РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
31.08.2026 г. Екатеринбург
Чкаловский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Волкова К.В., при помощнике судьи Диканевой Е.А., с участием:
представителя истца Коротких Д.М., представителя ответчика Василенко М.В., прокурора Демчиновой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Смольниковой Александры Анатольевны к обществу с ограниченной ответственностью «Садпромторг» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Смольникова А.А. (далее – истец) обратилась в суд с иском к ООО «Садпромторг» (далее – ответчик) о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, просила:
- признать увольнение истца по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным;
- восстановить истца в должности кладовщика у ответчика;
- взыскать с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула с 14.07.2026 по дату вынесения решения;
- взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.
В обоснование иска указано, что 24.04.2026 между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор № 60, в соответствии с которым истец принята на должность кладовщика с испытательным сроком два месяца. За весь период работы истец к дисциплинарной ответственности не привлекалась, замечаний по работе не имела. С начала июля 2026 г. непосредственный руководитель истца стала настаивать на увольнении истца по собственному желанию, обосновывая это предстоящим сезонным увеличением нагрузки и изменением режима работы. 10.07.2026 истцу было предложено «не портить трудовую книжку» и написать заявление об увольнении по собственному желанию. 13.07.2026 аналогичное требование было повторено в рабочем чате. Несмотря на прямо выраженное истцом несогласие на увольнение, под психологическим давлением она была вынуждена написать заявление об увольнении. В тот же день истец была исключена из рабочих чатов и систем контроля доступа, а 13.07.2026 уволена по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации; с приказом об увольнении ознакомлена не была. Истец полагает, что увольнение носило вынужденный характер и является незаконным.
Ответчик иск не признал, представив письменный отзыв, в котором указал, что истец ненадлежащим образом исполняла должностные обязанности (существенно меньший объем оформляемых документов по сравнению с иными работниками), допустила за период работы 23 нарушения условий трудового договора о времени начала и окончания рабочего дня, за что неоднократно получала замечания от непосредственного руководителя. После нескольких месяцев такой работы истец самостоятельно написала заявление об увольнении от 13.07.2026, после чего покинула рабочее место, в связи с чем составлен акт об отсутствии работника на рабочем месте, а подпись работника в приказе об увольнении и вручение сведений о трудовой деятельности отсутствуют, о чем в приказе сделана отметка. Ответчик просил в удовлетворении иска отказать.
Участвующий в деле прокурор Демчинова А.В. дала по делу заключение, в котором указала, что имеются основания для удовлетворения исковых требований, поскольку истца принудили к увольнению, материалам дела подтверждены обстоятельства вынужденности увольнения.
Поскольку все лица, участвующие в деле, явились в судебное заседание суда, суд не находит оснований для отложения судебного разбирательства и считает возможным рассмотреть дело при данной явке.
Суд, заслушав объяснения сторон, заключение прокурора, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.
Судом установлено, что 24.04.2026 между сторонами заключен трудовой договор №60, по которому истец принята на должность кладовщика с испытательным сроком 2 месяца. Приказом от 24.04.2026 №83 истец принята на работу.
13.07.2026 Смольниковой А.А. подано заявление об увольнении по собственному желанию с 13.07.2026, в котором в качестве причины указано: «в связи с невозможностью продолжения работы из-за создаваемых работодателем условий, негативно влияющих на состояние здоровья». В тот же день издан приказ об увольнении истца по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, произведен окончательный расчет.
В соответствии с ч.1 ст.37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.
Обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора.
Согласно п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.
До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.
По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (ст.66.1 указанного Кодекса) у данного работодателя, выдать другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.
Согласно пп. «а» п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении и споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (п.3 ч.1 ст.77, ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудового кодекса Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).
В качестве обязательного условия для расторжения трудового договора по инициативе работника является наличие волеизъявления работника, облеченного в письменную форму. Именно в письменном заявлении об увольнении работник выражает свое добровольное волеизъявление расторгнуть трудовой договор.
Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами по данному делу являются: собственноручное написание истцом заявления об увольнении, официальная подача данного заявления работодателю на бумажном носителе и добровольное волеизъявление истца на увольнение.
Указанные юридически значимые обстоятельства только в своей совокупности могут свидетельствовать о законности увольнения работника.
Согласно определению Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2021 № 5-КГПР20-165-К2 (включено в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021), при оценке добровольности волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию юридически значимым является установление факта конфликта работника с работодателем (руководителем) и причинно-следственной связи между таким конфликтом и последующей подачей работником заявления об увольнении.
Истцом в подтверждение вынужденного характера увольнения представлена переписка в рабочем чате, из которой следует, что 10.07.2026 непосредственный руководитель истца потребовала от нее написать заявление об увольнении по собственному желанию, мотивируя это предстоящим ростом нагрузки в сезон, на что истец дважды прямо возразила: «У меня нет желания увольняться. Я хочу продолжить работать» и «К сезону я наработаю скорость. У меня нет желания увольняться». Данная переписка ответчиком по содержанию не оспорена.
Текст поданного истцом заявления об увольнении («в связи с невозможностью продолжения работы из-за создаваемых работодателем условий, негативно влияющих на состояние здоровья») не содержит формулировок, свойственных добровольному прекращению трудовых отношений, а прямо указывает на вынужденный характер обращения и на связь увольнения с условиями, создаваемыми работодателем.
Судом также учитывается, что истец была уволена в день подачи заявления об увольнении, при этом работодатель не выяснял действительные причины и мотивы подачи заявления, в том числе не выявлял обстоятельства, которые могли негативно влиять на состояние здоровья истца и обусловить ее решение.
Как неоднократно разъяснялось Верховным Судом Российской Федерации, при увольнении работника по собственному желанию работодатель обязан выяснить мотивы и причины подачи заявления, уточнить материальное положение работника, а также разъяснить ему правовые последствия увольнения, поскольку указанные действия позволяют установить, было ли волеизъявление работника свободным и осознанным либо носило вынужденный характер под воздействием внешних факторов, в том числе давления со стороны работодателя (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 17.05.2021 N 11-КГ21-8-К6; Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2021 N 5-КГПР20-165-К2).
Каких-либо доказательств обратного стороной ответчика представлено не было. Помимо всего прочего суд отмечает, что у истца на иждивении находится малолетний ребенок ДД.ММ.ГГГГ г.р., что также указывает на то, что истцу нужна эта работа для обеспечения достойного материального обеспечения своего ребенка.
Доводы ответчика о ненадлежащем исполнении истцом должностных обязанностей, допущенных нарушениях трудовой дисциплины и получении замечаний от непосредственного руководителя судом отклоняются, поскольку данные обстоятельства могли бы иметь правовое значение для увольнения истца по иному основанию - в частности, в связи с неудовлетворительным результатом испытания (ст. 71 Трудового кодекса Российской Федерации) либо за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей при наличии дисциплинарного взыскания (п.5 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации), однако ответчик данными основаниями не воспользовался и процедуры, предусмотренные для увольнения по инициативе работодателя не соблюдал, к дисциплинарной ответственности истца также не привлекал.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что подача истцом заявления об увольнении не являлась добровольным волеизъявлением, а была обусловлена вынуждающими действиями работодателя, в связи с чем увольнение истца по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации является незаконным, а истец подлежит восстановлении в ранее занимаемой должности кладовщика с 14.07.2026, то есть со следующего дня после дня увольнения, та как в соответствии с нормами Трудового кодекса Российской Федерации день увольнения является последним рабочим днем работника (ч.3 ст.84.1 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с ч.1 ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе.
Согласно ч.2 ст.394, ст.234 Трудового кодекса Российской Федерации при вынесении решения о восстановлении на работе орган, рассматривающий трудовой спор, одновременно принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.
Порядок исчисления среднего заработка установлен ст.139 Трудового кодекса Российской Федерации и Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 24.04.2025 №540.
Согласно представленному ответчиком расчету за вынужденный прогул от 27.08.2026 №53, составленному исходя из установленного трудовым договором графика работы (2 рабочих дня, 2 выходных дня), среднедневной заработок истца составляет 4 893 руб. 76 коп.; за период с 14.07.2026 по 31.08.2026 количество рабочих дней по графику истца составило 25, сумма среднего заработка за время вынужденного прогула составила 122 344 руб. 00 коп. Данный расчет истцом не оспорен, судом проверен и признан арифметически верным, иного расчета истцом не представлено.
Оценивая требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда суд приходит к следующему.
На основании ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п. 1 ст. 1099 и п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В соответствии с п.25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Согласно п.46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
В п.47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что в связи с нарушением трудовых прав истцу причинен моральный вред. Размер компенсации морального вреда является оценочной категорией и не поддается точному денежному подсчету, возмещение морального вреда производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего.
Признание увольнения незаконным само по себе свидетельствует о нарушении трудовых прав работника. Незаконное увольнение влечет для работника утрату работы, неопределенность правового положения, необходимость защиты нарушенного права в судебном порядке, что объективно причиняет нравственные переживания.
С учетом характера допущенного работодателем нарушения, степени нарушения трудовых прав истца, длительности периода вынужденного прогула, требований разумности и справедливости судебная коллегия считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., полагая эту сумму соразмерной степени причиненных истцу нравственных страданий.
В соответствии со ст.393 Трудового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работники освобождаются от уплаты пошлин и судебных расходов.
В соответствии с ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пп.1 п.1 ст.333.36 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобождена, взыскивается с ответчика, не освобожденного от ее уплаты, в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
С учетом характера заявленных требований (двух самостоятельных требований неимущественного характера: о восстановлении на работе; о компенсации морального вреда, а также требования имущественного характера, подлежащего оценке, о взыскании среднего заработка) размер государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика, составляет 10 670 руб. 32 коп. (3 000 руб. + 3 000 руб. + 4 670 руб. 32 коп., где 4 670 руб. 32 коп. = 4 000 руб. + 3% от суммы, превышающей 100 000 руб., то есть 3% от 22 344 руб.).
На основании изложенного и руководствуясь ст. 194–199, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Смольниковой Александры Анатольевны к обществу с ограниченной ответственностью «Садпромторг» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Признать увольнение Смольниковой Александры Анатольевны по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации на основании приказа общества с ограниченной ответственностью «Садпромторг» №168 от 13.07.2026 незаконным.
Восстановить Смольникову Александру Анатольевну на работе в должности кладовщика в обществе с ограниченной ответственностью «Садпромторг» с 14.07.2026.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Садпромторг» (ИНН: 6686143184) в пользу Смольниковой Александры Анатольевны (<данные изъяты>) средний заработок за время вынужденного прогула в размере 122 344 руб. с удержанием при выплате НДФЛ, компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Садпромторг» (ИНН: 6686143184) в доход бюджета государственную пошлину в размере 10 670 руб. 32 коп.
Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга.
Председательствующий К.В. Волков