РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 мая 2026 года город Челябинск
Курчатовский районный суд г. Челябинска в составе:
председательствующего судьи Решетниковой О.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коноваловой У.А., с участием истца Сагдинова Н.К., представителя истца Сагдинова Н.К. – ФИО5. ответчика Сагдинова А.Н., третьего лица ФИО6, представителя ответчика Сагдинова А.Н., третьего лица ФИО6 - ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Сагдинова Николая Кадировича к Сагдинову Александру Николаевичу о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
Сагдинов Н.К. обратился в суд с исковым заявлением к Сагдинову А.Н. признании договора дарения <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> заключенной между Сагдиновым Н.К. и Сагдиновым А.Н. ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности на ФИО12 аннулировать запись о государственной регистрации перехода права, возникшую на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, восстановить запись о праве собственности Сагдинова Н.К.
В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом Сагдиновым Н.К. и ответчиком Сагдиновым А.Н. был заключен договор дарения <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Истец считает, что данная сделка совершена под влиянием обмана и существенного заблуждения, так как на протяжении длительного времени перед заключением договора ответчик и третьего лицо вводили истца в заблуждение относительно целей данной сделки, истцу обещали, что он сохранит право пожизненно проживать в квартире, и что имущественное положение истца не ухудшится. По мнению истца, действительная цель сделки окончательное отчуждение принадлежащей истцу доли в единственном жилье и лишение истца права собственности. На момент совершения сделки в ДД.ММ.ГГГГ году истец в силу преклонного возраста, перенесенных заболеваний и утраты супруги ДД.ММ.ГГГГ находился в зависимом и уязвимом положении, что было известно ответчику и третьему лицу. На истца систематически оказывали давление, дарение было обусловлено встречными требованиями, которые ответчик не выполняет.
Истец Сагдинов Н.К. в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал по доводам, изложенным в исковом заявлении, указал, что фактически договор дарения был подписан в ДД.ММ.ГГГГ году, полагает, что на основании мошеннических действий ответчика сделка была зарегистрирована ранней датой в ДД.ММ.ГГГГ году, подпись в документах, содержащихся в реестровом деле не оспаривает. Фактически проживает в спорной квартире, претензий со стороны ответчика и третьего лица по проживанию нет и не было, полагает, что поскольку ответчик указал в завещании, что данная квартира после его смерти будет зарегистрирована на третье лицо, его в дальнейшем выселят, факт оказания давления, насилия и угроз в момент заключения сделки не подтвердил, ходатайств о назначении судебных экспертиз не заявил.
Представитель истца Сагдинова Н.К. – ФИО5 в судебном заседании поддержала позицию истца.
Ответчик Сагдинов А.Н. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, ранее в судебном заседании пояснил, что сделка была совершена в ДД.ММ.ГГГГ году, к совершению сделки истца не принуждали, в заблуждение не вводили, не угрожали. Ответчик претензий по пользованию спорной квартирой не предъявлял к истцу, действительно написал завещание, в котором спорную квартиру завещал супруге – третьему лицу, однако завещанием оговорено право истца на пожизненное проживание в спорной квартире.
Третье лицо ФИО6 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, поддержала позицию ответчика.
Представитель ответчика Сагдинова А.Н., третьего лица ФИО6 - ФИО7 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, представил письменные возражения, из которых следует, что отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований, кроме того пропущен срок исковой давности.
Третье лицо ФИО13 ФИО9 в судебное заседание не явилась, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещена, ранее в представленном суду письменном заявлении просила о рассмотрении дела без своего участия.
Представитель третьего лица ФИО14 в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен, о причинах неявки не сообщил.
В силу ст. ст. 9, 10, 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Не допускается злоупотребление правом гражданами и юридическими лицами.
Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным, рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте судебного заседания.
Заслушав мнения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 35 Конституции Российской Федерации, каждый вправе иметь имущество в собственности.
На основании ч. 1 ст. 213 Гражданского кодекса Российской Федерации, в собственности граждан может находиться любое имущество.
В соответствии с ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из судебных решений, установивших гражданские права и обязанности. Право собственности граждан при наличии достаточных оснований может быть установлено судебным актом.
В соответствии с п.2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.
Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В качестве признаков договора дарения, выделяющих его в системе гражданско-правовых договоров, определяют следующие: безвозмездность, увеличение имущества одаряемого за счет уменьшения имущества дарителя, наличие у дарителя намерения принести дар лицу одаряемому и согласие одаряемого лица на получение дара.
Основной квалифицирующий признак договора дарения состоит в его безвозмездности, которая заключается в том, что одна сторона предоставляет либо обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.
Признак безвозмездности договора дарения означает, что если по договору предполагается встречное предоставление, такой договор признается притворной сделкой, что прямо закреплено в п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, и к нему применяются соответствующие правила о недействительности сделки (п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Из п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Из разъяснений, содержащихся в п. 87, 88, 89 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.
Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.
Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В ходе рассмотрения дела установлено, что истец Сагдинов Н.К. является отцом ответчика Сагдинова А.Н., что не оспаривалось сторонами в ходе рассмотрения дела.
ДД.ММ.ГГГГ между Сагдиновым Н.К. и Сагдиновым А.Н. заключен договор дарения <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> <адрес> (л.д. 11-12).
Согласно п. 5 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ содержание ст. 131, 167, 209, 288, 292, 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации сторонам понятно, смысл и значение договора сторонам ясны и соответствуют их намерениям.
Из п. 9 вышеуказанного договора дарения следует, что переход права собственности и право собственности подлежат обязательной государственной регистрации.
На основании заявлений Сагдинова Н.К., Сагдинова А.Н. в ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, за Сагдиновым А.Н. ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано право собственности на <данные изъяты> долю в праве общей долевой собственности на квартиру, с кадастровым номером №, расположенную по адресу: <адрес>, <адрес>, что подтверждается реестровым делом (л.д. 74-111), а также сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости (л.д. 30-32).
Истцом в обоснование своей позиции в материалы дела представлены: выписной эпикриз ФИО16 о нахождении Сагдинова Н.К. в стационаре в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, указаны основные заболевания: <данные изъяты> (л.д. 17-20), <данные изъяты> (л.д. 21-23).
Также истец ФИО8 ссылается на трудовую книжку (л.д. 46-51), из которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 уволен, истец указывает в своих пояснениях на то, что он не мог ДД.ММ.ГГГГ находиться в <адрес>.
Из представленной в материалы дела копии завещания № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ответчик Сагдинов А.Н. завещает третьему лицу ФИО17 имущество, в том числе <данные изъяты> доли в праве собственности на квартиру, с кадастровым номером №, расположенную по адресу: <адрес> (л.д. 52-53).
Из текста завещания следует, что наследодатель Сагдинов А.Н. возлагает на ФИО6 обязанность предоставить право пожизненного пользования, проживания в указанной квартире Сагдинову Н.К. (л.д. 52).
В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Доказательств того, что в момент заключения оспариваемой сделки истец Сагдинов Н.К. не имел воли и желания на ее заключение на обозначенных в ней условиях, не имел возможности изучить их или отказаться от совершения сделки на этих условиях, находился под влиянием насилия или угрозы, под влиянием обмана, а также доказательств наличия встречных обязательств по сделке, в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суду не представлено.
Доводы истца Сагдинова Н.К. о наличии заболеваний не являются безусловным основанием для признания сделки недействительной, наличие записи в трудовой книжке об увольнении ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствует о невозможности заключения оспариваемой сделки.
В ходе рассмотрения дела доводы изложенные истцом Сагдиновым Н.К. о том, что сделка фактически была заключена в ДД.ММ.ГГГГ году не нашли своего подтверждения.
Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ исполнен, заблуждения в отношении предмета сделки у сторон не имелось и не имеется, переход права собственности на спорное имущество зарегистрирован в установленном законом порядке, суд приходит к выводу о том, что исполнение сделки сторонами свидетельствует о наличии воли Сагдинова Н.К. на возникновение гражданских прав и обязанностей по указанной сделке. Изменение позиции истца через некоторое время после заключения и исполнения договора относительно последствий сделки о прекращении права собственности основанием для квалификации сделки в качестве недействительной по основаниям ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации не является.
Рассматривая ходатайство представителя ответчика, третьего лица о применении сроков исковой давности, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1).
Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2).
Истцу Сагдинову Н.К. с учетом его позиции о том, что в документах, в том числе в оспариваемом договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ подпись поставлена именно им, было достоверно известно о переходе права собственности на спорную долю в праве собственности с ДД.ММ.ГГГГ года, что свидетельствует о пропуске срока исковой давности.
На основании изложенного суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных Сагдиновым Н.К. требований о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применении последствий недействительности сделки.
Руководствуясь ст.ст.12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Сагдинова Николая Кадировича к Сагдинову Александру Николаевичу о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применении последствий недействительности сделки, отказать.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, через Курчатовский районный суд г. Челябинска.
Председательствующий О.В. Решетникова
Мотивированное решение изготовлено 26 мая 2026 года