ОПРЕДЕЛЕНИЕ
05 октября 2026 года г. Екатеринбург
Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Ромашовой М.В.
при секретаре судебного заседания Копейке А.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление Косякова Андрея Викторовича о прекращении исполнительного производства по уголовному делу по обвинению Косякова Андрея Викторовича в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 111, п. «з» ч. 2 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации,
УСТАНОВИЛ:
приговором Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 28.11.2016 по уголовному делу № 1-261/2026 Косяков А.В. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 111, п. «з» ч. 2 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации. Данным приговором с него в пользу ФИО4 взысканы расходы на лечение в размере 94063 руб., компенсация морального вреда в размере 700000 руб.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 16.03.2017 приговор отменен в части принятого решения по гражданскому иску о взыскании с Косякова А.В. в пользу ФИО4 материального ущерба, в этой части гражданский иск направлен на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе судей в порядке гражданского судопроизводства. В остальной части приговор оставлен без изменения.
Косяков А.В. обратился в суд с заявлением о прекращении исполнительного производства № ******-ИП от 15.12.2017, возбужденного на основании приговора от 28.11.2016 в части взыскания компенсации морального вреда, сославшись на смерть ФИО4 и невозможность процессуального правопреемства на стороне взыскателя.
Лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени рассмотрения дела своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание не явились, о причине неявки не уведомили, доказательств уважительности причин неявки не представили. С учетом положений ст. 167, ч. 1 ст. 440 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление рассмотрено в их отсутствие.
Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что на основании приговора Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 28.11.2016 по уголовному делу № 1-261/2026, которым с Косякова А.В. в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в размере 700000 руб., вступившего в этой части в законную силу 16.03.2017, судебным приставом-исполнителем Октябрьского РОСП г. Екатеринбурга Мамедовым Р.И. возбуждено исполнительное производство № ******-ИП от 15.12.2017, которое до настоящего времени не окончено, требование исполнительного документа в полном объеме не исполнено.
Также согласно копиям представленных по запросу суда актовых записей ФИО4 умер ДД.ММ.ГГГГ, наследниками первой очереди после его смерти являются мать ФИО5, супруга ФИО6, дочь ФИО7
Ссылаясь на невозможность процессуального правопреемства на стороне взыскателя, поскольку взыскание компенсации морального вреда неразрывно связано с личностью ФИО4, должник Косяков А.В. обратился в суд с заявлением о прекращении указанного исполнительного производства.
Такая позиция заявителя является несостоятельной как основанная на неверном толковании норм материального и процессуального права.
В соответствии с ч. 1 ст. 439 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исполнительное производство прекращается судом в случаях, предусмотренных Федеральным законом "Об исполнительном производстве".
В силу п. 1 ч. 1 ст. 43 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" исполнительное производство прекращается судом в случае смерти взыскателя-гражданина (должника-гражданина), объявления его умершим или признания безвестно отсутствующим, если установленные судебным актом, актом другого органа или должностного лица требования или обязанности не могут перейти к правопреемнику и не могут быть реализованы доверительным управляющим, назначенным органом опеки и попечительства.
Согласно ч. 1 ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.
На основании ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства.
В наследство входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага (ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 "О судебной практике по делам о наследовании", в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм.
Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что право на получение денежной суммы, взысканной судом в счет компенсации морального вреда, переходит к наследникам в составе наследственной массы в случае, если потерпевшему присуждена компенсация, но он умер, не успев получить ее.
Таким образом, с момента вступления в силу судебного постановления о присуждении денежных сумм право на их получение является имущественным и входит в состав наследства. Вопреки доводам заявителя это относится и к присужденной компенсации морального вреда.
При таких обстоятельствах не полученная ФИО4 при жизни компенсация морального вреда входит в состав наследственного имущества, оставшегося после его смерти, и подлежит выплате наследникам, принявшим наследство. При этом тот факт, что до настоящего времени не осуществлено процессуальное правопреемство на стороне взыскателя, основанием к прекращению исполнительного производства явиться также не может.
Указанное исключает возможность прекращении исполнительного производства в связи со смертью взыскателя, поэтому оснований для удовлетворения заявления не имеется.
Руководствуясь ст.ст. 440, 224, 225 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
ОПРЕДЕЛИЛ:
в удовлетворении заявления Косякова Андрея Викторовича о прекращении исполнительного производства по уголовному делу по обвинению Косякова Андрея Викторовича в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 111, п. «з» ч. 2 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, отказать.
Определение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение пятнадцати дней с момента вынесения путем подачи частной жалобы через Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга.
Судья М.В. Ромашова