РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Макушинский районный суд Курганской области в составе председательствующего судьи Тучковой Е.В., при секретаре Дубовой Е.С., с участием помощника прокурора Макушинского района Курганской области Шендрикова А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Макушино Курганской области 26 августа 2026 года гражданское дело по исковому заявлению Мурзагуловой Ж.К. к Макаренко Ж.К. о возмещении морального вреда, установил:
Мурзагулова Ж.К. обратилась в суд с исковым заявлением о взыскании морального вреда, причиненного преступлением в размере 3 000 000 рублей
В обоснование требований истец указала, что вина ответчика Макаренко С.А. в совершении 04.05.2003 года убийства (с учетом пояснений относительно описки степени родства на л.д.55) её сына ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ г.р. доказана материалами уголовного дела. Однако постановлением Макушинского районного суда от 24.07.2025 года уголовное преследование Макаренко С.А. по ч.1 ст.105 УК РФ прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования, то есть по нереабилитирующим основаниям. По данному уголовному делу постановлением следователя она была признана потерпевшей. Апелляционным определением от 23.10.2025 постановление Макушинского районного суда оставлено без изменения.
Указывает, что более 20 лет данное преступление оставалось нераскрытым, в связи с чем она пребывала в неведении о месте нахождения сына, с родными проводили его розыск и поиск собственными силами, утратила здоровье, претерпела нравственные страдания.
Определением Макушинского районного суда Курганской области от 13.07.2026 года в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО9, ФИО8 (л.д.133-135).
В судебное заседание истец Мурзагулова Ж.К., надлежащим образом извещённая, не явилась, в заявлении просила рассмотреть дело в её отсутствие, требования поддержала (л.д.166).
Ранее, в предварительном судебном заседании поясняла, что проживала совместно с сыном ФИО9 в <адрес>, отношения между ними всегда были близкие. Жизнь сына для нее бесценна, никакая сумма не компенсирует потерю, но в обоснование размера исковых требований пояснила, что семьей были потрачены денежные средства на организацию поминального обеда. До настоящего времени не может успокоиться, переживает, чуть не парализовало, трясет все, не говорить, не стоять, не может. Взаимоотношения с погибшим сыном были как у родителей прекрасные, никогда грубого слова не слышали от него, были надежды на то, что в старости он будет поддерживать. Проявлял заботу, слушался, выполнял ее поручения. После того как он потерялся, ждала, надеялась на его возвращение, спала с его фотографией, принимала успокоительное. В декабре 2021 года переехала в Петропавловск, получала лечение. В 2023 году следователь сообщил, что ФИО9 не вернется, Макаренко признался, нашли кости. Потом оказалось, что тело так и не нашли. На сегодняшний момент они провели поминальные процедуры, но при этом сын не имеет могилы, нет места, куда можно было бы приехать, посидеть, поплакать. До того, как сын потерялся, у нее болели ноги, давление подскакивало, после произошедшего – от нервов покрывалась коростами, постоянно болела, принимала таблетки.
Ответчик Макаренко С.А., извещённый надлежащим образом в судебное заседание не явился. В заявлении просил дело рассмотреть в его отсутствие (л.д.143).
Его представитель Смыкова И.В., ранее ходатайствовавшая об участии посредством видеоконференц - связи, которая была организована на базе Курганского городского суда, в судебное заседание не явилась, направила в суд ходатайство о рассмотрении без ее участия, с иском согласился частично (л.д.169). Считает требования в части суммы завышенными, не соответствующие требованиям разумности и справедливости. Не оспаривая права матери на получение компенсации морального вреда, наличие у нее заболеваний, обращает внимание суда на то, что Мурзагуловой Ж.К. не было представлено доказательств их прямой взаимосвязи со смертью сына. При вынесении решения просит учесть имущественное положение ответчика Макаренко С.А., а именно его заработная плата не превышает 30 000 рублей, два иска на сумму 6 000 000 рублей (настоящего и поданного сестрой - ФИО5) делает нереальным исполнение судебного решения, что крайне негативно скажется на его уровне жизни. Фактически на его иждивении находится пожилая мать, которая проходит процедуру установления инвалидности.
Третьи лица - ФИО9, ФИО8 о дате рассмотрения уведомлены надлежащим образом. ФИО9 о причинах неявки суд не уведомил, ходатайств и заявлений в адрес суда не направил, ФИО8 просила о рассмотрении без ее участия, исковые требования поддержала (л.д.167).
На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Исследовав материалы дела, заслушав прокурора, который в заключении выразил мнение об обоснованности требований частично, в размере 1 500 000 рублей, суд приходит к следующим выводам.
Согласно ч.1 ст. 6, ч. 1 ст. 17, ст. 46 Конституции Российской Федерации, каждый гражданин Российской Федерации обладает на ее территории всеми правами и свободами и несет равные обязанности, предусмотренные Конституцией Российской Федерации, в которой признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.
В соответствии со статьями 20, 41 Конституции Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.
Статья 52 Конституции Российской Федерации гарантирует охрану законом прав потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
Согласно части 1 статьи 3 и статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации ( далее –ГК РФ) судебной защите подлежат только нарушенные либо оспариваемые права, при этом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного или оспариваемого права и характеру нарушения, а также гарантировать восстановление нарушенных прав.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Абзац 10 статьи 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
В силу части 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Согласно разъяснениям, данным в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами главы 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Из данной правовой нормы следует, что каждый из граждан, в случае причинения ему морального вреда, имеет право на защиту своих прав и интересов.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (часть 2 статьи 1101 ГК РФ).
Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в п. 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.
Согласно разъяснениям п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Истец Мурзагулова Ж.К. - мать ФИО9, что подтверждается копией свидетельства о рождении № (л.д.119) и актовой записью о рождении № от 18.10.1969 года исполкома Чистовского сельского Совета депутатов трудящихся Макушинского района Курганской области (л.д.60).
Постановлением следователя Мурзагулова Ж.К. признана потерпевшей по уголовному делу (л.д.100).
Согласно сведениям ЗАГС и копиям свидетельств, представленным истцом и по запросу суда, отец погибшего ФИО9 – ФИО9- умер, сестра ФИО8, сын ФИО9 - гражданские иски о возмещении морального вреда в ходе производства по уголовному делу в отношении Макаренко С.А. не заявлялись. Сестрой ФИО5, которой гражданский иск о возмещении морального вреда в ходе производства по уголовному делу был также оставлен без рассмотрения, в отношении Макаренко С.А. заявлен самостоятельный иск, который подлежит самостоятельному рассмотрению (л.д.177).
Уголовно-процессуальное законодательство к числу близких родственников погибшего в результате преступления относит супруга, супругу, родителей, детей, усыновителей, усыновленных, родных братьев и родных сестер, дедушку, бабушку и внуков (п. 4 ст. 5 УПК РФ). По смыслу закона, каждое из перечисленных лиц в случае причинения ему вреда наступившей в результате преступления смертью близкого родственника имеет право на защиту своих прав и законных интересов в ходе уголовного судопроизводства. Переход прав потерпевшего лишь к одному из его близких родственников, само по себе не может рассматриваться как основание для лишения прав всех иных близких родственников. Предназначение определения, в законе близких родственников погибшего состоит не в том, чтобы ограничить число лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве в качестве потерпевших, а в том, чтобы определить круг близких родственников погибшего.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 04.05.2003 года в период с 12 до 21 часов Макаренко С.А., находясь в лесном массиве на берегу оз.Соленое на территории Макушинского района на расстоянии 3 км 670 метров в юго-западном направлении от перекрестка с указателем с.Б-Курейное Макушинского района Курганской области и 6 км 270 метров в юго-западном направлении от выездного указателя с.Сетовное Макушинского района Курганской области, умышленно с целью лишения жизни, на почве ревности, произвел из взятого с собой охотничьего ружья 12 калибра модели ИЖ 54, один прицельный выстрел в туловище ФИО9, причинив тому телесные повреждения в виде проникающего огнестрельного дробового ранения грудной клетки и живота с повреждением внутренних органов, повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека в момент нанесения, в результате чего наступила смерть ФИО9 на месте происшествия.
Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу постановлением Макушинского районного суда Курганской области от 24.07.2025, которым уголовное дело в отношении Макаренко С.А. в части обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, гражданский иск потерпевшей Мурзагуловой Ж.К. оставлен без рассмотрения (л.д.29-32).
Кассационным определением Седьмого кассационного суда от 18.06.2026 года вышеуказанное постановление Макушинского районного суда и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Курганского областного суда от 23.10.2025 года оставлены без изменения (л.д.113-117, 174-176)
Согласно части 2 статьи 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда.
В соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда, иное постановление по уголовному делу обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (абз. 2 п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении»).
Учитывая, что деяние, совершенное Макаренко С.А., приведшее к смерти ФИО9, получили свою оценку при вынесении постановления, вступившего в законную силу, в дальнейшем доказывании не нуждаются.
В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или строит свои возражения.
В соответствии с указанной статьей, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 12 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Исходя из принципов диспозитивности и состязательности гражданского процесса, правомерность заявленных исковых требований определяется судом на основании оценки доказательств, представленных сторонами в обоснование их правовой позиции.
Исходя из установленных судом обстоятельств, оценив представленные по делу доказательства по правилам статей 12, 56, 67 ГПК РФ, при разрешении заявленных исковых требований, их правового и фактического обоснования, исходя из обстоятельств, на которых Мурзагулова Ж.К. основывает свои требования, руководствуясь вышеизложенными нормами материального права, исходя из того, что вина, имевшая место со стороны Макаренко С.А. и выразившаяся в умышленном причинении смерти другому человеку, ФИО9, сыну истца, то есть, что смерть находится в причинно-следственной связи с противоправными действиями ответчика, установлена вступившим в законную силу постановлением суда.
Макаренко С.А., как лицо, в отношении которого уголовное преследование прекращено понереабилитирующим основаниям, не освобождается от ответственности за вред, который был причинен в результате его противоправных действий.
В результате действий ответчика Макаренко С.А. истцу Мурзагуловой Ж.К., несмотря на продолжительность времени с момента смерти сына, причинены нравственные страдания, поскольку смерть родного и близкого человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, в связи с чем, суд находит, что имеются правовые основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.
Принимая во внимание, что утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживании, влекущего состояние субъективного дистресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью близкого человека, факт причинения истцу морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь его размер.
Истец заявил о компенсации морального вреда в размере 3 000 000 руб.
Суд учитывает, что между истцом и погибшим ФИО9 имелись прочные семейные связи, что ответчиком не оспаривалось, мать и сын проживали вместе (л.д.125), потеря сына, безусловно, нарушила семейные отношения, причинила истцу глубокие моральные и нравственные страдания в связи с вынужденной и внезапной утратой контакта с близким родственником, его длительное отсутствие, поиски, а в дальнейшем - констатация смерти сына истца повлекла существенные изменения для привычного и сложившегося образа жизни, а также лишения ее навсегда душевного тепла и поддержки со стороны погибшего.
Данные обстоятельства, а также отсутствие до настоящего времени у истца Мурзагуловой Ж.К. сведений о месте захоронения сына, свидетельствуют о значительной степени тяжести переносимых истцом нравственных страданий и душевных переживаний.
Рассматривая доводы представителя ответчика Смыковой И.В. относительно необходимости учета его имущественного положения при определении размера компенсации морального вреда, суд находит их необоснованными.
Согласно п.3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
Учитывая, что ответчик, являющийся совершеннолетним трудоспособным, не страдающим заболеваниями, препятствующими труду, получению доходов, на момент рассмотрения не имеет на иждивении лиц, которые относятся к категории иждивенцев, так как не предоставлено доказательств содержания, получения от него постоянной помощи, являющейся для них основным источником средств к существованию (л.д.13-28, 172, 173), при этом постановлением от 24.07.2025 года признан факт, что он совершил умышленное преступление, суд приходит к выводу, в связи с чем оснований применения к спорным правоотношениям п.3 ст. 1083 ГК РФ, п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 не имеется, то есть имущественное положение Макаренко С.А. не является юридически значимым обстоятельством, которое подлежит учету при определении размера компенсации морального вреда.
Вместе с тем, поскольку моральный вред признается законом вредом неимущественным и его компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных страданий, но не возмещения материального ущерба, суд не соглашается с доводами Мурзагуловой Ж.К. в предварительном судебном заседании о том, что при рассмотрении настоящего иска в рамках возмещения морального вреда (обоснования размера компенсации) должны быть учтены материальные затраты семьи на погребение, в подтверждение чему ей были представлены соответствующие справки (л.д.127,128)
В предварительном судебном заседании истец Мурзагулова Ж.К. указала, что смерть сына принесла ей не только моральные страдания, но и физические страдания, так как состояние здоровья ухудшилось от переживаний (л.д. 131), в обоснование чего представила справку о наличии у неё медицинских заболеваний, продолжает проходить реабилитацию и наблюдение в медицинском учреждении (л. д. 126). Иных доказательств, в том числе подтверждающих взаимосвязь заболеваний и переживаний от гибели сына, каких-либо медицинских документов, свидетельствующих о резком ухудшении состояния здоровья после мая 2003 года, в материалы дела истцом не представлено.
Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает установленные фактические обстоятельства, при которых наступила смерть Мурзагулова А.А., в том числе совершение виновные действий ответчиком, степень родства между истцом и убитым, которые находятся в близких родственных отношениях (мать и сын); характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, связанных со смертью сына, с которым она проживала совместно, в то же время как близкие родственники общалась постоянно, вели совместное хозяйство, оказывал ей постоянную поддержку, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства дела, в том числе, что смерть сына является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, степень нравственных страданий истца, связанных со смертью сына, индивидуальные особенности истца (возраст, статус пенсионера), в связи с чем приходит к выводу, что подлежит возмещению причиненный моральный вред в размере 2 000 000 рублей, что согласуется с принципами конституционной ценности жизни человека, а также с принципами разумности и справедливости.
В силу части 3 статьи 144 ГПК РФ, принятые по ходатайству истца Мурзагуловой Ж.К. определением суда от 27 мая 2026 года обеспечительные меры (л.д.36) суд считает необходимым сохранить до фактического исполнения решения суда, в той части, во исполнение которой они были приняты.
Согласно статье 88 ГК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.
На основании статьи 333.36 Налогового Кодекса РФ (пп. 4 п. 1) истец освобожден от уплаты государственной пошлины.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, п.2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ, п. 3 ч.1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика подлежат взысканию в бюджет муниципального образования Макушинский муниципальный округ Курганской области в сумме 3 000 рублей, исходя из той суммы, которую должен был уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины.
Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд решил:
Исковые требования Мурзагуловой Ж.К. удовлетворить частично.
Взыскать с Макаренко С.А. (паспорт гражданина РФ №) в пользу Мурзагуловой Ж.К. (паспорт гражданина РФ №) компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 2 000 000 (два миллиона) рублей 00 копеек.
В удовлетворении остальной части исковых требований Мурзагуловой Ж.К. отказать.
Принятые обеспечительные меры по определению суда от 27 мая 2026 года сохранить до фактического исполнения решения суда.
Взыскать с Макаренко С.А. в доход бюджета муниципального образования Макушинский муниципальный округ Курганской области государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Курганского областного суда в месячный срок со дня его принятия в окончательной форме, то есть с 27.08.2026 года, путем подачи апелляционной жалобы через Макушинский районный суд Курганской области.
Судья Е.В.Тучкова