РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Город Невьянск Свердловской области 03 апреля 2026 года
Невьянский городской суд Свердловской области в составе председательствующего Черепанина М.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Берсеневой Л.А., с участием: истца Булдаковой Е.А., ее представителя – адвоката Морозова Э.О., представителя ответчика Тоирова А.А. – адвоката Арипова Е.Н., третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Логинова А.А., для дачи заключения: помощника Невьянского городского прокурора Мартусовой Е.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Булдаковой Екатерины Алексеевны к Тоирову Абубакру Акрамджоновичу о взыскании компенсации морального вреда, установил:
Булдакова Е.А. (далее – истец) обратилась в суд с иском к Тоирову А.А. (с учетом уточнения от 03.04.2026) о взыскании с Тоирова А.А. в пользу Булдаковой Е.А. компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей, а также расходов за оказание юридических услуг в размере 15 000 рублей.
В обоснование исковых требований истец указала, что 05.05.2025 в 05:51 Тоиров А.А., управляя транспортным средством <*****> государственный регистрационный знак ***, по проезжей части автомобильной дороги по .... в ...., на перекрестке между домом *** по .... и домом *** по ...., совершил наезд на пешехода ФИО7, которая от полученных травм скончалась.
Приговором Невьянского городского суда от 00.00.0000 Тоиров А.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Погибшая ФИО7 являлась матерью истца. Гибель матери явилась катастрофой и шоком для всей семьи, прежняя жизнь полностью невосстановима. Для нее случившееся стало большим ударом, она понимает, что не увидит никогда больше свою маму, которая оказывала ей помощь, как материальную, так и моральную. Гибель мамы для нее стала шоком, нарушил психическое благополучие и право на семейные связи; она испытывает чувство беспомощности, горя, страдает бессонницей. Изначально, при расследовании уголовного дела, ответчик вину свою не признавал, пока следствием не была предоставлена запись с камер видеонаблюдения.
Истец, и ее представитель в судебном заседании доводы иска поддержали, просили требования удовлетворить в полном объеме. Истец дополнил, что в связи с рассмотрением указанного гражданского дела ею понесены судебные расходы за услуги юриста в размере 15 000 рублей, которые она также просила взыскать с ответчика.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - Логинов А.А., в судебном заседании с иском согласился. Пояснил, что о гибели мамы он узнал первым, и не знал, как сообщить об этом сестре (истцу); после сообщения о случившемся, сестра находилась в шоковом состоянии, которое было не передать словами.
Представитель ответчика Тоирова А.А. – адвокат Арипов Е.Н. в судебном заседании просил снизить размер компенсации морального вреда, поскольку заявленный размер является завышенным. Также просил учесть, что Тоировым А.А. в добровольном порядке до вынесения приговора осуществлена выплата истцу в размере 100 000 рублей.
Судом определено рассмотреть дело при данной явке.
Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, заключение прокурора, исследовав обстоятельства дела и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Из анализа Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику.
В силу п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с положениями ст. 151, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.
В судебном заседании установлено, что 00.00.0000 около 05:51, в светлое время суток, Тоиров А.А., управляя технически исправным автомобилем марки <*****> государственный регистрационный знак ***, следовал по проезжей части автодороги .... в ...., совершил наезд на пешехода ФИО7, переходящую нерегулируемый пешеходный переход, расположенный на перекрестке между домом *** по .... и домом *** по .... в .....
В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО7 00.00.0000 от полученных травм скончалась.
В результате допущенных водителем Тоировым А.А. нарушений требований пунктов 10.1 и 14.1 Правил дорожного движения РФ пешеходу ФИО7 по неосторожности были причинены телесные повреждения в виде: механической травмы головы: ограниченно-диффузного кровоизлияния под мягкими мозговыми оболочками по конвекситальной поверхности левого полушария, кровоизлияния в кожно-мышечные лоскуты головы в правой теменно-височной области, ушибленной раны волосистой части головы в правой теменно-височной области, ссадины на лице в области лба по условной срединной линии и в правой лобно-височно-скуловой области; закрытой травмы грудной клетки: множественных многооскольчатых двухсторонних конструкционных переломов ребер: справа 2,3,4,5 по линии между передне-подмышечной и средне-ключичной; слева 2,3,4,5 - по линии между средне-ключичной и передне-подмышечной линии, 2,3,4,5,6,7 по средне-подмышечной линии; с кровоизлияниями в межреберные мышцы; с повреждением пристеночной плевры области переломов 3,4 ребер слева по линии между средне-ключичной и передне-подмышечной; разрыва стенки аорты в грудном отделе на уровне тела 5 грудного позвонка, разрыва по боковой поверхности верхней доли левого легкого, двухсторонний гемоторакс (по 1500 мл), кровоизлияния в парааортальной и около позвоночной клетчатке на уровне грудного отдела; закрытого полного косо-поперечного перелома диафиза правой бедренной кости, закрытого полного поперечного перелома диафиза левой плечевой кости; ссадины и кровоподтека в проекции внутренней лодыжки левой голени; повреждения связочного аппарата и суставной капсулы левого голеностопного сустава, кровоподтека на левом предплечье по задней поверхности в верхней трети, кровоподтека в проекции левого коленного сустава по передне-внутренней поверхности, которые согласно заключению *** от 00.00.0000 получены незадолго до наступления смерти в период времени, исчисляемый несколькими минутами, и которые в совокупности квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни; данные телесные повреждения повлекли за собой смерть ФИО7, наступившую 00.00.0000 от массивной кровопотери и травматического шока, развившихся в результате сочетанной травмы головы, грудной клетки, левой верхней и нижних конечностей на месте происшествия и состоят с ней в прямой причинно-следственной связи.
Приговором Невьянского городского суда от 26.09.2025 Тоиров А.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. Приговор не обжалован, вступил в законную силу 14.10.2025.
Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (ст. ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, право на уважение родственных и семейных связей) (абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В абз. 1 п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников).
Согласно абз. 1 п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые помимо прочего видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3 и 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").
Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
В законодательстве Российской Федерации отсутствует единое понимание состава семьи. Вместе с тем для целей компенсации морального вреда необходимо ориентироваться на Семейный кодекс Российской Федерации, как на законодательный акт, регулирующий отношения между членами семьи, международные правовые акты и практику, охватывающие существо семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, так и между другими родственниками.
Согласно ст. 2 Семейного кодекса Российской Федерации в состав семьи для целей компенсации морального вреда входят супруг(а), родители и дети (усыновители и усыновленные). В абз. 5 ст. 1 Федерального закона от 24.10.1997 N 134-ФЗ "О прожиточном минимуме в Российской Федерации", установлено, что семья - лица, связанные родством и (или) свойством, совместно проживающие и ведущие совместное хозяйство.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Именно на сторону подавшую иск возложена обязанность по предоставлению доказательств, как самого факта претерпевания душевных и нравственных страданий в связи со смертью близкого человека, так и наличия причинно-следственной связи между расстройством здоровья, нервных и психологических стрессов.
Истцом в качестве доказательств наличия близких семейных отношений представлены семейные фотографии, которые подтверждают тесную семейную связь погибшей ФИО7 со своими детьми, внуками.
Разрешая исковые требования, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку ФИО7 погибла в результате столкновения с автомобилем ответчика, являющегося источником повышенной опасности. Ввиду того, что умысла в действиях Тоирова А.А. судом при вынесении приговора не установлено, оснований для освобождения ответчика от возмещения компенсации морального вреда не имеется.
Суд полагает, что смерть потерпевшего повлекла для истца необратимые последствия, изменила привычный ход и уклад жизни, исходя не только из их близкой степени родства, но и сложившихся семейных отношений и привязанности.
В данном случае утрата близкого человека сама по себе является обстоятельством, которое нарушает психическое благополучие родных из-за нарушения кровной семейной связи, и в дополнительных доказательствах не нуждается. Нравственные страдания истца связаны с преждевременной кончиной близкого человека, матери, нарушающей психическое благополучие, вызывающей наиболее сильные переживания, препятствующие социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.
Принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей в пользу истца.
В рассматриваемом правовом контексте разумность компенсации является оценочной категорией, определение пределов которой является исключительной прерогативой суда.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что определенный судом размер компенсации морального вреда соответствует критериям разумности и справедливости, объему нарушенных прав истца, степени вины самого погибшего и обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон по делу (ст. ст. 151, 1101 ГК РФ).
Иск подлежит частичному удовлетворению.
В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. Таким образом, с ответчика следует взыскать государственную пошлину в размере 3 000 рублей за требование неимущественного характера.
Также с ответчика Тоирова А.А. в пользу Булдаковой Е.А. на основании ст. 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует взыскать расходы в размере 15 000 рублей по оказанию юридических услуг в суде первой инстанции (за изучение документов, составление искового заявления, участие в судебном заседании), факт несения которых подтвержден квитанцией серии *** от 00.00.0000.
Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с Тоирова Абубакра Акрамджоновича, 00.00.0000 года рождения, в пользу Булдаковой Екатерины Алексеевны, 00.00.0000 года рождения (паспорт гражданина Российской Федерации ***) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.
В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.
Взыскать с Тоирова Абубакра Акрамджоновича, 00.00.0000 года рождения, в пользу Булдаковой Екатерины Алексеевны, 00.00.0000 года рождения (паспорт гражданина Российской Федерации ***) судебные издержки, состоящие из расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.
Взыскать с Тоирова Абубакра Акрамджоновича, 00.00.0000 года рождения, в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня его составления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Невьянский городской суд.
Председательствующий –