РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
28 июля 2026 года г. Краснотурьинск
Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе:
председательствующего судьи Сёмкиной Т.М., секретаря судебного заседания Слюсарь А.С., с участием помощника прокурора г. Краснотурьинска Матвеевой Ю.С., истца Зибен Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г. Краснотурьинска в интересах Зибен Н. В. к акционерному обществу «Тандер» о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, установил:
Прокурор г. Краснотурьинска обратился в суд в интересах Зибен Н.В. указав, что истец состояла в трудовых отношениях с ответчиком АО «Тандер», осуществляла работу в должности продавца-универсала со <дата обезличена> в магазине «Магнит», расположенном по адресу: <адрес обезличен>. <дата обезличена> ода около 17-10 Зибен Н.В. при осуществлении трудовой деятельности во время технологического перерыва шла в коридоре, где запнулась за выступающий элемент металлического пола, упала с высоты собственного роста, после чего была вызвана бригада скорой медицинской помощи, поставлен диагноз <данные изъяты>». Кроме того, при падении Зибен Н.В. ударилась лицом, грудью и коленом. С <дата обезличена> по <дата обезличена> Зибен Н.В. находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении ГАУЗ СО «КГБ», <дата обезличена> проведена операция БИОС. Согласно медицинскому заключению, травма, полученная Зибен Н.В., относится к категории легких. В связи с полученной травмой Зибен Н.В. находилась на листке нетрудоспособности по сентябрь 2024 года, испытывала значительные нравственные и физические страдания, неудобства в быту. В соответствии с актом о несчастном случае на производстве, вина работника в произошедшем не установлена. Поскольку работодателем не выполнены обязанности по обеспечению безопасных условий труда Зибен Н.В., с него подлежит взысканию компенсация причиненного работнику морального вреда. На основании изложенного, просит взыскать с АО «Тандер» в пользу Зибен Н.В. компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.
Истец Зибен Н.В. в судебном заседании поддержала исковые требования и пояснила, что 10.12.2023 года в дневное время она находилась на рабочей смене, в период технологического перерыва пошла в комнату для приема пищи, для чего ей нужно было пройти через коридор. В коридоре было плохое освещение, она споткнулась о выступающую часть пола, упала и получила травму, испытала сильную физическую боль. В тот же день она была госпитализирована в городскую больницу, у нее был диагностирован перелом шейки правой плечевой кости со смещением отломков, 15.12.2023 года была проведена операция по установке винтов в кость. Также при падении она ударилась грудью, коленом, лицом о пол, отчего испытала физическую боль. Она длительное время вынуждена была носить фиксирующую повязку, не могла самостоятельно переодеться, помыться, прием пищи осуществляла левой рукой, испытывала сильные боль, отчего плохо спала, принимала обезболивающие препараты. После выписки из стационара она постоянно посещала травматолога, продолжила прием обезболивающих препаратов, разработку руки. Дома она постоянно просила дочь помочь ей, поскольку проживая одна не могла выполнять домашние бытовые дела, приготовить еду, сходить в магазин за продуктами, поменять постельное белье, снять шторы и так далее. В апреле 2024 года она прошла лечение в санатории, после чего состояние улучшилось. Однако, до настоящего времени она испытывает боли и дискомфорт, подвижность руки ограничена, она лишена возможности полноценно трудиться и выполнять всю бытовую работу. В связи с изложенным, просит иск удовлетворить в полном объеме.
Представители ответчика АО «Тандер» в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения были извещены путем направления повестки на адрес электронной почты (л.д. 131-132), а также путем размещения информации на официальном сайте суда, о причинах неявки не сообщили, ходатайств не направили.
От представителя ответчика Клементьева А.В., действующего на основании доверенности от 16.10.2025 года, поступили письменные возражения, в которых он указывает, что заявленный размер компенсации явно несоразмерен характеру и степени причинённых страданий и подлежит существенному снижению. В обоснование своей позиции приводит ссылки на различные судебные акты о компенсации морального вреда, причиненного работнику. Кроме того, просит применить срок исковой давности, который, по его мнению, составляет три месяца со дня, когда работник узнал о нарушении своего права.
Третье лицо Мелешина А.Ю. в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения была уведомлена путем направления судебной повестки по месту жительства (л.д. 133), о причинах неявки не сообщила, ходатайств не направляла.
С учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд определил рассмотреть дело при имеющейся явке.
Выслушав помощника прокурора Матвееву Ю.С., истца Зибен Н.В., свидетеля, исследовав письменные доказательства, представленные сторонами, суд пришел к следующему выводу.
Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.
Аналогичные положения предусмотрены ст. 216 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда.
Данному праву работника корреспондируют обязанности работодателя, предусмотренные ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.
Работодатель обязан обеспечить, в том числе, безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда; систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку, организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, приостановление при возникновении угрозы жизни и здоровью работников производства работ, а также эксплуатации оборудования.
Как установлено в судебном заседании, <дата обезличена> Зибен Н.В. была принята на работу в АО «Тандер» в должности продавца-универсала в сектор торгового зала и кассового обслуживания, что следует из копии трудовой книжки и приказа о приеме на работу (л.д. 79, 95 оборотная сторона).
В соответствии с трудовым договором работника Зибен Н.В. местом работа работника является подразделение: сектор торгового зала и кассового обслуживания, расположенное по адресу <адрес обезличен>. Работа является основной, работник принят на одну ставку. Дата начала работы <дата обезличена> (л.д. 91-92).
Как указывает истец, <дата обезличена> во время выполнения ею трудовых обязанностей на территории работодателя произошел несчастный случай на производстве, вследствие чего она получила травму.
Данные обстоятельства подтверждаться заключением государственного инспектора труда №-ОБ/12-25559-И/57-347 от <дата обезличена>, согласно которому старшим государственным инспектором труда ГИТ в СО <ФИО>7, с участием главного технического инспектора труда Федерации профсоюзов СО <ФИО>8, а также консультанта отдела расследования и экспертизы страховых случаев Отделения Социального фонда России по СО <ФИО>9, проведено расследование несчастного случая, произошедшего с Зибен Н.В. <дата обезличена> (л.д. 18-27).
Должностное лицо пришло к выводам о том, что несчастный случай произошел с работником на рабочем месте, в период выполнения трудовых обязанностей, в помещении магазина «Гипермаркет Магнит» по адресу: <адрес обезличен> при следующих обстоятельствах: <дата обезличена> в 17-10 Зибен Н.В. пошла на технологический перерыв в служебное помещение, зашла в раздевалку, где взяла из своего шкафчика кружку, после чего направилась по коридору в комнату приема пищи. Перемещаясь по коридору, Зибен Н.В. споткнулась об торчащий элемент металлического пола и с высоты собственного роста упала руками вперед, при этом ударилась грудной клеткой, правым плечом, разбила губу. После чего работник был госпитализирован в медицинское учреждение.
Несчастный случай относится к легким, диагноз - перелом хирургической шейки правой плечевой кости со смещением отломков.
Изучение представленных государственному инспектору труда документов, позволило ему прийти к выводу о том, что работодателем не было обеспечено функционирование системы управления охраной труда в полном объеме, базовый процесс системы управления охраной труда – специальная оценка условий труда работодателем не реализован. Зибен Н.В. была допущена к исполнению трудовых обязанностей без прохождения в установленном законом порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда, обучения безопасным методам и приемам выполнения работ.
По мнению государственного инспектора труда случай, произошедший с Зибен Н.В. <дата обезличена> подлежит квалификации как несчастный случай на производстве и оформлению актом о несчастном случае на производстве.
Причины несчастного случая: - неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, выразившиеся в отсутствии контроля за содержанием в исправном техническом состоянии сооружений на рабочем месте работника, - недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, что выразилось в допуске пострадавшей к выполнению ею трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда, - недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, что выразилось в не реализации базового процесса системы управления охраной труда – оценка профессиональных рисков, не принятии исчерпывающих мер по исключению или снижению уровня риска, направленных на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности.
Лицом, ответственным за допущенные нарушения, указана в заключении Мелешина А.Ю. – генеральный директор АО «Тандер».
<дата обезличена> государственным инспектором труда <ФИО>7 в адрес АО «Тандер» было выдано предписание об устранении выявленных нарушений №-ОБ/10-2862-И/57-347, предписано признать утратившим силу Акт о несчастном случае на производстве № от <дата обезличена>, оформленный на результатам расследования несчастного случая, произошедшего <дата обезличена> с Зибен Н.В., составить и утвердить акт о несчастном случае на производстве по несчастному случаю, произошедшему <дата обезличена> с Зибен Н.В. в строгом соответствии с заключением государственного инспектора труда в СО №-ОБ/12-25559-И/57-347 (л.д. 28-29).
Правомерность указанного заключения государственного инспектора труда и предписания были предметом судебного разбирательства по административному делу №А-29/2025. Решением Краснотурьинского городского суда от <дата обезличена> в удовлетворении административных исковых требований АО «Тандер» к государственному инспектору труда <ФИО>7, Государственной инспекции труда в <адрес обезличен>, Федеральной службе по труду и занятости об оспаривании предписания отказано. Решение не обжаловано, вступило в законную силу <дата обезличена> (л.д. 31-34).
После вынесения указанного решения суда, был составлен Акт № о несчастном случае на производстве, утвержденный <дата обезличена> (л.д. 13-17), согласно которому <дата обезличена> с продавцом-универсалом АО «Тандер» Зибен Н.В. произошел легкий несчастный случай в коридоре служебного помещения гипермаркета «Магнит Семейный» по адресу: <адрес обезличен>. Несчастный случай произошел при исполнении трудовых обязанностей.
Вид происшествия – падение на поверхности одного уровня в результате проскальзывания, ложного шага или спотыкания. Характер полученных повреждений: травма относится к категории легких, диагноз – «перелом хирургической шейки правой плечевой кости со смещением отломков».
Причины несчастного случая: - неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, выразившиеся в отсутствии контроля за содержанием в исправном техническом состоянии сооружений на рабочем месте работника, - недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, что выразилось в допуске пострадавшей к выполнению ею трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда, - недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, что выразилось в не реализации базового процесса системы управления охраной труда – оценка профессиональных рисков, не принятии исчерпывающих мер по исключению или снижению уровня риска, направленных на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности.
Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, указана Мелешина А.Ю. – генеральный директор АО «Тандер». Нарушений со стороны работника Зибен Н.В., способствовавших наступления несчастного случая на производстве, не выявлено.
Таким образом, исследованными в судебном заседании доказательствами с достоверностью подтверждается причинение травмы Зибен Н.В. <дата обезличена> вследствие несчастного случая на производстве, по вине работодателя АО «Тандер», не обеспечившего работнику безопасные условия труда, в результате чего истец, находясь на рабочем месте, споткнулась о торчащий элемент металлического пола и упала, получив повреждения.
Согласно ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии с ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 17 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Совокупность исследованных судом доказательств позволяет прийти к выводу о том, что работником Зибен Н.В. не было допущено грубой неосторожности, способствовавшей наступлению несчастного случая на производстве. Указанные обстоятельства подробно исследовались судом при рассмотрении административного дела №№А-29/2025 по иску АО «Тандер» к государственному инспектору труда <ФИО>7, Государственной инспекции труда в <адрес обезличен>, Федеральной службе по труду и занятости об оспаривании предписания. По итогам разбирательства суд пришел к выводу об отсутствии вины работника в произошедшем несчастном случае, решение вступило в законную силу.
Согласно ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
В связи с чем, оснований для уменьшения суммы компенсации морального вреда в связи с допущенной работником грубой неосторожностью, не имеется.
Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника.
В пункте 47 указанного Постановления также разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Размер компенсации морального вреда также определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Как установлено в судебном заседании, работодатель АО «Тандер» допустил выполнение работником Зибен Н.В. трудовых обязанностей в помещении, в котором не были соблюдены требования к безопасности условий труда, а именно – в коридоре, которым пользовались работники для прохода в комнату приема пищи, имелся дефект покрытия пола в виде загиба (наплыва) твердого покрытия, о который споткнулась Зибен Н.В. Каких -либо предупреждающих об опасности либо ограждающих опасное место конструкций не имелось.
Указанные обстоятельства находятся в прямой причинно-следственной связи с тем, что Зибен Н.В., направляясь в комнату приема пищи, споткнулась о дефект полового покрытия и упала, получив травму.
В результате несчастного случая истцу были причинены следующие повреждения: перелом хирургической шейки правой плечевой кости со смещением отломков. Согласно медицинскому заключению ГАУЗ СО «Краснотурьинская городская больница», травма относится к легким (л.д. 38).
В соответствии с сообщением о последствиях несчастного случая на производстве и принятых мерах, истец Зибен Н.В. была освобождена от работы в связи с полученной травмой в период с 10.12.2023 года по 24.07.2024 года. После чего выписана с выздоровлением (л.д. 40-41).
Согласно изученной медицинской документации, Зибен Н.В. наудилась на стационарном лечении в ГАУЗ СО «Краснотурьинская городская больница» в травматологическом отделении с 10.12.2023 года по 29.12.2023 года, 15.12.2023 года ей проведена хирургическая операция БИОС. За время лечения получала обезболивающую терапию, физиолечение, лечебную физкультуру, местное лечение с положительной динамикой. Выписана в удовлетворительном состоянии на дальнейшее лечение и наблюдение травматолога в поликлинике по месту жительства. Рекомендована фиксация повязкой места перелома, ЛФК, наблюдение травматолога (л.д. 36).
Из карты амбулаторного больного следует, что Зибен Н.В. с 06.01.2024 года наблюдалась у врача-травматолога ГАУЗ СО «Краснотурьинская городская больница», регулярно посещала врача в связи с полученным переломом (л.д. 137-139).
Согласно показаниям свидетеля <ФИО>10, она является дочерью Зибен Н.В., мама проживает отдельно, является пенсионером. После полученной 10.12.2023 года травмы мама испытывала сильные болевые ощущения, не могла самостоятельно ухаживать за собой, ей приходилось приходит в больницу, переодевать маму, помогать ей принимать душ, маме было очень тяжело принимать пищу одной левой рукой. Мама жаловалась на плохой сон в связи с болями. После выписки домой, она также постоянно приходит к маме для оказания помощи, моет пол, снимает постельное белье, шторы, приносит из магазина тяжелые товары, поскольку мама этого делать не может. У мамы сильно ограничена подвижность правой руки в связи с вживлением металлических конструкций, она не может расчесаться правой рукой, для приема пищи ей приходится сильно нагибаться.
Таким образом, истцу была причинена травма, отнесенная к легким, в связи с получением данной травмы она находилась на лечении более семи месяцев, подвергалась хирургическому вмешательству, принимала медицинские препараты, исходом лечения является выздоровление.
В связи с получением травмы и последующими медицинским манипуляциями истец испытывала боль, дискомфорт, не могла длительное время выполнять домашнюю работу, в полной мере обслуживать себя.
На момент травмы Зибен Н.В. достигла возраста 65 лет, являлась получателем пенсии по старости, прожила одна, была официально трудоустроена, хронических заболеваний не имела. После получения травмы истец была вынуждена обращаться к дочери для получения помощи в осуществлении бытовых дел, походов в магазин. До настоящего времени Зибен Н.В. испытывает трудности, связанные с ограничением подвижности правой руки, что доставляет ей неудобства.
При этом, суд также учитывает поведение работодателя после произошедшего несчастного случая, а именно – тот факт, что изначально работодателем был составлен акт о несчастном случае, в котором вина в произошедшем несчастном случае была возложена на работника, в результате чего работник был вынужден обращаться в трудовую инспекцию, органы прокуратуры для установления истинных причин несчастного случая.
Учитывая характер физических и нравственных страданий истца, их степень и длительность, а также учитывая фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, степень вины работодателя, его поведение после произошедшего несчастного случая, с учетом принципов разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с АО «Тандер» в пользу истца Зибен Н.В. компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб.
Что касается доводов стороны ответчика о применении срока исковой давности, они основаны на неверном понимании норм права, поскольку согласно ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ.
Поскольку истцом заявление требование о компенсации морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве, срок исковой давности на данные требования не распространяется.
Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Поскольку при подаче иска Зибен Н.В. была освобождена от уплаты государственной пошлины, при частичном удовлетворении иска с ответчика в пользу бюджета подлежит государственная пошлина в размере 3000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 198-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
иск прокурора г. Краснотурьинска в интересах Зибен Н. В. к акционерному обществу «Тандер» о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Тандер» ИНН 2310031475 ОГРН 1022301598549 в пользу Зибен Н. В., <дата обезличена> года рождения, паспорт № компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований прокурора г. Краснотурьинска в интересах Зибен Н. В. отказать.
Взыскать с акционерного общества «Тандер» ИНН 2310031475 ОГРН 1022301598549 в пользу бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Краснотурьинский городской суд.
Судья (подпись) Сёмкина Т.М.