РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
08 сентября 2026 года г. Челябинск
Калининский районный суд г. Челябинска в составе:
председательствующего судьи Пшеничной Т.С., при секретаре Иванцовой Н.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Кудровой Е.А. к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №1 России по Челябинской области, Федеральной службе исполнения наказания России, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области, о возложении обязанности, взыскании компенсации за незаконное лишение трудиться, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Курдова Е.А. обратилась в суд с иском, с учетом уточнения, к ответчикам о возложении обязанности внести запись в электронную трудовую книжку в соответствии с приказом об увольнении, взыскании компенсации по статье 234 ТК РФ в размере 3085568 рублей 80 копеек, взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей, ссылаясь на то, что до настоящего момента работодатель в лице ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Челябинской области не оформил увольнение официально и не внес запись в трудовую книжку в течение почти 4 лет.
В судебном заседании истец Курдова Е.А. участия не приняла, извещена надлежащим образом.
Представитель истца Курдовой Е.А. - Голд А.А., действующий на основании доверенности, на удовлетворении требований настаивал в полном объеме, по обстоятельствам, изложенным в иске.
Представитель ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Челябинской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Челябинской области – Роговая Л.В., действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения требований истца в полном объеме.
Суд, заслушав лиц, участвующих по делу, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.
Правовое положение лиц, отбывающих наказание в местах лишения свободы, в том числе привлечение их к оплачиваемому и общественно полезному труду, регулируется Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации.
В силу части 2 статьи 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации основными средствами исправления осужденных являются: установленный порядок исполнения и отбывания наказания (режим), воспитательная работа, общественно полезный труд, получение общего образования, профессиональное обучение и общественное воздействие.
Согласно части 1 статьи 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест.
В соответствии с подпунктом «с» пункта 2 статьи 2 Конвенции Международной организации труда от 28 июня 1930 №29 принудительный или обязательный труд в смысле настоящей Конвенции не включает в себя всякую работу или службу, требуемую от какого-либо лица вследствие приговора, вынесенного решением судебного органа, при условии, что эта работа или служба будет производиться под надзором и контролем государственных властей, и что указанное лицо не будет уступлено или передано в распоряжение частных лиц, компаний или обществ.
Таким образом, осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства. Поскольку общественно полезный труд как средство исправления и обязанность осужденных является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер.
Правоотношения, возникающие в связи с осуществлением трудовой деятельности осужденными в местах отбывания наказания в виде лишения свободы, регулируются не только нормами трудового, но и уголовно-исполнительного законодательства.
Между лицом, осужденным к лишению свободы и привлекаемым к труду, с одной стороны, и учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим наказание в виде лишения свободы, где труд основан не на свободном волеизъявлении осужденного, а на его обязанности трудиться в определенных местах и на работах, не возникают трудовые правоотношения, регулируемые исключительно нормами Трудового кодекса Российской Федерации.
Из приведенных правовых норм следует, что привлечение лиц, осужденных к лишению свободы, к труду в период отбывания наказания не является трудовыми отношениями, характеризующимися добровольностью труда и основанными на соглашении непосредственно между работником и работодателем.
Учитывая изложенное, на данную категорию лиц не распространяются нормы трудового законодательства, регулирующие порядок приема на работу, увольнения с работы, обязанности работодателя в том объеме, в котором они предусмотрены Трудовым кодексом Российской Федерацию.
Как следует из материалов дела истец была осуждена 26 октября 2020 года приговором Челябинского областного суда к 7 годам лишения свободы со штрафом в размере 40000 рублей с отбыванием наказания в ИК общего режима. Содержалась в местах лишения свободы с 18 мая 2017 года по 21 апреля 2023 года. Освобождена по постановлению Калининского районного суда г.Челябинска от 05 апреля 2023 года условно-досрочно на 1 год 1 месяцу 11 дней.
Привлечение истца к труду осуществлялось в рамках уголовно-исполнительного законодательства.
Частью 2 статьи 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации определено, что общественно полезный труд является одним из основных средств исправления осужденных.
Согласно представленным ответчикам материалов дела, 22 июня 2021 года ФИО9 (она же истец) зачислена в этот же день в отряд по хозяйственному обслуживанию на должность уборщика служебных помещений. 21 апреля 2023 года истец отчислена из отряда по хозяйственному обслуживания на основании приказа от 01 мая 2023 года №27ос в связи с условно-досрочным освобождением.
Законодатель не отнес указанную категорию граждан к лицам, работающим по трудовым договорам, то есть состоящим в трудовых отношениях с учреждениями, в которых они трудоустраиваются на период отбывания наказания. Несмотря на привлечение истца к труду, ответчик ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Челябинской области не является для истца работодателем применительно к спорным правоотношениям, а потому на правоотношения сторон в связи с привлечением истца к оплачиваемому труду не распространяются нормы трудового законодательства, регулирующие порядок приема на работу, увольнения с работы, восстановления на работе, перевода на другую работу и перемещение, социальные гарантии, предусмотренные трудовым законодательством.
Поскольку приказ об увольнении в отношении истца ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Челябинской области не выносился основания для удовлетворения требований истца о возложении обязанности внести запись об увольнении в электронную трудовую книжку в соответствии с приказом об увольнении суд не находит.
Кроме того, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Челябинской области не является работодателем для истца.
Взыскание среднего заработка за время вынужденного прогула на основании статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации и компенсация морального вреда на основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации являются мерами ответственности работодателя за нарушение трудового законодательства.
Рассматривая заявление ответчика о применении последствий пропуска истцом срока обращения в суд за разрешением трудового спора, суд, руководствуясь статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, данными в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», установив, что истец обратился в суд с иском 20 мая 2026 года, ввиду чего истцом пропущен срок в отсутствие уважительных причин по требованиям о возложении обязанности внести запись в электронную трудовую книжку в соответствии с приказом об увольнении, в связи с чем у суда не имеется основания для удовлетворения данных требований.
Об отсутствии записи в трудовой книжке истцу было известно с 22 мая 2023 года, поскольку истец работала в ГАУЗ ГКБ №11 по 17 июля 2023 года, в период с 15 декабря 2023 года по 19 марта 2024 года по основному месту работы, согласно представленной справке истца работала в ООО «СИТИАЙ ГРУП РУС» в должности Менеджера по продажам, с учетом положений части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд по требованиям о возложении обязанности внести запись в электронную трудовую книжку в соответствии с приказом об увольнении (3 месяца) истек 22 августа 2023 года. При этом с настоящим иском в суд истец обратилась спустя 2 годя 8 месяцев 29 дней.
Кроме того, требование о компенсации морального вреда является производным от основного требования о возложении обязанности внести запись в электронную трудовую книжку в соответствии с приказом об увольнении в удовлетворении которого истцу отказано, ввиду чего данное требование также не подлежит удовлетворению.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
В удовлетворении исковых требований Кудровой Е.А. к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №1 России по Челябинской области, Федеральной службе исполнения наказания России, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области, о возложении обязанности, взыскании компенсации за незаконное лишение трудиться, компенсации морального вреда, отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г.Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.
Председательствующий Т.С. Пшеничная
Мотивированное решение изготовлено 22 сентября 2026 года
Судья Т.С. Пшеничная