РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
03 июня 2026 года г. Екатеринбург
Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Соловьевой Т.А., при секретаре судебного заседания Богдановой Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Федеральной службы судебных приставов к Шангину А. А. о взыскании ущерба в порядке регресса,
УСТАНОВИЛ:
Федеральная служба судебных приставов (далее – ФССП) обратилась в суд с вышеуказанным иском к Шангину А. А., в обоснование которого указала, что решением мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района от 27.06.2024 года по гражданскому делу 2-3295/2024 исковые требования А.А.С. к Российской Федерации в лице Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации, Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о взыскании убытков, компенсации морального вреда удовлетворены частично. Взыскано с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов за счет казны Российской Федерации в пользу А.А.С. убытки в сумме 15 849 руб., компенсация морального вреда в сумме 3 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб., почтовые расходы 252 руб., всего 21 101 руб.. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 05.12.2024 по делу N 2-3295/2024 решение мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района от 27.06.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба — без удовлетворения. Платежным поручением от 29.04.2025 < № > за счет казны Российской Федерации А.А.С. А.А.С. в исполнение вышеуказанного решения суда выплачены денежные средства в размере 21 101 руб. 00 коп. На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика ущерб в порядке регресса 21101 рубль 00 копеек, поскольку указанными судебными актами установлена незаконность действий должностного лица судебного пристава – исполнителя Шангина А.А., выразившееся в не направлении постановлений в возбуждении исполнительного производства, о временном ограничении на выезд из РФ А.А.С. и создавшее ситуацию, при которой действием ответчика с ФССП России взысканы денежные средства.
В судебное заседание представитель истца, ответчик не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом и в срок, об уважительных причинах неявки суду не сообщили, представитель истцанаправил заявления о рассмотрении дела в отсутствие истца.
При таких обстоятельствах суд считает возможным в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело при данной явке в отсутствие истца, ответчика.
Исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь представленных доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.
В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В силу п. 3.1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным статьями 1069 и 1070 настоящего Кодекса, а также по решениям Европейского Суда по правам человека имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение.
В соответствии с выпиской из приказа от 20.05.2020 < № > Шаньгин А.А. 01.06.2020 назначен на должность ведущего судебного пристава-исполнителя (л.д. 13). С ним был заключен контракт о прохождении службы в органах принудительного исполнения Российской Федерации, контракт был заключен на срок пять лет (с 01.06.2020 по 31.05.2025) (л.д19-20).
Решением мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района от 27.06.2024 года по гражданскому делу 2-3295/2024 исковые требования А.А.С. к Российской Федерации в лице Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации, Главному управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о взыскании убытков, компенсации морального вреда удовлетворены частично. Взыскано с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов за счет казны Российской Федерации в пользу А.А.С. убытки в сумме 15 849 руб., компенсация морального вреда в сумме 3 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб., почтовые расходы 252 руб., всего 21 101 руб. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 05.12.2024 по делу N?2-3295/2024 решение мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района от 27.06.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба — без удовлетворения (л.д. 28-31).
Платежным поручением от 29.04.2025 < № > за счет казны Российской Федерации А.А.С. А.А.С. в исполнение вышеуказанного решения суда выплачены денежные средства в размере 21 101 руб. 00 коп. (л.д. 27)
Ответчик Шаньгин А.А. при рассмотрении указанного дела был привлечен в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика.
Указанным решением мировым судьей было установлено следующее.
На исполнении в Ленинском районном отделении судебных приставов г. Екатеринбурга Главного управления находилось исполнительное производство № 150236/23/66004-ИП от 20.07.2023, возбужденное на основании исполнительного документа ФС < № > от 04.03.2021, выданного Арбитражным судом Свердловской области, предметом исполнения - взыскание задолженности в размере 70 000 руб. с А.А.С. в пользу Д.Н.А..
31.07.2023 ведущим судебным приставом-исполнителем Шангиным А.А.вынесено постановление о временном ограничении выезда должника из Российской Федерации.
Направленное постановление должнику А.А.С. через систему электронного документооборота в личный кабинет Единого портала Госуслуги адресату не доставлено. При отправке сообщения произошла ошибка, о чем свидетельствовала информация, имеющаяся в скриншотах из базы данных службы судебных приставов.
Согласно ответу Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации, сведения о поступлении в личный кабинет Пользователя А.А.С. на ЕПГУ электронных уведомлении по постановлениям о возбуждении и об окончании исполнительных производств № 10334/23/66004-ИП, № 150236/23/66004-ИП, а также по постановлениям о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации от 31.07.2023, о снятии временного ограничения на выезд должника из Российской Федерации от 25.09.2023 обнаружить не удалось.
Таким образом, мировой судья пришел к выводу о том, что при наличии у судебного пристава Шангина А.А. сведений о том, что постановление о возбуждении исполнительного производства не было отправлено должнику, им не были предприняты иные способы направления копии данного постановления, в частности, по почте. При таких же обстоятельствах должник не был извещен о временном ограничении еговыезда за пределы РФ. В нарушение положений вышеуказанных правовых норм постановление о возбуждении исполнительного производства и об ограничении выезда не были направлены в адрес истца ни одним из возможных способов (ни почтовой корреспонденцией по адресу регистрации, ни через портал государственных услуг). Тем самым судебный пристав-исполнитель применил к должнику меру принудительного исполнения в виде временного ограничения на выезд, не предприняв при этом своевременных мер к уведомлению должника о принятых ограничительных мерах.
А.А.С. был приобретен авиабилет на рейс WZ 4205 авиакомпании «РедВингс» по маршруту Екатеринбург – Анталья. При прохождении пограничного и таможенного контроля в аэропорту Кольцово г. Екатеринбурга должностным лицом подразделения пограничного контроля пограничного органа М.И.В. истцу отказано в пересечении границы Российской Федерации, о чем выдано соответствующее уведомление от 24.09.2023 Мировым судьей было установлено, что в результате незаконных действий должностных лиц Ленинского районного отделения г. Екатеринбурга Главного управления истцу 24.09.2023 не удалось осуществить авиаперелет рейсом W2 4205 авиакомпании «РедВингс» по маршруту Екатеринбург - Анталья, в связи с чем, А.А.С. причинены убытки в размере стоимости авиабилета на сумму 15 849 руб., а также взыскана компенсация морального вреда в размере 3000 рублей.
Учитывая вышеизложенное, суд пришел к выводу, что в пользу истца А.А.С. следовало взыскать убытки в размере стоимости авиабилета на сумму 15 849 руб., компенсация морального вреда в размере 3000 рублей, а также расходы по оплате госпошлины – 2000 руб. и почтовые расходы – 252 руб.
В соответствии с ч. 2 и 3 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
В соответствии со ст. 15 Федерального закона от 01 октября 2019 года № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» за ущерб, причиненный органам принудительного исполнения, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством.
Как уже было отмечено выше, в Гражданском кодексе Российской Федерации отношения, связанные с возмещением вреда, регулируются нормами главы 59 (обязательства вследствие причинения вреда).
В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В силу пункта 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», по смыслу статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации Российская Федерация в порядке регресса вправе взыскать сумму возмещенного вреда с лица, виновного в его причинении.
Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным статьями 1069 и 1070 названного кодекса, а также по решениям Европейского Суда по правам человека имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение (пункт 3.1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По смыслу изложенных выше нормативных положений и с учетом того, что Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации», а также Федеральным законом от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» не определены основание и порядок привлечения судебного пристава-исполнителя к материальной ответственности за причиненный им при исполнении служебных обязанностей вред и виды (то есть размер) этой ответственности, к спорным отношениям по возмещению в порядке регресса ФССП России вреда, причиненного судебным приставом-исполнителем вследствие ненадлежащего исполнения своих служебных обязанностей, подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации о материальной ответственности работника.
Статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба (ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации).
Ни нормы Трудового кодекса Российской Федерации, ни нормы Федерального закона № 328-ФЗ не предусматривают материальной ответственности государственного гражданского служащего без вины.
В силу ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами (ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно ч. 2 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Названных в ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации оснований для полной материальной ответственности ответчиков истец в иске не привел, доказательств наличия оснований для привлечения ответчика к полной материальной ответственности не представил.
Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
В силу ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.
Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.
В материалы дела не представлено доказательств проведения служебной проверки в отношении ответчика, истребования у работника объяснений.
Согласно ст. 52 Федерального закона от 01 октября 2019 года № 328-ФЗ при проведении служебной проверки в отношении сотрудника должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению: 1) фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; 2) вины сотрудника; 3) причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; 4) характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; 5) наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в органах принудительного исполнения.
Между тем, служебная проверка в соответствии с Федеральным законом от 01 октября 2019 года № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные акты Российской Федерации» в отношении ответчика не проводилась, следовательно, ни одно из указанных обстоятельств в отношении ответчика не установлено.
Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.
При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.
Во исполнение приведенных выше норм в отношении позиции истца о наличии оснований для привлечения ответчика к материальной ответственности, подлежит применению повышенный стандарт доказывания обстоятельств, свидетельствующих о противоправности поведения ответчиков, неисполнении ими своих служебных обязанностей, причинения сотрудником прямого действительного ущерба, причинной связи между его поведением и наступившим ущербом, размером такого ущерба.
Истцом в материалы дела не представлено доказательств виновного, противоправного поведения работника, наличия причинно-следственной связи между таким поведением и наступившими последствиями в виде ущерба. В нарушение положений ст.247 Трудового кодекса Российской Федерации истцом не проводилась проверка в целях установления обстоятельств причинения вреда, причин его возникновения, письменные объяснения у сотрудника не отбирались.
Как следует из материалов дела обязанность провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, истребовать от сотрудника письменные объяснения, органом принудительного исполнения не исполнена, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.
В нарушение приведенных норм трудового права, истцом не соблюден порядок привлечения ответчика к материальной ответственности, служебная проверка по факту ненадлежащего исполнения ответчиком должностных обязанностей не проводилась, объяснения у сотрудника не истребовались.
Учитывая, что бремя доказывания наличия оснований для привлечения работника к материальной ответственности лежит на работодателе, который не представил суду достаточных, допустимых доказательств, подтверждающих наличие оснований для такой ответственности, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для возложения на работника материальной ответственности.
То обстоятельство, что имеется вступившее в законную силу решение суда, а также то, что ответчики были привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не освобождает работодателя от соблюдения требований статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации.
Таким образом, оснований для удовлетворения исковых требований истца не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Федеральной службы судебных приставов к Шангину А. А. о взыскании ущерба в порядке регресса - оставить без удовлетворения.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Т.А. Соловьева