РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
19 октября 2026 года г. Екатеринбург
Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Войт А.В., при секретаре судебного заседания Пархачёвой П.Е., с участием истца Иванова Р.Ю., представителя истца Бутюгиной Т.П., представителя ответчика Гаврилович А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Иванова Родиона Юрьевича к обществу с ограниченной ответственностью «УралТрансКарго» об установлении трудовых отношений, взыскании заработной платы, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, судебных расходов, возложении обязанностей,
УСТАНОВИЛ:
Иванов Р.Ю. обратился в суд с вышеуказанным иском, в обоснование которого указал, что в период с 04 октября 2024 года по 16 декабря 2024 года работал в должности водителя в ООО «УралТрансКарго», осуществлял перевозки на грузовом автомобиле организации, однако документов о приеме на работу ему не выдавали. После фактического прекращения трудовых отношений, организацией истцу не выплачена заработная плата. Заработная плата определена в письменных документах ООО «УралТрансКарго». 16 декабря 2024 года истец уволился, до настоящего времени заработная плата ответчиком не выплачена. Задолженность по заработной плате за период с 04 октября 2024 года по 16 декабря 2024 года равна 101000 рублей. 24 марта 2025 года истец вновь трудоустроился в ООО «УралТрансКарго» на должность водителя, документы о приеме на работу также не выдавались. При этом, в 2024-2025 годах у сторон фактически возникали трудовые отношения, поскольку между ними возникло соглашение о каждодневном выполнении истцом определенной трудовой функции, а именно управление грузовым автомобилем, погрузка и выгрузка груза, организация контроля за погрузкой и выгрузкой, поддержание в исправном техническом состоянии грузового автомобиля, заполнение товарно-сопроводительных документов и другие. Иванов Р.Ю. подчинялся действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, перед каждым трудоустройством писал соответствующее заявление. 02 мая 2025 года истец уволился. В период работы с 24 марта 2025 года по 02 мая 2025 года ответчиком также не выплачивалась заработная плата. Задолженность за указанный период равна 305000 рублей. Истцу причинены нравственные страдания.
Требования истцом неоднократно уточнялись.
В итоговом виде с учетом уменьшения требований 19 октября 2026 года истец просит установить факт трудовых отношений между Ивановым Р.Ю. и ООО «УралТрансКарго» за период с 24 марта 2025 года по 02 мая 2025 года в должность водителя грузового автомобиля, обязать ответчика внести в трудовую книжку истца запись о приеме на работу с 24 марта 2025 года и об увольнении с 02 мая 2025 года по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскать задолженность по заработной плате за период с 04 октября 2024 года по 16 декабря 2024 года в размере 47250 рублей, проценты за задержку выплаты заработной платы за период с 17 декабря 2024 года по 30 января 2026 года в размере 23075 рублей 36 копеек, задолженность по заработной плате за период с 24 марта 2025 года по 02 мая 2025 года в размере 196000 рублей, проценты за задержку выплаты заработной платы за период с 03 мая 2025 года по 30 января 2026 года в размере 99333 рубля 31 копейка, компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 20000 рублей, возложить на ООО «УралТрансКарго» обязанность по начислению и уплате страховых взносов в Социальный фонд России за отработанные Ивановым Р.Ю. периоды, а также иные обязательные платежи в порядке и размерах, которые определяются федеральными законами. Также истец просит восстановить сроки на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
В судебном заседании Иванов Р.Ю., его представитель Бутюгина Т.А., доводы, изложенные в исковом заявлении и заявлениях об уточнении требований, поддержали, настаивали на удовлетворении требований.
Истец пояснил, что позвонил директор ответчика Финк Н.А., и 24 марта 2025 года истец написал заявление о приеме на работу, которое отдал директору Финку Н.А. На *** забрал машину, ключи и документы на автомобиль, топливную карту и уехал в г. Ивдель. 25 марта 2025 года находился на погрузке, после поехал в сторону г. Ханты-Мансийска, там грузился и разгружался. До 17 апреля 2025 года приехал в Екатеринбург, пару дней отдохнул и 19 апреля 2025 года вышел на работу. В период осуществления трудовой деятельности, за свой счет оплачивал штрафы, общался с Максимом механиком, который работал в ООО «УралТрансКарго». Работал до 02 мая 2025 года, заработную плату не платили. Написал заявление об увольнении и отдал директору.
Представитель ответчика Гаврилович А.С., действующая на основании доверенности, письменного отзыва в материалы дела не представила. Заявила о пропуске истцом срока исковой давности.
В судебном заседании представитель ответчика пояснила, что наличие трудовых отношений за 2024 года не оспаривают, заработная плата выплачена в полном объеме, также выплачена компенсация по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации и компенсация морального вреда за нарушение срока выплаты заработной платы. Трудовых отношений с истцом в 2025 году не было. Какие-либо договоренности по вопросу осуществления трудовой деятельности могли быть только с Костаревым М.Э., который работал в ООО «УралТрансКарго» до 2025 года. Просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, привлечены Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, ООО «Стальнеруд Холдинг», Артель старателей «Урал-Норд», ООО «ПРОМСТРОЙБЕТОН», ООО «Агросервис-М», АО «Северский Гранитный карьер» Карьер «Северка», ООО «Трансстроймеханизация», ООО «ТД «Уральский щебень», ООО «ТСУ-АВТО», АО «Башкиравтодор», ООО «УРАЛДОЛОМИТ» Карьер «Билимбай», ООО «ЛОГИСТРЕСУРС», Костарев М.Э.
Представитель третьего лица ООО «УРАЛДОЛОМИТ» Поротиков Д.А., действующий на основании доверенности, представил отзыв на исковое заявление, согласно доводам которого пояснил, что Иванов Р.Ю. в трудовых отношениях с ООО «УРАЛДОЛОМИТ» не состоял, договоры гражданско-правового характера не заключались. Также и с ООО «УралТрансКарго» заключенных договоров у ООО «УРАЛДОЛОМИТ» не имеется с момента его создания. В период с 04 октября 2024 года по 16 декабря 2024 года, согласно данным пропускной системы, истец 7 раз заезжал на территорию карьера Черноисточинский, п. Билимбай, ООО «УРАЛДОЛОМИТ». Имеющиеся данные подтверждают, что Иванов Р.Ю. управлял грузовым автомобилем КАМАЗ компании перевозчика – ООО «УралТрансКарго», перевозящего грузы в интересах покупателей продукции – ООО «МагистральДорСтрой» и ООО «Башкиравтодор».
Иные третьи лица в судебное заседание своих представителей не направили, извещены неоднократно надлежащим образом и в срок. Ходатайств об отложении судебного заседания или о рассмотрении дела в свое отсутствие не представили.
Судом определено рассматривать дело при данной явке.
Заслушав истца, представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, оценив доказательства каждое в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьями 12 и 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Согласно ч. ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.
Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, под трудовыми отношениями понимаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
При этом в соответствии со ст. ст. 16, 56, 66 - 68 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения по общему правилу возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме, а сам прием на работу дополнительно оформляется изданным на основании заключенного трудового договора приказом (распоряжением) работодателя. Такой приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы, а на работников, не являющихся совместителями и проработавших свыше пяти дней, также ведутся трудовые книжки, куда вносятся аналогичные сведения. Вместе с тем согласно упомянутым выше нормам трудовые отношения между работником и работодателем могут возникать также и на основании фактического допуска работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Таким образом, по смыслу ст.ст. 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением ч. 2 ст. 67 названного Кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.
Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, что также отражено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям».
В соответствии с пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.
О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.
К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении).
Представителем ответчика заявлено о пропуске срока исковой давности обращения в суд за восстановлением нарушенных трудовых прав за период 04 октября 2024 года по 16 декабря 2024 года, за период с 24 марта по 02 мая 2025 года.
В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации Работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
При наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.
По требованию о взыскании заработной платы за период с 04 октября по 16 декабря 2024 года с учетом увольнения истца 16 декабря 2024 года срок на обращение в суд истек 16 декабря 2025 года.
По требованию об установлении факта трудовых отношений за период с 24 марта по 02 мая 2025 года срок на обращение в суд истек 02 августа 2025 года.
По требованию о взыскании заработной платы за период с 24 марта по 02 мая 2025 года срок на обращение в суд истекал 02 мая 2026 года.
Обращение в суд с настоящим иском последовало 09 февраля 2026 года.
Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
В абзацах первом, втором пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок.
В абзаце третьем пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (абзац четвертый пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).
В абзаце пятом пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» отмечено, что обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих постановлениях, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (Определения от 12 июля 2005 года №312-0, 15 ноября 2007 года №728-0-0, 21 февраля 2008 года №73-0-0, 05 марта 2009 года №295-0-0).
Соответственно, с учетом положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями статей 2 (задачи гражданского судопроизводства), 67 (оценка доказательств), 71 (письменные доказательства) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Разрешая вопрос о восстановлении сроков на обращение в суд по всем требованиям Иванова Р.Ю., суд исходит из следующего.
Обращаясь с настоящим иском, Иванов Р.Ю. указывает на систематическое нарушение ООО «УралТрансКарго» его трудовых прав. Материалами дела подтверждается, что Иванов Р.Ю. неоднократно обращался за защитой своих прав в органы прокуратуры, Государственную инспекцию труда в Свердловской области, в налоговые органы /том 1 л.д. 14-21, том 2 л.д. 173-175, 202-203/, неоднократно осуществлял телефонные звонки директору ООО «УралТрансКарго» Финку Н.А. /том 1 л.д. 137-156/, то есть принимал меры для защиты своих прав.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля М, являющаяся сестрой Иванова Р.Ю., которая подтвердила, что сама неоднократно со своего телефона совершала звонки директору Финку Н.А. для урегулирования вопросов работы Иванова Р.Ю. В подтверждение чего суду представлена распечатка телефонных звонков с номера М /том 2 л.д. 204-211/.
Суд также учитывает, что Иванов Р.Ю. не обладает какими-либо юридическими познаниями, работу осуществлял в качестве водителя грузового автомобиля. Безусловному учету подлежит и статус работника как более слабой стороны в трудовых правоотношениях.
Более того, суд учитывает, что задолженность по заработной плате за 2024 год погашена в сентябре 2026 года /том 3 л.д. 34-37/, то есть после подачи искового заявления.
Таким образом, в целях защиты трудовых прав истца, учитывая меры, принятые истцом для защиты своих прав, сроки на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора Иванова Р.Ю. к ООО «УралТрансКарго» подлежат восстановлению.
Истцом указано, что он в период с 04 октября 2024 года по 16 декабря 2024 года осуществлял трудовую деятельность в ООО «УралТрансКарго» в должности водителя грузового автомобиля. Работа осуществлялась на транспортном средстве КАМАЗ М1840 5490-S5. 16 декабря 2024 года истец уволен на основании заявления об увольнении по собственному желанию.
Трудовая деятельность истца в ООО «УралТрансКарго» в указанный период ответчиком не оспаривается, а также материалы дела содержат выписку из индивидуального лицевого счета застрахованного лица в отношении Иванова Р.Ю., где имеются сведения о его трудовой деятельности в ООО «УралТрансКарго», (прием на работу – 04 октября 2024 года, увольнение – 16 декабря 2024 года на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) /т. 1 л.д. 67/
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на вознаграждение за труд, без какой бы то ни было дискриминации. Работодатель обязан обеспечивать работнику вознаграждение за труд в соответствии с указанными требованиями Конституции Российской Федерации, а также нормами трудового законодательства, которые конкретизируют и развивают конституционные положения.
Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы.
В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, а также выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату.
В соответствии со ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
При этом заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (статья 129 ТК РФ).
Истцом заявлено о наличии задолженности за период с 04 октября 2024 года по 16 декабря 2024 года в размере 47250 рублей.
Размер указанной задолженности рассчитан исходя из суточной оплаты и количества рейсов /т. 1 л.д. 40-46/.
Между тем, в материалы дела представлен трудовой договор №б/н от 04 октября 2024 года, в соответствии с которым работнику устанавливается заработная плата по окладу в размере 25000 рублей, районный коэффициент в размере 3750 рублей /т. 1 л.д. 214-217/. Очередность выплаты заработной платы в месяц не установлена.
Однако выплата заработной платы истцу в установленных трудовым договором размерах подтверждается материалами дела. Более того, факт задержки заработной платы ответчиком признан и в связи с этим 20 сентября 2026 года истцу выплачена компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 8172 рубля 26 копеек, компенсация морального вреда 10000 рублей /том 3 л.д. 36-37/. Получение денежных средств истцом не оспаривается.
Оценивая доводы истца об ином размере заработной платы за период работы в 2024 году, суд исходит из следующего.
Пунктом 1 ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие заработной платы: заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
В соответствии со ст. 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.
Запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменении условий оплаты труда.
Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации одним из прав работника является право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.
Указанному корреспондирует обязанность работодателя, установленная ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, - выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.
Согласно ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.
Заработная плата установлена истцом в трудовом договоре, при этом достаточных и допустимых письменных доказательств, подтверждающих согласование между истцом и ответчиком иных условий оплаты труда, чем предусмотрено трудовым договором, в материалы дела не представлено. В качестве такового суд не принимает расчеты в т. 1 л.д. 40-46, поскольку они могут быть отнесены только к 2025 году, каких-либо расчетов за 2024 год суду не представлено.
Исходя из норм Трудового кодекса Российской Федерации следует, что закон придает юридическое значение только официальной заработной плате (статья 136 Трудового кодекса Российской Федерации), в связи с чем, даже при установлении достаточных данных о выплате таковой, это не может повлечь за собой взыскания таких сумм в качестве оплаты труда работника. Выплата «неофициальной» части заработной платы трудовым законодательством не предусмотрена, поэтому при разрешении спора суд правомерно принимает во внимание лишь тот размер заработной платы, который установлен трудовым договором.
Таким образом, оснований для взыскания задолженности по заработной плате за 2024 год не имеется, как и компенсации по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, рассчитанной на «неофициальную» заработную плату.
Истцом заявлено об установлении факта трудовых отношений за период с 24 марта по 02 мая 2025 года.
В судебном заседании истец пояснил, что работал в 2025 году на основании устной договоренности с директором. Материалы дела не содержат доказательств заключения каких-либо договоров.
В материалы дела представлена переписка с контактом «Максим Механик», в которой Иванов Р.Ю. задавал ему рабочие вопросы, получал маршруты, истец узнавал у него о заработной плате, а Максим ссылался на директора Никиту /т. 3 л.д. 20-25, 101-114/.
Истец указывает, что контакт «Максим» - это Костарев М.Э.
Аналогичная переписка с указанным контактом происходило в период работы истца в 2024 году, что подтверждается материалами дела /т. 3 л.д. 15-19/.
Кроме того, осуществление трудовой деятельности подтверждается товарно-транспортными накладными и отвесами с организациями, привлеченными в качестве третьих лиц, поскольку в них содержатся сведения о принятии груза водителем Ивановым Р.Ю., стоит его подпись /т. 1 л.д. 101-106, 108-109, 116-136/.
Использование Ивановым Р.Ю. транспортного средства ответчика за период с 24 марта по 02 мая 2025 года подтверждается протоколом об административном правонарушении 86ХМ №635983 от 10 апреля 2025 года, в соответствии с которым Иванов Родион Юрьевич, управляя транспортным средством КАМАЗ М18405490-S5, принадлежащим ООО «ЛОГИСТРЕСУРС», 10 апреля 2025 года совершил нарушение, ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 11.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях /т. 1 л.д. 107/.
Согласно договору аренды автомобиля без экипажа №УТК-ЛР-010124 от 01 января 2024 года, ООО «ЛогистРесурс» обязуется передать ООО «УралТрансКарго» во временное арендное пользование следующий автомобиль: КАМАЗ М1840 5490-S5 /т. 3 л.д. 31-32/.
Именно на данном транспортном средстве Иванов Р.Ю. осушествлял трудовую деятельность как в период оформленных трудовых отношений в 2024 году, так и в период 2025 года, когда трудовые отношения оформлены не были.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля М пояснила, что является двоюродной сестрой истца. Пояснила, что в период с августа 2024 по август-сентябрь 2025 года Иванов Р.Ю. работал водителем, наименование организации сказать не смогла. Сама звонила Финку, выясняла по поводу задолженности по заработной плате. Денежные средства не выплачены до сих пор.
Свидетель С пояснил, что работает у ответчика с 05 мая 2023 года по настоящее время в должности водителя грузового автомобиля, не уволен, что подтверждается выпиской о сведениях о трудовой деятельности, исследованных в личном кабинете свидетеля на портале «Госуслуги». По работе связывался с Максимом, по деньгам с Никитой. Водителям предоставлялась топливная карта, которая пополнялась Никитой. Относительно истца – знакомы, работали вместе. Свидетель пояснил, что перед ним тоже имеется задолженность по заработной плате.
На основании изложенного, с учетом имеющихся в деле доказательств и показаний свидетелей, суд приходит к выводу о необходимости установления факта трудовых отношений между Ивановым Р.Ю. и ООО «УралТрансКарго» с 24 марта по 02 мая 2025 года в качестве водителя грузового автомобиля.
Суд отмечает, что не истец должен доказывать факт трудовых отношений, а ответчик должен представить доказательства отсутствия таковых. Ответчик в принципе уклонился от доказывания, голословно опровергая доводы и доказательства истца, длительное время не предоставляя требуемые судом документы. Не является достаточным просто отрицание доводов истца. Письменная позиция ответчика касается только пропуска срока на обращение в суд.
Ссылаясь на то, что Костарев М.Э. не являлся в 2025 году работником ООО «УралТрансКарго», поэтому от имени ответчика не мог давать указания истцу, работодатель не учитывает, что Костарев М.Э. не являлся работником ООО «УралТрансКарго» и на период трудовых отношений, оформленных с истцом, в 2024 году (согласно сведений ИЛС Костарева М.Э. /том 3 л.д. 82/, он прекратил трудовые отношения с ООО «УралТрансКарго» 04 июля 2024 года. Однако именно в период оформленных трудовых отношений с истцом Костарев М.Э. от имени ООО «УралТрансКарго» давал указания истцу, что следует из переписки. Ответчик представленную переписку также не опровергает.
Также отклоняет суд и доводы ответчика относительно истечения срока действия договора аренды транспортного средства /том 3 л.д. 31-32/ с 01 января 2025 года, поскольку как в период действия договора аренды, так и после него Иванов Р.Ю. осуществлял трудовые обязанности на одном и том же автомобиле.
Сам договор в п. 6.1 устанавливает, что в случае, если ни одна из сторон не заявит о расторжении договора за 1 месяц до окончания срока действия договора, договор считается пролонгированным на тот же срок и на тех же условиях.
Предоставляя договор, ответчик не предоставляет требуемого заявления о расторжении договора за 1 месяц до окончания срока действия договора, что свидетельствует о пролонгации договора на 2025 год.
При указанных обстоятельствах суд полагает установленным факт трудовых отношений в период с 24 марта по 02 мая 2025 года в качестве водителя грузового автомобиля. При этом работником заявлено именно о прекращении трудовых отношений, о продолжении таковых после указанной даты 02 мая 2025 года истец не указывает. Определяя дату окончания трудовых отношений, суд исходит из заявленной позиции истца и отсутствия каких-либо обоснованных, подкрепленных доказательствам возражений со стороны ответчика.
Разрешая требование о взыскании невыплаченной заработной платы за период с 24 марта по 02 мая 2025 года, суд приходит к следующему.
Истцом заявлено, что задолженность имеется в размере 196 000 рублей, с учетом уменьшения требований от 19 октября 2026 года.
Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на вознаграждение за труд, без какой бы то ни было дискриминации. Работодатель обязан обеспечивать работнику вознаграждение за труд в соответствии с указанными требованиями Конституции Российской Федерации, а также нормами трудового законодательства, которые конкретизируют и развивают конституционные положения.
Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы.
В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, а также выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату.
В соответствии со ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
При этом заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (статья 129 ТК РФ).
Размер указанной задолженности истцом также рассчитан исходя из суточной оплаты и количества рейсов.
В силу п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статья 133.1 ТК РФ, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с указанным и тем, что трудовые отношения между Ивановым Р.Ю. и ООО «УралТрансКарго» оформлены не были, трудового либо иных договоров с указанием размера заработной платы не заключалось, суд исходит из размера средней заработной платы в Свердловской области и Курганской области в должности водителя грузового автомобиля в размере 90822 рубля /т. 1 л.д. 85/.
В материалы дела представлены чеки о переводе денежных средств Максимом Эдуардовичем К., получатель – Родион Юрьевич И. В общем размере Иванову Р.Ю. перечислено 177000 рублей, в том числе 24 марта 2025 года – 8000 рублей, 26 марта 2025 года – 11000 рублей, 28 марта 2025 года – 4000 рублей, 29 марта 2025 года – 10000 рублей, 02 апреля 2025 года – 2000 рублей и 70000 рублей, 03 апреля 2025 года – 11000 рублей, 10 апреля 2025 года – 6000 рублей, 11 апреля 2025 года – 35000 рублей, 14 апреля 2025 года – 5000 рублей, 30 апреля 2025 года – 15000 рублей /т. 3 л.д. 62-72/.
В судебном заседании истец Иванов Р.Ю. пояснил, что указанные денежные средства перечислялись в счет задолженности по заработной плате. В связи с чем на сумму 182000 рублей Ивановым Р.Ю. уменьшены исковые требования.
Суд учитывает, что при рассмотрении индивидуального трудового спора, в частности спора о размере заработной платы, приоритет должен отдаваться защите интересов работника, как экономически и юридически более слабой стороне трудовых отношений. Все сомнения должны толковаться в его пользу. Отсутствие надлежащим образом оформленных документов о труде и заработной плате свидетельствует в первую очередь о допущенных нарушениях закона со стороны работодателя.
Исходя из установленной заработной платы в размере 90822 рубля в месяц, за период с 24 марта по 02 мая 2025 года истцу подлежала выплате заработная плата в размере: среднедневной заработок 4128 рублей 27 копеек (90822 рубля /22 дня), количество отработанных дней суд принимает как при сорокачасовой неделе, поскольку иного между сторонами не определено, с 24 марта по 02 мая 2025 года количество рабочих дней составит 28 рабочих дней, выплате подлежало 115591 рубль 56 копеек.
Выплачено 182000 рублей, принимаемых Ивановым Р.Ю. как заработная плата за период с 24 марта по 02 мая 2025 года.
На основании указанного, суд приходит к выводу об отсутствии задолженности ООО «УралТрансКарго» по заработной плате за период с 24 марта по 02 мая 2025 года перед Ивановым Р.Ю.
Вместе с тем, не подлежит и удовлетворению требование о компенсации за задержку выплаты заработной платы за указанный период, поскольку выплаты осуществлялись с 24 марта по 30 апреля 2025 года, заявленный период по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации рассчитан без учета данных выплат.
Суд не может принять неоднократно представленные истцом расчеты, так называемые «бегунки» /том 1 л.д. 40-46/, поскольку они никак не соотносятся с ООО «УралТрансКарго» или его должностными лицами. Истец указывал, что они были в переписке, но такая переписка суду не представлена. Ни из пояснений истца, ни из показаний свидетеля суд не установил, кто их составлял, как производился расчет, как согласовывался размер выплат. Единственное, что в отсутствие оформленных трудовых отношений суд может применить в настоящем споре – это сведения статистики.
Что касается требования в части возложения на ответчика обязанности произвести отчисления в Социальный фонд России,а также иные обязательные платежи в порядке и размерах, определенных федеральными законами, суд приходит к следующему.
Федеральный закон от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным Федеральным законом случаях.
Как следует из статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний является видом социального страхования и предусматривает: обеспечение социальной защиты застрахованных и экономической заинтересованности субъектов страхования в снижении профессионального риска; возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию, в том числе оплату расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию; обеспечение предупредительных мер по сокращению производственного травматизма и профессиональных заболеваний.
Статьей 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» установлено, что обеспечение по страхованию осуществляется, в том числе в виде страховых выплат: единовременной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти; ежемесячных страховых выплат застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти;
Порядок определения размеров единовременной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти; ежемесячных страховых выплат застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти, определен статьями 11, 12 указанного Федерального закона.
Из вышеприведенных норм Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» следует, что работодатель страхует свои риски, связанные с утратой своим работником здоровья, профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве, в связи с чем уплачивает в Фонд социального страхования Российской Федерации страховые взносы; при наступлении страхового случая производится обеспечение по страхованию, которое является возмещением вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного работника, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с Федеральным законом.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 11 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователи представляют предусмотренные пунктами 2 - 2.2 и 2.4 настоящей статьи сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации, а сведения, предусмотренные пунктом 2.3 настоящей статьи, - в налоговые органы по месту их учета. Страхователь ежегодно не позднее 1 марта года, следующего за отчетным годом (за исключением случаев, если иные сроки предусмотрены настоящим Федеральным законом), представляет о каждом работающем у него застрахованном лице (включая лиц, заключивших договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах начисляются страховые взносы) следующие сведения: 1) страховой номер индивидуального лицевого счета; 2) фамилию, имя и отчество; 3) дату приема на работу (для застрахованного лица, принятого на работу данным страхователем в течение отчетного периода) или дату заключения договора гражданско-правового характера, на вознаграждение по которому в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы; 4) дату увольнения (для застрахованного лица, уволенного данным страхователем в течение отчетного периода) или дату прекращения договора гражданско-правового характера, на вознаграждение по которому в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы; 8) другие сведения, необходимые для правильного назначения страховой пенсии и накопительной пенсии; 9) суммы пенсионных взносов, уплаченных за застрахованное лицо, являющееся субъектом системы досрочного негосударственного пенсионного обеспечения; 10) периоды трудовой деятельности, включаемые в профессиональный стаж застрахованного лица, являющегося субъектом системы досрочного негосударственного пенсионного обеспечения; 11) документы, подтверждающие право застрахованного лица на досрочное назначение страховой пенсии по старости.
Согласно пункту 2.3. статьи 11 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь представляет о каждом работающем у него застрахованном лице (включая лиц, заключивших договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах начисляются страховые взносы) сведения о сумме заработка (дохода), на который начислялись страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, сумме начисленных страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в составе расчета по страховым взносам в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.
В силу пунктов первого, второго статьи 230 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые агенты ведут учет доходов, полученных от них физическими лицами в налоговом периоде, предоставленных физическим лицам налоговых вычетов, исчисленных и удержанных налогов в регистрах налогового учета. Налоговые агенты представляют в налоговый орган по месту учета по формам, форматам и в порядке, которые утверждены федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов: расчет сумм налога на доходы физических лиц, исчисленных и удержанных налоговым агентом, за первый квартал, полугодие, девять месяцев - не позднее последнего дня месяца, следующего за соответствующим периодом, за год - не позднее 1 марта года, следующего за истекшим налоговым периодом; документ, содержащий сведения о доходах физических лиц истекшего налогового периода и суммах налога, исчисленных, удержанных и перечисленных в бюджетную систему Российской Федерации за этот налоговый период по каждому физическому лицу (за исключением случаев, при которых могут быть переданы сведения, составляющие государственную тайну), - не позднее 1 марта года, следующего за истекшим налоговым периодом.
В рамках трудовых отношений на работодателя возлагается обязанность застраховать работника и уплачивать за работника взносы на обязательное медицинское, пенсионное и социальное страхование исходя из фактически выплаченных сумм.
В связи с чем, требование в части возложения на ответчика обязанности начислить и уплатить страховые взносы в Социальный фонд России за период работы с 24 марта по 02 мая 2025 года, а также иные обязательные платежи в порядке и размерах, определенных федеральными законами, заявлено обоснованно и подлежит удовлетворению.
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Поскольку судом установлено нарушение трудового законодательства со стороны ответчика, повлекшее нарушение трудовых прав истца на оформление трудовых отношений, с учетом требований разумности и справедливости, характера причиненных нравственных страданий, характера нарушения трудовых прав истца, социальной значимости трудовых правоотношений, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей. Доказательств несоразмерности заявленного размера компенсации ответчик не предоставляет.Оснований для взыскания компенсации в размере, заявленном истцом, суд не усматривает, поскольку в материалы дела не представлены доказательства наступления тяжких неблагоприятных последствий, причиненных нарушением трудовых прав со стороны ответчика. Также суд учитывает, что ответчиком произведена выплата 10000 рублей в счет компенсации морального вреда за нарушение срока выплаты заработной платы за 2024 год /том 3 л.д. 37/.
Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в бюджет подлежит взысканию государственная пошлина 7000 рублей.
Судом также установлено, что истцом понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей, что подтверждается п. 3 Договора на оказание юридических услуг от 09 апреля 2026 года /т. 1 л.д. 96/, квитанцией серия АЗ №023848 от 22 апреля 2026 года на сумму 20000 рублей /т. 1 л.д. 97/.
В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при разрешении вопроса о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрез-мерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 Арбитражно-процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 4 ст. 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).
Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. ст. 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе, расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
С учетом требований разумности и справедливости, категории и степени сложности рассмотренного спора о защите трудовых прав, объема проделанной работы по гражданскому делу, составлением процессуальных документов от имени истца, участием в судебных заседаниях предыдущего представителя истца, суд считает понесенные расходы связанными с рассмотрением настоящего дела, и определяет размер данных расходов как 20 000 рублей. О несоразмерности не заявлено, соответствующие доказательства не представлены.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика в пользу истца расходов на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Иванова Родиона Юрьевича к обществу с ограниченной ответственностью «УралТрансКарго» об установлении трудовых отношений, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, возложении обязанностей удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между Ивановым Родионом Юрьевичем (паспорт гражданина Российской Федерации ***) и обществом с ограниченной ответственностью «УралТрансКарго» (ИНН 6671200062) с 24 марта по 02 мая 2025 года в качестве водителя грузового автомобиля.
Возложить на общество с ограниченной ответственностью «УралТрансКарго» (ИНН 6671200062) обязанность внести в трудовую книжку Иванова Родиона Юрьевича (паспорт гражданина Российской Федерации ***) запись о приеме на работу водителем грузового автомобиля 24 марта 2025 года, запись об увольнении по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации 02 мая 2025 года; обязанность начислить и уплатить страховые взносы в Социальный фонд России за период работы с 24 марта по 02 мая 2025 года, а также иные обязательные платежи в порядке и размерах, определенных федеральными законами.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «УралТрансКарго» (ИНН 6671200062) в пользу Иванова Родиона Юрьевича (паспорт гражданина Российской Федерации ***) компенсацию морального вреда 20000 рублей, судебные расходы 20000 рублей.
Остальные требования оставить без удовлетворения.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «УралТрансКарго» (ИНН 6671200062) в бюджет государственную пошлину в размере 7000 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья А.В. Войт