РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 августа 2026 года г. Екатеринбург
Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Соловьевой Т.А., при секретаре судебного заседания Богдановой Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ларионова С. С. к обществу с ограниченной ответственностью «Первый таксомоторный парк» об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы, среднего заработка за период приостановления работы, компенсации морального вреда, судебных расходов, установил:
Ларионов С. С. обратился в суд с иском к ООО «Первый таксомоторный парк» об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы, среднего заработка за период приостановления работы, компенсации морального вреда, судебных расходов.
В обоснование исковых требований указано, что 15.01.2026 истец откликнулся на вакансию «Юрист» в ООО «Первый таксомоторный парк», заработная плата, указанная в вакансии, составляла 75000 руб. Истец был приглашен на собеседование, которое проходило по адресу: г. Екатеринбург, ул. Кислородная, д. 7, на собеседовании был озвучен размер заработной платы в 75000 руб. Спустя некоторое время истцу поступил телефонный звонок с предложением приступить к работе с 26 января 2026 года. Истец прибыл в указанный день на рабочее место. После предоставления истцом необходимого пакета документов для трудоустройства истцу был предоставлен доступ к программе «1С» с созданием учетной записи на его имя, и выдачей пароля от директора. Доступ к программе «1С» был предоставлен через электронную почту. Впоследствии на электронную почту истца поступили образцы исковых заявлений для выработки единой практики и стилистики их составления. Истцу разъяснили механизм работы и порядок взаимодействия: для решения ряда рабочих вопросов необходимо было обращаться к бухгалтеру, по электронной почте: < данные изъяты >. Истцу пояснили, что на этот адрес следует направлять запросы со сведениям по договорам, оформленным на водителей, о размере госпошлины для подачи исковых заявлений. В дальнейшем бухгалтер направлял платежное поручение, копии договоров. Истец указывает, что он был фактически допущен к выполнению трудовых обязанностей в ООО «Первый таксомоторный парк» в качестве юриста. В рамках исполнения должностных обязанностей истец осуществлял следующий функции: подготовка исковых заявлений, запрос документов у бухгалтера. Ввиду отсутствия документального подтверждения условий оплаты труда и риска неоплаты выполненной работы истцом было принято решение прекратить выполнение трудовых обязанностей в обществе. 03.03.2026 истец было принято заявление о приостановлении работы 04.03.2026 на основании ч.2 ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с задержкой выплаты заработной платы более чем на 15 календарных дней. Заявление было направлено почтой России. В связи с отсутствием выплаты заработной платы, истец обратился с настоящим иском в суд. В ходе рассмотрения дела истец неоднократно уточнял исковые требования. Согласно последней редакции уточнённых исковых требований (т.2, л.д. 15) истец просит суд:
1. Признать факт существования трудовых отношений между Ларионовым С. С. и ООО «Первый таксомоторный парк» в должности юрисконсульта с даты фактического допущения к работе, т.е. с 26.01.2026 года по дату вынесения судебного решения включительно.
2. Взыскать с ООО«Первый Таксомоторный Парк» в пользу Ларионова С. С. задолженность по заработной плате за период с 26.01.2026 по 02.02.2026 в размере 29?792,52руб. за вычетом подлежащих отчислению обязательных налогов (за январь 2026 года – 28537,10 руб., с учетом 13 % в размере 2949 руб., за февраль 2026 года в размере 4965,42 руб., с учетом 13 % в размере 2949 руб.).;
3. Взыскать с ООО«Первый Таксомоторный Парк» в пользу Ларионова С. С. компенсацию за задержку выплаты заработной платы за январь 2026года на основании ст.236ТКРФ сумму в размере 3?941,71руб. за период с 06.02.2026 по 15.07.2026, с продолжением начисления указанной компенсации по день вынесения решения суда, а в дальнейшем по день фактической выплаты задержанной заработной платы включительно, в порядке, предусмотренном статьёй236ТКРФ;
4. Взыскать с ООО«Первый Таксомоторный Парк» в пользу Ларионова С. С. компенсацию за задержку выплаты заработной платы за февраль 2026года на основании ст.236ТКРФ сумму в размере 709,72руб. за период с 21.02.2026 по 15.07.2026, с продолжением начисления указанной компенсации по день вынесения решения суда, а в дальнейшем по день фактической выплаты задержанной заработной платы включительно, в порядке, предусмотренном статьёй236ТКРФ;
5. Взыскать с ООО«Первый Таксомоторный Парк» в пользу Ларионова С. С. средний заработок за период приостановления работы с 04.03.2026 по день вынесения решения суда, исходя из среднего дневного заработка в размере 4?965,42руб. за каждый день приостановления работы. Расчёт за период с 04.03.2026 по 15.07.2026 составляет 456?818,64руб. (сумма после удержания НДФЛ по ставке 13?%), что соответствует начисленной сумме 525?078,64руб., из которой удержан НДФЛ в размере 68?260,00руб.;
6. Взыскать с ООО«Первый Таксомоторный Парк» в пользу Ларионова С. С. компенсацию за задержку выплаты среднего заработка за период приостановления работы, с дальнейшим начислением компенсации по правилам ст.236ТКРФ со дня вынесения решения суда до дня фактической выплаты;
7. Взыскать с ООО«Первый Таксомоторный Парк» в пользу Ларионова С. С. компенсацию морального вреда в размере 10?000,00руб. в связи с нарушением трудовых прав;
8. Взыскать с ООО«Первый Таксомоторный Парк» в пользу Ларионова С. С. сумму в размере 343,78руб. понесённых почтовых расходов.
Лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания уведомлены надлежащим образом и в срок, о причинах неявки не сообщили, об отложении не просили. Представили заявления о рассмотрении дела без их участия.
Стороной ответчика представлен отзыв на исковое заявление (т. 1 л.д. 113-114, 167-168, т. 2 л.д. 38-40, 88-90), из которого следует, что истец вышел на работу 26 января 2026 года и преимущественно находился в офисе ответчика до 2 февраля 2026 года (то есть всего 6 рабочих дней), при этом результатов своей работы по материалам, переданных ему ответчиком, истец не представил. В материалах дела содержатся только скриншоты с экрана ПК, не подтверждающие выполнение истцом своих трудовых функций. Ответчик планировал заключить трудовой договор с истцом 05.02.2026. 02.06.2026 истец принял решение об увольнении и написал заявление с просьбой уволить его с 03.02.2026. Ответчик принял данное обстоятельство как свободное волеизъявление истца об увольнении. Исходя из переписки истца и ответчика, последний указывал, что находится на больничном после проведенной операции, что подтверждается листком нетрудоспособности и обещал привести подготовленные документы по трудоустройству в течение недели, но истец вопреки сложившейся ситуации поступил иначе, написав заявления на увольнение. Из представленной переписки также видно, что истец пытался выполнить поставленные задачи руководителем с обязательной его проверкой, что косвенно указывает на ознакомительный характер с методами и особенностями данной трудовой функции. Также ответчик указывает на то, что согласование размера зарплаты между сторонами не произошло. Доводы истца о размере заработной платы, полученных от общедоступных источников никак не соответствует действительным договорённостям, которые предполагали фактический размер заработной платы при заключении трудового договора. Также ответчик возражает против требования истца о взыскании компенсации за приостановку работы. Довод истца об уведомлении работодателя о приостановлении работы с 4 марта 2026 года ответчик считает не имеющим правового обоснования в силу своего свободного волеизъявления о принятии решения в одностороннем порядке прекратить трудовую деятельность написав и вручив заявление об увольнении с 03 февраля 2026 года. В материалах дела отсутствует заявление (уведомление) истца о возобновлении трудовой деятельности. Соответственно требование о взыскании компенсации за приостановку работы является незаконным требованием истца. Ответчик считает, что в действиях истца усматривается злоупотребление правом, которое выражается в требованиях, не имеющих правового основания для удовлетворения. Из дополнительного отзыва следует, что 19.06.2026 ответчиком в адрес истца направлено уведомление о готовности погасить задолженность с требованием приступить к работе. 22.06.2026 ответчик перечислил истцу денежные средство в общей сумме 316721 руб. 30 коп., полностью покрывающие заявленные требования. Несмотря на погашение задолженности, истец к работе не приступил. В период с 01.07.2026 по 10.07.2026 истец находился на больничном, ответчик произвел расчет и перечислил пособие по временной нетрудоспособности за указанный период в общем размере 7542 руб. 01 коп. 02.07.2026 истец направил ответчику по почте оригинал заявления на увольнение по собственному желанию. 14.07.2026 ответчиком получено заявление на увольнение. 15.07.2026 ответчиком издан приказ о прекращении трудового договора на основании п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника). 16.07.2026 в связи с неявкой истца на рабочее месте для подписания приказа, ответчик направил в адрес истца почтовым отправлением приказ об увольнении. 17.07.2026 ответчиком направлена в адрес истца сведения по форме СЗВ-ТД. Как указывает ответчик, за время работы истцу причитались выплаты в размере 316582 руб. 80 коп., тогда как работодателем истцу были выплачены денежные средства в размере 324263 руб. 31 коп., что превышает размер причитающихся истцу денежных средств. Таким образом, задолженность перед истцом у ответчика отсутствует. Истец в уточненных исковых требованиях настаивает на взыскании среднего заработка за период приостановления работы, продлевая его до 15.07.2026. По мнению ответчика, данное требование истца прямо противоречит положениям ч.5 ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации. В силу указанной нормы работник обязан приступить к работе не позднее следующего рабочего дня после получения письменного уведомления работодателя о готовности произвести выплату задержанной заработной платы. Истец получил уведомление 19.06.2026, ему были перечислены денежные средства 22.06.2026. Однако истец не вышел на работу ни 22.06.2026, ни в последующие дни, об уважительности причин отсутствия на рабочем месте не сообщил. Следовательно, право на сохранение среднего заработка в порядке ст. 142 ТК РФ у Истца прекратилось 22.06.2026, в связи с чем требования Истца о взыскании среднего заработка за указанный период удовлетворению не подлежат. При оценке всей совокупности обстоятельств дела ответчик просит суд учитывать недобросовестное поведение Истца. Истец, достоверно зная о своей временной нетрудоспособности в период 12–13 июля 2026 года, не уведомил об этом работодателя, проигнорировал законные требования Ответчика о явке на работу и предоставлении письменных объяснений (уведомления от 13.07.2026 и 14.07.2026). Указанные действия Истца, направленные на сокрытие от работодателя юридически значимых обстоятельств и уклонение от взаимодействия, создали для Ответчика объективную невозможность надлежащим образом оценить причины отсутствия работника на рабочем месте, что свидетельствует о злоупотреблении трудовыми правами и является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в полном объёме.
Третье лицо Государственная инспекция труда по Свердловской области в судебное заседание явку представителя не обеспечила, отзыв на исковое заявление не представило, о рассмотрении настоящего дела извещена надлежащим образом.
При таких обстоятельствах, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке и вынести решение.
В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии со ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Исследовав письменные доказательства, оценивая представленные сторонами доказательства в совокупности, руководствуясь при этом требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ст. ст. 56, 57, 68, ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).
В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).
Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее также - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15) в пунктах 20 и 21 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 названного Постановления).
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.
В связи с указанным именно ответчик в спорах об установлении факта трудовых отношений обязан представить достоверные доказательств, опровергающие доводы истца о факте трудовых отношении, опровергающие презумпцию трудовых отношений, не ограничиваясь ссылкой на отсутствие соответствующих доказательств у самого истца и не подтверждении его доводов.
Из сведений Единого государственного реестра юридических лиц следует, что, общество с ограниченной ответственностью «Первый таксомоторный парк» (ОГРН 1176658103511) создано в качестве юридического лица 30.10.2017. Местом нахождения юридического лица является адрес: Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Кислородная, стр. 7, помещение 209. Директором общества является Н.П.С.. Основным видом деятельности общества является вид деятельности по коду ОКВЭД 77.11: Аренда и лизинг легковых автомобилей и легких автотранспортных средств.
Согласно уточненным исковым требованиям истец просит признать факт существования трудовых отношений между Ларионовым С. С. и ООО «Первый таксомоторный парк» в должности юрисконсульта с даты фактического допущения к работе, т.е. с 26.01.2026 года по дату вынесения судебного решения включительно.
Согласно объяснениям истца, изложенным в исковом заявлении и данным в ходе рассмотрения дела, после прохождения собеседования он был трудоустроен в ООО «Первый таксомоторный парк» на должность юриста. Истец приступил к выполнению трудовых обязанностей 26 января 2026 года, что не оспаривается сторонами.
Ответчиком в материалы дела представлен трудовой договор < № > от 26 января 2026 года (т.1, л.д. 194-198), приказ о приеме на работу < № > от 26.01.2026 года (т.1, л.д. 201). Данные документы, согласно квитанции и описи вложения были направлены работодателем почтой в адрес истца 25.06.2026 (т.1, л.д. 192-193).
Таким образом, в ходе рассмотрения дела ответчик признал факт трудоустройства к нему истца именно 26.01.2026 года.
В адрес работодателя от истца, почтовым отправлением, поступило заявление от 29 июня 2026 года, в котором истец просит уволить его по собственному желанию 02 июля 2026 года (т.2, л.д. 41). Согласно отчету об отслеживании почтовых отправлений, данное заявление поступило в адрес работодателя 14 июля 2026 года (т.2, л.д. 42). Получив данное заявление, работодатель приказом < № > от 15.07.2026 года прекратил трудовой договор с истцом на основании п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (т.2, л.д. 34).
Согласно представленным в материалы дела сведениям Социального Фонда России, период работы истца в ООО «Первый таксомоторный парк» указан с 26.01.2026 по 15.07.2026 (т.2, л.д. 67).
Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, ответчиком представлены доказательства оформления с истцом трудовых отношений с 26.01.2026. При этом работодатель, в соответствии с поступившим заявлением истца, на следующий день после получения от истца заявления на увольнение по собственному желанию, произвёл прекращение трудового договора 15.07.2026.
В связи с чем, требование истца признать факт существования трудовых отношений между Ларионовым С. С. и ООО «Первый таксомоторный парк» в должности юрисконсульта с даты фактического допущения к работе, т.е. с 26.01.2026 года по дату вынесения судебного решения включительно не подлежит удовлетворению, так как факт трудоустройства истца с 26.01.2026 работодателем не оспаривается и подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, оснований для признания факта существования трудовых отношений по дату вынесения решения суда у суда не имеется, в связи с правомерным прекращением трудовых отношений с истцом на основании поступившего от истца заявления.
Таким образом, факт трудовых отношений истца в период с 26.01.2026 по 15.07.2026 ответчиком не оспаривается, документально подтвержден, в связи с чем, дополнительного утверждения судом не требуется.
Кроме того, истец просит взыскать с ООО «Первый Таксомоторный Парк» в пользу Ларионова С. С. задолженность по заработной плате за период с 26.01.2026 по 02.02.2026 в размере 29?792,52 руб. за вычетом подлежащих отчислению обязательных налогов; компенсацию за задержку выплаты заработной платы за январь 2026 года на основании ст. 236 ТК РФ сумму в размере 3?941,71 руб. за период с 06.02.2026 по 15.07.2026, за февраль 2026 года на основании ст. 236 ТК РФ сумму в размере 709,72 руб. за период с 21.02.2026 по 15.07.2026, с продолжением начисления указанной компенсации по день вынесения решения суда, а в дальнейшем по день фактической выплаты задержанной заработной платы включительно, в порядке, предусмотренном статьёй 236 ТК РФ; средний заработок за период приостановления работы с 04.03.2026 по день вынесения решения суда, исходя из среднего дневного заработка в размере 4?965,42 руб. за каждый день приостановления работы. Расчёт за период с 04.03.2026 по 15.07.2026 составляет 456?818,64 руб. (сумма после удержания НДФЛ по ставке 13?%), что соответствует начисленной сумме 525?078,64 руб., из которой удержан НДФЛ в размере 68?260,00 руб.; компенсацию за задержку выплаты среднего заработка за период приостановления работы, с дальнейшим начислением компенсации по правилам ст. 236 ТК РФ со дня вынесения решения суда до дня фактической выплаты.
Из доводов ответчика, изложенных в отзыве, следует, что 26 января 2026 года Ларионов С. С. был фактически допущен к работе в ООО «Первый Таксомоторный Парк» в должности юрисконсульта. Впоследствии, в связи с задержкой выплаты заработной платы, истец 04 марта 2026 года приостановил работу в порядке ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации, о чём письменно уведомил работодателя. Ответчик не оспаривает законность такого приостановления.
19 июня 2026 года ответчик направил истцу уведомление < № > от 19.06.2026 (т.1, л.д. 183), в котором работодатель указывал на готовность погасить задолженность по выплате заработной платы. Данное уведомление направлено истцу Ларионову С. С. посредством электронной почты (т.1, л.д. 176), а также почтовым отправлением (т.1, л.д. 184-186).
На основании части 5 статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации работник, отсутствовавший в свое рабочее время на рабочем месте в период приостановления работы, обязан выйти на работу не позднее следующего рабочего дня после получения письменного уведомления от работодателя о готовности произвести выплату задержанной заработной платы в день выхода работника на работу.
В связи с чем, Ларионов С. С., после получения такого уведомления от работодателя, должен приступить к выполнению трудовых обязанностей независимо от несогласия с размером указанной работодателем суммы, чего работником Ларионовым С. С. сделано не было.
Исходя из изложенного, требование истца о взыскании с ответчика среднего заработка по день вынесения решения суда заявлено необоснованно. После получения уведомления от работодателя о готовности произвести выплату заработной платы работник Ларионов С. С. не позднее следующего дня, после получения 19.06.2026 такого уведомления, должен был выйти на работу, чего им сделано не было. В связи с чем, у Ларионова С. С. отсутствует право требования уплаты ему среднего заработка за период вынужденного простоя после даты получения уведомления работодателя о готовности выплатить заработную плату – 19.06.2026.
Также, из материалов дела следует, что 22 июня 2026 года работодатель произвел выплату Ларионову С.С. в общем размере 313721 руб. 30 коп. по платежному поручения < № > от 22.06.2026 (т.1, л.д. 178). Факт получения денежных средств истцом не оспаривается. В качестве основания платежа в платежном поручении указано «компенсация морального вреда». В отзыве на исковое заявление работодатель уточняет, что фактически платеж на сумму 313 721 руб. 30 коп. представляет собой выплату задолженности по заработной плате, компенсации по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, среднего заработка за период приостановления.
Истец просит взыскать с ответчика задолженность по выплате заработной платы за период с 26.01.2026 по 02.02.2026 в размере 29792 руб. 52 коп. При этом истцом представлена два варианта расчета исковых требований: один вариант составлен исходя из размера заработной платы в 75000 руб., заявленной в объявлении о вакансии; второй вариант исходя из размера заработной платы в 94343 руб., на основании данных, предоставленных Управлением Федеральной службы статистики по Свердловской и Курганской области.
Ответчиком, в свою очередь, представлен собственный расчет размера заработной платы, составленный исходя из размера заработной платы в 63000 руб. (т.2, л.д. 27-30). По расчету работодателя размер задолженности по выплате заработной платы за период с 26.01.2026 по 02.02.2026 составляет 19904 руб. 68 коп.
Изучив представленные в материалы дела доказательства, в их совокупности, суд находит обоснованным расчет начисленной заработной платы истца, составленный работодателем. По мнению суда, отражение в объявлении о вакансии размера заработной платы «до 75000 руб.» не означает автоматического согласования данного размера заработной платы. Кроме того, в объявлении о вакансии указано, что «размер заработной платы обсуждается по результатам собеседования» (т.1, л.д. 10). Доказательств того, что по результатам собеседования истцу был установлен размер заработной платы в 75000 руб. материалы дела не содержат.
Работодателем в материалы дела представлено штатное расписание ООО «Первый Таксомоторный Парк» < № > от 28.11.2025, согласно которому размер заработной платы работника на ставке юрисконсульт составляет 63000 руб. (т.2, л.д. 1). Также ответчиком в материалы дела представлены копии трудовых договоров, заключенных ООО «Первый Таксомоторный Парк» с другими сотрудниками данной организации о приеме на работу в должности юрисконсульта, в которых указан размер заработной платы от 40000 руб. до 63000 руб. в месяц (т.1, л.д. 240-250).
Истец же в свою очередь, кроме объявления о вакансии, не представляет иных доказательств того, что ему был предложен и был согласован размер заработной платы в 75000 руб.
В связи с вышеизложенным суд соглашается с позицией ответчика, согласно которой размера заработной платы истца должен быть определен исходя из ставки в 63000 руб. в месяц.
Исходя и вышеизложенного, суд соглашается с контррасчетом задолженности по выплате заработной платы, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, суммы заработка за период приостановления работы, который работодателем определен в общей сумме 316582 руб. 80 коп.: заработная плата за период с 26.01.2026 по 02.02.2026 – 19904,68 руб., средний заработок за период приостановления работы с 04.03.2066 по 22.06.2026 – 248808,55 руб., компенсация за задержку – 14333,82 руб., компенсация за неиспользованный отпуск – 24668,76 руб., заработная плата за период с 14-15.07.2026 – 5478,26 руб., пособие по временной нетрудоспособности – 3388,73 руб. (т.2, л.д. 27-30, 39). Поскольку указанная сумма задолженности работодателя перед истцом выплачена истцу по платежному поручению < № > от 22.06.2026 на сумму 313721 руб. 30 коп. (т.1, л.д. 178), суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований истца о взыскании с ответчика заработной платы, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, заработка за время приостановления работы, поскольку работодатель в полном объеме исполнил свои обязательства по выплате указанных сумм перед истцом.
Кроме того, работодатель платежным поручением < № > от 22.06.2026 произвел истцу выплату компенсации морального вреда в размере 3000 руб. Суд полагает размер компенсации морального вреда в данном размере разумным и обоснованным, в связи с чем, не находит оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере.
Также, ответчик в дополнительных отзывах на исковое заявление (т.2, л.д. 38-40; т.2, л.д. 88-90) заявляет о злоупотреблении правом со стороны истца. Так, ответчик указывает, что им добровольно и в полом объеме были выплачены все положенные истцу выплаты. Несмотря на получение выплаты, истец продолжил систематически изменять исковые требования, предоставлять противоречащие друг другу расчеты, скрывать от работодателя юридически значимые обстоятельства, что, по мнению ответчика, свидетельствует о намеренной использовании судебного процесса как инструмента для получения необоснованной материальной выгода за счет ответчика. Указанные действия, по свой сути, направленны на извлечение материальной выгоды в обход установленный законом процедур, следует квалифицировать как злоупотребление правом.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в абзацах 2 - 5 пункта 1 Постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (эстоппель).
Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (п. 3 ст. 157 Гражданского кодекса РФ).
Принцип недопустимости злоупотреблении правом отражается и в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами РФ ТК РФ" в том, что при рассмотрении трудовых споров следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников.
Указанный принцип запрета злоупотребления правом в трудовых отношениях проявляется в соблюдении сторонами трудового договора действующего законодательства, добросовестности их поведения, в том числе и со стороны работника.
Непосредственной целью санкции, содержащейся в ст. 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.
Из материалов дела следует, что истец был допущен до выполнения трудовой функции в ООО «Первый Таксомоторный Парк» 26.01.2026.
В материалы ответчиком представлено заявления, от 03 февраля 2026 года, подписанное Ларионовым С. С. В данном заявлении Ларионов С. С. просит уволить его по собственному желанию, из-за нарушения правил заключения трудового договора и наличия неопределенности по дальнейшему сотрудничеству (т.1, л.д. 116).
Факт направления данного заявления в адрес ООО «Первый таксомоторный парк» истец не оспорил.
Доказательств того, что в период после 02 февраля 2026 года истец осуществлял трудовую деятельность в ООО «Первый таксомоторный парк» в материалы дела не представлено.
Несмотря на направление заявления об увольнении 03.02.2026, уже 03 марта 2026 года истец направляет в адрес работодателя заявление о приостановлении работы с 04 марта 2026 года, в связи с задержкой выплаты заработной платы (т.1, л.д. 32).
При этом, как указано ранее, в материалы дела истцом не представлено доказательств выполнения какой-либо работы в ООО «Первый таксомоторный парк» за период после 02 февраля 2026 года.
В ходе рассмотрения дела работодателем ООО «Первый таксомоторный парк» были совершены действия, направленные на удовлетворение требований истца, трудовые отношения были признаны трудовыми, был осуществлен официальный прием истца на работу, сведения о трудовой деятельности были переданы в Социальный Фонд России.
Истец в свою очередь, после получения от работодателя выплаты в размере 313721 руб. 30 коп., не уменьшил исковые требования, не учел данную сумму при составлении расчета уточненных исковых требований. В заявлении об уточнении исковых требований истец при этом подтверждает факт получения денежных средств от работодателя, однако указывает, что ему неясно по какой причине в назначении платежа указано «компенсация морального вреда», и даже если исходить из того, что перечисленная сумма представляет собой погашение задолженности, не представляется возможным определить структуру платежа: какая часть относится к долгу по заработной плате, какая к компенсации, начисляемой в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, какая к выплате заработка за время приостановления деятельности.
Между тем, ответчик, в ходе рассмотрения дела, в своём отзыве указывал, что несмотря на указание в платежном поручении в качестве назначения платежа компенсацию морального вреда, перечисленные истцу денежные средства 313 721 руб. 30 коп. являются перечислением всех причитающихся истцу выплат.
Суд также отмечает, что в уточненных исковых требованиях истец просил признать факт существования трудовых отношений между истцом и ответчиком по дату вынесения решения суда, а также взыскать с ответчика средний заработок за время приостановления работы, также по день вынесения решения суда. Между тем, заявляя данные требования, истец умолчал о том, что им 02 июля 2026 года посредством почтового отправления было направлено в адрес работодателя заявление на увольнение (т.2, л.д. 41-42). Данный документ был представлен в суд стороной ответчика.
Также суд учитывает то обстоятельство, что 19.06.2026 работодатель направил в адрес работника уведомление о готовности погасить задолженность по выплате заработной платы, в котором указывал на необходимость выхода истца на работу (т.1, л.д. 183). 22.06.2026 работодатель перечислили истцу денежные средства в размере 313721 руб. 30 коп. Однако, ни после получения уведомления, ни после получения денежных средств от работодателя, работник на работу не вышел, на связь с работодателем не выходил, спустя некоторое время направив в адрес работодателя заявление на увольнение, о чём умолчал перед судом, увеличивая размер заявленных исковых требований.
Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, учитывая изложенные выше судом обстоятельства, суд приходит к выводу о наличии в действиях истца, как работника, признаков злоупотребления правом. С учётом подачи истцом заявление на увольнение ещё 03.02.2026, суд приходит к выводу о том, что уже с указанной даты истец не имел намерений продолжать трудовые отношения с ответчиком. В ходе же рассмотрения дела истец, получив от работодателя значительную сумму денежных средств, не уменьшил размер заявленных исковых требований, продолжая настаивать на взыскании полной суммы задолженности. По мнению суда, истец, занимающий должность юрисконсульта, имеющий юридическое образование, опыт работы в сфере юриспруденции, мог, действуя добросовестно, ознакомиться с материалами настоящего гражданского дела, в которых содержится подробный расчет ответчика относительно выплаченных истцу сумм. Однако истец данным правом не воспользовался, сумму денежных средств, перечисленную ему работодателем, не зачёл в счет оплаты задолженности по заработной плате, что, по мнению суда, носит признаки злоупотребления правом со стороны истца.
Истец просит взыскать с ответчика почтовые расходы в размере 343 руб. 78 коп..
Поскольку судом отказано истцу в удовлетворении исковых требований, почтовые расходы, понесенные истцом, относятся судом на истца и возмещению последнему не подлежат.
Рассматривая заявленные исковые требования, суд учитывает, что доводы истца, изложенные в письменных пояснениях (л.д. 85, т. 2) в части невыдачи документов при увольнении, оспаривание окончательного расчета, процедуры увольнения, не подлежат разрешению в заявленном споре, поскольку указанных требований в настоящем споре не заявлено и могут являться предметом самостоятельного разбирательства.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, решил:
исковые требования Ларионова С. С. к обществу с ограниченной ответственностью «Первый таксомоторный парк» об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы, среднего заработка за период приостановления работы, компенсации морального вреда, судебных расходов – оставить без удовлетворения.
На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Свердловский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Т.А. Соловьева