РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
06.04.2026 г. Екатеринбург
Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Самойловой Е. В., при секретаре Татаркиной А. А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Михайлова Михаила Вячеславовича к АО «Тандер» о взыскании невыплаченной премии, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Михайлов М. В. обратился в суд к АО «Тандер» с требованием о взыскании невыплаченной премии, компенсации морального вреда.
В обосновании иска указано, что между Михайловым М. В. и АО «Тандер» заключен трудовой договор № 3958993 от 06.11.2018.
С 24.05.2024 по настоящее время истец выполняет работу в должности руководителя направления. В соответствии с п. 3 трудового договора Михайлову М. В. установлена окладно-премиальная система оплаты труда.
Ежегодно премии по итогу квартала («квартальные премии») выплачиваются во второй месяц квартала, следующего за отчетным. В частности, премия за 1 квартал 2025 года выплачена 30.05.2025, премия за 2 квартал 2025 года выплачена 29.08.2025. Срок выплаты премии за 3 квартал 2025 года - ноябрь 2025 года (второй месяц квартала, следующего за отчетным).
18.11.2025 истец получил расчет, согласно которому размер премии за 3 квартал 2025 года составляет 965 330 рублей (до начисления районного коэффициента и до удержания НДФЛ).
Расчет выполнен и направлен истцу руководителем сектора по сопровождению округов Управления арендованной недвижимости Субещанской С. Н. Указанная процедура полностью соответствует многолетней практике, сложившейся в департаменте недвижимости АО «Тандер», в том числе - при выплате премий в 2025 году.
20.11.2025 истец уведомил о согласии с расчетом.
Премия за 3 квартал 2025 года должна была быть выплачена не позднее 28.11.2025, между тем, на расчётный счет истца зачислен только должностной оклад (пропорционально времени, отработанному в первой половине месяца). До настоящего времени премия за 3 квартал 2025 года не выплачена.
В связи с чем, обратившись в суд, истец просил взыскать с ответчика:
- 965 330 рублей - начисленную, но невыплаченную премию за 3 квартал 2025 года;
- 29571,28 рублей - компенсацию за несвоевременную выплату премии за 3 квартал 2025 года (с продолжением начисления по день фактической выплаты премии);
- 50000 рублей - денежную компенсацию морального вреда, причиненного нарушением моих трудовых прав.
Впоследующем, в связи с поступлением на расчетный счет истца 29.12.2025 денежной суммы в размере 797867 рублей, истец требования иска уточнил (т. 1 л.д 88-89), просил взыскать задолженность по невыплате премии за 3 квартал 2025 года в сумме 119679,17 рублей, компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы 34417,26 рублей с продолжением начисления на день фактического погашения долга, а также компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей.
Истец Михайлов М. В., его представитель Харькова Л. В. в судебном заседании требования поддержали, на иске настаивали, указав, что фактически разница в расчёте истца и ответчика составляет сумма районного коэффициента, который не начислили истцу на выплаченную премию, при этом, при расчете размера премии ответчик необоснованно ссылается на применение тарифа от суммы снижения арендной платы, меньшего размера 6,52, а не 7,5, по сути, занижая размер премии. Указывает, что отсутствие «прозрачного расчета» суммы тарифа, не может являться основанием для неполучения премии в полном объеме. При этом, указывает, что задержка в выплате премии, а также его неполная выплата основаны изначально на обстоятельствах изменения отношения руководства к истцу как к работнику, поскольку последний отказался от увольнения. У истца постоянно требовали объяснения, понуждали по сути к написанию заявления об увольнении по собственному желанию. Указанное негативно отразилось на здоровье истца, что причинило моральный ущерб. В судебном заседании также поддержали письменные объяснения (т. 1 л.д. 66-68, 170-174, 177-180, 193-195, 197-200, 29-211, т. 2 л.д. 24-25).
Представитель ответчика Клементьев А. В. в судебном заседании против иска возразил по доводам отзыва (т. 1 л.д. 110-111), указал, что указанная премия не является гарантированной частью заработной платы. Сроки ее выплаты регламентированы Положением, где предусмотрено отложение выплаты в связи с применением процедуры привлечения к ответственности. В отношении истца была инициирована соответствующая проверка, по результатам которой привлечение к ответственности не состоялось, в связи с чем, выплата премии за 3 квартал 2025 года последовала 29.12.2025. Ссылки истца на переписку с руководством, где была определена сумма премии, несостоятельна, поскольку носит информационный характер, не соответствует установленным в организации тарифам. Данный тариф определяется самим работодателем исходя из совокупности следующих критериев – сумма фактически полученной оптимизации арендной платы по территориям (Восток, Восток-2, Север, Юг), процента выполнения плана по оптимизации по территории, тарифа от суммы снижения арендной платы, то есть за 3 квартал 2025 года сумма премии менеджеров по аренде составила 9653303,58 рублей уже с начисленным уральским коэффициентом, поскольку он является составной частью математического расчета. В связи с чем, истец на руки получил 797867 рублей за вычетом НДФЛ. Представитель ответчика поддержал расчет (т. 1 л.д. 109). При этом, представитель ответчика предоставил собственный расчет (т. 1 л.д. 151-152), где указаны последовательность самого математического действия и объективные показатели.
Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Так, в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров (часть 1 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).
Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению (часть 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические и юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы (абзац пятый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности (абзацы второй и шестой части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовые отношения в силу положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.
Требования к содержанию трудового договора определены статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.
Так, частью 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательными для включения в трудовой договор являются, в том числе, следующие условия: условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).
Часть 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
Заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации. Запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменении условий оплаты труда (статья 132 Трудового кодекса Российской Федерации).
На основании статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.
В соответствии с ч. 1 ст. 191 Трудового Кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).
Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам (ч. 2 ст. 191 ТК РФ).
В силу указанных положений обязательными к выплате являются те составляющие оплаты труда работника, которые прямо предусмотрены трудовым договором, а также те выплаты, которые носят постоянный характер в силу действующего у работодателя локального акта. Выплата премий может носить, как постоянный, так и периодический характер, при этом размер премий может иметь фиксированный размер, а может зависеть от показателей работы, как работника, так и структурного подразделения, а также организации в целом, в том числе от финансовых возможностей.
Поскольку трудовое законодательство не устанавливает порядок и условия назначения и выплаты работодателем премий работникам, при определении правовой природы премий подлежат применению положения локальных нормативных актов, коллективных договоров, устанавливающие систему оплаты труда, а также условий трудовых договоров, заключенных между работником и работодателем.
В соответствии с действующим трудовым законодательством выплата премии работнику зависит от финансовых результатов деятельности работодателя, иных показателей эффективности, личных достижений работника, оценка которых относится к прерогативе работодателя.
Под эффективностью не может пониматься лишь надлежащее исполнение должностных обязанностей работником, ключевые показатели эффективности предполагают выполнение определенных действий.
Судом установлено, что 06.11.2018 между истцом и ответчиком заключен трудовой договор № 3958993 (т. 1 л.д. 13-18).
По условиям трудового договора истец принят на должность начальника отдела в подразделение Управление региона. В п. 3.2 истцу установлена окладно-премиальная система оплаты труда. Выплата окладной части заработной платы производится пропорционально отработанному времени. В п. 3.3 трудового договора установлена выплата районного коэффициента в размере 1,15. П. 3.4 предусмотрено, что по решению работодателя в случае добросовестного исполнения работником должностных обязанностей и отсутствия взысканий за нарушение трудовой дисциплины работнику устанавливаются премии, надбавки и другие выплаты поощрительного и стимулирующего характера в размере, порядке и на условиях, предусмотренных настоящим трудовым договором, а также «Положением об оплате труда работников АО «Тандер».
24.05.2025 между истцом и ответчиком заключено соглашение сторон (т. 1 л.д. 19-22), где в п. 1.2 определено, что Михйлов М. В. работает в АО «Тандер» в должности руководителя направления в подразделении Направление недвижимости Обособленного подразделения Уральский округ. По условиям оплаты труда в п. 3.2, 3.3 соглашения стороны определили размер оклада в сумме 155217 рублей, уральский коэффициент 1,15.
24.05.2024 издан соответствующий приказ № ДО145-П-3 о переводе истца на другую работу (т. 1 л.д. 119 оборот).
Согласно доводам иска, за 3 квартал 2025 года работодателем не в полном объеме выплачена премия, вместо требуемых 965330 рублей, выплачено 797 867 рублей. Из доводов иска следует, что премия выплачена без учета уральского коэффициента, в связи с чем, просил возместить недоплаченную разницу квартальной премии в сумме 119 679,17 рублей.
Проверяя доводы иска, суд приходит к следующему.
Из п. 3.4 ранее указанного соглашения следует, что стороны трудового договора предусмотрели основания выплаты годовой премии.
П. 3.5 соглашения установлено, что по итогам работы за отчетный период (квартал) работнику может быть выплачена премия. Основным назначением премии является поощрение и стимулирование работника к добросовестному исполнению трудовых обязанностей, повышению эффективности работы и продолжению трудовых отношений с работодателем. Целевой размер премии составляет 60% квартальной базовой заработной платы работника и рассчитывается пропорционально отработанному времени в отчетном периоде. Возможность выплаты премии и ее фактический размер определяется в порядке и на условиях, установленных правилами и локальными нормативными актами работодателя.
П. 3.6 соглашения также установлено, что работнику могут устанавливаться иные надбавки и доплаты, размер и оплата которых производится в соответствии с действующими у работодателя локальными актами, устанавливающими систему оплаты стимулирования труда работников.
Согласно расчетному листку за декабрь 2025 года (т. 1 л.д. 129) истцу начислено всего 1282956,08 рублей, из которых оклад пропорционально отработанному времени 137233,20 рублей, оплата отпуска 159807,90 рублей, районный коэффициент 146497,59 рублей, премия по итогам работы за квартал 839417,39 рублей. Исчислен НДФЛ. премия к выплате составила 797867 рублей. 29.12.2025 выплата в сумме 797867 рублей произведена (т. 1 л.д. 133).
Из Положения об оплате труда работников АО «Тандер» (т. 1 л.д. 155-161) следует, что структурно заработная плата делится на постоянную часть и переменную часть. К постоянной части заработной платы относится фиксированный размер оплаты труда без учета компенсационных и стимулирующих выплат. К переменной части оплаты труда относятся премии (выплаты стимулирующего характера) и являются частью заработной платы в отчетном периоде. Отчетный период составляет месяц, квартал, год.
Как следует из Положения об оплате труда работников АО «Тандер» в нем отсутствует норма о том, что квартальная премия является обязательной частью заработной платы, то есть гарантированной выплатой. Гарантированные выплаты установлены пункте 1.3 Положения об оплате труда работников АО «Тандер», к которым в том числе отнесены доплаты за работу в местностях с особыми климатическими условиями (районные коэффициенты, процентные надбавки), доплата за сверхурочную работу, доплата за работу в выходные и праздничные дни, оплата учебного отпуска, выходное пособие при сокращении работника, пособие по временной нетрудоспособности. Квартальная премия по результатам работы в составе гарантированных выплат не поименована. Премия относится к стимулирующим выплатам, в связи с чем, не входит в состав обязательной части заработной платы, ее выплата производится в порядке, на условиях и в размерах, которые предусмотрены в трудовом договоре и локальных нормативных актах работодателя, и является правом, а не обязанностью работодателя.
В тоже время, работодателем принято решение премировать истца за 3 квартал 2025 года.
П. 1.2.2. Положения устанавливает, что размер премии за результативность работы в отчетном периоде зависит от: квалификации работника; сложности выполняемой работы; соблюдения исполнительской и трудовой дисциплины; количества и качества затраченного труда; результатов работы подразделения; общих результатов финансово-хозяйственной деятельности Работодателя.
Для отдельных категорий работников могут устанавливаться дополнительные показатели и условия для премирования, которые определяются соответствующими нормативными документами Работодателя и (или) трудовым договором.
П. 1.9. положения предусмотрено, что размер премии может быть снижен или премия может быть не выплачена при наличии к работнику обоснованных претензий непосредственного руководителя, единоличного исполнительного органа компании в связи с подтвержденным невыполнением или некачественным выполнением показателей премирования, допущенных работником в периоде, за который выплачивается премия. Основанием для снижения/невыплаты премии является: служебная записка непосредственного руководителя и (или) объяснительная записка от Работника на Непосредственного руководителя (или Акт об отказе от предоставления объяснений); приказ единоличного исполнительного органа Компании о снижении/лишении Премии. Размер Премии может быть снижен в связи с привлечением Работника к дисциплинарной ответственности в периоде, за который выплачивается Премия. Основанием для снижения Премии является: служебная записка Непосредственного руководителя, Приказ о привлечении Работника к дисциплинарной ответственности и Приказ единоличного исполнительного органа Компании о снижении Премии. Снижение размера Премии Работнику в связи с применением к нему дисциплинарного взыскания за совершение дисциплинарного проступка осуществляется в отношении только тех входящих в состав заработной платы Работника Премий, которые начисляются за период, в котором к Работнику было применено соответствующее дисциплинарное взыскание, а размер такого снижения Премии не может приводить к уменьшению размера месячной заработной платы Работника более чем на 20 процентов. П. 1.10. положения, установлено, что решение о выплате Премии может быть отложено, если в отношении конкретного Участника программы премирования проводится процедура привлечения к административной или уголовной ответственности за деяния, связанные с трудовой деятельностью Работника в Компании за Период премирования, до момента выяснения обстоятельств и\или окончания процедуры привлечения к ответственности.
Согласно п. 8 Положения о премировании (т. 1 л.д. 134-136), должность истца относится к тем должностям, в структуре дохода которых присутствует квартальная премия, но которые не являются участниками программы премирования за КПЭ за квартальный горизонт.
Согласно доводам сторон, при премировании, использовалась «Мотивация 2025 год Департамент недвижимости: округа, территории и филиалы (руководитель направления, территориальный руководитель)» (т. 1 л.д. 96-99). Согласно мотивации размер квартальной премии истца определяется путем умножения следующих параметров: база для расчета премии за расчетный период, размера премии, полученной при выполнении КПЭ на 100% и оценки выполнения КПЭ% (для истца – программа премирования за КПЭ (14й грейд и ниже). При этом, из представленного графического изображения следует, что истец претендует на квартальную премию, исчисляемую в размере 10% от премии за снижение аренды, полученное МН. Ответчик не отрицает, что размер квартальной премии истца производится по указанной формуле.
Согласно расчету, предоставленному истцом, судом установлено, что сумма квартальной премии равна сумме квартальной премии за снижение аренды, полученная всеми менеджерами по недвижимости, умноженное на 10% (т. 1 л.д. 169).
Расчет ответчика содержит следующую последовательность арифметических действий для определения суммы премии (т. 1 л.д. 151-152): сумма фактически полученной оптимизации арендной платы (3 квартал 2025 года) по территории Уральского округа Х процент выполнения плана по оптимизации за 3 квартал 2025 года по каждой из территорий Х тариф от суммы снижения арендной платы для расчета премии менеджерам по аренде Х 10%.
В судебном заседании истец согласился с расчетом премии по данной формуле.
При этом, для расчета и истцом, и ответчиком применяются одинаковые числовые показатели, кроме применяемой суммы тарифа от суммы снижения арендной платы. Ответчиком указано на применение дифференцированного для Уральского региона тарифа в 6,52% для территорий Восток, Север, Юг, и 3,75% для территории Восток-2, тогда как истец полагает, что должен быть установлен единый тариф в 7,5%. Истец в судебном заседании последовательно настаивая на своих доводах, предоставил суду переписку:
12.11.2025 от Субещанской С. Н. получен сводный файл с индивидуальными расчетами «базы» премии «Сделка» менеджеров по недвижимости Уральского округа АО «Тандер».
12.11.2025 персональная рассылка расчетов «базы» премии «Сделка» менеджерам по недвижимости Уральского округа, работающим на данный момент в АО «Тандер».
18.11.2025 от Субещанской С. Н. получен расчет «базы» квартальных премий «Сделка» за 3 квартал 2025 года по должностям руководитель направления (PH) и территориальный руководитель направления (ТРН).
Истец не отрицает, что согласно указанному расчету «база» премии истца по итогу 3 квартал составила 965330 рублей.
В тоже время, данная переписка не содержит подробного расчета размера премии, тогда как ответчиком наглядно представлен расчет сформированной суммы, где недвусмысленно определяется районный коэффициент, который был применен для расчета окончательной суммы премии. В свою очередь, работодатель применил тариф, отличный от тарифа, указанного истцом, указав, что положение о премировании и положение об оплате труда не предусматривает конкретную процедуру согласования и утверждения данных тарифов, они являются динамичными и могут изменяться в зависимости от текущей ситуации в конкретном рынке субъекта РФ на конкретный момент и зависит от рынка недвижимости.
Поскольку переписка, на которую ссылается истец, не содержит подробный расчет, то суд полагает, что она не может быть положена в основу расчета требований истца, как не может быть учтен приведенный истцом анализ, приобщённый к материалам дела.
Кроме того, суд считает необходимым отметить, что установление тарифа от суммы снижения арендной платы для расчета премии менеджерам по аренде в размере 6,52% в данном случае является прерогативой работодателя и зависит от специфики рынка недвижимости в регионах и не может нарушать прав истца, поскольку итоговый размер премии не менее установленного п. 3.5 Соглашения от 24.05.2024 целевого размера квартальной премии – 60% от квартальной базовой заработной платы Михайлова М. В.
Согласно представленному по запросу суда расчету (т. 1 л.д. 109), сумма указанного вознаграждения включает в себя следующие компоненты:
Общая сумма начислений составила 965 330 рублей, из них:
-премия в размере 839 417,39 рублей;
-надбавка с применением районного коэффициента в размере 125 912,61 рублей гонный коэффициент - 1,15, что соответствует 15%, установлен для Свердловской области, включая г. Екатеринбург).
Налог на доходы физических лиц (НДФЛ) рассчитан в соответствии с действующими нормами главы 23 Налогового кодекса Российской Федерации:
В отношении премии - поскольку совокупный годовой доход налогоплательщика превысил 5 000 000 рублей, к данной сумме применяется налоговая ставка 18% согласно п. 2 ст. 224 НК РФ: 839 417,39 руб. х 18%= 151 095 руб.
В отношении надбавки по районному коэффициенту - в соответствии с п. 6.2 ст. 210 НК РФ, доходы в виде районных коэффициентов, начисляемых в районах с неблагоприятными климатическими условиями (включая Свердловскую область), не включаются в налоговую базу, облагаемую по ставке 18%, и продолжают облагаться по ставке 13%: 125 912,61 руб. х 13% = 16 368 руб.
Общая сумма удержанного НДФЛ составила 167 463 рублей. Сумма к выплате после удержания налога - 797 867 рублей. Поскольку данная сумма выплачена, то оснований для взыскания разницы в выплате премии в сумме 119 679,17 рублей у суда не имеется.
При этом, судом установлено нарушение со стороны ответчика сроков выплаты, предусмотренных Положением о премировании, где содержится обязанность работодателя выплатить данную премию не позднее 2 месяца за отчетным кварталом.
Правила материальной ответственности работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, содержатся в статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации.
Частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.
Из анализа приведенной нормы следует, что в случае невыплаты всех сумм, причитающихся работнику, у работодателя возникает обязанность выплатить денежную компенсацию за задержку причитающихся истцу выплат.
Судом установлено, что ответчик обязанность по своевременной выплате квартальной премии не исполнил, в связи с чем, требования иска заявлены обосновано и подлежат удовлетворению.
Доводы ответчика относительно наличия проверочных мероприятий, влекущих отложение выплаты, установленные п. 1.10 Положения, суд отклоняет, поскольку в отсутствие доказательств наличия результатов проверки, работодатель обязан возместить истцу предусмотренную действующим законодательством компенсацию.
Расчет:
29.11.2025 – 21.12.2025 16.5 23 20 186,040
22.12.2025 – 29.12.2025 16 8 6 808,470
Всего: 26 994,51 рублей.
Проверяя требования иска в части взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством.
Исходя из положений ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации причинение работнику морального вреда в случае нарушения его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя презюмируется, в связи с чем, установив факт незаконного привлечения работника к дисциплинарной ответственности и нарушения трудовых прав, суд правомерно пришел к выводу о возложении на ответчика материальной ответственности по возмещению причиненного морального вреда.
Как следует из разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации в п. 63 постановления Пленума от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст. ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
В данном случае, принимая во внимание, что невыплата премии составила 2 месяца, сама выплата произведена, а также обстоятельства отсутствие доказательств состояния здоровья истца обстоятельствам несвоевременной выплаты премии, при том, что заработная плата выплачена в срок, суд полагает, что соразмерной моральным страданиям истца и отвечающим признакам разумности и справедливости, способствует восстановлению нарушенных прав истца, отвечает признакам справедливого вознаграждения за перенесенные нравственные страдания в связи с нарушением прав является сумма 10000 рублей.
Проверяя требования иска в части взыскания суммы расходов на оплату услуг представителя, суд приходит к следующему.
В целях создания механизма эффективного восстановления нарушенных прав и с учетом принципа максимальной защиты имущественных интересов заявляющего обоснованные требования лица, правам и свободам которого причинен вред, Гражданский процессуальный кодекс РФ предусматривает порядок распределения между сторонами судебных расходов.
Согласно части первой ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Таким образом, гражданское процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения расходов на возмещение судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного требования.
Вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного в суд требования непосредственно связан с выводом суда, содержащимся в резолютивной части его решения (статья 198 (часть 5) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) о том, подлежит ли заявление удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и приводит к необходимости возмещения судебных расходов.
Иное означало бы нарушение принципа равенства, закрепленного в статье 19 Конституции Российской Федерации и статье 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Реализация процессуальных прав посредством участия в судебных заседаниях представителя является правом участника процесса (ч. 1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Правоотношения, возникающие в связи с договорным юридическим представительством, по общему правилу являются возмездными. При этом, определение (выбор) таких условий юридического представительства как стоимость и объем оказываемых услуг является правом доверителя (ст. ст. 1, 421, 432, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Судом установлено, что между Михаловым М. В. и Харьковой Л. В. заключен договор об оказании юридических услуг от 22.12.2025 по предоставлению юридических услуг по разрешению вопроса о взыскании премии за 3 квартал 2025 года (т. 1 л.д. 100-101). Стоимость услуг установлена в размере 30 000 рублей.
Суду представлена квитанция на сумму 30 000 рублей (т. 1 л.д. 107).
Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Давая оценку разумности понесенных истцом расходов на оплату юридических услуг по представлению интересов в размере 30 000 рублей в пользу истца, суд, исходя из объема защищаемого права, характера спора, учитывая время, которое мог бы затратить квалифицированный специалист на подготовку искового заявления (включая время и работу необходимые на формирование искового материала, обеспечения доказательств), продолжительность рассмотрения дела, количество судебных заседаний, а также результат правовой помощи, которым в иск удовлетворен частично, с учетом обеспечения справедливого баланса интересов каждой из сторон, определяет размер судебных расходов, понесённых истцом за рассмотрение дела в суде, подлежащих отнесению за счет ответчика в размере 30 000 рублей. Доказательств чрезмерности заявленных ко взысканию расходов ответчик суду не представил.
В связи с удовлетворением исковых требований в части, взысканию с ответчика в доход бюджета подлежит государственная пошлина в размере 7 000 рублей (ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 50, 61.1. Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации).
Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст.12,35,56,57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Михайлова Михаила Вячеславовича к АО «Тандер» о взыскании невыплаченной премии, компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.
Взыскать с АО «Тандер» (ИНН 2310031475 ОГРН 1022301598549) в пользу Михайлова Михаила Вячеславовича (<***>) компенсацию за невыплаченную премию в размере 26994,51 рублей за вычетом НДФЛ, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 30000 рублей.
В удовлетворении остальной части требований Михайлова Михаила Вячеславовича, - отказать.
Взыскать с АО «Тандер» (ИНН 2310031475 ОГРН 1022301598549) в доход бюджета государственную пошлину в размере 7000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде.
Судья Е. В. Самойлова