РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации г. Екатеринбург
03 сентября 2026 года
Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Ромашовой М.В.
с участием истца Франчук У.С., представителя истцов Бывальцева Б.В., представителя ответчика Маларевой М.А., помощника прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга Мацкевич Н.А., при секретаре судебного заседания Копейке А.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Франчук Ульяны Сергеевны, Франчука Льва Михайловича, Франчук Татьяны Ивановны, Франчука Сергея Степановича, Франчук Светланы Сергеевны к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Франчук У.С., Франчук Л.М., Франчук Т.И., Франчук С.С., Франчук С.С. обратились с иском к ГАУЗ СО «СОКПБ», в котором просят взыскать с ответчика в пользу каждого истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.
В обоснование исковых требований указано, что ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ г.р., находилась в стационаре ГАУЗ СО «СОКПБ», где ДД.ММ.ГГГГ скончалась вследствие ненадлежащего оказания ей медицинской помощи, чем истцам причинен моральный вред, а именно нравственные страдания в связи с невосполнимой утратой своего близкого родственника. Медицинскими работниками данного учреждения ФИО8 в условиях стационара не была обеспечена безопасность, в результате чего она заболела пневмонией, которая не была своевременно обнаружена, и, как следствие, не было начато ее лечение. Лицом, ответственным за причинение вреда, является медицинское учреждение, которое оказало некачественную медицинскую помощь.
В судебном заседании истец Франчук У.С., представитель истцов Бывальцев Б.В. исковые требования поддержали, дали объяснения, аналогичные вышеизложенному. Пояснили, что Франчук С.С. и Франчук Т.И. являются родителями ФИО8, проживали с ней совместно. Франчук У.С. и Франчук С.С. являются родными сестрами ФИО8, проживали от нее отдельно, но ежедневно общались, поддерживали тесные родственные связи. Франчук Л.М. является сыном Франчук У.С. и племянником ФИО8, проживает со своей матерью, но также часто общался с умершей, она принимала участие в его воспитании. Указали, что факт недоказанности прямой причинно-следственной связи не исключает компенсацию морального вреда, поскольку имеется косвенная причинно-следственная связь между бездействием медицинских работников учреждения и смертью ФИО8
Представитель ответчика ГАУЗ СО «СОКПБ» Маларева М.А. исковые требования не признала, сославшись на недоказанность прямой причинно-следственной связи между действиями сотрудников учреждения и наступившей смертью ФИО8, наличие у нее ряда сопутствующих заболеваний, которые усугубили состояние пациента и привели к летальному исходу. Также указала на завышенность заявленной к взысканию суммы компенсации морального вреда и отсутствие оснований для ее взыскания в пользу племянника Франчука Л.М., который близким родственником не является, совместно с ней не проживал, после госпитализации не навещал.
Помощник прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга Мацкевич Н.А. полагала требования подлежащими удовлетворению частично, поскольку материалами дела подтверждается факт причинения истцам морального вреда вследствие незаконного бездействия сотрудников ГАУЗ СО «СОКПБ». Вопрос о размере подлежащей взысканию суммы компенсации морального вреда оставила на усмотрение суда.
Истцы Франчук Т.И., Франчук С.С., Франчук С.С., Франчук Л.М., третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Цикина А.О., Кошурников Р.В., Пензина И.И., Сафаров С.Р., Страховая медицинская организация «ООО ЖСМК Дормедсервис», извещенные о времени и месте рассмотрения дела своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание не явились, о причине неявки не уведомили, доказательств уважительности причин неявки не представили. С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.
Ранее в судебном заседании истцы Франчук Т.И., Франчук С.С., Франчук С.С. давали объяснения, аналогичные доводам иска, поясняли, что находились с ФИО8 в близких доверительных отношениях, ежедневно с ней общались, тяжело переживают утрату. Мать Франчук Т.И. и сестра ФИО1 неоднократно навещали ее после госпитализации. Узнав о заболевании, а впоследствии об ухудшении состояния ФИО8 они предпринимали меры для связи с сотрудниками учреждения, просили оказать ей необходимую помощь, однако, помощь оказана фактически не была. Отец Франчук С.С. не навещал ФИО8 ввиду занятости, но знал о ее состоянии со слов супруги, переживал. Племянник Франчук Л.М. пояснял, что не часто, но регулярно общался с ФИО8, последний раз звонил ей по телефону до госпитализации, после госпитализации не звонил и в учреждении не навещал, однако, знал о ее состоянии со слов матери и бабушки, переживал, смертью ФИО8 ему причинены нравственные страдания, поскольку она участвовала в его воспитании.
Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Цикина А.О., Кошурников Р.В., Пензина И.И., Сафаров С.Р., Страховая медицинская организация «ООО ЖСМК Дормедсервис» позицию по делу не изложили.
Заслушав объяснения явившихся участников процесса, исследовав доказательства по делу, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входят, в том числе, расходы на погребение (статья 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации), компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" даны разъяснения о том, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.
Из нормативный положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании медицинской помощи и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.
В судебном заседании установлено, что ФИО8 являлась пациентом ГАУЗ СО «СОКПБ», проходящим стационарное лечение в указанной медицинской организации, где ДД.ММ.ГГГГ умерла.
Согласно заключению комиссии экспертов (экспертиза по материалам дела) № ****** от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО8, наступила ******
Стационарная психиатрическая помощь ФИО8 в ГАУЗ СО «СОКПБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ оказана в соответствии со следующими нормативными документами:
- законом Российской Федерации № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно которому, медицинская помощь, организуется и оказывается на основе клинических рекомендаций, в рассматриваемом случае, «Биполярное аффективное расстройство» (F31) (взрослые);
- приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10 мая 2017 г. № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», в соответствии с критериями качества по группам заболеваний (состояний), т.е. в отношении «Биполярного аффективного расстройства, текущий эпизод мания с конгруэнтным аффекту бредом» (по МКБ-10 F31.20);
- приказом главного врача государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» № 01-03/71 от 12.04.2023 «Об утверждении проколов ведения пациентов в соответствии с клиническими рекомендациями для работы ГАУЗ СО «СОКПБ» (Протоколом ведения пациента «Биполярное аффективное расстройство»).
За период госпитализации ФИО8, имеющей ******.
ДД.ММ.ГГГГ при осмотре лечащим врачом отмечено: «******
ДД.ММ.ГГГГ у ФИО8 зафиксировано ******
В соответствии с установленным диагнозом ******
Назначены дополнительные исследования - ******.
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ производилось ******
ДД.ММ.ГГГГ ******
******
******
******
Таким образом, при оказании медицинской помощи ФИО8 в ГАУЗ СО «СОКПБ» выявлены следующие недостатки - ******
Выявленные недостатки оказания медицинской помощи ФИО8 в ГАУЗ СО «СОКПБ» ****** не находятся.
******
Таким образом, между выявленными недостатками оказания медицинской помощи в ГАУЗ СО «СОКПБ» и наступлением смерти ФИО8 от заболевания прямой причинно-следственной связи не имеется.
******
Смерть ФИО8 наступила в результате ******
******
******
Между оказанной медицинской помощью в ГАУЗ СО «СОКПБ» и наступлением смерти ФИО8 от заболевания прямой причинно-следственной связи не усматривается.
Согласно заключению комиссии экспертов (экспертиза по материалам дела) № ****** от ДД.ММ.ГГГГ, на основании судебно-медицинской экспертизы, судебно-медицинская экспертная комиссия указала, что выявленные недостатки оказания медицинской помощи ФИО8 в ГАУЗ СО «СОКПБ» причиной ****** не является.
******
******
******
******
******
******
******
******
******
******
******
Ввиду не установления экспертами прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) сотрудников ГАУЗ СО «СОКПБ» и смертью ФИО8 постановлением от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело № ****** в отношении Цикиной А.О., Кошурникова Р.В., Сафарова С.Р., Пензиной И.И. в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Вместе с тем медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Из вышеприведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Как следует из положений ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
В силу пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.
При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности:
существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом);
характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда);
последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 30 названного постановления).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Руководствуясь приведенными нормами и разъяснениями, оценив представленные письменные доказательства в совокупности с объяснениями сторон, учитывая фактические обстоятельства данного конкретного дела, суд приходит к выводу о том, что при оказании медицинской помощи ФИО8 работниками ГАУЗ СО «СОКПБ» были допущены недостатки - ****** которые не состоят в прямой причинно-следственной связи с ее смертью, поскольку не являются причиной ******, но наряду с другими причинами (******) согласно заключениям экспертов могли создавать условия для прогрессирования заболевания у ФИО8 При этом поскольку согласно выводам экспертов у больной имела место ******, ******, ****** могли повлиять на течение и исход развившейся ******, то есть предотвратить летальный исход, допущенные дефекты оказания медицинских услуг лишили ФИО8 возможности на достижение выздоровления от ******, имеется косвенная причинно-следственной связи между некачественным оказанием медицинских услуг ГАУЗ СО «СОКПБ» и наступлением ее смерти, что является основанием для компенсации ответчиком причиненного истцам морального вреда.
Разрешая вопрос о размере такой компенсации, суд исходит из доказанности наличия у умершей близких доверительных отношений со всеми истцами, являющимися ее членами семьи и родственниками. Данное их утверждение ответчиком не оспорено и материалами дела не опровергнуто.
При этом следует учитывать, что ФИО8 совместно проживала с родителями Франчуком С.С. и Франчук Т.И., которым вследствие нарушения наиболее тесных семейных связей и невосполнимой утраты причинен самый значительный моральный вред, в связи с чем в их пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере по 500 000 руб. в пользу каждого.
Сестры Франчук С.С. и ФИО1 с умершей совместно не проживали, однако, поддерживали тесные родственные связи, наряду с родителями заботились о состоянии ее здоровья, поэтому им вследствие невосполнимой утраты близкого родственника причинен моральный вред, который суд оценивает в 300 000 руб. в пользу каждой.
Довод ответчика об отсутствии правовых оснований для компенсации морального вреда, причиненного племяннику Франчуку Л.М., суд отклоняет как не основанный на законе, поскольку закон не содержит указания на возможность компенсации морального вреда исключительно членам семьи умершего и его близким родственникам. Исходя из фактически сложившихся родственных отношений, учитывая при этом степень участия ФИО8 в жизни Франчука Л.М., суд приходит к выводу о том, что компенсации подлежит причинный ему моральный вред на сумму 50 000 руб.
Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере при недоказанности прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинских работников ответчика суд не усматривает.
Ввиду того, что истцы освобождены от уплаты государственной пошлины за подачу настоящего искового заявления, на основании ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина в доход бюджета подлежит взысканию с ответчика. Исходя из размера и характера подлежащих удовлетворению требований, размер государственной пошлины с учетом положений пп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации составляет 3 000 руб.
Руководствуясь ст.ст. 194, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
РЕШИЛ:
исковые требования Франчук Ульяны Сергеевны, Франчука Льва Михайловича, Франчук Татьяны Ивановны, Франчука Сергея Степановича, Франчук Светланы Сергеевны к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (ОГРН 1026605397004) в пользу Франчука Сергея Степановича (паспорт № ******) компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (ОГРН 1026605397004) в пользу Франчук Татьяны Ивановны (паспорт № ******) компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (ОГРН 1026605397004) в пользу Франчук Ульяны Сергеевны (паспорт № ******) компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (ОГРН 1026605397004) в пользу Франчук Светланы Сергеевны (паспорт № ******) компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (ОГРН 1026605397004) в пользу Франчука Льва Михайловича (паспорт № ******) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловская областная клиническая психиатрическая больница» (ОГРН 1026605397004) в доход бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в окончательной форме в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга.
Судья М.В. Ромашова