РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
(мотивированное решение изготовлено 07.08.2026года)
г.Екатеринбург 24 июля 2026 года
Ленинский районный суд г.Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Докшиной Е.Н. при секретаре судебного заседания Дьячковой Е.В. с участием:
- истца Ленгер К.С.,
- представителя ответчика Министерства Финансов Российской Федерации Морозовой Ю.Г., действующей на основании доверенности,
- старшего помощника прокурора Ленинского района г.Екатеринбурга Вохмянина С.В.. действующего на основании доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ленгер Ксении Сергеевны, действующей в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей <данные изъяты> к Министерству Финансов Свердловской области, Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Ленгер К.С., действуя в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей <данные изъяты> обратилась в Ленинский районный суд г.Екатеринбурга с иском к Министерству Финансов Российской Федерации, Министерству Финансов Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда.
Определением Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 22.01.2026 года возвращено исковое заявление Ленгер К.С. о взыскании компенсации морального вреда, обжаловании действий на основании положений п.5 ч.1 ст.135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в части изложенных требований (указаны истцом в исковом заявлении с п.10 по п.23).
В обоснование заявленных требований в исковом заявлении (с пункта 6 по пункт 9, принятых судом к производству) указано, что на основании заведомо ложного заявления в отношении истца Ленгер К.С. возбуждено уголовное дело по ст.156 УК РФ, что истец якобы жестоко обращалась со своими малолетними детьми и не исполняла родительские обязанности, тогда как истец Указом Губернатора Свердловской области 14.04.2015 года №176-УГ награждена орденом «Материнская доблесть 3 степени». Согласно показаниям Ленгер В.Е. по уголовному делу истец уехала на отдых и 5 детей остались с ним и 2 бабушками, поэтому жестоко с детьми обращаться истец не могла, с марта 2013 года дети не проживали с Ленгер В.Е., поскольку вел ассоциальный образ жизни, также по гражданскому делу №2-448/2016 причинен вред противоправными действиями Управления социальной политики Верх-Исетского района г.Екатеринбурга. В результате противоправных действий должностных лиц ОП №9 ОМВД России по г.Екатеринбургу истец была незаконно привлечена к уголовной ответственности, причинен вред незаконным осуждением по заведомо ложному заключению судебно-психиатрической экспертизы, опорочена честь, достоинство и доброе имя истца, на основании данных, предоставленных Ленгер В.Е. с истца взысканы алименты, ограничена в родительских правах.
Истец Ленгер К.С., участвуя в судебном заседании посредством системы видеоконференцсвязи, имеющая высшее юридическое образование, на заявленных исковых требованиях настаивала в полном объеме, пояснив суду, что уголовное дело в отношении истца было возбуждено по заявлению супруга, имеющего неприязненные отношения к истцу, в рамках уголовного дела были даны заведомо ложные показания, представлены заведомо ложные документы и заключения, муж состоит на учете в психиатрической больнице как лицо, страдающее алкоголизмом; заявляет требования по компенсации морального вреда по реабилитации не на основании ст.133 УПК РФ, а в порядке ч.1 ст.1069, ч.1 ст.1070 ГК РФ, истца незаконно привлекли к уголовной ответственности. На вопрос суда о том, что при рассмотрении дела в Верх-Исетском районном суде г.Екатеринбурга 13.06.2023года при прекращении уголовного дела по ст.24 УПК РФ истцом дано согласие о прекращении уголовного дела по основанию за истечением сроков давности уголовного преследования пояснила суду, что протокол судебного заседания от 27.04.2023года-13.06.2023года сфальсифицирован, отсутствует аудиозапись судебного заседания, истец этого не говорила, защитник был по назначению, нарушено право на защиту, просила пригласить в заседание совершеннолетнего сына, родственников, заявляла отводы прокурору, защитника, истцу было отказано; не могла подать замечания на протокол судебного заседания, неоднократно обращалась с заявлениями об ознакомлении с материалами уголовного дела, истцу отказывали, с протоколом судебного заседания не знакома, по ч.1 ст.156 УК РФ ранее не привлекалась к ответственности, на учетах не состояла, соседи характеризовали положительно, уголовное дело сфабриковано. Просит суд взыскать с ответчиков Министерства Финансов Свердловской области, Министерства Финансов Российской Федерации:
1) в пользу истца и ее несовершеннолетних детей вред, причиненный в результате незаконного осуждения по уголовному делу №1-2/2023 по ст.156 УКРФ в размере 150000000 рублей 00 копеек каждому в порядке ч.1 ст.1070 ГК РФ,
2)в пользу истца и ее несовершеннолетних детей вред, причиненный в результате незаконного осуждения по уголовному делу №1-2/2023 по ст.156 УКРФ в размере 150000000 рублей 00 копеек каждому в порядке ст.1100 ГК РФ,
3) в пользу истца и ее несовершеннолетних детей вред, причиненный в результате незаконного привлечения истца к уголовной ответственности по уголовному делу №1-2/2023 по ст.156 УКРФ в размере 150000000 рублей 00 копеек каждому в порядке ч.1 ст.1070 ГК РФ,
4) в пользу истца и ее несовершеннолетних детей вред, причиненный в результате незаконного привлечения истца к уголовной ответственности по уголовному делу №1-2/2023 по ст.156 УКРФ в размере 150000000 рублей 00 копеек каждому в порядке ст.1100 ГК РФ.
Представитель ответчика Министерства Финансов Российской Федерации Морозова Ю.Г., действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные исковые требования не признала в полном объеме по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, пояснив суду, что отсутствуют доказательства незаконного преследования истца и отсутствие надлежащих доказательств по заявленным исковым требованиям, поскольку уголовное преследование было прекращено по истечению срока давности привлечения к уголовной ответственности. Истец не была подвергнута мерам, требующим возмещения вреда, была избрана мера принудительного лечения, фактически истец не была подвергнута данным мерам; доводы искового заявления направлены на переоценку вступившего в законную силу апелляционного постановления суда, уголовное дело было прекращено по ходатайству истца, истец своим правом возражать относительно основания прекращения уголовного дела не воспользовалась. Просит суд отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.
Представитель 3-его лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика прокуратуры Свердловской области старший помощник прокурора Ленинского района г.Екатеринбурга Вохмянин С.В., действующий на основании доверенности, поддержав доводы письменных возражений по заявленным исковым требованиям, указав на отсутствие оснований для удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в письменных возражениях. Пояснив суду, что в отношении Ленгер К.С. было возбуждено уголовное дело в 2015 г. по ст.156 УК РФ, назначена судебно-психиатрическая экспертиза, были основания полагать, что Ленгер К.С. совершила преступление в состоянии невменяемости, имеется хроническое психическое заболевание, исключающее ее вменяемость, истец скрывалась от следствия, производство по делу приостанавливалось на срок 1 год 7 месяцев. В мировой суд Верх-Исетского судебного района г.Екатеринбурга в 2018г. Ленгер К.С. не явилась, в связи с повторной неявкой лица, производство по делу приостановлено, истец объявлена в розыск. В 2019г. производство было возобновлено, в связи с установлением места нахождения Ленгер К.С., затем истец вновь не явилась в заседания. В декабре 2021г. Ленгер К.С. была задержана в Москве, в августе 2022г. срок давности привлечения к уголовной ответственности истек, мировой судья в феврале 2023г. прекратил уголовное дело. Истец приводит доводы, направленные на переоценку обстоятельств, установленных Верх-Исетским судом г.Екатеринбурга, результаты судебной экспертизы не могут быть переоценены в рамках нового гражданского судопроизводства, действия правоохранительных органов в установленном порядке не признавались; основанием на реабилитацию является оправдательный приговор, оснований для удовлетворения требований истца не имеется. Просит суд отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.
Представитель ответчика Министерства Финансов Свердловской области в судебное заседание не явились, извещены в срок и надлежащим образом, представили в суд письменные возражения относительно заявленных исковых требований с просьбой отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.
При таких обстоятельствах, в силу положений ч.5 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело при данной явке, принимая во внимание, что в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 года №262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" информация о дате, времени и месте судебного заседания размещена на официальном интернет-сайте Ленинского районного суда г.Екатеринбурга leninskyeka.svd.sudrf.ru.
Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.
Как установлено в судебном заседании и подтверждается письменными материалами дела, в производстве отдела по РПТО ОП №9 СУ УМВД России по г.Екатеринбургу находилось уголовное дело №151664009, возбужденное ОД ОП № 9 УМВД России по г.Екатеринбургу 25.05.2015 в отношении Ленгер К.С. по ст.156 УК РФ.
В ходе расследования в отношении Ленгер К.С. назначено проведение стационарной судебной психиатрической экспертизы в связи с наличием оснований полагать, что она совершила запрещеное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости. На основании постановления Верх-Исетского районного суда от 12.05.2016, производство экспертизы поручено ГАУЗ СО «СОКПБ».
Согласно заключению комиссии экспертов №152 от 15.07.2016, у Ленгер К.С. в период, относящий к совершению общественно-опасного деяния и в период проведения экспертизы, имелось хроническое психическое заболевание, исключающее возможность осознавать противоправный характер и общественную опасность совершаемых ею действий и руководить ими.
Из письменных материалов уголовного дела следует, что Ленгер К.С скрывалась от органов следствия, не являлась по вызовам следователя для производства следственных и процессуальных действий, в связи с чем производство по уголовному делу приостанавливалось для розыска обвиняемой в период с 01.11.2016 до 09.06.2018 (1 год 7 месяцев 8 дней).
Постановление о направлении уголовного дела в суд для применение принудительной меры медицинского характера вынесено следователем и утверждено прокурором 11.06.2018.
Постановлением мирового судьи судебного участка №10 Верх-Исетского судебного района г.Екатеринбурга, исполняющим обязанности мирового суды судебного участка № 2 Верх-Исетского судебного района г. Екатеринбурга, от 17.07.2018 предварительное слушание по уголовному делу назначено на 24.07.2018. В судебные заседания, назначенные на 24.07.2018 и 30.07.2018, Ленгер К.С. не явилась. Постановлением мирового судьи от 13.08.2018 в связи с повторной неявкой лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, и её недоставлением в судебное заседание производство по делу приостановлено, Ленгер К.С. объявлена в розыск. Местонахождение Ленгер К.С. установлено 05.07.2019, производство по делу возобновлено. В судебные заседания 23.07.2019, 29.07.2019 и 05.08.2019 Ленгер К.С. вновь не явилась, в связи с чем, постановлением мирового судьи судебного участка №5 Верх-Исетского судебного района г. Екатеринбурга, исполняющим обязанности мирового судьи судебного участка №2 Верх-Исетского судебного района г.Екатеринбурга, от 12.08.2019 она объявлена в розыск, производство по делу приостановлено.
В связи с подозрением в совершении иного преступления Ленгер К.С. задержана в г.Москве 07.12.2021, розыск прекращен 14.12.2021, информация о задержании мировому судье поступила 08.06.2022.
Постановлением мирового судьи судебного участка №2 Верх-Исетского судебного района г. Екатеринбурга от 24.08.2022 производство по делу возобновлено.
Постановлением исполняющего обязанности председателя Верх-Исетского районного суда г.Екатеринбурга от 10.10.2022 уголовное дело передано для рассмотрения мировому судье судебного участка № 5 Верх- Исетского судебного района г. Екатеринбурга.
На момент возобновления рассмотрения дела судом первой инстанции 24.08.2022 срок давности привлечения к уголовной ответственности, установленный п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ, истек.
Постановлением мирового судьи судебного участка №5 Верх-Исетского судебного района г. Екатеринбурга от 01.02.2023 уголовное дело №1-2/2023 в отношении Ленгер К.С., совершившей общественно опасное деяние, предусмотренное ст. 156 УК РФ, прекращено на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
Апелляционным постановлением Верх-Исетского районного суда г.Екатеринбурга от 13.06.2023 по делу №10-21/2023 постановление мирового судьи от 01.02.2023 отменено, уголовное преследование в отношении Ленгер К.С. прекращено на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
Постановлением судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 27.02.2025года по делу №7у-1/2025 отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании Седьмого кассационного суда общей юрисдикции кассационных жалоб Ленгер К.С. о пересмотре апелляционного постановления Верх-Исетского районного суда г.Екатеринбурга от 13.06.2023 года.
Из данного постановления от 27.02.2025года следует, что 13.06.2023 года Ленгер К.С. в ходе судебного заседания обратилась с ходатайством, в котором просила прекратить уголовное дело в связи с истечением срока давности уголовного преследования, законный представитель и ее защитник-адвокат ходатайство поддержали, при этом последней судом были разъяснены последствия принятия решения о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.
Как следует из правовых позиций Конституционного суда Российской Федерации, сформулированных в ряде его решений, условием прекращения уголовного преследования в связи с истечением срока давности выступает законность и обоснованность подозрения и обвинения, тогда как прекращение уголовного дела или уголовного преследования по нереабилитирующему основанию, в том числе в связи с истечением сроков давности, допускается лишь при невозможности применения реабилитирующих оснований в виде отсутствия события или состава преступления. Поскольку в решении о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию констатируется как событие преступления, так и совершение его конкретным лицом, постольку в таком случае прекращение уголовного дела или уголовного преследования допускается лишь при согласии с этим решением лица, в отношении которого оно принимается. Само по себе прекращение в связи с освобождением лица от уголовной ответственности и наказания по нереабилитирующему основанию не означают признание лица виновным или невиновным в совершении преступления. Принимаемое в таких случаях процессуальное решение не подменяет приговор суда и по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность подозреваемого или обвиняемого (подсудимого) в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции РФ. Такие решения констатируют отказ от дальнейшего выяснения и доказывания виновности лица, несмотря на то, что основания уголовного преследования сохраняются.
Таким образом, Верх-Исетский районный суд г.Екатеринбурга в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в ходе судебного следствия, не проводя анализ и оценку исследованным доказательствам, приведя в определении лишь фабулу обвинения, прекратил уголовное дело за истечением сроков давности уголовного преследования, в соответствии с процедурой принятия соответствующего решения. Согласно ч.2 ст.212 УПК РФ и ч.4 ст.133 УПК РФ прекращение уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования является не реабилитирующим основанием освобождения от уголовной ответственности. По данному уголовному делу обвиняемая Ленгер К.С. имела возможность после разъяснения ей всех последствий удовлетворения ходатайства возразить против прекращения дела и продолжить производство по нему в обычном порядке, в целях разрешения вопросов о наличии или отсутствии события и состава преступления, совершении ею противоправного деяния и о ее вине, по итогам которого суд мог бы вынести оправдательный приговор с признанием права на реабилитацию или обвинительный приговор с освобождением Ленгер К.С. от отбывания наказания.
При изложенных обстоятельствах просьба автора жалоб о постановлении оправдательного приговора и признания за ней права на реабилитацию подлежит отклонению судом кассационной инстанции. При этом утверждение Ленгер К.С. о том, что при вынесении обжалуемого апелляционного постановления за ней не было признано право на реабилитацию в соответствии с п.5 ч.2 ст.133 УПК РФ, основано на неверном толковании закона, поскольку судебным решением Ленгер К.С. не была признана лицом, к которому подлежат применению принудительные меры медицинского характера.Изложенная автором жалоб версия о наличии в действиях законного представителя несовершеннолетних потерпевших Ленгер В.Е. составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 125, 156 УК РФ и др., носящая характер субъективных предположений, отклоняется судом кассационной инстанции, поскольку в соответствии с требованиями ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Доводы Ленгер К.С. о том, что законный представитель несовершеннолетних потерпевших Ленгер В.Е. и свидетели Маркина Е.В., Дюдина А.И., Белоцерковская Е.Г., Сологуб В.И. не являлись очевидцами произошедших событий, не дают оснований для признания показаний указанных лиц недостоверными доказательствами, поскольку в ходе предварительного следствия все свидетели были допрошены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, им были разъяснены права, обязанности, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний; нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного решения, не установлено, принято решение соответствует положениям ч.4 ст.7 УПК РФ.
Согласно ст.5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.
Главой 18 и статьей 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право на реабилитацию, которое включает в себя, в том числе право на устранение последствий морального вреда.
Согласно ч.2 ст.133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:
1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор;
2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения;
3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;
4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;
5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.
В соответствии с разъяснениями, приведенными в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.
Согласно п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 года №17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" судам следует иметь в виду, что согласно части 4 статьи 133 УПК РФ правила указанной статьи не распространяются на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в указанных случаях само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования.
Частью второй статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации регламентировано, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
Согласно п.1 ст.1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.
При рассмотрении настоящего гражданского дела суд полагает необходимым отметить, что уголовное дело в отношении Ленгер К.С. прекращено на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, что является нереабилитирующим основанием.
Как разъяснено в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года №7 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным вчасти 2 статьи 133Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.
Кроме того, при рассмотрении настоящего гражданского дела суд полагает необходимым отметить, что согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2023 года №19-КГ23-8-К5 право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным вчасти 2 статьи 133Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, о чем в соответствии с требованиямистатьи 134Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.
После вступления в законную силу указанных решений суда, а также вынесения (утверждения) постановлений дознавателем, следователем, прокурором реабилитированному лицу должно быть направлено извещение с разъяснением установленногостатьями 133,135,136,138,139Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением.
Право на возмещение вреда в порядке реабилитации имеют только участники уголовного судопроизводства, уголовное преследование которых прекращено по реабилитирующим основаниям (ст.27 УПК РФ, вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования), либо незаконно подвергнутые принудительным мерам медицинского характера, а равно иные лица, незаконно подвергнутые мерам процессуального принуждения.
Таким образом, перечень лиц, имеющих право на реабилитацию, является определенным и не подлежащим расширительному толкованию, признание права на реабилитацию осуществляется в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства в рамках расследования уголовного дела следственными органами или рассмотрения уголовного дела судом.
Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что поскольку согласно п.2 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимым условием возмещения вреда в данном случае является наличие вины в действиях его причинителей, равно как причинно-следственной связи между незаконными действиями последних и наступившими неблагоприятными последствиями для истца, каковые в данном случае - отсутствуют.
В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.ст.12, 35 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В ходе рассмотрения настоящего дела доказательств, отвечающих критериям относимости и допустимости (ст.ст.59, 60 ГПК РФ), причинения морального вреда в результате бездействий ответчика, ограничение возможности защитить свои права - не представлено, равно как судом не установлено наличие вины государственных органов в причинении истцу каких-либо страданий.
Таким образом, требование истца о компенсации морального вреда, заявленное в порядке гражданского судопроизводства (по заявленным истцом основаниям п.1 ст.1069, п.1 ст.1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), не является основанным на законе, поскольку доводы, изложенным истцом Ленгер К.С. в обоснование своей позиции не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания, являются необоснованными, фактов незаконного осуждения и незаконного привлечения Ленгер К.С. к уголовной ответственности не установлено, право на реабилитацию за ним не признавалось; принудительные меры медицинского характера, для решения вопроса о применении которых копия постановления мирового судьи судебного участка №5 Верх-Исетского судебного района г.Екатеринбурга от 01.02.2023 была направлена в уполномоченный орган исполнительной власти в сфере охраны здоровья, отмененного апелляционным постановлением Верх-Исетского районного суда г.Екатеринбурга от 13.06.2023, не были применены; действия и решения должностных лиц органов предварительного расследования, прокуратуры судом в установленном законом порядке незаконными не признавались (доказательств обратного в силу положений ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом суду не представлено); факт нарушения каких-либо личных неимущественных прав Ленгер К.С. действиями должностных лиц вопреки требованиям ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не подтвержден истцом представлением суду доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, установленным в ст.ст.59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нарушений уголовно-процессуального законодательства со стороны правоохранительных органов при производстве следственных действий по уголовному делу не имеется, действия сотрудников правоохранительных органов незаконными не признаны, исковое требование истца о взыскании компенсации морального вреда является необоснованным, в связи с чем, и не подлежит удовлетворению.
Суд также необходимым отметить, что Ленгер К.С. реализовано право на обращение в суд с требованиями о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок по уголовному делу №151664009, вступившим в законную силу решением Свердловского областного суда от 18.04.2024 по административному делу №3А-562/2024 в удовлетворении исковых требований Ленгер К.С. отказано в полном объеме.
При рассмотрении настоящего гражданского дела суд полагает необходимым отметить, что все доводы, изложенные истцом Ленгер К.С. в исковом заявлении и поддержанные в судебном заседании, в том числе, о том, что уголовное дело в отношении истца было возбуждено по заявлению супруга, имеющего неприязненные отношения к истцу, в рамках уголовного дела были даны заведомо ложные показания, представлены заведомо ложные документы и заключения экспертиз, нарушении права на защиту при рассмотрении уголовного дела и фальсификации доказательств, протоколов судебных заседаний, неоднократном обращении с заявлениями об ознакомлении с материалами уголовного дела, являются несостоятельными, поскольку направлены на переоценку вступившего в законную силу апелляционного постановления Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 13.06.2023 года, что является недопустимым на основании п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года №23 "О судебном решении» и не могут являться предметом судебной оценки в рамках гражданского судопроизводства, не являются основанием для удовлетворения заявленных исковых требований о взыскании компенсации морального вреда.
Согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 года №30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Таким образом, не допускается оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств, равно как и повторное определение прав и обязанностей стороны спора, путем предъявления новых исков.
При таких обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований Ленгер Ксении Сергеевны, действующей в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей <данные изъяты> к Министерству Финансов Свердловской области, Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, надлежит отказать, как заявленных необоснованно, не нашедших своего подтверждения в ходе судебного заседания.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении заявленных исковых требований Ленгер Ксении Сергеевны, действующей в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей <данные изъяты> к Министерству Финансов Свердловской области, Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, отказать.
Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, подачей апелляционной жалобы в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г.Екатеринбурга.
Судья Е.Н. Докшина