 часов обедала с мужем на кухне. Между ней и мужем произошла ссора на бытовой почве. Она вышла из кухни, не хотела слышать рассуждения мужа, с которыми была не согласна. С маленьким ребенком она находилась в зальной комнате. Далее она услышала как муж на кухне бросил тарелку с супом в раковину. Муж прошел мимо нее через зальную комнату ко входу в кладовое помещение. Она зашла на кухню, увидела, что суп разлился по кухонному гарнитуру. Она вернулась в зальную комнату и стала высказывать мужу недовольства, стояла рядом с мужем. Муж на ее слова бросил ей в лицо штаны от пижамы. Она увернулась, но штаны задели ей лицо. Она не помнит, чтобы в этом время муж что-то говорил ей, но он молча пошел в ее сторону. Она видела, что муж злой, настроен агрессивно, поэтому оттолкнула его от себя, думала, что муж может ее ударить. Муж от ее толчка с места не сдвинулся, поскольку сильнее ее. Мужу не понравились ее действия, поэтому он схватил ее левой рукой сзади за шею и с силой повел в кухню. Она испугалась, просила отпустить ее. Муж стал угрожать ее и оскорблять, говорил, что убьет ее, побьет, не отпускал, прижимал лицо к кухонному гарнитуру. Прижатая, она рукой нащупала нож, который лежал между раковиной и плитой справой стороны, освободилась от захвата мужа, подняв левую руку, и одновременно наотмашь, не целясь, через левое плечо ударила мужа ножом в область живота. Она ударила для того, чтобы муж отошел от нее. Муж отпустил ее только тогда, когда она ударила его ножом. Она увидела кровь в области раны, стала звонить в скорую, из-за волнения не смогла ничего объяснить, передала телефон мужу, который просил приехать для оказания медицинской помощи. Она принесла извинения мужу, он их принял, ухаживала за мужем, когда он находился в больнице. В тот же день вечером она съездила в травмпункт, ей выставили диагноз миалгия, который явился результатом сильного удержания ее мужем за шею. В 2023 году и 2024 году муж применял к ней насилие, от которого у нее оставались синяки на лице и ноге, но в органы полиции либо в травмпункт она не обращалась.
В ходе расследования Елизарова А.С. в качестве подозреваемой ДД.ММ.ГГГГ показала о том, что муж прижимал ее лицом в сторону раковины, удерживал за шею, наклонял к полу. Она, повернувшись туловищем влево, подняла левую руку и освободилась от удержания. Находилась от мужа на расстоянии вытянутой руки. В момент освобождения, чтобы предотвратить насилие со стороны мужа, опасаясь за свою жизнь, она увидела нож, схватила его, не глядя на мужа, ударила им наотмашь по дуге через левое плечо, поворачиваясь туловищем вслед за ножом, нанесла удар ниже середины живота мужа (т. 1 л.д. 101-105).
На очной ставке с Потерпевший №1 подозреваемая Елизарова А.С. ДД.ММ.ГГГГ показала о том, что муж ей словесных угроз убийством не высказывал, но она воспринимала его действия как угрожающие, поскольку удержание ее за шею причиняло ей боль, на просьбы отпустить муж не реагировал. Она полагала, что муж может причинить ей «существенный физический вред». Ударила ножом, поскольку хотела защититься (т. 1 л.д. 78-83).
В ходе расследования в качестве обвиняемой Елизарова А.С. ДД.ММ.ГГГГ показала о том, что муж держал ее в согнутом к столешнице кухонного гарнитура состоянии, лицом в сторону раковины, наклонял, не давал обернуться, выражался нецензурной бранью, говорил о применении к ней физической расправы. Она сильно испугалась того, что муж ее изобьет. Она просила мужа освободить ее, говорила, что ей больно. Муж на просьбы не реагировал, сильнее сдавливал ее шею. Она стала искать что-нибудь на столешнице, чтобы защитить себя. Наткнулась на нож, который лежал рядом с раковиной. Она схватилась правой рукой за рукоятку ножа, не глядя в сторону мужа развернулась влево, подняла левую руку, освободилась от удержания, правой рукой нанесла удар в левую часть туловища мужа. Хотела, чтобы муж прекратил воздействовать на нее физически (т. 1 л.д. 116-121).
В ходе проверки показаний в качестве обвиняемой на месте от ДД.ММ.ГГГГ Елизарова А.С. указала на то, что для того, чтобы защититься взяла со столешницы кухонного гарнитура правой рукой нож за рукоять, вывернулась из захвата и нанесла удар ножом мужу в область левого бока (л.д. 160-168).
После оглашения показаний Елизарова А.С. указала на то, что в действительности во время того как муж с силой прижимал ее за шею к раковине, она увидела нож, взяла его в правую руку, затем смогла освободиться от захвата, подняв свою левую руку вверх и тем самым убрав со своей шеи руку мужа, одновременно с этим, поворачивалась корпусом тела к мужу, через левую сторону нанесла мужу удар. Считает, что от мужа исходила опасность для ее жизни и здоровья. Первые показания давала на эмоциях.
К занятой Елизаровой А.С. позиции о том, что она действовала при превышении пределов необходимой обороны суд относится критически, поскольку она опровергается совокупностью представленных доказательств.
Потерпевший Потерпевший №1 в судебном заседании показал о том, что 04 февраля 2026 года около 16 часов обедал с женой на кухне. Между ним и женой произошел словесный конфликт на бытовой почве. Жена встала и вышла из кухни. Он бросил тарелку с супом в раковину, прошел через зальную комнату к кладовой, стал переодеваться, чтобы уйти и не продолжать скандал. Жена зашла на кухню, увидела разлитый по кухонному гарнитуру суп, психанула и стала высказывать ему претензии. Он в ответ бросил в нее штанами от пижамы. Затем он схватил жену левой рукой сзади за шею, чтобы она успокоилась. Жена просила его отпустить ее, сказала, что ей больно. Он продолжал держать жену, с той же целью, чтобы она успокоилась и замолчала. Он с силой повел жену за шею в кухню, так как был зол на нее, говорил ей «замолчи», «убью тебя», просил успокоиться. Он довел жену до кухни, начал наклонять ее лицо к кухонному гарнитуру, нажимая сзади на шею. Жена произносила оскорбления в его адрес, просила отпустить, но он был на взводе и не отпускал жену. Далее жена резко вывернулась из его захвата и нанесла ему удар. Сначала он не понял чем был нанесен удар, потому увидел в ее руку нож и кровь в области раны на его животе. Жена сразу перед ним извинилась, он извинения принял. В настоящее время между ним и женой добрые отношения, конфликтов нет, претензий друг к другу не имеют.
В ходе расследования Потерпевший №1 показал о том, что Елизарова А.С. высказывала в его адрес оскорбления, он решил уйти из дома, не продолжать конфликт. Увидев разлитый суп, жена вновь стала грубо ругаться на него. Он бросил штанами в жену, между ними было около 1 метра. Конкретных угроз жизни он жене не высказывал, пошел в сторону жены, чтобы вывести ее на кухню и не продолжать скандал при детях. Елизарова А.С. попыталась оттолкнуть его, у нее не получилось. Он взял жену за шею сзади, сдавил шею и развернув лицом к кухне, продолжая удерживать за шею, силой завел ее туда. Они остановились напротив кухонного гарнитура, в месте, где расположена раковина, взаимно оскорбляли друг друга. Он держал Елизарову А.С. на расстоянии вытянутой руки, около 50 см. Она стояла лицом к раковине, он немного пригибал ее к столешнице, чтобы она успокоилась. Он просил жену успокоиться, но в этот момент она левой рукой с силой оттолкнула его руку от своей шеи, вывернулась, развернулась лицом к нему, почти сразу он почувствовал острую боль в левом боку. У жены в правой руке был нож со следами крови. Ранее в ходе ссор он применял к жене физическую силу, но только после того как она его ударяла первой (т. 1 л.д. 63-68, 69-74).
В ходе очной ставки с ФИО6 потерпевший показал о том, что жена ругала и оскорбляла его из-за пролитого супа, после того как он бросил в нее штаны, не успокаивалась и грубо выражалась в его адрес, пыталась оттолкнуть его. Он с силой завел жену за шею на кухню, просил ее успокоиться, они продолжили ругаться. Елизарова А.С. оттолкнула его руку, вывернулась, повернулась к нему лицом и он почувствовал удар в бок. В 2023 и 2024 году он причинял жене физическую боль, без серьезных травм и повреждений, они сразу мирились (т. 1 л.д. 78-83).
После оглашения показаний Потерпевший №1 показал о том, что при допросах у следователя не помнил того, что угрожал жене убийством, вспомнил об этом только в суде, просит доверять его показаниям, данным в судебном заседании.
Суд критически относится к показаниям Потерпевший №1 в той части, которая не согласуется с его показаниями, данными в ходе расследования, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств, представленной суду при рассмотрении дела.
Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показала о том, что работает фельдшером ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г. Златоуст». 04 февраля 2026 года находилась на дежурстве. От диспетчера получили сообщение о том, что мужчина получил травму тупым металлическим предметом. Прибыли на адрес, в квартире находись подсудимая и потерпевшей, оба были спокойны. Потерпевший сидел с голым торсом, прижимал к брюшной стенке слева штаны, был трезвый. На левой брюшной стенке имелась резаная рана, равномерно кровоточащая. Потерпевший пояснил, что баловался с женой на кухне и нечаянно наткнулся на нож. Они доставили потерпевшего в больницу в хирургическое отделение для проведения лечения.
Свидетель Свидетель №2 в ходе расследования показала о том, что 24 марта 2026 года принимала участие в качестве понятой при проверке показаний обвиняемой на месте. Вместе с ней понятой была привлечена ее подруга. Перед началом следственного действия всем разъяснялись права. Обвиняемая в присутствии защитника демонстрировала на манекене каким образом нанесла удар ножом мужу. Показания были занесены в протокол, с которым она знакомилась (т. 1 л.д. 89-92).
Объективно вина подсудимой подтверждается материалами дела, исследованными в судебном заседании, а именно:
Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осматривалась квартира по адресу: <адрес> В кухне были обнаружены и изъяты три ножа, трусы и штаны (т. 1 л.д. 24-30).
Протоколом осмотра места происшествия с участием подозреваемой Елизаровой А.С. от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осматривалась квартира по адресу: <адрес>. Елизарова А.С. с помощью манекена показала как стоя лицом к раковине, освободилась от удержания мужа, находилась от него на расстоянии вытянутой руки. После освобождения от захвата она вытянула правую руку в сторону кухонного гарнитура между раковиной и плитой, взяла нож, поворачиваясь туловищем, наотмашь нанесла удар в туловище мужа с левой стороны (т. 1 л.д. 34-54).
Протоколами осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, с участием Потерпевший №1 и Елизаровой А.С., в ходе которых осматривались ножи: нож с длиной клинка 112 мм, нож с длиной клинка 100 мм, нож с длиной клинка 170 мм, ширина рукояти 30 мм, наибольшая ширина клинка 37 мм, толщина рукояти 30 мм, толщина клинка 1,25 мм, прямой, клинок изготовлен из металла, название «Masters» Professional stainless steel. Потерпевший №1 и Елизарова А.С. пояснили, что ножом под номером три был нанесен удар. Нож Елизарова А.С. после применения вымыла (т. 1 л.д. 174-178, 179-182).
Картой вызова скорой помощи от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в указанный день в 16:31 с адреса: <адрес> поступил вызов от Потерпевший №1 с сообщением о ранении живота (т. 1 л. д. 226-227).
Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Потерпевший №1 имела место рана мягких тканей левой боковой поверхности живота, проникающая в брюшную полость без повреждений внутренних органов, которая образовалось до времени обращения за медицинской помощью (04 февраля 2026 года) от однократного воздействия острым предметом, влечет тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Пункт 5.1.1.16. Приказа Министерства здравоохранения РФ от 08 апреля 2025 года № 172Н «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (т. 1 л.д. 195-197).
Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на представленных брюках и трусах, изъятых с места происшествия, найдена кровь человека. Генотипические признаки в препаратах ДНК могли произойти от Потерпевший №1, расчетная (условная) вероятность не менее 99, 9999999999999% (т. 1 л.д. 203-211).
Вышеперечисленные доказательства по делу в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ суд признает допустимыми, относимыми, достоверными, а в совокупности – достаточными для вывода о виновности Елизаровой А.С. в совершении инкриминируемого ей преступления.
Следственные действия, их содержание, ход и результаты, зафиксированные в соответствующих протоколах, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Данных о фальсификации доказательств сотрудниками правоохранительных органов по делу не установлено.
Проверив заключения экспертиз, сопоставив их с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, суд отмечает, что они получены без нарушений норм уголовно-процессуального закона, экспертные исследования проведены в надлежащем порядке и компетентными экспертами.
Показания Елизаровой А.С., данные в качестве подозреваемой, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. При допросе присутствовал защитник, замечаний и заявлений перед началом допроса, в ходе либо по окончанию допроса от стороны защиты не поступало. Елизарова А.С. не указывала на то, что в связи с эмоциональным состоянием не может адекватно воспринимать окружающую обстановку и рассказывать о произошедших событиях, не просила перенести допрос на иную дату для более четкого формулирования своих показаний. Напротив, в протоколе допроса указано на то, что на момент допроса Елизарова А.С. чувствует себя хорошо, показания давать может и желает, понимает, о чем ее спрашивают.
Показания Елизаровой А.С., данные ею в качестве подозреваемой, о том, что сначала она освободилась от захвата мужа, а затем увидела нож, взяла его и нанесла им удар мужу, полностью согласуются с протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого Елизарова А.С. продемонстрировала ту же последовательность своих действий.
Такие показания и продемонстрированные действия даны Елизаровой А.С. в дату максимально приближенную к совершению ею преступления и являются наиболее правдивыми.
В последующем Елизарова А.С. изменила показания, стала ссылаться на то, что одномоментно освободилась от захвата и находящимся в руке ножом ударила мужа, при этом муж высказывал ей угрозы убийством и физической расправой.
Данные показания направлены на желание Елизаровой А.С. снизить степень общественной опасности за содеянное, противоречат ее первоначальным показаниям и протоколу осмотра места происшествия, образующих совокупность доказательств, а относительно словесных угроз убийством со стороны мужа не согласуются с показаниями Потерпевший №1, данными им в ходе расследования.
Показания потерпевшего, данные в ходе расследования, получены с соблюдением закона, давление на него никто не оказывал, о чем он показал в судебном заседании, замечаний к содержанию протоколов его допроса у него не было. Доводы потерпевшего о том, что в ходе расследования он не помнил того, что угрожал убийством жене, а сейчас вспомнил, суд находит несостоятельными, поскольку и подсудимая при первоначальных допросах указывала на то, что словесных угроз убийством потерпевший ей не высказывал. В настоящее время потерпевший измененными показаниями, по мнению суда, пытается помочь близкому родственнику избежать ответственности за содеянное либо существенно смягчить такую ответственность.
В соответствии с ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и права обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
В соответствии с ч. 2.1 этой же статьи закона не является превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер нападения.
По смыслу данной нормы уголовного закона, разъясненному в п.п. 2, 4, 10, 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося (применение оружия или предмета, используемого в качестве оружия).
При выяснении вопроса, являлись ли для оборонявшегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения, суду следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуга, замешательства в момент нападения и т.п.).
При защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося лица или другого лица, либо непосредственной угрозой применения такого насилия (ч. 1 ст. 37 УК РФ), а также в случаях, предусмотренных ч. 2.1 ст. 37 УК РФ, обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу.
Таким образом, действия оборонявшегося могут расцениваться как превышение пределов необходимой обороны лишь в случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в ч. 2 ст. 37 УК РФ, то есть от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным дли жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред.
Судом установлено, что между потерпевшим и подсудимой произошел словесный конфликт, в ходе которого Елизарова А.С. оскорбляла мужа, после броска ей в лицо штанов, что не причинило ей никакой боли, оттолкнула мужа, который многократно просил ее успокоиться. Потерпевший №1 принудительно довел жену до кухни, прижал ее за шею сзади лицом к столешнице, удерживал в захвате, угроз убийством и расправой не высказывал, никаких предметов, угрожающих жизни и здоровью, в руках не держал, доступ кислорода в легкие не перекрывал, попыток удушения не предпринимал.
Действия Потерпевший №1 по отношению к Елизаровой А.С. очевидно являлись насильственными до совершения преступления и этот факт подтвержден материалами дела.
Вместе с тем в данном случае важно то, что хотя защита и последовала от подсудимой непосредственно за актом оконченного посягательства, но исходя из всех установленных обстоятельств дела свидетельствовала о том, что ее применение уже не требуется. К данному выводу суд приходит исходя из того, что ни Потерпевший №1, ни Елизарова А.С. никогда не говорили о том, что после освобождения Елизаровой А.С. от захвата Потерпевший №1 предпринимал попытки вновь применить насилие к Елизаровой А.С., например, замахнуться на нее, пресечь освобождение от захвата, словесно высказать угрозу убийством и т.д.
Таким образом, для подсудимой был ясен момент окончания посягательства, а доводы о возможном продолжении посягательства являются домыслами подсудимой, не подтвержденным объективными доказательствами. Простое нахождение потерпевшего рядом с подсудимой после применения к ней насилия не могло быть расценено ею как продолжение посягательства, возникновение реальной либо мнимой опасности для ее жизни и здоровья или угрозы таковой, а потому в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось подсудимой.
Из характера взаимоотношений потерпевшего и подсудимой, поведения последней до преступления, во время и после его совершения следует, что она не находилась в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного противоправным поведением со стороны потерпевшего, действовала осознанно и целенаправленно относительно причинения ему вреда здоровью.
Елизарова А.С. совершила преступление по мотиву личной неприязни, обусловленной примененным к ней потерпевшим насилием, а не с целью предотвращения посягательства потерпевшего, которое в действительности ее же собственными действиями было полностью пресечено.
Отсутствие состояния необходимой обороны исключает возможность превышения ее пределов.
Поведение Елизаровой А.С., вооружившейся ножом после освобождения от захвата, бесспорно, свидетельствует о последовательном характере ее действий.
Елизарова А.С. умышленно, целенаправленно, с достаточной силой (о чем свидетельствует то обстоятельство, что рана живота слева проникла в брюшную полость) нанесла Потерпевший №1 удар в область живота, что неотвратимо обусловило причинение Потерпевший №1 телесного повреждения, повлекшего тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни. При этом подсудимая осознавала, что ее действиями по нанесению удара в область живота предметом, используемым в качестве оружия, со значительной силой, может быть причинен вред здоровью любой степени тяжести, в том числе и тяжкий, не могла не предвидеть возможности причинения тяжкого вреда здоровью.
Квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия», нашел свое объективное подтверждение, поскольку телесное повреждение подсудимая нанеса ножом.
Действия Елизаровой А.С. суд квалифицирует по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.
С учетом сведений о личности Елизаровой А.С., <данные изъяты>, обстоятельств совершения ею преступления, суд признает ее вменяемой, подлежащей уголовной ответственности и наказанию.
Суд учитывает, что Елизарова А.С. совершила тяжкое преступление, направленное против личности, которое носит оконченный характер.
Обсуждая личность Елизаровой А.С., суд принимает во внимание то, что она имеет место регистрации, совпадающее с постоянным местом жительства, постоянное место работы, находится в отпуске по уходу за ребенком, по месту жительства и месту работы характеризуется положительно, супругом положительно, проживает с семьей, <данные изъяты>, ранее не судима, к административной ответственности не привлекалась.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учитывает:
- частичное признание вины, мнение потерпевшего, который не настаивал на строгом наказании и просил об освобождении подсудимой от ответственности, раскаяние, выразившееся в принесении извинений потерпевшему (ч. 2 ст. 61 УК РФ),
- противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ),
- оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в принятии меры к вызову скорой помощи (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ),
- активное способствование расследованию преступления, что выразилось в даче Елизаровой А.С. показаний в ходе расследования, включая наличие письменных объяснений, участие в очной ставке, в проверке показаний на месте, в осмотре места происшествия и в осмотре предметов (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ),
- наличие двоих малолетних детей: сын ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ).
Обстоятельств, отягчающих наказание Елизаровой А.С., не имеется.
При назначении наказания суд, руководствуясь требованиями ст.ст. 6, 7, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, личность виновной, обстоятельства, смягчающие наказание и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи.
Обсуждая вопрос о возможности изменения категории преступления с тяжкого преступления на преступление средней тяжести, суд учитывает фактические обстоятельства дела, степень общественной опасности совершенного преступления, а также, закрепленный в ст. 6 УК РФ принцип справедливости, назначенного наказания. Совокупность указанных обстоятельств в их взаимосвязи с целями наказания и его неотвратимостью в данном конкретном случае исключают возможность применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.
Санкция ч. 2 ст. 111 УК РФ предусматривает безальтернативное наказание в виде лишения свободы, которое и подлежит назначению подсудимой.
Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, поведением подсудимой до и после совершенного преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ею преступления, дающих основание для назначения наказания с применением положений ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.
Размер наказания в виде лишения свободы суд определяет с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.
Суд не усматривает оснований для применения положений ст. 73 УК РФ с учетом обстоятельств совершения умышленного преступления и полагает, что цели уголовного наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ, могут быть достигнуты только в случае реального отбывания наказания в виде лишения свободы, предполагающего постоянный контроль за поведением подсудимой. Причин полагать о том, что условное осуждение позволит достичь цели исправления, то есть при сохранении реальных условий для совершения Елизаровой А.С. новых преступлений, у суда не имеется. Применение условного наказания, по мнению суда, исключит ту степень исправления подсудимой, которая позволит обеспечить предупреждение совершения ею новых, в том числе однородных преступлений, а также будет нивелировать достижение целей наказания, снизит степень ответственности подсудимой за содеянное и в целом такое наказание поставило бы под сомнение значимость восстановления социальной справедливости. Кроме того, условное наказание не назначается в случае лишения свободы на срок свыше 8 лет.
При этом учитывая данные о личности подсудимой, суд приходит к выводу о том, что ее исправление возможно без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.
В соответствии с положениями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы Елизаровой А.С. следует назначить в исправительной колонии общего режима.
Обсуждая вопрос о применении к Елизаровой А.С. отсрочки отбывания наказания в соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ, суд исходит из следующего.
Решая при постановлении приговора вопрос о применении отсрочки отбывания наказания к указанным в ч. 1 ст. 82 УК РФ лицам, суд должен учитывать характеристику и иные данные о личности, условия жизни лица и его семьи, сведения о наличии у него жилья и необходимых условий для проживания с ребенком, и другие данные.
Критериями применения положений ч. 1 ст. 82 УК РФ являются наличие у лица ребенка в возрасте до 14 лет и его обязанность, как родителя, заниматься воспитанием своего ребенка. Отсрочка отбывания наказания возможна лишь при условии положительного поведения лица, его добросовестного отношения к исполнению обязанностей по воспитанию ребенка, исключающих оказание какого-либо отрицательного воздействия на ребенка.
Этим выводам корреспондирует и правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в п. 25 Обзора судебной практики по применению норм уголовного закона о назначении наказания и иных мер уголовно-правового характера (по материалам уголовных дел, рассмотренных в кассационном порядке), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ.
Из имеющихся в материалах дела характеризующих данных Елизаровой А.С., следует, что она ранее не судима, родительских прав не лишена, спиртными напитками не злоупотребляет, наркотики не употребляет, официально трудоустроена, находится в декретном отпуске по уходу за ребенком. По месту жительства большим количеством соседей семья Елизаровой А.С. характеризуется положительно, соседями отмечено, что все свободное время Елизарова А.С. проводит с детьми, которые всегда опрятно выглядят. Старший ребенок Елизаровой А.С. посещает детский сад, заведующей и воспитателем детского сада указано на то, что в семье интересуются вопросами воспитания ребенка, проявляют интерес к консультациям и рекомендациями воспитателей, регулярно посещают родительские собрания, Елизарова А.С. занимается воспитанием ребенка и состоит в родительском комитете, в семье придерживаются режима дня, соблюдаемого в детском саду. Сын подсудимой здоров, физически развит. Елизаровой А.С. как матерью ФИО7 получена письменная благодарность за помощь детском саду и безотказность в просьбах.
Принимая во внимание то, что в деле отсутствуют и суду не представлено сведений о том, что Елизарова А.С. не занималась воспитанием детей и уходом за ними, либо оставляла их одних без присмотра, вела антиобщественный образ жизни, без уважительной причины оставила детей родственникам или иным лицам, либо совершала иные действия (бездействие), свидетельствующие об уклонении от воспитания детей, придавая первостепенное значение принципам гуманизма и приоритета семейного воспитания детей, интересам ребенка, которые затрагиваются осуждением его родителя, суд полагает возможным применить к Елизаровой А.С. отсрочку отбывания наказания до достижения ее младшим ребенком четырнадцатилетнего возраста.
Оснований для изменения либо отмены Елизаровой А.С. меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении суд не находит, следует оставить меру пресечения до вступления приговора в законную силу.
Гражданский иск не заявлен.
Вопрос о судьбе вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.
Руководствуясь ст.ст. 304, 307-310 УПК РФ, суд приговорил:
признать Елизарову Анастасию Сергеевну виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 1 год с отбыванием в исправительной колонии общего режима.
На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ отсрочить Елизаровой А.С. отбывание наказания в виде лишения свободы до достижения ребенком ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, четырнадцатилетнего возраста.
Разъяснить осужденной Елизаровой А.С., что в соответствии с ч.ч. 2 и 5 ст. 82 УК РФ, в случае, если осужденная отказалась от ребенка или продолжает уклоняться от обязанностей по воспитанию ребенка после предупреждения, объявленного органом, осуществляющим контроль за поведением осужденной, в отношении которой отбывание наказания отсрочено, суд может по представлению этого органа отменить отсрочку отбывания наказания и направить осужденную для отбывания наказания в место, назначенное в соответствии с приговором суда; если в период отсрочки отбывания наказания осужденная совершает новое преступление, суд назначает ей наказание по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ.
Меру пресечения Елизаровой А.С. оставить без изменения - в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу.
Вещественные доказательства: нож «Tramontina», нож в ножнах без маркировки, нож «Masters» Professional Stainless Steel, трусы со следами бурого цвета, штаны со следами бурого цвета, марлевый тампон с образцом крови Потерпевший №1, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств ОП «Горный» ОМВД России по Златоустовскому городскому округу Челябинской области, уничтожить.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение 15 суток со дня провозглашения.
В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в ее апелляционное жалобе. В случае подачи апелляционного представления или апелляционных жалоб другими участниками судопроизводства, затрагивающих интересы осужденной, ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции подается осужденной в течение 15 суток с момента вручения ей копии апелляционного представления либо апелляционных жалоб.
Судья
Приговор вступил в законную силу 05.05.2026.