РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11 июня 2026 года г. Екатеринбург
Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего Соловьевой Т.А., при участии истца Дикой М.А., представителя истца Черепановой Т.А., при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарем судебного заседания Богдановой Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску Дикой М. А. к индивидуальному предпринимателю Сельнициной Е. В. об установлении факта прекращения трудовых отношений, возложении обязанности, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, заработной платы, выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации моральный вред, судебных расходов, по встречному иску индивидуального предпринимателя Сельнициной Е. В. к Дикой М. А. об установлении факта прекращения трудовых отношений, установил:
Дикая М.А. обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю Сельнициной Е.В. с требованием об установлении факта прекращения трудовых отношений, возложении обязанности, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, заработной платы, выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации моральный вред, судебных расходов,
В обоснование исковых требований (т.1 л.д. 5-12, т. 3 л.д. 133-135), с учетом уточнений указано, что между Дикой М.А. (работник) и ИП Сельнициной Е.В. (организация) заключен трудовой договор < № > от 01.10.2021 (далее – трудовой договор). В соответствии с п. 1.1 работник принимается на работу в организацию на должность заведующего магазином, расположенном по адресу: г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, д. 46, с окладом 28000 руб. в месяц. В соответствии с дополнительным соглашением < № > от 29.12.2023 к трудовому договору работнику установлена часовая тарифная ставка 195 руб. в час. Также работнику установлен скользящий, гибкий график работы с суммированным учетом рабочего времени: 4 рабочих дня, 3 выходных дня. В соответствии с дополнительным соглашением < № > от 28.12.2024 к трудовому договору работнику установлена часовая тарифная ставка 245 руб. в час. 07 октября 2025 года Дикой М.А. работодателем вручено уведомление работника о переводе в другую местность вместе с работодателем < № > от 22.09.2025. Указанным уведомлением, в связи с переводом в другую местность ИП Сельнициной Е.В. Дикой М.А. предложен перевод в другую местность вместе с работодателем по новому адресу: Челябинская область, р-н Сосновский, с. Долгодеревенское, ул. Мира, д. 30, без изменения её трудовой функции. С указанным уведомлением истец ознакомлена 07.10.2025, от перевода в другую местность истец отказалась, просила прекратить с ней трудовой договор на основании прекращения деятельности филиала. 07.11.2025 Ковалева И.В. изъяла у истца ключи от магазина, что подтверждается актом приема-передачи. 11.11.2025 истец направила в адрес работодателя заявление с предложением прекратить действие трудового договора 14.11.2025 и выплатить выходное пособие в размере 220000 руб. Предложение проигнорировано работодателем. Ответчик не обеспечил соблюдение требований об уведомлении и изменении условий трудового договора, установленные трудовым законодательства. Начиная с 27.11.2025 истец неоднократно посещала свое рабочее место – обувной магазин Монро, расположенный по адресу г. Екатеринбург, ул. 9 Марта, д. 46 в ТРЦ Гринвич, однако при посещении истцом зафиксировано отсутствие работодателя по указанному адресу. Ссылаясь на данные обстоятельства, истец утверждает о том, что ответчик лишил истца работы, обусловленной трудовым договором, а также рабочего места. При определении размера задолженности по заработной плате, истец указывает, что выполняя работу по графику работ, ключевым условием являлось обязательная отработка нормы рабочего времени в размере 180 часов ежемесячно. Заработная плата выплачивалась как наличными денежными средствами, так и путем перечисления денежных средств, что подтверждается многочисленными расходными кассовыми ордерами, а также отчетов по заработной плате в рознице. По расчету истца, средняя месячная заработная плата истца составляет 89822 руб.. Исходя из данного размера заработной платы, истец указывает, что в день увольнения ответчик должен выплатить истцу сумму в размере 168387 руб. 67 коп., которая включает в себя: 49 573 руб. 40 коп. – заработная плата за октябрь 2025 года; 31492 руб. 37 коп. – компенсация за неиспользованный отпуск; 87321,90 руб. – выходное пособие в размере среднего месячного заработка. Ответчиком произведена выплата в размере 46731 руб. 63 коп., в связи с чем, истец указывает, что на стороне ответчика образовалась задолженность в размере 121 656 руб. 04 коп. Размер среднего дневного заработка составляет 4498,91 руб.. Ссылаясь на данные обстоятельства, истец, с учетом уточнения исковых требований от 26.05.2026 (т.3, л.д. 133-135), просит суд:
1. Установить факт прекращения трудовых отношений с Индивидуальным предпринимателем Сельнициной Е.В. с даты вступления в законную силу решения суда по п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ;
2. Обязать Индивидуального предпринимателя Сельницину Е.В. внести запись в трудовую книжку о прекращении трудовых отношений на основании п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, а также в день прекращения трудового договора обязать Индивидуального предпринимателя Сельницину Е.В. выдать Дикой М. А. трудовую книжку;
3. Взыскать с Индивидуального предпринимателя Сельнициной Е. В. в пользу Дикой М. А. сумму, причитающуюся при увольнении в размере 121 656 руб. 04 коп.;
4. Взыскать с Индивидуального предпринимателя Сельнициной Е. В. в пользу Дикой М. А. средний заработок за время вынужденного прогула в размере 575 860 руб. 48 коп. с 27.11.2025 по 11.06.2026 и по дату вынесения решения суда из расчета среднего дневного заработка 4498 руб. 91 коп.;
5. Взыскать с Индивидуального предпринимателя Сельнициной Е. В. в пользу Дикой М. А. компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. (сто тысяч рублей 00 коп.);
6. Взыскать с Индивидуального предпринимателя Сельнициной Е. В. в пользу Дикой М. А. судебные расходы по оказанию юридической помощи в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей 00 копеек.
Кроме того, ответчик по первоначальному иску обратился в суд со встречным иском в рамках настоящего дела (т.3, л.д. 1-8). В обоснование встречных исковых требований ответчик ссылается, что ИП Сельницина Е.В. не согласна с требованиями Дикой М.А. об установлении факта прекращения трудовых отношений по основанию п.1 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. ИП Сельницина Е.В. является физическим лицом, зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя, в связи с чем, трудовой договор с ней может быть расторгнут по п.1 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации только в случае прекращения деятельности индивидуального предпринимателя. При этом ИП Сельнициной Е.В. деятельность в качестве индивидуального предпринимателя не прекращена. ИП Сельницина Е.В. считает, что трудовые отношения с Дикой М.А. фактически прекращены 01.12.2025 по п.9 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Основным видом экономической деятельности ИП Сельнициной Е.В. является розничная реализация обуви через розничные магазины. В том числе ИП Сельницина Е.В. осуществляла деятельность в г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, д. 46. В связи с повышением арендной платы и существенным снижением выручки было принято решение о закрытии магазина в г. Екатеринбург, по адресу ул. 8 Марта, д. 46. Учитывая сложную экономическую ситуацию, в целях сохранения рабочих мест, Дикой М.А. была предложена работа в магазине, который расположен в с. Долгодеревенское, Челябинская область. Также Дикая М.А. была уведомлена о том, что в случае отказа от предложенной работы трудовой договор с ней будет расторгнут в соответствии с п.9 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Дикая М.А. не согласилась на перевод на работу в другую местность, в связи с чем, 12.11.2025 направила в адрес ИП Сельнициной Е.В. заявление о прекращении трудового договора по п. 1. ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, по соглашению сторон, с выплатой выходного пособия в размере 220000 руб. В отсутствие согласия работодателя на расторжение трудового договора по данному основанию, трудовой договор не был расторгнут. Также у работодателя не было основания расценивать данное заявление как заявление на увольнение по собственному желанию. Приказ об отстранении Дикой М.А. от работы не издавался. Факт передачи Дикой М.А. ключей от магазина Ковалевой И.В. не может расцениваться как отстранение Дикой М.А. от работы. Также в материалах дела отсутствуют доказательства того, что Дикой М.А. чинили препятствия в допуске на рабочее место. По мнению истца по встречному иску в действиях Дикой М.А. имеется умысел уйти от ответственности за совершение грубого нарушения трудовых обязанностей, так как Дикая М.А. обратилась с исковым заявлением в суд после получения от работодателя требования представить оправдательные документы по поводу отсутствия на рабочем месте. ИП Сельницина считает, что трудовые отношения с Дикой М.А. фактически прекращены 01.12.2025 по п.9 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. На 01.12.2025 у ИП Сельнициной Е.В. отсутствовала информация о закрытии больничного листа у Дикой М.А., в связи с чем, у работодателя отсутствовала возможность уволить истца по п. 9 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Учитывая, что фактически трудовые отношения между сторонами прекращены 01.12.2025, отсутствуют основания для взыскания оплаты за вынужденный прогул. Ссылаясь на данные обстоятельства, истец по встречному иску просит суд установить факт прекращения трудовых отношений с Дикой М.А. 01.12.2025 по п.9 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Из дополнений ко встречному иску следует, что истцу перечислены денежные средства в размере 46731,63 руб., в том числе: 6724,89 руб. – компенсация за задержку выплаты заработной платы, 21952,38 руб. – компенсация за неиспользованные дни отпуска, 21782,36 руб. – выходное пособие (л.д. 103-105, т. 3).
В судебном заседании истец, представитель истца Черепанова Т.А., действующая на основании доверенности < № > от 03.02.2026 (т.1, л.д. 156-157), поддержали позицию, подробно изложенную в исковом заявлении, дополнении к иску, настаивали на уточнении исковых требований, в удовлетворении встречного иска просили отказать (т.3 л.д. 89-90).
Ответчик в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания уведомлен надлежащим образом и в срок, о причинах неявки не сообщил, об отложении не просил, представили письменные возражения (т.2 л.д. 106-109, т. 3 л.д. 111-117, л.д. 123-124) из которых следует, что исковые требования не признают. Не оспаривают, что 01.10.2021 с Дикой М.А. заключен трудовой договор, в соответствии с которым истец принята на должность заведующей магазином в розничное подразделение – г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, д. 46. Истцу установлена пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 (сорок) часов с двумя выходными днями. Рабочее время с 08:30 до 17:30. В соответствии с дополнительным соглашением < № > от 29.12.2023 работнику установлен скользящий график работы с суммированным учетом рабочего времени: 4 рабочих дня, 3 выходных. Перерыв для питания и отдыха составляет один час, в течение рабочего дня. Начало и продолжительность рабочего дня определяется согласно сменному графику работы. Согласно дополнительному соглашению < № > от 28.12.2024 установлена часовая тарифная ставка 245 руб. в час. До настоящего времени трудовой договор не расторгнут, и продолжает действовать. Доводы истца о направлении 11.11.2025 в адрес ответчика заявления с предложением прекратить действие трудового договора 14.11.2025 и выплатить выходное пособие в размере 220000 руб. несостоятельны. Указанного заявления в адрес ответчика не поступало, и нет доказательств его получения. В период с 07.11.2025 по 26.11.2025 истец находилась на больничном. Доводы истца о том, что магазин, в котором она осуществляла трудовую деятельность, расположенный по адресу г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, д. 46 в ТРК Гринвич, прекратил работать 27.11.2025, являются несостоятельными, так как ответчик работал в период с 27.11.2025 по 30.11.2025, что подтверждается актом приема-передачи от 30.11.2025. Ответчик ни 27.11.2025, ни 28.11.2025 на работу не вышла, и не сообщила о причинах своего отсутствия, в связи с чем, ответчиком зафиксирован факт отсутствия истца на рабочем месте более 4 часов подряд 27.11.2025. Ответчиком были отобраны соответствующие объяснения истца. Вместе с тем, установить время нахождения истца на приеме у врача, установить невозможно, как и достоверность самого обращения в больницу в указанный день. Более того, согласно графику рабочего времени указанный день у истца являлся рабочим днем. Таким образом, истец пытается уйти от ответственности. Какой – либо задолженности по заработной плате перед истцом не имеется. Доказательств, что заработная плата была установлена в большем размере, чем в договоре, не представлено. Представленные расходные кассовые ордера, отчеты по заработной плате, не являются надлежащим доказательством по делу. Доводы истца о том, что истец выполняла работу в соответствие с графиком, где ключевым условием являлась отработка нормы рабочих часов в размере 180 часов, являются недоказанными и противоречат материалам дела. Средний заработок истца в 2025 году составил 46582,67 руб.. Кроме того, указывают, что ответчик является физическим лицом, зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя, и не является юридическим лицом, следовательно, не имеет обособленных (структурных) подразделений. Деятельность в качестве ИП не прекращена. Таким образом, истец не может быть уволена по заявленным истцом основаниям. С заявлением об увольнении по собственному желанию и выдаче трудовой книжки, истец не обращался. Доводы истца о том, что размер заработной платы по данной должности в магазине Монро составляет порядка 80000 руб., не доказано. Более того, бренд «Монро» объединяет независимых предпринимателей под единым брендом, таким образом, заработная плата по аналогичной должности в разных организациях может отличаться, что не является нарушением закона, поскольку все зависит от внутренней политики каждой компании и ее экономических условий. Среднедневной заработок истца составляет 1605,88 руб., 1568,65 руб. (для расчета компенсации за неиспользованный отпуск), среднечасовой заработок составил 286,61 руб..
Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания уведомлены надлежащим образом и в срок, о причинах неявки не сообщили, об отложении не просили.
При таких обстоятельствах, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело и вынести решение.
В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии со ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля З.А.В., подтвердившей обстоятельства, изложенные истцом в части осуществления трудовой обязанности и выплаты заработной платы, ее размера, исследовав письменные доказательства, оценивая представленные сторонами доказательства в совокупности, руководствуясь при этом требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ст. ст. 56, 57, 68, ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
В силу части 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый ст. 2 ТК РФ).
Как следует из материалов дела, между ИП Сельнициной Е. В. (организация) и Дикой М. А. (работник) заключен трудовой договор < № > от 01 октября 2021 года (далее – Трудовой договор) (т.1, л.д. 13-16).
По условиям Трудового договора работник принимается на работу в Организацию для выполнения работы по должности Заведующий магазином в розничное подразделение г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, д. 46, с окладом 28000 руб. в месяц.
В соответствии с дополнительным соглашением < № > от 29.12.2023 к Трудовому договору, работнику установлена часовая тарифная ставка 195 руб. в час, а также работнику установлен скользящий, гибкий график работы с суммированным учетом рабочего времени: 4 рабочих дня, 3 выходных дня (т.1, л.д. 15).
В соответствии с дополнительным соглашением < № > от 28.12.2024 к Трудовому договору, работнику установлена часовая тарифная ставка в 245 руб. в час (т.1, л.д. 16).
Уведомлением < № > от 22.09.2025 ИП Сельницина Е.В. в связи с переводом в другую местность ИП Сельнициной Е.В., предложила работнику Дикой М.А. перевод в другую местность вместе с работодателем по новому адресу: 456510, Челябинская обл., р-н Сосновский, с. Долгодеревенское, ул. Мира, д. 30, без изменения ее трудовой функции. Работодатель также сообщил работнику, что в случае отказа от перевода на работу в другую местность вместе с работодателем трудовой договор с Дикой М.А. будет прекращен в соответствии с п.9 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с выплатой выходного пособия в размере двухнедельного среднего заработка согласно абз. 5 ч.3 ст. 178 Трудового кодекса Российской Федерации.
В материалы дела представлены два идентичных друг другу экземпляра уведомления < № > от 22.09.2025 (т.1, л.д. 17-18).
На одном экземпляре уведомления < № > от 22.09.2025 указано на получение Дикой М.А. данного уведомления 07.10.2025, также Дикая М.А. поставила отметку «не согласна» (т.1, л.д. 17).
На втором экземпляре уведомления < № > от 22.09.2025 указано на получение Дикой М.А. данного уведомления 07.10.2025, также Дикая М.А. поставила отметку «прошу уволить меня при закрытии магазина, согласно Трудового кодекса, по соглашению сторон с выплатой компенсации в сумме двух среднемесячных окладов» (т.1, л.д. 18).
07 ноября 2025 года составлен акт приема-передачи денежных средств, согласно которому Дикая М. А. сдает, а Ковалева И. В. принимает, в присутствии Красненького И. А.: наличные денежные средства 210450 руб., что соответствует остатку денежных средств на конец дня 06 ноября 2025 года по кассовой книге, кличи от сейфа, где хранятся данные денежные средства, ключи от магазина (т.1, л.д. 19).
11.11.2025 Дикой М.А. подано заявление на имя ИП Сельнициной Е.В., в котором Дикая М.А. указывает, что ей получено уведомление о переводе в другую местность вместе с работодателем. Дикая М.А. предложила в целях разрешения возникшей ситуации прекратить трудовой договор по п.1 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно по соглашению сторон с начислением и выплатой выходного пособия в размере 220000 руб. (т.1, л.д. 20). На заявлении содержится отметка о получении заявления Ковалевой И.В.
Также, согласно представленной почтовой квитанции и отслеживанию с сайта Почты России, данное заявление также было направлено почтой в адрес ИП Сельнициной Е.В., получено последней (т.1, л.д. 21-22).
Истец по первоначальному иску просит установить факт прекращения трудовых отношений с Индивидуальным предпринимателем Сельнициной Е.В. с даты вступления в законную силу решения суда по п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
В свою очередь ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску просит суд установить факт прекращения трудовых отношений с Дикой М.А. с 01.12.2025 по п.9 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Статьей 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлен порядок оформления прекращения трудового договора.
Согласно части 1 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.
Исходя из буквального толкования части 1 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, оформление приказа (распоряжения) работодателя о прекращении трудовых отношений является прерогативой работодателя.
Заявляя требование признать трудовой договор, заключенный с работником, расторгнутым, истец по встречному иску не приводит норм права, которые бы указывали на необходимость удостоверения факта прекращения трудовых отношений с работником в отсутствие факта издания работодателем соответствующего приказа.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что действующее законодательство не предусматривает такого способа защиты прав работодателя, как признание трудового договора прекращенным.
Между тем, при рассмотрении настоящего дела суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом конкретном случае работодатель и работник оба заявляют суду о намерении расторгнуть трудовой договор. Работодатель утверждает о том, что трудовые отношения фактически прекращены 01.12.2025. Работник в свою очередь просит прекратить трудовые отношения с работодателем по основанию прекращения им деятельности, указывая на то, что предприниматель фактически прекратил деятельность на территории Свердловской области. При этом истец по первоначальному иску (работник) возражает против признания расторжения трудового договора 01.12.2025, так как работодатель соответствующего приказа не издавал, истец продолжает числиться в штате работников ответчика, и увольнение ее датой 01.12.2025 повлечет к нарушению ее прав на получение соответствующего трудового стажа для начисления пенсии. По мнению истца, в период с 01.12.2025 истец находится в вынужденном простое, причем по вине работодателя, который не издает приказ о прекращении трудового договора с истцом, и не предоставляет ей возможность трудиться.
В ответ на запрос суда от ООО «Управляющая компания ИТС-Групп» поступил ответ (т.2, л.д. 231-233), в котором указано следующее. ИП Сельницина Е.В. с 01 октября 2021 года являлась арендатором двух нежилых помещений в нежилом здании по адресу г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, д. 46, а именно нежилого помещения < № >, общей площадью 214,4 кв.м., нежилого помещения < № > общей площадью 88,2 кв.м. Договоры аренды с ИП Сельнициной Е.В. в отношении указанных помещений прекратили свое действие с 01.12.2025. 30.11.2025 нежилые помещения были возвращены арендатором.
Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, ИП Сельницина Е.В. состоит на учете в налоговом органе МИФНС №22 по Челябинской области.
Таким образом, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что ИП Сельницина Е.В. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя на территории Челябинской области. С 2021 года осуществляла деятельность на территории Свердловской области, г. Екатеринбург, в магазине в ТРК «Гринвич» по адресу г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, д. 46. С 01.12.2025 деятельность ИП Сельнициной Е.В. на территории Свердловской области, в частности в г. Екатеринбурге не осуществляется, что ИП Сельнициной Е.В. не оспаривается.
В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основаниями прекращения трудового договора являются, в том числе, расторжение трудового договора по инициативе работодателя (статьи 71 и 81 настоящего Кодекса).
На основании пункта 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.
Согласно разъяснениям пункта 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" от 29 мая 2018 года N 15, следует, что при применении положений пункта 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации о расторжении трудового договора с работником в случае прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем судам следует иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по указанному основанию может иметь место в случае фактического прекращения таким работодателем своей деятельности. В связи с этим при рассмотрении споров, связанных с увольнением работников, работавших у работодателей - физических лиц, являющихся индивидуальными предпринимателями, судам следует выяснять, имело ли место в действительности фактическое прекращение деятельности индивидуальным предпринимателем и какие действия им были совершены в связи с прекращением этой деятельности. К таким действиям, в частности, могут относиться: прекращение производственной деятельности, отказ в продлении лицензии на определенные виды деятельности. При этом доказательства фактического прекращения предпринимательской деятельности должны быть представлены работодателем - индивидуальным предпринимателем.
В Трудовом договоре определено конкретное место работы Дикой М.А. – розничное подразделение г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, д. 46 (т.1, л.д. 13-14).
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 6 постановления от 27 апреля 2024 г. N 22-П "По делу о проверке конституционности частей 1 - 4 статьи 74 и пункта 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гр. А.М.Х.", местность, в которой осуществляется трудовая деятельность (расположено структурное подразделение организации и (или) рабочее место) работника, хотя прямо и не отнесена законодателем к числу самостоятельных условий трудового договора, тем не менее обладает важным правовым значением, которое необходимо учитывать, в частности, при решении вопроса о продолжении трудовых отношений с работником в случае необходимости изменения его рабочего места. В тех случаях, когда изменение рабочего места (в том числе, когда оно определено в трудовом договоре) сопровождается изменением местности (населенного пункта), в которой должно осуществляться исполнение трудовых обязанностей, оно не может быть произведено без согласия работника. Иначе допускалось бы осуществление исключительно в интересах работодателя изменения жизненного уклада работника, затрагивающего важные сферы его существования в социуме.
Более того, предоставление работодателю права изменять без согласия работника условие трудового договора о его рабочем месте в случае, когда новое рабочее место расположено хотя и по месту нахождения работодателя, но, тем не менее, в иной местности по отношению к той, где работник выполнял свои трудовые обязанности в соответствии с условиями трудового договора, не только нивелировало бы смысл и целевое предназначение законодательных норм, ограничивающих возможности работодателя по изменению условий трудового договора, но и влекло бы за собой выходящее за рамки конституционно допустимых ограничений прав и свобод ущемление конституционного права каждого на свободное распоряжение своими способностями к труду и - вопреки конституционным положениям о социальном государстве, достоинстве личности и уважении человека труда, а равно вытекающему из конституционных предписаний принципу справедливости и требованию о соблюдении баланса прав и законных интересов работника и работодателя - не обеспечивало бы надлежащую защиту работника, являющегося экономически более слабой в трудовом правоотношении стороной, от произвольных действий работодателя (статья 7, часть 1; статья 17, часть 3; статья 37, часть 1; статья 55, часть 3; статья 75.1 Конституции Российской Федерации).
В силу этого части 1 - 4 статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с пунктом 7 части 1 его статьи 77 - в системе действующего правового регулирования - не предполагают изменения работодателем в одностороннем порядке определенного сторонами условия трудового договора о рабочем месте работника, если при этом меняется местность, в которой должна осуществляться его трудовая деятельность. Такое изменение, как затрагивающее конституционно значимые интересы работника, может осуществляться лишь с его письменного согласия.
Между тем отсутствие согласия работника на изменение условия трудового договора о его рабочем месте - в случае, когда по причинам, указанным в части первой статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации, прежнее условие трудового договора о рабочем месте работника не может быть сохранено, - влечет за собой невозможность продолжения трудовых отношений с ним, а значит, и расторжение трудового договора. Однако при этом недопустимо увольнение работника, отказавшегося от продолжения работы в другой местности, без предоставления ему гарантий, направленных на смягчение негативных последствий, наступающих для гражданина в результате потери работы.
Согласно пункту 7 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2024 г. N 22-П действующее трудовое законодательство не предусматривает специального основания увольнения работника в случае его отказа от продолжения трудовой деятельности на новом рабочем месте, если оно расположено в другой местности, притом что сам работодатель (организация) в другую местность не перемещается.
Вместе с тем, если у работодателя отпадает необходимость в продолжении выполнения конкретным работником работы, предусмотренной трудовым договором, именно в данной местности, а значит, и исчезает потребность в существовании рабочего места указанного работника в этой местности - притом что потребность в дальнейшем использовании его труда по предусмотренной трудовым договором трудовой функции у работодателя, напротив, не исчезает, однако может быть реализована исключительно при условии продолжения работником работы на ином рабочем месте, расположенном в другой местности, - то в основе увольнения работника в случае его отказа от переезда в другую местность для продолжения исполнения должностных обязанностей на ином рабочем месте лежит объективная невозможность предоставления ему работы на прежнем рабочем месте, определенном заключенным с ним трудовым договором. При этом, хотя должность, замещаемая таким работником, и не сокращается, он тем не менее фактически оказывается в положении, схожем с положением работника филиала, представительства или иного обособленного структурного подразделения организации, расположенного в другой местности, деятельность которого прекращается: и для того, и для другого в равной мере утрачивается возможность продолжения работы на прежнем рабочем месте в той же местности по причинам, не связанным с их личным волеизъявлением и виновным поведением, а вызванным такими организационными изменениями в сфере деятельности работодателя, в результате которых у последнего отпадает потребность в использовании труда конкретного лица именно в данной местности.
С учётом вышеизложенного Конституционный суд Российской Федерации в Постановлении Конституционного Суда РФ от 27.04.2024 N 22-П "По делу о проверке конституционности частей первой - четвертой статьи 74 и пункта 7 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.М.Х." пришёл к выводу о том, что, при отказе работника от продолжения работы на ином рабочем месте, расположенном в другой местности, его увольнение - при отсутствии у работодателя возможности предоставить ему другую работу в той же местности (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья, - должно осуществляться по правилам, предусмотренным для случаев ликвидации организации, т.е. по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, с предоставлением работнику соответствующих гарантий.
Изучив представленные в материалы дела доказательства суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае фактически имеет место прекращение деятельности ИП Сельнициной Е.В., зарегистрированной на территории Челябинской области, предпринимательской деятельности на территории Свердловской области.
С учетом позиции Конституционного суда, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 27.04.2024 N 22-П "По делу о проверке конституционности частей первой - четвертой статьи 74 и пункта 7 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.М.Х.", а также позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 08.07.2019 N 83-КГ19-6, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае трудовые отношения между сторонами подлежат прекращению по основанию пункта 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Довод ответчика о том, что обособленное подразделение может открыть только юридическое лицо, тогда как ответчик является физическим лицом, осуществляющим деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, в связи с чем, прекращения трудового договора с ним по основанию пункта 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации возможно только при прекращении им деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, судом отклоняется.
Действительно, в соответствии с пунктами 2, 3 статьи 55 Гражданского кодекса Российской Федерации филиалом является обособленное подразделение юридического лица, расположенное вне места его нахождения и осуществляющее все его функции или их часть, в том числе функции представительства. Филиалы должны быть указаны в едином государственном реестре юридических лиц.
В сложившихся между сторонами трудовых отношениях имело место открытие индивидуальным предпринимателем магазина в г. Екатеринбург, Свердловская область, при этом местом нахождения индивидуального предпринимателя продолжала оставаться Челябинская область. Таким образом, индивидуальный предприниматель, находящийся на территории Челябинской области, осуществлял предпринимательскую деятельность также на территории Свердловской области, нанял сотрудников, организовав тем самым рабочие места в г. Екатеринбурге.
В рассматриваемом случае магазин, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, 46, является определенным местом работы, созданным предпринимателем для осуществления деятельности в данном регионе. При этом сам индивидуальный предприниматель как при заключении трудового договора, так и в настоящее время продолжает находиться на территории Челябинской области.
То обстоятельство, что магазин, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, 46 не может быть в строгом смысле определен как филиал, или обособленное подразделение, не изменяет того обстоятельства, что в данном магазине индивидуальный предприниматель осуществлял предпринимательскую деятельность в другом регионе.
При рассмотрении индивидуального трудового спора определяющим должно являться то обстоятельство, что магазин, расположенный по адресу: г. Екатеринбург, ул. 8 Марта, 46, в котором ИП Сельницина осуществляла предпринимательскую деятельность, являлся для истца Дикой М.А. её рабочим местом. ИП прекратил осуществление деятельности по данному адресу, предложил истцу переехать на работу в другой регион, от чего истец отказалась. С учетом данных обстоятельств суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае возможно применение правового подхода, отраженного в Постановлении Конституционного Суда РФ от 27.04.2024 N 22-П "По делу о проверке конституционности частей первой - четвертой статьи 74 и пункта 7 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.М.Х.", и считает что в рассматриваемом случае трудовой договор подлежит прекращению по правилам, предусмотренным для случаев ликвидации организации.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что трудовые отношения с истцом подлежат прекращению на основании пункта 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации - ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.
Судом ранее указано, прекращение трудового договора, издание приказа о прекращении трудового договора является прерогативой работодателя. Между тем, суд отмечает, что в данном конкретном случае работодатель бездействует в данной части, и не издает приказ о прекращении трудового договора с работником, при этом сам работодатель во встречном исковом заявлении утверждает о том, что трудовые отношения с истцом фактически прекращены 01.12.2025. Между тем, соответствующий приказ о прекращении трудового договора работодатель не издаёт, другую работу истцу не предлагает.
С учетом изложенного, суд полагает, что в данном конкретном случае возможно удовлетворение требований истца в части установления факта прекращения трудовых отношений на основании пункта 1 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Из материалов дела очевидно следует, что стороны не намерены продолжать трудовые взаимоотношения, при этом у работника отсутствует иной способ прекращения трудовых отношений, кроме как установление этого факта в судебном порядке. При этом подача заявления на увольнение по собственному желанию является правом работника, а не его обязанностью. В сложившейся ситуации прекращения деятельности работодателя в определенной местности именно на работодателе лежит обязанность надлежащим образом, в соответствии с нормами Трудового кодекса Российской Федерации, осуществить прекращение трудового договора с истцом, чего работодателем сделано не было.
Относительно даты прекращения трудовых отношений суд отмечает следующее.
Если в случаях, предусмотренных статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя (часть седьмая статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации).
Истец просит установить факт прекращения трудовых отношений с даты вступления решения суда в законную силу. Между тем, правового обоснования указания данной даты истец не приводит.
Учитывая положения части 7 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации суд полагает возможным применить в данном случае аналогию закона, и установить датой прекращения трудовых отношений дату вынесения решения суда.
На основании вышеизложенного суд полагает удовлетворить первоначальные исковые требования в части установления факта прекращения трудовых отношений истца с ответчиком по основанию п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации - ликвидация организации, указав в качестве даты прекращения трудовых отношений дату вынесения решения суда – 11.06.2026.
С учётом удовлетворения первоначального иска в данной части, в удовлетворении встречного иска суд отказывает.
Также истец по первоначальному иску просит обязать ответчика по первоначальному иску внести в трудовую книжку истца запись о прекращении трудовых отношений по основанию п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, выдать трудовую книжку истцу.
В силу ч. 1 ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка является основным документом о трудовой деятельности работника.
В соответствии с ч. 3 ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной.
В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе (ч. 4 ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации).
Поскольку судом установлены основания и дата прекращения трудовых отношений, также подлежит удовлетворению требование истца обязать ответчика внести запись в трудовую книжку Дикой М. А. о прекращении трудовых отношений 11.06.2026 года на основании п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, после внесения соответствующей записи в трудовую книжку выдать Дикой М. А. её трудовую книжку.
Главой 27 Трудового кодекса РФ установлены гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора.
Согласно части 1 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации (пункт 1 части первой статьи 81 настоящего Кодекса) либо сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса) увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка.
Согласно ст. 139 Трудового кодекса РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления (часть 1).
Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (часть 2).
При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (часть 3).
Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть 7).
Во исполнение ч. 7 ст. 139 Трудового кодекса РФ постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 N 540 утверждено "Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" (далее по тексту Положение).
Расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (п. 4 Положения).
Частью 3 пункта 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2025 года N 540, предусмотрено, что средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.
Средний месячный заработок для расчета выходного пособия определяется путем умножения среднего дневного (часового) заработка на среднее количество рабочих дней (часов), приходящихся на один месяц в году (абз. 5 п. 9, абз. 4 п. 13 Постановление Правительства РФ от 24.04.2025 N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" (вместе с "Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы").
Поскольку в период с 27.11.2025 по 11.06.2026 работник находился в вынужденном прогуле, суд полагает возможным для исчисления среднего дневного заработка взять период с 01.11.2024 по 31.10.2025.
Исходя из представленных в материалы дела выписки по счету, а также расчетных листков, представленных истцом (т.1., л.д. 31-43), размер заработной платы за период с 01.11.2024 по 31.10.2025 составляет 672256 руб. 26 коп..
Доводы ответчика по первоначальному иску о том, что представленные истцом расходные кассовые ордера, о также отчеты по заработной плате не являются надлежащим доказательством по делу, судом отклоняются.
По мнению суда, представленные стороной истца копии платежных ведомостей, отвечают критерию допустимости письменных доказательств. При этом, отсутствие в указанных документах подписей и печатей ответчика, равно как и непредставление оригинала ведомостей, исходя из установленных по делу фактических обстоятельств составления этих документов, не исключает допустимость указанных обстоятельств. При выплате "серой" заработной платы является обычным ведение неформальных ведомостей без их надлежащего оформления.
Истцом в материалы дела представлена переписка в рабочих группах руководителей розничных подразделений в мессенджере Телеграмм и WhatsUp, которым подтверждается факт выдачи сотрудникам части заработной платы наличными.
Работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях (о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд РФ, например, определение от 19 мая 2009 года N 597-О-О, определение от 13 октября 2009 года N 1320-О-О, определение от 12 апреля 2011 года N 550-О-О и др.) и основной массив доказательств по делу находится у работодателя, ответственного за ведение кадрового и бухгалтерского документооборота.
Изучив представленные в материалы дела расчетные листки, представленные истцом (т.1., л.д. 31-43), суд полагает возможным принять за основу размер заработной платы, указанный в данных расчетных листках.
Количество отработанных истцом смен за период с 01.11.2024 по 31.10.2025 составляет 195 дней, исходя из данных табелей учета рабочего времени.
Таким образом, средний дневной заработок истца за период с 01.11.2024 по 31.10.2025 составляет 3447 руб. 46 коп. (672256 руб. 26 коп. ? 195 дней).
В соответствии с абз. 5 п. 9, абз. 4 п. 13 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2025 года N 540, среднее количество рабочих дней, приходящихся на один месяц, в период с 01.11.2024 по 31.10.2025, составляет 195 ? 12 = 16,25 дней.
Таким образом, размер выходного пособия в размере среднего месячного заработка при увольнении истца по причине ликвидации организации составляет 56021 руб. 25 коп.
В соответствии с абз. 2 ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
Поскольку в период с 27.11.2025 истец по вине работодателя не был допущен до работы, за период с 27.11.2025 по 11.06.2026 с работодателя в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула.
При этом истцу установлен сменный график работы: 4 рабочих дня через 3 выходных дня.
В соответствии с производственным календарём за 2025-2026 года, количество рабочих дней в период с 27.11.2025 по 11.06.2026, при графике работы 4 рабочих дня через 3 выходных дня составляет 113 дней.
Таким образом, средний заработок истца за время вынужденного прогула составляет: 3447 руб. 46 коп. ? 113 дней = 389562 руб. 98 коп.
Истцом по первоначальному иску также заявлено требование о взыскании сумм, причитающихся при увольнении в размере 121656 руб. 04 коп.
Также при увольнении истцу причитается компенсация за неиспользованный отпуск.
Согласно ч. 4 ст. 139 Трудового кодекса РФ средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).
В соответствии с п. 10 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 (действовавшего в спорный период), средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3).
В случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах.
Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце.
Таким образом, в силу приведенных нормативных положений расчет суммы среднего заработка для выплаты компенсации за неиспользованный отпуск подлежит исчислению исходя из заработка истца за 12 месяцев, предшествовавших месяцу увольнения, с учетом количества календарных дней за этот же период, которое определяется в порядке, предусмотренном п. 10 Положения.
При этом, в соответствии с подпунктом "в" п. 5 Положения о средней заработной плате, утв. Постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 N 540, при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если работник не работал в связи с простоем по вине работодателя или по независящим от работодателя и работника причинам.
С учётом того, что работник в период с 27.11.2025 по 11.06.2026 находился в простое по вине работодателя, за данный период заработная плата ему не начислялась, данный период не включается в расчет среднего дневного заработка при определении компенсации за неиспользованный отпуск.
Для соблюдения баланса интересов работника и работодателя, с учётом нахождения истца в вынужденном прогуле, суд принимает за основу для расчета среднего дневного заработка для определения размера компенсации за неиспользованный отпуск фактически начисленную истцу заработную плату за период с 01.11.2024 по 31.10.2025, в размере 672 256 руб. 26 коп.
В соответствии пунктом 10 Постановления Правительства РФ от 24.04.2025 года N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29, 3).
Размер среднего дневного заработка истца для оплаты отпуска составит 1911 руб. 99 коп., из расчета: 672256 руб. 26 коп. / 12 / 29,3.
По расчету ответчика остаток отпуска на 01.12.2025 составляет 13,67 дней.
Суд принимает расчет кол-ва дней неиспользованного отпуска, представленный ответчиком, так как данное количество наглядно прослеживается из составленных ответчиком сведений о количестве дней отпуска, предоставленных истцу за весь период работы.
Таким образом, истцу подлежит выплате компенсация за неиспользованные в период с 01.10.2024 по 01.12.2025 дни отпуска в кол-ве 13,67 дней.
Таким образом, размер компенсации за неиспользованный отпуск составит 26136 руб. 90 коп., исходя из расчета: 1911,99 ? 13,67 дней.
Из пояснений ответчика следует, что им 08.05.2026 было осуществлено начисление истцу денежных средств в размере 50459 руб. 63 коп.: компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 6724 руб. 89 коп., выходное пособие в размере двухнедельного среднего заработка в размере 21782 руб. 36 коп., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 21952 руб. 38 коп. За минусом НДФЛ в размере Дикой М.А. было перечислено денежных средств в размере 46731 руб. 63 коп. (т.3, л.д. 7).
За минусом НДФЛ Дикой М.А. было выплачено:
- 18950 руб. 65 коп. (выходное пособие);
- 19098 руб. 57 коп. (компенсация за неиспользованный отпуск).
Поскольку причитающиеся истцу при увольнении выплаты рассчитаны судом также из сумм, выплаченных истцу фактически, то есть презюмируется, что данные выплаты осуществлены после вычета НДФЛ, указанные судом причитающиеся истцу выплаты при увольнении подлежат взысканию за вычетом уже произведенных работодателем выплат 08.05.2026.
Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежат взысканию:
- 37070 руб. 60 коп. (56 021 руб. 25 коп. - 18 950 руб. 65 коп.) – выходное пособие;
- 7038 руб. 33 коп. (26 136 руб. 90 коп. - 19 098 руб. 57 коп.) – компенсация за неиспользованный отпуск;
- 389562 руб. 98 коп. – средний заработок за время вынужденного прогула.
Как указывает истец, при увольнении ответчик должен выплатить истцу сумму в размере 168387 руб. 67 коп., которая включает в себя:
- 49573 руб. 40 коп. – заработная плата за октябрь 2025 года (87321,90 – 18874,75 – 18873,75);
- 31492 руб. 37 коп. – компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 7 дней;
- 87321 руб. 90 коп. – выходное пособие в размере среднего месячного заработка.
При этом суд не находит оснований для взыскания задолженности по заработной плате за октябрь 2025 года. Истцом в материалы дела не представлено доказательств наличия задолженности за октябрь 2025 года.
Истец осуществляет расчет задолженности исходя из размера среднемесячной заработной платы в размере 87321 руб. 90 коп. Между тем, подробного расчета данной суммы истцом не приведено, не указано какие периоды, и какие суммы взяты истцом за основу при осуществлении данного расчета.
Исходя из представленного ответчиком в материалы дела расчетного листа и выписки по расчетному счету, представленной истцом, следует, что заработная плата за октябрь 2025 года перечислена ответчиком в полном объеме. Иного истцом не представлено и не доказано.
На основании изложенного, требование истца о взыскании заработной платы за октябрь 2025 года не подлежит удовлетворению.
При взыскании с ответчика сумм выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск, среднего заработка за время вынужденного прогула суд отмечает следующее.
При определении размера дохода, полученного истцом в период с 01.11.2024 по 31.10.2025, суд, в отсутствие иных достоверных сведений, был вынужден использовать сведения выписки по расчетному счету истца, а также расчетные листки, содержащие сведения о фактически выплаченной истцу заработной плате. При этом, поскольку денежные средства были фактически выплачены работодателем работнику, суд презюмирует, что данные денежные средства были выплачены после вычета НДФЛ.
Согласно пункту 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 Налогового кодекса Российской Федерации с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей. Указанные лица именуются в главе 23 Налогового кодекса Российской Федерации налоговыми агентами.
Налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога на доходы физических лиц непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате (пункт 4 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации). Исчисление сумм налога производится налоговыми агентами на дату фактического получения дохода, определяемую в соответствии со статьей 223 настоящего Кодекса, нарастающим итогом с начала налогового периода применительно ко всем доходам, в отношении которых применяется налоговая ставка, установленная пунктом 1 или 3.1 статьи 224 настоящего Кодекса, начисленным налогоплательщику за данный период, с зачетом удержанной в предыдущие месяцы текущего налогового периода суммы налога (пункт 3 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации).
Таким образом, с сумм, взысканных по настоящему решению, ответчик обязан произвести начисление и уплату налога на доходы физических лиц.
В связи с чем, сумма выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск, среднего заработка за время вынужденного прогула определена судом, в отсутствие иных сведений, от суммы фактически выплаченной заработной платы, после вычета НДФЛ.
Таким образом, с сумм, взысканных по настоящему решению, ответчик обязан произвести начисление и уплату налога на доходы физических лиц.
Также истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.
В обоснование требования о взыскании компенсации морального вреда истец ссылается на то, что со стороны работодателя, а именно представителя ответчика Ковалевой И.В. поступали угрозы и шантаж, в том числе о подаче в отношении истца заявления в МВД о мошенничестве, распространение представителям надзорных органов заведомо ложных сведений, порочащие честь и достоинство истца, не имея на то соответствующих правовых оснований, понуждение к совершению действий связанных с увольнением, что подтверждается сообщениями в мессенджере WhatsUpp. При указанных неправомерных действиях ответчика истцу был нанесён моральный вред, а также вред жизни и здоровью, выраженный в глубоких эмоциональных переживаниях, страданиях, нарушении душевного спокойствия, что привело к повышению артериального давления, неврастеническому состоянию, головокружению, гипертонической болезни 2 ст., риску сердечно-сосудистого заболевания. В связи с чем, в период с 07.11.2025 по 26.11.2025 истец проходила лечение гипотензивными препаратами. Помимо этого, в связи с возникшей ситуацией у истца возникли финансовые трудности, поскольку истец обременена кредитными обязательствами. Более того, истец лишилась возможности пересмотра размера страховой пенсии по старости ввиду того, что по настоящее время является действующим работником ответчика, хотя по факту не обеспечена работой со стороны работодателя. Игнорирование со стороны работодателя обязанностей в части оформления прекращения трудовых отношений препятствует дальнейшему трудоустройству истца, поскольку истец по настоящее время является работником, трудовая книжка истцу не выдана.
В силу части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Согласно абзацу 2 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
С учетом конкретных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд полагает разумным и обоснованным размер компенсации морального вреда в 30000 руб.
Также истец просит взыскать с ответчика в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя 20000 руб.
Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.
Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В силу ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, и тем самым - на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации.
Согласно разъяснениям, данным в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.
В соответствии с договором возмездного оказания юридических услуг < № > мот 16.01.2026 (т.1, л.д. 56-58), заключенным между Черепановой Т. А. (исполнитель) и Дикой М. А. (заказчик), исполнитель обязался по заданию заказчика вести дело заказчика о защите трудовых прав (п.1.1, 1.2 договора возмездного оказания юридических услуг). Стоимость услуг по договору составила 20000 руб. (п.2.1 договора), которые оплачены заказчиком, что подтверждается чеком от 16.01.2026 (т.1, л.д. 59).
В соответствии с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).
Исходя из положений п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).
С учетом конкретных обстоятельств дела, его категории и сложности, количества заявленных требований, объема и качества проведенной представителем работы, количества и продолжительности судебных заседаний, в которых участвовал представитель истца, а также принимая во внимание объем оказанных услуг, качество и количество составленных представителем документов, суд полагает, что размер судебных расходов в 20 00 руб., понесенных истцом на оплату услуг представителя, является разумным и обоснованным, и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.
Согласно статье 393 Трудового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.
В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Судом удовлетворены требования об установлении факта прекращения трудовых отношений, об обязании внести запись в трудовую книжку, о взыскании компенсации морального вреда. За каждое из этих требований подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб. Также судом удовлетворено имущественное требование о взыскании задолженности, в общей сумме 433671 руб., 91 коп., размер государственной пошлины от которой составляет 13342 руб. Таким образом, с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в общем размере 22342 руб. (3000 руб. + 3000 руб. + 3000 руб. + 13342 руб.).
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, решил:
исковые требования Дикой М. А. к индивидуальному предпринимателю Сельнициной Е. В. об установлении факта прекращения трудовых отношений, возложении обязанности, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, заработной платы, выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации моральный вред, судебных расходов – удовлетворить частично.
Установить факт прекращения трудовых отношений Дикой М. А., < дд.мм.гггг > г.р., паспорт < № >, с индивидуальным предпринимателем Сельнициной Е. В. (ИНН < № >) 11.06.2026 года по основанию п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (ликвидация организации).
Обязать индивидуального предпринимателя Сельницину Е. В. (ИНН < № >) внести запись в трудовую книжку Дикой М. А., < дд.мм.гггг > г.р., паспорт < № > о прекращении трудовых отношений 11.06.2026 на основании п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, после внесения соответствующей записи в трудовую книжку выдать Дикой М. А., < дд.мм.гггг > г.р., паспорт < № >, трудовую книжку.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Сельнициной Е. В. (ИНН < № >) в пользу Дикой М. А., < дд.мм.гггг > г.р., паспорт < № >, выходное пособие в виде среднего месячного заработка в размере 37 070 руб. 60 коп., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 7 038 руб. 33 коп., средний заработок за время вынужденного прогула в размере 389 562 руб. 98 коп., компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.
В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.
Обязать индивидуального предпринимателя Сельницину Е. В. (ИНН < № >) произвести начисление налога на доходы физических лиц на взысканные настоящим решением суммы, а именно на выходное пособие в виде среднего месячного заработка в размере 37 070 руб. 60 коп., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 7 038 руб. 33 коп., средний заработок за время вынужденного прогула в размере 389 562 руб. 98 коп., произвести отчисления в соответствующий бюджет.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Сельнициной Е. В. (ИНН < № >) в пользу Дикой М. А., < дд.мм.гггг > г.р., паспорт < № >, судебные расходы на оплату юридических услуг 20000 руб.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Сельнициной Е. В. (ИНН < № >) в доход бюджета государственную пошлину 22342 руб.
В удовлетворении встречного иска индивидуального предпринимателя Сельнициной Е. В. (ИНН < № >) отказать.
На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Свердловский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий Т.А. Соловьева