РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
31 августа 2026 года г. Усолье-Сибирское
Усольский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Яновой О.В., при секретаре судебного заседания Ф.И.О4, при участии помощника прокурора <адрес> Ф.И.О5, представителя истца по первоначальному исковому заявлению, третьего лица, действующей на основании доверенности, Ф.И.О6, ответчика, по первоначальному исковому заявлению (истца по встречному иску) Ф.И.О1, представителя ответчика по первоначальному исковому заявлению (истца по встречному иску), действующего на основании доверенности, Ф.И.О7, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело (данные изъяты)RS0(данные изъяты)-38 (2-1027/2026) по исковому заявлению Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации <адрес> к Ф.И.О1, Ф.И.О3, Ф.И.О2 о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении без предоставления другого жилого помещения, по встречному исковому заявлению Ф.И.О1 к Комитету по управлению муниципальным имуществом администрации <адрес>, Администрации <адрес> о признании имеющей право пользования жилым помещением на условиях социального найма, обязании заключить договор социального найма,
УСТАНОВИЛ:
Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации <адрес> обратился в суд к Ф.И.О1, Ф.И.О3, Ф.И.О2 о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении без предоставления другого жилого помещения, в обоснование иска указав, что квартира в жилом доме, расположенная по адресу: <адрес> находится в муниципальной собственности <адрес>, включена в реестр муниципального имущества <адрес> на основании постановления Верховного Совета РФ (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ, решения Малого Совета народных депутатов Усолье-Сибирского горисполкома (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ, акта приема-передачи жилого фонда от МУП ГПТЖХ в комитет по управлению имуществом от ДД.ММ.ГГГГ за реестровым номером (данные изъяты).Постановлением администрации муниципального образования <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (данные изъяты) жилое помещение отнесено к специализированному жилищному фонду с присвоением статуса служебное. ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления администрации муниципального образования <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (данные изъяты) «О предоставлении служебной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>» с Ф.И.О1 заключен договор найма служебного жилого помещения (данные изъяты). Согласно условиям договора, администрация <адрес> передала ответчику и членам его семьи во владение и пользование для временного проживания жилое помещение, на период работы Ф.И.О1 в системе образования <адрес>. В настоящее время в спорном жилом помещении зарегистрирована только Ф.И.О1 - наниматель. Между тем, в договоре найма указаны также Ф.И.О3 - муж нанимателя, Ф.И.О2 - дочь нанимателя. ДД.ММ.ГГГГ в адрес КУМИ администрации <адрес> поступил письменный отказ Ф.И.О1 от выселения, причиной отказа служит тот факт, что ей с ДД.ММ.ГГГГ ей установлена страховая пенсия по старости. По информации предоставленной ОГКУ СО «Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей, <адрес>» трудовые отношения с Ф.И.О1 прекращены ДД.ММ.ГГГГ. Поскольку Ф.И.О1 уволена из системы образования <адрес>, на жилищном учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях ответчики не состоит, в добровольном порядке освободить указанное жилое помещение она отказались, ответчики утратили право пользования служебным жилым помещением и подлежат выселению со служебной жилой площади.
На основании изложенного, с учетом уточненного искового заявления просила: признать Ф.И.О1, Ф.И.О3, Ф.И.О2 утратившими право пользования служебным жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>. Выселить Ф.И.О1 из служебного жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> без предоставления другого жилого помещения. Обязать Ф.И.О1 после вступления решения суда в законную силу в 10-дневный срок сдать ключи от жилого помещения в КУМИ администрации <адрес>.
Ф.И.О1 обратилась в суд со встречным исковым заявлением к Комитету по управлению муниципальным имуществом администрации <адрес>, Администрации <адрес> о признании имеющей право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, на условиях социального найма, обязании заключить договор социального найма, в обоснование встречного искового заявления, указав, что в квартиру по вышеуказанному адресу вселилась на основании договора найма (данные изъяты), заключенного с администрацией <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, сроком на пять лет. Истец по встречному исковому заявлению в исковом заявлении указывает, что в соответствии с действующей на момент времени заключения договора статьи 51 ЖК РСФСР, предоставление жилого помещения должно было осуществляться на бессрочный период. Ордер на жилое помещение в нарушение требований статьи 47 ЖК РСФСР ответчик не оформил. Состояла на учете в очереди на улучшение жилищных условий с 1999 Ф.И.О1 была снята с учета после вселения в спорную квартиру. При этом полагает, что оснований снятия ее с учета граждан, нуждающихся в жилом помещении по договорам социального найма не имелось, так как с заявлением о снятии с учета не обращалась, на другое место жительства не выезжала, бюджетных средств на приобретение, строительство жилого помещения из органа государственной власти или органа местного самоуправления не получала, сведений, не соответствующих действительности не представляла, в собственности жилья не имеет. Ф.И.О1 22 года постоянно и непрерывно проживает в спорной квартире, несет бремя оплаты затрат на ее содержание, спорная квартира является для нее единственным жильем. Полагает, что присвоение статуса спорной квартире «служебное жилье» в 2009 году произведено с грубым нарушением требований законодательства.
На основании изложенного, просила: признать Ф.И.О1 имеющей право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, на условиях социального найма жилого помещения. Возложить обязанность на администрацию <адрес>, КУМИ администрации <адрес> заключить с Ф.И.О1 договор социального найма жилого помещения на квартиру, по адресу: <адрес> месячный срок со дня вступления в законную силу решения суда.
Представитель истца, по первоначальному иску, Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации <адрес>, третьего лица Администрации <адрес> по доверенности Ф.И.О6 (л.д. 46, 92) в судебном заседании на удовлетворении первоначальных уточненных исковых требований настаивала, против удовлетворения встречного иска возражала, по основаниям, изложенным в возражениях на встречное исковое заявление.
Ответчик, по первоначальному иску, Ф.И.О1 в судебном заседании первоначальные исковые требования не признала, настаивала на удовлетворении встречного искового заявления.
Представитель ответчика по первоначальному иску, Ф.И.О1 - Ф.И.О7, в судебном заседании против удовлетворения первоначальных исковых требований возражал, настаивал на удовлетворении встречного искового заявления.
Ответчик Ф.И.О3 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Ответчик Ф.И.О2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, предоставила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 128).
Представитель третьего лица Усольской городской организации профессионального союза работников народного образования и науки Российской Федерации, в судебное заседание не явился, о дате, времени и рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего первоначальные исковые требования подлежащими удовлетворению, встречные исковые требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.
В силу п. 1 ч. 1 ст. 92 Жилищного кодекса Российской Федерации служебные жилые помещения отнесены к жилым помещениям специализированного жилищного фонда.
В качестве специализированных жилых помещений используются жилые помещения государственного и муниципального жилищных фондов. Использование жилого помещения в качестве специализированного жилого помещения допускается только после отнесения такого помещения к специализированному жилищному фонду с соблюдением требований и в порядке, которые установлены уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, за исключением случаев, установленных федеральными законами. Включение жилого помещения в специализированный жилищный фонд с отнесением такого помещения к определенному виду специализированных жилых помещений и исключение жилого помещения из указанного фонда осуществляются на основании решений органа, осуществляющего управление государственным или муниципальным жилищным фондом, за исключением случаев, установленных федеральными законами (ч. 2 ст. 92 Жилищного кодекса Российской Федерации).
В соответствии со ст. 93 Жилищного кодекса Российской Федерации служебные жилые помещения предназначены для проживания граждан в связи с характером их трудовых отношений с органом государственной власти, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным унитарным предприятием, государственным или муниципальным учреждением, в связи с прохождением службы, в связи с назначением на государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации либо в связи с избранием на выборные должности в органы государственной власти или органы местного самоуправления.
Согласно ч. 1 ст. 99 Жилищного кодекса Российской Федерации специализированные жилые помещения предоставляются на основании решений собственников таких помещений (действующих от их имени уполномоченных органов государственной власти или уполномоченных органов местного самоуправления) или уполномоченных ими лиц по договорам найма специализированных жилых помещений, за исключением жилых помещений для социальной защиты отдельных категорий граждан, которые предоставляются по договорам безвозмездного пользования.
В соответствии с ч. 2 ст. 102 Жилищного кодекса Российской Федерации переход права собственности на служебное жилое помещение или жилое помещение в общежитии, а также передача такого жилого помещения в хозяйственное ведение или оперативное управление другому юридическому лицу влечет за собой прекращение договора найма такого жилого помещения, за исключением случаев, если новый собственник такого жилого помещения или юридическое лицо, которому передано такое жилое помещение, является стороной трудового договора с работником - нанимателем такого жилого помещения
Согласно ч. 2 ст. 104 Жилищного кодекса Российской Федерации договор найма служебного жилого помещения заключается на период трудовых отношений, прохождения службы либо нахождения на государственной должности Российской Федерации, государственной должности субъекта Российской Федерации или на выборной должности. Прекращение трудовых отношений либо пребывания на государственной должности Российской Федерации, государственной должности субъекта Российской Федерации или на выборной должности, а также увольнение со службы является основанием прекращения договора найма служебного жилого помещения.
В силу ч.2 ст. 103 Жилищного кодекса Российской Федерации не могут быть выселены из служебных жилых помещений и жилых помещений в общежитиях без предоставления других жилых помещений не являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях:
1) члены семьи военнослужащих, должностных лиц, сотрудников органов внутренних дел, органов федеральной службы безопасности, таможенных органов Российской Федерации, органов государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, погибших (умерших) или пропавших без вести при исполнении обязанностей военной службы или служебных обязанностей;
2) пенсионеры по старости;
3) члены семьи работника, которому было предоставлено служебное жилое помещение или жилое помещение в общежитии и который умер;
4) инвалиды I или II групп, инвалидность которых наступила вследствие трудового увечья по вине работодателя, инвалиды I или II групп, инвалидность которых наступила вследствие профессионального заболевания в связи с исполнением трудовых обязанностей, инвалиды из числа военнослужащих, ставших инвалидами I или II групп вследствие ранения, контузии или увечья, полученных при исполнении обязанностей военной службы либо вследствие заболевания, связанного с исполнением обязанностей военной службы (ч. 2 ст. 103).
В судебном заседании установлено, что жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, находится в муниципальной собственности <адрес>, включена в реестр муниципального имущества <адрес> на основании постановления Верховного Совета РФ (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ, решения Малого Совета народных депутатов Усолье-Сибирского горисполкома (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ, акта приема-передачи жилого фонда от МУП ГПТЖХ в комитет по управлению имуществом от ДД.ММ.ГГГГ за реестровым номером (данные изъяты).
Постановлением администрации муниципального образования <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (данные изъяты) жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, включено в специализированный жилищный фонд с присвоением ему статуса «служебное» (л.д. 15).
На основании постановления администрации муниципального образования <адрес> (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ «О предоставлении служебной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>», ДД.ММ.ГГГГ с Ф.И.О1 заключен договор найма служебного жилого помещения (данные изъяты) (л.д. 17-18). Согласно пункта 3 договора найма служебного жилого помещения совместно с нанимателем в жилое помещение вселены: Ф.И.О2 – дочь, Ф.И.О3 – муж. Пунктом 4 настоящего договора установлено, что договор заключается на время: работы в системе образования <адрес>.
Из справки комитета по управлению муниципальным имуществом, установлено, что на учете граждан, нуждающихся в предоставлении жилого помещения по договору социального найма Ф.И.О1 не состоит (л.д. 30).
По информации ООО «Иркутскэнергосбыт», по состоянию на январь 2026 года имелась задолженность по оплате коммунальных платежей за жилое помещение: <адрес>, в сумме 5104,25 руб. (л.д. 32).
ДД.ММ.ГГГГ в адрес ответчика Ф.И.О1 истцом почтовым отправлением направлено уведомление об освобождении спорного жилого помещения (л.д. 34). На что Ф.И.О1 направила отказ о выселении, указав, что вселилась в квартиру, по адресу: <адрес>, на основании договора найма (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с администрацией <адрес>. Договор найма (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ заключен сроком на 5 лет и в последующем, на тех же условиях и на тот же срок с ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, срок указанного договора, поскольку он не расторгался сторонами и не признавался недействительным, продлен до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 43). В данном письме Ф.И.О1 также указала, что является пенсионером по старости, с ДД.ММ.ГГГГ ей установлена страховая пенсия по старости, что подтверждается справкой УПФР в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 78).
Согласно представленной справке председателя профсоюза работников образования, Ф.И.О1 состояла на очереди на улучшении жилищных условий за (данные изъяты) с 1999 года.
Ф.И.О1 не отрицала проживание в спорном служебном жилом помещении по настоящее время. Ранее в судебном заседании предоставила договор найма (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный с администрацией <адрес>, сроком на пять лет (л.д. 79), по ее заявлению (л.д. 95).
Администрацией управления образования муниципального образования <адрес> ДД.ММ.ГГГГ в адрес председателя жилищной комиссии направлено ходатайство о вселении в жилое помещение, по адресу: <адрес>, с указанием того, что Ф.И.О10 (Якимова) О.А. числится на очереди «предоставления жилья педагогическим работникам», распределяемого среди работников образования <адрес>, также указано, что Ф.И.О8 согласна вселиться в данное жилое помещение по договру найма заключенного на 5 лет (л.д. 96).
Из ответа на запрос суда, председатель Усольской городской организации профессионального союза работников народного образования и науки Российской Федерации Кропочева Н.А. сообщила, что в настоящее время в Усольской городской организации профессионального союза работников народного образования и науки Российской Федерации отсутствует какая либо очередь на улучшение жилищных условий, данные полномочия осуществляет орган местного самоуправления в лице КУМИ администрации <адрес> (л.д. 114).
Судом установлено, что ответчик с 1999 года состояла в очереди на улучшение жилищных условий под (данные изъяты), что подтверждается представленной ею справкой. Достоверность сведений, содержащихся в указанной справке, подтверждена председателем профсоюзной организации в ответе на запрос суда.
Вместе с тем само по себе установление указанного обстоятельства не свидетельствует о наличии у ответчика на момент рассмотрения настоящего спора предусмотренного частью 2 статьи 103 Жилищного кодекса Российской Федерации статуса лица, состоящего на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении.
Из представленных суду доказательств следует, что указанная очередь формировалась и велась профсоюзной организацией. Списки лиц, состоящих в профсоюзной очереди, в администрацию не передавались, на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении в администрации ответчица не ставилась. Доказательств принятия органом местного самоуправления соответствующего решения о признании ответчицы нуждающейся в жилом помещении и постановке ее на муниципальный жилищный учет суду не представлено.
При этом судом не установлено и доказательств тому не представлено, что профсоюзная очередь (данные изъяты) «предоставления жилья педагогическим работникам» являлась муниципальным учетом граждан, нуждающихся в жилых помещениях, либо что сведения о нахождении ответчицы в указанной очереди были в установленном законом порядке переданы органу местного самоуправления с последующим включением ответчицы в соответствующий учет.
Не свидетельствует о наличии у ответчика указанного статуса и ее заявление в администрацию от ДД.ММ.ГГГГ, в котором она указала на нахождение на очереди с 1999 года, отсутствие у нее жилья и окончание срока ранее заключенного договора. Данное заявление подтверждает осведомленность администрации о том, что ответчица ранее состояла в профсоюзной очереди «предоставления жилья педагогическим работникам», однако само по себе обращение гражданина с заявлением о предоставлении жилого помещения не влечет возникновения статуса лица, состоящего на муниципальном жилищном учете, без принятия уполномоченным органом соответствующего решения, учитывая тот факт, что ответчица пояснила, что после предоставления жилья её сняли с очереди.
Отсутствие сведений о снятии Ф.И.О1 с профсоюзной очереди в материалах дела не может быть приравнено к доказанности ее нахождения на учете в качестве нуждающейся в жилом помещении в органе местного самоуправления. Для применения предусмотренной частью 2 статьи 103 Жилищного кодекса Российской Федерации гарантии необходимо установить наличие предусмотренного законом статуса на момент разрешения вопроса о выселении, а не только факт нахождения лица в какой-либо очереди в прошлом.
Кроме того, суд принимает во внимание, что, согласно полученной информации, профсоюзная очередь в настоящее время отсутствует, а полномочия по решению вопросов, связанных с жилищным учетом, относятся к компетенции органа местного самоуправления. Вместе с тем доказательств того, что после прекращения существования профсоюзной очереди ответчица была поставлена на соответствующий учет в администрации либо иным образом приобрела предусмотренный жилищным законодательством статус лица, состоящего на учете в качестве нуждающейся в жилом помещении, суду не представлено.
Таким образом, наличие справки о нахождении Ф.И.О1 в прошлом в профсоюзной очереди само по себе не является достаточным основанием для применения к ней положений пункта 2 части 2 статьи 103 Жилищного кодекса Российской Федерации.
Суд также отклоняет доводы Ф.И.О1 о том, что предоставление ей спорного жилого помещения в 2004 году свидетельствует о реализации ее права на получение жилья в связи с нахождением в очереди и возникновении у нее права пользования квартирой на условиях социального найма.
Из материалов дела следует, что в 2004 году ответчица была вселена в спорное жилое помещение на основании договора, заключенного сроком на пять лет. Указанный договор не являлся договором социального найма, заключенным в порядке предоставления гражданину жилого помещения из муниципального жилищного фонда на основании решения о предоставлении жилого помещения по договору социального найма.
Доказательств принятия в 2004 году уполномоченным органом решения о предоставлении Ф.И.О1 спорного жилого помещения именно по договору социального найма в материалы дела не представлено.
Само по себе то обстоятельство, что ответчица состояла в очереди как педагогический работник и впоследствии получила возможность проживать в спорной квартире, не свидетельствует о том, что указанная квартира была предоставлена ей в порядке реализации права на социальное жилье.
Судом также установлено, что срок действия указанного договора истек в апреле 2009 года. После истечения срока действия первоначального договора истица не приобрела право бессрочного пользования спорным жилым помещением.
Довод истицы о том, что первоначальный договор продолжает действовать либо должен был быть продлен на длительный срок, суд считает несостоятельным.
Из содержания представленного суду договора следует, что в 2004 году между сторонами был заключен именно договор найма жилого помещения, срок действия которого определен сторонами в пять лет. Иных условий, свидетельствующих о предоставлении Ф.И.О1 спорного жилого помещения на условиях бессрочного пользования либо по договору социального найма, указанным договором не предусмотрено.
При этом в договоре прямо определен срок его действия — пять лет. Следовательно, воля сторон при его заключении была направлена на возникновение срочного правоотношения по пользованию жилым помещением. Доказательств заключения сторонами дополнительного соглашения о продлении срока действия указанного договора, изменения его условий либо заключения нового договора до истечения установленного срока суду не представлено.
Срок действия договора истек в апреле 2009 года. После истечения установленного договором срока сторонами не заключалось соглашение о продлении указанного договора, а также не оформлялся договор социального найма спорного жилого помещения.
Суд отклоняет довод Ф.И.О1 о том, что само по себе продолжение проживания в спорной квартире после истечения срока договора свидетельствует о возникновении у нее бессрочного права пользования жилым помещением. Фактическое продолжение проживания в жилом помещении после окончания предусмотренного договором срока само по себе не изменяет правовую природу ранее возникшего правоотношения и не свидетельствует о предоставлении жилого помещения на условиях социального найма.
Даже при рассмотрении указанного договора с точки зрения положений гражданского законодательства о найме жилого помещения отсутствие своевременного уведомления о прекращении договора могло повлечь предусмотренные законом последствия, однако не свидетельствует о возникновении у истицы права постоянного пользования жилым помещением и, тем более, права на заключение договора социального найма.
Имеющееся в материалах дела заявление истицы от ДД.ММ.ГГГГ, напротив, свидетельствует о том, что сама Ф.И.О1 на тот момент исходила из прекращения действия ранее заключенного договора, поскольку в заявлении указала на окончание срока договора в апреле 2009 года и просила администрацию рассмотреть вопрос о предоставлении ей жилья. Таким образом, содержание данного заявления не подтверждает наличие у Ф.И.О1 уверенности в сохранении за ней бессрочного права пользования спорным жилым помещением на основании договора 2004 года или его продления еще на пять лет.
Суд также учитывает, что после окончания срока действия договора найма 2004 года правовой режим спорного жилого помещения был изменен. В октябре 2009 года на основании решения уполномоченного органа местного самоуправления жилому помещению был придан статус служебного, после чего с Ф.И.О1 заключен самостоятельный договор найма служебного жилого помещения.
Согласно условиям данного договора спорное жилое помещение предоставлено Ф.И.О1 в связи с ее работой в системе образования города и на время работы в системе образования.
Таким образом, Ф.И.О1 была осведомлена о специальном правовом статусе предоставленного ей жилого помещения и непосредственно выразила свое согласие на пользование им на условиях служебного найма. При заключении указанного договора Ф.И.О1 не лишалась возможности отказаться от его заключения либо оспорить решение о придании помещению статуса служебного в установленном законом порядке.
Напротив, последующее поведение Ф.И.О1 свидетельствует о принятии ею условий служебного найма: с октября 2009 года она была зарегистрирована в спорном жилом помещении на постоянной основе (по месту жительства) и продолжала пользоваться им на основании договора найма служебного жилого помещения.
Таким образом, последующее заключение договора найма служебного жилого помещения не являлось продолжением срока действия договора 2004 года, а представляло собой возникновение нового правоотношения между сторонами с иным правовым основанием пользования жилым помещением.
Суд не принимает довод Ф.И.О1 о том, что администрация не вправе была придавать спорному жилому помещению статус служебного, поскольку ранее оно было предоставлено ей по договору.
В данном случае первоначальный договор был заключен на определенный срок и его действие закончилось в апреле 2009 года. Решение о придании жилому помещению статуса служебного принято позднее, после окончания срока первоначального договора. Поэтому на момент принятия решения о предоставлении спорного жилого помещения в качестве служебного у Ф.И.О1 отсутствовало право пользования квартирой на основании первоначального договора, которое препятствовало бы заключению нового договора найма служебного жилого помещения.
Сам по себе факт последующего длительного проживания Ф.И.О1 в спорной квартире, наличие постоянной регистрации в ней, отсутствие у Ф.И.О1 другого жилого помещения и несение ею расходов по содержанию квартиры не изменяют правовую природу возникших между сторонами правоотношений и не преобразуют договор найма служебного жилого помещения в договор социального найма. При заключении договора найма служебного жилого помещения истица была ознакомлена с его условиями, согласно которым квартира предоставлялась ей в связи с работой в системе образования города и на время работы в системе образования. Доказательств того, что указанные условия договора не соответствовали воле Ф.И.О1 либо были ею оспорены при его заключении, суду не представлено.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что с октября 2009 года правовым основанием проживания Ф.И.О1 в спорном жилом помещении являлся именно договор найма служебного жилого помещения, а не ранее заключенный договор найма от 2004 года.
Ссылка Ф.И.О1 на то, что квартира первоначально была предоставлена ей в период нахождения в очереди на предоставление жилья, как педагогу, также не свидетельствует о возникновении права постоянного пользования спорным жилым помещением. Нахождение гражданина в очереди и предоставление ему жилого помещения во временное пользование на основании срочного договора найма сами по себе не тождественны предоставлению жилого помещения по договору социального найма.
Более того, из материалов дела не следует, что в 2004 году имелось решение администрации о предоставлении Ф.И.О1 спорной квартиры именно по договору социального найма в порядке реализации ее права, связанного с постановкой на жилищный учет, как педагог. В договоре 2004 года отсутствует указание на заключение договора социального найма, а срок пользования жилым помещением прямо определен пятью годами.
Не имеется оснований и для вывода о том, что отсутствие в материалах дела документа о снятии Ф.И.О1 с профсоюзной очереди свидетельствует о приобретении ею права бессрочного пользования спорным жилым помещением. Отсутствие такого документа может свидетельствовать лишь об отсутствии в материалах дела подтверждения прекращения ее нахождения именно в профсоюзной очереди, однако не подтверждает предоставление спорной квартиры на условиях социального найма.
При этом суд исходит из различия между правом гражданина состоять на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий и конкретным правом пользования определенным жилым помещением. Нахождение истицы в профсоюзной очереди с 1999 года не порождает само по себе право на сохранение за ней конкретного жилого помещения, предоставленного впоследствии на основании срочного договора найма, если договором и решением уполномоченного органа иной правовой режим помещения не установлен.
То обстоятельство, что после окончания договора 2004 года Ф.И.О1 продолжила проживать в квартире до заключения договора служебного найма, также не свидетельствует о возникновении у нее самостоятельного бессрочного права пользования квартирой. С октября 2009 года основания ее проживания были прямо определены заключенным с ней договором найма служебного жилого помещения.
Следовательно, доводы истицы о том, что договор найма 2004 года сохраняет свое действие либо породил у нее право постоянного пользования спорной квартирой, основаны на неправильном толковании содержания договора и не подтверждены совокупностью исследованных судом доказательств.
Согласно уведомлению об отсутствии в Едином государственном реестре недвижимости запрашиваемых сведений, у Ф.И.О1 не имеется прав на имевшиеся (имеющиеся) объекты недвижимости (л.д. 137).
Из иска и пояснения ответчика, по первоначальному иску Ф.И.О1 следует, что до настоящего времени спорное служебное жилое помещение не освобождено, доказательств иного суду не представлено.
В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Согласно ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.
ОГКУ СО «Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей <адрес>» даны сведения в администрацию <адрес>, о том что Ф.И.О1 работала в должности воспитатель в отделении социальной диагностики и социальной реабилитации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Трудовые отношения прекращены ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 33).
Доказательств подачи заявления для постановки на учет нуждающихся в предоставлении жилищного помещения суду не представлено. Кроме того, в судебных заседаниях ответчик, по первоначальному иску, Ф.И.О1 поясняла, что она не обращалась в администрацию с заявлением на получение жилого помещения с постановкой на учет нуждающихся.
Кроме того, доказательств, того что Ф.И.О1 трудоустроена в системе образования <адрес>, суду не представлено, при условии, что спорное жилое помещение является специализированным жилым помещением и имеет статус «служебное» оснований, для заключения договора служебного найма между Ф.И.О1 и администрации <адрес>, в отношении жилого помещения по адресу: <адрес>, отсутствует. В вязи с чем, оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 103 ЖК РФ, по которым ответчики не могут быть выселены из спорной квартиры, не установлено, исковые требования в части признания ответчиков утратившими право пользования спорным жилым помещением, выселении подлежат удовлетворению.
Кроме этого, по спорному адресу ответчики Ф.И.О3 и Ф.И.О2 регистрации не имеют.
Согласно адресной справке, приложенной к исковому заявлению, по адресу: <адрес>, зарегистрирована Ф.И.О1 (л.д. 29).
Ответчиком, по первоначальному иску Ф.И.О1 не представлено суду каких – либо документов, подтверждающих законность проживания в служебном жилом помещении.
Доводы стороны ответчика по первоначальному иску Ф.И.О1, о том, что она не может быть выселена из служебного жилого помещения без предоставления другого жилья основаны на ошибочном толковании норм права. Ф.И.О1 при увольнении из сферы образования <адрес> не изъявила желание быть обеспеченной жилым помещением по договору социального найма, с заявлением о постановке на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении не обращалась, в суд не представлено доказательств того, что в настоящее время она состоят на учете нуждающихся в жилых помещениях, представляемых по договору социального найма, либо имеют право состоять на таком учете, что предполагает признание их в установленном законом порядке малоимущими, и того, что на них распространяются положения ст.13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 189-ФЗ, учитывая тот факт, что в настоящее время Ф.И.О1 работает самозанятой, её доход примерно 45000 тыс. рублей в месяц.
В соответствии с ч. 2 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации реализация жилищных прав носит заявительный характер и осуществляется гражданами по их усмотрению.
Обстоятельства, при которых ответчик, по первоначальному иску Ф.И.О1 не подлежит выселению в судебном порядке без предоставления других жилых помещений и которые предусмотрены ч. 2 ст.102 и ч. 2 ст.103 Жилищного кодекса Российской Федерации либо относятся к категории лиц, указанных в ст. 108 Жилищного кодекса РСФСР, материалами дела не подтверждаются.
Доводы истца, по встречному иску Ф.И.О1 о том, что она не подлежит выселению из спорного служебного жилого помещения в связи с назначением ей с ДД.ММ.ГГГГ страховой пенсии по старости, не могут служить основанием для удовлетворения встречных исковых требований о возложении обязанности на КУМИ администрации <адрес> заключить с ней договор социального найма жилого помещения, поскольку положения ч. 2 ст. 103 ЖК РФ распространяются только на граждан, состоящих на учете нуждающихся в предоставлении жилых помещений.
В силу части 2 статьи 103 ЖК РФ не могут быть выселены из служебных жилых помещений и жилых помещений в общежитиях без предоставления других жилых помещений не являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях: пенсионеры по старости.
Как указал Верховный Суд Российской Федерации в пункте 42 Постановления Пленума N 14, в соответствии с частью 1 статьи 103 ЖК РФ в случаях расторжения или прекращения договора найма специализированных жилых помещений граждане должны освободить жилые помещения, которые они занимали по данным договорам. В случае отказа освободить такие жилые помещения указанные граждане подлежат выселению в судебном порядке без предоставления других жилых помещений, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 102 и частью 2 статьи 103 ЖК РФ. В этой связи по делам о выселении граждан из специализированных жилых помещений (статья 103 ЖК РФ) судам необходимо иметь в виду, что не могут быть выселены из служебных жилых помещений и жилых помещений в общежитиях без предоставления других жилых помещений граждане, перечисленные в пунктах 1 - 4 части 2 статьи 103 ЖК РФ, при условии, что они не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и состоят на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях.
Пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 14 разъяснено, что статьей 13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" предусмотрены дополнительные гарантии для граждан, проживающих в служебных жилых помещениях и жилых помещениях в общежитиях, предоставленных им до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации. В соответствии с названной статьей указанные граждане, состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма (ч. 1 ст. 51 ЖК РФ), или имеющие право состоять на данном учете (ч. 2 ст. 52 ЖК РФ), не могут быть выселены из служебных жилых помещений и жилых помещений в общежитиях без предоставления других жилых помещений, если их выселение не допускалось законом до введения в действие ЖК РФ. Категории граждан, выселяемых из служебных жилых помещений и общежитий с предоставлением другого жилого помещения, были определены ст. ст. 108 и 110 Жилищного кодекса РСФСР.
Таким образом, статья 13 указанного закона дополняет определенный частью 2 статьи 103 ЖК РФ перечень лиц, которые не могут быть выселены из специализированных жилых помещений без предоставления им других жилых помещений.
Пунктами 9, 10 статьи 108 Жилищного кодекса РСФСР предусматривалось, что без предоставления другого жилого помещения в случае, указанном в статье 107 Кодекса, не могут быть выселены пенсионеры по старости, члены семьи умершего работника, которому было предоставлено служебное жилое помещение. В соответствии с пунктом 12 части 1 статьи 108 Жилищного кодекса РСФСР без предоставления другого жилого помещения не могут быть выселены одинокие лица с проживающими вместе с ними несовершеннолетними детьми.
Исходя из приведенных положений законодательства и статьи 13 Вводного закона для приобретения лицом права на дополнительные гарантии (невозможность выселения из занимаемого служебного помещения без предоставления другого жилого помещения), установленные Жилищным кодексом РСФСР, необходимо, чтобы данное право возникло до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации (ДД.ММ.ГГГГ). В этом случае положения статьи 108 Жилищного кодекса РСФСР применяются к правоотношениям по пользованию жилым помещениям и после введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации при условии, если обладающее таким правом лицо состоит на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий или имеет право состоять на данном учете.
В соответствии с частью 1 статьи 8 ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины), с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону.
Положениями приложения N 6 к ФЗ "О страховых пенсиях" установлено, что право на страховую (трудовую) пенсию по старости у ответчика возникает в 2031 году.
В рамках норм жилищного законодательства разъяснений, относятся ли лица, за которыми сохранено право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, к категории граждан, которые не могут быть выселены в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 103 ЖК РФ (пенсионеры по старости), не имеется.
Вместе с тем, как следует из разъяснений, изложенных в подпункте "а" пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" к нетрудоспособным в указанных случаях относятся, в частности, граждане, достигшие возраста, дающего право на установление трудовой пенсии по старости (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации") вне зависимости от назначения им пенсии по старости.
Лица, за которыми сохранено право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости (статьи 27 и 28 названного Федерального закона), к нетрудоспособным не относятся.
Таким образом, в совокупном толковании п. 2 ч. 2 ст. 103 ЖК РФ, ч. 1 ст. 8 ФЗ "О страховых пенсиях", а также разъяснений ВС РФ ответчик не относится к категории граждан, который подлежит выселению с предоставлением другого жилого помещения.
Судом также отклоняется ссылка Ф.И.О1 на ее длительное проживание в спорном жилом помещении и отсутствие иного жилья как на самостоятельные основания для сохранения за ней права пользования квартирой.
Продолжительность проживания в служебном жилом помещении сама по себе не является основанием для возникновения права постоянного пользования им. В силу статьи 104 Жилищного кодекса Российской Федерации договор найма служебного жилого помещения заключается на период трудовых отношений, прохождения службы либо нахождения на государственной или муниципальной должности. Прекращение трудовых отношений с собственником или уполномоченным им лицом является основанием прекращения договора найма служебного жилого помещения.
Как установлено судом, трудовые отношения Ф.И.О1 в связи с которыми ей было предоставлено спорное жилое помещение, прекращены по ее инициативе. Доказательств того, что прекращение трудовых отношений произошло по основаниям, не зависящим от истицы, либо что после увольнения за ней в установленном законом порядке сохранялось право пользования служебным жилым помещением, не представлено.
При таких обстоятельствах с прекращением трудовых отношений прекратилось предусмотренное договором основание пользования служебным жилым помещением.
Суд учитывает, что Ф.И.О1 является получателем страховой пенсии по старости, назначенной досрочно в связи с осуществлением педагогической деятельности. Вместе с тем для применения пункта 2 части 2 статьи 103 Жилищного кодекса Российской Федерации одного наличия статуса пенсионера по старости недостаточно. Необходимо также наличие второго установленного законом условия — нахождение лица на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении.
Как установлено судом, такое условие в отношении Ф.И.О1 не подтверждено.
Ф.И.О1 действительно состояла в профсоюзной очереди с 1999 года, однако доказательств того, что на момент рассмотрения настоящего дела она состоит на учете в качестве нуждающейся в жилом помещении в органе местного самоуправления, суду не представлено.
При этом суд исходит из того, что положения части 2 статьи 103 Жилищного кодекса Российской Федерации являются исключением из общего правила, установленного частью 1 данной статьи, согласно которому граждане, отказавшиеся освободить служебное жилое помещение после прекращения договора найма, подлежат выселению в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения, за исключением предусмотренных законом случаев.
Расширительное толкование установленного законом перечня лиц, пользующихся гарантией от выселения без предоставления другого жилого помещения, недопустимо.
Отсутствие у Ф.И.О1 другого жилого помещения, ее материальное положение, длительность проживания в квартире, наличие постоянной регистрации, а также наличие справки о нахождении в прошлом в профсоюзной очереди могут характеризовать жизненные обстоятельства Ф.И.О1, однако сами по себе не являются предусмотренными законом основаниями для сохранения за ней права пользования служебным жилым помещением после прекращения трудовых отношений.
Не может повлечь отказ в удовлетворении требований и ссылка Ф.И.О1 на ее обращение в администрацию в 2015 году с заявлением о заключении договора социального найма.
Из материалов дела следует, что в удовлетворении указанного обращения было отказано в связи с тем, что спорное жилое помещение имеет статус служебного. Указанный отказ подтверждает, что администрация последовательно рассматривала спорное жилое помещение как служебное, однако сам факт обращения Ф.И.О1 в администрацию в 2015 году не свидетельствует о возникновении у нее права на заключение договора социального найма.
Таким образом, судом не установлено предусмотренных законом оснований для сохранения за Ф.И.О1 права пользования спорным служебным жилым помещением после прекращения трудовых отношений.
Поскольку срок первоначального договора истек в апреле 2009 года, впоследствии между сторонами был заключен договор найма служебного жилого помещения на период работы Ф.И.О1 в системе образования, а трудовые отношения прекращены по инициативе Ф.И.О1, правовые основания для дальнейшего проживания Ф.И.О1 в спорном жилом помещении прекратились.
Само по себе длительное непринятие мер по выселению истцом не создает права бессрочного права пользования ответчиком.
Поэтому говорить о существовании одновременно двух действующих договоров на одно и то же жилое помещение — первоначального срочного договора найма и нового договора служебного найма — оснований нет. Поскольку подписывая договор служебного жилья, Ф.И.О1 сама подтвердила прекращение договора от 2004 года.
Поскольку судом установлено, что Ф.И.О3, Ф.И.О2 добровольно выехали из спорного жилого помещения, длительное время в нем не проживают, вещей в нем не имеют, каких-либо препятствий в пользовании жилым помещением им не создавалось. Доказательств намерения сохранить право пользования спорным служебным жилым помещением ими не представлено. Кроме того, брак между Ф.И.О1 и его супругом расторгнут, в связи с чем семейные отношения между ними прекращены. При таких обстоятельствах, учитывая в том числе прекращение трудовых отношений Ф.И.О1, а также отсутствие предусмотренных законом оснований для сохранения за ними права пользования, суд приходит к выводу об утрате права пользования спорным служебным жилым помещением у Ф.И.О1 и указанных в договоре членов её семьи.
При таких обстоятельствах требования о выселении Ф.И.О1 из спорного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения являются обоснованными и подлежат удовлетворению, соответственно подлежат удовлетворению и требование о возложении обязанности на Ф.И.О1, после вступления решения в законную силу в 10-дневный срок сдать ключи от спорного жилого помещения в администрацию <адрес>.
Вместе с тем, встречные исковые требования Ф.И.О1 о признании имеющей право пользования жилым помещением на условиях социального найма жилого помещения, возложении обязанность на администрацию <адрес>, КУМИ администрации <адрес> заключения договора социального найма жилого помещения с Ф.И.О1 удовлетворению не подлежат.
Разрешая вопрос о судебных расходах, суд учитывает следующее.
В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются законодательством о налогах и сборах.
Согласно подпункту 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации органы местного самоуправления освобождаются от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, в которых они выступают в качестве истцов или ответчиков.
Поскольку истец по первоначальному иску обратилась в суд с настоящим иском как орган местного самоуправления, при подаче искового заявления государственная пошлина с него не взыскивалась.
В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Взысканная сумма государственной пошлины подлежит зачислению в соответствующий бюджет.
Учитывая, что заявленные исковые требования о признании ответчиков утратившими право пользования служебным жилым помещением и выселении удовлетворены в полном объеме, государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, подлежит взысканию с ответчиков в доход соответствующего бюджета.
В соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации органы местного самоуправления освобождаются от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, в которых они выступают в качестве истцов или ответчиков.
Вместе с тем при определении размера государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчиков, суд исходит не из количества ответчиков как таковых, а из характера и объема удовлетворенных требований.
Поскольку требования о признании утратившими право пользования заявлены к каждому из трех ответчиков, а требование о выселении заявлено только к одному из них, судебные расходы подлежат распределению между ответчиками с учетом удовлетворенной в отношении каждого из них части исковых требований.
При этом государственная пошлина не подлежит взысканию солидарно, поскольку обязанность по ее возмещению возникает у каждого ответчика в связи с удовлетворением предъявленного к нему требования и определяется исходя из соответствующей части удовлетворенных исковых требований.
Руководствуясь абзацем 2 подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за одно требование неимущественного характера составляет в размере 3000 рублей. Поэтому считает взыскать с Ф.И.О1 доход бюджета муниципального образования <адрес> государственную пошлину в размере 4000 рублей 00 коп.; взыскать Ф.И.О2 доход бюджета муниципального образования <адрес> государственную пошлину в размере 1000 рублей 00 коп.; взыскать Ф.И.О3 в доход бюджета муниципального образования <адрес> государственную пошлину в размере 1000 рублей 00 коп.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации <адрес> к Ф.И.О1, Ф.И.О3, Ф.И.О2 о признании утратившими право пользования служебным жилым помещением, выселении без предоставления другого жилого помещения, – удовлетворить.
Признать Ф.И.О1, Ф.И.О3, Ф.И.О2 утратившими право пользования служебным жилым помещением расположенным по адресу: <адрес>.
Выселить Ф.И.О1 из служебного жилого помещения расположенным по адресу: <адрес> без предоставления другого жилого помещения, обязать Ф.И.О1 сдать ключи после вступления решения суда в законную силу в 10 дневный срок в Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации <адрес>.
В встречных исковых требованиях–Ф.И.О1 к Комитету по управлению муниципальным имуществом администрации <адрес>, Администрации <адрес> о признании право пользования Ф.И.О1 жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, на условиях социального найма, об обязании Администрации <адрес>, Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации <адрес>, заключить с Ф.И.О1 договор социального найма жилого помещения на квартиру, расположенной по адресу: <адрес>, мв месячный срок со дня вступления в законную силу решения суда -отказать.
Взыскать Ф.И.О1 доход бюджета муниципального образования <адрес> государственную пошлину в размере 4000 рублей 00 коп.
Взыскать Ф.И.О3 доход бюджета муниципального образования <адрес> государственную пошлину в размере 1000 рублей 00 коп.
Взыскать Ф.И.О2 доход бюджета муниципального образования <адрес> государственную пошлину в размере 1000 рублей 00 коп.
Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд в течение месяца со дня составления его в окончательной форме через Усольский городской суд.
Судья О.В. Янова
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.