РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации г. Екатеринбург
29 апреля 2026 года
Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Ромашовой М.В.
при помощнике судьи Головановой А.В.
с участием старшего помощника прокурора Октябрьского района Стенниковой Н.Н., истца Александровой Т.В., представителей ответчика Ноздриной А.А., Раздьяконовой А.В., третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Губаревой Л.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга в интересах Александровой Татьяны Владимировны к государственному казенному учреждению социального обслуживания Свердловской области «Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних Октябрьского района города Екатеринбурга» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
прокурор Октябрьского района г. Екатеринбурга обратился в суд с иском в интересах Александровой Т.В. к ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга», в котором просит взыскать с ответчика в пользу Александровой Т.В. компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб.
В обоснование исковых требований указано, что прокуратурой Октябрьского района г. Екатеринбурга проведены надзорные мероприятия по факту тяжелого несчастного случая на производстве, произошедшего 18.03.2025 с воспитателем ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» Александровой Т.В., в ходе которых установлено, что 18.03.2025 в 09 часов 00 минут Александрова Т.В., отработав суточную смену, вышла из здания ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» по адресу: <адрес>, и по дороге домой на территории работодателя поскользнулась и упала, в результате чего получила закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей головы, перелом S3 сегмента крестца. Факт падения Александровой Т.В. на территории работодателя видела сотрудник ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» ФИО14 По степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве повреждение Александровой Т.В. относится к категории тяжелых. Актом № 1 (форма Н-1) о несчастном случае на производстве от 05.02.2026 установлены нарушения работодателем государственных требований охраны труда со стороны ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга», явившиеся причиной тяжелого несчастного случая с Александровой Т.В. В связи с получением травм Александровой Т.В. причинен моральный вред, выразившийся в физические и нравственные страдания. Период нетрудоспособности длился с 18.03.2025 по 07.05.2025. Александрова Т.В. находилась на лечении у невропатолога и травматолога.
В судебном заседании представитель процессуального истца старший помощник прокурора Октябрьского района Стенникова Н.Н. исковые требования поддержала, дала объяснения, аналогичные вышеизложенному. Против удовлетворения заявления ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности возражала, указав, что к спорным правоотношения срок исковой давности не применяется.
Материальный истец Александрова Т.В. исковые требования и позицию прокурора относительно применения последствий пропуска срока исковой давности поддержала, дала объяснения, аналогичные вышеизложенному. Дополнительно пояснила, что в момент несчастного случая на дороге имелось обледенение, дорога не была расчищена, на ней была надета обувь без каблука. До настоящего времени работает в ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» в должности воспитателя. В период нетрудоспособности месяц лежала, потом сидела в реабилитационном кресле. После окончания 07.05.2025 периода нетрудоспособности наблюдалась у невропатолога. Периодически принимает обезболивающие препараты, поскольку испытывает головную боль и головокружение. Повторные исследования, в том числе МРТ, по рекомендации врача не прошла. В последующем работала с повышенной трудовой нагрузкой (в летнем оздоровительном лагере и по совместительству у того же работодателя) ввиду затруднительного материального положения, так как имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, супруг является пенсионером и не работает, при этом имеются неисполненные кредитные обязательства. Работодатель в течение 2025 г. обещал выплатить ей премию в двойном размере, но обещание не выполнил, поэтому она решила требовать компенсации морального вреда. Представила Акт № 1 (форма Н-1) о несчастном случае на производстве от 09.12.2025, утвержденный и.о. директора Губаревой Л.А., которым также установлены нарушения работодателем государственных требований охраны труда со стороны ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга», явившиеся причиной тяжелого несчастного случая на производстве.
Представители ответчика ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» Ноздрина А.А., Раздьяконова А.В. исковые требования не признали, при этом не оспаривали факт несчастного случая с Александровой Т.В. на территории работодателя при описанных в иске обстоятельствах. Указали, что рабочий день в ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» начинается с 09 часов 00 минут, поэтому гололед 18.03.2026 в это время устранен не был. О произошедшем несчастном случае на производстве работодателю впервые стало известно в ноябре 2025 г., до этого Александрова Т.В. о нем не сообщала. После окончания периода нетрудоспособности Александрова Т.В. работала с повышенной трудовой нагрузкой по собственному желанию, на состояние здоровья не жаловалась. Иных периодов нетрудоспособности не было. В связи с представлением Акта № 1 (форма Н-1) о несчастном случае на производстве от 09.12.2025 просили применить последствия пропуска трехмесячного срока исковой давности, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Губарева Л.А. с исковыми требованиями не согласилась. Дала объяснения аналогичные объяснениям представителей ответчика. Дополнительно указала, что 18.03.2025 являлась и.о. директора ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга». Ей Александрова Т.В. о произошедшем несчастном случае на производстве не сообщала. Губарева Л.А. знала о падении Александровой Т.В., но полагала, что оно произошло не на территории работодателя.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО4 показала, что работает воспитателем в ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга», в той же должности работала 18.03.2025. Территория ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» огорожена забором, на въезде имеются ворота, от которых идет дорога к входу в здание центра, представляющая собой проезжую часть без тротуара. В 50 м. от здания примерно на середине этой дороги находится шлагбаум. Около 09 часов 00 минут 18.03.2025 ФИО4 на личном автомобиле заехала на территорию ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга», проезжая от ворот к шлагбауму, увидела, как прошедшая шлагбаум по направлению к воротам Александрова Т.В. примерно в 10 м. от шлагбаума поскользнулась, упала на спину и ударилась головой. В этот день был сильный гололед, дорога не была ни расчищена, ни посыпана. ФИО4 подняла Александрову Т.В. и довезла до дома.
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации).
Частью 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (ч. 2 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (ч. 3 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ст. 216 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с главой 36.1 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.
В силу ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.
Приказом Минтруда России от 20.04.2022 № 223н «Об утверждении Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве» (зарегистрирован в Минюсте России 01.06.2022 № 68673) утверждены формы документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, к которым относится форма Н-1 - акт о несчастном случае на производстве.
В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:
- относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);
- указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);
- соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации;
- произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ);
- имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.
Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на судебную защиту.
Таким образом, для признания несчастного случая связанным с производством, истцу необходимо доказать, что такой случай произошел на территории предприятия, в рабочее время и при исполнении трудовых обязанностей. Учитывая то, что несчастным случаем на производстве признается случай, повлекший за собой утрату временной или постоянной нетрудоспособности, необходимо представить медицинские документы с указанием медицинского диагноза, повлекшего утрату трудоспособности.
В судебном заседании установлено, что между ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» и Александровой Т.В. заключены трудовой договор № ****** от 03.04.2024, в соответствии с которым истец принят на работу по должности воспитателя, трудовой договор № ****** от 03.04.2024, в соответствии с которым истец принят на работу по внутреннему совместительству помощником воспитателя на 0,5 ставки. Трудовые правоотношения до настоящего времени не прекращены.
Из объяснений Александровой Т.В. следует, что 18.03.2025 около 09 часов 00 минут она, отработав суточную смену, вышла из здания ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» по адресу: <адрес>, и, направляясь домой, на территории работодателя примерно в 10 метрах от шлагбаума по дороге к воротам поскользнулась и упала на спину, ударившись головой. Факт падения видела сотрудник ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» ФИО4, которая в это время на личном автомобиле заехала на территорию ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга». Падение вызвано сильным обледенением дороги, которое работодателем своевременно не было устранено. В момент падения на Александровой Т.В. была надета обувь без каблука.
Аналогичным образом фактические обстоятельства изложены допрошенной в качестве свидетеля ФИО4, предупрежденной судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Оснований не доверять ее показаниям у суда не имеется, поскольку они полны, непротиворечивы, последовательны, согласуются с иными доказательствами по делу, в том числе протоколом осмотра места происшествия, протоколами опроса пострадавшей Александровой Т.В. от 20.01.2026 и очевидца ФИО4 от 16.01.2026. Также не установлено оснований для оговора свидетелем работодателя и на наличие таких оснований суду не указано.
Более того, ответчиком ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» и третьим лицом Губаревой Л.А., исполнявшей обязанности директора в юридически значимый период, изложенные Александровой Т.В. обстоятельства также фактически не оспорены и отражены в первоначально составленном Акте № 1 (форма Н-1) о несчастном случае на производстве от 09.12.2025 и в последующем – в Акте № 1 (форма Н-1) о несчастном случае на производстве от 05.02.2026.
Государственным инспектором труда (по охране труда) Государственной инспекции труда в Свердловской области ФИО8 проведено расследование указанного несчастного случая в связи с поступлением сведений о нарушении порядка его расследования. Заключением от 05.02.2026 установлено, что согласно протоколу специалиста по кадрам ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» ФИО9 на момент несчастного случая 18.03.2025 уборка территории производилась уборщиками территории ФИО10, ФИО11 В обязанности ФИО10 входила уборка территории ручным способом и обработка территории реагентом и песком, в обязанности ФИО11 входила расчистка территории на машине по уборке снега ПУМ 500. Обычно место падения Александровой Т.В. очищается от снега машинным способом, после – ручным с обработкой реагентом (песком). Рабочий день ФИО11 – с 07 часов 00 минут до 09 часов 00 минут, с 17 часов 30 минут до 19 часов 30 минут, ФИО10 – с 09 часов 00 минут до 17 часов 30 минут. Несчастный случай произошел с работником после окончания работы на территории работодателя при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми правоотношениями с работодателем. Причиной несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля за состоянием территории, технологического и вспомогательного оборудования, своевременным проведением планово-предупредительного ремонта и осмотра, техническим обслуживанием оборудования, инструмента, помещений, выразившееся в непроведении уборки, чистки и посыпки дороги от входа на территорию организации до входа в здание, в нарушение положений ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 4.2.1 положения о системе управления охраной труда ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга», а также неудовлетворительная организация производства работ, в том числе недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда, в частности при проведении мероприятий по управлению профессиональными рисками на рабочем месте «воспитатель» не определены мероприятия по снижению уровней профессионального риска падения работника с высоты собственного роста (при перемещении по открытой территории) в нарушение ст. 209.1, 214, 218 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 4.2.1 положения о системе управления охраной труда ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга». Лицом, ответственным за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, является и.о. директора ГКУ «СРЦН Октябрьского района города Екатеринбурга» Губарева Л.А.
Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести, выданного ГАУЗ СО «ГБ № 36 «Травматологическая»» город Екатеринбург» от 13.11.2025 по форме 315-1/у, Александрова Т.В. получила сотрясение головного мозга, закрытый перелом S3 сегмента крестца. По степени тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве, указанные повреждения относятся к категории тяжелых.
При таких обстоятельствах суд, принимая во внимание, что вышеописанное событие соответствует критериям несчастного случая на производстве, находит обоснованным требование работника о взыскании с работодателя компенсации морального вреда.
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу ст. 21 (абз. 4 ч. 1) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплат, причитающихся при увольнении).
В соответствии с п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Определяя размер компенсации морального вреда, руководствовался статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд исходит из того, что факт причинения вреда здоровью истца вследствие тяжелого несчастного случая на производстве подтвержден материалами дела. Принимая во внимание степень физических и нравственных страданий истца, претерпевание им боли, физических неудобств, связанных с лечением, продолжительность периода нетрудоспособности, документального подтверждения лечения по окончании которого истцом не представлено, сложившиеся между сторонами отношения после несчастного случая, в том числе продолжительное не сообщение работником работодателю об обстоятельствах несчастного случая, указанный им повод к обращению в суд, учитывая принцип разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда в сумме 500 000 руб., оснований для взыскания с ответчика большей суммы не усматривает.
При этом довод ответчика о пропуске трехмесячного срока исковой давности подлежит отклонению ввиду неверного толкования им норм абз. 2 ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в бюджет подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска, в размере 3 000 руб.
Руководствуясь ст.ст. 194, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
РЕШИЛ:
исковые требования прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга в интересах Александровой Татьяны Владимировны к государственному казенному учреждению социального обслуживания Свердловской области «Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних Октябрьского района города Екатеринбурга» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с государственного казенного учреждения социального обслуживания Свердловской области «Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних Октябрьского района города Екатеринбурга» (ИНН 6662078634) в пользу Александровой Татьяны Владимировны (паспорт № ******) компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с государственного казенного учреждения социального обслуживания Свердловской области «Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних Октябрьского района города Екатеринбурга» в доход бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в окончательной форме в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга.
Судья М.В. Ромашова